Текст книги "Темный феникс. Возрожденный. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Федор Бойков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 62 (всего у книги 71 страниц)

Глава 13

Приземление выдалось жёстким. Я перекатился по выжженной от взрывов земле и мгновенно вскочил на ноги. От адреналина сердце колотилось в бешеном ритме, каждый вдох обжигал лёгкие. От переломов меня спас плотный кокон из тьмы, который я успел накинуть и на истребителей, хотя нас и раскидало на десятки метров. Они уже бежали в мою сторону, а вокруг меня поднимались фигуры в знакомой форме истребителей монстров его императорского величества.

– Стоять! Не двигаться! – раздался резкий окрик слева. Я повернулся на голос и увидел сурового мужчину, глядящего на меня жёстким взглядом. – Руки вверх, быстро!

Я присмотрелся к нему и заметил на шее мощные следящие артефакты, которые и пробили наши маскировочные артефакты. Похоже, после сообщения Сыча о нападении на них бойцов под маскировкой командование вооружило всех истребителей подобными штуками.

Скорее всего, видеть наши лица истребители не могли – только очертания наших фигур. А это значит, что Сычу, Лосю и Листу лучше помалкивать, чтобы не выдать наши личности.

Я поднял руки вверх и выпустил тьму. Она закружилась вокруг меня и затянула дозорных истребителей в паутину. Они застыли на месте, беспомощно дёргаясь внутри туго связанных нитей.

– Уходим, – скомандовал я своим бойцам, которые только добрались до меня.

Мы рванули вперёд, обходя замерших на месте истребителей. Ноги были ватными от резкого рывка, а в ушах стоял оглушительный звон, но останавливаться было нельзя. Сыч на бегу швырнул на землю дымовую шашку, чтобы скрыть наш след от возможных наблюдателей.

Через несколько минут мы уже были в безопасности, за поворотом скалистой тропы.

– Вот блин, – пробормотал Лось, не сбавляя скорости. – Теперь весь очаг на ушах будет.

– Да уже, – негромко сказал Лист, прислушиваясь. – Слышите? Сирены врубили.

Вдалеке действительно послышался протяжный звук сирены, который будто раздавался то слева, то справа от нас.

– Угу, они как будто нас ждали, – сплюнул на землю Сыч. – И ведь до самого спуска вели, а огонь открыли только когда мы побежали.

– У них следящие артефакты, – коротко сказал я, ускоряясь. – Наша маскировка не показала, кто мы, но незаметно пройти не вышло.

– Мы кругаля дадим, чтобы следы размыть, но если поторопимся, то даже не потеряем время, – проговорил Сыч, продолжая бежать. – Ты ж вроде тоже тело прокачал, Феникс? Угонишься за нами?

– Без проблем, – ответил я на бегу. – Берите нужный темп, я не отстану.

– Нет, Сыч, тут по‑другому надо действовать, – проговорил Лист. – Нас же сейчас за контрабандистов приняли. По регламенту будет отправлено два отряда, так?

– Ага, – Сыч чуть замедлился. – Предлагаешь изобразить для своих, будто мы за монстрами пришли?

– А что, дело Лист говорит, – согласился Лось, кивнув. – Мы щас по тайным тропкам пробежимся, монстров почикаем, и след оставим. А потом, когда лабораторию найдём, у нас будет два отряда свидетелей.

– Это если нас раньше не накроют, – задумчиво пробормотал Сыч. – Но попробовать можно. Главное, схрон сделать в нужном месте, чтобы нас дождались и общую тревогу не подняли.

– Годится, – сказал я, обдумав их слова. – Свидетели могут пригодится. Только скажите, что с пойманными нарушителями обычно делают?

– По регламенту нужно будет доложить командованию, – быстро проговорил Лист. – Если среди нарушителей есть благородный, то канцлеру или одному из эмиссаров его величества доложить, а уже они будут решать, что делать с охреневшими аристократами.

– Тогда делаем по вашему плану, – скомандовал я.

Мы понеслись через лес не напрямик, а особыми тропами, о которых знали только истребители. Я выпустил ауру тьмы, чтобы распугать монстров первого и второго классов и приманить тех, что посильнее.

Монстры третьего класса встретились нам через полкилометра от спуска с вала. Это были странные вытянутые в длину твари, чем‑то похожие на бобров. Огромные передние зубы были очень острыми на вид, а утолщённые хвосты размалывали деревья, когда монстры бежали в нашу сторону.

– Бо́брихи, – довольно оскалился Лось. – То, что надо!

Истребители достали мечи и принялись кромсать бобрихов особыми приёмами. Я не вмешивался в битву, наблюдая за своими бойцами со стороны. Увиденное мне понравилось – истребители знали все уязвимые места монстров и били очень точно, не оставляя тем шансов.

Когда битва закончилась, Лось отрезал хвосты и закинул их в рюкзак.

– Самое оно для контрабанды, – пояснил он, глянув на меня. – Из сушёных хвостов бобрихов делают порошок, который в разные зелья идёт. Стоит прилично. Можно даже больше никого не трогать, этого хватит для наших, чтобы до последнего караулить.

Остальные истребители согласно кивнули и снова побежали. Я не отставал от них, размышляя о том, как часто в московский аномальный очаг пробираются нарушители. Если здесь есть особый регламент, то стена в сибирском очаге вообще никак не охраняется, кроме как силами гвардий аристократов.

Мы бежали уже второй час. Под ногами хрустели сухие ветки и мелкие кости тварей, а впереди уже виднелся туман, который висел над болотистой частью очага. Воздух стал влажным и спёртым, запах леса и травы сменился на сладковато‑гнилостный. Мы замедлили движение, двигаясь по узкой едва заметной тропе, петляющей между участками трясины.

Через ещё пару часов болото начало редеть, уступая место песчаной пустыне. Я подсознательно отмечал разницу между прошлым проходом по московскому аномальному очагу и тем, как всё происходило сейчас. Из‑за моей ауры на нас не нападали монстры первого и второго классов, а знание истребителями местности сократило наш путь на несколько часов и помогло избежать лишних столкновений с монстрами третьего и выше класса.

Я поднял взгляд и увидел на горизонте поднимающееся зарево огненных ям. Чем дальше мы шли по пустыне, тем сильнее становился гул пламени, идущий от них. Мы преодолели последний холм и замерли на нём, глядя на гигантскую воронку, заполненную бурлящей раскалённой магмой.

С прошлого моего посещения этого места ничего не изменилось. Всё так же по краям ямы грелись в кипящем пламени шипострелы. Всё так же дрожал воздух от чудовищного жара. Что в прошлый раз, что сейчас это зрелище вызывало бурю эмоций – от удивления возможностям местной фауны до восторга от того, на что способна природа.

– Вот и добрались, – Сыч вытер рукавом пот с покрасневшего от жара лица. – Теперь ищем твой проход. Если он тут, то спрятан охренеть как хорошо.

– Только быстрее, – бросил Лось, нервно оглядываясь. – Наши близко уже, печёнкой чую.

Я подошёл к самому краю и посмотрел в колышущее озеро огня. Вряд ли вход находится там. Я влил побольше энергии во взор тьмы и начал искать то, чего здесь не должно быть, – хотя бы небольшой пятачок холода.

И я нашёл его. Слева за грудой оплавленных металлоконструкций висела странная едва заметная пелена. Вроде бы то же марево, но искажённое и будто бы даже застывшее.

– Там, – указал я на это место истребителям. – Видите? Воздух дрожит не так, как везде.

– Серьёзно? Прямо в стене что ли? – Лось присвистнул. – Ну ладно, ты главный, так что веди.

Мы двинулись вдоль края огненной ямы. Через несколько минут мы дошли до застывшего марева, и я протянул руку. Мои пальцы наткнулись не на камень, а на упругую плёнку. Я точно чувствовал за ней не жар, а прохладу, которой не могло быть посреди раскалённого воздуха.

– Давай, Феникс, давай, – поторопил меня Сыч, прижавшись к стене и бросив взгляд наверх. – У них с верхотуры обзор отличный, мы же как на ладони.

Я нажал сильнее. Плёнка прогнулась и затрещала, но не сдалась. Пришлось выпустить тьму, которая тут же поглотила основные узлы заклинания, удерживающего барьер.

Наконец, плёнка рассыпалась, а мы увидели тёмный проход, уходящий вниз. На нас пахнуло пылью и металлом.

Лось свалил хвосты бобрихов в нескольких метрах от входа, оглядываясь на края огненной ямы. За нашими спинами слышались крики патрульных истребителей, которые уже начали спускаться.

Только вряд ли они смогли заметить, куда именно мы делись. Какими бы их артефакты не были мощными, через огненное марево разве что движение можно засечь.

– Лось, первый, Лист, за ним, потом я, Сыч, прикрой, – скомандовал я.

Истребители нырнули в темноту, не раздумывая, я последовал за ними и вскоре услышал шаги Сыча позади себя.

Тоннель оказался узким и низким, пришлось идти пригнувшись. Металлические стены были отполированы до блеска – кто бы ни устроил тут проход, он явно использовал оставшиеся от прежней Москвы конструкции. И с каждым шагом этот тоннель становился всё шире и выше, будто мы оказались в огромной металлической воронке.

– Ничего себе хоромы, – проворчал Лось, посветив фонарём по стенам. – Это точно не из ресурсов очага построили.

– Тише, – сипло бросил Сыч. – Эхо тут хорошее.

Мы замедлили шаг, двигаясь осторожно и прислушиваясь к звукам. Здесь царила неестественная тишина, нарушаемая только нашим тяжёлым дыханием и скрипом подошв по полу. Чем дальше мы спускались, тем сильнее у меня выла чуйка.

Если Лось чуял печёнкой своих боевых товарищей, то моё чувство близкой опасности говорило о том, что и здесь нас тоже могут ждать. Мой взор молчал, но этот мир уже показал мне, что и он может ошибаться.

– Впереди развилка, – шепнул Лось. – И охрана. Целый отряд.

Я подкрался к повороту и осторожно выглянул. В небольшом зале с потолком‑куполом стояли две фигуры в белой металлической броне. Их лица были скрыты глухими шлемами с тонкими прорезями, а в руках они сжимали странные посохи, похожие на излучатели моего мира.

За их спинами ровным строем стояла дюжина людей, одетых в обтягивающие белоснежные доспехи. Только вот лица у них были слишком безучастными и даже пустыми что ли. Мой взор ничего не показывал, при этом вокруг всего отряда противников мерно сияла аура магии света.

– Я беру тех бронированных, – тихо сказал я. – Вы – остальных.

Истребители кивнули, доставая мечи и вставая за моей спиной. Я сделал глубокий вдох и шагнул в зал.

Бронированные стражи отреагировали мгновенно. Они повернули ко мне головы с какой‑то механической точностью, излучатели в их руках вспыхнули ярким белоснежным светом, а их охрана рванула вперёд, закрывая собой стражей и набрасываясь на истребителей, которые уже мчались на них, размахивая мечами.

У меня возникла странная ассоциация со стаями монстров, когда вокруг вожака собирается отряд более слабых тварей. Примерно так же действовали охранники лаборатории. Бронированные стражи отступили назад, вскидывая посохи и концентрируя в них магию света.

Я не стал ждать атаки и выпустил тьму. Два теневых клинка метнулись к врагам и пронзили их броню в районе груди и плеч, перерезая кости и сухожилия. Следом я запустил ещё несколько теневых лезвий веером, целясь в остальных противников.

Они упали, но почти сразу же начали подниматься. Их тела неестественно дёргались, а кости вставали на место с сухим хрустом. Посохи бронированной двойки снова наливались светом.

– Твою мать! – услышал я ругательства Лося. – Это что за хрень такая?

– Понятия не имею, – ответил я и запустил в них ещё с десяток теневых лезвий.

Лист работал парными кинжалами, целясь в колени и плечи. Лось, рыча и матерясь, врубился в самую гущу. Он размахивал мечом резкими отточенными движениями, попадая в самые болевые и уязвимые места – горло, пах, основание черепа. Сыч прикрывал их, выкашивая отбившихся от толпы врагов и не давая им окружить бойцов.

Мои кинжалы, не останавливаясь, кромсали стражей, но те никак не падали. Они будто вообще не чувствовали боли. Я выпустил тьму, пытаясь заковать всех врагов разом в паутину тьмы, но она соскользнула с них.

А потом из пальцев этих ублюдков начал вырываться липкими сгустками свет, прожигая металл на полу и стенах. Один такой сгусток чиркнул по руке Лося, и он с матерным криком отпрыгнул и начал хлопать ладонью по рукаву.

Не став разбираться, что за существа передо мной, я выпустил в этих двоих пламя феникса. Странные создания, только внешне похожие на людей, горели, но продолжали шагать в нашу сторону. Металлическая броня плавилась, капая на пол раскалёнными каплями, но ублюдки всё ещё стояли на ногах.

Бронированные стражи вдруг замерли и обхватили свои посохи двумя руками, пытаясь создать заклинание, похожее на Шквал Света. Я выругался и приготовился прикрывать отряд тьмой, но это не понадобилось. Моё пламя наконец добралось до той точки, которая отвечала за жизнь врагов.

Они упали на пол и замерли, не двигаясь. Их посохи погасли и превратились в обычные палки с кристаллическими наконечниками. Остальные враги рухнули следом за ними.

Тишина, наступившая после боя, была оглушительной. Воздух пах горелой плотью и расплавленным металлом. Мы стояли среди дымящихся тел, тяжело дыша и переглядываясь.

– Твою мать… – Лист прислонился к стене, растирая плечо. – Это что за цирк уродов?

– Ни один живой человек не смог бы сражаться без крика, когда его тело горит в огне, – мрачно сказал Сыч, глядя на распростёртые на полу тела.

– Зато воняют они совсем как живые, – Лось скривился и помахал ладонью перед лицом. – Палёнными кожей и мясом.

– На охрану не похоже, – сказал я задумчиво. – Такое ощущение, что они просто несли вахту и никого не ждали.

– Угу, слишком уж они странно стояли, – кивнул Лист. – Не патрулировали коридоры, а просто на месте застыли. И никакой сирены нет…

– Давайте дальше двигаться, – скомандовал я. – Пойдём сначала налево, если что вернёмся.

Мы двинулись по левому тоннелю, с каждой сотней метров всё больше напрягаясь. Обстановка менялась – появились запертые двери и странные непрозрачные окна. Единственное, чего мы так и не встретили, – хоть какого‑то подобия охраны.

Будто те бронированные стражи и их ручные охранники были выставлены на развилке для красоты. Я замер, сбившись с шага. Не для красоты они там стояли, а для демонстрации. Чтобы тот, кто входит в лабораторию, мог их увидеть и оценить.

И либо здесь слишком беспечное командование, либо они не ждали никаких гостей, кроме своих. В принципе, это логично. Если лаборатория настолько секретная, то знает о ней очень мало людей, и все они между собой повязаны. Не удивлюсь, если здесь вообще работает с десяток человек.

Мы прошли ещё около километра по пологому тоннелю вниз и упёрлись в массивную бронированную дверь.

– Сейчас, – быстро проговорил Лист и достал свой свёрток с отмычками.

Он возился с этой дверью намного дольше, чем с той, что была в сибирском очаге. Наконец, раздался тихий щелчок. Тяжёлая створка беззвучно поползла в сторону, открывая проём.

В лицо ударил холодный воздух, пропитанный запахом смерти и химическими реагентами. Мы замерли на пороге, не решаясь ступить внутрь зала, больше похожего на собор с высоким потолком, уходящим в темноту.

Этот зал был полон людьми. Вернее, теми, что когда‑то ими были.

Вдаль тянулись десятки и сотни прозрачных цилиндров, в которых лежали обнажённые тела с закрытыми глазами. В их головы, грудь и конечности были намертво впаяны заполненные энергией кристаллы. Те самые кристаллы, какие образовывались в монстрах сибирского очага и которые никак не могли сформироваться здесь, в московском аномальном очаге.

И я бы даже решил, что эти кристаллы были собраны у монстров и переплетены с энергосистемой подопытных, если бы не одно большое «но».

Эти кристаллы были под завязку заполнены светом.

Глава 14

Когда я шагнул в зал, выдохнул от облегчения – заполнены были только первые два десятка цилиндров, остальные пустовали. Я прошёл вдоль рядов, внимательно разглядывая то, что сделали с подопытными. Если я правильно понял, то эти люди стали антиподом некромансеров.

Тёмные маги переносили свой магический источник вовне, который в итоге становился подобием артефакта, а здесь был обратный принцип. В слабых светлых магов вживляли уже готовые кристаллы со светом, чтобы усилить одарённых или раскрыть их способности.

Истребители молча следовали за мной между рядами, но они тоже мало что понимали. В моём мире не было ничего хоть сколько‑то схожего с тем, что придумали в этом мире. Но если я прав, то те бронированные стражи, которых мы встретили на развилке, были как раз такими подопытными, а их охранники скорее всего были следующими на очереди.

– Феникс, – позвал меня Лист. – Если здесь столько пустых куполов, значит подопытных было больше, так?

– Верно, – кивнул я, уже понимая, к чему он клонит.

– Тогда где они все? – продолжил он. – Мы встретили только двоих завершённых и дюжину тех, что попроще. По крайней мере, в их лбах никаких кристаллов не было.

– Это интересный вопрос, – я посмотрел в сторону двери. – Надо найти второй выход из зала, он наверняка приведёт нас к остальным.

– А с этими что? – Сыч прищурился. – Так оставим?

– А что ты предлагаешь с ними сделать? – я склонил голову к плечу. – Сжечь их?

– Ну да, на людей они уже мало похожи, а оставлять их за спиной… – он передёрнул плечами.

– Ты бы ещё предложил кристаллы вырезать, – я поморщился. – Хочешь их убить – убей сам.

Сыч отвёл взгляд. Похоже, он и впрямь хотел предложить вырезать кристаллы. Знал бы он, каким способом их получили, он бы по‑другому отреагировал.

– Сыч, Лист, Лось, – позвал я истребителей к себе. – Вы уже знаете, что не существует монстров со стихией света. Так ответьте на вопрос: откуда берутся такие кристаллы?

Истребители переглянулись. Лист замер с вытянувшимся лицом, а Лось и Сыч хмурили лбы, не сообразив сразу.

– Феникс… они что из людей их сделали? Из магов света? – не выдержал Лист. – Ты не шутишь сейчас?

– Нет, я абсолютно серьёзен, – я качнул головой. – Я видел в руках Кольцова две сферы света, мощности в которых было раз в десять побольше, чем во всех этих кристаллах вместе взятых. Подумайте, может быть, вы слышали что‑то о гибели или пропаже магов света в последние годы?

– Зря ты думаешь, что такая информация по всем каналам будет озвучена, – медленно проговорил Сыч, переваривая услышанное. – Скорее всего, набрали бастардов, у которых ни имени, ни защиты.

Я задумался. Князь Давыдов относился к признанным детям как к расходному материалу, а бастарды были для него вообще чем‑то вроде запасных патронов. Если есть один такой аристократ, то легко могут быть и другие.

Я всмотрелся в лица подопытных. Они были разного возраста, от двадцати до сорока. Но вряд ли эти конкретные люди были бастардами, а вот те, у кого отбирали жизнь в обмен на кристаллы, – очень даже могли ими оказаться.

– Я вот чего не пойму, – подал голос Лось. – Ты говоришь, что в этих кристаллах и сферах запечатана сила других магов. Я про такое не слышал, а ты будто знаешь, как это делается.

– Есть два способа, – тихо сказал я, посчитав в уме кристаллы в этом зале. По четыре на каждого подопытного – лоб, грудь и тыльные стороны ладоней. Итого восемь десятков кристаллов. Не могли они убить столько одарённых ради них – вряд ли набралось бы столько беззащитных магов света. – Первый способ не требует участия посторонних. В момент гибели маг может запечатать свою силу в такую сферу. По сути, происходит кристаллизация его энергии.

– Это тогда после смерти каждого мага находили бы такие штуки, – недоверчиво хмыкнул Сыч.

– Верно, – я кивнул. – Такое случается только в том случае, если одарённый имеет ранг не ниже грандмага. Но ещё у него должно быть очень сильное желание жить. И не просто жить, а оставить после себя что‑то для мира. Это вроде их дара миру, в котором осталось что‑то ценное для них.

– Звучит как‑то нереалистично, – Лось скривился. – Жить‑то все хотят, а вот оставить после себя что‑то… не знаю таких. Обычно на пороге смерти цепляются за свою жизнь до последнего, а про мир как‑то не думают.

– А второй способ какой? – поинтересовался Лист, глядя на меня с ожиданием. Чем‑то он был похож на Бориса – та же тяга к новым знаниям и неуёмное любопытство.

Я замолчал, глядя на кристалл во лбу ближайшего подопытного. Похоже, мне придётся вывалить на истребителей всю правду. Они уже связаны со мной клеймом и пламенем феникса, так что должны понимать, с чем имеют дело.

– Второй способ заключается в том, что сильного мага света не убивают, – тихо сказал я. – Из него выкачивают силу. Медленно, по капле, в течение многих лет.

Сыч резко выдохнул, а на лицах Лося и Листа застыло отвращение.

– То есть маги всё это время живы? – прошептал Лист, указав на подопытных. – И из них делают вот это?

– Если это можно назвать жизнью, – я провёл рукой по холодной поверхности цилиндра. – Магический источник постоянно стимулируют, заставляя производить энергию, которую тут же отбирают и кристаллизуют. Они находятся в вечном кошмаре – между жизнью и смертью, в состоянии бесконечного истощения. Не в состоянии даже сойти с ума, потому что их сознание, скорее всего, подавлено или заморожено.

– Да твою же мать! – Лось с силой пнул подставку цилиндра и выматерился. – Даже пытки и то гуманнее.

– Именно так, – я кивнул и сделал глубокий вдох. – И это объясняет, откуда берутся кристаллы в таких количествах. Не нужно массовое уничтожение магов, достаточно найти несколько сильных светлых одарённых, объявить их погибшими и получить вечный возобновляемый источник энергии света.

– Похоже на ферму… – с ненавистью в голосе прорычал Сыч. – Ферму, где вместо свиней держат людей.

– Да, – мой голос дрогнул.

Аура на миг вырвалась и окутала меня тёмным маревом. Было сложно удерживать эмоции, когда видишь такое. Я думал, что уже повидал всякое и меня сложно удивить.

Я видел детей, из которых точно так же цедили силу, только потому что они тёмные. Видел пытки и смерть. Но чтобы вот так обращались и со светлыми магами, причём свои же, я ещё не видел.

Мне хватило упоминания Дмитрия Шаховского в тех обрывках документов, что мы нашли в прошлой лаборатории. Я даже смирился с тем, что в этом мире тёмные пошли против своих. Но светлые?

А ведь те, кого «доили» для получения кристаллов, должны быть где‑то здесь. Я поднял взгляд и быстрым шагом направился к противоположному концу зала. Если там нет выхода, то придётся вернуться в коридор и пройти по правому тоннелю.

– Феникс, ты чего? – окликнул меня Сыч, а потом рванул ко мне. – Слышь, нам пока шуметь нельзя. Надо сначала осмотреться.

– Ищите выходы из этого зала, – рыкнул я. – И внимательнее смотрите по сторонам.

Никаких проходов из зала мы не нашли. Он оказался тупиковым, так что мы вернулись в коридор и начали открывать все двери по очереди. Я отправил Сыча и Лося обратно к развилке, чтобы они проверили правый тоннель, а Лист занимался дверями. Я мог бы расплавить двери своим пламенем, но опасался, что может сработать сигнализация.

С одной стороны, эта лаборатория даже не нуждалась в системе защиты или большом количестве охраны. Мало того, что она находилась глубоко под землёй, так ещё и вход был замаскирован так, что даже зная, где он находится, с первого взгляда не отыщешь. К тому же внешний периметр охраняли истребители монстров, считая всех нарушителей контрабандистами. Но, с другой стороны, я понимал, что беспечность опаснее всего именно в такие моменты, когда не ожидаешь нападения.

– Феникс, тут опять хозяйственные помещения, – сказал Лист, заглянув в очередную комнатку. Я глянул внутрь и увидел пустые ящики и какое‑то тряпьё.

– Идём дальше, – сказал я.

Когда мы открыли уже восьмую по счёту дверь, внутри обнаружилось кое‑что поинтереснее. А именно – стеллажи с папками в кожаных переплётах. Я шагнул ближе и открыл первую попавшуюся папку.

Это оказались хозяйственные счета, где было указано, сколько ресурсов добыто из очага и сколько из них было продано. То есть контрабандой Бартенев, или кто тут всем заправляет, тоже не брезговал. На дальних рядах нашлись и журналы исследований.

– Вот оно! – обрадованно крикнул Лист. – Доказательство, в котором никто не усомнится.

– Точно говоришь, – кивнул я и вытащил из кольца молот.

Сложив в кольцо дневники и журналы, в которых подробно описывались проведённые опыты, мы двинулись дальше. Но едва мы сделали несколько шагов, как к нам примчались запыхавшиеся Лось и Сыч.

– Там ничего интересного нет, Феникс. Так, пара дверей, – сказал Лось, уперевшись руками в колени. – Но в конце что‑то вроде казармы, где целая толпа таких же болванчиков с посохами.

– Как вы вошли в эту казарму? – спросил я, нахмурившись. – Взломали замок?

– Нет там ни замка, ни дверей, – буркнул Сыч. – Мы одним глазком глянули и сразу обратно. Надо бы Листа туда подвести, может он нащупает потайной замок, раз уж тут двери в стену заезжают, а не распахиваются.

– Пойдёмте все вместе, – решил я. – Всё равно здесь мы уже всё осмотрели. Заодно проверим те двери, что в правом тоннеле.

Мы дошли до развилки и свернули направо. Лист снова открывал двери, а мы заглядывали внутрь. В одной из комнат Сыч увидел сразу пять кристаллов света, которые тут же сложил в свой рюкзак, а в другой нашлись заготовки для посохов‑излучателей, какие были в руках у бронированных стражей.

– Опаньки! – Лось прицокнул языком, увидев в следующем помещении целую груду металлических доспехов белоснежного цвета. – Да если б можно было это всё вынести, мы бы озолотились.

– Тише, – осадил я его. – Не шуми. Казарма уже совсем рядом.

Лось притих, но продолжал масляным взглядом осматривать доспехи. Я покачал головой и вышел из комнаты. У нас оставалась всего одна дверь, а дальше – открытый проём, ведущий к изменённым магам света.

Лист остановился перед последней дверью и задумался. Я видел, что его что‑то заинтересовало в замке.

– Он изнутри закрыт, – пояснил он, когда я шагнул ближе.

– Приготовиться, – тихо скомандовал я, перехватив поудобнее молот.

Истребители мгновенно заняли позиции. Лист приготовил отмычки, Сыч и Лось встали по бокам, прикрывая его. Я приготовился ударить молотом любого, кто полезет наружу и был готов к тому, что сейчас на нас выскочит пара десятков подопытных.

Лист работал быстрее обычного, его пальцы так и мелькали, пока он переставлял тонкие спицы. Через пару минут раздалась серия глухих щелчков, и толстая металлическая дверь бесшумно поползла в сторону.

Я шагнул внутрь первым, держа наготове молот. Зал был меньше предыдущего, в котором находились цилиндры с людьми, но был полностью круглым с таким же куполообразным потолком. В центре комнаты на массивном пьедестале пульсировала огромная сфера.

К этой сфере присоединялись энергетические каналы, которые тянули силу из «доноров». Их было пятеро и все они лежали в нишах‑саркофагах. Я видел обездвиженные тела, искажённые немым криком лица и специальные артефакты, закреплённые на груди каждого из них. Их сила и магия медленно выкачивались по каналам в центральный накопитель.

Но моё внимание приковал к себе не этот жуткий конвейер, а человек, сидевший на низкой скамье у стены. Это был мужчина лет пятидесяти с лицом, измождённым бессонницей и отчаянием. Он был одет в простую потрёпанную одежду, поверх которой был накинут белый халат. Мужчина просто сидел, сгорбившись, и смотрел на центральную сферу усталым пустым взглядом.

Он медленно повернул голову на звук открытия двери. В его глазах не было страха или удивления. Я вообще кроме усталости ничего в нём не видел.

– Пришли, – тихо проскрипел он. – Я знал, что однажды кто‑то придёт… вы убьёте меня?

– Кто вы? – спросил я, опуская молот.

– Доктор Григорий Савельев, – он слабо улыбнулся. – Когда‑то выдающийся целитель, теперь – смотритель. Страж этой тюрьмы и её узник, – мужчина посмотрел на центральную сферу и горько усмехнулся. – Они сказали, что я помогу создать новый источник силы для империи и для будущего. Только забыли добавить, что этим источником станут живые люди.

– Вы можете отключить это? – я кивнул на сферу.

– Не могу, остановить процесс можно только извне, разрушив основные узлы стабилизации, – Савельев покачал головой. – Ну или уничтожив сферу, но это убьёт их.

Он показал на саркофаги.

– Кто вас сюда привёл? – спросил я, делая шаг ближе. – Вы можете сказать, кто стоит за этим?

– Мне обещали прорыв… обещали, что мою семью защитят, а я стану первооткрывателем нового источника энергии, – Савельев прикрыл глаза. – Я не могу вам ничего сказать. Или уходите или убейте меня, если хотите. Я давно уже мёртв. Душой – так точно.

В его голосе не было вызова, только просьба о пощаде, которую он сам себе не мог дать. Я посмотрел на пульсирующий шар собранной энергии, на каналы, по которым утекали чужие жизни, на Григория Савельева – сломленного человека, который хотел сделать мир лучше.

– Лист, Сыч, – на выход, – скомандовал я, повернувшись к отряду. – Охраняйте проход. Лось, помоги доктору встать, мы его выводим.

Сыч и Лист вышли в коридор, а Лось шагнул к Савельеву, не задавая вопросов.

– Что вы делаете? – прошептал доктор, не пытаясь сопротивляться.

– Прерываю эксперимент, – коротко сказал я и подошёл к центральной сфере. – Вы предстанете перед его величеством и расскажете ему обо всём. Вы ведь давали клятву верности, так?

– Да, но… – Савельев сглотнул. – Вы ведь не знаете, кто стоит за всем этим, и кто отдал мне приказ, который я не смог нарушить.

– Вот и разберёмся, – процедил я сквозь зубы. – А теперь исполните то, в чём клялись. Доживите до встречи с его величеством, именем которого вы клялись.

Я кивнул Лосю, и тот вывел доктора в коридор. Я же всмотрелся в энергетические потоки вокруг сферы. Савельев считал, что отключить её можно только извне, но я видел те самые основные узлы стабилизации, которые отвечали за непрерывный поток энергии.

Мои пальцы коснулись гладкой поверхности сферы. Я бросил взгляд на саркофаги и мысленно попрощался с теми, кто отдал свои жизни во имя великой цели. Какие же глупцы! И они, и те, что меняют магический источник на подделку Сердца.

Не бывает простых решений, когда дело касается силы. Тут нужно либо осознать, что ты готов на любые жертвы, и перестать притворяться, либо не лезть туда, где ничего не смыслишь.

Я выпустил тьму, которая жадно набросилась на сферу, поглощая её энергию. Мне показалось, что этого недостаточно, и я отправил следом за тьмой пламя феникса. Именно оно могло даровать этому месту очищение. И я решил, что сейчас для него самое время.

Моё пламя окутало сферу и поползло по светящимся каналам к саркофагам. Камень под ногами дрогнул, а саркофаги исчезли в пламени. Воздух наполнился треском и запахом гари.

Пламя лизало стены и магические заклятья, оно катилось дальше, обрубая все связи между сферами и между людьми. Через несколько минут весь зал представлял из себя полыхающее пламя.

Я вышел в коридор и глянул в ту сторону, где располагалась казарма.

– У нас не так много времени, так что давайте выбираться отсюда, – в этот раз я не думал о тех несчастных, что лежали в прозрачных цилиндрах. Даже если оставить их в живых, они не станут прежними. Сыч был прав – подобным существам не место в этом мире.