Текст книги "Темный феникс. Возрожденный. Тетралогия (СИ)"

Автор книги: Федор Бойков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 45 (всего у книги 71 страниц)

А ещё я всё никак не мог найти время на очередной рейд к домику родителей. Надо забрать чертежи деда и просмотреть их. Мало ли что я там найду.

Когда автомобиль остановился на подъездной дорожке, я подумал было отправить истребителей в казарму к гвардейцам, но передумал. Народу там немало, а чем больше людей увидят наших «гостей», тем меньше шансов оставить это в секрете.

Придётся выделять им комнату рядом с моими апартаментами. Пусть лучше будут поближе ко мне и подальше от детей.

Входили мы через чёрных ход для слуг, чтобы раньше времени не показывать истребителей обитателям дома. Вот когда они снимут лохмотья с гербами его величества и отмоют с себя грязь и кровь, уже можно будет их знакомить с остальными.

Я глянул на эту троицу и усмехнулся. Представляю лица детей, Юлианы и бабушки, когда я представлю им Сыча, Листа и Лося, если я правильно запомнил их позывные. Осталось и нам всем придумать позывные.

– Ой, ваше сиятельство! – охнул Яков, когда мы вышли в комнате отдыха для слуг. – А вы как тут оказались? Случилось чего?

– Всё хорошо, – успокоил я его. – Проведи наших гостей в комнату рядом с моими апартаментами и подбери им одежду. Пока никто про них знать не должен.

– Сделаю, господин, – поклонился Яков, скосив глаза на шевроны истребителей. – И одежду подготовлю, и еду принесу. Можете не беспокоиться.

Сбросив с плеч эту задачу, я отправился к себе. Мне и самому не помешает отмыться. Я успел только принять душ и вытереться, как мои сигнальные нити сообщили о проникновении.

И это явно был не Жнец.

Только если он вдруг разделился на две части и стал слабее. Потому что в мой дом пожаловали сразу два теневика с особым даром. Точно таким же, как у моего нового знакомого и Бориса. Другие и не смогли бы пройти через защиту.

Это значит, что дар Бориса в этом мире не настолько уникален, как я считал. А ещё это значит, что мне снова придётся сражаться. Ведь сейчас в моём доме, рядом с моими близкими людьми находятся самые настоящие призраки – хладнокровные убийцы без капли жалости.

Только расслабившиеся мышцы снова налились сталью. Усталость как рукой сняло, её вытеснили злость и адреналин. Два импульса чужой силы на моей сигнальной нити. Внутри моей защиты, на которую я потратил половину ночи и весь свой резерв.

Я‑то думал, этого хватит, чтобы закрыть свой дом от незваных гостей, но нет, пролезли‑таки. Вот ведь ублюдки!

Ну ничего, сейчас я им покажу, что бывает с теми, кто приходит ко мне без приглашения.

Глава 12

Я рухнул в тень, следуя за импульсами. Первый слой изнанки встретил меня знакомой ледяной пустотой. Сигнальные нити горели в сознании яркими точками, показывая непрошеных гостей.

Они прошли через тень, проигнорировав двери и стены, да что там, они и защиту поместья будто не заметили. И они были уже наверху, в коридоре у моих апартаментов – рядом с комнатой, где я приказал разместить истребителей. Их ауры не были скрытыми, как у наёмников в очаге, скорее они были приглушены самой тенью. Она будто обнимала их, скрывая присутствие.

То же самое происходило с Борисом, но эти двое давно прошли свои первые шаги по пути призраков и явно были на уровне магистра. Хотя до Жнеца им было далеко.

Я вынырнул из тени в двух метрах от них и увидел два силуэта в простой тёмной одежде без опознавательных знаков. Они уже стояли у двери в комнату истребителей, явно собираясь пройти дальше через изнанку.

Моё появление заставило их синхронно развернуться. Призраки действовали так, будто были одним целым.

Первый удар был беззвучным и смертельным. Направленный в мою гортань клинок я парировал предплечьем, ощущая, как трещит ключичная кость под давлением. Второй удар прилетел мне в бок, прожигая плоть.

Боль взорвалась огнём, но я уже вывернулся из захвата первого теневика и уклонился от атаки второго. На миг мне открылось его лицо, и я чуть не пропустил ещё один удар.

Передо мной была девушка лет двадцати пяти. На её лице не было ни единой эмоции, в глазах была абсолютная пустота. И именно этот взгляд я не раз видел у Бориса.

Мы сошлись в смертельном танце. Двое против одного. Тень против тени, тьма против тьмы.

Их атаки были идеально синхронизированы и выверены. Я уклонялся и бил в ответ сырой силой. Призраки пытались оттеснить меня от комнаты истребителей, значит явно пришли за ними.

Они предугадывали каждый мой шаг, действуя в боевом трансе. И чтобы победить в этой схватке, мне нужно сломать их ритм.

Я сбросил теневую удавку с шеи и ответил кинжалами тьмы. Теневые щиты поглотили их за долю секунды, а в меня уже летели спрессованные сгустки тьмы.

Пришлось снова уходить в тень, захватив эти взрывные сгустки с собой. Увернуться от них никак нельзя, а разносить особняк не хотелось.

Призраки скользнули за мной, продолжая сражение уже на изнанке. Но здесь они были ещё опаснее. Они не просто атаковали, а манипулировали самой тканью изнанки. Тень играла на их стороне, извиваясь шипастыми сгустками и образуя провалы в полу.

Призракам не нужно было оружие, они использовали для этого саму изнанку. Их пустые взгляды оценивали меня. Не как угрозу, а как помеху, которую нужно устранить на пути к цели.

Значит канцлер был прав, скрывая истребителей. Информация, которой они владели, стоила отправки за ними двух элитных убийц. Лутковский втянул меня в более крупное дело, чем я предполагал.

Мне надо срочно отбросить хотя бы одного призрака, чтобы нарушить их ритм и вывести из боевого транса. Но прямо сейчас я мог сделать только одно – выжечь половину своего резерва, чтобы просто выжить.

Как только призраки поняли, что убить меня не так просто, как они рассчитывали, в меня полетело сдвоенное заклятье. Тень и тьма переплелись в знакомый мне теневой поток, который пробивает все барьеры и защиты.

Я выхватил из кольца молот и всадил его в пол. Ударная волна первородной тьмы встретилась с теневым потоком, сметая всё на своём пути. Нас разметало в разные стороны, но в этот раз я удержал молот.

Призрак‑мужчина выбросил вперёд руку, искажая тень и пытаясь разорвать меня на части. Мне ничего не оставалось, кроме как рвануть к нему через это искажение. Мои кости затрещали, срезанная кожа повисла лоскутами, но я успел замахнуться и обрушить молот на этого ублюдка.

Девушка рванула в реальный мир, но уйти не успела. Да, я не привык сражаться с женщинами, но это точно не тот случай, когда можно отступить. К тому же, я лишь оплёл её ноги теневыми щупальцами, а остальное сделало бушующее заклинание её коллеги. Тень всколыхнулась в последний раз, обрывая жизнь девушки‑призрака.

Я подхватил оба тела и выпал с изнанки, едва дыша. В моём мире тьма редко выбирала женщин своими орудиями. Не знаю, что с этим демоновым миром не так, но это точно не нормально.

Мои глаза закрылись сами собой. Нет, нельзя спать. Нужно убрать тела и добраться до своей спальни, до которой всего пара метров.

В конце концов, не настолько я слаб, чтобы валяться в коридоре собственного дома, истекая кровью. Всего‑то два призрака смогли так меня измотать. Я выжал из себя всё, что мог, и всё равно пришлось идти на таран.

Я сделал над собой усилие и сел. Боль отозвалась в каждой мышце и в каждом сухожилии, и я невольно зарычал сквозь зубы.

Дверь в комнату истребителей приоткрылась, и в проёме показалось лицо Сыча. Он оглядел композицию из окровавленного голого графа Шаховского и двух тел теневиков и нырнул обратно. Через мгновение дверь чуть ли не слетела с петель от рывка, и ко мне выскочили все три истребителя.

Они затащили меня в свою комнату, а потом и тела теневиков перенесли и сложили в ванну. При этом Лось взял полотенце, смочил его и принялся оттирать следы крови на полу. Было заметно, что такие действия истребителям не в новинку, судя по тому, как слаженно и без каких‑либо разговоров они всё это делали.

Когда ко мне шагнул Лист с влажным полотенцем в руках, я мотнул головой.

– Даже не думай, – рыкнул я.

– Надо кровь обтереть и посмотреть на раны, – тихо сказал он. – Бывает, в горячке боя кажется, будто царапина, а потом – раз, и нет человека.

– Давай сюда, – я забрал у него полотенце, промокнул самые глубокие раны и посмотрел на хмурые лица истребителей. – Ничего рассказать не хотите?

– Ты, граф, и сам понимаешь, что влез куда не надо, – сказал Сыч, скривив лицо. – Если узнаешь больше, то отмазаться уже не получится.

– Да ладно? – я упёрся ладонями в пол и сел удобнее. – То есть мне нужно просто забыть о том, что в мой дом проникли убийцы?

– Не убийцы это, – Сыч цыкнул языком. – Ну убийцы, конечно, но не простые. Ликвидаторы это. Их нанимают, когда надо убрать особо опасных и важных людей.

– И много этих ликвидаторов? – спросил я, прищурившись.

– Да вот двое и было, – ответил мне Лось, выдвинувшись вперёд. – Говорят, будто это брат и сестра, в которых какой‑то особый тёмный дар проявился. Вот они и решили заработать на том, что умеют.

– Кто‑то же за ними должен стоять, – возразил я. – Не могли они сами по себе работать.

– И тут ты прав, граф, – Сыч глянул на своих коллег и сел на пол напротив меня. – По слухам, за ними стоит кто‑то у самых верхов власти. Даже канцлер про них ничего не знает.

– Ага, значит мне ещё гостей ожидать? – полувопросительно протянул я. Надо усилить защиту поместья. Не знаю как, но это я сделаю в самое ближайшее время, бросив все силы на это усиление.

– Вряд ли мстить за них придут, а вот обиду затаят точно, – проговорил Сыч. – Таких кадров больше не найти. Ликвидаторам не ведомы страх и боль, они могли пройти через любые преграды. Не удивлюсь, если они даже в императорскую сокровищницу смогли бы зайти при желании.

– И что же вы такое обнаружили, что за вами послали этих отморозков? – я склонил голову к плечу, а сам в это время разогнал регенерацию, чтобы поскорее срастить раны.

Истребители снова переглянулись и посмотрели на меня так, будто раздумывали, стоит ли меня посвящать в детали. Сыч поскрёб ногтем свежий шрам на лице и хмыкнул.

– Ты вроде Вестником назвался? – спросил он небрежно. – По твоей части работка, значит. Да и кто ещё попрёт против эмиссаров его величества, кроме ненормального тёмного, спалившего в пламени сначала парочку княжеских наследников, а потом и целого князя?

– Точно, кроме Шаховского дураков нету, – гоготнул Лось. – Ты уж прости, граф, что мы так по‑свойски, мы люди простые. Но ты нам жизнь спас, так что мы в долгу. Ну а свои долги мы отдаём всегда.

– Оскорблений я не потерплю, – ледяным голосом сказал я. – Обращайтесь, как хотите, но за языком следите всё же.

– Принято, граф, – качнул головой Лось. – Слушай, а может и тебе позывной дать, чтобы мы титулами язык не смозолили?

– Феникс, – быстро ответил я, не задумавшись ни на мгновение.

Сыч понятливо улыбнулся и кивнул.

– Тебе подходит – крылья, пламя, – он хмыкнул. – Вот что, Феникс. Скажи‑ка, что ты знаешь о Вестниках Тьмы?

– Ничего не знаю, – я развёл руки в стороны. – Только то, что это какой‑то титул или прозвище для тёмных магов.

– Титул… – Сыч оглянулся на своих коллег. – Так‑то оно вроде так, но не совсем. Раз в несколько столетий в ком‑то из тёмных просыпается кровь Тишайших. Про них‑то ты слышал?

– Есть такое, – криво усмехнулся я.

– Так вот, это один из самых древних родов в Российской Империи, что‑то они там в прошлом намутили, что тьма их одарила сверх меры, – лицо Сыча стало серьёзным. – И вот эта самая тьма выбирает кого‑то из них, чтобы нести своё слово. Прошлый Вестник выжег половину Империи, когда против него альянс грандмагов выступил.

– Уж не в Москве ли это было? – спросил я. – И не здесь ли, в Сибири?

– Шаришь ты, головастый значит, – Сыч мотнул головой. – Сначала в Москве его взять хотели, но он сбежал в глушь. Здесь его только через пятьдесят лет смогли поймать, но он за это время успел силы накопить… итог тебе известен.

– Самый большой аномальный очаг в мире, – мне захотелось найти тех идиотов, которые пошли против избранника тьмы и чуть не угробили весь мир, но я лишь сжал кулаки и скрипнул зубами.

– Так вот, Вестники Тьмы сильно мешали кое‑кому у власти, – Сыч понизил голос и наклонился ближе. – Уж не знаю как, но эти Вестники на свою сторону всех тёмных могли переманивать. Альянс тёмных магов никому не нужен, вот и старались убирать Вестников, пока те в силу не вошли, да тут вот промахнулись.

– Ага, – я кивнул. – А теперь Вестником назвался я.

– Да хоть грибом назовись, пока прошлый Вестник жив, тебя никто всерьёз воспринимать не будет, – фыркнул Лось из‑за спины товарища. – А прошлый‑то жив‑живёхонек, до сих пор по очагу бродит, собирает приспешников.

– Так вы его искали? – поинтересовался я, чуть выдохнув. Регенерация работала на полную, так что самые глубокие раны наконец затянулись.

– Куда уж нам, – цыкнул Сыч. – Не нашего уровня дельце.

– Но? – поторопил я его.

– Но кое‑что и нам поручают, – продолжил он. – Есть у канцлера информация, будто кто‑то решил вырастить такого Вестника, только ручного. Да вот ни хрена у него не вышло, зато тёмные стали будто неживыми. Ни убить их, ни ранить так ни у кого и не получилось.

Я прикрыл глаза, чтобы не выдать эмоции. То есть кто‑то действительно старательно обрабатывал тёмных магов, делая из них некромансеров. Но кто мог сотворить такое, пойти против собственной природы, да ещё и прикрываясь благими целями? На тёмных такое не похоже.

– Но штука вот в чём, Феникс. На тёмных они только тренировались, – с лица Сыча ушли все эмоции, он будто в камень превратился. – Просто потому, что дорожка протоптанная. А сделать они хотели Вестника Света.

Моя аура полыхнула чистой тьмой, заставив Сыча и остальных истребителей отскочить к стене комнаты. Какого демона творится в этом мире? Тьма первородная, куда ты меня засунула⁈

Магам света никогда не нужны были костыли в виде артефактов чистого света, как и «вестники». Свет всегда был чистой энергией, которая на пару с тьмой так или иначе составляла основу для остальных стихий. Свет – холодный, безжалостный, но всегда справедливый, не искал последователей и не разделялся на направленные дары.

Не будь в моём мире ковена магов, может быть, мы со светлыми даже стали бы союзниками. Несмотря на противоположность, изначально обе стихии были союзниками. Мы все знали, что без света не будет тьмы, а без тьмы свет утратит свою яркость.

И что же придумали в этом мире? Вместо ковена, в который входили одарённые всех стихий, здесь решили организовать коалицию света? И против кого они собрались выступать?

– Откуда у вас такая информация? – пророкотал я, встав с пола и окутав себя одеянием тьмы. – Насколько она достоверная?

– Так нас отправили найти экспериментальную базу, – ответил Лист, дёрнув кадыком. – По нашим данным, она где‑то между Мироновскими и твоими землями. Километрах в ста от стены…

– Ты не то спрашиваешь, Феникс, – с мрачным видом перебил его Сыч. – Лучше спроси, кто за этим стоять может.

– И кто же? – я чуть пошатнулся от слабости, но устоял на ногах. Как и всегда, злость придала мне сил.

– Кто‑то из светлых, которым нужен потенциальный Вестник Тьмы живьём, – он криво усмехнулся. – Подумай, может есть какой светлый род, который усиленно в друзья или союзники набивался?

– Кроме Мироновых я имел дело только с Алексеем Денисовым, но он явно не подружиться хотел, – сказал я, отзывая ауру, но оставляя одеяние тьмы – не стоять же голышом перед истребителями.

– А Мироновы что? – тут же уточнил Лось, напрягшись, словно зверь перед прыжком.

– Княжна Софья в московском очаге намекала на брачный союз, – я не стал ничего скрывать. В конце концов, информация за информацию – это честно. – И род Мироновых очень оскорбился, когда я не стал подписывать брачный договор и объявил о помолвке с Юлианой Орловой.

Истребители переглянулись.

– А ведь князь Миронов – двоюродный брат Денисова, – протянул Сыч. – Это он похлопотал, чтобы Давыдовские земли родственничку перепали.

– Кажись, вот и ответ, ребяты, – Лось оскалился. – Денисов на самом верху сидит, рядышком с императором. И ликвидаторы наверняка ему служили.

Я молчал и обдумывал сказанное истребителями. Заговор такого масштаба – это не просто измена императору, это нечто большее. Как бы не вышло так, что Денисов стоит за созданием некромансеров и поддельных сердец.

Только вот он в столице, а некромансеры по очагу разгуливают. Да и Жнец не просто так ко мне наведался. Он тоже служит ему и хочет получить живого Вестника?

– Сыч, Лист, Лось, – позвал я истребителей. – Вы ведь его величеству служите, значит он в курсе всего?

– Тут такое дело, Феникс, – Сыч цокнул языком. – Официально‑то мы к Тайной Канцелярии приписаны. А служим мы все императору, даже ты.

– То есть Алексей Михайлович не знает о вашей миссии? – уточнил я, пытаясь придумать, как разрешить создавшуюся ситуацию.

– Не знает, – кивнул Сыч. – Канцлер уверен, что он не поверит в голословные обвинения… к тому же его величество – боевой маг света в ранге грандмага, а светлые за своих радеют.

– Да все за своих радеют, – пробормотал я. – Главное, чтобы эмиссар сюда не заявился, если он в курсе вашей пробежки по очагу и, возможно, послал истребителей за вами. Это, кстати, означает, что за вами до сих пор наблюдают и точно знают, где вы находитесь.

– Следящие артефакты? – задумчиво протянул Сыч и оглядел своих коллег. – Снимаем всё. Проверим, что может быть настроено на слежку.

– Ликвидаторов тоже надо обыскать, – сказал я и направился в ванную комнату. – Пока ничего не делайте, просто снимите всё, что может иметь привязку к магии.

Пока истребители складывали в центр комнаты немногие из оставшихся артефактов, я обыскал тела призраков. Парочка кинжалов и ни единого артефакта. Они чувствовали себя настолько неуязвимыми, что считали дополнительную защиту бесполезной?

В чём‑то они правы – их укрывает тень, которая защищает и оберегает их жизни. Она же поглощает любые атаки. Но всё равно парочка защитных или атакующих артефактов никогда не помешают даже таким тренированным бойцам.

– Твою мать! – услышал я крик Сыча. – Какого хрена⁈

Я выскочил из ванной, готовый к бою, но замер с занесённой рукой. Посреди комнаты стояло порождение бездны с горящими красным глазами. Чёрные перья монстра отливали тем же красноватым светом, испуская что‑то похожее на ауру тёмных магов, идущих по пути магов крови.

И я бы уже прикончил эту тварь, если бы не одно «но».

Полутораметровый теневой монстр был прочно привязан к моему поводку.

– Грох?

Глава 13

Еще больше бесплатных книг на https://www.litmir.club/

– Тут такое дело, хозяин, – привычно буркнул кутхар, неловко переступив с ноги на ногу. – Кажется, я перестарался.

– Свои! – рявкнул я, остановив истребителей на подлёте.

Несмотря на то, что оружия у них не было, Лось выхватил боевой артефакт из кучки на полу и направил его на Гроха. Остальные истребители тоже тянулись к артефактам, но замерли после моего крика.

– Это свои, точнее – свой, – я вздохнул. – Знакомьтесь, это Грох.

– Твою ж налево, – протяжно выдохнул Лист. – А как это?

– Никогда не видел, чтобы монстров дома держали, – в тон ему проговорил Сыч. – Феникс, а больше ты никого тут не держишь случаем?

– Агата, выходи, – мысленно позвал я кошку, которая затаилась под шкафом сразу же после того, как я оказался в комнате – опасалась, как бы меня не добили. – Покажись нашим гостям, чтобы они тебя запомнили и не трогали.

Кошка недовольно фыркнула и медленно выползла на свет. Сначала из‑под шкафа показались большие пушистые лапы, потом нос кошки, и только потом всё остальное. Она будто вытекала оттуда.

– Это Агата, теневой ирб, – представил я её. – Мои питомцы преданы мне и не тронут вас, если будете себя хорошо вести. Вас я также попрошу не пытаться их убить, пока находитесь в гостях.

Истребители ошарашенно замолчали, переводя взгляды с Агаты на Гроха и обратно. Честно говоря, не будь кутхар связан со мной, я бы ни за что не подпустил такого монстра близко.

– Как ты так отожрался‑то? – спросил я его.

– Да само как‑то получилось, – Грох пытался казаться меньше, но понимал, что ничего не получится. – Артефакты у тех наёмников очень уж жирные оказались. Я и без того почти оклемался на своих запасах, а тут такой пир.

– Вместилище сожрал? – предположил я, глядя на его изменения. Если до этого он жаловался на маленькие крылья, то теперь там размах в два метра, не меньше.

– Не сожрал, – буркнул он. – Не поддаётся никак.

– Аура откуда? – я шагнул ближе и протянул руку.

Мои пальцы прошли через красную пелену, не встретив сопротивления, но я предполагал, что она может защитить его не хуже стандартного магического барьера.

– Так это, – он чуть опустил клюв вниз. – Я и пришёл сказать, что ты там на изнанке крови пролил прилично. В общем, я её забрал, нечего низшим тварям пировать.

– Ага, – я кивнул и обошёл питомца по кругу. – Значит мои энергетические импульсы тебя подлечили, а моя кровь усилила и укрепила поводок. Занятно.

– Не злишься на меня? – виновато спросил Грох, вывернув голову назад и глянув на меня.

– Нет, я доволен, – я усмехнулся. – Вот что. Агата теперь будет тренироваться по усиленной программе, включающей битвы в очагах.

– Будем нашу кошечку усиливать? – понятливо спросил кутхар. – Жалко же, шкурку попортит.

– Зато прокачается и станет сильнее, – жёстко ответил я и перевёл взгляд на истребителей, которые до сих пор не сказали ни слова, наблюдая за тем, как я обхожу Гроха. – Проверь их артефакты на прослушку или слежку. Особенно обрати внимание на вон тот неприметный артефакт, похожий на рацию. Если там что‑то есть, выпей полностью.

– Так я потому и вышел из тени, чтобы они случайно не активировали подарочек, учуял его даже на изнанке, – сказал Грох, ткнув клювом в артефактную рацию, которая тут же развалилась на части.

Я повернулся к истребителям, которые сжали кулаки, когда кутхар уничтожил артефакт. Наш разговор они слышать не могли, поэтому не понимали, что именно он делает. К тому же, Грох, выполнив мой приказ, снова растворился в тени и прихватил с собой Агату.

– Кто дал вам этот артефакт? – спросил я у них. – В нём находилось заклинание слежения.

– Это артефакт связи, выдавал лично канцлер, – мрачно ответил Сыч. – Он сел за несколько часов до того, как за нами наёмники пришли.

– Лутковский? – я прищурился.

– Не мог он нас так подставить, – мотнул головой Лось. – Он же всегда за нас был.

– И Вестника он ждал, – поддержал его Лист. – Всё гадал, когда старый Вестник помрёт, чтобы новый наконец появился.

– Так и что? Теперь и канцлеру не верить? – протяжно выдохнул Сыч. – Да нахрен тогда вообще всё это?

– Успокойтесь, – я склонился над разбитым артефактом связи. – Кто напитывает артефакты в Тайной Канцелярии? Не сам же Лутковский энергию на них тратит?

– Служба контроля, – быстро ответил Лист. – Там маги разных стихий работают. Проверяют артефакты перед выдачей и следят за наполненностью резерва.

– Значит заговор проник даже туда, – сказал я. – Гадать, кто именно добавил начинку в переговорный артефакт, бесполезно.

– Надо звонить Лутковскому, – хмуро сказал Лось. – Пусть он сам решает, что делать дальше.

– И получить выстрел из снайперки в спину? – хмыкнул Сыч, скривившись. – Мы в единственном безопасном месте, смысл дёргаться?

– Лутковский знает, где вы находитесь, – я задумался. – Мы не можем доверять каналам связи, но можем запустить «утку». Скажем, что вы получили лечебные артефакты и решили уходить через очаг. Что вы скрываетесь там и ждёте подкрепления. Можем посмотреть, кто придёт вас «спасать».

– На живца ловить? – прищурился Лист. – Хитро, но кто будет встречать это «подкрепление»?

– Я и встречу, – я развёл руки в стороны, показывая облачение тьмы. – Подберу отряд своих бойцов для прикрытия, и буду ждать.

– Целый граф будет в засаде сидеть, чтобы наши шкуры спасти? – Сыч недоверчиво покачал головой. – А надо оно тебе, Феникс? Ты ж только что чуть не помер.

– Они прислали ликвидаторов в мой дом, – просто ответил я. – Установить защиту я пока не могу – сил не хватит. А вот прогуляться по очагу и монстров побить – очень даже.

– Ну так‑то да, – Сыч оглянулся на коллег и повернулся ко мне. – Мы с тобой пойдём. Ночи нам хватит, чтобы силы восстановить.

– Тогда отдыхайте, завтра много дел, – сказал я и развернулся к двери.

– Тела бы куда спрятать, Феникс, – негромко сказал Лось мне вдогонку.

– Сейчас приберу, – я шагнул в ванную и переместил призраков на изнанку.

Оставлять их в таком виде не хотелось, поэтому я призвал пламя. Через пару мгновений всё было закончено. Я вернулся в реальный мир сразу в свои апартаменты и устало сел на пол в своей ванной.

У меня уже от частого принятия душа скоро жабры вырастут. Но и в крови разгуливать не дело. Вздохнув, я забрался в ванну и включил воду.

* * *

Юлия Сергеевна собиралась ложиться спать, когда уловила присутствие чужих эмоций. Усталость, раздражение, злость, настороженность – все эти эмоции исходили от трёх мужчин, которых Костя тайком привёл в дом. Бывший агент особого подразделения никогда не отпускала барьеры и всегда следила за настроением окружающих, так что утаить от неё кого‑либо было невозможно.

И всё же в этот раз ей показалось, что гости будто бы закрываются от неё. У них стоял экранирующий щит, и, если бы не опыт, она могла бы пропустить их.

Понаблюдав какое‑то время за ними, Юлия Сергеевна поняла, что подобную защиту она уже встречала – на гвардейцах императора и прочих бойцах особых подразделений. Она сама же и помогала в разработке заклинания, блокирующего вмешательство и контроль на ментальном уровне.

А потом вдруг Юлии Сергеевне стало нехорошо. Настолько, что она вскочила с кровати и рефлекторно активировала одноразовый канал связи с ним . С тем, кого видела лишь несколько раз, но каждое воспоминание вызывало дрожь и панику.

Но в этот раз она не смогла поступить иначе. Ведь Константин сражался с врагами, которые не испытывали никаких эмоций. Вообще ни единой.

А это значило, что в дом явились сами ликвидаторы. Жнец охотился на них долгие годы, но так и не сумел догнать, ведь этих убийц укрывала сама тень. И если они пришли сюда, то у Юлии Сергеевны не больше десяти минут.

Они расправятся с Костей и придут за остальными. Неважно, кто был их целью, они всегда оставляли после себя горы трупов.

Только бы он  успел. Только бы пришёл до того, как наследие Тишайших – Борис и Виктория – будут убиты. Нельзя потерять последних детей с древней кровью. Других таких нет и уже не будет, если дети погибнут.

Юлия Сергеевна тряхнула головой и открыла шкаф. Там, за фальшивой стеной лежал свёрток с особыми артефактами, которые не вычислить и не найти по остаточному фону. Чистые, незарегистрированные и уникальные сферы усиления, которые передавались в роду Тишайших от предков. Если не использовать их сейчас, то уже никогда не придётся.

Выбор был только в том, кому их использовать. Отдать Константину или сделать всё самой?

Старушка распрямила плечи и вскинула подбородок. Будь она уверена в том, что Костик выживет, она бы отдала их ему. Но он наверняка уже мёртв.

В глазах женщины полыхнула тьма, старческие пальцы сжались на первой сфере. И вдруг она поняла, что до сих пор чувствует эмоции Костика. Он… жив?

Неужели он убил ликвидаторов? Но это невозможно. Этого никак не может быть.

Взгляд Юлии Сергеевы метнулся к переговорному артефакту и потух. Она призвала Жнеца. И он  придёт, чтобы увидеть, что это было зря.

Сферы усиления упали обратно в шкаф, руки старушки затряслись мелкой дрожью. Что же она наделала? Он  не прощает ошибок.

Столько лет Юлия жила только одной мыслью – стать сильнее. И вот сейчас, когда можно получить силу, она вдруг отшатнулась от свёртка со сферами.

Нет. Теперь ей не нужна сила. Но она знает, с кем можно поделиться. Ведь тот, кто занял тело её внука, сможет расправиться с врагами и возвысить род Тишайших.

А когда он женится на тёмной девочке, у них родятся сильные дети. И Юлия Сергеевна отдаст всё, чтобы увидеть, как в правнуках просыпается древняя кровь.

Кажется, Костик говорил, что омоложение возможно? Если это правда, а шутить он такими вещами не стал бы, то сферы она отдаст ему. И сделает всё, чтобы завоевать доверие главы рода Шаховских.

В конце концов, чем гроксы не шутят. Может быть, он и станет тем, кто займёт его место. Тем, кто станет не просто Вестником Тьмы, а её повелителем.

* * *

Я лежал на кровати, разогретый после ванны, и следил за восстановлением тела и энергетических каналов. Ещё немного – и я перегружу их окончательно. С такими повреждениями они станут похожи на сухие ветви, в которые больше не поступает энергия.

Нужно стать сильнее, чтобы микроразрывы не оставляли следов и не меняли плотность каналов. Но где взять эту самую силу? Отправиться в одиночку в очаг и выжечь несколько километров аномального леса вместе с монстрами?

Идея неплохая, но для начала нужно разобраться с истребителями. Чем скорее их заберут, тем меньше вероятность того, что в мой дом снова пошлют убийц. А пока они здесь, я не могу надолго уходить – нужно постоянно быть готовым к атаке.

И вроде бы пока я неплохо справляюсь, но всегда есть те, кто сильнее меня. Последние битвы усилили меня во много раз. Я смог призвать теневые крылья, пепельный шторм и даже одеяние тьмы. Взор тьмы уже не требовал отдельной активации, он работал постоянно в фоновом режиме.

Если так подумать, то я становлюсь сильнее с каждой битвой. Сколько ещё битв мне нужно пройти, чтобы достичь былой мощи? Сотни или тысячи?

Я сел на кровати и посмотрел на дверь спальни. Взор показывал приближение бабушки, которой отчего‑то приспичило среди ночи заявиться ко мне.

Встав, я накинул халат и распахнул дверь. Юлия Сергеевна охнула и отступила на шаг.

– Не помешала? – нервно спросила она.

– Нет, но я мог спать, – ответил я и пропустил её в комнату.

– Я различаю эмоции спящих людей от бодрствующих, – буркнула она. – Хотя ты почти не читаешься, есть тонкие почти неощутимые всплески эмоций.

– С чем пожаловала? – устало спросил я и сел на кресло, с которого мгновение назад спрыгнула Агата, спрятавшись под кроватью.

Юлия Сергеевна протянула мне небольшой свёрток и осталась стоять напротив меня. Она подождала, пока я разверну кожаные складки и увижу содержимое, а потом гулко сглотнула и упала передо мной на колени.

И дело было не взметнувшейся вокруг меня тьме. Бабушка приняла решение сама, и оно явно далось ей непросто. Её лицо скривилось от боли, по щекам потекли слёзы, всё её тело било крупной дрожью.

Я отметил это всё мимоходом, полностью сосредоточившись на трёх маленьких сферах. Вначале мне показалось, что это кристаллы монстров очага высшего класса, но присмотревшись, я понял, что это нечто совершенно иное. Острые грани кристаллов поглощали свет, но в глубине каждой сферы пульсировала единственная искра. В первой сфере эта искра была цвета крови, во второй – чернёного золота, а в третьей – пепельно‑серебристой.