Текст книги "Белая Длань (СИ)"

Автор книги: Valeriys

сообщить о нарушении

Текущая страница: 51 (всего у книги 106 страниц)

– Боюсь моей вины в том, что даже разбойники чтят святую церковь, нет, лорд Бейлиш. Это лишь ещё раз доказывает нам то, что в каждом из живущих живёт свет Семерых. Чуда в том нет, как бы вам не хотелось обратного. Лишь естественный ход вещей. – легко парировал нападки в свою сторону жрец, вызывая у собеседника лёгкий скрежет зубов. Выражение лица иерарха носило характер чуть прищуренных глаз и благостной улыбки через плотно сжатые сухие губы. – Что же касается Сынов Воина, то их первостепенной задачей является защита паломников, а также тех, кто не может или не хочет защищать себя с оружием в руках по той или иной причине. Никогда бы не подумал, что тоже самое касается и войск его величества, которые всегда, на мой взгляд, выглядели как те, кто не нуждается в подобной защите. Неужели в своей истовой вере я заблуждался на это счёт? – умело лавировал средь фактов и утверждений глава церкви, чтобы после и вовсе задать весьма провокационный вопрос.

– Ни в коем разе, верховный септон. – вместо Бейлиша, что явно искал подходящие под ситуацию слова, ответил жрецу Эстермонт. – Мы лишь беспокоимся о том, сможет ли корона в должной мере выполнять свои обязательства перед церковью по её защите и другие немаловажные требования, если во время этого ей придётся всё время изыскивать средства на собственное содержание. С вашей стороны было бы весьма благородно, оказать всем нам услугу в эти неспокойные времена. – нашёл подходящие слова со своей стороны мастер над законом, который хоть и не был набожным человеком, но сумел за эти три года заметно приспособиться к подобным разговорам со жрецом.

– Помниться мне, что до Восстания Праведных, церковь уже ссужала короне определённую сумму, но та не торопилась её отдавать. Не сочтите за грубость, но что изменилось за это время? – без каких-либо намёков в своём голосе спросил иерарх.

– Эм… – несколько неловко протянул сир Элдон, не зная, что ответить, а вот Роберт и вовсе был уже готов очередной раз сорваться на верховном септоне, что выводил короля из себя своими правдивыми, но жёсткими словами при каждом удобном случае.

Однако в этот раз на помощь Малому Совету пришёл Варис, что ранее не проявлял особого участия в беседе, прекрасно осознавая своё положение из-за извечных неудач в поимке Эдмунда Гарденера. Просторский колдун практически всегда держался обособленно от городов и поселений, практически не попадая в поле зрения его пташек, разве что совсем изредка и ненадолго, но особой пользы для него эта информация не приносила. Особо давить или попадаться королю на глаза евнух даже не пытался, лишь совсем редко выступая тому помощником и голосом разума, совсем как сегодня.

– Спешу напомнить господину верховному септону, что король и королева вот уже почти пять лет исправно исполняют все возложенные на них церковью обязательства. Более нет той кричащей роскоши или постоянного мотовства, разве что совсем их минимальное количество. Все проповеди и обряды не обходятся без их присутствия или благословения. К тому же никаких препятствий септонам и Сына Воинов не чинят, что уже говорит о многом. – вполне аргументированно отвечал жрецу евнух, перед этим ещё и почтительно поклонившись. Верховный септон же слушал внимательно и едва заметно кивал, соглашаясь почти с каждой фразой мастера над шептунами. – Быть может пора церкви немного проявить свою благосклонность, в ответ на подобное благочестивое рвение? – словно невзначай подвёл к этой мысли эссосиец.

– Только Отец мог бы наградить короля за его нравственное поведение на седьмых небесах. Относительно нравственное. – сделал небольшое отступление после непродолжительных раздумий верховный септон, а остальные же советники после этого решили, что и в этот раз церковь от любой подобной просьбы будет уклоняться. – И всё же я мог бы попросить у Совета Праведных необходимые средства. – однако, в этот раз похоже жрец оказался в прекрасном расположении духа, раз решил согласиться с разумными доводами, так презираемого им евнуха. – Скажем сумма в пару сотен тысяч золотых драконов была бы достаточной? – поинтересовался иерарх, нисколько не меняясь в лице. Теперь уже лица присутствующих, все как один, скрестились на хитрой полуулыбке Бейлиша, что несколько растерялся от подобного к себе внимания, но то скорее была игра на публику, нежели действительно испытываемые им эмоции.

– Это было бы просто отлично. – только и сказал Бейлиш, а вот король, что до этого молчал и внимательно слушал препирания советников, с этим предложением был откровенно не согласен.

– Этого мало, чтоб вас. – недовольно отреагировал Баратеон, вновь привлекая к своей грузной персоне пристальное и раболепное внимание большинства присутствующих. – Моя семьи не просто собирает подачки, а живёт и защищает не только церковь, но и государство. Этой суммы двору и на год не хватит. – как ни странно, болезнь Аррена, как и прошедшее восстание, пошли королю на пользу и тот даже сумел начать понимать некоторые финансовые вопросы, которые обсуждались, особенно после того, как вся его приличная жизнь заметно оскудела после всего этого. Экономнее он от этого не стал, характер не позволил, но зато королю теперь было, прекрасно известно сколько стоя те или иные его увеселения.

– Боюсь, что больше церковь предложить не может. – весьма спокойно отреагировал жрец на грозный взгляд короля, ко всему прочему ещё и отказывая ему. От подобного отношения лицо Баратеона начало гневливо краснеть, а массивный кулак неистово сжиматься, чуть подрагивая.

– Прошу, ваше величество, не стоит раздувать проблему. – поспешил вмешаться Бейлиш, которому пусть и хотелось увидеть, как ненавистный жрец и король Семи Королевств вцепятся друг другу в глотку, но всё же его репутация и положение были в данный момент важнее. – Как насчёт того, чтобы принять предложение церкви, а не достающую в случае чего сумму занять у Железного банка, раз уж Тиреллы и Ланнистеры в данной ситуации нам не подходят? – предложил весьма лёгкий и действенный компромисс лорд Перстов, замечая, как плечи короля заметно опускаются, а грубое бородатое лицо возвращает свой прежний цвет.

– Ты счетовод, Бейлиш, тебе и виднее. – махнул рукой король, отпивая очередной глоток вина. – Главное, чтобы мне больше не пришлось выслушивать чушь о том, что Серсее не хватает денег на новые тряпки, как и писать в Утёс Кастерли к этому старому уроду, который по ошибке приходится мне роднёй со стороны матери мои детей. Ты понял меня? – испытующе взглянул в глаза мастера над монетой король.

– Конечно, ваше величество, исполню в лучшем виде. – кивнул Бейлиш, глубоко поклонившись, а напряжении витавшее в здании Малого совета начало заметно растворяться.

На этом самый главный вопрос на повестке дня подходил к концу. Хоть с самим источником проблемы так и не было ничего решено, но главное, что гнев и внимание короля на время поутихнут. А там быть может, будет возможно вновь отвлечь его турниром или каким-либо пиром, которые проходились в Красному замке не так часто, как ещё несколько лет назад, став, если и не редким, то весьма значимым и радостным событием. И всё же, когда присутствующие собирались уже расходится по своим делам дверь зала заседаний отворилась.

За порогом стояли сир Барристан Селми и великий местер Пицель. Первый прошёл внутрь, чётко чеканя шаг и глубоко поклонившись всем присутствующим, а вот второй едва-едва проковылял вслед за гвардейцем, заметно бряцая своей длинной мейстерской цепью. Лица вошедших выражали лёгкий намёк на скорбь и неприятные известия, которые мгновенно были считаны тем же Пауком и Пересмешником, и конечно же не стоило забывать о верховном септоне, что по долгу службы ныне был вынужден не раз и не два встречаться лицом к лицу с вестями о кончине того или иного близкого или не очень человека.

– Что тебе надо, Селми? – недоумённо и явно раздражённо спросил Баратеон, который не обладал теми же навыкам, что и его советники. – И на кой ты притащил Пицеля? Совет уже закончился, и ты, старик, всё ещё должен присматривать за Джоном. – указал на очевидное король, которому вся эта ситуация, ох, как не нравилась.

– Боюсь у нас плохие известия, ваше величество. – глухим голосом отозвался королю глава Королевской гвардии. Мейстер же не стал ожидать продолжения вопросов к своей персоне, а потому продолжил вслед за сиром Барристана, как только старый и известный рыцарь закончил говорит.

– Милорд десница короля, Джон Аррен, скончался, ваше величество. Мне жаль это говорить, но болезнь оказался сильнее лорда Долины. Я оказался бессилен. – скорбно и скрипучим голосом отозвался Пицель, как можно глубже склоняясь к полу. Он старался не встречаться взглядом с королём, который даже не сперва не поверил в эти слова, возмущённо и молчаливо поднимаясь со своего места.

– Нет, чтоб вас. – приглёшённо и шокировано отозвался король, которому старый десница заменил отца. – Не верю. Где он?! Что он сказал?! Лучше бы тебе ошибиться, старый дурак, или клянусь своим молотом я сдеру с тебя три шкуры. – практически уронив из-под себя стул, бросился король вон из зала Малого совета, направляясь в башню Десницы и сбивая по пути всех, кого только смог.

В этот день Семь Королевств лишились не только десницы и важнейшего советника Железного трона, но и возвышенная благородная Долина осталась сиротой. Уже вскоре суета и новые интриги наполнят коридоры Красного замка. Хотя ещё совсем недавно казалось, что болезнь Старого Сокола лишь явление временное и не должно вызвать столь суровых последствий. В этой реальности Джон Аррен отошёл в мир иной на год раньше, в основном из-за того, что и определённые подозрения его насчёт королевских детей появились куда как раньше намеченного срока. Проведённое расследование было замечено, а способ избавления остался неизменным. То был первый раскат грома в мрачном небе Вестероса. Тучи сгущались, но после грозы и бури, всегда следует приятный тёплый луч солнца, который накроет многострадальную землю с головой.

***

Несколько дней спустя.

Септа Бейлора.

Церемония в честь усопшего лорда Долины подошла к концу. В великом храме и его предместьях скопилось весомое количество народа. Всё-таки пусть короля и не очень любили, но вот его десницу уважили, как набожного лорда и чуткого к проблемам простого народа человека. Да и сам верховный септон во многом мог поддерживать своё спокойствие на собрании Малого совета лишь за счёт присутствие Старого Сокола, который во многом прислушивался к мыслям и словам главы церкви Семерых, что была оплотом и сердцем далёкой Долины.

Тело уже бывшего десницы короля было подготовлено молчаливыми сёстрами, уже следующим днём оно отправиться долгой дорогой в свой родной край, где благородные лорды скалистых берегов и холмов окажут тому все причитающие ему почести. Вмести с ним также из Королевской гавани собиралась отбыть и Лиза Аррен, в девичестве Талли, со своим малолетним отпрыском и единственным полноценным наследником благородного рода, по крайней мере официально. В качестве сопровождения она выбрала исключительно верных рыцарей Долины. В основном её скорый отъезд списывали на траур по почившему супругу, а также нервозность, что всегда сопровождала эту женщину.

Король не находил себе места, но всё же уже выбрал на место нового десницы своего старого друга с далёкого Севера. Подготовка к отправке всей семьи в холодный и обширный практически безжизненный край проводилась полным ходом, несмотря на сопротивления и протесты со стороны королевы, которые почитала северян и их королевство не более, чем варварами и захолустьем. Однако Роберт Баратеон был в своём желании непреклонен. Без Джона Аррена в столице практически не осталось человека способного в открытую возразить решению короля на Железном троне, а потому, на какое-то время, у того будут полностью развязаны руки. Элдон Эстермонт пусть и был дядей короля по материнской линии, но никогда не был с тем особого близок, в основном из-за их неравного положения вассала и сюзерена. Глава церкви же напротив быстро почуял куда дует ветер и не собирался мутить воду раньше времени, хотя тому и было что возразить по поводу язычника в качестве первого советника.

Сейчас верховный септон торопился возвратиться в свой кабинет для весьма важного дела. Требовалось немедленно отправить письмо с экстренными новостями человеку, личность которого в основном вызывала при дворе резкую ярость и тихую ненависть. Сопровождали его неизменные рыцари из ордена Сынов Воина в крепких доспехах и радужных плащах. Данные представители священной организации уже давно заполонили просторные улицы Королевской гавани, блюдя порядок не в пример лучше, чем восстановленные Золотые плащи, что после своего нового набора не только стали более коррумпированы и пассивны, но и властью обладали гораздо меньшей нежели рыцари церкви.

Однако на пути иерарха неожиданно встал человека, которого верховный септон во многом презирал и несколько опасался. В основном из-за специфики деятельности иностранца, а также из-за собственных многочисленных секретов, которые тот мог разнюхать. Евнух Варис глубоко поклонился перед жрецом, выражая таким образом почтение к духовному наставнику церкви Семерых и всё же септону слабо верилось, что эссосиец мог испытывать перед ним хоть какой-то пиетет. То был всего лишь стандартный ритуал для человека, который продвинулся на социальном лифте довольно высоко, но при этом не имел официального статуса в глазах общества.

– Приветствую вас, господин. Как и всегда ваша проповедь заставила многих открыть своё сердце и душу перед ликами божества. – проявляя искреннюю вежливость, поприветствовал жреца евнух. Рыцари мгновенно выступили вперёд, хватаясь за мечи. Они прекрасно осознавали кто сейчас стоял перед ними, но их кодекс в любом случае ясно трактовал обязанность проявить намерение перед любым, кто мог быть потенциально опасен главе церкви.

– Спасибо, Варис. – сделав заметный акцент на неопределённости положения собеседника, принял любезность евнуха верховный септон. – Чем могу помочь? Как видите я спешу и если это может подождать до нового Малого совета, то я с удовольствием обсужу с вами любой вопрос. – постарался отвязаться от нежданного собеседника иерарх.

– Не сочтите мою просьбу излишней, но мой вопрос касается во многом именно духовной стороны, потому я бы хотел сопровождать вас. Слишком долго наша беседа не займёт. Будьте уверены, я постараюсь быть как можно более краток. – взгляд жреца оказался обращён на пухлое лицо евнуха, но что-либо прочитать по нему было невозможно. Просьбе хотелось отказать, но официальных причин для этого не было. Всё же святому отцу пришлось согласиться, по крайней мере пока, тем более что это был первый раз на его памяти, когда евнух напрямую обращался к нему за разговором.

– Пускай, – жестом отвадил он своих людей от боевой готовности, после чего те немедленно вернулись к нему за спину. – О чём вы хотели поговорить? – обратился жрец к евнуху, возобновляя свой путь к кабинету. Мастер над шептунами покорно и естественно пристроился к иерарху сбоку, под пристальным взглядом Сынов Воина.

– Благодарю. Кажется, вы считаете скоропалительную поездку короля на Север не совсем мудрой. От чего же? Железному трону нужен новый десница и как можно скорее. Кто, если не лучший друг короля и верховный лорд одного из самых больших королевств, будет способен исправно исполнять свои обязанности подобно любезному лорду Аррену? – зашёл евнух одновременно издалека и вместе с тем отчасти спросил волнующий его вопрос весьма прямо. Хотя трудно было понять, чего же на самом деле добивается своим вопросом мастер над шептунами.

– В этом не было бы ничего предосудительного, если бы северяне не были язычниками. Им не понять чаянья юга и наши попытки спасти души. Всё, что их будет заботить относится лишь к древним отвратительным ритуалам. Последний Старк на юге наворотил весьма много дел и не все из них церковь одобряла. В то время у нас не было возможности возразить, но теперь если новый десница вознамерится действовать без оглядки на традиции святой церкви, то мы будем вынуждены вмешаться. У него не будет здесь уважения или понимания, за исключением королевского. Я молюсь лишь о том, чтобы король Роберт во время своей поездки одумался и выбрал более подходящую кандидатуру. – весьма открыто и искренне озвучил свою позицию верховный септон, ведь его позиция была официальной позицией всей церкви Семерых, а потому нынешнее положение жреца позволяло тому говорить о своём мнении без оглядки на кого-либо.

– Могу понять ваши опасения. И всё же стоит ли смотреть на эту ситуацию исключительно с подобной стороны? По слухам лорд Эддард Старк человек деятельный и честный, да и воспитывал его именно Джон Аррен. Разве это не делает его, если не подходящей, то компромиссной кандидатурой? – поинтересовался евнух, чьи бесшумные шаги невольно заставляли напрячься сопровождение иерарха. Святые рыцари к подобному не привыкли, их боевое чутье буквально сходила с ума, неспособное как-либо выразить или принять подобное действо, которое невольно вызывало напряжение.

– Воспитанием короля также занимался благочестивый Хранитель Востока, но всё же мне и по сей день приходится закрывать глаза на его прегрешения. За это меня несомненно спросят Семеро на седьмых небесах, а потому я ежедневно молюсь, чтобы они ниспослали монарху чуть больше ясного ума и супружеской верности. Быть может Старк и честный человек, но по-прежнему язычник, что доверия не вызывает, если бы не его связь с Долиной и супруга, неистовая послушница наших заветов, то мне бы пришлось костьми лечь, но не допустить северянина к делам столицы. – категорично отозвался верховный септон. За это время они уже практически окончили путь в его личные покои, но диалог между двумя весьма разными людьми лишь набирал обороты. – Вопросы веры всегда должны стоять на первом месте. Если бы так и было, то возможно даже Таргариены не лишились бы своего разума.

– И всё же для государства старые валирийские короли сделали немало полезного. – острый взгляд священника мгновенно впился в фигуру евнуха. Это был недобрый взгляд, совсем недобрый. Что-что, а вот церковь любое упоминание прошлой династии в положительном ключе не любило. Возможно даже, куда сильнее, чем сам король, а потому эссосиец постарался исправиться, как можно скорее. – Прошу прощения, я не хотел сказать, что их правление было благим. – повинился весьма искренне Варис.

– Но и обратного вы не утверждаете. – осуждающе покачал головой верховный септон, проходя за дверь своего кабинет. В том, что евнух не сможет найти здесь для себя ничего компрометирующего жрец был абсолютно уверен и как оказалось зря.

– Многие часта вспоминают безумных королей, которых было немало и среди других родов с долгой историей, но со всем забывают о таких, как Бейлор Благословенный, что и начал строительство этого грандиозного сооружения, в котором вы ежедневно ведёте великолепные проповеди. – открыто льстя и при этом стараясь оспорить мнение собеседника проговорил Варис, устраиваясь в весьма скудно оформленном помещении. Когда-то здесь было не пройти от различных проявлений роскоши, а сейчас здесь был только стол и пара шкафов, ничего лишнего или напоминающего о богатстве церкви. – Милая птица. Весьма быстрая и редкая. Насколько слышал подобные ей весьма редко поддаются дрессировке. – как бы невзначай отреагировал евнух на сидящего на аккуратной деревянной жёрдочке массивного белоголового орла.

– Это подарок. Мой старый знакомый подарил мне его, чтобы я не чувствовал себя одиноко, но он ошибся, я никогда не чувствовал себя одиноко в доме божьем. – не смутился от этого резкого замечания жрец, осторожно погладив весьма спокойную птицу по клюву. Орёл не сводил взгляда своих разумных и острых глаз с новоприбывшего, покорно принимая ласку иерарха. – Что же касается Бейлора, то, как бы не пытались мейстеры-хронисты Цитадели обозначить его, как короля благочестивого, но он нанёс урон всему духовному клиру, когда позволил себе самолично назначать на место верховного септона кого только вздумается. Да и перенос главного храма из Звёздной септы в септу Бейлора по-прежнему ощущаться весьма болезненно. – отринул пример евнуха жрец. – Порой мне кажется, что вере Семерых он нанёс рану куда более серьёзную, чем это сделал в своё время Мейгор.

– И всё же. Замечу, что вам стоит быть поосторожнее с вашим питомцем, уважаемый верховный септон. – с неким намёком продолжал стоять на своём эссосиец, чей взгляд также неотрывно следил за орлом. – Многие стали замечать подобных гостей в Просторе и Королевской гавани. Как ни странно, многие предполагают, что те не просто питомцы, а вполне себе самостоятельные вестники. Кто знают, кому они могут принадлежать? – и хоть тон мастера над шептунами звучал непосредственно, но жрец быстро понял, что тот на самом деле имеет ввиду. Это заставило иерарха заметно напрячься и нахмуриться. С его лица пропала благостная улыбка, а прищуренный взгляд заледенел.

– Приму к сведению, Варис. Как жаль, что такие благородные и благочестивые люди, как Джон Аррен покидают нас намного раньше, чем личности совсем недостойные своей жизни. И всё же пути Семерых неисповедимы. И порой они преследуют цели совсем нам непонятные. Как например, когда забирают к себе величавого сокола, а вместо него позволяют множится всякой дряни, навроде червей, змей или даже… пауков. – вернул бесстрастное и привычное выражение лица жрец, усаживаясь в своё простой и узкий деревянный стул, предлагая пернатому питомцу хлебный сухарик из простенькой миски рядом с собой.

– Да, порой боги бывают действительно нам непонятны и жестоки. – никак не отреагировал на явную, пусть и завуалированную, угрозу в свою сторону мастер над шептунами. – И всё же я выражаю свою почтение к вашему делу, если бы не вы, то многие простые люди Семи Королевств, так бы и прозябали, неспособные отстоять свою жизнь и права на неё. Как жаль, что люди не вечны, что и доказал нам милорд десница. При том никто даже и предположить не мог, что его конец наступит столь скоропостижно. А ведь, кажется, он в последнее время весьма серьёзно интересовался вопросами, связанными с королевскими детьми. – немного поиграв фактами и как бы непосредственно упомянул жеманный мужчина. – Кажется вас не очень-то жалует королева. Стоит лишний раз подумать о подготовке приемника. Будет весьма печально, если все ваши начинания станут ничем просто потому, что неподходящий человека окажется не на своём месте. – без особого смысла, но при этом проявляя беспокойство к собеседнику закончил свою мысль мастер над шептунами.

– Я это учту, если у вас более нет ко мне ничего важного, то попрошу вас удалится, Варис. Мне стоит отдохнуть после сегодняшней церемонии. – после непродолжительного и тяжелого молчания ответил собеседнику верховный септон. Слова евнуха он воспринял не иначе, как угрозу, да и тот не отставал. И всё же оба они не показали виду о том, что прекрасно прочитали слова друг друга.

– Разумеется, приятного отдыха, господин. – поклонился Варис, после чего немедленно скрылся за дверью, где всё это время дежурили Сыны Воина. Защитники главного жреца проводили мастера над шептунами сосредоточенным взглядом, после чего продолжили нести свою службу.

А вот сам верховный септон после разговора с евнухом оказался сам не свой. Поспешив отправить сообщение к истинному хозяину птицы, церковный иерарх записал на клочке пергамента всего одну фразу: «Сокол пал, Олень идёт на Север, Паук вьёт паутину». После этого сообщение немедленно было скреплено печатью и привязано на крепкую лапу массивной птицы, что словно по команде немедленно вылетела из приоткрытого витражного окна солярия верховного септона. Жрец перевёл дух, но крепко задумался о том, что затишье, длящееся почти пять лет подходит к концу. События, о которых его предупреждал владелец птицы начали набирать обороты. Как верный сторонник и божий слуга он обязан был оказаться в эпицентре надвигающейся бури. Даст Семеро, и он её переживёт, а нет, так точно будет знать, что действовал не напрасно, возлагая свои надежды на того, кого видел в собственных снах.

Меньше, чем через неделю сообщения с примерно похожей, но с более содержательной информацией, разлетятся по всем уголкам Простора с призывом к действию, а точнее к тщательной подготовке. Гроза уже вовсю надвигалась на Вестерос и лишь немногие способны были увидеть это. Ещё меньше смогли бы оценить последствия. И только один из ныне живущих мог знать исключительный исход этих событий, а потому подготовиться к ним, чтобы далее и вовсе изменить, не столько ради себя, сколько ради других.