Текст книги "Александр Македонский (история жизни и смерти)"

Автор книги: Александр Балабаш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 44 страниц)

Нередко он уходил в горы и на вершине скалы, откуда открывалась бесконечная морская даль, упражнялся, пытаясь снова вернуть себе забытое умение. Он блуждал в потемках своей души, разыскивая там трехлетнего мальчика, чтобы тот научил его легко, без усилий превращаться в дракона и помог ему вспомнить ту неописуемую радость от каждой прожитой минуты, которая уходит от нас по мере прожитых лет. В первом он преуспел, во втором нет. Он вернул себе способность Диадавов. И однажды, на исходе дня, в небо над островом воспарил одинокий дракон. Он летел к морю, и в его глазах отражался багровый закат, вереницы тяжелых облаков, приближающиеся с севера, несущие в своих влажных тушах осенний дождь. На следующий день Александр простился с отцом и на борту Солнечного Ветра покинул остров Диадавов. Он оставил там частицу своего сердца и обещание вернуться туда снова вместе с Итрой. Его путь лежал на северо-запад навстречу дождям, туманам и снегу, навстречу зиме.

Глава 11

Последние Годы

В этом году зима в Синем Городе выдалась на редкость холодная. Снег, бывший здесь в редкость, шел уже несколько суток подряд, к немалому удовольствию горожан и в особенности детей. Дворники работали целый день, пытаясь расчистить улицы, однако к утру снегопад снова засыпал мостовые города толстым слоем холодного белого пуха. Телеги и повозки продвигались с трудом. Торговая жизнь в Синем Городе приостановилась.

Падающий снег заглушил все обычные звуки, и город на несколько дней погрузился в уютную сонную тишину. Сугробы возле домов росли и скоро вплотную приблизились к окнам первых этажей. В полдень температура поднималась чуть выше нуля, и талая вода, капающая с крыш, к ночи замерзала и превращалась в длинные сосульки. Дети строили из снега крепости и играли в снежки. Над городом поднимался вверх дым тысяч печей и каминов, и влажный воздух пропитался печной гарью.

Удивительный Енот уже второй день был исключительно озабочен. Сидя в старом кресле, он задумчиво соскребал ногтем узорчатую корочку льда с окна, и сквозь образовавшуюся проталину смотрел на улицу. За окном бесшумно падал снег, его сугробики стремительно росли на подоконнике, пока, достигнув предела, не обрывались вниз, разрушаясь под собственной тяжестью.

Несмотря на видимое бездействие, его мысли бежали с поразительной быстротой. Предметом размышлений была серия неудач, преследовавших в последнее время его отдел. Перед Енотом на столе лежали несколько исписанных вкривь и вкось листков – черновик будущего отчета, который потребовало в срочном порядке представить начальство. В данный момент Енот был поглощен размышлениями о том, каким образом представить эти неудачи в более выгодном для себя и своего отдела свете. Дело касалось нескольких операций, проведенных в разное время в связи с одним и тем же расследованием.

Первой подобной неудачей стал эпизод задержания убийцы Крона, в котором ему помогал Александр, и который закончился полным провалом. Несмотря на то, что книга в конце концов попала в его руки, Енот был уверен, что в тот раз его ловко обвели вокруг пальца. Ибо последовавшим расследованием было почти наверняка установлено, что фолиант принадлежавший ранее Крону и тот, что ему принес Александр в качестве подарка от Альдаона, были совершенно разными книгами.

Основанием для первоначального подозрения стала запись, оставленная в деле о попытке кражи, пунктуальным офицером стражи. Название на титульном листе книги, которое тот не поленился перекопировать, сам не понимая смысла незнакомых иероглифов, в переводе означало: Книга Вопросов и Ответов. Древний флориан, полученный Енотом от Александра имел совершенно другое название: Порядок Совершения Жертвоприношений.

После отъезда Александра Енот, составляя отчет, приводя все документы дела в порядок, очень скоро обнаружил грубый обман. Была расшифрована надпись, сделанная стражником. Вызванный в Синий город, этот офицер подтвердил, что книга, отобранная у вора-торговца и возвращенная лично им Дидону, совсем не похожа на ту, которую предложил ему для опознания Енот.

По мнению Удивительного Енота, возможны были два варианта. Первый: книга была подменена в тот промежуток между убийством ее владельца и моментом, когда Александр ворвался в номер гостиницы. Второй, и наиболее вероятный: книгу подменил Альдаон. Вместе с этим, Енот не пришел к определенному выводу об участии в этом деле Александра. Возможно, тот и сам не подозревал о подмене. По словам последнего выходило, что он впервые увидел таинственную книгу лишь на корабле Альдаона.

Следующим этапом в расследовании стал поиск и изучение свидетельств о Книге Вопросов и Ответов. Однако добытые сведения были ничтожно малы. Выяснилось, что это древняя рукопись была особо почитаема Народом Горы. Ее единственный экземпляр был потерян во время Битвы Народов. А все усилия, предпринятые с тех пор в надежде ее найти, не увенчались успехом.

Неудача постигла Енота и в попытке обнаружить цепочку людей, с помощью которой Альдаон получал сведения обо всем, что делалось в Синем Городе. В том, что такая сеть агентов существует, Енот не сомневался. Но несколько бывших в его руках ниточек оборвались в самом начале.

Букинист, тот что пытался похитить книгу, словно сквозь землю провалился. Когда агенты, посланные Енотом, окружили его дом, дверь оказалась запертой снаружи на висячий замок. А соседи рассказали, что книжная лавочка закрыта уже долгое время.

Силач, убийца Крона, был мертв. Тщательная проверка подтвердила, что хозяин гостиницы, где он погиб, не имел отношения к происшедшему. Однако с помощью осведомителей удалось выяснить, что этот громила (настоящее имя Эммануель) был известен как человек, за плату выполнявший известного рода поручения. Бывший циркач, поднимавший тяжести на потеху публике, он был выгнан из труппы за одну некрасивую историю. В ней была замешана любовница Эммануеля, бросившая его ради молодого акробата. Вскоре после этого женщину и ее нового любовника нашли избитыми до полусмерти в одной из дешевых гостиниц. И, хотя прямых доказательств виновности Эммануеля не было, подозрение пало в первую очередь на него.

Выяснив все это, следствие зашло в тупик. За прошедшие с тех пор полтора года в деле не прибавилось никаких новых фактов. И, несмотря на то, что агенты Енота рыли землю носом в поисках сведений об агентурной сети Альдаона, все ниточки, к ней ведущие, были утеряны. В таком случае могла помочь лишь счастливая случайность. Но таковой не произошло.

Начальство, информированное Енотом о ходе расследования, считало, что в Книге Вопросов и Ответов может содержаться очень ценная информация, обладание которой, вполне возможно, является ключом к древним магическим технологиям. Сам же Енот полагал, что книга заключает в себе нечто большее. Тем большее разочарование вызывала в нем эта досадная неудача.

Слушая треск дров в камине, наблюдая за кружащимися за окном снежинками, Енот постепенно погрузился в дремотное состояние, мысли его мало-помалу успокоились. Однако пребывать в этом состоянии ему было суждено недолго.

Енот проснулся и протер слипавшиеся глаза. Перед ним на стуле сидел человек в меховой безрукавке, шапку из черной лисы незнакомец держал на коленях, рассматривая Енота в упор и без особой приязни. С сапогов и одежды сидящего на пол капала талая вода, и под ногами у человека образовалась небольшая грязноватая лужица. Длинные, давно не мытые волосы слипшимися прядями рассыпались по плечам незнакомца. Борода скрывала знакомые черты лица. И все же Удивительный Енот узнал его.

– Александр! Неужели ты вернулся! – с деланой радостью воскликнул Енот. Но, еще раз взглянув на лицо сидящего перед ним, осекся. Улыбка соскользнула с его пухлого личика. Кроме того, что его старый приятель не выражал никакой радости от встречи, что-то изменилось и в самом его облике.

Дело было даже не в отросших волосах и бороде. Черты лица Александра заострились и стали жестче. Кожа обветрилась и потемнела, на переносице возникла пока еще неглубокая но явственно заметная морщина. Самым поразительным было то, что светло-серый, стальной цвет глаз Александра изменился. Они стали черными и бездонными, словно окна в безлунную ненастную ночь. Страх ледяной рукой коснулся сердца руководителя литературного отдела Организации.

– Ты сделал это? – спросил Александр в наступившей тишине.

– Что? Что я сделал? – все еще делая вид, что он не понимает, пытаясь собраться с мыслями, прошептал Енот.

– Ты знаешь. – Александр говорил спокойно, но в его голосе Енот почувствовал дыхание своей смерти.

– Нет, – сказал он. – Я не делал этого. Я даже не был посвящен в это дело и узнал обо всем гораздо позже. Если бы я мог вмешаться, ничего бы не случилось. Ты должен верить мне.

– Как все произошло?

– Я знаю, что у вас с Итрой была договоренность. Она хотела бежать вместе с тобой. Но когда ты не вернулся к назначенному сроку, она пришла в отчаяние. Было очень холодно. Последний месяц зимы. Она была на восьмом месяце, но все же решилась на побег.

Я просмотрел материалы дела. У нее должен был родиться мальчик. В отделе, который занимается Амазонками, есть особый маг. Он может задолго до рождения определить пол будущего младенца.

Когда о побеге стало известно, за ней направили погоню. Она ушла недалеко. В горах была метель, она заблудилась и потеряла дорогу. Когда Итру обнаружили, она отдыхала рядом с рекой. Обнаружив погоню, она попыталась перейти реку вброд. Но вода была очень холодная. Наверное, ей свело судорогой ногу. Она утонула, а вместе с ней и твой нерожденный сын.

Поверь, что ей не причинили бы вреда. – Енот потупил взгляд, – По крайней мере до рождения ребенка, – добавил он тихо.

– Ты лжешь, – сказал Александр. Он поднялся со стула и вытащил меч.

– Нет! – Заторопился Енот. – Так было написано в деле. Я знаю, что среди Амазонок ходили разные слухи. Ты ведь был там? Расспрашивал Антуанетту? Я, не твоем месте, не стал бы доверять женской болтовне.

– Кто командовал погоней? – спросил Александр.

– Если я скажу, ты не станешь меня убивать?

– Нет, – сказал Александр.

– Хорошо. Я рад, что ты не забыл о нашей дружбе. – Сказал Енот и почувствовал неимоверное облегчение.

Этот последний в жизни Дидона день начался так-же как и обычно. Руководитель отдела Амазонок любил понежиться в кровати допоздна. Однако утро уже было на исходе, пора было вставать. Камин погас еще ночью, и в комнате стоял холод. Вылезать из теплой постели не хотелось. Сделав над собой усилие, Дидон откинул одеяло и принялся натягивать штаны.

Некоторое, не слишком продолжительное, время Дидон чувствовал себя несчастным. Впрочем, это состояние он испытывал каждый раз, когда отправление служебных обязанностей входило в противоречие с желанием поспать допоздна. Была бы на то его воля, Дидон, в такие холодные дни, вообще бы не покидал постели.

Вероятно, еще относительно молодой и обеспеченный, он оставил бы работу, однако занятие это предоставляло бесценные возможности для удовлетворения другой его слабости. И возможность эту Дидон ценил гораздо дороже.

Женщины, молодые и красивые, не связанные брачными узами, а потому не доставляющие особых проблем, обязанные как минимум раз в два года рожать ребенка. Многие из них и вне установленного для них месячного срока для сношений не отказывали настойчивым кавалерам. Особенно если этот кавалер был важной персоной и фактически держал в своих руках не только различные материальные блага и поощрения, но даже иногда и саму их жизнь. Это обстоятельство делало работу Дидона занятием весьма и весьма для него привлекательным. Ибо именно он был для Амазонок тем самым важным кавалером, отказать которому значило навлечь на себя серьезные неприятности.

Работа Дидона заключалась в поддержании давно отлаженного процесса. Он контролировал жизнь Амазонок, фактически превращенных в государственных проституток, следя за тем, что бы все шло так, как было заведено уже много лет. Работа была не пыльная и оставляла достаточно свободного времени, тем более, что под его началом служило значительное количество опытных агентов, прекрасно знающих свое дело. И лишь чрезвычайные обстоятельства, случавшиеся крайне редко, требовали его непосредственного вмешательства.

Как мы уже сказали, начало этого рабочего дня мало чем отличалось от предыдущих, за исключением разве того, что ему пришлось ехать на работу на лошади вместо того, что бы воспользоваться извозчиком, как он привык обычно поступать. Ибо выпавший за ночь снег мешал движению повозок, карет и других подобных транспортных средств.

В его положении было еще одно ценное обстоятельство, дававшее ему ощущение независимости от начальства. Отдел Амазонок располагался в милом особнячке, отделенном от улицы каменным забором и небольшим садом, и находился совсем в другой части города, нежели главное управление Организации.

Такое положение сложилось по целому ряду исторических причин. Когда-то отдел Амазонок был полусамостоятельным ведомством при министерстве иностранных дел. Однако после того, как Амазония, утратив самостоятельность, стала частью государства, ведомство, не расформировывая, передали в ведение Организации. Однако, благодаря недостатку рабочих площадей в основном корпусе, прежнее его местоположение было оставлено без изменений.

К полудню Дидон, не торопясь, справился с текущими делами. А именно: бегло просмотрел пару отчетов, дал несколько ценных указаний дежурному агенту и минут пятнадцать поковырял в носу, предаваясь воспоминаниям. Поскольку уже четыре ночи подряд он был единственным обитателем своей собственной постели, предметом его воспоминаний, естественно, были женщины. И так уж совершенно случайно вышло, что среди прочих бесчисленных своих пассий он подумал об Антуанетте. Вспоминая ее неподражаемую манеру верховой езды, Дидон внезапно, без видимой связи с предыдущим, почувствовал, что изрядно проголодался.

Сделав короткую запись в журнале о том, что день прошел без происшествий, он посмотрел в окно. Там, медленно кружась, при полном отсутствии ветра, тихо падал снег. Взгрустнув немного о прошедшем, он подумал о предстоящей на следующей неделе инспекционной поездке в Амазонию и взбодрился. Если наконец прекратится этот проклятый снегопад, он сможет выехать даже немного раньше, чем запланировал. Вне всякого сомнения, Антуанетта будет не против еще раз оседлать его жеребчика.

Он совсем уже было решил покончить на сегодня с работой и отправиться в трактир «Быстрые Ножки», в котором слыл завсегдатаем, как дверь его кабинета бесшумно растворилась.

Вошедший в комнату человек заставил Дидона позабыть о быстрых ножках танцовщиц и сосредоточиться на вопросах престижа и уважения.

– Какого черта! – воскликнул начальник по делам Амазонок, как можно строже взглянув на вошедшего. Он имел в виду: «Какого черта тебе, грязному, длинноволосому оборванцу, вовсе не выглядящему важной персоной, понадобилось без стука и приглашения врываться в мой кабинет и отвлекать важного человека от срочной работы.» В тоне же восклицания ясно ощущался намек на то, что было бы чрезвычайно уместно со стороны незнакомца скорейшим образом покинуть помещение, предварительно извинившись.

Вошедший, между тем, не обратил никакого внимания на недовольный тон чиновника и его нелюбезный возглас. Вместо этого он окинул кабинет быстрым оценивающим взглядом. Его глаза на секунду задержались на стене за спиной Дидона. Там на пестром выцветшем ковре висела небольшая, но грозная коллекция оружия. Все эти мечи и кинжалы Дидон так или иначе считал своими трофеями, добытыми в бою. По правде говоря, это было верно лишь отчасти, так как большинство прошлых владельцев этого оружия убил, ранил или пленил не лично сам Дидон, а его агенты. Однако Дидон нерушимо верил в то, что победа подчиненного является заслугой его начальника. И агенты, пользуясь его тщеславием, сами приносили ему клинки, добытые в результате операций, пытаясь таким образом заслужить его благосклонность.

Однако один меч из этой коллекции мог по справедливости считаться личным трофеем хозяина кабинета. Это был довольно экзотичный для Синего Города образец – короткий широкий клинок, довольно старый, если судить по рукоятке, однако выкованный из хорошей стали. На этом-то мече и остановился взгляд вошедшего. К несчастью Дидон не обратил внимание на выражение, появившееся при этом в черных глазах незнакомца, иначе он возможно успел бы понять, что жизни его угрожает смертельная опасность.

Впрочем, по этому поводу существуют различные мнения. Ибо одни полагают, что внезапная быстрая смерть является наиболее легкой и безболезненной. Другие же предпочитают заранее знать о своей кончине, подготовиться к ней, и, по возможности пережить это последнее в своей жизни приключение, находясь в полном осознании происходящего.

Так или иначе, но история умалчивает о том, к какой из этих групп человечества относился Дидон. Тем не менее, он прекрасно помнил и старый меч, и ту, которой когда-то принадлежал этот клинок. И если бы у него оставалось время, перед его мысленным взором предстал бы зимний вечер, когда год назад во главе небольшого отряда он настиг наконец беглянку. Он вспомнил бы, как приблизившись и разглядев в сгущающихся сумерках фигурку девушки, его похотливое сердце преисполнилось мстительной злобы. Ибо то, что он вытерпел от этой преступницы прошлым летом, Дидон не забыл и не простил. Никогда еще ни одна Амазонка не отказывала ему в близости таким грубым, унизительным образом.

Поэтому, когда Итра обнажила меч, и, безо всякой надежды защититься, с трудом поднялась ему навстречу, он остановил своих людей. Те хмуро отошли в сторону, так и не развернув приготовленной заранее сети. Он знал, что Итра беременна. Ее живот был заметен под одеждой, и левой рукой она инстинктивно пыталась защитить его от удара меча.

И если бы сейчас у Дидона оставалась еще хоть минута времени, он вспомнил бы, как по его приказу агенты бросили изрубленное тело молодой женщины в реку. Как быстрое течение подхватило и унесло его в темноту, за пороги. Он вспомнил бы об этом. Но оставшихся в его жизни двух секунд хватило лишь на то, чтобы встать с кресла и набрать в легкие воздух для еще одного грубого восклицания, ни слова из которого мир так и не услышал.

Александр молниеносным, незаметным для глаза движением выхватил меч, и голова Дидона, отделившись от туловища, упала на стол, прокатилась по раскрытому на последней исписанной странице журналу, соскочила со стола, стукнулась о деревянный паркет и замерла с открытыми в изумлении глазами недалеко от ног убийцы. Туловище же, простояв на ногах еще в течении нескольких секунд, рухнуло на кресло и, перевернув его, осталось лежать с ногами, закинутыми на вставшее дыбом сидение. Руки Дидона несколько раз скребанули ногтями по полировке паркета, прочертив на нем неглубокие бороздки.

Александр подошел к ковру с коллекцией оружия и потянулся к мечу. Его рука ощутила привычную тяжесть клинка, когда-то принадлежавшего Есимону. Ладонь помнила шероховатость деревянной рукояти. Он стоял возле стены, гладя светлую сталь, и не ощущал ни радости ни облегчения. Месть не принесла ему удовлетворения. Его жизненные планы не простирались за пределы этой самой минуты. Что он будет делать после убийства Дидона, Александр не знал.

В это самое время в открытой настежь двери кабинета показалась фигура нового действующего лица. В правой руке вошедшего блеснула сталь. Александр мгновенно обернулся, и широкое лезвие метательного ножа вошло ему в грудь. Последнее чувство, что посетило Александра, было удивление от того, что кому-то удалось застать его врасплох. Теряя сознание, он сделал несколько коротких шагов к двери, затем рухнул на пол рядом с трупом Дидона.

Сколько времени нужно, чтобы вспомнить всю свою жизнь, или хотя бы то, что было дорого человеку и отпечаталось в памяти сильнее всего? Александру хватило тех двух часов, что у него оставались. Действие яда начинало ощущаться во всем теле. Кисти рук и стопы ног холодели, сердце болело тупой, поминутно усиливающейся болью.

Девять лет прошло с тех пор, как он вернулся из своего путешествия на Остров Драконов. И в его памяти жизнь до возвращения и после него была разделена четкой границей. Все, что случилось с ним до, Александр помнил отчетливо. Теперь, по прошествии времени, он склонен был считать те годы счастливыми. Скорее всего так оно и было. Последние же девять лет почти не оставили следов в его сердце, и даже воспоминания о них стирались быстрее. И вовсе не ослабевшая после ранения память была тому виной. После смерти Итры жизнь утратила для него какую бы то ни было привлекательность. И несмотря на то, что приключения, выпадавшие на его долю за эти годы, были ничуть не менее увлекательными, чем раньше, отклик, вызываемый ими в душе Александра, был ничтожно мал.

Желания, которые мы постоянно испытываем, служат пищей нашим иллюзиям, питают наши большие и малые надежды, заставляют нас пускаться в путь в погоне за неким туманным образом. Человек, лишенный желаний – мертв. Человек, который понимает, что желания лишь хитроумная уловка, без которой существование этого мира было бы невозможным, не испытывает и тех редких минут счастья, выпадающих на долю каждому живущему. Такое состояние подобно духовной смерти. Именно это и произошло с нашим героем.

Воспоминания последних девяти лет его жизни были бесцветны, и все же Александр помнил, как движимый ослепляющим чувством мести расправился с Дидоном – убийцей Итры. Как сразу же после этого был ранен. Как очнулся через несколько дней в апартаментах Удивительного Енота. Рана оказалась тяжелой, но ученый довольно быстро поставил его на ноги.

Со слов Енота Александр знал, что был ранен одним из агентов Дидона. В тот день, когда Александр ушел от него, Енот вполне отчетливо представил себе цепь дальнейших событий. Поэтому он незаметно последовал за Александром, и спас тому жизнь, вырвав его из рук охранников.

Когда Александр выздоровел, то обосновался в том самом ущелье, где с ним произошло чудесное событие, перенесшее его на год вперед. Он построил небольшую хижину и стал жить отшельником, добывая пропитание охотой. Вероятно, слабая надежда еще жила в его душе какое-то время. Возможно, он надеялся, что чудо может повториться вновь в обратном порядке и возвратить его в прошлое. Что же на самом деле произошло тогда в этом ущелье, кто или что были причиной произошедшего временного скачка, он так никогда и не узнал.

Прошло несколько лет, и чувство вины почти перестало его тревожить, а надежда на чудо оказалась тщетной. Ущелье с маленьким озерцом жило обычной своей жизнью, и время двигалось здесь вперед в своем обычном темпе, так же как и во всем остальном мире.

Александр спрятал Солнечный Ветер в неглубокой пещере неподалеку, завалив вход в нее камнями. Он ухаживал за могилами, в которых покоились его соплеменники, но так и не узнал, от чего те погибли, и куда ушли выжившие. Он иногда появлялся в Синем Городе для того, чтобы купить некоторые необходимые в хозяйстве вещи. Там-то, недалеко от рынка, однажды он снова повстречал своего старого приятеля.

Они посидели в трактире. Енот подметил перемены в облике и образе жизни Александра. Впрочем, после того что случилось, он не был сильно удивлен. Ученый снова напомнил Александру о своем давнем предложении. И Александр принял предложение Удивительного Енота, став вскоре лучшим его агентом.

К тому времени Удивительный Енот получил звание генерала и повышение в должности. Поле деятельности и полномочия его расширились. Теперь в число его забот входило, между прочим, и устранение людей, представлявших, по мнению ведомства, угрозу для безопасности Синего Города. В этой-то сфере и нашел новоиспеченный генерал применение особым способностям Александра. Агент получил псевдоним Македонский.

Причины, заставившее последнего согласиться на подобную работу, до конца не ясны. Вероятно, духовный перелом, свершившийся в нем под воздействием крушения всех его надежд, подготовил благодатную почву для пробудившегося в его душе безразличия к жизни, все равно к своей или к чужой. Александр смирился с поражением. Мир для него перестал быть прекрасным и удивительным.

Примечательно, что после ранения к Александру вернулись все его способности кроме одной. А именно: он больше не был способен предчувствовать опасность, угрожающую его жизни. Умение это, развившееся в нем благодаря врожденному таланту и многолетним тренировкам, оставило его. Впрочем, возможно, способность эта перестала служить Александру даже чуть раньше, ибо как иначе можно объяснить тот факт, что какому-то агенту удалось застать нашего героя врасплох с такой удручающей легкостью. Теперь, отправляясь на очередное задание, Александр надевал поверх холщовей рубахи тонкую, но очень прочную стальную кольчугу.

В течении всех этих девяти лет Александр мало интересовался тем, что происходило вокруг него в остальном мире. Как-то раз поручая ему одну из операций Енот обмолвился о том, что в Македонии, в связи с Северной войной против Тирао, произошли перемены. Однако, заметив безразличие Александра, Енот не стал углублять эту тему и больше никогда не заговаривал об этом.

Нельзя сказать, что Удивительный Енот не испытывал сожаления, видя перемены, произошедшие с его другом, и лишь цинично использовал это обстоятельство для достижения своих целей. Обладая чувствительной душой, он соболезновал Александру в постигшем того несчастье, и частенько вспоминал прошлые лучшие годы. Однако, вместе с этим, генерал отлично понимал, что, не случись всего этого, он никогда бы не заполучил столь прекрасно справлявшегося со своей работой агента.

Постепенно личные контакты между ними свелись к минимуму. Когда случалась надобность, Енот посылал к Александру дрессированного ворона. Птица служила сигналом. Ученый ворон стучал клювом в переплет оконной рамы, тогда Александр одевал кольчугу, пристегивал к поясу меч и, подперев дверь своей хижины бревном, отправлялся в путь. В нескольких часах ходьбы от Синего Города, возле скалы, похожей на перевернутый сапог, был устроен тайник. Там Александр находил письмо с деталями очередного убийства и сумму денег, включавшую в себя гонорар за прошлое и аванс за будущее дело. Денег этих хватало Александру с лихвой, ибо запросы его, и раньше не отличавшиеся царским размахом, ныне стали совсем скромными. Так прошли для нашего героя эти девять длинных, но мало запомнившихся ему лет.

Развалины дома, выбранного Александром в качестве собственной гробницы, не имели крыши. Лежа на покрытом мхом каменном полу, человек, которому судьбою было суждено стать покорителем вселенной, угасающим взором наблюдал, как передовые отряды облаков наступают с юго-востока, стремительно затягивая небо серой пеленой. Когда первые капли дождя упали на лицо Александра, он был уже мертв.

Через разрушенный дверной проем внутрь вошли четверо Волочар. Дизон поступил умно, когда приказал проследить за Александром, ибо глупо было бы оставлять врага без присмотра, тем более когда тот находиться на твоей собственной территории. Однако подобного развития событий Дизон никак не мог предугадать. Удача благоволила ему снова. Конечно, он предпочел бы убить Македонянина своей лапой, однако риск потерять при этом и ее и собственную шкуру вообще примирил его с таким исходом дела.

Дизон приблизился к телу. По его приказу воины сорвали с мертвого кольчугу, обнажив грудь. Несколько секунд он пристально рассматривал обнаженное тело человека, слывшего непобедимым бойцом. Потом пожал плечами. Телосложение знаменитого убийцы не отличалось особой крепостью. Дизон достал нож и рассек грудь мертвеца. Запустив руку вовнутрь, он вырвал из груди сердце и впился в него зубами. Пока он жевал первый, самый сладкий кусок, кровь, капающая из его рта, приобрела фиолетовый оттенок, а остаток сердца в лапе почернел и сморщился.

Предводитель Волочар с удивлением посмотрел на небольшой коричневатый комок, еще недавно бывший сердцем в груди живого человека. Потом в глазах его все поплыло. Он рухнул на землю рядом с трупом своего врага. Глаза его широко раскрылись и застыли. Он умер, отравившись тем же самым ядом, который погубил Александра.

Забрав тело своего предводителя, Волки торопливо покинули проклятое место. И пока они спешили по тропинке, ведущей к их селению наверх, что-то вспугнуло нескольких стервятников, круживших над развалинами деревни. С тоскливыми стонами грязные птицы разлетелись в стороны. Огромный корабль с серебряными звездами на черных как ночь бортах приземлился на холм невдалеке от ручья. По веревочной лестнице с него торопливо спустились несколько человек и бегом направились в сторону развалин.

Книга третья

ЖЕЛЕЗНОЕ СЕРДЦЕ

Глава 1

Тинтанико

В десятый год правления Гидона экспедиционный корпус Македонской армии, сражавшийся с Тирао на Восточном материке, был уничтожен. Но об этом сокрушительном поражении, о смертельной угрозе нависшей над Македонией, до поры до времени не знал никто.

Войска эти не были побеждены в решающем сражении. Мало того, если бы какому-нибудь случайному наблюдателю удалось побывать в Македонских крепостях, расположенных в стране Валешей, вполне вероятно, он не заметил бы ничего подозрительного. Он увидел бы солдат, упражняющихся под присмотром своих командиров. Он увидел бы матросов летающих кораблей, занятых текущим ремонтом судов. И, тем не менее, то, что предстало бы перед его глазами, не было Македонской армией, ибо в ней не осталось ни одного человека.

С тем, чтобы дать полную и подробную картину событий, приведших Македонию, а за ней и всю человеческую цивилизацию на грань полного уничтожения, нам придется возвратиться на тринадцать лет назад, на то самое место, где Александр принял свой первый в жизни бой.

Тому, кто читал первую часть этой книги, нет нужды напоминать о тех окутанных туманной дымкой времени событиях. Достаточно будет лишь сказать о том, что хотя Александру и удалось с честью выйти из этого испытания, однако, в том бою он потерял спутника по имени Гималай.

Здесь пути нашего повествования на время разойдутся с дорогами Александра. То, что с ним происходило в те годы, описано в первой и второй частях нашей повести. А на этих страницах мы расскажем историю молодой самки Тирао по имени Тинтанико, которой довелось сыграть решающую роль в событиях, решивших судьбу большинства стран и людей на Восточном и Западном материках. Позже пути Александра и Тинтанико обязательно пересекутся, а пока…