Текст книги "Травля (СИ)"

Автор книги: Марина Сербинова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 53 страниц)

Глава 9

С каждым днем Кэрол чувствовала себя все лучше.

Аппетит вернулся, и она много ела, пытаясь набрать потерянный вес. Ей не нравилось быть такой худой и слабой. Когда она увидела себя в большом зеркале, то испугалась. Она выглядела отвратительно, жалко. Просто ужасно. Странно, что Тим продолжал смотреть на нее с таким желанием. В ней вдруг ожила прежняя Кэрол, которая всегда придавала такое большое значение своей внешности, и она с остервенением бросилась восполнять утраченную форму. Она не умерла, ее жизнь продолжается. Эту жизнь подарил ей ее сын. Она даже не предполагала, что он настолько сильно ее любит, он всегда был холодным с ней, сдержанным. Она видела лишь то, как он обожает и любит Джека, которого всегда ставил превыше всего. И теперь вдруг она поняла, что превыше всего и всех он поставил ее. Он отвернулся от своего кумира-отца, отказался от него. И от нее больше не требовал, чтобы она хранила Джеку преданность и верность, даже дал согласие на то, чтобы она была с Тимом. Кэрол знала, что мальчику это не нравится, что он переживает, но он этого не показывал, тщательно скрывая. У него были хорошие дружеские отношения с Тимом, который сам по себе, конечно, нравился мальчику, как и Исса, но не настолько, чтобы он мог радоваться тому, что видит его рядом с мамой вместо отца. Патрик был благодарен Тиму, он было заметно. Мальчик оценил то, что Тим не отказал, когда он пришел к нему за помощью, что не бросил Кэрол, несмотря ни на что. Он доверял Тиму, считал настоящим другом и самому себе, и Кэрол. Он даже им восхищался, по-мальчишески. И жестоко страдал от разочарования в своем отце, от обиды на него, считая предателем. Кэрол попыталась поговорить с ним об этом, но мальчик не захотел. Кэрол не стала настаивать, решив отложить разговор на потом, когда Рик немного поостынет. Сейчас разговоры об отце его только выводили из себя. Он вообще не хотел о нем упоминать, и ей запретил. И Кэрол не возражала. Ей самой мысли о Джеке причиняли слишком сильную боль. К тому же она ужасно боялась выдать Тиму или Иссе свои истинные чувства к мужу, которые одолели ее со всей прежней силой после того, как она снова была с ним, жила в их доме… Ей уже казалось, что Исса что-то заметил, заподозрил.

Они жили в небольшом домике, в котором их спрятал Луи.

Торес тоже была с ними, и жила в одной комнате с Иссой. И, судя по всему, больше не опасалась за свою жизнь, как и не рвалась на свободу. Она все еще была пленницей, Исса ей не доверял и не спускал с нее глаз, но заметно потеплел. Они не скрывали своих отношений, и Кэрол часто слышала их по ночам. Было очевидно, что Исса очень понравился Торес, она смотрела на него влюбленными глазами. Исса вел себя, как обычно, и влюбляться, как всегда, не собирался. Он выглядел довольным, у них все получилось и никто их до сих пор не поймал, старик их не донимал, избавив от своего общества, желая видеть только Патрика, его друг был счастлив, обретя снова свою возлюбленную, да и его по ночам грело женское тело – все вроде бы хорошо. Единственное, что его напрягало – это печальный голодный взгляд Нола и то, что Кэрол не спешила снова с ним сближаться. Тот молчал и терпеливо ждал, но терпение Иссы быстро иссякало.

Кэрол жила в отдельной комнате, откуда редко выходила, все еще будучи слабой. А заметив угрюмый злой взгляд Иссы, которым он стал на нее смотреть – стала выходить еще реже. Она чувствовала себя виноватой и вполне понимала недовольство Иссы. Но пока ничего не могла с собой поделать, не могла себя заставить. В отличие от Иссы, который никогда не считал нужным скрывать свое мнение и эмоции, Тим вел себя иначе, не проявляя никаких признаков недовольства, делал вид, что все хорошо и его ничего не расстраивает. Он заботился о Кэрол, был нежным и мягким, но она не могла не замечать затаившуюся в его глазах боль, которую он старательно скрывал, как всегда. Кэрол была с ним ласкова и внимательна, чувствуя, что сердце ее обливается кровью. То, что она сейчас с ним делала – было отвратительно. Ведь он всегда сторонился женщин из-за своих шрамов, не доверял и боялся подпускать к себе. Она пробилась к нему с боем, победив этого упрямого великана, который с таким упорством ее отталкивал, заставила его поверить, открыть ей свое недоверчивое израненное сердце… И что она теперь делала с этим сердцем? И из-за чего? Из-за Джека? Из-за того, что снова позволила ему затмить собой от нее весь белый свет? Он – отрава, когда-то проникшая в ее кровь, разъедающая ее душу, отравляющая ее жизнь. И сейчас она не могла с этим справиться. Она лишь плакала по ночам, когда никто не видел.

Обстановка накалялась, и она знала, что скоро будет взрыв. Исса не из тех, кто мог долго молчать. Он был возмущен и негодовал. И сдерживался только потому, что боялся поссориться с другом, вмешавшись. Кэрол очень сблизилась с Торес за эти дни. По ее просьбе она чуть ли каждый день вызывала ее дочь, позволяя им общаться. И Кэрол была уверенна, что именно это, а не Исса, являлось основной причиной, по которой Торес не спешила обрести свободу и вернуться домой. Хотя Исса тоже играл в этом не последнюю роль. Торес влюбилась по уши.

Она не лезла к Кэрол с вопросами, но в ее глазах та видела понимание и даже сочувствие. Кэрол предполагала, что Торес знала о ее любви к мужу, вполне допуская, что та могла прочитать ее дневник. И Кэрол боялась, что она расскажет об этом Иссе. Но было очевидно, что пока Торес об этом молчала, не выдавая Кэрол. Они вроде бы подружились. Торес поддерживала ее и помогала восстанавливать силы. Тщательно замаскировавшись, она с Патриком даже пробежалась по магазинам и прикупила некоторые вещи и косметику, и себе, и Кэрол.

Кэрол поняла, что Торес на ее стороне, когда случайно услышала, как она спорила с Иссой.

Тим, Исса и она разговаривали в гостиной, Кэрол услышала повышенный злой голос Иссы и вышла, чтобы узнать, что происходит.

– Ну и плевал я, что она услышит! У меня уже давно язык чешется, сказать ей, что я о ней думаю!

– Ты не прав! – услышала она шепот Торес. – Она все еще слаба… и вообще, что вы, мужчины, понимаете? Вы болваны, вам наплевать на нас, женщин! Заставить бы вас родить, я бы поглядела, как бы вам после этого секса хотелось! Да ее всю изрезали и исковыряли – вы вообще представляете, что это такое? Какой секс? Любой женщине после такого нужно время восстановиться и физически, и морально!

– А что мужчине делать в это время? – огрызнулся Исса. – Он ждал ее все это время, как идиот, пока она там с мужем своим трахалась, и опять должен ждать, потому что она захотела родить от мужа еще одного ребенка? Я не знаю, что она там с ним сделала, но он даже к шлюхам ходить больше не может, после того, как она его в свою постель затащила! Раньше ходил и горя не знал!

– Зря вы так… – с обидой прохрипела Торес. – Ей просто нужно время. После того, что она пережила… как вы не понимаете…

– Не понимаю! Никто ей в трусы не лезет, пусть восстанавливается, но разве это единственный способ удовлетворить мужчину? Нечего тут вам всем дурачками прикидываться, и меня заставлять!

– Исса, угомонись, – раздался злой хриплый голос Тима. – Это не твое дело! Что ты лезешь?

– Да потому что я не такой, как ты – я не могу спокойно трахаться, когда рядом мой друг мучается! Да с тобой сейчас обращаются, как с собакой, а ты терпишь, как лох конченный, и слово вякнуть боишься! Я что, для этого шкурой своей рисковал, вытаскивая ее из тюрьмы? Чтобы она нос свой от тебя воротила? Да пошла она! Собирай монатки, давай сваливать! А она пусть катится ко всем чертям!

Кэрол спокойно шагнула вперед и встретилась со взглядом Иссы. Тот замолчал, вызывающе уставившись на нее. Она медленно перевела глаза на Тима. Тот вдруг покраснел, растерянно застыв в кресле. Под воцарившуюся в комнате тишину, Кэрол подошла к нему и опустилась на колени. Протянув руки, она схватила его за ремень, но Тим подскочил, пораженно смотря на нее.

– Что ты делаешь?!

– Как что? Что от меня требуется, то и делаю. А чтобы ни у кого не возникло сомнений, что я раздаю долги, пусть сами убедятся.

Мгновение Тим ошарашено смотрел на нее сверху вниз, потом шагнул мимо и бросился вон из комнаты. Исса и Торес проводили его взглядами, Кэрол же осталась на полу, присев на пятки и даже не обернувшись.

– Ах, ты!.. – зарычал Исса.

Подняв голову, Кэрол посмотрела на него. Подскочив к ней, он схватил ее за тонкую руку и рванул вверх. Торес тоже подбежала, истошно завопив на ходу:

– Нол!!!

С искаженным яростью лицом Исса встряхнул Кэрол, но вдруг замер, когда она подняла на него загоревшиеся алым глаза. Выругавшись, он оттолкнул ее от себя, но не рассчитал силы. Худая и слабая, Кэрол пролетела через комнату, снеся по дороге столик.

– Я вас не звала! – прохрипела она, приподнимаясь на трясущихся руках. – Не просила меня освобождать! Я человек… я женщина, а не резиновая кукла, созданная только для еб. и! Как меня это достало! Надоело! Хватит!!! К дьяволу, катитесь все к дьяволу! Меня насиловал Кевин, меня насиловали в подвале! Меня насиловал Джек и… – она вовремя спохватилась, чтобы не выкрикнуть имя, – и с меня хватит! Я сама буду решать с кем мне спать и когда! Не устраивает – катитесь сами к черту! Ненавижу! Всех ненавижу! Мужчины… да будьте вы прокляты!

– Нол, подожди! – вскрикнула Торес, когда в дверях появился Тим, который, увидев распластанную на полу Кэрол, с перекошенным лицом бросился на Иссу. Сбив его с ног, Тим ударил его о шкаф. Раздался треск, дверца проломилась, и Исса провалился внутрь. Но уже в следующее мгновение вскочил и, наклонившись, с силой ударил Тима плечом в грудь всем своим весом. Кэрол метнулась в сторону, едва успев отскочить, когда два огромных тяжелых тела рухнули рядом, чуть ее не раздавив.

Забежавший в комнату Спайк звонко залаял, прыгая вокруг сцепившихся мужчин.

Вскочив, Кэрол подбежала к Торес и схватила ее за руки.

– Пойдем, а то зашибут! – она потащила ее к выходу, не обращая внимания на озверевших мужчин.

– Но… как же? Надо их разнять… – растерянно пробормотала та, оглядываясь.

– Как? – Кэрол усмехнулась. – Все равно, что пытаться разнять взбесившихся слонов! Оставь их, сами успокоятся, как пар выпустят.

Но Торес не захотела уйти, оставшись наблюдать за дракой с безопасного расстояния, осторожно оставшись стоять в дверях. Кэрол ушла и заперлась в своей комнате.

Пытаясь успокоится, она упала на кровать и трясущимися руками схватила пульт от телевизора. Благодаря спутниковой антенне, можно было смотреть американское телевидение, которое ей настроил Тим. Найдя новости, Кэрол откинулась на подушки и уставилась в экран, пытаясь отвлечься и успокоиться.

Она не знала, что теперь будет. И вдруг поняла, что ей все равно. Она раскаивалась, что так обошлась с Тимом, но выносить принуждения больше не могла, в какой бы форме оно не было. Она слишком натерпелась от мужчин насилия.

Глаза ее медленно наполнились слезами, когда она поняла, что пытается обмануть саму себя. Ничего это не мешало ей три дня подряд заниматься любовью с Джеком, когда он пришел к ней в тюрьму и предложил свою помощь и перемирие… А она уступила ему, не сумев себя побороть. Она до сих пор задавалась вопросом, был ли он искренен тогда, или всего лишь в очередной раз обманул, чтобы снова ее поломать, заставить подчиниться. В любом случае, она об этом не жалела, потому что это были самые счастливые три дня с тех пор, как она его потеряла, судьба снова вернула ей ее Джека, нежного, любящего, с которым она когда-то была так счастлива. Злобный, агрессивный, пышущий ненавистью и неприязнью Джек вдруг исчез, поразив ее этим перевоплощением. И она забыла обо всем, потеряв голову… Поверила ему, когда он пообещал ее спасти. А потом ее приговорили к смертной казни. На этом эта короткая сказка с наивной надеждой на счастливый конец закончилась.

А Тим ее, оказывается ждал, был верен. Неужели так бывает? Неужели мужчины такие бывают? Она давно перестала в это верить.

И вдруг, словно кто-то свыше подслушал ее мысли, диктор произнес имя, резанувшее ей слух, а сердце подскочило, когда на экране показали зал суда, а камера выхватила крупным планом подсудимого. Повернувшись, он посмотрел в камеру, и на мгновение Кэрол показалось, что она встретилась с его серыми пронзительными глазами… словно он увидел ее.

Зарычав сквозь стиснутые зубы, Кэрол подскочила и в ярости швырнула пульт в эти глаза.

***

Луи каждый день присылал машину за Патриком, вечером мальчик возвращался. Кэрол это не нравилось, но она молчала. Скоро Габриэла пришлет за ними благословенного, который вырвет их из рук этого старика. Она рассказала об этом Тиму и Иссе, те были вовсе не против. Конечно, оставаться у старухи они не планировали, но как способ избавиться от Луи – это их устраивало. Обсудив все, они приняли решение принять помощь Габриэлы, а потом уже убраться подальше ото всех, включая саму старуху. Кэрол против такого плана не возражала, понимая, что под надзором старухи Тим и Исса остаться не согласятся. Уйти от старухи не составит труда, это не эта нечисть, убивающая взглядом, с которой справиться никто не мог.

Вернувшийся вечером Патрик был поражен тем, что произошло в его отсутствие. С удивлением он разглядывал разгромленную гостиную с поломанной мебелью. Тим и Исса с разбитыми физиономиями угрюмо попивали пиво на кухне, Торес сидела с ними, тоже с бутылкой в руках. Спайк подошел к мальчику и лизнул в руку, завиляв хвостом. Присев, Патрик отстраненно погладил его.

– А где мама? – насторожился он, разглядывая всех, нахмурившись.

– Она у себя в комнате. Заперлась, – ответила Торес.

– Почему? Что случилось?

– Ничего, – огрызнулся Исса. – Малость повздорили.

– Из-за чего? Вы что, подрались? – допытывался Патрик.

– Я же сказал, ничего не произошло! – Исса смерил его злым взглядом. – Это взрослые дела, не лезь, звереныш.

– Нол, – мальчик уперся требовательным взглядом в молчавшего Тима. Но тот резко поднялся и, так и не ответив, вышел. Спайк метнулся за ним следом. Они расслышали, как хлопнула входная дверь. Исса снова отвернулся, а Торес лишь обескуражено пожала плечами, встретившись с недоуменным взглядом мальчика. Тогда тот развернулся и пошел в комнату матери.

Тихо постучавшись, он окликнул ее.

Дверь открылась, Кэрол отступила, пропуская его в комнату.

– Привет, сынок! Ну как дела? Что там Луи? – как ни в чем не бывало с улыбкой спросила она.

– Нормально, – буркнул мальчик, разглядывая ее угрюмым взглядом. – А здесь что случилось? Чего Нол и Исса сцепились? Из-за тебя? Почему? Исса что-то выкинул? Приставал?

– Да нет! Почему сразу «приставал»? – возмутилась Кэрол.

– Знаю я его… всегда на тебя жадными глазами смотрел, – проворчал мальчик.

– Ну… так то раньше, когда я красивой была, – Кэрол через силу рассмеялась.

– Ты и сейчас красивая. Только поправиться надо, а это не проблема.

– Нет, сынок, Исса ко мне не приставал. У него теперь есть Торес. Он сердится на меня, потому что считает, что я обижаю Тимми.

– Обижаешь? – мальчик нахмурился. – Я ничего такого не заметил! Как ты его обижаешь?

Кэрол пожала плечами.

– Не знаю… В общем, мы с Иссой стали спорить, а Тиму не понравилось, что он на меня наезжает…

– Понятно, – кивнул мальчик. – Но почему тогда Нол так расстроен? Он пил пиво, когда я пришел! Пил, ты представляешь?

– Не может быть, – расстроилась Кэрол. – Ему ведь нельзя.

– Вот-вот! А когда я спросил у него, что случилось, он просто ушел, даже не захотел со мной разговаривать! Я никогда его таким не видел! Что с ним?

– Не знаю… наверное, он тоже на меня сердится, – подавленно отозвалась Кэрол и опустила голову.

– Но за что?

Кэрол пожала плечами. Она не знала, что сказать.

Патрик некоторое время молчал, внимательно ее разглядывая, потом вдруг потянулся к ней и обнял. Кэрол стиснула его в объятиях и зажмурилась, пытаясь сдержать слезы.

– Все будет хорошо, мам, – ласково прошептал он и погладил ее по голове. – Это ведь из-за папы, да? Они сердятся из-за папы?

Кэрол промолчала, роняя слезы ему на плечо.

– Я знаю, мам… Не плачь. Потерпи. Когда-нибудь вы с папой снова будете вместе. Я знаю, что ты его любишь. Я тоже его люблю. И он нас любит. Мы вернемся к нему. Если он нас, конечно, дождется. Может быть. А может и нет. Мы можем всего лишь подождать, когда наше проклятие убьет Нола и Иссу, и тогда вернуться к папе. Если ты так, конечно, хочешь.

– Нет, я так не хочу.

– Я бы тоже так не хотел. Мы другие, мам. И жизнь у нас другая. Возможно… папе просто нет в ней места. Не плачь о нем, мам. Он нас предал. Из-за него ты едва не погибла. Я не верю ему больше. Я не уверен в том, что он не хочет тебе навредить. Он… стал такой злой. Давай просто жить дальше, хорошо?

Кэрол согласно кивнула и с благодарностью поцеловала его в лоб.

***

Кэрол долго не спала, прислушивалась, ждала, когда вернется Тим. Но время шло, а его не было.

Кэрол переживала, все больше раскаиваясь в своем поступке. Зря она с ним так поступила, при всех, он ничем этого не заслужил.

Накинув халат, Кэрол вышла и подошла к его комнате, прислушиваясь. Может, она просто не услышала, как он пришел? Постояв перед дверью, она осторожно заглянула внутрь. Комната была пуста. Покусав губы, она развернулась и пошла на кухню. Наткнувшись там на Иссу, она резко остановилась.

Совершенно голый он стоял за открытой дверцей холодильника и пил из бутылки минеральную воду. Увидев Кэрол, он вернул бутылку на место и захлопнул дверцу, представ перед ней во всей красе. Кэрол смущенно отвернулась, но убегать не собиралась, вызывающе пройдя мимо него к раковине. Взяв стакан, она набрала воды и стала неторопливо пить. Он продолжал стоять на месте, испепеляя ее взглядом.

– Тимми не вернулся? – тихо спросила она, не поворачиваясь к нему, стоя спиной.

– Нет.

Поставив стакан на место, Кэрол плотнее запахнула на груди халат и снова прошла мимо к выходу. Но сильные пальцы вдруг схватили ее за руку, и Кэрол ударилась спиной о холодильник. Вскинув голову, она перехватила взгляд приблизившихся к ее лицу черных глаз, а Исса схватил ее за запястья и поднял вверх, прижав к дверце.

– Вот и все… попробуй теперь, схвати своими волшебными руками. Запомни, тебе это не поможет! – наклонившись еще ниже, он провел горбатым носом по ее щеке, втягивая ноздрями ее запах. – Значит, тебе не нравится, что тебя принуждают? И у тебя еще язык поворачивается после того, как Нол с тобой тут цацкается, выжидая твоей милости? Я бы с тобой не церемонился… и принуждать я люблю… Помни, Нол – единственное, что удерживает меня от того, чтобы не затрахать тебя до смерти, поняла?

– Думаешь, я этого не знала? – Кэрол хмыкнула, вызывающе смотря ему в глаза.

– Знала… конечно знала, – он вдруг прижался к ней, больно уткнувшись твердой плотью в ее тело. – Так раз ты больше не хочешь Нола, выходит, настал мой черед? Прямо не терпится узнать, почему это после тебя ему все бабы не такие стали, что ни с одной спать не может? Что ты такого с ним делала, что он стал, как одержимый? Это тоже какие-то сверхъестественные способности? Может, ты можешь доставить мужчине такое удовольствие, какое не способна больше ни одна женщина, а? Почему Рэндэл не выкинул тебя из своей постели, не выгнал даже после того, как ты наставила ему рога? Почему этот Рэй предан тебе, как собачонка? Что ты делаешь с мужчинами, а, сладкая ты сучка? Покажи, любопытство замучило!

– Боюсь тебя разочаровать.

– Да, ладно… не прибедняйся! – стиснув ее запястья одной рукой, он опустил другую и схватил ее между ног через халат. – Что там у тебя за волшебное место, которым ты околдовываешь всех, кто там побывал? Я когда его щупал, вроде ничего необычного не заметил…

– Если ты собрался меня пугать, то у тебя не получится.

– Я не хочу тебя пугать, я хочу тебя трахать!

– Но никогда этого не сделаешь!

– Почему это? Да хоть сейчас… – он скользнул ладонью ей под халат, но Кэрол даже не пошевелилась, чтобы воспротивиться.

– Ну давай.

Он замер, ошеломленно уставившись на нее.

– Что?

– Давай, говорю. Трахай. Что смотришь?

Она едва не рассмеялась, когда его лицо удивленно вытянулось, а в глазах появилось недоверие и сомнение.

– Ты что, прикалываешься надо мной? – он заметил, что она еле сдерживается, чтобы не засмеяться.

– Ну да, а почему нет? Ты же прикалываешься надо мной, почему мне нельзя?

– Думаешь, я шучу?

– Исса, – голос Кэрол вдруг наполнился теплотой и нежностью, – ну второй раз не прокатит, извини. Это тогда я тебя не знала, испугалась, а теперь – нет. Я же знаю, что ты никогда и пальцем меня не тронешь, как бы не захотел. Потому что знаю, что для тебя значит Тим. И знаю, что ты настоящий друг. Ты и мой друг. Поэтому я тебя больше не боюсь. Ты удивишься, но я тебе даже доверяю.

Исса вдруг отпустил ее и, отступив, рассмеялся.

Поправив халат, Кэрол шагнула к выходу, потом обернулась и улыбнулась.

– Вот сучка! – он ухмыльнулся, сверкнув белыми зубами. – Все равно я тебя когда-нибудь трахну! Мужики не постоянны, когда-нибудь ты ему надоешь – вот тогда держись!

– На это не рассчитывай. Сам ведь сказал – у меня волшебное место, кто в него попадет, тот в нем навек пропадет! Так что твой друг от меня не откажется, а это значит, что тебе ничего не светит! – она все-таки рассмеялась, не выдержав.

– Ладно, отстану от тебя, если научишь Торес своим волшебным штучкам, я, может, тоже хочу вот так… пропасть безвозвратно в волшебном месте!

– Я бы научила… если бы сама знала, в чем волшебство.

– Да ладно, не знает она… врешь! Не хочешь делиться своими секретами с другими женщинами, чтобы одна ты такая была… волшебная! Но тогда учти, когда-нибудь я загляну в волшебное место, поняла?

– Тогда не забывай и о моих волшебных руках, которые могут схватить тебя так, что пропуск в волшебное место отвалится… Так что осторожнее с ним в следующий раз, не советую передо мной больше им размахивать! И вообще, с чего ты взял, что я могу делать это только руками? Я могу это всем телом… любым местом, понял? Так что учти, сунешься куда не надо – там и останешься! В прямом смысле этого слова!

– Серьезно? Вот блин, надо Нолу рассказать. Не пошла бы ты, ясноглазая, со своими страшилками на ночь? Мне еще, между прочим, в постель возвращаться сейчас, к женщине… После таких страшилок и не захочется ничего… Вали уже спать, пока я из-за тебя импотентом не стал.

– Ты им станешь, если ко мне полезешь, с другими женщинами тебе это не грозит, не переживай. Иди и трахайся спокойно. О Боже, я уже становлюсь такой же пошлой и мерзкой, как ты!

– Ага, раскатала губу, до меня тебе еще далеко! – он пошел за ней следом, подтолкнув шлепком по ягодицам. – Ты когда задницу отъешь? Чуть руку не сломал! Ты потому и не подпускаешь к себе Нола – боишься, что он о кости твои разобьется?

– Конечно! В зеркало стыдно на себя смотреть, не дай бог еще мужчине показать такой ужас, – отозвалась Кэрол, ничуть не обидевшись. – Боюсь, увидит меня, и все, потом никакими силами в постель не затащу. Сам знаешь, какой он бывает упрямый!

– Ничего, если так… Зови меня тогда. Я бы от тебя и такой не отказался.

– А Торес? Она же голову мне оторвет!

Исса рассмеялся, а потом, когда она остановилась у своей комнаты, придержал за руку.

– Скажи мне правду… это на самом деле из-за того, что с тобой так обращались мужчины? Из-за родов и ваших там каких-то женских заморочек, как Торес говорит? То, что ты не хочешь пока секса – это не имеет отношения к Нолу?

– Нет, Исса, он не при чем. Мое отношение к нему не изменилось. Только… есть еще кое-что, – она опустила взгляд. – Скажи ему об этом сам, я не могу. Возможно, после этого он не захочет сам быть со мной.

– Что еще? – Исса сдвинул брови, напрягшись.

– Дело в том, что из-за всего… эти осложнения во время родов и после… короче, я не смогу больше иметь детей. Вот.

Исса застыл на месте, растерянно смотря на нее.

– О… я и не знал, что все было настолько плохо…

– Да… было. И как бы ты на меня не орал и не швырял по комнате, я еще не скоро смогу заняться с ним полноценным сексом.

– Я понял… ну, я же не знал… Извини тогда, что был грубым. Я сорвался, не хотел тебя так толкнуть… Но… неполноценным же сексом ты можешь с ним заниматься? Пустить его в свою комнату, что вы порознь, как будто в одной постели никогда не спали…

– Так мы и не спали… у нас возможности такой не было.

– А теперь есть! Он любит тебя, ясноглазая. Он тебя ждал. Чуть с ума не сошел, и меня чуть не свел.

– Все будет хорошо, Исса, – Кэрол коснулась его предплечья. – Иди. И умоляю, не разгуливай по дому в чем мать родила, ты же тут не один!

– Я никого не стесняюсь! Знаешь… я пока не буду ему говорить, ну… о том, что ты не можешь иметь детей. Вдруг расстроится. Пусть немного насладиться своим счастьем. Хотя, как по мне, так это даже классно – не надо париться, что девчонка от тебя залетит! Если это его напряжет, я готов с ним поменяться бабами. Торес ему пусть детей нарожает, если ему так захочется, а мы с тобой будем наслаждаться сексом и радоваться жизни без забот! И все в результате довольны! Клево я придумал? Так ему и предложу, если вздумает расстроится.

– Смотри, как бы после такого предложения он тобой опять шкаф не разнес! – рассмеялась Кэрол. – Спокойной ночи! Иди, Торес тебя не дождется!

Улыбнувшись, Исса смерил ее задумчивым серьезным взглядом, потом пошел дальше, в свою комнату. А Кэрол закрыла дверь и облегченно вздохнула. Слава Богу, с Иссой помирилась!

– Тимми, где же ты? – прошептала она, подойдя к окну и вглядываясь в темную улицу. – Прости меня… прости.

Она не спала, читала книгу, но потом все равно сон ее сморил, и она задремала.

Ее разбудил тихий стук в дверь.

Подскочив, она подбежала к двери и распахнула ее. Перед ней в темноте стоял Тим.

– Кэрол… прости, что так вышло. И за Иссу… извини.

– Ничего, мы с ним уже помирились, – Кэрол схватила его за руку. – Заходи! Где ты был? Я так волновалась!

– Да так… просто прогулялся, – он медленно зашел в комнату и остановился.

Мимо него проскользнул в комнату и Спайк и уткнулся мокрым носом Кэрол в ладонь. Наклонившись, та ласково потрепала пса за загривок.

– Я хотел поговорить с тобой… – тихо сказал Тим. – Я слышал, что ты говорила Иссе… Про насилие и все остальное… Это я виноват, я. Я тебя не уберег, не защитил. Ведь ты была моей женщиной, а я позволил, чтобы с тобой все это случилось… Я понимаю твою обиду… пойму, даже если ты не захочешь быть снова со мной после всего. И я сам буду в этом виноват. Не бойся, скажи мне. Ты ничего мне не должна, ничем не обязана. Наоборот, это я перед тобой виноват. Я не защитил тебя, когда тебя похитили, держали в этом подвале… потом позволил Рэндэлу себя подстрелить, а тебя забрать… И оставил тебя… ему на растерзание, совсем одну… не пришел, не помог, не вызволил из беды…

– Ты пришел, Тимми. Пожалуйста, прекрати себя винить, ты ни в чем не виноват. Джек едва тебя не убил, ты был тяжело ранен… А когда меня похищали тебя вообще не было в городе, вы с Иссой искали тогда Патрика, который сбежал… как ты мог помешать? – подняв руки, Кэрол коснулась ладонями его лица и с нежностью погладила. – Нет, Тимми. Даже не думай об этом. Я ни в чем тебя никогда не винила. Наоборот, чувствовала вину перед тобой… И сейчас чувствую. Прости меня за сегодняшнее… Я повела себя глупо… разозлилась…

Она наклонила его к себе, не выпуская из ладоней его лицо, и с нежностью прижалась к его губам.

Он прерывисто выдохнул и обнял ее, отвечая на поцелуй.

– Побудь со мной… не уходи, – Кэрол взяла его за руку и подвела к кровати. – Полежи со мной… обними…

Он послушно лег рядом и обнял ее.

Спайк посмотрел на них долгим взглядом, потом прошел по ковру ближе к кровати и улегся, положив голову на лапы.

Улыбаясь, Кэрол долго смотрела в синие грустные глаза Тима.

– Ты чего это перестал бриться? Решил бороду отпустить? – она погладила его по колючей щеке с жесткой щетиной.

Он смутился.

– Да…

– Серьезно? – удивилась Кэрол, приподнимаясь на локте. – Зачем?

– Ну… когда я был ранен, у меня отросла неплохая такая борода… она густая и… под ней почти не видно моих шрамов.

Сердце Кэрол жалобно заныло.

– Жаль… я к ним так привыкла. А вот понравишься ли ты мне с бородой – не знаю, не обещаю, – она шутливо поскребла ногтями его жесткую щетину. – Хотя… небритость тебе идет. Может, и борода пойдет? Только учти, с бородой мужчина кажется старше.

– Да я не против… – он улыбнулся.

– Ну, тогда ладно… давай поглядим, что из этого получится. Придется привыкнуть к тому, что теперь ты станешь еще более колючим, чем был… и теперь не только характером, – Кэрол скользила взглядом по широким крепким плечам, по мощной груди, большим сильным рукам. И вдруг ощутила в себе давно забытое желание прикоснуться к нему. Протянув руку, она погладила его плечо, скользя по рельефу мощных мускулов… Окинула взглядом большое стройное тело, которое ей всегда так нравилось. И вдруг поняла, что все еще нравится… Сердце ее радостно заколотилось. Да, он все еще ей нравился! Как и раньше, она находила его очень привлекательным, соблазнительным мужчиной…

О, как же она его желала когда-то, одинокая, истосковавшаяся по мужской любви! Как хотела, чтобы он перестал ее отталкивать! И когда он перестал… Кэрол вспомнила, как они занимались любовью, как ей было с ним хорошо, несмотря на его неопытность, как учила его любви, как он старался, пытаясь ей понравиться… Она лепила себе из этого мальчика такого любовника, какой был нужен, а он ей это позволил, полностью подчинившись.

Кэрол почувствовала волнение, вспомнив об этом и, оторвав взгляд от его сильного красивого тела, посмотрела ему в глаза и улыбнулась. Он заметил, что она его разглядывает и с затаенной тревогой наблюдал за ней, пытаясь угадать ее теперешнюю реакцию на него, ее мысли.

– Кстати, как ты смотришь на то, если мы с тобой попробуем… жить в одной комнате?

Сначала в глазах его вспыхнула радость, но потом отразилась растерянность и смущение. Он смешался, спрятав взгляд.

– Что? Ты не хочешь? – изумилась Кэрол.

– Нет, хочу! Очень хочу… даже слишком… – он залился своим девичьим румянцем, так не сочетавшимся с его суровой, даже можно сказать, угрюмой внешностью. – Просто, может, мы подождем, пока ты… выздоровеешь? Не обижайся, но я не смогу… если ты будешь лежать так близко… вдруг я сорвусь… Нет, лучше я пока буду в своей комнате, подальше… Так надежнее.

Кэрол рассмеялась.

– Ну, ладно. Но хотя бы сегодня? До утра осталось совсем немного.

– Хорошо, – кивнул он. – Только ты тогда… не надо меня гладить. Не в смысле, что я не хочу, просто… не надо.