Текст книги "Травля (СИ)"

Автор книги: Марина Сербинова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 53 страниц)

– Исса! – напрягая голосовые связки, позвал он, но не смог сделать это достаточно громко. Словно помогая ему, Спайк громко и звонко залаял. Тим с благодарностью посмотрел на него – уж его лай по всему дому разнесется, и Исса его несомненно услышит и сразу поймет, что это сигнал тревоги.

– Нол! – донесся до него яростный вопль Иссы. – Нас заперли!

Схватив настольную лампу с прикроватной тумбочки, Тим с силой ударил ее о стену, зная, что Исса это услышит.

– Тебя тоже?

Спайк продолжал звонко лаять, отзываясь на голос Иссы, а Тим в ответ швырнул о стену большой тяжелый телевизор.

– Но почему ты там, а не в комнате с Кэрол? Где она?

Тим подскочил к окну и распахнул шторы. Выругавшись сквозь зубы, он локтем разбил стекло и вцепился руками в решетку, которая там была, пытаясь ее сорвать.

– Что происходит? – Кэрол побледнела, услышав шум, тревожный лай Спайка и Иссу.

– Кэрол, бегите! – заорал за стенкой Исса.

– Даже не пытайся – бесполезно, – усмехнулась Габриэла, и в подтверждение ее слов в комнату вошли Джон и Софи. В руках у них были веревки.

– Рик! – взвизгнула Кэрол, бросаясь к кровати, но мужчина отшвырнул ее в сторону и, наклонившись, схватил мальчика, скрутил, быстро опутывая веревкой.

– Эй! – завопил тот, ничего не понимая спросонья. – Мам!!!

К Кэрол приблизилась женщина, держа свою веревку наготове, и опешила от неожиданности, когда, вместо того, чтобы испугаться и отступить, Кэрол сама вдруг набросилась на нее, сбив с ног сильным ударом кулака. Охнув от изумления, женщина упала на пол, а Кэрол подскочила к Габриэле и, вцепившись в редкие седые волосы, с яростным воплем выдернула старуху из кресла. Слабые больные ноги той подогнулись, но Кэрол не позволила ей упасть, отстранено удивившись тому, что старуха оказалась настолько легкой, а у нее самой вдруг появилась прежняя сила в ее истощенном ослабленном теле, которую она в последнее время совсем не ощущала.

Прижав Габриэлу спиной к себе, она обхватила ее шею рукой и сжала горло. Старуха захрипела, беспомощно хватая ее за руки.

– Отпусти моего сына, урод, или я сейчас сверну ей шею!

Джон выпрямился, демонстративно подняв руки, и растерянно посмотрел на Габриэлу.

– Держи мальчишку! – прохрипела с трудом старуха. – Убить его… любой ценой…

Кэрол напрягла мускулы, передавив ей горло сильнее. Голос старухи оборвался, она захрипела и закатила глаза.

Патрик тем временем вскочил, отчаянно пытаясь вырваться из стягивающих у него за спиной руки веревок.

– Развяжи меня, мразь, живо! Мам, придуши эту гадину! Осторожней, сзади!!!

Кэрол обернулась, но ее в тот же миг схватил появившийся из ниоткуда незнакомый мужчина. Кэрол напряглась изо всех сил, продолжая сжимать горло Габриэлы, но тот разжал ее руки и оторвал от старухи, которая тут же скользнула на пол, не устояв на ногах. Ей на помощь бросилась Софи, которая наблюдала за происходящим, не находя в себе смелости вмешаться.

Подавив яростные сопротивления, незнакомец повалил Кэрол на пол и, больно придавив коленом между лопатками, скрутил руки, опутывая веревкой. Та закричала, вырываясь изо всех сил.

– Кэрол! – послышался испуганный голос Торес. – Защищайтесь, вы же можете! Пусть Рик вызовет опять своего монстра, а ты сделай с ними то, что сделала с Перес!

Габриэла, которую Софи усадила обратно в кресло, тихо засмеялась.

– Ну, давайте! Продемонстрируйте нам это! Что такое, не можете? Твоя новая подруга разве не в курсе, как на вас действует благословенный? Кален никуда не ушел, если что. Попались, голубчики!

Неприятно захихикав, старуха подала жестом знак Софи, веля вывезти ее из комнаты.

Следом за ней незнакомец вытащил связанную Кэрол, а Джон – Патрика.

Тим, услышав их за дверью, ударил по ней кулаком.

– Кэрол! – позвал он, как мог громко, напрягая слабые голосовые связки.

– Тимми! – отчаянный крик Кэрол, казалось, прозвучал у самой двери. – Они хотят нас убить!

– Заткнись, не ори! – прозвучал тут же раздраженный и злой незнакомый голос, потом послышался звук глухого удара, а следом – стон боли.

– Ах ты, урод, не смей ее трогать! – завопил в ярости Патрик. – Убью! Всех убью! Уберите руки, мрази!

– Тащи их в подвал, там и прикончим, – продребезжал голос Габриэлы. – Да рты им закройте, переполошат всю округу! Ребята достали автоматы?

– Да, все в порядке, – отозвался тот же незнакомый голос.

– Хорошо. Закончим с этими, потом займемся молодчиками и надзирательницей. Пошли.

– Нет! Не надо! Габриэла! Умоляю… за что? Я же тебе верила! Как ты можешь? – снова закричала Кэрол с нескрываемым ужасом и отчаянием.

– Мы не отдадим вам наш мир, демоны! Отправим вас всех обратно в ад! – воскликнула горячо Софи.

– Но мы не демоны!

– Заткнись, никто тебя не слушает, чертова тварь! Отродье дьявола! Ты породила на свет этого Антихриста! – голос Софи охрип от ненависти и негодования.

– Это не так! Он не Антихрист! И мы не демоны! Мы ни в чем не виноваты! И мы не собираемся уничтожать этот мир, он наш также, как и ваш! Наоборот, мы с Патриком хотим найти решение и способ, как избавиться от всего этого… Мы хотим одного и того же с вами! Выслушайте меня…

– Заткните ей рот! – рявкнула Габриэла. – Мы уже нашли способ, проклятая. Он единственный и верный. Избавиться навсегда – это значит уничтожить.

– Пожалуйста… не трогайте Патрика, – простонала Кэрол, почти рыдая. – Он всего лишь ребенок!

Ее голос оборвался, было слышно лишь мычание и вой – ей чем-то заткнули рот. Как и Патрику, скорее всего, которого тоже больше не было слышно.

– Он не ребенок, – прошипела Габриэла. – Я же тебе говорила! Сколько раз предупреждала! Ты не слушала меня. Ты не оставила мне выбора. Он должен умереть. И ты должна. Должны умереть все до одного, все, кто имеет связь с тем миром… с теми сущностями! Мы оборвем все ниточки между нашем миром и их миром, и они никогда больше не смогут сюда проникнуть! А для этого весь ваш род должен быть истреблен, все! Вы своим гребанным даром – будь он проклят – протащили сюда эту тварь тогда, а потом и других, одну за другой, вы приносите им в жертву наши души уже столько веков! Вы чудовища, все до одного, вы не заслужили пощады и жалости, вы никого не щадили, погубив миллионы человеческих душ! Отправляйтесь все к своим хозяевам, в тот мир, которому служите!

Голоса стихли.

– Кэрол! – простонал Тим и, снова разогнавшись, со всех сил ударился о дверь, пытаясь выбить. К его удивлению, дверь снова не поддалась. Не может быть, чтобы межкомнатная дверь была такой крепкой! Он вышибал такие двери одним ударом ноги.

Остановившись перед дверью, он постучал по ней костяшками пальцев, прислушиваясь к звуку, наклонившись, приподнял штанину, вытащил из ножен на голени большой армейский нож и всадил лезвие в деревянную поверхность двери.

Деревянной оказалась обшивка, под ней был металл.

Тим с досадой выругался.

Если бы он сам открыл дверь, он бы сразу почувствовал по ее тяжести, что она металлическая, но дверь ему услужливо открыл этот Джон, будь он трижды проклят! Присев, он взглянул в щель между дверью и полом. Потом поднялся и заглянул поверх двери, но там уже разглядеть ничего не удалось. Но и того, что он увидел, было достаточно, чтобы понять, что вынести дверь он не сможет – между полом и дверью он разглядел внушительные металлические замки.

Он слышал, как пытается выбить дверь и Исса, слышал его громкий яростный мат.

Если и он до сих пор не смог снести дверь, то и в его комнате она такая же. И решетки на окнах.

Они оба оказались в ловушке.

Глава 11

Кэрол с Патриком затащили в подвал и только после этого развязали ей рот.

– Теперь можешь орать, сколько хочешь, тебя все равно отсюда никто не услышит, – фыркнула Габриэла.

– Ты не можешь этого сделать, Габриэла, – прохрипела Кэрол. – Ты же добрая… ты всегда помогала людям…

– Да, и именно поэтому я это сделаю. Я и сейчас помогаю людям. Я спасаю их всех, от тебя и от таких, как ты. А особенно – от него! – старуха ткнула пальцем в сторону мальчика.

– Пожалуйста, Габриэла… мы сможем найти другой способ, давай поговорим! Мы для этого сюда и приехали – за помощью! Мы хотим остановить все это не меньше тебя! Потому мы и ушли от Луи и пришли к тебе!

– Я долго все обдумывала, Кэрол, и поверь, мне не легко далось это решение. Но иного способа нет, пойми. Мы никогда это не остановим, пока будет жив хоть один проклятый. Любой из вашего рода может снова вытащить сюда одну из этих тварей, что жила в Луи и живет в твоем сыне. И избавить ваш род от этого проклятия, оборвать эту связь с тем миром и их обитателями – я не знаю, как.

– Мы найдем способ!

– На это нет времени. Потом будет поздно. Каждый проклятый – погибель для людей… для их душ. Пока мы сейчас тут говорим, кто-то умирает рядом с одним из проклятых, а его душа отправляется навеки неизвестно куда и для чего… Смерть одного проклятого – это десятки спасенных человеческих жизней и душ. А смерть твоего сына – спасение всего мира.

– Габриэла…

– Хватит, Кэрол. Бесполезно. Ты не переубедишь меня. Тебя утешит, если я скажу, что не собираюсь убивать твоего Тимми? Если, конечно, он все-таки меня не вынудит, чего бы не хотелось. Я буду держать его друга в заложниках, чтобы он убивал проклятых. С ним у нас дела пойдут намного быстрее. Я буду находить проклятых, а он – отстреливать из своей винтовки, как зайцев, даря им быструю и легкую смерть.

– Тим на это не пойдет, напрасно надеешься! – процедила сквозь зубы Кэрол.

– Пойдет, даже не сомневайся. Ради своего друга он на все пойдет, поверь мне. Так же как тот пойдет на все ради него. Ты сама об этом знаешь.

– А про полицию ты забыла? Думаешь, никто не заметит массовые убийства ни в чем не повинных людей, семей?

– Не переживай за нас, не попадемся. Я об этом позабочусь. Отправляйся в свой туман со своим сыночком и принимай там гостей. Скоро повалят. И еще одна радостная новость напоследок – твой любимый скоро присоединится к тебе.

– Ты же сказала только, что не убьешь его!

– Когда это? – Габриэла нахмурилась, а потом рассмеялась. – Так то я о Тимми сказала! А я говорю сейчас – любимый. Разве это Тимми? Меня ты не обманешь, Кэрол.

– Зачем тебе Джек? Он вообще не имеет никакого отношения к нашему проклятию.

– Да, но оно успело его достаточно отравить, теперь не отпустит. Он уже должен быть мертв, а ты и Патрик помешали. Теперь, когда вас не станет, некому будет его защитить, сохранить его жизнь…

– Тимми не убьет его, даже если меня не станет. Он мне обещал.

– Ну, если он передумает и захочет все-таки завершить начатое, я не буду возражать. Рэндэл мне никогда не нравился – та еще сволочь, похуже любого проклятого! Но дело не в Тимми. Думаешь, так легко обмануть смерть? Преградила ей дорогу, она обойдет с другой стороны и возьмет, что надо.

– Но мы ничего не видели! Ему ничего не грозит! Мы бы увидели! Патрик бы сразу увидел! – Кэрол устремила вопросительный взгляд на сына, который недоуменно покачал головой. – Ты мне лжешь, хочешь помучить! Джек будет жить, мы давно его покинули, наше проклятие его не достанет.

Габриэла насмешливо смотрела на нее.

– Видел и слышал бы тебя сейчас Тим, как ты за мужа своего боишься. Ай-ай-ай, Кэрол, не совестно тебе мальчика обманывать? Он ведь тебе верит. Ты единственная женщина, которой он поверил за всю свою жизнь. Он тебя полюбил. А ты любишь Джека, и скрываешь это от него. Нехорошо.

– Я не обманываю его, – процедила Кэрол. – Тимми мне нравится, но я никогда не говорила ему о любви!

– Но ведь он этого ждет. Надеется. Он думает, что ты его выбрала, отвергнув Джека и Рэя.

– И что? Это так и есть!

– Ты обманывала его, когда убеждала, что больше не любишь мужа, что у тебя нет к нему чувств! Ты соблазнила его, заставила тебе поверить. Ты задумывалась, что с ним будет, если он узнает о том, что ты с ним, чтобы защитить от него Джека, чтобы сейчас он помог тебе скрыться и защищал ото всех? Что ты его просто используешь, а на самом деле все еще любишь Джека?

– Неправда! Это неправда! Я хочу быть с Тимми, а с Джеком – нет! Не хочу к нему возвращаться, хочу забыть!

– Ты предала его. Он тебя ждал, хранил тебе верность, а ты уступила Джеку там, в тюрьме. Не вылазила из постели с ним целых три дня! Ты говорила об этом Тимми?

Кэрол поджала дрожащие губы.

– Джек пообещал спасти меня от казни… У меня не было другого выбора! Я хотела жить!

– Что же не спас? Опять обманул? Сколько раз тебе надо обмануться в нем, чтобы ты перестала, наконец-то, ему верить?

– Уже перестала, – тихо шепнула Кэрол.

– А уже и не надо. Ты сейчас умрешь, да и он совсем скоро – тоже. А Тим будет жить дальше. Если он согласится мне помогать, я не расскажу ему всю правду о тебе, пусть думает, что ты его любила и не теряет снова самоуверенность. Если нет – расскажу, и этим его уничтожу. Он и раньше-то не мог поверить женщине, а если узнает, что ты его обманула – вообще никогда больше не поверит. Несчастный одинокий мальчик, ему так хочется, чтобы его любили, что он ничего не видит, ослепленный этим желанием, поверив, что его может полюбить такая женщина, как ты, изуродованного и снаружи, и изнутри! А оказывается, это невозможно… Он никогда тебе не рассказывал о своей первой любви? Однажды, когда он был совсем юным парнем, он влюбился… в госпитале, в медсестру. Она ответила на его чувства, даже переспала, а когда его выписали – отшила, сказав, что с ним можно хорошо потрахаться, но не пройтись по улице, что ее подруги засмеют, если увидят с ним… Он не забыл ее слова, он слышит их до сих пор. И вот теперь ты тоже ответила на его любовь, спустя много лет он снова подпустил к себе женщину… поверил в ее искренность. И снова его обманули. Ты даже не представляешь, какой он ранимый внутри, насколько изранена его душа. Он сильный только телом, но не душой. Это его окончательно сломает. Интересно, сможет ли благословенный убить сам себя, как думаешь?

– Заткнись! Какая ты злая, оказывается! Я не обманывала Тимми и не собиралась! Он всегда мне нравился, я считала его красивым, мужественным, а шрамы – ерунда! Ничего ты не знаешь и не видишь, раз говоришь так! Или просто специально надо мной издеваешься! Не смей трогать Тимми, не смей! Отпусти нас, и ты увидишь, что ошибаешься! Я никогда его не брошу, не причиню боль! Я никогда не собиралась его обманывать! Никогда!

– Ты даже не сказала, что не можешь больше иметь детей. Он наивно мечтает, что ты ему родишь. Почему молчишь? Боишься, что бросит и останешься одна? Некому будет с тобой возиться, помогать?

– Я сказала Иссе. Просила его самому ему сказать. Но он почему-то пока не сказал. Даже если бы Тим и знал, он бы все равно не бросил меня в беде, ты его не знаешь!

– Ты запуталась, Кэрол. Я помогаю тебе, избавляю от всего. Неужели ты не устала, ты столько пережила, неужто после всего в тебе еще остается желание продолжать эту жизнь? Зачем? Вся твоя жизнь – это страдание, страх, боль. Зачем тебе такая жизнь? Умри, и освободись. Я не злодейка, я просто хочу тебе помочь, как всегда помогала. Я не могу больше видеть твои отчаянные попытки…

– Да, я столько пережила и не для того, чтобы ты убила меня и моего сына! – перебила Кэрол. – Не надо, Габриэла! Я так боролась за эту жизнь, с самого своего рождения… не отбирай ее у меня…

– Увы, я не могу иначе. Твое время в нашем мире уже истекло, ты сама об этом знаешь. Вы играете со смертью с Патриком. С чего вы взяли, что вам это дозволено? Ты умирала уже два раза, Кэрол! А он тебя возвращал! Вы нарушаете все законы нашего мира! Ты умерла, тебе нет больше места здесь, поняла? И сыну твоему – тоже. Пусть убирается в свой мир! Решай, с кого начнем. Кто первый?

Кэрол с ненавистью смотрела на нее залитыми слезами глазами.

– Только из жалости к тебе лично я готова позволить тебе решить самой, видеть ли смерть своего сына или нет. Так что? Кого первого?

Кэрол перевела взгляд на Патрика. Он часто заморгал покрасневшими от слез глазами, переполненными непередаваемого ужаса. По щекам его побежали слезы.

– Прости меня… – простонала Кэрол, падая на колени. Согнувшись пополам, она уткнулась головой в пол и завыла. Но сильные руки грубо схватили ее, заставляя выпрямиться.

– Так что? Кого? – прорычал над ухом незнакомый мужчина.

– Меня, – шепнула Кэрол и зажмурилась, роняя слезы, когда в висок уперлось дуло револьвера. – Сынок, не смотри…

***

Прижав уши, Спайк оскалился и зарычал.

Оторвавшись от замка, который пытался вскрыть, Тим выпрямился, сжимая в руке свой нож.

– Это я, Кален, – расслышал он за дверью тихий шепот. – Я сейчас выпущу тебя, не кидайся на меня, я хочу помочь.

– Хорошо, – отозвался Тим.

Замок щелкнул и дверь немедленно открылась. Тим обернулся к Спайку.

– Жди здесь!

– Я не знал! Клянусь, – Кален отступил, давая ему пройти. – Быстрее, они в подвале! Я выпущу Иссу! Осторожнее, здесь еще четверо, у них автоматы. Я не знаю, откуда они взялись, когда мы сюда летели, их с нами не было…

Кален поспешно сунул ему в руки его пистолет с глушителем, который был оставлен в машине в гараже, и побежал за угол, открывать дверь в комнату, где были заперты Исса и Торес. Тим бросился следом.

– Быстрее, в подвал! – распахнув дверь, Кален сунул Иссе второй пистолет.

– Я знаю, где он, – Исса бросился вперед, не производя при этом ни малейшего шума. Также тихо за ним последовал Тим, велев на ходу Калену оставаться здесь и приглядеть за Торес и Спайком.

Переглянувшись с выскочившей из комнаты вслед за Иссой Торес, Кален взял ее за руку, и они осторожно поспешили за мужчинами, стараясь двигаться также тихо.

У подвала с УЗИ наперевес стояли двое, беспечно разговаривая, явно не ожидая нападения.

Задержавшись на мгновение перед дверным проемом, Тим бесшумно перестроился к противоположной стене и вжался в нее спиной, Исса остался на месте, тоже спрятавшись. Встретившись на мгновение взглядами, они одновременно шагнули вперед, поднимая руки с пистолетами.

Мужчины застыли от неожиданности, увидев их, но тут же получили по пуле в лоб.

Подхватив их автоматы, Тим и Исса быстро и бесшумно спустились в подвал.

Кэрол стояла на коленях, а возвышающийся над ней высокий мужчина прижал дуло револьвера к ее голове. Патрик, застыв от ужаса, широко распахнутыми глазами смотрел на нее.

Спиной к выходу, скрестив руки на груди, спокойно стоял еще один мужчина, тоже с УЗИ, висевшем на плече. Старуха и Софи наблюдали за происходящим, поглощенные зрелищем. Никто не заметил бесшумно спускающиеся у них за спиной большие тени…

И вдруг старуха крупно вздрогнула и обернулась, словно услышала или почувствовала.

– Берегись! – вскрикнула она испуганно.

Ее голос потонул в двух коротких очередях, выпущенных из автоматов.

Кэрол вскрикнула от неожиданности, вскинула голову и ошеломленно посмотрела на упавшего рядом с ней мужчину. Второй тоже замертво повалился на пол.

Сначала Исса, и за ним Тим шагнули с последней ступеньки на бетонный пол.

Остановившись, они посмотрели на перепуганную старуху и ее спутницу.

Кэрол, не в силах пошевелиться, не отрывала от них удивленного взгляда, не веря своим глазам.

Снова подняв автомат, Тим с непроницаемым лицом спустил курок. Габриэла задергалась в своем кресле от ударов вонзающихся в ее тело пуль.

Софи, прижав ладони к лицу, истошно закричала, но ее крик оборвался, когда Исса выстрелил в нее из своего УЗИ.

Перекинув автомат за спину, Тим сунул пистолет за пояс и подошел к Кэрол. Присев, он взял ее за плечи и осторожно поднял с колен. Потом улыбнулся и погладил по мокрой от слез, опухшей от удара щеке.

– Все хорошо, – шепнул он нежно и, поцеловав в губы, вытащил из-за пояса нож и перерезал веревки на ее запястьях. Кэрол подняла на него мокрые от слез глаза, трясясь всем телом от пережитого ужаса.

– Спасибо, – едва слышно шепнула она, словно сил на большее у нее не осталось и, прильнув к его груди, обхватила его стан руками, обнимая. Наклонившись, Тим сжал ее в объятиях и приподнял над полом, прижав к себе со вздохом невероятного облегчении.

Исса тем временем освобождал от веревок Патрика, который, связанный, с кляпом во рту, лежал прямо на холодном бетонном полу.

– Успели? – взволнованно воскликнула Торес, торопливо сбегая по ступенькам. За ней спускался Кален.

– О, Боже! – вырвалось у него, когда он окинул взглядом все вокруг.

– Круто! – в восторге выдавил Патрик дрожащим голосом, поспешно вытирая лицо рукавом, чтобы никто не заметил его слезы. – Вы вовремя, ребята!

Он засмеялся нервным, почти истерическим смехом, радостно смотря на Иссу и Тима. Исса ободряюще ему подмигнул и, подхватив под мышки, оторвал от пола.

– А ну-ка, поднимайся с пола, а то заболеешь.

Мальчик вдруг бросился ему на шею и порывисто обнял. Исса растерялся от неожиданности, потом улыбнулся и успокаивающе погладил его по голове.

Заметив, как мальчика трясет от пережитого потрясения, и он с трудом держится на ногах, Исса с улыбкой потрепал его по макушке и, легко подняв, закинул себе на плечо.

– Валим отсюда. Мне не понравилось здешнее гостеприимство, – усмехнулся Исса. – Кален, захвати еще и эти УЗИ, они нам пригодятся. Ты с нами или предпочитаешь остаться здесь?

– Нет! – не сумев скрыть своего ужаса, поспешно отозвался тот. – Если можно, я бы с вами…

– Ну тогда пошли, ты заслужил.

– Но столько оружия… это уже целый арсенал. У нас будут серьезные проблемы, если это найдет полиция. Думаешь, мы сможем провезти это все через границу?

– Разберем и спрячем. Мы с Нолом в этом настоящие мастера, да, братишка? – Исса взглянул на друга, который все еще прижимал к себе Кэрол. – Как ты, ясноглазая? Испугалась?

Она отстранилась от Тима и посмотрела на Иссу.

– Спасибо, – повторила она, не в силах сказать ничего другого. Потом взгляд ее переместился на Калена, подавленно стоявшего в стороне и не смеющего приблизиться. Тот поймал ее взгляд.

– Прости меня… я не знал. Клянусь, не знал!

Кэрол ничего не ответила, лишь кивнула. Потом медленно подошла к замершей на веки в кресле Габриэле. Казалось, в ее слепых глазах так и застыло недоумение и удивление.

– Эх, Габриэла… – тяжело вздохнула она, грустно разглядывая старуху. – Как же ты не увидела собственную смерть? Я считала тебя другом… верила тебе…

– Блин, а про предков-то наших так и не узнали! – спохватился Исса, наблюдая за ней. – Поспешил ты, брат, надо было сначала расспросить, а потом прикончить. Ну да ладно… значит, не судьба. А правда… если она такая крутая ясновидящая, почему не знала, что произойдет? Опять твои проделки, чувак? Ее тоже как-то блокируешь, что ли? – он повернулся к Калену.

Тот растерянно пожал плечами, как-то испуганно посмотрев на него.

– Не знаю… понятия не имею…

Рассмеявшись, Исса дружески хлопнул его по плечу.

– Ты чего такой перепуганный? Все нормально, нас тебе бояться не нужно. Ты нам всем жизнь спас. Если бы не ты, ясноглазой и звереныша уже бы в живых не было, да и нам бы долго ждать не пришлось, думаю.

– Я вез вас сюда не для того, чтобы вас убили, – мрачно ответил Кален. – Я был уверен, что помогаю. Чертова старуха, она меня обманула, как и вас.

– Ну и черт с ней! От старика избавились, от старухи – тоже. Теперь свободны, как ветер, и можем валить, куда хотим!

– Пошли, Спайк ранен, надо ему помочь, – Тима нетерпеливо потянул Кэрол за собой к лестнице, прерывая разговор. – Надо заехать в ветеринарку, вытащить пулю.

– Они ранили Спайка? – испугался Патрик.

– С ним все будет хорошо, – успокоил Тим. – Ему выстрелили в ногу. Но если мы не поторопимся, он истечет кровью.

– А сами вы разве не можете? Исса, ты же Тиму пули доставал!

– Нет, сами мы не можем, – отрезал Тим, поднимаясь наверх.

– Спайку будет больно, зачем его мучить? – объяснил более терпеливо Исса, идя за Тимом и неся мальчика на плече. – В больнице ему сделают укол, он уснет, и врачи все сделают. К тому же полицию при этом вызывать не будут. Мы скажем, что развлекались, стреляя по пивным банкам, а он бегал рядом и попал под шальную пулю.

Выскочив из подвала, Тим выпустил руку Кэрол.

– Идите в машину, я заберу Спайка, – бросил он и поспешил в проклятую комнату, где его заперли, и где дожидался терпеливо и молча пес. Кэрол проводила Тима взглядом, заметив, что никогда еще не видела, чтобы он так нервничал.

Не успели они все разместиться в машине, как в гараж вбежал Тим, неся на руках завернутого в плед Спайка. Когда он уложил пса на сиденье, и плед соскользнул, Кэрол увидела, что Спайк уже крепко перевязан разорванными на полосы простынями.

Патрик тут же перелез через спинку сиденья к нему и, поцеловав в макушку, стал беспрерывно гладить, ласково с ним разговаривая. Тим сидел тут же. Положив голову ему на бедро, Спайк лежал тихо и спокойно, время от времени повиливая хвостом в ответ на ласку Патрика. Ладонь Тима покровительственно и успокаивающе лежала у него на загривке. Иногда пес поднимал голову и заглядывал Тиму в глаза. Тогда тот чесал его за ухом и тихо говорил:

– Потерпи. Все хорошо.

Уверенный голос хозяина успокаивал Спайка, и он снова опускал голову на лапы.

– Кто-нибудь знает французский? – спросил Исса, напряженно вглядываясь в плывущие мимо дома и вывески.

Все промолчали.

– Как же мы найдем ветеринарку?

– Ищи вывески с изображением животных, – ответил Тим глухо.

– Так ищу, что я дурак, по-твоему? Нет ничего! Так и будем кататься по городу, пока Спайк кровью не истечет?

– Кален, останови, – велел Тим.

Тот, найдя удобное место, припарковался. Взяв Спайка на руки, Тим вышел из машины и направился к прохожим. Исса, поняв, что он хочет, поспешил за ним. Вид раненной собаки объяснял все лучше всяких слов, оставалось только понять объяснения местных, как проехать к ветеринарной больнице.

Вскоре они вернулись с листком бумаги, на котором им начертил схему проезда какой-то студент, который, к тому же, мог кое-как объясняться по-английски.

Уже через десять минут Тим внес Спайка в двери ветеринарной больницы. Исса пошел с ним, Торес увязалась следом. Патрик тоже рвался туда, но все еще был слишком слаб и не смог, что его очень расстроило. Кэрол из-за подбитого лица предпочла остаться в машине, Кален вышел купить поесть. Вернулся он с большим пакетом горячих гамбургеров, картошкой фри, круассанов, бутылкой колы для Парика под мышкой и двумя стаканчиками обжигающего кофе на картонной подставке, позволяющей держать одной рукой сразу оба стакана.

Не успели Кэрол и Патрик разобрать еду, как вернулись и Исса с Торес.

– Ну что? Как Спайк? – выпалил Патрик взволнованно.

– Ему делают операцию. Тим ждет там. А вы что там уже жрете?

Кален купил на всех еды, кроме кофе и колы, но Исса, заглянув в пакет, махнул рукой и отправился за едой для себя и Тима сам, зная, что одним гамбургером и таким количеством картошки они не наедятся. Торес снова пошла с ним.

– Она прямо ни на шаг от него не отходит! – проворчал Патрик, проводив их взглядом.

– Ну и что? Он ей нравится, что в этом плохого? – Кэрол покосилась на него, откусывая гамбургер. В животе урчало от голода. Уже стемнело, а последний раз ели они ещё утром. Габриэла их покормить не предложила после того, как они приехали.

– Так она быстро ему надоест.

– Не надоест, если тоже ему нравится.

– Ну ты же не бегаешь за Нолом, как привязанная!

Кэрол промолчала.

Когда вернулся Исса еще с двумя большими пакетами еды, она поспешно вытерла рот салфеткой и вышла из машины.

– Можно я отнесу Тимми поесть?

Исса улыбнулся и вручил ей один из пакетов. Торес протянула ей стакан с кофе. Держа пакет в одной руке, кофе – в другой, Кэрол пошла в больницу.

Тим сидел в приемной, печально понурив голову, и даже не заметил, как Кэрол к нему подошла.

Опустившись рядом, она положила пакет на колени, и только тогда он повернул голову, услышав шелест бумаги.

– Как Спайк? – Кэрол улыбнулась, заглянув ему в глаза.

– Что-то долго, – ответил он с раздражением и скрытой тревогой. – Всего лишь пулю достать и зашить, чего они там возятся?

Коснувшись его большой кисти, Кэрол нежно сжала ее пальцами.

– Все будет хорошо. Я принесла тебе перекусить.

– Нет… потом. Сейчас я не могу.

– Остынет.

– Потом, я сказал! – рявкнул он. – Иди в машину, я заберу Спайка и приду.

Кэрол удивленно уставилась на него.

– Хорошо, – тихо ответила она, не сумев скрыть обиду в голосе, и, поднявшись, ушла.

– Не захотел? – поинтересовался Исса с набитым ртом, когда она вернулась в машину, неся пакет и стакан назад.

– Нет.

Исса перестал жевать и присмотрелся к ней.

– Он нервничает из-за Спайка, – проговорил он, как будто догадался о том, что произошло. – Если грубанул, не обращай внимания. Он никогда не умел разделить с кем-нибудь свои переживания, даже со мной. Чем сильнее переживания, тем больше он злится. Если со Спайком все будет хорошо, он расслабится и еще прощения у тебя вымаливать будет, вот увидишь. А если нет… тогда его лучше вообще не трогать.

Кэрол лишь молча кивнула.

– Кален, – тихо сказала она, сменив тему, – как ты думаешь, теперь, когда не стало Габриэлы, эта охота на проклятых будет остановлена?

Тот, развернувшись на сиденье, посмотрел на нее.

– Не знаю, Кэрол. Я надеюсь. Но Габриэла подготовила себе приемника. Она была стара и не могла полагаться на то, что проживет еще достаточно для того, чтобы завершить начатую миссию, как она это называла.

– Приемника? Кого? – выдохнула Кэрол пораженно.

– Она нашла какую-то ясновидящую, очень сильную, по ее словам, которая могла бы ее заменить. Она молода, в отличие от Габриэлы, ей всего около сорока, не больше. Я видел ее. Если честно, она мне не понравилась.

– Чем не понравилась? – заинтересованно спросил Исса, внимательно его слушая.

– Не знаю… не могу сказать определенно. Но не понравилась. У меня так бывает – увижу человека, и он мне не нравится. Настораживает. А почему – не всегда могу объяснить. Но я знаю, что это плохие люди… темные.

– Ты говоришь, как Рэй, – заметила Кэрол. – Он тоже всегда распределял людей на темных и на светлых. Наверное, вы, благословенные, так чувствуете людей… из-за своего дара. И Рэй никогда не ошибался. А Габриэла? Как ты ее видел? Темной?

– Нет, – Кален покачал головой. – Она не была темной. Я не чувствовал.

– Эта старуха нас всех чуть не прикончила – как по мне, так она самая что ни на есть темная! И она убивала проклятых. Разве убийцы бывают другими? – Исса в искреннем недоумении смотрел на него.

– Я не знаю… – Кален растерянно пожал плечами.

– А я и Нол? Какие мы?

– Темные, – уверенно ответил Кален.

– Даже не сомневался, что ты так скажешь. Значит, и она – тоже.

– Нет, она не темная, – задумчиво проговорила Кэрол. – Она верила в то, что совершает малое зло во имя великого добра, спасения людей, всего мира. Она не была злой сама по себе, никогда. Я никогда в это не поверю. Просто она была в отчаянии и напугана, потому и пошла на все это. И мне жаль, что все так закончилось…