Текст книги "Темный феникс. Возрожденный. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Федор Бойков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 71 страниц)

Глава 12

После моего признания о том, что я заключил договор с тьмой и стал тёмным фениксом, в гостиной повисла гнетущая тишина. Никто не задал ни единого вопроса. Юлия Сергеевна прижала ладонь ко рту, будто опасалась сказать лишнего и принимая тот факт, что её внук стал стражем тьмы.

Дети тоже молчали. Вика уткнулась взглядом в пол, вцепившись ногтями в обивку дивана. Борис же смотрел на меня с каким-то странным облегчением, словно мои слова наконец расставили всё по местам.

Тишину разорвали тяжёлые шаги за дверью – гвардейцы ворвались в особняк, гремя сапогами по паркету. Я скользнул взглядом по чёрным мундирам с гербом Шаховских на плечах и по вскинутым автоматам.

– Ваше сиятельство! – позвал меня Киреев. – Всё в порядке? Дом окутала тьма.

– Всё под контролем, – сказал я, отзывая ауру. Командир гвардии хотел что-то добавить, но я поднял ладонь, останавливая поток вопросов. – Не сейчас.

Я медленно прошёл между гвардейцами, вышел во двор и, не оглядываясь, махнул рукой.

– Киреев за мной, – сказал я негромко. Мирзоев сделал шаг вперёд, почти обогнав меня, но я остановил его ледяным взглядом. – Остальные – на посты.

Я заметил, как дрогнуло лицо Мирзоева, но он тут же отступил, скрыв недовольство за маской покорности. Теперь, зная о его участии в недавних событиях, я припомнил, что Руслан всегда держался рядом с Киреевым. Ну ничего, скоро он узнает, что случается с предателями.

Когда мы с Киреевым остались одни, я двинулся вдоль особняка. Командир гвардии молча последовал за мной. Под ногами хрустел гравий, напоминая о недавних взрывах.

– Восстановили почти всё, – пробормотал Киреев, глядя на залатанный асфальт.

Я лишь хмыкнул и свернул к тому месту, где раньше стоял гараж для техники. Теперь здесь был лишь пустырь с грудами щебня и вывороченными бетонными плитами. Воздух пах гарью, машинным маслом и чем-то металлическим.

Замерев рядом с развалинами, я ткнул ботинком трещину в бетоне и резко повернулся к Кирееву.

– Мне вот что интересно, Егор, – начал я. Мой голос звучал тихо, но я добавил металлических ноток, чтобы Киреев понял всю серьёзность разговора. – Гвардия моего рода последние сто пятьдесят лет охраняла стену, контролировала врата, разбиралась с прорывами монстров и обеспечивала безопасность Шаховских на этих самых землях. Как так вышло, что спустя две недели после смерти моего отца всё начало рушиться?

– Ваше сиятельство… – он сделал паузу, будто подбирая слова. – После смерти вашего отца многие ушли. Те, кто остался, преданы роду, но численность гвардии слишком мала для выполнения всех задач.

– Вот как… – я медленно обошёл Киреева. Мои шаги отдавались эхом по пустому бетону.

– Я виноват, – напрягся командир гвардии. – Пропустил врагов на территорию особняка, поддался неизвестным чарам и во время нападения не сражался, а был заперт в доме… я приму любое наказание.

– Для начала ответь мне на один вопрос, – я остановился перед Киреевым и заглянул в его глаза. – Кому ты служишь? Кому верен?

– Что? – он побледнел и выпрямился, словно по команде, а потом нервно сжал пальцы на прикладе автомата. – Я служу роду Шаховских! Тридцать лет я…

– Кому именно? – перебил я его. – Мне? Виктории? Борису? Или Юлии Сергеевне? Кто для тебя «род Шаховских»?

– Господин? – его голос дрогнул, а глаза расширились от удивления.

– Ты предан мне, Егор?

– Конечно! – Киреев резко выдохнул, будто сбросил груз с плеч. – Всей душой! Если вы дадите мне шанс, я докажу!

– Хорошо. Тогда слушай меня внимательно, Егор, – я растянул губы в улыбке. – Я стану главой рода Шаховских через пять дней. Затем я поучаствую в бойне, которую устраивает его императорское величество, чтобы отстоять своё право на владение вратами.

Киреев сглотнул и часто задышал. Мои слова явно нашли отклик в его сердце. Что ж, значит, ещё не всё потеряно.

– Тебе стоит подумать, хочешь ли ты служить мне, – продолжил я. – Если сомневаешься во мне – уходи. Я никого держать не стану. Если же останешься – забудь о том доверии, которое оказывал тебе мой отец. Моё доверие ты ещё не заслужил.

Не дожидаясь его ответа, я развернулся и быстрым шагом направился обратно к дому. Передо мной сейчас стояло много задач, и я никак не мог отвертеться от неприятной, но необходимой бумажной волокиты. Тем более теперь, когда я вернул Бориса домой и вроде бы разобрался с остальными родственниками, нужно было подписать запросы для канцелярии его императорского величества.

На всю эту бюрократию у меня ушёл остаток дня. Юлия Сергеевна предоставила мне отчёты по расходам и списки необходимых трат на те же боеприпасы. Заодно я наконец узнал, откуда у рода Шаховских деньги.

Помимо платы за проход через стену, которая показалась мне несколько завышенной, у рода было несколько заводов по переработке леса и налаженные пути сбыта строительных материалов через Иртыш. Так же имелись две кожевенные фабрики – в Тюмени и в Тобольске, где перерабатывались даже шкуры монстров. Ну и конечно же Шаховские имели достаточно земель для выращивания сельхозпродуктов.

Всё вместе приносило стабильный доход, ничуть не меньший, чем у мелкопоместных князей. И теперь мне было ясно, почему соседям хочется откусить от наших земель кусок пирога – сосновый бор на нашей территории покрывал запросы едва ли не четверти империи. Ну а врата за стену, которые я изначально посчитал скорее наказанием, чем наградой, на самом деле были даже важнее всех остальных владений.

В аномальных очагах велась не только добыча ресурсов вроде тех же монстров, растений и энергетических кристаллов. Каждый род был обязан проводить ежегодные исследования очагов и сдавать десятую часть всей добычи в имперскую службу снабжения. Поэтому плата за проход через стену для таких исследований не взималась, а вот обычная охота на монстров заставляла аристократов выкладывать кругленькие суммы. Но это вполне неплохо окупалось, ведь с таких рейдов никакой десятины отдавать не нужно было.

И всё же, несмотря на довольно большой доход, род Шаховских почти все средства вкладывал в оборот. На счетах было не так уж много денег, а закупка дорогих боеприпасов с магзарядом требовала постоянных вливаний. Если раньше Маргарита и Виктор Шаховские лично разбирались с прорывами монстров высокого класса, то за две недели после их гибели гвардия растратила почти весь запас дорогих боеприпасов.

У меня оставалась надежда, что в сокровищнице рода хранится неприкосновенный запас, которым можно покрыть эти издержки. У меня просто нет времени, чтобы лично присутствовать при каждом прорыве. К тому же, моя магия ещё не восстановилась.

Я отправил приглашение на ритуал вступления в права главы рода своему дяде, Эдварду Рейнеке, как одному из тёмных магов, затем отложил бумаги и выключил ноутбук. Мне нужно было немного размяться и подумать. Обед я благополучно пропустил, хотя Яков принёс в кабинет лёгкий перекус, так что ужин лучше не пропускать.

Времени было достаточно, поэтому я спустился в подземный этаж особняка и свернул к сокровищнице рода. Она была защищена получше, чем место силы, но меня пропустила сразу же. Нужно было всего лишь проколоть палец и мазнуть кровью по двери.

Я шагнул в просторное помещение и покачал головой. Шаховские накопили немало богатств за несколько веков, но я почему-то ожидал большего.

На отлитых из камня длинных рядах полок были аккуратно уложены горками золотые и серебряные слитки, чуть дальше них стояли небольшие сундучки, в которых находились отсортированные драгоценные камни и фамильные реликвии. На первый взгляд, стоимость драгметаллов и камней была высокой, но даже если я продам вообще всё, что здесь есть, денег хватит не больше чем на полгода.

Вздохнув, я взял один из десятка перстней с гербом Шаховских и надел его на палец. Кольцо на миг окуталось тёмной дымкой, а потом подстроилось под размер моего указательного пальца, принимая меня как хозяина. Перстень потяжелел и стал толще, чёрный ворон на гербе расправил крылья и сверкнул агатовыми глазами. От кольца ко мне потянулась энергетическая нить, связавшая встроенный в него магический импульс с моим источником.

Я улыбнулся и довольно хмыкнул. Раз уж родовой артефакт Шаховских меня принял, то и все остальные никуда не денутся. Похоже, что магии нет никакого дела до того, чей дух находится в теле наследника, – главное, кровь, что течёт в его жилах.

Закончив с осмотром первых рядов, я шагнул дальше. Драгоценные камни и золото – это конечно хорошо, но больше всего меня интересовали артефакты. На первом плане лежали недорогие защитные и атакующие артефакты, а за ними, прямо на стене, висело оружие.

В специальных нишах лежали луки и арбалеты, завёрнутые в мягкие ткани, рядом с ними висели щиты и копья на специальных крюках. Меня такие виды оружия не привлекали, поэтому я прошёл чуть дальше и замер напротив дюжины мечей. Покачав головой, я коснулся пальцем полуторного меча из голубоватой стали с золотистыми прожилками и сразу же услышал отклик сердцевины.

Шаховские умели обращаться с магией и ковали неплохое оружие, но всё оно не дотягивало до привычных мне артефактных мечей и кинжалов. Возможно, для этого мира такие магические технологии были вершиной мастерства, но не для меня.

Похоже, придётся мне самому ковать себе оружие под стать моей силе, но сейчас нужно было взять хоть что-то, чтобы не оказаться снова безоружным перед сложным боем. Я потянулся к одноручному мечу из черной стали, который висел на уровне глаз, как вдруг заметил кое-что интересное.

В самом углу между стеной с оружием и полками с артефактами висели парные топоры. Прислушавшись к ощущениям, я понял, что от них идёт очень сильный магический фон, который был мастерски скрыт создателем этих артефактов.

– Я чую тьму и тень, – подал голос Грох, показавшись из тени. – Господин, лучшего оружия для вас не найти.

– Ты прав, – кивнул я, довольно зажмурившись. – Они действительно заполнены тьмой.

– А ещё они красивые, – продолжил кутхар. – Почти, как я в истинном облике.

– А ну-ка покажись, – приказал я, впервые решив рассмотреть, как выглядит мой питомец.

Передо мной появился сгусток тени, который начал стремительно разрастаться. Через мгновение я увидел создание тени, чем-то похожее на ворона. Вместо перьев у него были хитиновые чешуйки, хищный клюв с двумя рядами острых зубов загибался вниз, а сдвоенный хвост заканчивался смертоносными жалами.

Я перевёл взгляд на топорики и усмехнулся. Схожесть действительно была. Лезвия были обычными – полукруглыми, а вот обух дополнялся крюками в виде расправленного вороньего крыла. Да и рукояти завершались узкими лезвиями наподобие штыков длиной около ладони.

– Видишь, господин, – гордо сказал Грох. – Я подхожу тебе больше остальных. Твой герб похож на Гроха, твоё оружие похоже на Гроха. Лучше меня ты никого не найдёшь.

– Возможно, – не стал я спорить.

Я взялся за топорища и сразу же почувствовал отклик. Оружие слишком долго лежало в сокровищнице и соскучилось по битвам. Что интересно, оба топора дополняли друг друга в бою, несмотря на то что лезвие на правом топоре было чуть короче, а крюк шире.

Чем дольше я держал их в руках, тем больше понимал, что я действительно не найду в этом мире ничего совершеннее. Свойства этих парных топоров раскрывались передо мной, словно открытая книга. Я уже понял, что синхронные удары усиливают атаку и могут пробить даже сильную защиту.

Но это не всё. С каждым ударом оружие накапливало силу, которую можно было потратить сразу или сохранить для мощного удара. При точном блоке я смогу отразить магический удар, возвращая его противнику, и даже создать мощную волну энергии. «Аккумулятором» этой энергии служила кость теневого монстра, вставленная в сердцевину высверленного топорища.

На полке под топорами лежали кожаные крепления, усиленные металлическими вставками. Я разложил их в нужном порядке и пристегнул к поясу основную кобуру для правого топора под небольшим углом для быстрого хвата. Затем затянул потуже бедренный ремень и примерил топор, который лёг как надо, не болтался и не бил по ноге.

Со вторым топором пришлось повозиться. Я перекинул через плечо перекрёстные ремни и закрепил на спине магнитную пластину. Рукоять вывел чуть выше плеча, чтобы доставать не глядя. Пару раз дёрнул на пробу – выходит чисто.

Перед тем, как покинуть сокровищницу, я пару минут походил между рядами, приседая и резко разворачиваясь. Топоры держались плотно и не мешали. Напоследок несколько раз проверил выхват: правый мгновенно скользнул с бедра в ладонь, левый – со спины лёгким движением по дуге встал в хват.

Всё оказалось даже лучше, чем я думал. Не хватало только комплекта брони под стать оружию. Всё же спортивные штаны и футболка странно смотрелись на фоне топоров, которые источали тьму.

Уже на выходе я заметил две пары кинжалов, лежавших в стороне от остального оружия. Быстрый осмотр показал, что у одной пары есть хозяин, который до сих пор жив. Надо же, какое интересное у Шаховских артефактное оружие – мало того, что имеет привязку к хозяину, так ещё и не даётся в руки чужакам.

Стоило мне подняться, как ко мне шагнул Яков, который дожидался меня всё это время.

– Господин, вам звонили из модного дома Виноградовых, чтобы согласовать визит портных, – сказал сын дворецкого. – Без вашего разрешения я не решился ответить согласием, но доступное время у Виноградовых будет только завтра, а потом придётся ждать несколько месяцев.

– Почему они решили, что мне нужны портные? – удивился я. Мысли о том, что мне нужно заменить всю одежду, у меня были, но я их не успел озвучить.

– Юлия Сергеевна очень хотела, чтобы вы успели обновить гардероб до вступления в права главы рода и подготовиться к испытанию за владение вратами, – быстро ответил Яков. – Она лично связалась с домом Виноградовых и попросила найти для вас время.

– А они очень занятые люди, да? – предположил я. Наверняка этот модный дом завален заказами, раз уж ждать нужно несколько месяцев, а исключение сделали только для бабушки.

– Все великие и светлые князья шьют одежду только у Виноградовых, – кивнул Яков. – Даже один из принцев одевается у них.

– Хорошо, перезвони им и подтверди завтрашнюю встречу, – сказал я, направляясь к себе. – И вызови ко мне Киреева, времени подумать у него было достаточно.

Яков кивнул и торопливо ушёл, но перед этим успел заметить боевые топоры. Его взгляд потяжелел и стал острым. Похоже, слава у моего нового оружия не очень хорошая, по крайней мере, среди слуг. Ну и плевать. Таким отличным парным артефактам не стоит пылиться в сокровищнице – им самое место в гуще боя.

Вместо того, чтобы пойти в свою комнату, я расположился в гостиной на первом этаже. Киреев явился через несколько минут и замер передо мной, встав по стойке смирно. Его взгляд прикипел к топорам, которые я демонстративно положил на журнальный столик перед собой.

– Ты решился? – спросил я, вытянув ноги и откинувшись на спинку кресла.

– Я верен вам, господин, – без запинки ответил он. – Я не предам вас и оправдаю оказанное доверие.

– Хорошо, – я улыбнулся холодной улыбкой. – Тогда арестуй своего заместителя и помести его в место, откуда он не сможет сбежать.

– Господин? – Киреев вытаращился на меня с таким видом, будто я заставил его казнить младенца.

– Тебе что-то не понятно, Егор? – я выгнул бровь и чуть склонил голову к плечу.

– Никак нет, ваше сиятельство! – отчеканил он. – Будет исполнено.

– И только попробуй допустить побег Мирзоева, – с угрозой в голосе протянул я. – Поверь мне, тебе не захочется испытать последствия на своей шкуре.

– Разрешите выполнять? – гаркнул Киреев во всё горло.

– Разрешаю, – процедил я и отвернулся к окну. – Грох, проследи. Если нужно будет – вмешайся. Предатель не должен покинуть территорию поместья.

– Сделаю, – прошипел мой питомец и с хлопком растворился в тенях.

Я же принялся ждать. Если мои догадки верны, то без боя Руслан не сдастся. А если сложить всё, что он успел натворить… думаю, он сумеет удивить не только командира гвардии, но и меня.

Через двадцать минут со стороны казарм повеяло потусторонним холодом. Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы узнать артефакт, способный выпускать такие эманации. Око Пустоты по сравнению с ним – детская игрушка.

Я схватил топоры и помчался к выходу. Едва я коснулся двери, как особняк тряхнуло, а затем в воздух взметнулись частицы тьмы, обволакивая не только дом, но и двор со всеми постройками.

Вот же тварь! Только Смертельного Исхода мне не хватало для полного счастья. Ну ничего, этот выродок ответит за всё!

Глава 13

– Грох! – проорал я, вылетая во двор. – Что у вас там происходит?

Кутхар не ответил, но аура Смертельного Исхода стала менее насыщенной. Надеюсь, моему питомцу хватило ума сожрать этот демонов артефакт. Если же нет…

Последний раз с Исходом я сталкивался во время бойни у Крехского ущелья почти сто лет назад. Тогда ковен магов решил, что их тёмный маг-недоучка сумеет проредить число моих птенцов. И ему действительно удалось это сделать.

Четверо фениксов пали во время активации Исхода – артефакта, для создания которого нужны массовые жертвоприношения. Он вытягивает жизненную силу в радиусе пары сотен метров, не оставляя после себя ничего живого. После такого сама земля становится мёртвой, на ней не растёт ни травинки, ни единого сорняка.

И только пламя феникса способно выжечь тьму и вернуть жизнь этой земле. Но сейчас у меня нет моего пламени, а вокруг – земли моего рода. Вокруг люди, которые верны и которые дороги мне.

– Грох! – рявкнул я, подбегая к казармам гвардейцев. – Быстро сюда!

– Я занят, – донеслось до меня издалека. – Ты же сам просил проследить…

Да чтоб тебя! Я рывком распахнул двери в казарму и сразу же врубил ауру тьмы. Да, она сейчас слабовата, но это лучше, чем ничего.

Сквозь марево, наведённое артефактом, я разглядел раскиданные кровати и шкафы. Несколько гвардейцев лежали на забрызганном кровью деревянном полу. Но само сражение происходило не здесь.

Я пересёк казарму и ввалился в оружейную. Киреев размахивал коротким ножом перед собой, а чуть в стороне стоял Мирзоев. Он не двигался и, кажется, даже не дышал.

От него во все стороны разливалось морозное давление артефакта. Да он же решил поставить на кон свою жизнь! Вот ублюдок!

Я метнул топор в Руслана, метясь в голени, но тот увяз в ауре Исхода. Тогда я призвал тьму, напитывая свою ауру, и бросился к предателю. Нельзя позволить ему умереть, иначе нам всем конец.

Если Исход активируется полностью – Вика, Борис, бабушка и остальные – все превратятся в прах. Я сжал пальцы в кулаки так, что хрустнули кости. Нет, я не позволю этому случиться. Не снова.

Тьма защищала меня от давления Исхода, поэтому двигался я быстрее Киреева, движения которого становились всё слабее. Мне хватило пяти шагов, чтобы добраться до Мирзоева и схватить его за шею.

– Жри артефакт, Грох! – приказал я. – Сдохни, но сделай!

– Кусается, – недовольно ответил кутхар. – Не даётся.

Пока я держал предателя за горло, из него продолжала уходить жизнь, подпитывая Исход. На боль Мирзоев не реагировал, как и на происходящее вокруг. Он полностью отключил чувствительность, слившись с артефактом.

Да чтоб его демоны задрали! Я рыкнул от натуги, едва удерживая Руслана, и влил в Гроха немного своей энергии. Кутхар громко чавкнул от удовольствия и вцепился в артефакт.

Через пару минут стало легче дышать. Морозная дымка стала не такой густой, а горло Мирзоева под моими пальцами напряглось. Я зажал яремную вену и принялся считать. Через пятнадцать секунд предатель обмяк.

Я аккуратно уложил его на пол и принялся обшаривать карманы. Не хотелось бы ещё одного сюрприза. Так, вот и Смертельный Исход.

Мои пальцы нащупали цепочку артефакта на груди, и я тут же отдёрнул руку – касаться его может только создатель или тот, к кому сделана привязка. Вряд ли Руслан Мирзоев сам работал над созданием истинно-тёмного артефакта. Даже в моём мире подобные практики были под запретом, а уж в этом и подавно.

Подцепил крюком на обухе топора цепочку и вытянул Исход наружу. Тут же перерубил звенья и, когда артефакт оказался на полу, с размаху ударил по нему топором. Первый удар отскочил, но я бил снова и снова, пока наконец не пробил защитный барьер.

Энергия Смертельного Исхода растеклась по оружейной, но сразу же разделилась на два потока. Один стягивался к левому топору, лезвие которого было прижато к сердцевине артефакта, а второй потянулся к Гроху. Кутхар громко заурчал от счастья – не так часто можно обожраться до сытости. Тем более, что кость теневого монстра, вставленная в сердцевину рукояти топора, не могла поглотить так много энергии.

Когда энергия Смертельного Исхода развеялась окончательно, я занялся оставшимися артефактами. К своему удивлению, я обнаружил амулет сокрытия дара. Причём, судя по его направленности, скрывал он именно тёмный дар.

Только вот подобные артефакты изготавливаются штучно, ресурсов они требуют немерено, а эффект имеют не слишком мощный. Сильный маг сможет пробить его защиту и увидеть истинную силу носителя. К тому же создание этого артефакта, как и Смертельного Исхода, требует особой подготовки и особой энергии.

Вот уж сюрприз, так сюрприз. Защитные и атакующие артефакты я рассовал по карманам, а вот маскировочный надел на себя. Неизвестно, как местные маги отнесутся к моим возрастающим с каждым днём силам.

Пусть считают меня слабаком без особых сил. По крайней мере, те из них, кто не достиг хотя бы уровня архимага в этом мире. Личина Константина Шаховского меня устраивала более чем, ведь парень вёл отшельнический образ жизни, друзей и любовниц не имел, да и дара у него была лишь крупица.

Так что какое-то время я ещё смогу поддерживать легенду слабого тёмного мага, который едва управляется с родовым даром. Зато как удивятся враги, когда поймут, на что я способен. А уж когда моё пламя вернётся, я даже с самим императором смогу потягаться, если он решит избавиться от моего рода.

– Хозяин, – позвал меня кутхар. – Кажется, твоего человека зацепило.

Я обернулся к Кирееву и увидел, что тот лежит без сознания на полу. Шагнув к нему, я проверил пульс. Жив. Это хорошо. Не став трогать его, я вышел из оружейной.

Остальные пострадавшие гвардейцы тоже были без сознания. Надеюсь, бабушку, Бориса и Вику не зацепило энергией артефакта. Торопливым шагом я добрался до дома, чтобы обнаружить, что все мои слуги точно так же без сознания.

Герасим лежал поперёк коридора, перекрывая собой проход к двери, Яков растянулся в нескольких метрах от него, а служанки упали на выходе из столовой. Я рванул на второй этаж, чтобы проверить комнаты родственников.

Бориса я обнаружил в комнате Виктории. Оба ребёнка были без сознания, но их жизням ничего не угрожало. Выдохнув от облегчения, я отправился в левое крыло, проверить Юлию Сергеевну. К моему удивлению, она оказалась крепче, чем я думал.

Бабушка лежала на кровати, глядя на дверь с мрачным выражением на лице. Увидев меня, она расслабилась и прикрыла на мгновение глаза.

– Костик, – сказала она, подняв на меня взгляд. – Что случилось? Я чувствовала невероятную мощь, будто сама тьма звала меня в свои чертоги.

– Заместитель командира гвардии Мирзоев Руслан не захотел сдаваться, – сказал я, шагнув к кровати бабушки. – Он активировал один из самых смертоносных артефактов, к тому же он оказался тёмным магом.

– Но как такое возможно? – удивлённо сдвинула брови Юлия Сергеевна. – Мы бы почувствовали тьму, исходящую от него. Тёмный дар невозможно скрыть.

– Не совсем так, – задумчиво сказал я. – Посмотри на меня внимательно, ты чувствуешь мой дар?

– Что, Костик? Что происходит? – испуганно вскрикнула бабушка. – Ты будто стал обычным человеком, но я видела твою ауру, видела, на что ты способен.

– Смотри, всё дело вот в этой штучке, – я вытянул из-под футболки артефакт сокрытия и показал Юлии Сергеевне. – Кто-то очень сильно постарался, чтобы Мирзоев остался незамеченным.

– Но такими возможностями могут обладать только… – старушка замолчала и посмотрела на меня ошарашенным взглядом. – Костик, кажется, против нас выступают такие силы, с которыми мы не справимся.

– Не переживай, я со всем разберусь, мне нужно лишь немного времени, – попытался успокоить бабушку я.

– Времени у нас совсем нет, – она поджала губы. – Через пять дней ты должен будешь подтвердить, что имеешь право стать главой рода. Тебе придётся при свидетелях показать свою силу, а потом… – бабушка покачала головой. – Я не представляю, что придумал император. Не могу даже предугадать, какое испытание предстоит тем, кто будет сражаться за владение вратами.

– Разве ты не понимаешь? – усмехнулся я. – Мы будем сражаться не за врата. Император хочет проверить, на что способны аристократы. Могу поспорить, что массовых столкновений, как и войн между родами давно не было.

– Хочешь сказать, что есть некая угроза, для которой его величеству понадобились силы одарённых? – спросила Юлия Сергеевна, приподняв голову. Она продолжала лежать, но теперь попыталась сесть.

– Всё может быть, – я неопределённо пожал плечами. – Это просто предположение.

– Нет, ты прав, – бабушка наконец смогла подняться с подушки, уперевшись руками в матрас. – Романовым давно не было дела до аристократии, они игрались в войнушки с соседними странами и экспериментировали с ресурсами очагов.

– Разве можно говорить такое о своём императоре? – хмыкнул я, помогая Юлии Сергеевне встать.

– А я ничего опасного не сказала, – она вытерла испарину со лба и шумно выдохнула. – Династия Романовых – хорошие правители. Народ не голодает, бунтов и революций нет, все живут в достатке. Единственная их проблема – целых два крупнейших в мире аномальных очага.

– В других странах не так? – поинтересовался я, подставив локоть, за который старушка ухватилась. – Есть же очаги в Европейском Союзе, даже в монгольских степях и в Антарктиде.

– Размеры и уровень угрозы – вот что важно, – проговорила Юлия Сергеевна, делая паузы между словами. – Западно-Сибирский очаг по размерам превышает любую европейскую страну. А монстры там – дикие, голодные и высокоуровневые. В Монголии выше третьего класса монстров не встречали, в Антарктиде только пятого, а у нас что? У нас и семиклассовые пару раз встречались.

– И как их уничтожили? – поинтересовался я, вышагивая вместе с бабушкой по коридору в сторону лестницы.

– Как-как? – проворчала бабушка, неловко переступая ногами. – Элитный имперский полк растерзали монстры, которых лишь немного потрепали лучшие воины его величества. Добивали тварей уже мы, аристократы, выступив союзным отрядом.

– Занятно, – задумчиво пробормотал я, замерев на ступенях. – Ты уверена, что хочешь спуститься?

– Слуги должны видеть, что их господа выдержали удар неведомой силы и готовы защитить их, – властно сказала Юлия Сергеевна. – И деток принеси сюда, пусть будут рядом. Они ведь придут в себя раньше неодарённых?

– Определённо, – уверенно кивнул я. – Но мне нужно куда-то поместить предателя. Не подскажешь, где ему самое место?

– У чёрного входа есть неприметная дверь, – запыхаясь проговорила бабушка. Она упрямо спускалась по лестнице, опираясь на мой локоть. – Там старая темница для магов. Твой прадед постарался изолировать все потоки, чтобы одарённые не имели доступа к магии. Когда-то там держали врагов рода…

– Надо же, – усмехнулся я. – Даже темница для магов в этом поместье имеется. И это помимо бойниц и укреплённых дверей.

– А как ты хотел? Шаховские воевали за место под солнцем точно так же, как другие рода, – Юлия Сергеевна повторила мою усмешку. – Ты же не думал, что титул и земли мы получили за красивые глаза? Всё это отвоевали твои предки.

– Как и в любом из миров, – подтвердил я, помогая старушке устроиться на диване в гостиной. – Закон силы действует всегда и везде.

Юлия Сергеевна посмотрела на меня прищуренным взглядом, но отвечать не стала. Я кивнул ей и покинул комнату. Не хотелось на себе таскать этого Мирзоева, но и ждать, когда гвардейцы придут в себя, я не стану. Он ведь может раньше очнуться. И лучше бы ему в это время быть в месте, где магия недоступна.

Церемониться с предателем я не стал – ухватился за ноги и потащил его волоком. Мне не было дела до синяков и шишек, которые появились, когда голова Мирзоева встречалась с порогами и другими препятствиями. По-хорошему, этого гада надо было прибить, но даже после уничтожения Смертельного Исхода оставался шанс, что связь с артефактом была глубже. И тогда даже мне не удастся вовремя разобраться с последствиями.

Заперев заместителя командира гвардии в темнице, я вернулся в дом и поднялся на второй этаж. Дети продолжали спать тем самым сном, который очень близок к коме. Я осторожно перенёс их по очереди в гостиную и уложил на диванчик рядом с бабушкой.

– Что-то мне плоховато, господин, – просипел Грох, как только я сел в кресло и устало откинулся на спинку.

– Обожрался дармовой энергии? – хмыкнул я. – Ты же повелитель теневого плана, переваривай давай.

– Так это… – он замолчал ненадолго, будто подбирая слова. – Я потому и повелителем был, что там никого не осталось.

– Что так? – удивился я. Обычно теневые планы кишат монстрами, которым протолкнуться негде.

– Гроксы всех пожрали, а потом ушли дальше, – признался кутхар. – Это уже потом первые уровни заполняться стали мелочью всякой.

– Ну тогда учись переваривать тёмную энергию, – с прохладцей ответил я. – Ты связал свою жизнь с моей, так что избыток тьмы я тебе гарантирую.

– Не могу я, – сдавленно буркнул Грох. – Скребётся изнутри, наружу рвётся.

– Открой сознание, – приказал я.

Кутхар послушно раскрылся, обнажив для меня свой разум. Я мог считать его воспоминания, тайные желания и страхи, но не стал. Меня интересовала проблема усвоения теневым созданием энергии близкой направленности.

А ведь Грох не солгал. Ему действительно было тяжело переварить энергию артефакта. И дело было не в мощности артефакта, а в слабости моего питомца.

Похоже, он и впрямь занял место на третьем плане по чистой случайности. А я решил, что такому монстру будет по плечу любая задача. И как я так проглядел?

Хотя да. Я же был истощён битвой со слизнями, а потом ещё получил направленный заряд магией света. Неудивительно, что мне не пришло тогда в голову проверить внутренний резерв кутхара перед тем, как принимать его клятву.

– Ты вообще хоть на что-то годишься? – проворчал я, вытягивая излишки энергии артефакта.

Мне пришлось сцепить зубы и цедить воздух маленькими порциями, чтобы удержаться от крика. Исход был напитан под завязку смертью и болью, и сейчас вся эта грязь проходила через мой источник. Казалось, будто по венам течёт огненная вода, в которой плавают осколки стекла.