Текст книги "Травля (СИ)"

Автор книги: Марина Сербинова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 53 страниц)

Тим подскочил. Никогда он не слышал в голосе Иссы такого страха.

– Черт… смотри! – прохрипел Исса, уставившись куда-то мимо него широко раскрытыми глазами. – Да что б меня…

– Рик… – простонала Кэрол, прирастя к полу и не в силах поверить тому, что сейчас видели ее глаза.

Странные, перемешанные между собой звуки наполнили комнату, и она даже не сразу поняла, что они исходят от Патрика. Такого не может быть! Ни одно существо на этой планете не может издавать одновременно сразу столько звуков… И они были страшными, угрожающими…

Он стоял спиной, и она не могла увидеть его лицо, но ей стало казаться, что его тело вдруг начало вытягиваться, одновременно сгибаясь вперед, будто горбясь. Пальцы судорожно скрючились, руки потянулись к полу, словно их вытягивала какая-то неведомая сила…

Кэрол не сразу осознала, что она кричит. Ее вопль слился с ужасным оглушительным воем собаки, которая продолжала где-то прятаться.

– Да! Да, молодец! Воплощайся! – кричал в восторге Луи. – У тебя получается!

Его радостные крики неожиданно сменились воем боли и ярости. Схватившись за голову, старик упал и покатился по полу.

– Нет! Нет! Свет! Уберите! Больно! А-а-а!!!

Отупевшим от шока сознанием Кэрол не могла понять, что происходит.

Патрик покачнулся и скользнул вниз, падая. Бросившись вперед, она успела его подхватить, но не смогла удержать. Он оказался невероятно тяжелым, и не ожидавшая этого Кэрол упала вместе с ним на пол. Увидев его лицо, она раскрыла рот, чтобы закричать, но не смогла.

Словно что-то ужасно изуродовало его, носа почти не было, остались только две зияющие кровавые дырки, губы тоже исчезли, превратив его рот в безобразный оскал, обнажающий все до одного зубы, серые, длинные, острые и все абсолютно одинаковые. Его кожа была отталкивающего грязного серо-голубого цвета. Кости глазниц резко выдавались вперед, значительно увеличившись в размере, а выпуклые глазные яблоки были темно-бардового цвета, почти черные. Век не было. Щеки провалились, образовав страшные впадины. Подбородок сузился и заострился, вытянув нижнюю часть лица.

Кэрол не могла отвести взгляд, не могла пошевелиться.

Она не заметила, как рядом упал на колени Тим и схватил ее за руку. Не услышала как над головой выругался склонившийся к ним Исса, разглядывающий Патрика.

– Он жив?

Эти слова заставили Кэрол прийти в себя. Застонав от отчаяния, она положила ладони на изуродованное лицо мальчика и погладила.

– Сыночек! Ты меня слышишь?

– Он жив, – прошептал Тим, выпуская из пальцев его запястье, на котором ему удалось нащупать пульс.

– О-о, что с ним? Что это? – завыла Кэрол, роняя слезы на сухую сморщенную кожу на лице своего сына.

– Старик тоже вырубился, – заметил Исса. – Почему? Что происходит, черт возьми! Я ничего не понимаю.

– Свет, – вспомнил Тим. – Он кричал про какой-то свет.

Кэрол вскинула голову и остановила на нем взгляд, в котором, наконец, появилось осмысленное выражение.

– Благословенный. Он уже близко, – прошептала она, отвечая на их вопрос.

Потом уронила голову на грудь Патрика и тихо заплакала, судорожно обнимая его и прижимая к себе.

Тим и Исса, бледные и шокированные, наблюдали за ней, не зная, что делать дальше.

Позади застонала пришедшая в сознание Торес.

Спайк вдруг замолчал, но из своего укрытия так и не вылез, спрятавшись где-то в глубине дома.

Глава 10

Медленно Патрик менялся, не приходя в сознание, принимая свой обычный облик.

Кэрол не отходила от него, не выпуская из объятий, сидя с ним на диване, куда мальчика заботливо перенес Тим. Она больше не плакала, лишь все еще с изумлением разглядывала его, не веря своим глазам.

Торес держалась в стороне, боясь даже посмотреть в сторону мальчика.

Спутница Луи сжалась в кресле, с опаской косясь на Иссу и Тима, но на нее никто не обращал внимания. Луи, как и Патрик, не приходил в себя. Тим осмелился подойти к нему и прикоснуться, чтобы определить, жив ли он. Несмотря на протесты Иссы, пытавшегося его остановить, он коснулся запястья старика, щупая пульс. Луи был жив. Поднявшись, Тим вытащил из-за пояса пистолет и направил в голову старика, но Исса вдруг стиснул железными пальцами его руку.

– Нет! Оставь его! Не связывайся с этой тварью… мы не знаем, что это… и можно ли его вообще убить.

– Так давай узнаем.

– Думаю, не стоит. Давай подождем этого благословенного чувака, пусть он со всей этой хренью разбирается. Нам это не по зубам, эта тварь может убить нас одним только взглядом. А этот чувак реально крут, он даже еще не приехал, а уже победил этих тварей…

Тим устремил на него возмущенный взгляд.

– Тварей?

– А что? Посмотри на это, – Исса обернулся к Кэрол и Патрику.

Тим поджал губы и сердито нахмурился.

– Придержи язык.

Отвернувшись от Иссы, он подошел к Кэрол и присел рядом, разглядывая мальчика.

– Как он?

– Это… это исчезает, – Кэрол подняла на него влажные глаза. – Он становится снова на себя похож.

– Хорошо, – он ободряюще пожал ее руку.

– Почему он не приходит в себя? Он никогда так не реагировал на Рэя. Мы не ощущали рядом с ним никакого дискомфорта, кроме того, что он блокировал наш дар. Почему же сейчас, как и Луи, он похож на мертвого?

Тим виновато пожал широкими плечами.

– Я не знаю, Кэрол. К нам же не Рэй едет. Может, этот благословенный другой…

– Но тогда почему со мной все в порядке? Мой дар исчез, я попыталась связаться с Габриэлой, но не смогла, но в остальном не ощущаю никаких изменений. Все так же, как было с Рэем. Почему же с Патриком теперь иначе?

Тим помолчал, задумчиво изучая взглядом мальчика.

– Может быть… из-за этого, – он кивнул в его сторону. Кэрол опустила взгляд на лицо сына.

– Может, это не он так реагирует на благословенного, а… вот это… Кэрол, мне кажется, не надо его никому показывать… таким. Давай, я унесу его в его комнату, пока этот благословенный не пришел.

Кэрол кивнула и подскочила.

– Да, ты прав… Лучше, чтобы никто об этом не знал. Может, он успеет восстановиться к приезду благословенного и людей Габриэлы.

Кивнув, Тим наклонился и подхватил Патрика на руки, но резко остановился при попытке оторвать от дивана. На лице его отразилось удивление.

– Ого… какой он тяжелый! Слишком тяжелый для ребенка.

– Да, я тоже заметила. Донесешь?

Вместо ответа Тим удобнее перехватил мальчика и, напрягшись, рывком поднял, выпрямившись. Развернувшись, он понес Патрика в его комнату. Кэрол поспешила следом, разглядывая его вздувшиеся от напряжения мускулы. Когда Тим опустил его на кровать, она увидела его покрасневшее от напряжения лицо и вздувшиеся на лбу вены.

– Ничего себе! – прохрипел он пораженно. – Сколько же он весит?

– Спасибо, – Кэрол погладила его по руке и потянулась к его губам для поцелуя. Тим улыбнулся и поспешно наклонился, коснувшись ее губ. Потом вытер с ее щеки застывшую слезу.

– Все будет хорошо. Не плачь, ладно?

– Ладно. Я побуду пока здесь. Как появится благословенный, позовете… – Кэрол резко замолчала, расслышав незнакомые мужские голоса. – Он здесь! Пойдем!

Схватив Тима за руку, она выскочила из комнаты, увлекая его за собой, и тщательно прикрыла дверь.

Мужчин было трое. Скользнув взглядом по двоим, Кэрол ошеломленно застыла на месте, увидев третьего.

– О, Боже! – выдохнула она.

Услышав ее, мужчина посмотрел в ее сторону. Высокий, светловолосый, синеглазый и очень красивый, он имел поразительное сходство с Рэем. Кэрол знала, что Габриэла нашла его отца, что за ними придет именно он, но не ожидала, что этот человек будет так похож на Рэя.

– Кэрол, – лицо его осветила лучезарная теплая улыбка, болью отозвавшаяся в ее сердце, потому что так походила на улыбку Рэя. Это заставило ее остро почувствовать, как она соскучилась по Рэю, как ей недоставало этого тепла, этого света… этого ласкового взгляда, прекрасной улыбки…

– Здравствуйте, – Кэрол подошла ближе, протягивая руку. – Вы… папа Рэя?

– Да. Меня зовут Кален Гилберт. Это Стив и Пол, они со мной. Что здесь произошло?

– Это Луи, – Кэрол указала на старика, который так и лежал на полу, куда упал. – Он пришел забрать Патрика. Эта женщина пришла с ним… он сказал, что это доктор. Я не знаю ее имени. Это Тим и Исса, это Мелинда Торес, они мои друзья и пойдут со мной.

– Тот самый Луи? – переспросил один из мужчин и подошел к старику. – А что с ним? Он что, без сознания?

– Я не знаю. Думаю, это из-за вас, – Кэрол посмотрела Калену в глаза. – Он вдруг стал кричать что-то про свет, а потом упал.

– Значит, наш благословенный лишает его всех демонических сил? Круто! Это как и с остальными проклятыми, он, оказывается, ничем от них не отличается – обыкновенный беспомощный мешок с дерьмом, а не страшный демон, о котором твердила Габби. Не пойму, чего это она его так боялась? – распахнув кожаную куртку, мужчина вытащил из-за пояса пистолет с глушителем и вдруг выстрелил несколько раз подряд в лицо старика.

Торес вскрикнула от неожиданности и подбежала к Иссе, чтобы спрятаться за его спиной.

Кэрол осталась стоять на месте, лишь крупно вздрогнув, уставившись широко распахнутыми глазами на мужчину, который с улыбкой повернулся к ним.

– Ну вот и все, нет больше демона, – он снова поднял руку с пистолетом и спокойно выстрелил. В кресле откинулась и безжизненно обмякла спутница Луи, которой пуля попала точно между бровей.

– Что вы делаете? – вскричала Кэрол.

– Избавляем мир от демонов. Она проклятая.

– Но вы убили ее! За что? Она не сделала ничего плохого! – голос Кэрол охрип от ярости.

Мужчина удивленно взглянул на нее.

– Но она же проклятая. Они все одержимы демоном.

– Чушь! Они не одержимы! Это просто люди! Кто дал вам право убить эту женщину?

– Габриэла. Она дала нам право убивать всех проклятых. Это наша миссия. Разве она вам не говорила? Мы должны очистить наш мир от этой нечисти, спасти его, иначе нам всем конец. Ясно?

– Габриэла велела вам убивать проклятых? Не может этого быть! – поразилась Кэрол.

– Это правда, – глубокий мягкий голос Калена привлек ее внимание, заставив посмотреть на него. – Но вам с Патриком нечего опасаться. Вас это не коснется. Габриэла хочет вас защитить, помочь.

– Брось пушку, приятель! – угрожающий голос Иссы донесся откуда-то сзади и, обернувшись, Кэрол увидела, что он целится в мужчину с оружием из своего пистолета. Но тот не выполнил требование, только направил дуло на Иссу.

– Сам брось!

Другой мужчина тут же выхватил оружие и тоже прицелился в Иссу. Кэрол заметила, как Тим медленно и незаметно потянулся к своему пистолету за поясом сзади.

– Эй, спокойно! – вскинул руки Кален, выступая вперед и остановившись между мужчинами. – Уберите все оружие!

Он повернулся к своим приятелям.

– Вы убили проклятую и Луи, уберите оружие. Всех этих людей мы должны доставить к Габриэле.

– Пусть они отдадут нам оружие! – рявкнул тот, который держал на мушке Иссу.

– Пол, успокойся! Здесь я решаю. Ты забыл?

– Этого Габриэла не говорила. Она тебя главным не назначала. И мы не обязаны тебе подчиняться. Благословенные нами не командуют, они всего лишь наши щиты, защита от этих демонов. Они должны отдать оружие. Это распоряжение Габриэлы. Если они не подчинятся, мы их не возьмем с собой.

Кален обернулся к Иссе, виновато улыбнувшись.

– Вы не могли бы сдать пока свое оружие? Прошу вас. Боюсь, эти парни не шутят.

Он вскрикнул от удивления, когда раздался тихий хлопок, почти слившись с еще одним, прозвучавшим с другой стороны. Оба его спутника тяжело повалились на пол с простреленными лбами.

Кален попятился, испуганно уставившись на Иссу и Тима, но те спокойно опустили свои пистолеты и спрятали обратно под куртки.

– Мы никогда и никому не отдаем свое оружие, – фыркнул Исса. – Ваша старуха хреновая ясновидящая, если этого не знала. Или знала и рассчитывала на то, что нас пристрелят эти ушлепки?

– Для этого надо было выбрать парней посерьезней, а не этих псевдокрутых охотников на демонов! – усмехнулся Тим и обнял за плечи ошеломленную Кэрол. – Все хорошо, милая. Ты чего так дрожишь, испугалась?

– Ну, теперь ты главный, приятель, – Исса покосился на Калена. – Требование о сдаче оружия еще в силе или отменяется?

– Отменятся, – выдавил тот.

– Вот и хорошо. Если ты и вправду папаша Рэя, может, мы и поладим. Он, как вроде, на нашей стороне.

Кален кивнул. На лице его отразилось смятение, даже страдание, когда он окинул взглядом трупы.

– Боже… И десяти минут не прошло, как мы здесь, а уже четыре человека мертвы! Мы всего лишь должны были вас забрать отсюда!

– Ты привел сюда убийц, на что ты рассчитывал?

– Клянусь, я не знал, что они станут убивать! Габриэла велела нам всего лишь вас забрать и привезти к ней. А так нехорошо все обернулось… Боюсь, ей не понравится, что вы убили ее людей.

– А нам не нравится, что она хочет нас обезоружить. Зачем? – Тим, прижимая к себе Кэрол, хмуро взглянул на него.

– Уверен, она не хотела ничего плохого… просто в целях безопасности…

– Чьей безопасности? Почему это ее люди должны быть при оружии, а мы – нет?

– Возможно потому, что она вам не доверяет.

– Хм, мы ей – тоже. Мы не доверяем никому, кто пытается забрать наше оружие, – сказал Исса. – Этой старухе придется принять нас такими, какими мы привыкли быть всегда – вооруженными.

– Хорошо, скажем, что это был несчастный случай, – примирительно проговорил Кален, все еще бледный и растерянный.

Исса кивнул и подошел к Луи. Наклонившись, он уперся ладонями в колени, разглядывая старика.

– Вот так просто, оказывается? – в его голосе прозвучало разочарование. – Знал бы, сам пришил бы этого старика.

Кален отвел взгляд от того, что когда-то было человеческим лицом, а сейчас превратилось в кровавое месиво, и невольно содрогнулся. Тим заметил это и улыбнулся.

– Не привыкли к подобным зрелищам?

– Нет… и не понимаю, как можно привыкнуть.

– Разве? А как же охота на проклятых, о которой говорил этот ублюдок?

– Я в этом никогда не участвовал. И не собираюсь. Я отказался. Габриэла сказала, что не будет меня принуждать. Просила только доставить вас. Потом она позволит мне уйти. Я хочу вернуться к Рэю… и моим внукам.

– Вы их видели? – обрадовалась Кэрол и метнулась к нему.

– Да, видел. Я жил у них в доме целую неделю, Рэй меня сам пригласил, – не без радости сообщил Кален, взяв ее за руки. Потом вдруг спохватился и полез во внутренний карман куртки.

Достав конверт, он протянул его Кэрол.

– Это от Рэя. Просил тебе передать.

Кэрол жадно схватила письмо, не замечая, как потемнело лицо Тима, стоявшего позади. Распечатав конверт, она достала сложенное письмо и фотографию.

– О, как они выросли! – воскликнула она, разглядывая сыновей на снимке. Поцеловав каждого по очереди, она прижала фотографию к сердцу.

– Спасибо, Рэй! – прошептала она, прикрыв на мгновение глаза. Потом поспешно положила фото обратно в конверт, туда же спрятала письмо, так и не развернув.

– Как мальчики? Не болеют? – взволнованно спросила Кэрол, подняв на Калена сияющие глаза.

– Нет. У них все хорошо.

– А Дженни?

– У нее тоже все хорошо. Если честно, я еще не совсем вник во все… я пробыл всего несколько дней… и я как бы еще чужой…

– Но Рэй принял вас, – улыбнулась Кэрол. – Он, наверное, так рад!

– Ну, мы с ним поладили. Он меня не оттолкнул. Я обещал ему позаботиться о вас. Поэтому я здесь. Да и Габриэла, думаю, не просто так выбрала именно меня из благословенных для того, чтобы отправить за вами.

– Я рада, что за нами приехали именно вы, – улыбка растаяла на губах Кэрол. – Эта охота на проклятых, когда Габриэла ее начала?

– Я не знаю. Уже начала.

– То есть, она ищет проклятых и… убивает, всех? – все еще не могла поверить Кэрол.

Кален кивнул.

– Но почему? Это же… ужасно! Неправильно! Почему она мне не сказала?!

– Наверное, потому что знала, что вам это не понравится.

– Не понравится? Да она с ума сошла! Нельзя убивать этих людей, они ни в чем не виноваты, они и так обречены все на страшную участь! Нужно найти способ им помочь, спасти от этого проклятия, освободить, а не убивать! Как она могла?! Я поверить в это не могу!

– Мне нечего тебе на это сказать, Кэрол. Думаю, тебе лучше обсудить это с ней.

– Да, я хочу знать, как она могла принять такое немыслимое решение! Неправильное решение! И я это остановлю!

– Я согласен с тобой и разделяю твое мнение. Будем надеяться, что тебе удастся ее переубедить.

– Удастся, потому что если нет – я не останусь у нее с Патриком, ни за что! Уверена, мы все уладим. Габриэла хорошая, она всегда помогала людям. Возможно, она просто очень напугана…

Кэрол окинула взглядом остальных, пытаясь угадать их мнение, но все угрюмо промолчали.

– А где Патрик? – спросил Кален.

– Он у себя в комнате. Без сознания.

– Вы готовы ехать? Думаю, нам лучше здесь больше не задерживаться.

– Да, мы готовы, – Кэрол решительно кивнула.

– А что с телами? – подала голос Торес. – Мы же не можем все так и оставить?

– Можем, – отозвался Исса. – Уверен, люди Луи скоро приедут сюда за ним, а кроме них никто больше прийти сюда не может. Они и приберутся. Не думаю, что они станут вызывать копов, чтобы те разбирались, что к чему.

Кэрол остановила встревоженный взгляд на старике.

– Зря они это сделали… Не нужно было…

– Почему? – удивился Тим.

– Не знаю… Просто чувствую, что это плохо кончится. Не нужно было его трогать…

– Мы избавились от этого черта, он сдох – это же хорошо! Не пойму, что тебе не нравится? – раздраженно вставил Исса. – Одной проблемой меньше.

– Но он же не передал Патрику свою силу… и все остальное. А он говорил, что не может покинуть наш мир, пока не сделает этого.

– Ну, я не знаю, как он покинет наш мир или как дальше собирается в нем существовать, если не может этого сделать, но его голова превратилась в кашу и вряд ли у него есть возможность оставаться живым в таком виде. Ему придется переселиться в другое тело.

– Он этого не может, он сам говорил.

– Ну тогда ему пришел пипец, Кэрол. Как он сам говорил, люди еще не научились жить без души – и без головы тоже. А головы у него больше нет. И он мертв, тут и дураку ясно. Хватит болтать, собирайся, пора выдвигаться, пока его люди сюда не заявились.

– Грузи сумки, а я возьму Патрика, – сказал ему Тим.

Кэрол пошла с ним и, когда они вышли из комнаты, шепнула:

– У него куртка с капюшоном, если мы его наденем, сможем спрятать лицо. И надо как-то спрятать его руки…

Она содрогнулась, вспомнив вытянутые узкие кисти и неестественно длинные скрюченные пальцы со страшными острыми когтями, как у хищной птицы – то, во что превратились маленькие детские руки ее сына.

– Ничего, сейчас что-нибудь придумаем, – Тим взял ее за руку и ободряюще сжал сильными пальцами.

– Мы не можем везти его к Габриэле в таком виде, – простонала Кэрол. – Тимми… мне страшно!

– Не бойся, Кэрол, это всего лишь старуха. Она только ясновидящая. Ее сила лишь в этом. Она ведь не может вышибать души взглядом, как Луи, или что-то подобное. А ее убийцы – так себе. Дилетанты. Сама видела, с какой легкостью мы с Иссой их уложили. Не думаю, что у нее есть парни, которые могли бы доставить нам проблемы. Так что тебе нечего бояться. И некого. Если нам что-то не понравится, мы уйдем. И никто нас не остановит, я тебе обещаю.

Остановившись, он притянул ее к себе и, наклонившись, горячо поцеловал. Кэрол обняла его за шею, привстав на цыпочки, и ответила на поцелуй.

Когда они вошли в комнату Патрика, мальчик все еще был без сознания, но в его внешности не осталось ничего необычного. Со вздохом невероятного облегчения Кэрол склонилась над ним, разглядывая.

– Слава Богу! Тим, смотри, это исчезло! Так быстро… Мы же ушли всего минут пять назад! Неужели это из-за Калена?

– Хочешь сказать, его свет загнал эту тварь, что из него вылезла, обратно… ну, туда, где она раньше была? – предположил Тим, недоверчиво разглядывая мальчика. – Если так, то это хорошо. Может, она никогда и не вылезет больше, если благословенный все время будет рядом с ним?

– Может. Но проблема в том, что Патрик так не хочет… свет блокирует его дар, а он не хочет жить без него. Он мне уже об этом говорил.

– Может быть, теперь он передумает… после всего.

Кэрол пожала плечами. Погладив мальчика по щекам, она окликнула его, пытаясь привести в чувства. Потом слегка встряхнула.

– Не просыпается, – снова расстроилась она. – Но почему?

– Кэрол, он очнется. Нам пора. Давай оденем его.

Она достала из шкафа его куртку. Тим приподнял его, помогая ей натянуть на него эту куртку, после чего взял мальчика на руки. На этот раз без труда.

– Он легкий! – Тим расплылся в радостной улыбке. – Он снова просто ребенок, Кэрол, не расстраивайся, все будет хорошо. Одевайся сама и, пожалуйста, захвати мою куртку.

– Разве ты не наденешь ее? Замерзнешь.

– Не замерзну.

Он не спеша вышел из комнаты. Заскочив к себе, Кэрол накинула куртку и захватила сумку со своими новыми немногочисленными вещами.

– Тим, из твоей комнаты надо еще что-то забрать? – окликнула она.

– Только куртку, остальное Исса уже погрузил в машину, – отозвался тот.

Поспешно проскочив мимо трупов, Кэрол вышла на улицу, где ее уже все ждали.

Кален со своими теперь уже покойными спутниками приехали за ними на минивэне, чтобы всех вместить. Тим уже расположил Патрика на самом последнем сиденье. Кэрол села поближе к сыну, Тим рядом с ней. Кален сел за руль, Исса, закончив с погрузкой вещей, расположился впереди, Торес – у него за спиной.

– И куда едем? – поинтересовался Исса, наблюдая, как Кален выруливает на дорогу. – В аэропорт?

– Нет. Габриэла прилетела сюда. Только побоялась ехать в Париж. Из-за Луи. Она ждет в Шартре. Это недалеко. От Парижа примерно час и минут пятнадцать-двадцать ехать, если без остановок. Возвращаться в Америку вам опасно. Она решила не рисковать. Нельзя, чтобы вас схватила полиция.

– Согласны, – кивнул Исса. – А куда мы потом, она говорила?

– Нет. Она хочет обсудить это только с вами, чтобы никто не знал. Она сказала, что у нее есть план, куда вас спрятать так, чтобы никто не нашел. Даже Рэндэл. Куда именно – никому не говорит, даже мне. Но это правильно. Чем меньше людей будет знать, где вы, тем надежнее.

– А разве вы не останетесь с нами? Или она приставит к нам другого благословенного? – спросила Кэрол.

– Из благословенных прилетел только я. Думаю, пока останусь я… Мы с Рэем так решили, и я ему пообещал присмотреть за вами. А потом я бы хотел вернуться к нему… когда все наладится. Возможно, меня сменит другой благословенный.

Кэрол кивнула, подумав о том, что ей хотелось бы, чтобы с ними был Кален, а не кто-то другой. Он ей понравился. Он внушал доверие. И он так был похож на Рэя. Но, конечно, нельзя требовать от человека, чтобы он посвятил себя им, тем более, когда сердцем рвался в другое место, к сыну и внукам. Сердце Кэрол тоже рвалось туда, к детям. Но, в отличии от Калена, она не могла к ним поехать.

Печально вздохнув, она уставилась в окно, разглядывая мелькавшие мимо улицы.

Она покидала Париж, так и не увидев его. Из больницы ее сразу привезли в этот домик, откуда она ни разу так и не вышла.

Тим обнял ее за плечи и привлек к себе. Положив ладонь на его руку, она удобно устроилась в его объятиях, откинувшись на его крепкую грудь, и продолжила с интересом смотреть в окно. Наклонившись, Тим нежно поцеловал ее в ухо. Кэрол невольно улыбнулась и пожала пальцами его предплечье, отвечая на ласку. И вдруг почувствовала на себе взгляд. Посмотрев вперед, она встретилась в зеркале заднего вида с глазами Калена. И почему-то от его взгляда ей стало как-то не по себе. Он перевел взгляд на дорогу, но Кэрол продолжала смотреть на его отражение в зеркале. Она не знала, что не так было в его взгляде, но была уверена, что ему не нравилось то, на что он смотрел. То есть на них с Тимом. Странно, ему-то какое дело? Неужели это из-за Рэя? Он знает о чувствах к ней Рэя, о том, что его дети – это ее дети? Неужели Рэй мог ему рассказать, ему, совершенно чужому человеку, только что появившемуся в его жизни, поведать эту страшную тайну, которая могла погубить его и, возможно, детей тоже?

И вдруг Кэрол поняла, что могла сама себя выдать, когда у всех на глазах достала фотографию близнецов, которую передал Рэй, и стала ее расцеловывать, забыв от радости обо всем на свете, начала выспрашивать о них. Возможно, Кален не знал, что в письме, и Рэй ничего ему не рассказывал… а она сама так неосторожно себя повела. Любой бы дурак понял, что к чему.

– Какая же я дура, – в ужасе прошептала она Тиму.

– Почему? – удивился он, тоже шепотом, снова наклонившись к ее уху.

– Я прокололась с детьми… когда он дал мне письмо. Уверена, Рэй не мог ему рассказать… а я… Как думаешь, ему можно доверять?

Тим помолчал, размышляя.

– Думаю, теперь лучше все ему рассказать до конца, чтобы он знал, чем грозит разоблачение вашей с Рэем тайны. Тогда он будет знать и станет, как и все, кто знает, держать язык за зубами. Не думаю, что он хотел бы навредить своему сыну и внукам. Как вроде, он неплохой чувак.

– Мне тоже так показалось. Да, ты прав. Придется все рассказать.

– Ничего страшного, не переживай из-за этого. Ну не сдержалась – с кем не бывает. Все равно он пока будет с нами и никому ничего не сможет рассказать. А мы пока к нему приглядимся. Если поймем, что ему нельзя доверять – я его пришью, и все дела. Так что успокойся, мы ничем не рискуем, и не будем рисковать.

– Но это же папа Рэя!

– Если этот папа может поспособствовать тому, что Рэндэл отправит его на тот свет, узнав, что он был твоим любовником и у вас общие дети – то такой папа ему не нужен. Уверен, Рэй бы со мной согласился.

Кэрол ничего больше на это не ответила. Тим тоже не хотел продолжать эту тему, весьма для него неприятную и болезненную. Он не знал теперь, к кому из этих двоих – к Рэндэлу или Мэтчисону – он ревнует ее больше, но с одинаковым удовольствием и облегчением убил бы обоих. И на самом деле был бы только рад, если бы Рэндэл расправился с Рэем. И чтобы сам Рэндэл тоже сдох или никогда не вышел из-за решетки. Они оба были словно две занозы в его влюбленном сердце, и он знал, что никогда не избавится от этих заноз, пока они живы. А еще Тим вовсе не расстраивался по поводу того, что ее малышня осталась в далекой Америке, и очень надеялся на то, что Кэрол никогда не представится возможность их забрать. К Патрику он уже привык и готов был с ним смириться, мальчишка даже по-своему ему нравился, но ее близнецов он всегда недолюбливал. Они напрягали его, постоянно напоминая своим существованием о ее связи с этим красавчиком, Рэем. А теперь еще появилась дочка Рэндэла. Тим не видел ее, но уже испытывал неприязнь. Этот ребенок причинял ему душевную боль, заставлял мучится от дикой ревности, которую он с большим трудом держал в себе, не показывая Кэрол. Он зарекся никогда не поднимать эту тему, не говорить об этом с Кэрол, боялся испортить тем самым отношения с ней. Но все это заставляло его страдать, отравляло изнутри. Он хотел верить, надеялся, что Кэрол говорила правду, утверждая, что не была с мужем по своей воле, но с ее согласия или нет, это между ними происходило, и этот факт причинял ему ошеломительную боль, душил ревностью и гневом. О, как же ему хотелось пристрелить этих двух ублюдков! Только тогда он смог бы обрести покой. Но он не мог этого сделать, Кэрол связала ему руки, и с этим он ничего не мог поделать. Его ненависть была страшной, но его любовь оказалась сильнее и имела над ним большую власть. Ему пришлось сделать выбор – либо месть, либо любовь. Он выбрал любовь. И сейчас он был счастлив. Но ненависть никуда не делась, она по прежнему отравляла его кровь и не давала покоя. Ему снилась по ночам Даяна, которая упрекала его в предательстве, в том, что он до сих пор не покарал ее убийцу. Тим чувствовал перед ней вину и стыд. И страдал от этого. Он задавался вопросом, заслуживает ли он уважение, как человек, как мужчина, который ради любви женщины отказался от кровной мести за родную сестру. Не осуждает ли его в глубине души Исса, не презирает ли, считая слабаком, который позволил какой-то бабе помешать отомстить за сестру, отказаться от своего долга. Исса ничего не говорил по этому поводу, но именно это и не нравилось Тиму. Исса не любил сдерживаться в высказывании своего мнения, но если он молчал, то только тогда, когда его высказывание могло серьезно угрожать их дружбе или если знал, что причинит ему, Тиму, боль. Тим знал, что Исса не понимает и не одобряет такой привязанности к женщине, ему не нравилось, что он так зациклился на Кэрол, поставил ее превыше всего, но он молчал, терпел, во всем помогал и поддерживал, несмотря ни на что. Лишь мог иногда шутить, предлагая подыскать ему другую девушку, чем только раздражал Тима. Легко это говорить тому, кто всегда нравился женщинам, у кого никогда не было трудностей в отношении с ними. Ведь ему никогда не говорили девушки, что с ним стыдно пройтись по улице, что подруги засмеют, если увидят с ним, подумают, что не может найти себе нормального парня, раз согласилась встречаться с ним… Кэрол была первой и единственной женщиной, с которой он почувствовал себя «нормальным», в искренность которой он смог поверить. Рядом с ней он забывал о своих шрамах, не ощущал себя уродом, ущербным. Он нравился ей, она его желала, он это видел, чувствовал. И при этом она не была какой-то обычной, никому не нужной дурнушкой, у которой выбор был невелик, которая бы согласилась хоть на какого-нибудь парня, лишь бы он был. Она была потрясающей женщиной, настоящей красавицей, которую любили такие непростые мужчины, как Рэндэл и Мэтчисон, о любви которых могла бы мечтать любая женщина, и такие женщины были, Тим даже не сомневался. Но эти двое никого не хотели, одержимые только ею. А она выбрала его, Тима. С ним она сейчас уезжала в неизвестность, готовая разделить именно с ним свою дальнейшую жизнь, у него искала защиты, ему дарила свою любовь, снова сбежав от этих двоих, которые всегда смотрели на него с таким презрением и пренебрежением, как на уродливое ничтожество. Тим злорадствовал, представляя, что они оба теперь чувствуют, зная, что она сейчас с ним, снова. Утер же он нос этим двум хреновым принцам, у которых было все – деньги, власть, внешняя привлекательность, восхищение женщин, он вытер об них свои ноги, он, бродяга, у которого никогда не было собственного угла, ничего не было, и самым дорогим из его имущества была винтовка, и он забрал себе их прекрасную принцессу. Как тут не подняться самооценке?

Тим поморщился, думая о деньгах. Они с Иссой зарабатывали хорошие деньги на заказных убийствах, но Даяна нещадно их тратила, а то, что они сумели приберечь и заработать после ее смерти, уже почти иссякло. Они давно уже не работали, вынужденные залечь на дно, когда начали охоту на Рэндэла, и когда тот тоже стал охотиться на них. Они не ожидали, что все это надолго затянется, рассчитывая быстро убрать Рэндэла. И уже сделали бы это, если бы не вмешался Патрик, а потом и Кэрол. Они оставили свои попытки расправиться с Рэндэлом, а вот он свои – нет. Теперь он на них охотился, а они бежали. И Тиму, и Иссе это категорично не нравилось, убегать и прятаться от того, кого они могли сами убить, но иного выхода Тим пока не видел. Если бы Кэрол и Патрик не обладали своим сверхъестественным даром, они бы просто обманули их, тайком расправившись с Рэндэлом, чтобы она не узнала, что это они сделали. Но они будут знать, если Тим нарушит свое слово или даже подумает об этом, сразу увидят грозящую Рэндэлу опасность, как раньше видели, и не простят этого. А Тим больше всего на свете боялся потерять Кэрол.