Текст книги "Белая Длань (СИ)"

Автор книги: Valeriys

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 106 страниц)

Теперь, понимая все мотивы поступков рыцаря, Эдмунд окончательно решился поверить ему и расслабиться. – «Это может быть как просто совпадение, так и действительно замысел Семерых. Всё возможно, но лучше лишний раз не забивать себе голову тайными заговорами высших существ, помешать которым я могу разве что своей смертью, чего я бы делать поостерегся. Умирать, конечно, как выяснилось не плохо, но чем позднее, тем лучше». – отметил Эдмунд так удачно свалившегося на его голову рыцаря, достаточно религиозного и обиженного жизнью, а также достаточно отчаянного для того, чтобы встать на его сторону.

– Что же, теперь, когда я услышал твои мысли и историю, сир Лин. – обратил на себя внимание Корбрея Эдмунд. – Я готов сказать, что рад твоему появлению. Я верю тебе и глубоко благодарен за оказанное доверие, что ты мне выказал, а также признаю свой долг за спасение и если мне в нашем деле будет сопутствовать удача, то я непременно выплачу этот долг. – торжественно произнёс Эдмунд, озвучивая свои мысли.

– Тогда. – произнёс Корбрей, вынимая меч из ножен. – Я – Лин из дома Корбреев, волей и милостью Семерых, клянусь верой и правдой служить Эдмунду из дома Гарденеров, королю андалов на земле Простора. – не останавливая свою речь, рыцарь Долины опустился на одно колено, воткнув Покинутую Леди в землю перед Гарденером, а также опустив голову, признавая таким образом главенство Эдмунда над собой. – Клянусь идти за ним куда бы он не отправился. Клянусь защищать даже ценой собственной жизни, пока кровь теплится в моих жилах. Клянусь соблюдать законы Семерых и людей. Мой клинок – ваш клинок, государь. Примите ли вы мою клятву? – не поднимая головы, спросил рыцарь.

– Принимаю. – и сам поднялся Эдмунд, чувствуя торжественность момента. – «Только подумать. Первый человек, что признал меня своим королём. Чувствую себя героем артурской саги». – казалось даже сам ветер стих, понимая знаменательность события, происходящего в этом лесу. – Встань, Лин из дома Корбреев, мой первый рыцарь, служи верно и достойно. Волей и милостью Семерых, я принимаю твою клятву. – опустил Эдмунд свою руку на плечо выходца из Долины. Та наполнилась силой и вслед за этим, Гарденер рывком поднял своего нового вассала с земли.

– Благодарю, ваше величество. – отозвался Корбрей, чьё лицо даже умудрилось разгладиться от привычной злобы. Сейчас Лин напоминал обычного юношу, заслуги которого были признаны оценены по достоинству.

– Как я уже и сказал, ты можешь называть меня по имени. По крайней мере, пока мы наедине. – решил немного разрядить торжественную обстановку Гарденер.

– Хорошо, сир Эдмунд, но только наедине. Я не смею порочить ваше имя на людях. – благородно кивнул Корбрейн, вновь возвращаясь к своему привычному состоянию сурового воина.

– Отлично. С этим вопросом мы решили, но у меня к тебе осталось ещё несколько. – Эдмунд вновь уселся на пригретое местечко, не видя смысла стоять дальше. Заметив, что сам Корбрей не собирается садиться, Гарденер призывно взмахнул рукой. – Садись, Лин. Нечего соблюдать приличия пока на мне нет короны. – рыцарь повиновался, устраиваясь напротив Гарденера.

– С превеликим удовольствием отвечу на ваши вопросы, сир Эдмунд. – продолжал Корбрей общаться формально.

И хотя Эдмунд дал на то ему позволение, рыцарь Долины не собирался прекращать обращаться к нему не иначе, как сир. Он даже проигнорировал намёк наследника Дубового трона, когда тот сам убрал из своего обращения рыцарский титул. Спорить с Корбреем на этот счёт Гарденер не собирался. Всё-таки, если рыцарю Долины удобно так обращаться к нему, то давить на него в этом вопросе было бы как минимум не прилично.

– Что же. Скажи же мне, для начала, где мы находимся? – этот вопрос крайне интересовал Эдмунда, ибо если Корбрей держал путь куда-то на запад или юг, чтобы убраться от возможной погони, то Гарденер потерял за это время три дня, которые он мог потратить на путь к острову Ликов.

– Мы находимся в недели пути от Горького Моста, если приблизительно. Я не знал куда конкретно вы держали путь, а потому продолжал двигаться по маршруту дороги Роз. – пояснил Лин, ответив на вопрос Эдмунда.

– Хм. – покопался Эдмунд в своей памяти. – Ты поступил правильно, Лин. Мой путь лежит к острову Ликов, куда меня призвали Семеро. Я следовал по дороге Роз, чтобы не сбиться с пути, дабы незамеченным добраться до столицы, а оттуда, по Королевскому тракту, дальше на север. Однако, теперь, эта задача стала весьма затруднительной, особенно в твоей компании. Не обижайся, но ты довольно известный человек в столице. – рассказал Эдмунд о месте своего назначения, что-то внутри говорило доверять Корбрею, да и как он мог не доверять, ведь только что взял его на службу. Недомолвки в данном деле могли сильно оскорбить чувства прославленного рыцаря, а этого Гарденеру делать не хотелось.

– Я всё понимаю, сир Эдмунд. Тогда нам стоит свернуть через несколько километров на север. Так мы сойдем с дороги Роз, по которой, как думают преследующие нас стражники, мы движемся. Мы собьём их со следа, при этом не потеряем на это времени. Согласно картам Вестероса мы находимся практически под Божьим Оком, в центре которого и находится остров Ликов. Двигаясь на Север по лугам Простора, мы не замедлимся, а после пересечения Золотой дороги единственным препятствием на нашем пути будет Черноводная, которую мы сможем пересечь у Падучего водопада, что находится вблизи от Каменной Септы. – расписал во всех подробностях, предложенный им путь, Корбрейн. – Так нас станет труднее заметить и поймать, в том числе и благодаря тому, что на нашем пути практически не встретятся крупные города и замки.

– А что делать с провизией на это время? – уточнил наследник Дубового трона, крайне обеспокоенный вопросом сбыта лекарственных трав.

– Я же уточнил, что на нашем пути практически не будет городов. Однако, это не значит, что мы не сможем поесть и закупиться провизией в тех, которые нам попадутся. – развеял сомнения Гарденера Корбрей, хотя и не до конца.

– Что же, хорошо придумано, Лин. Так и поступим. – довольно кивнул Эдмунд идее рыцаря Долины. Двигаясь по дороге Роз, он как-то и забыл, что может в любой момент свернуть, чтобы затеряться и при этом не сбиться с пути. – Однако, упоминание о погоне заставило вспомнить меня ещё одну интересующую вещь. Как вы смогли выследить меня с Феллом и остальными? Да ещё так быстро? Мне казалось, я позаботился об этом. – вспомнил Эдмунд, оставленную из твёрдых шипов преграду на мосту Лилий.

– Это было не сложно, ведь ваш конь всё-таки не предназначен для погонь, а скорее для боёв. Мы же скакали, практически не прерываясь, в то время как вы, не сочтите за грубость, делали довольно продолжительные привалы. – Эдмунд от замечания Корбрея только отмахнулся, не став пояснять, что делал он эти привалы только потому, что думал о крюке, который необходимо будет сделать рыцарям, чтобы форсировать Мандер.

– Если же вы думаете о том терновом кусте, что встретился нам на мосту, – продолжил рыцарь Долины, будто бы уловив мысли просторского принца. – то мы смогли пересечь его только благодаря мне.

– Не мог бы ты пояснить? – заинтересовался Эдмунд тем, что имел ввиду сир Лин.

– Несомненно, ваша сила эффективна против обычного оружия. Даже серебряный топор Фелла не смог пробиться сквозь эту терновую преграду, но вот мой валирийский меч даже не встретил сопротивления. – покачал головой Корбрей. Эдмунд же взял информацию о слабости своей магии на заметку.

– Понятно. Что же было дальше? – призывно спросил Эдмунд, ожидая всех подробностей.

– Дальше было проще. Благодаря моему опыту жизни в Долине, я практически сразу смог напасть на ваш след. Когда я заметил место вашего привала рядом с Тёмной Лощиной, как и то, что в город вы не заезжали, то мы как можно скорее поспешили в Эпплтон. Туда мы добрались только к вечеру, однако, я знал, что искать, ибо мантию септона, что вы бросили в одном из лагерей мне найти, удалось. Поспрашивав наиболее часто посещаемых торговцев, мы наткнулись на лавку травника, где управляющий смог назвать ваши внешние данные и точное время посещение. Дальше не составило труда сопоставить факты воедино – вы всё ещё находились в окрестностях города. Заручившись поддержкой лорда Эпплтона, мы взяли с собой двух лучников из числа его домашней гвардии, а затем отправились на вашу поимку. Обнаружив место вашего привала, я стал ожидать начало сражения, чтобы в случае чего оказать вам помощь и заручиться расположением. Как можно понять из нашей ситуации расчёт был верным. – рассказал Корбрейн историю погони.

– А если бы меня убили. – сузил глаза Эдмунд, которому не понравилась задумка рыцаря Долины, подвергшего своими действиями как его, так и Камрита, опасности.

– Я верил, что избранник Семерых не сможет умереть так просто. Да и приказ короля Роберта был ясен – привести вас на казнь живым, а не мёртвым. – пояснил сир Лин, даже не вздрогнув под взглядом Гарденера.

– Что же, ясно. Есть ли у Роберта при себе ещё такие следопыты как ты? – уточнил Эдмунд, на самом деле крайне впечатленный работой рыцаря Долины. Если бы он знал о возможностях рыцаря Долины заранее, то постарался бы двигаться куда как быстрее и незаметнее.

– Вряд ли. Из Долины на королевский турнир прибыли только я, да ещё несколько рыцарей из младших домов. Король Роберт их не знает, а потому и не привлечёт для ещё одной погони. Да и бессмысленно это будет, т.к. все следы давно стёрлись благодаря времени и, прошедшему утром, дождю. Я смог найти вас только потому, что всё это время наступал вам на пятки, сир Эдмунд. В любом другом случае мне не удалось бы вас отыскать. – успокоил Корбрейн разбушевавшуюся паранойю Гарденера.

Глубоко вздохнув, Гарденер поднялся с земли. На дворе уже стоял день, освещая своими лучами, свежую после дождя, чащу. Камрит вместе со своим новым вороным приятелем по-прежнему щипали травку, не обращая внимания на, разговаривающих о какой-то чепухе, хозяев. Капли на траве, оставленные после дождя, постепенно испарялись.

– Что же, Лин. Благодарю тебя за то, что унял моё любопытство. Думаю, теперь мы сможем отправляться в дорогу. Осталось только собрать лагерь. – отметил для себя Эдмунд, исчерпав для себя на некоторое время перечень вопрос, которые было необходимо задать.

– Тогда я займусь этим. Вам всё ещё необходим отдых, сир Эдмунд. Даже для меня удивительно получиться столько шрамов за одну неделю, тем более на лице. – покачал Корбрей головой, обращая внимание Эдмунда на собственную шею, на которой всё это время находилась серая повязка, слегка пропитанная кровью от раны, нанесённой острым лезвием топора Хорраса Фелла.

– Ох. – удивился Эдмунд подобной находке.

Повязка практически не чувствовалась, от того и заметить её без зеркала было весьма затруднительно. Сняв её, Эдмунд прикоснулся рукой к едва зажившей ране, хотя та уже перестала кровоточить, но вот боль от прикосновений к ней прекрасно ощущалась. Корбрей уже ушёл собирать скарб для того, чтобы как можно скорее отправиться в путь, оставив Эдмунда одного сидеть на теплой траве.

Попытка помочь гордому рыцарю, обернулась поражением Гарденера, натолкнувшегося на недоуменный взгляд обладателя Леди Отчаянье. Махнув рукой на странности своего первого в новой жизни рыцаря, Эдмунд поспешил запрыгнуть на Камрита и посмотреть, как он будет держаться в седле. В конце концов, он так и не сумел сделать это после покупки, ввязавшись в бой с рыцарями, посланными королём Робертом.

Через пятнадцать минут, Корбрей присоединился к Гарденеру уже на своей лошади, а затем, пристроившись рядом, стал направлять их небольшую группу на север, в сторону острова Ликов. Уверенность в завтрашнем дне наполнило сердце Гарденера спокойствием. С таким воином как Лин Корбрей можно было не бояться многих опасностей, которые могли поджидать его впереди.

Глава 9. Совет Сокола и дорога на север

290 г. от З.Э.

Где-то через неделю после явления Длани.

Королевская Гавань. Красный замок.

Красный замок – великая твердыня Таргариенов, а ныне, после их падения, Баратеонов. Крепость со множеством башен, помещений и тайных ходов. Дом завоевателей, что утвердили свою власть над андалами, Первыми людьми и ройнарами, которые бежали в Вестерос от гнёта Древней Валирии, но, как показала история, неудачно. Символ величия и неотступности старой династии, сейчас же стал символом их заката и поражения, пережитком своих полноправных хозяев.

В одном из помещений, именуемым Палатой Малого Совета, начиналось очередное заседание главных советников короля Роберта I Баратеона, пока он был в отъезде. Сама по себе палата была невероятно украшена различными диковинками из далекого Эссоса, будь то мирийские ковры, квархрские и лиссинийские гобелены. На входе стояли двое валирийских сфинксов, сделанных из черного мрамора, чьи глаза, казалось, сверкали зловещим красным цветом от блестящего полированного граната, сверкающего на солнце.

Во главе длинного стола восседал десница короля Джон Аррен, лорд одноименного королевства Долина Аррен. На своём посту престарелый Хранитель Востока находился с момента воцарения Роберта из дома Баратеонов, занимаясь государственными делами Семи Королевств как в отсутствие короля, так и в период его пребывания в столице. По сути, именно он распоряжался всеми делами Вестероса, при этом достаточно эффективно, чтобы те не развалились на части и не начинали меж собой конфликтов.

Именно Джон Аррен устроил в своё время брак Роберта Баратеона с Серсеей Ланнистер для того, чтобы укрепить положение нового монарха династическим браком с одним из самых влиятельных и могущественных лордов Вестероса – Тайвином Ланнистером. В последствии, он также смог урегулировать конфликт с Дорном, самолично проведя переговоры с лордом Дораном Мартеллом и выведя королевство ройнаров из войны.

Наставник Роберта и ближайший к нему человек, тот знал, как вести себя с королём, направляя его решения в нужное русло, по крайней мере в большинстве времени. Лорд Аррен также отвечал и за подбор кандидатов в члены Малого совета, хотя и пользовался он этой привилегией на своём посту не очень часто. Решительный при необходимости, уступчивый, когда было надо, он являлся ярким примером царедворца и хорошего управленца, ярого сторонника веры Семерых, как и большинство уроженцев Долины.

Сейчас Хранитель Востока ожидал прибытия остальных членов собрания, т.к. то было собрано раньше, чем планировалось, из-за срочного письма короля, доставленного сегодняшним утром из самого Хайгардена, что уже было само по себе неожиданным. Джон Аррен, уже знавший о содержимом письма, пребывал в задумчивости, рассматривая на своей груди традиционных знак десницы короля – длинную золотую цепь из сжатых рук. На столе перед ним лежали некоторые бумаги, которые должны стать частью предмета обсуждения сегодняшнего собрания, а также злополучное письмо.

Старый Сокол, как любили его называть лорды Семи Королевств, был седым и не имел половины зубов, но при этом оставался фигурой авторитетной и прекрасным оратором. Длинный орлиный нос говорил о бесспорной принадлежности к благородному роду Защитников Долины. Широкие плечи напоминали о воинской удали престарелого лорда во времена его юности.

Носил Джон Аррен длинный плащ в цветах своего дома – небесно-голубых, а также камзол в бело-голубых оттенках и с изображение соколов на нём. На руке лорда Аррена можно было разглядеть перстень, выполненные в виде всё того же сокола и украшенный лунным камнем, добытым где-то на просторах родных земель.

Рядом с десницей, по левую руку, расположился, уже пребывший, мастер над законами лорд Вайям Пенроз, глава дома Пенрозов из Штормовых земель. Старше, чем даже десница, лорд Пергаментов исполнял свои обязанности со всем тщанием, на сколько ему это позволяли его болезненность и старость. Учитывая то, что он был главой Золотых Плащей, не было ничего удивительного в большом раздрае и коррупционности данной службы, но благодаря своим заслугам и ближайшему знакомству с королём, тот по-прежнему оставался на своём посту.

Носил лорд Пенроз коричневую накидку из шерсти оленя с вышитыми на ней изображениями двух больший перьев для письма, которые являлись символом его дома. Глаза лорда Пенроза были полностью чёрными, практически скрытыми за многочисленными морщинами. Руки слегка дрожали при работе и выглядели словно две кости, обтянутые кожей.

Охраняли данное помещение несколько десятков золотых плащей, расположенных за пределами Палаты Малого Совета. Все они носили крашенные жёлтым цветом плащи из овечьей шерсти, что отдалённо напоминали золотые. В качестве брони городской стражи выступали чёрные панцирные доспехи, с железной кольчугой под ними, а также небольшие шлемы, прикрывающие головы. Из вооружения у тех были мечи, булавы и копья – всё что могло хорошо лежать в руках.

Прошло ещё несколько минут томительного ожидания десницы короля, прежде чем в зал начали заходить остальные члены Малого Совета.

Первым появился неизменный на своём посту великий мейстер Пицель, одетый в привычный для мейстера черно-серый плащ, а также имеющий при себе мейстерскую цепь из различных, по материалам, звеньев. Кряхтя и прихрамывая, великий мейстер поклонился уже присутствующим на собрании деснице и главному судье, после чего занял место по правую руку от Джона Аррена.

Имел мейстер Пицель длинную белую бороду, которой очень гордился. Весь вспотевший от солнца на улице, главный канцелярий короля имел при себе небольшую сумку с разнообразными лекарствами, которые могли быть применены в случае необходимости. Огромный толстый живот свисал с верховного мейстера, стремясь приблизиться к полу, а долгая отдышка свидетельствовала о не самом здоровом образе жизни человека, пережившего трёх королей.

Следующим в помещение зашёл нынешний мастер над шептунами Варис. Уроженец Вольных городов Эссоса, этот лысый и изнеженный на первый взгляд евнух был главным осведомителем короны уже долгий срок. Находясь в тени и скрываясь за множеством масок, тот сумел создать на территории Семи Королевств обширную шпионскую сеть, чем активно пользовался. Предпочитал Паук, которого так прозвали недруги, коих было большинство в Вестеросе, одеваться легко и непринужденно: в шёлковые халаты и бархатные штаны, а также носить практически бесшумную мягкую обувь. Руки Вариса, такие же нежные на вид, как и он сам, были вечно спрятаны в длинных и широких рукавах своей одежды.

Глубоко поклонившись, глава разведывательной сети занял своё место у дальнего конца стола, что явно показывало степень доверия десницы к его персоне.

Последними, но не по значению, в Палату Малого Совета явились мастер над кораблями, Станнис Баратеон, и недавно назначенный мастер над монетой, Петир Бейлиш. Как только двое последних участников обсуждения заняли свои места, узорчатые деревянные двери были плотно закрыты стражниками снаружи, до самого конца собрания те не откроются, только если не случится что-то из ряда вон выходящее. И даже при этом Золотые плащи дважды подумают перед тем, как отвлекать советников от обсуждений.

– Кхм-кхм. – прочистил горло лорд Аррен, начиная собрание. – Господа, приветствую всех и прошу прощения за столь внезапное собрание. Однако, мне пришло важное письмо от короля Роберта, которое, в виду сложившейся ситуации, невозможно игнорировать. – продемонстрировал десница, упомянутое ранее письмо с королевской печатью. – Великий мейстер Пицель, прошу ваз зачитать содержимое этого письма, т.к. это необходимо для дальнейшего плодотворного обсуждения. – передал десница письмо в руки главного канцелярия совета.

– Разумеется, милорд десница. – раболепно отозвался учёный старик, аккуратно беря в руки протянутое письмо. – От Роберта I Баратеона, короля андалов, ройнаров и Первых людей. – начал зачитывать мейстер чётким, но по-старчески хрипловатым, голосом.

Моему ближайшему другу и советнику Джону Аррену, деснице короля.

Я пишу тебе, в этот день, с надеждой на твою мудрость и верность, кои являются твоими несравненными достоинствами. Ситуация в которой я оказался на завершающем пиру королевского турнира поставила в тупик не только меня, но и всех приближённых ко мне людей, что были рядом со мной в ту злополучную ночь. Выражая признательность твоему опыту и уму, я поведаю тебе, а через тебя всему Малому Совету, о произошедшем, что кроме как происками наших врагов и не назовешь.

В ночь пира, передо мной и высокородными гостями Простора, явился некий колдун, совсем не такой как в детских сказках и историях нянек, а по-настоящему обладающий силой и дерзостью, чтобы бросить мне вызов, что означает вызов всем Семи Королевствам в моём лице. Спрятанный во мраке ночи под септоньим плащом, тот без малейшего промедления, стоило ему оказаться пред моим взором, начал возводить клевету на мой род, обвиняя в нечестивости и незаконности моего правления на земле известной как Простор.

Представился этот ублюдок, не иначе как Эдмунд Гарденер, первенец последнего короля Простора Мерна IX Гарденера, погибшего со своей семьёй на Пламенном поле почти три столетия назад. Заявил он и том, что был возрожден из хладного склепа собственной семьи волей Семерых, что несомненно является вздором из-за абсурдности подобных заявлений. Однако, меня беспокоят небесные знаки, что появились на ночном небе после его появления. Это может стать опасной темой среди просторских лордов, которые и так не пользуются нашим большим доверием и расположением.

При попытке остановить смутьяна, задержать его на месте и после пыток казнить, как очередного лоялиста, я был вынужден столкнуться с неясными мне явлениями природы. Возможно, для тебя это может прозвучать как бред, но свидетелями тому стали не только я, но и все присутствующие в ту ночь на королевском пиру люди.

Поднялся шквальный ветер, снёсший на своём пути как людей, так и всякую мебель и убранство пира. Звёзды сошлись на небе знаком Семерых и осветили фигуру колдуна светом ярком, да настолько, что от него можно было ослепнуть. Налетела всякая жучья погонь и встала позади него яркой светящейся фигурой длани. Королевская гвардия, да и я в том числе, были вынуждены схлестнуться с живыми растениями, выросшими из-под земли и не давшими нам свершить справедливость над этим ублюдком. Под ногами его распускались цветы, а внешность была не в пример краше многих баб, что напомнило мне о гадкой ухмылке проклятого Рейгара Таргариена.

Обличительные слова лились из его мерзкого рта, он призывал отринуть клятву просторских лордов ко мне, их королю, как ложные. Склонить колени и встать на его сторону, а после бежал от моего гнева как последний трус. Однако, зерна сомнения были посеяны, а потому мы должны вырвать их с корнем, обезглавив колдуна как можно скорее. Я отправил за ним в погоню по дороге Роз своих верных людей в погоню, которую возглавляет твой вассал Лин Корбрей, отличный рубака и следопыт.

И хотя я уверен в успехе моих верных слуг, но сомнения не дают спать мне по ночам. Обладая силой доселе невиданной, кто знает на какие мерзкие уловки тот ещё способен. Медлить нельзя, а потому своим королевским указом я приказываю назначить за этого мерзавца награду в двадцать тысяч золотых драконов, а также, королевской силой и властью учинить розыск. Колдуна лучше всего взять живым, для показательной казни, но я буду рад увидеть и его обезглавленную голову насаженную на пику.

Пока что в стенах Хайгардена ведется расследование произошедшего, но я не уверен будет ли от этого толк. Однако, если появится новая информация, я непременно отпишусь тебе, зная что ты сможешь выполнить волю своего короля со всей тщательностью и усердием. Также, пока я нахожусь в Хайгардене, то не могу доверять Тиреллам и просторским лордам, что вполне уже могут быть заодно с этим ублюдком, потому моей семье необходима дополнительная охрана, о чем я также приказываю тебе позаботиться.

Что же касается основных примет колдуна, то вот они: бледна кожа, чистое лицо, русые волосы и серые глаза. Также стоит упомянуть о том, что передвигается сей преступник на белом коне и в одежде септона, но не думаю, что стоит рассчитывать на глупость этого скользкого ублюдка. Скорее всего тот уже успел сменить как одежду, так и коня, но на всякий случай сообщаю тебе и эту информацию. Как только дела в Просторе улягутся, я вернусь обратно.

Выражаю надежду на скорейшую поимку смутьяна и твою смекалку, мой мудрый десница короля, Джон Аррен.

– Не перебрал ли часом его величество с вином на пиру Тиреллов, уважаемые советники? – отозвался в своей извечной шутливой манере Петир Бейлиш, что без особого интереса слушал мейстера Пицеля, зачитывающего письмо короля.

Петир Бейлиш был молодым человеком невысокого роста, с острой бородкой и хитрыми серо-зелёными глазами. Предпочитал мастер над монетой одежду в черных и серебряных тонах, так и сейчас тот был одет в длинный узкий камзол, с брошью в виде пересмешника на груди. Если хорошо приглядеться, то можно было заметить несколько седых волосков тронувших его виски в столь раннем возрасте.

Бейлиши были самыми мелкими лордами Долины, чья история насчитывала всего четыре поколения, с того момента как прадед Бейлиша, браавоский наёмник, прибыл в Вестерос на службу дому Корбреев. Дед Петира стал рыцарем, а уже его отец лордом небольшого земельного участка на Перстах. С такой биографией было крайне затруднительно пробиться на столь почётную должность, как мастер над монетой, но благодаря тесному знакомству с Лизой Аррен, женой своего сюзерена, Бейлиш смог стать главой таможни Чаячьего города. После, продемонстрировав ощутимые успехи, был отмечен лордом Арреном и приглашён на эту вакантную должность, как новый советник.

– Не стоит так категорично говорить об этом, лорд Бейлиш. – отозвался лорд Аррен, покачав головой. – Но ваша правда, я бы и сам не принял это сообщение всерьёз, если бы не официальная подпись его величества. Даже если король Роберт приукрашивает события, описываемые в письме, мы не должны игнорировать его распоряжения.

– Мой брат, конечно, любитель выпить, лорд Бейлиш, но он не стал бы разводить суету из-за пьяных бредней, по крайне мере, ему бы не дали это сделать сир Барристан и его жена, что уже говорит о срочности и важности данного указа. – вступил в разговор Станнис Баратеон, мастер над кораблями. Голос его был твёрд и необычайно серьёзен.

Станнис Баратеон, лорд Драконьего камня и мастер над кораблями Королевской гавани, был средним братом короля Роберта Баратеона, но если старший и младший Баратеоны были в чём-то похожи, то Станнис был в своей семье белой вороной. Упрямый в своей решительности, этот человек прекрасно понимал своё место в мире, и положение вещей в нём. Для него не существовало полумер, было только то, что справедливо и не справедливо, не иначе.

Высокий, широкоплечий и вечно угрюмый, тот не был душой компании, как и не имел чувства юмора вовсе. Яркие голубые глаза смотрели на присутствующих так, что не было сомнений в твёрдом характере этого человека. Одевался лорд Драконьего камня весьма скромно: только лишь в серую шерстяную тунику и такие же штаны, на поясе был заметен тонкий чёрный пояс. Да и внешность была под стать характеру, редкие чёрные волосы и аккуратная борода в купе с напряжённым лицом и тонко сжатыми губами, делали его похожим на ветерана ни одной компании, что, впрочем, так и было.

– Прошу прощения, лорд Станнис, я не пытался никоим образом оскорбить или пренебрегать решениями короля, но прошу заметить, что данное сообщение выглядит крайне сомнительным. – оправдался лорд Бейлиш, прикрыв глаза и слегка склонив голову, будто бы извиняясь за сказаное.

– Может и так, но решение Роберта в данном вопросе не подлежит обсуждению. – поставил точку в этой теме брата короля.

– Однако, где мы найдём такие деньги на выплату награды за голову преступника, коли нам принесут её на блюдечке рыцари и наёмники всех мастей? Корона и так в последнее время стала часто занимать у Тайвина Ланнистера и дома Тиреллов, а с учётом обстоятельств, не думаю, что первый, что вторые, обрадуются причине подобного займа. – покрутил мастер над монетой пишущим пером, делая некоторые пометки в своей книге, с которой тот не расставался ни на одном собрании.

– Это совершенно не важно, как и где мы найдём средства на выплату займа, лорд Бейлиш. – ответил своему ставленнику Хранитель Востока. – Главное, чтобы указ короля Роберта был исполнен в положенный срок. Если вы не хотите лишь вопросов и прений с Ланнистерами и Тиреллами, то можете обратиться с просьбой о ссуде в Железный банк Браавоса, у вас есть на то мою дозволение. – распорядился десница короля.

– Благодарю за столь чудную идею, милорд десница. Всё будет исполнено в лучшем виде. – раскланялся Бейлиш в своей хитрой улыбкой, выражая своё расположение старому лорду Долины.

– Что же касается охраны королевской семьи, то это дело я поручаю вам, лорд Станнис. – обратился Джон Аррен к мастеру над кораблями. – Если Роберт хочет на некоторое время окружить себя людьми, которым может безоговорочно доверять, то нам необходимо набрать их из Штормовых земель. Займитесь сбором этих людей как можно скорее, но не больше двух сотен человек, в конце концов, мы не хотим обострения отношений с лордом Простора и его семьёй. – на распоряжение десницы Станнис Баратеон только кивнул, так и не подав голос. – Что слышно от ваших пташек, Варис? – обратился десница к надушенному евнуху.

– Ничего конкретного, ваша милость десница. – расправил плечи мастер над шептунами, улыбнувшись уже своей жеманной улыбкой. – Слухи доносятся разные и отовсюду, но в контексте, описываемых королём событий, весьма тревожные.

– И какие же, позвольте узнать? – подался чуть вперед лорд Пенроз, хотя и заинтересованный в разговоре, но предпочитающий молчать, пока дело не касалось вверенной ему должности.

– Ничего особо, лорд Пенроз, лишь только то, что в Звёздной септе, близ Староместа, была спета песня, некий аналог пророчества об обещанном принце, только в Просторе. Кто бы не подготовил представление, свидетелем которого стал его величество король Роберт, он постарался на славу. – ответил Варис, пожимая плечами.

– Связаны ли эти событиями с тем, что верховный септон вот уже как неделю не покидает септу Бейлора и неустанно молиться, сбивая собственные колени в кровь? – уточнил десница, начиная собирать воедино столь отдалённые друг от друга, но так похожие события.

– Не могу знать, милорд Десница. Верховный септон никогда не слыл слишком большим рвением в вопросах веры, но событие это определённо показательное. Если вы просите меня предположить, то, полагаю, церковь Семерых имеет здесь непосредственное участие. Вполне возможно, что после ухода Таргариенов, церковь решила попытать счастье восстановить некогда утраченный авторитет. – высказал свои сомнения мастер над шептунами, что упали на благодатную почву сомнений, вызванной столь неординарными происшествиями.