Текст книги "Елка и терн. Тетралогия (СИ)"
Автор книги: Галина Гончарова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 36 (всего у книги 83 страниц)
– Такого подвига я от вас не потребую. А вот прочистить водопроводные трубы и восстановить подогревающее воду заклинание…
В итоге на кухне мы пропахали еще два часа. И вышли оттуда усталые, но сытые и довольные, с личным приглашением шеф‑повара заходить в любое время.
Заодно мы наслушались дворцовых сплетен и узнали много нового и интересного о своем руководителе. Хотя и не слишком лестного. А дело было так…
Слопав замечательный обед, мы серьезно решили его отработать, обновив кухонные заклинания, сколько сможем. Даже если и не все сразу, то хотя бы часть.
Как оказалось, Никвик Буздюк был назначен на должность верховного мага совсем недавно. Что‑то около двух лет назад. И произошло это в результате трагического случая.
Милотан (а столицу в прибрежных государствах тут принято называть по названию страны) – портовый город. Город красивый, замечательный, оживленный и – увы – опасный. Это верно для всех портов и всех миров. Но здесь опасность увеличивается втрое – вчетверо. Потому что в море Ворота открываются в три – четыре раза чаще. И нечисть из них выбирается самая разнообразная. Объединенная только одним стремлением – кушать. И вовсе не травку и планктон.
Два года назад придворным магом был Сансан Тафид. Умница, очень порядочный человек, хороший маг, собравший грамотную команду. Вот в эту команду и входил Буздюк. Где‑то на десятом месте. Подай, принеси, пошел вон, не мешайся… На большее у него не хватало ни ума, ни квалификации. А еще – Сансан, будучи человеком глубоко порядочным, терпеть не мог подхалимов и лизоблюдов. И Буздюка держал в основном для представительских целей.
– Как маг, ваш руководитель – сковородка без ручки, да еще и с трещиной, – откровенничал шеф‑повар Аддер Михмон. – Мне Сансан часто говорил, что гнать его надо к лешевой матери, но уж больно хорошо этот тип со всеми ладит. Сам Сансан‑то человек был прямой, даже королю в глаза говорил, где тот неправ. За что его все и уважали. Любить не любили, врать не буду. Кое‑кто из аристократов аж ядом шипел, третий принц – вы пока его еще не знаете, его Ритольд зовут – вообще Сансана терпеть не мог, а Буздюка все обожают. Ну, не все, конечно, разве ж этот придворный гадюшник может двигаться в одном направлении? Здесь так, если Альда любит синий цвет, то Ронда – обязательно красный. А синий поливает на всех углах. Ядом. А Буздюк…
– Кажется, я понял, – прищелкнул пальцами Лютик. – Грамотный подход к начальству, грамотный отход от начальства и постоянный популизм с подхалимажем. Оно?
– Во‑во, – закивал шеф‑повар. – И попу, и рожу и все, что начальство захочет. Постоянный лизм.
– И только за это его назначили на этот пост? – я в тот момент обследовала заклинания, наложенные на вентиляцию, и поэтому мои слова прозвучали глуховато.
Заговаривать ее было достаточно легко. Видимо, неизвестный мне Сансан был хорошим магом. На его старые заклинания легко цеплялись новые, а иногда и цеплять не надо было. Старых хватало. Обновить – и все. Пришлось только немного почистить сеть от глюков и багов…
Как бы это объяснить грамотно…
Если прилично сплетенное заклинание охватывает всю кухню – это компьютерная сеть. Сеть грамотно построена? Прописаны все адреса, крепкий сервер, хорошие и правильно установленные пакеты программ… Конечно, есть и еще много нюансов, но главное‑то понятно? Вот таким заклинанием и было все оплетено. От пола, чтобы легко чистился, впитывал нечаянно пролитое, и не скользили ноги, до вентиляции, чтобы выводить не только запахи, но и понижать уровень шума, обеспечивать хороший приток воздуха… так можно перечислять до вечера.
Если сеть делал грамотный админ – все будет пахать и пахать, причем так, что начальство еще и будет шипеть на беднягу – ты почему ничего не делаешь, тунеядец, бездельник, негодяй! В грамотно построенной сети не бывает глюков, вовремя выявляются и убиваются вирусы, не теряются файлы, не вылетают компьютеры… Одним словом, с ней тоже хватает работы по поддержанию на нужном уровне и обновлению, но тебе не приходится тратить время на борьбу с последствиями твоей собственной небрежности и глупости.
Здесь была именно такая, хорошая и грамотно сплетенная сеть. Мне надо было просто ее обновить. А теперь представьте ситуацию. Если к хорошей сети пустить не то, что юзера, а полного ламера. И доверить ему права админа, хотя он в программах – как свинья в политике. Представляете? Через две недели все пойдет наперекос. И то, что я видела, было очень похоже.
– Сеть делал Сансан? В смысле заклинания накладывал? – уточнила я.
– Ага. А Буздюк раз пять за все время забегал, чего‑то тут воротил – и опять убегал. Не любит он кухню. И работать не любит. А вот как пожрать – это он завсегда. Еще и королю смеет жаловаться, паразит! Мне потом передают – Буздюк считает, что в Гварде грибы солят немножечко по‑другому, с добавлением ловрошника и герчины…. Много он понимает!
– Ничего не понимает, – утешила я Аддера. – И ваше счастье, что он сюда особенно не лез. Мы можем восстановить все, как оно было при Сансане. Если вам хочется, часа за два управимся. Только потратиться придется. Накормите нас потом еще раз и вина дадите. Немного, подогретого, красного, если можно…
– Да можно конечно! И накормим, и напоим, и доставим! – возрадовался Аддер. – А вы правда сможете? Бывало Сансан придет пообедать, потом всех выставит часа на два, выходит усталый и говорит, что все почистил, подлатал, теперь работать будет… И правда – работает, хоть ты что делай! Но он же так каждый круг с ней мучился! А то после Буздюковских забегов все не пойми как работает! Разве ж при Сансане полы скользили!? А дымовые трубы…
Пассаж о трубах я выслушивать уже не стала. А поделилась с ребятами своими наблюдениями. Обследовала сеть именно я. Почему? Потому что кому‑то надо. Потому что я вечно лезу вперед. Потому что у меня есть минимальный, но опыт работы с сетями в Элварионе. Сеть изначально была хорошей. Просто потом Буздюк, вместо грамотного обновления, начал все перестраивать под себя. Вот и вышел полный бордель. Грубо говоря, навешали инородных и некачественных программ, запустили вирусов и пошли глюки. Исправить все это было возможно. Но только если работать кругом. Я могла хорошо отслеживать и вылавливать проблемы. Лерг был незаменим для силовой работы. Лютику хорошо удавалась мелкая и особо тонкая, где, образно говоря, надо манипулировать не клещами, а пинцетом. Эвин прекрасно согласовывал и координировал действия, а при необходимости мог и поделиться силой. Это у них, у оборотней, стайное. Как лапы и хвост.
Таким образом, мы могли исправить нанесенный Буздюком ущерб. Но товарищ мог быть весьма недоволен. И потом все опять испортить. А жа‑алко. И работа хорошая, и мы не зря силы вкладываем…
Посовещавшись, мы решили так. Чиним. Обновляем. И ставим то, что не сделал в свое время Сансан. Защиту от дурака. Не сегодня. Сегодня нам едва хватит сил на восстановление. Защиту будем ставить в пять – шесть приемов. Не меньше. О чем мы и сказали шеф‑повару.
– Так что ж мне – жалко!? – удивился Аддер Михмон. – Обновляйте. Делайте. А точно сможете?
– Постараемся.
– А то ребята приезжали на практику, я их, было, просил, а они говорили – не по зубам работа.
Все правильно. Я бы тоже абы кому сеть не доверила. А то получишь на свою голову… последствия.
– Ёлка у нас уникум, – вмешался Эвин. – Если она говорит, что справится, даже не сомневайтесь. Сделает. Она в Элварионе…
– Молчи уж, – цыкнула я на оборотня. – Трепло.
Лютик задумчиво сжал двумя пальцами переносицу. Этот жест почему‑то выглядел ужасно трогательным в его исполнении.
– Ёлка, ты точно сможешь?
– Построить не смогла бы. Но чинить проще.
– Ой ли? – недоверчиво протянул Аддер.
– Дело в том, что у вас все замкнуто в сеть, – объяснила я. – Ваш Сансан был талантливым магом, если смог так сделать. Он не накладывал заклинания по отдельности, а связал все вместе. Если чинить – то все сразу.
– Вы точно справитесь? Буздюк вот только хуже пока делает.
Что ж. Заказчик имеет право на сомнения. Я ответила честно.
– Сделаем все, чтобы не испортить хорошую работу. Сансан грамотную сеть сваял. Грех ломать и издеваться, как это ваш Буздюк сделал.
– Вот кому бы там подохнуть, – проворчал Аддер.
– Там – где? – уточнила я.
– А где Сансан погиб. Вместе со всей командой. Рассказать?
– Лучше потом, – решила я. – Сперва мы все почистим, а потом нас так и так придется откачивать, вот заодно и расскажете, чтобы время зря не терять.
– Ёлка, ты права, – поддержал Лютик. – Время – жизнь.
Широкое лицо Аддера вдруг расплылось в улыбке. Шлепок по спине едва не свалил Лютика с ног.
– Вот и Сансан так говорил. Давайте, ребята. Что нам делать?
– Лучше выйти, – честно призналась я. – возможны побочные эффекты. Не хочу рисковать вашим здоровьем.
– А своим?
– А жизнь требует.
– Так, огонь выключили, кастрюли закрыли, все съедобное убрали, – загремел Аддер на всю кухню. Через десять минут все было готово. Последним покинул корабль (то есть кухню) капитан. Подмигнул нам на прощание – и прикрыл дверь. Но щелочку оставил. И в нее тут же просунулись любопытные носы. Кто‑то даже на пол лег, во всяком случае, одно ухо торчало как раз на уровне плинтуса.
Мы встали в угол, туда, где Сансан свел все линии и контуры управления (в нашем мире я бы сказала – влезли на сервер), взялись за руки, объединили сознания – и провалились в транс.
Действовать вместе мы тоже умели. Некоторых тварей меньше чем впятером и не завалишь. Поэтому нас обучали взаимодействовать, словно бы складывая из наших лучших качеств и талантов сложную головоломку. Мы часто практиковались вчетвером именно в таком составе и уже привыкли друг к другу. Знали, на что рассчитывать. Не помешал бы еще и лекарь, отслеживать наше состояние, но чего нет, того нет. Придется мне и Эвину.
– Начали.
И мы начали. Первым делом мы просто чистили сеть. Потом лечили. Потом восстанавливали, что могли. Магия во многом похожа на программирование – если поискать, всегда можно найти резервную копию нужного файла или его отпечаток. Сложно, нудно, тяжело, – но надо. Очень надо.
К концу второго часа мы просто валились с ног. Зато сеть была восстановлена до первоначальных параметров. А мы… Мы расцепили руки и повалились, кто где стоял. Ноги почему‑то заплетались. Хотя оно и понятно, Что требует больше сил? Один мощный выплеск – или монотонная работа несколько часов подряд? Что тяжелее переносится организмом? Бег на сто метров – или марафонская гонка? Мы сейчас перенесли именно марафонскую гонку. И восстанавливаться нам было часа четыре.
Первым на кухню заглянул Аддер.
– Все, войти можно?
Я попробовала кивнуть – и тут же передумала. Голова кружилась. Пришлось ограничиться коротким:
– Можно!
Получилось негромко, но вполне отчетливо. Аддер тут же просочился обратно в кухню, а уж за ним волной хлынули повара и поварята.
– Вы себя нормально чувствуете?
– Нам просто надо восстановиться. И все будет хорошо. Вы пока проверьте что‑нибудь, чтобы убедиться.
– Да я вам и так верю.
– А мы просим, – поддержал меня Эвин. – Все. Вы не так хорошо нас знаете, чтобы верить на слово.
– М‑да, – протянул кто‑то из поваров. – А то Буздюк. Пролетит, нагадит, чирикнет, что теперь все работает – и тут же в другие места, только хвост мелькнул…
Я фыркнула. На миг я представила себе Буздюка в образе большой, громко стрекочущей и гадящей сороки‑воровки. Получилось забавно.
Тем временем один из поварят поджег бумажку и полез в камин, второй разлил на полу масло и попытался поскользнуться, третий налил в железную плошку воды и засунул ее в морозильный шкаф.
Остальные помогали нам подняться и конвоировали к большому столу.
Зажегся огонь на плите, Аддер начал колдовать над кастрюльками, что‑то туда выжимая и добавляя….
– Тяга, как в аду, – это первый.
– Масло впиталось. А полы не скользят.
Второй.
– Минута – и лед готов. А раньше двадцать минут ждали. – третий.
Аддер обернулся и расплылся в широкой улыбке.
– Как при Сансане.
– Почти, – поправила я. – Сансану требовалось время, но он все мог делать в одиночку. Нам до такого мастерства и силы, как до Риоллена, но система будет работать. Позже мы поставим вам защиту. Чтобы никто не ломал систему, а просто подпитывал ее силой. Как батарейка.
– Вы, пожалуй, сможете.
– Сможем. Сансану просто не было необходимости так поступать. Нам – есть. А если решите что‑то обновить, поговорите со студентами в черных плащах. Мы – умные. Не сможем сделать – так хоть и не нагадим.
– Пейте, – Аддер собственноручно разлил по большим бокалам горячий красный напиток. Я послушно протянула руку и сделала большой глоток. Это было красное эльфийское с пряностями и какими‑то сладостями. Кажется, шоколадная эссенция, но я не уверена. Вкусно – язык проглотишь.
– Я вам сейчас еще мяса поджарю. С кровью?
– Мне можно сырое, – улыбнулся наш оборотень.
– Я вам сейчас приготовлю гвардский шашлык. У нас его редко делают, но я умею, – спокойно заверил его Аддер. – Только поставлю жарить мясо для ваших друзей, чтобы вы получили свои порции одновременно…
– Восхитительно, – протянул Эвин.
Я промолчала. Гвардский шашлык известен и в нашем мире. Это сырое мясо, нарезанное полосками, с приправами, специями и соусами. Только у нас оно называется мясом по‑татарски… кажется. Я точно не знаю. Не увлекалась. Аддер тем временем суетился у плиты. А на мой недоуменный взгляд коротко пояснил:
– Найдется кому приготовить королевский ужин. А я не гордый, могу сказать вам лайре и таким образом.
Мы оценили. И оценили замечательно приготовленное мясо. Эвин слопал первую полоску своего варварского бифштекса и поднял вверх развернутую тыльной стороной к собеседнику ладонь – высший балл чему‑либо в Гварде. Аддер наблюдал за нами со снисходительной улыбкой.
Утолив первый голод, я посмотрела на него.
– Аддер, вы обещали рассказать нам о Сансане. Как он погиб?
– Плохо. Гройн.
– И эта дрянь еще жива?!
Я чуть со стулом не взлетела. Что такое – гройн? Как бы сказать… замечательная зверушка. Шикарная! Больше всего она похожа на гигантского кальмара. Только кальмар мягкий, а гройн – бронированный и все его туловище покрыто чешуей, на пробивание которой требуется как минимум восемь пожаров.* Размеры у этого милого моллюска примерно десять на сорок метров. И это только туловище. Гройн еще ведь обладает и щупальцами. Которые длиннее туловища раза в два – три. Щупалец всего восемнадцать хватательных – они длинные, примерно сотня метров, слабо бронированные и с когтями и два толстых щупальца длиной всего по пятьдесят метров – это два псевдо – рта, которыми гройн так же может поглощать пищу. И словно этого мало, у гройна есть и еще защита. Что‑то вроде щупалец? Волос? Шерсти? Что там имеется у ядовитой медузы? По всей поверхности тела гройн кажется обросшим темно‑красной шерстью. Только это не шерсть, а что‑то вроде стрекающих нитей. В воде они распускаются на несколько десятков метров вокруг и отравляют все, что к ним прикоснется. Дотронулся – и ты полупарализован. А потом – тебя хватают и тащат в пасть. Если эта пакость поселяется в океане – начинаются большие проблемы. Как минимум – с кораблями, потом с рыбой, а потом и с людьми. Хотя бы потому что часть щупалец прекрасно дотягивается на сушу. А милой зверушке неважно чем – или кем – питаться. Она непривередливая.
*Энергетическая искра – это магическая сила, достаточная, чтобы зажечь одну спичку. Принята минимальной единицей измерения магических усилий. Сто искр – факел, сто факелов – костер, десять костров – пожар. Для сравнения, если Ёлка устроит костер, то выбьется из сил на сутки, а пожар может вообще убить ее, а что до искры – до пятидесяти искр она восстанавливает, даже не замечая этого. Прим. авт.
– Да нет, – махнул рукой Аддер. – Сансан тогда пошел со своей командой, сам полег, но и ее не пропустил.
– И сколько человек было в команде? – деловито поинтересовался Лютик.
Вообще‑то маги выходили на гройна не меньше чем командой в пятьдесят человек. И то потери составляли почти сорок процентов. Лучшим выходом считалось посрезать твари все щупальца, пробить панцирь, залить внутрь пять – семь бочек аконитина и оставить гройна подыхать на волнах. Почему так сложно? А вы сами попробуйте как‑нибудь сжечь рыбу – в море. Получится? Ой ли! Чтобы ее поджарить, надо ее вытащить на сушу. С гройном этот номер не проходит. Ой, нелегкая это работа – из болота тащить бегемота. Сжечь его в море – слишком тяжело и долго. Взорвать – а кто будет чистить море? Зверушка совершенно несъедобна, а яд выделяется еще декаду после гибели твари. Это не лучше какого‑нибудь нефтяного пятна в мире техники. Аконитин – сильнейшая концентрированная вытяжка аконита лилового, растущего в эльфийских лесах – единственный яд, способный справится с гройном. Кстати, для сравнения – одной капли аконитина хватит, чтобы убить слона. Просто капнув на язык.
– Восемь.
– СКОЛЬКО!?
Тут уж мы все офигели. Ввосьмером?! НА ГРОЙНА!? ПОБЕДИЛИ!?
ДА БЫТЬ ТОГО НЕ МОЖЕТ!!!!!
Вероятность победы тут была… ну как выбрать президентом абсолютно честного человека. Один – к миллиардам и триллионам.
Аддер просто наслаждался зрелищем отпавших челюстей и вытаращенных глаз. У оборотня даже кусок мяса изо рта вывалился.
– А почему нам до сих пор не читают лекции на тактике боя!? – задал вопрос Лютик. – Эту тактику надо в Универе преподавать. А у нас – тишина.
– Мы знали, что здесь неспокойно, – пожала я плечами. – Но студенческая жизнь сыграла с нами дурную шутку. Кто из студентов будет обращать внимание на новости из Милотана – если гораздо интереснее обсуждать новое Тайлино приворотное заклинание. Или как умудрились вселить дух лося в гоне в тапочки Тоффина.
Ребята зафыркали. Эх, хорошие были проделки.
– Это как? – заинтересовался Аддер.
– Да просто, – махнул рукой Лерг. – Есть у нас один преподаватель. Обожает охоту. Преподает у нас стрельбу. И видимо, кого‑то он допек до красных глаз. Студенты подсуетились – и вселили в его мокасины из лосиной шкуры двоих духов – в один дух лося в гоне, в другой – лосихи. Но лосихи не в гоне. Что произошло дальше – страшно вспомнить. Он эти мокасины одел – и рванул по Универу. Лоси они ведь в эту пору… гон у них… А когда мокасинам гоняться надоело… М‑да, та еще камасутра получилась.
– Ага, перелом ног в восьми местах, два дня всем факультетом лекарей только мышцы с сухожилиями расплетали, – припечатала я. – Хотя зрелище мокасин, когда они друг друга попытались… это самое… было действительно впечатляющим.
А сколько времени мы потратили, шлясь по лесу и разыскивая хоть что‑то от нужных нам лосей? А незаметно выкрасть мокасины? А зашить в них найденные частички животных – кусочек шкуры и кусочек рога? А заклинание, которое активизировалось только в нужный момент, когда мокасины полностью прогрелись теплом своего хозяина? Гений все преодолеет! А мстительный гений – тем более! До сих пор вспомнить приятно.
Аддер тихо захихикал.
– А поймали негодников?
– Нет. Улик почему‑то не осталось.
'Почему‑то' носило красивое имя Асинь, училось второй год на факультете лекарей, и было по уши влюблено в Кейра – одного из нашей компании шалопаев. Асинь и звездочку с неба достала бы, не то, что мокасины разрезала по шву в нужный момент. А уж улики изъять – и вовсе дело минуты.
– А с приворотным зельем что получилось?
– Это у нас есть мастер любовной магии. Стерва жуткая. Обожала такие розыгрыши. Подсовывала свои зелья всем подряд и издевалась над беднягами. Якобы 'проводила практическое занятие'. Оно и понятно, под действием приворотного зелья любой студент – или даже студентка сам в котел полезет. Лишь бы обожаемая дама сердца улыбнулась.
– И что же произошло?
А то. Не надо было мне эту пакость подсовывать, да еще заявлять в глаза, что ты свое варево на Тёрне опробуешь. Вот и получила… стерва!
– Студенты приняли меры. Есть такое средство – если его выпить, то в желудке и кишечнике ничего не впитывается. А если не впитывается – зелье не усваивается, приворота не происходит. Мы его и глотнули. Там, правда, побочный эффект есть, через два часа после этого средства спать тянет так, что сваливаешься, где стоишь. Но мы сумели его растянуть до пяти часов.
– И что?
– Она нам дает свое зелье, а мы спокойно пьем и говорим, что это простая вода. Она бесится, а мы ей с невинным видом 'наверное, пропало или протухло'. Дама и глотнула сама. А зелье действовало оригинально. Оно же было сделано на ее основе. Это был тако‑о‑ой приступ нарциссизма! У нас зачет, а преподавательница от зеркала отойти не может. Целует свое отражение, ласкает, гладит, раздевается перед зеркалом и вертится вот всех позах… потом кубики с записями ее самолюбования два месяца по Универу ходили.
– Да, вашей компании пальца в рот не клади.
– Или хотя бы вымой его перед этим, – меланхолично поддержал оборотень. – Но мы отвлеклись от гройна. Как Сансан его уделал – известно?
– Откуда бы! Вообще, у него команда была из девяти человек – две четверки, а он сам корректирует и направляет. И все там полегли. А от гройна только пар пошел. Сансан его сварил заживо. А на берегу потом даже следов от них не нашли.
– Почему на берегу? Гройн же…
– Да в залив он вошел, этот гройн. Аккурат на двести метров от берега! Здесь же глубина, сразу от берега – провал. Потому и порт, что любой корабль спокойно подойдет и брюха не пропорет.
– Твою рыбу! Двести метров?
– И приближался. Сорок кораблей подавил. Сансан с командой на берег и кинулся. А потом там заполыхало. Аж все небо огнями расцветило. Смотрим – гройн весь из бледно‑зеленого стал красным, а потом и багровым, и от него пар пошел. Через час люди на берег вышли, смотрим, а там даже следа их нет. Кровь, вещи валяются, а людей нет, а что там было, как – никому и не известно. Король их вещи приказал на королевском кладбище похоронить. Там восемь могилок и отрыли.
– Восемь?
– Ну да. А, да, Буздюка на тот день куда‑то отослал. Повезло дураку.
– Повезло, – протянула я. – А Буздюк не знает, как восемь магов могли справиться с гройном? Сансан же не мог не делиться наработками со своей командой?
– Если и знает, то мне не говорит, – решительно заявил Аддер. – И вообще, ваш Буздюк так нос дерет, что рано или поздно его сломает, помяните мое слово. Нехороший он человек, гнилой велас. Давайте‑ка я вам с собой что‑нибудь перекусить соберу.
Аддер решительно встал из‑за стола и засуетился по кухне. Я посмотрела на ребят.
– Мальчишки, вы представляете себе – гройна завалить!
– Интересно было бы посмотреть на его разработки, – это Лерг.
– Позволит ли Буздюк нам это сделать? – наш дипломат Лютик.
– А мы найдем как его убедить, – подвел итог оборотень и нежно посмотрел на свою руку, лежащую на столе. Из пальцев на миг показались скромные такие, всего семь сантиметров, когти, шкрябнули по столешнице и тут же исчезли.
Я кивнула, дожевывая свой кусок мяса и запивая вином. Надо бы Буздюка показать Тёрну благо приятель обещал устроить частный визит через декаду. А ребят я еще раз предупрежу, чтобы молчали, как рыбка окунь. Или рыбка кит. Неважно. Но слишком много Буздюку знать обо мне ни к чему, хватит сплетен. И надо поговорить об этом с Березкой. И намекнуть, что если она распустит язык, то будет последней в очереди на драконью желчь.
Чрезвычайно редкий и полезный ингредиент мне обещала Лилия. Видите ли, самочки драконов очень раздражительны во время беременности еще и из‑за проблем с желудком. Да‑да, их тоже слегка, но подташнивает. И они срыгивают желчь. Узнав об этом, я очень попросила Лилию сохранить ценный алхимический реактив – и драконочка дала согласие. Вообще, после ее спасения, которое, кстати, завершилось свадьбой, Лилия и Лаванда готовы были меня на крыльях носить. И носили, если я приезжала в гости. А уж желчью поделиться – да никаких проблем. Все равно тошнит, я бы не попросила – и пропало, а так глядишь, еще и польза будет.
В результате мы получили здоровущую корзинку со всякой снедью, которую венчал еще горячий здоровущий пирог с рыбой.
– Кушайте на здоровье, – напутствовал нас Аддер, – завтрак здесь в девять склянок, обед – в четыре, ужин – опять в девять. Заходите, накормлю. И так просто заглядывайте.
‑ 'Так' мы постараемся заглянуть дня через три, – уточнила я. – Будем вам защиту ставить. Да, и еще… Это для всех ваших работников. Если нужно подзарядить амулеты или сварить что‑нибудь простенькое – от прыщей, от ревматизма – обращайтесь. Сделаем. Но это только между нами, ладно? А то придворные хай поднимут.
Шеф‑повар расплылся в улыбке.
– Я со своими поговорю, чтобы вас особо не перегружать. Вы сколько здесь пробудете?
– Три декады.
– Вот и отлично. Мы все успеем, и вам особенно трудно не будет, обещаю.
– По рукам.
– По рукам.
Березка так и не пришла. Что ж, ее проблемы. Ей мы еду добывать не собирались. Не терплю дешевого снобизма.
***
В комнате нас ожидал сюрприз. Пятнадцать чемоданов – это серьезный аргумент. Конечно, подруга не смогла их как следует распихать. Поэтому все было забито чемоданами и вещами, а Березка сидела на одном из гнусных стульев с самым печальным видом.
– Ну и что тут происходит? – поинтересовалась я.
– Места не хватает, – констатировал Лютик.
– Да, налицо серьезная проблема, – поддержал Лерг. – Ёлка, как ты думаешь, если построить из всего этого барахла в коридоре баррикаду…
– Что!? – тут же взвилась наша березовая. – Да ты хоть представляешь, сколько стоят чемоданы из натурального крокодила!?
– Из натурального? – уточнила я. – Не подделка?
– Конечно нет!
Я кивнула головой.
– Тогда вопрос решаем. Лютик, у тебя сохранилось то заклинание, по призванию и вселению духа?
– Ты хочешь…, ‑ начал поймавший мою мысль Эвин.
Я кивнула.
– Хочу. Сейчас скинемся, активируем и повесим привязку на хозяина. Сами понимаете, нам здесь жить больше круга. Если сейчас не разберемся, потом будет только сложнее. А что до нашей подруги… Березка, если ты хоть слово скажешь про нашу компанию хоть кому‑то в этом дворце – я твои чемоданы разгоню по периметру. Ясно?
Наша лекарь захлопала ресницами.
– Ёлка, ты что – в конспираторов заигралась? Да кому ты здесь нужна?
– Искренне надеюсь, что никто – и никому, – спокойно проинформировала я. – Дело в другом. Сюда приедет мой приятель. Элвар. И возможно, что тебя будут расспрашивать, с целью найти подход к нему. Это я и хочу пресечь. Заранее. Ясно?
Березка кивнула головой в знак понимания. И тут же задала совершенно идиотский на мой взгляд вопрос.
– А если он приедет, нас могут переселить в комнату получше?
Я закатила глаза и повернулась к друзьям.
– Ребята, работаем?
– Работаем, – отозвался Эвин. Подобные махинации были как раз в его духе.
Пришлось потратить еще час на отработку заклинаний. То есть на соединение призыва духа покойного крокодила, его вселение в чемодан, подчинение, ну и скромные, но зачатки разума, чтобы зверюшка опознавала нас пятерых и игнорировала всех остальных людей, а при случае больно щелкала крышкой по пальцам. Потом мы провели ритуал – и вытащили чемоданы за порог. Больше за них можно было не волноваться. Но Лютик на всякий случай еще навесил на чемоданы маячки. Вдруг при дворе найдется какой‑нибудь мазохист, пожелавший‑таки обзавестись чемоданом с характером голодного крокодила?
***
Первое письмо Ёлки.
Ёлка – Привет! Проводим первую пробу самопишущего пера, на ошибки просьба не обижаться.
Лютик – Оно пишет, как слышит.
Эвин – Оно не слышит. Но пишет, где чьи реплики.
Ёлка – Ладно. Мы еще будем дорабатывать, чтобы оно писало только под диктовку хозяина, а не всех, кто рядом разговаривает. Теперь о главном. Телепортировались без проблем. Живем в прекрасных условиях.
Эвин – Ага, коммуналки обзавидуются.
Лерг – Не привередничай. Не короли.
Лютик. – Короче, запихнули нас в такую дыру, что смотреть страшно. Но есть два плюса. Мы все вместе – это раз. И второй – здесь спокойно можно заниматься своими делами, все равно никто не заходит.
Ёлка. – Руководителем у нас некто Никвик Буздюк. Лично мне этот Буздюк не понравился. Будем ждать тебя. Расскажешь, что у тебя на него есть.
Лютик – Ёлка, ну чего ты к нему привязалась? Мужик, как мужик, может даже и нормальный…
Ёлка. – у меня – интуиция.
Эвин – лениво‑насмешливо:
– Лютик, не спорь. Если женщина заговорила про интуицию – ты ее все равно не переубедишь.
Лютик – Это еще почему?
Эвин – потому что ни одна женщина не признается в своей глупости.
Лерг – А женская интуиция – и есть глупости. И вообще, Ёлка, шла бы ты с ней… на факультет предвидения…
Ёлка. – а тапкой по хряпке?
Лютик – Ну вот, начались силовые методы воздействия…. Значит оппонент прав…
Ёлка. – слушай ты, попонент…
Шлеп!
Хлоп!
Уй!
Березка – Ёлка, перестань кидаться тапками! Ты меня сбиваешь!
Ёлка. – Что ты такого делаешь, что тебе мешают перелетные тапки?
Березка – Я волосы из‑за вас уложить не могу!
Лерг – Березовая шла бы ты… в чемоданы!
Березка – Хамы невоспитанные! И чем вам Буздюк не нравится? Очень милый и приятный господин…
Ёлка. – вот и оно‑то что господин. Я таких дома насмотрелась. Сверху все сю‑сю, ля‑ля, весь такой хороший, как будто его заварным кремом намазывали, а ложкой ткнешь – такое попрет…
Березка – Ёлка, по‑моему ты просто перевозбудилась с дороги вот тебе всюду враги и мерещатся. Могу дать настойку пустырничка.
Ёлка. – Вылей ее себе в чемодан с косметикой.
Лютик хихикая – Ёлка, ну зачем же так рычать, тебе от чистой души предлагают…
Ёлка, рыча:
– слушай, цветочек, я тебе сейчас все лепестки оборву, а флакон с пустырником приспособлю вместо стебля с особым цинизмом…
Хор мужских голосов испуганно‑насмешливо (а то ведь и впрямь колданет, мало не покажется). Выщипывай потом на себе одуванчики.
Эвин – Ладно, не мешаем…
Ёлка, возвращаясь к листу.
– продолжаем нашу переписку с фронта. Блин, это что – все тоже записалось? Ладно, вытирать не будем. Что написано пером, …
Лютик, не удержавшись:
– За то рубят топором.
Щелк.
Ёлка, с чувством глубокого морального удовлетворения.
– Бесспорно.
Эвин.
– Ну и как мы завтра объясним Буздюку, почему у практиканта вместо волос – лютиковое поле?
Лютик – Ай, не щиплись, зараза, больно! Это же мои волосы!
Лерг, хихикая – можем его в вазу поставить, вместо букетика! Или обрить под ноль!
Лютик – Ёлочка! Ну не сердись…
Ёлка. – Извини. Наверное, я завтра допишу. А сейчас я буду объяснять некоторым несознательным личностям, что ЖЕНЩИН НЕЛЬЗЯ ОБИЖАТЬ!!!
