Текст книги "Белая Длань (СИ)"

Автор книги: Valeriys

сообщить о нарушении

Текущая страница: 96 (всего у книги 106 страниц)

Глава 106. Битва у Гибельной крепости. Часть 1.

3 г. от В.А. Назначенный день.

Западная марка. Руины Гибельной крепости.

Вот оно это место, где должен был окончательно решиться железнорождённый вопрос. Прямо перед ним. Место, где должно было окончиться кровопролитие на землях андаловых. Больше никакого милосердия, никаких полумер. Только то, что должно быть исполнено. Сейчас Эдмунд понимал это, как никогда прежде. Им больше не двигали эмоции или тяга к справедливости. Только холодный расчёт короля, обязанного покончить с всем этим. С этой глупой игрой в престолы.

– Вот и они. Хааа. – отметил Флорент, согревая продрогшие старческие ладони тёплым дыханием, ставшие таковыми из-за холодного пронизывающего морского ветра.

Гарденер ничего на это не ответил. Да и что говорить, когда практически любой мог видеть тоже, что и они. Десятки кораблей под знаменем кракена Грейджоев и личного знамени Вороньего глаза пребывали в бухту некогда сурового замка, что нынче был полностью оплавлен драконьим огнём и низведён до состояния горстки руин. Владельцами этих мест были Бейнфорты. Ещё одни жертвы чужих амбиций. Распрей и войн, организованных сильными мира сего. И теперь даже воспоминания о них были в точь-в-точь, как и их родовая крепость – ничтожными и забытыми. Участь всех, кто так или иначе был втянут в затяжной кровавый конфликт, обуявший западный континент этого мира.

Всё уже было готово ко встрече с врагом, и даже громогласный рёв дракона, раздавшийся в небе, не мог поколебать уверенность андальских воинов и уж тем более их короля. Острый взгляд Эдмунда внимательно следил за полётом чешуйчатой огнедышащей ящерицы, но не видел в ней угрозы, скорее лишь досадную помеху на пути к цели. Обычного зверя, чья плоть высоко ценилась везде и всюду, но не более. Живую мишень, которой суждено было сегодня стать ещё одним боевым трофеем короля-драконоборца.

Ха, а ведь когда-то он и помыслить не мог о чём-то таком. Избранный богами, низвергатель королей, убийца драконов, разрушитель крепостей. Столько возвышенных имён, о которых он мог только мечтать, будучи молодым превратились во пшик, ведь за каждым из них стояли тысячи, десятки тысяч трупов. Что это, как не глупость доверчивых и наивных юнцов. Теперь он видел истину. Всё это ничего не стоило. Особенно, когда приходилось платить по счетам. Даже сегодня он скорее всего заполучит ещё одно, определённо победит, но скольким предстоит умереть за это? Уже всё равно.

Войска андалов разместились на возвышенности холмов, что простирались на многие мили после каменистого пляжа. Весьма удобная позиция для тех, кто собирался защищаться, но к андалам это вряд ли относилось. Какими бы животными не почитали железнорождённых на континенте, но глупцами они не были и идти в наступление с перевесом врага один к пяти точно не собирались, а это значило, что для окончательной победы войскам под знаменем Белой Длани придётся спуститься. Никак иначе.

Здесь были все, кто только мог. Новейшие инженерные полки, считай, что первые боевые орудия в истории континента. Кавалерия, которая должна была снести первую волну железнорождённых войск подчистую решительным броском с холма в авангарде. Тысячи пехотинцев, готовых воевать хоть по шею в крови и морской воде, но сделать своё дело. Все доступные королю полки верной гвардии включая и тех, кто состояли в отделении Слоновой кости, что выступали в роли козыря, а также устрашающей боевой силы. Ничто не было забыто и всё шло вход, ведь в конце концов это был их последний бой против людей. Какими бы не были чудовищами мерзавцы пираты, а настоящие нелюди уже давно рыщут у подножия Стены, готовые сокрушить её в любой момент.

«Молчаливая» подошла к берегу, где располагался король и его ближайшая свита, самой первой. За ней же секунду в секунду встали на мель ещё несколько крупных галей, в каждой из которых имелось как минимум сотня бойцов, в то время как представители андалов предпочли иметь в делегации чуть более скромный, но при этом не менее угрожающий контингент. Однако всем было понятно, что один из двух главных лиц всей этой встречи ещё не прибыл. И всё же напряжение от этой встречи уже можно было буквально вёдрами черпать. От железнорождённых тут были многие бывшие лорды, включая и Родрика Харлоу, как представителя интересов бывшей аристократии лежащего всего в двух дня пути архипелага. И все они смотрели только на Эдмунда. С гневом. С ненавистью. Желанием его скорейшей гибели.

Вороний глаз спикировал вниз верхом на Дрогоне только после того, как совершил несколько кругов почёта вокруг близлежащий территорий. Хотя умом-то все прекрасно понимали, что не в почёте здесь было дело, а в разведке. Чтобы знать и понимать какими силами располагает враг. Тоже самое проделал и Гарденер совсем недавно со своими ручными орлами. Каждый из лидеров об этом знал. Знал и принимал, как должное, дабы соблюсти оговорённые приличия. Сыграть роль перед тем, как явить свой истинный облик в кровавой сече.

Грузное тело Дрогона наконец приземлилось на берег, совсем рядом со вставшими на мель кораблями. Столб песка и гальки поднялся в воздух и разлетелся в разные стороны под влиянием массы дракона, едва не обдав собой всех присутствующих. Свирепая ящерица была не четой своему погибшему собрату и достигала размеров почти сопоставимых с одной из галей. Сравнить их было довольно легко, ведь оба объекта были перед людьми, как на ладони. И всё же даже имея подобные размеры никого из присутствующих это уже не впечатлило. Прошли времена страха, который поглотил Вестерос почти на три столетия. Теперь чудовище было просто ещё одним оружием. Грозным и весомым, почти неостановимым, но смертным и в единственном экземпляре.

– Да уж, ну и морды у вас, зеленокровные. Так и просят получить чем-то острым по лицу, глядишь хоть на приличных людей похожи станете. – с первого же слова дал понять Вороний Глаз, что не намерен ни перед кем расшаркиваться. Поджарый мужчина легко спрыгнул с дракона наземь, а затем похлопал смирную ящерицу по антрацитовой чешуе и громоздким костяным наростам. Та, на проявление внимания своего хозяина ответила лишь клубами горячего пара из ноздрей, да грозным рыком направленным на андальскую делегацию

– Считаешь себя приличным человеком, Грейджой? – вскинул бровь, стоящий впереди Эдмунд в окружении гвардейцев ветеранов, привлекая к себе всеобщее внимание. Впрочем, по большей части оно и так ему принадлежало. – Я бы посмеялся, но боюсь живот надорвать. – ответил на высказывания железнорождённого ровно таким же едким замечанием король, давая понять, что ни появление мужчину, ни уж тем более его слова, Гарденера не впечатлили.

– А ты я так понимаю здесь самый говорливый, а значит лидер всей этой напыщенной зеленокровный братии, ведь так? Эдмунд Гарденер, тот самый, что восстал из мёртвых и навёл в моём доме сущий бардак. – прищурил свой незакрытый повязкой глаз пират, с ног до головы, осматривая фигуру повелителя андалов. – Давно мне хотелось поглядеть на тебя воочию. Думал ты выше. И грознее. – слегка размял шею Эурон, подходя на расстояние вытянутой руки от ближайшего к королю гвардейца. И всё это только лишь затем, чтобы заглянуть своему недругу в глаза. – Однако ты на деле совсем не похож на того, кто способен завалить кого-то вроде моего питомца, и уж тем более снести мой родовой замок. Мелковат. – вызывающе улыбнулся своими пожелтевшими от времени и малого ухода зубами Грейджой, так и норовя вывести противника хоть на какие-то эмоции, но всё оказалось тщетно.

– Твои заблуждения – это твои проблемы, Грейджой. – спокойно смотрел в лукавый пиратский глаз Эдмунд, не испытывая от встречи с мужчиной ни капли страха или напряжения. Только стойкое желание закопать его поглубже в могилу. – Слишком много внимания ко мне, не находишь? Словно бы ты пришёл сюда совсем не за племянницей, а за моей головой.

Вывести девчонку! – чуть повысил свой голос Гарденер, отдавая чёткий и однозначный приказ.

– Ну-ну, зачем же так спешить обратно на тот свет? – даже не обернулся в сторону расступившихся гвардейских рядов, из которых вывели под конвоем относительно молодую послушницу в сопровождении своего наставника, Вороний Глаз. Вместо этого тот больше был озабочен тем, чтобы чуть склонить вперёд голову и заискивающим шёпотом процедить свой вопрос неотрывно глядя андальскому королю прямо в глаза. – Мы же оба с тобой знаем, чем всё это кончиться, не так ли? Так почему бы нам ещё немного не поболтать?

– Успеется, Грейджой. Но сперва будь так добр, сделай вид, что рад воссоединению с «семьёй». – процедил король в ответ. Борьба взглядов между Вороньим Глазом и Белой Дланью длилось, как минимум несколько затяжных минут, пока наконец всё это не наскучило лидеру железнорождённых и тот не отвернулся первым, засвистев навязчивую мелодию.

– Так уж и быть. – сделал ему одолжение Вороний глаз, отходя от гвардейского оцепления и направляясь прямиком к смотрящей на всех, и даже не него самого, волком девушке. – Ох, как же я рад нашей встрече, дорогая племянница! – наигранно провозгласил Эурон, а затем раскинул руки в стороны, словно собираясь принимать от послушницы объятья.

Однако та, так и осталась стоять на своём месте, не собираясь вешаться на шею «любимому дядюшке». – Ну и да ладно. Видимо ты просто не в себя от радости, дело говорю? – как ни в чём не бывало опустил руки обратно Грейджой, чтобы затем и вовсе схватить Ашу за её личико. – Тебе ведь не обижали, м? Не хотелось бы видеть дочурку брата попорченной. – словно племенную кобылу осматривал Вороний глаза, рассматривая и вертя лицо племянницы из стороны в сторону. И ведь не сказать, чтобы тот издевался. Действия его были вполне серьёзны и обдуманны, как и слова.

– Убери от меня руки, урод. Клянусь могилой папаши, что выпущу тебе кишки и отрежу причиндалы, чтобы затем запихнуть их тебе же в задницу, если ты так и не отцепишься, Эурон. – чуть ли не шипела Аша, сопротивляясь крепкой хватке железнорождённого, который расплылся от её слов в насмешливой улыбке.

– Узнаю братское воспитание. Рад, что даже плен не смог выбить из тебя спесь. А то мало ли, какой подлог? – выразительно стрельнул в сторону Эдмунда своим глазом Грейджой. На что король предпочёл смолчать, начисто игнорируя высказывание железнорождённого. – А так у меня будет достаточно времени, чтобы выбить её из тебя перед свадьбой. – внимательно наблюдая за реакцией девушки продолжил Вороний Глаз, ожидая самого настоящего взрыва. И не зря.

– Свадьбой? Ах ты ж, мерзкая отрыжка кракена, больной любитель членов… – ещё больше рассвирепела уже почти что бывшая послушница, став крыть единственного живого дядюшку на чём свет стоит. И при этом никто даже не собирался её останавливать, а бывший духовный наставник и вовсе отвёл взгляд, словно бы засмотревшись на пасмурное небо, имея чёткие указания не вмешиваться в диалог двух родственников.

– Ха, заткнись ты уже, Аша. – без всякий затей просто-напросто ударил племянницу наотмашь Грейджой, прерывая поток лившихся из её рта оскорблений. Голова девушки кочнулась словно на пружинах, а сама она полностью потеряла равновесие. При этом почти все железнорождённые сделали вид будто бы так и надо, а в тоже время их самопровозглашённый король отвернулся от свалившейся на песок послушницы как ни в чём не бывало. Наблюдавшие же за этим гвардейцы Белой Длани сделали шаг вперёд, готовые в любой момент броситься в бой, но предупреждающий взмах руки короля остановил их от опрометчивых действий. – Знай своё место, племяшка. Что там, что здесь, ты – просто кусок мяса. Ничего не изменилось. – жёстко обрил нрав девушки Вороний Глаз, не испытывая к ней ни капли сочувствия или жалости.

– И так, что теперь? – вновь обратился Грейджой к Эдмунду, незатейливо пиная куски гальки, валявшиеся под ногами. Расхаживал Эурон по будущему полю боя так, словно бы уже был победителем и хозяином жизни. Без страха, без опасения. Без пиетета и иного достоинства приличных людей, что так ценились на континенте.

– О чём ты? Ты получил, что хотел. Можешь возвращаться обратно на свои промозглые острова и влачить жалкое существование короля всякого отребья. – пожал Гарденер плечами так, будто бы его слова были сами собой разумеющимися.

– А-а-а… – покачал пальцем Грейджой, которому явно уже не хватало терпения. – Теперь уже ты шутить изволишь? Привёл такую армию. Глядишь на меня, как на ходячий труп. И сейчас хочешь мне сказать, что я, сам Эурон, мать твою, Вороний Глаз, тащился со своими людьми обратно с трофеем в виде одной практически бесполезной девчонки? Так что ли? – испытующе впился в повелителя андалов взглядом пиратский король, полностью теряя свой непринуждённый и наигранно весёлый настрой.

– Именно. – сказал Эдмунд, как отрезал, прекрасно осознавая то, что произойдёт дальше. Не надеясь, а именно, что осознавая из расчёта на характер Вороньего Глаза и известные ему повадки.

– Смеёшься, значит? Издеваешься, да? – тяжело вздохнул Грейджой, затейливо складывая руки в молитвенной позе, чтобы затем оглушающе чётко и громко захлопать в ладоши. – Отлично-отлично. Я оценил твоё чувство юмора, зеленокровный королёк. Но вся эта наша с тобой… игра. – неопределенно замотал рукой пират. – Мне уже прилично наскучила. Мы ведь оба знаем, что будет дальше. Все, – обвёл рукой по окрестностям Вороний Глаз. – Об этом знают. Даже моя крылатая скотина. – махнул в сторону смиренно ожидающего команды Дрогона Эурон. – Так чего тянуть, а? Труби в рог, да примемся за дело. Или ты хочешь продолжить наш спектакль, а? – прозвучал в оглушающей и звонкой тишине нетерпеливой вопрос. Хотя нет, побуждение к действию.

– Постой, Эурон. – выступил вперёд Родрик Харлоу, прерывая своего непосредственного лидера, чем тут же приковал к себе всеобщее внимание. – А как же наши родные? Наследники родов и другие потомки? Ты говорил нам, что и они будут на этом обмене. Или же ты…

– Солгал вам. Вот незадача, но неужели действительно нашлись идиоты, что решили будто бы, это будет откуп заложниками? – ни к кому конкретно не обращаясь, вопросил Грейджой, а после и вовсе оглушительно рассмеялся. – Вот же ж потеха, Харлоу! Неужто я ждал от тебя слишком многого?

– Тогда, что с ними вообще? Отвечай, король андалов! – раздались нестройные возгласы напряжённых железнорождённых, которые поняли, что толку от своего лидера в этом вопросе никогда не было и нет.

– Довольно, мерзавцы. – одной лишь фразой и громким извлечением сотен клинков из гвардейских ножен заставил умолкнуть весь гомон Гарденер. – Вы – лишь жалкая плесень на теле Вестероса. Одно я могу сказать точно – живыми вы их больше никогда не увидите. Как и света завтрашнего дня. – нахмурился Гарденер, делая шаг вперёд, а за ним тоже самое решительно проделали и все остальные. Самая настоящая живая бело-изумрудного цвета волна прошлась по берегу и слитый топот латных шагов эхом раздался на всю округу.

– Ха, в этом ты прав, зеленокровный. – раздался голос единственного спокойного в данный момент человека, а именно – Эурона. В то время, как все его воины и подчинённые уже сами схватились за оружие, а массивный дракон как по команде расправил свои перепончатые крылья. – Сегодня в живых останется только один из нас. Один король. И один бог. Сам знаешь какой. – хищно оскалился железнорождённый, чтобы затем произнести одну единственную фразу. – Дракарис, чтоб тебя! – практически рявкнул в звенящей тишине Вороний Глаз, в тот же момент извлекая свой собственный меч из ножен. Получив приказание, дракон немедленно встал во весь рост надувая всеобъемлющие лёгкие. Под тёмной чешуёй засветились отголоски пламени.

– Не в этой жизни, отродье! – чуть ли не быстрее, чем был отдан приказ вскричал Гарденер, взывая к подготовленному заранее способу отражения подобной атаки.

Десятки громадных корней стремительно выросли по кругу от дракона, готовые пронзить его на месте, подобно гигантскому охотничьему капкану. Однако зверюга оказалась на диво прозорливой и быстрой для своих размеров, а от того смогла уйти от атаки в самый последний момент, всего лишь одним взмахом набрав приличную высоту. При этом ни крыльями, ни своими лёгкими тварь останавливаться не собиралась, неумолимо планируя закончить начатое.

– Рад был поболтать, перед вашей кончиной. Обещаю утопить то, что останется от ваших останков в знак уважения. А впрочем, нет. Чтобы ты снова не восстал. – усмехнулся Эурон, стоя под защитой уже своих воинов и на достаточном отдалении от места поражения драконьим огнём. В его глазах до победы оставалось только руку протянуть. И многие сейчас считали также.

– Не спеши, король отребья. Наша битва только начинается. – стойко глядя прямо в глаза свирепому чудищу из легенд проговорил Эдмунд, стоя в окружении нескольких сотен гвардейцев, защищавших его тело в круговой плотной формации.

И Гарденер не соврал. Причём ни капли. Всё случилось секунду в секунду, ведь стоило твари начать открывать пасть, как с возвышенности почти громогласный решительный крик.

– Отпускай! – и в тот же момент несколько десятков снарядов со страшной скоростью устремились в сторону реликтовой твари, знаменуя начало сражения. Начало битвы у Гибельной крепости. Битвы Чёрного Ока и Белой Длани.

Глава 107. Битва у Гибельной крепости. Часть 2.

Дрогон не раздумывал слишком долго. Задержись он на месте хоть на мгновение и быть ему мёртвым. Зверь понимал это отчётливо благодаря инстинктом, и даже затуманенное древним артефактом сознание не позволило тому размениваться собственной жизнью. Тварь дрогнула и огонь его чрева затух, спасая королевскую гвардию и самого Гарденера от участи быть поджаренными до хрустящей корочки. Точный расчёт Эдмунда позволил выиграть время и нивелировать единственное преимущество железнорождённых в этом сражении. Заставить набрать высоту, задержаться на месте, а после пригвоздить к стене. Довольно сложно, но вместе с тем легко, если знать паттерн поведения дракона. Благо опыта в данном случае у монарха было хоть отбавляй, не в пример больше, чем у кого бы то ни было. Что и позволило разыграть партию как по нотам.

Однако, легко убить тварь в любом случае не получилось. Ведомый инстинктами собственного тела Дрогон пусть и с трудом, но смог избежать попадания, устремляя в сторону и всё дальше ввысь. И всё же драконобой не получил бы такое название будь всё так просто. В небесах началась самая настоящая погоня. Массивные стрелы летели вслед за чудовищем одна за одной, не давая тому и шанса на передышку. Тем временем инженеры и наводчики военных машин готовились ко второму залпу, если, конечно, первый так и не достигнет своей цели. Ничего другого для них сейчас не существовало. Им был дан чёткий приказ – приземлить тварь обратно и заставить её уснуть мёртвым сном навеки вечные.

К слову, пускай в пылу начавшегося конфликта это и не было заметно, но снаряды вылетали из драконобоев с небольшой задержкой, буквально в одну секунду, и не спроста, пускай это и не повлияло на исход событий. Причина же этого крылось в самой особенности снарядов, что могли угнаться не только за драконом, но и за своими братьями, ведь те тоже являлись носителями частицы драконьего естества. Проблему эту обнаружили весьма быстро, нивелировав её как раз таки задержкой. Проще говоря, только первая стрела гналась за тварью, а вот все остальные уже за своей предшественницей. Впрочем, от сбоев никто застрахован не был, а потому, вот как сейчас, две стрелы практически аннигилировали друг друга взрывом щепок.

– За короля! Мы – длань богов! – раздался над всем берегом сражения извечный боевой клич андальских воинов, бросившихся на первую группу железнорождённых, состоящих в свите Эурона на время переговоров.

– То, что мертво, умереть не может! – ответили им тем же пираты и бывшие лорды не столь уж и далёкого от места сражения архипелага.

И всё же сражение пару сотен человек стенка на стенку точно не входило в планы ни одной из сторон. Конечно, произошедшие события немного выбили всех из колеи, но правда не совсем надолго. Как только начало битвы стало положено к берегу двинулись и остальные корабли железнорождённых, несущие на себе десант из многих тысяч человек, набранных, как на родном архипелаге, так и со всех концов Эссоса. В общем даже без дракона у Вороньего Глаза было, чем ответить врагам на суше, и он этого никогда не скрывал. Многим в тот момент могло показаться, что железнорождённые попросту не успеют добраться до берега вовремя, но вот сторонний наблюдатель, пожалуй, мог видеть картину целиком и причём весьма чётко. В данный момент с точки зрения расстояния и времени андалы и пираты находились в равном положении. Одним нужно было десантироваться, а другим преодолеть довольно высокий крутой спуск, что также занимало не мало времени. Как уже было сказано – не всегда возвышенность была преимуществом, а только тогда, когда приходилось обороняться. По крайней мере в это время и в этом месте.

– Хорошо сыграно, как для зеленокровного царька. – заявил Эурон, который не спешил вливаться в ряды собственного воинства.

Вороний Глаз мог показаться в своём поведении рисковым и беспечным, но тогда бы он никогда не смог дожить до своего возраста и совершить то, что совершил. Нет, взгляд единственного открытого глаза сейчас внимательно оглядывал место сражения и столкнувшихся в схватке воинов противоборствующих сторон. Ко всему прочему он также держал в поле зрения и упомянутого андальского монарха, застывшего в окружении десятков гвардейцев и занимающегося, на удивление, тем же, что и он.

– Это место станет твоей могилой, Грейджой. – произнёс Гарденер, тщательно выжидая момент для атаки, а может быть и банального вмешательства. Пока что всё шло ровно так, как он и задумал, а это значило, что следующим кому предстояло сделать свой ход был его главнокомандующий.

– Вперёд! Отправим же их обратно в море! – как по нотам услышал король звучный голос Клетчатого Льва, возглавляющего кавалерию. И даже звуки битвы не могли заглушить его голос, а также последовавшие за этим звуки громогласных боевых труб.

– Вот же ж, сукин сын! Ха-ха-ха! – истерично и весьма весело рассмеялся Эурон, совсем недолго считая всадников самоубийцами, понёсшимися в сторону верной смерти в виде крутого склона холма. Однако мнение Грейджоя поменялось также круто, каким и был несчастный спуск, что превратился в пологий под влиянием десятков, если не сотен крепких корней, полностью меняя весь расклад развернувшегося сражения. – Теперь я понимаю, почему этого ублюдка боятся на суше подобно морскому дьяволу!

– Тот, кто контролирует ландшафт, контролирует и ход сражения. – отметил Гарденер, ни к кому конкретно не обращаясь. Этому король научился на горьком опыте восточной кампании и уже никогда не забудет этот болезненный урок, стоивший ему и его армии немало крови и людских потерь. Собственно, на этом моменте на судьбе пиратов и можно было ставить жирный крест, если бы не случившееся далее.

– Однако и у меня есть, чем ответить, Гарденер. – остро взглянул на самые дальние ряды собственного флота Грейджой, который и сам был не прочь удивить своего противника. В тот же момент с протяжным шумом на искусственный мост и окрестности берега обрушились удары снарядов. И снарядов весьма непростых. – Интересные вещицы. Не зря они подпортили моим людям нервы во время взятия Ланниспорта. – довольно усмехнулся Вороний Глаз, когда одна из бочек с буйноростом угодила прямо под копыта первых рядов кавалерийского авангарда.

Живые растения за считанные секунды пожрали с десяток лошадей и их всадников, преграждая дорогу и всем остальным, практически полностью перекрывая атаку андалов и их подкрепление. В конце концов всадники под командованием Клетчатого Льва ожидали применения собственного же оружия в самую последнюю очередь, а потому даже и не знали, как на это реагировать, полностью растерявшись. Несомненно, упустить подобное оружие Грейджой никак не мог, а потому выгреб из покинутого и разграбленного города всё, что только мог, дабы попридержать его для самого ответственного момента. Этого момента.

– Ублюдок. – довольно спокойно выругался Эдмунд, когда понял, что весь план был бит его же собственной картой.

Сделав глубокий вдох, король андалов сосредоточился на окружении, едва не словив сенсорный шок, но лишь для того, чтобы взять под контроль атакующие их бочки с буйноростом и живые уже выросшие растения. Бочки стали взрываться буквально на лету, а растения шипели и медленно отступали от андалов. Однако урон уже был нанесён и при этом весьма критический, лишая их всякого преимущества, как во времени, так и в живой силе. Ведь совсем скоро к берегу предстали новые галеи, увеличивая разрыв между гвардией и железнорождёнными почти на тысячу человек.

– Вот это уже дело, теперь можно и побуянить. – самодовольно усмехнулся Грейджой, уже предвкушая свою победу. В конце концов теперь за его спиной было неоспоримое преимущество, и дело, на его взгляд, оставалось за малым – обезглавить вражеского короля и добиться безоговорочной виктории. – За мной, ублюдки! За голову зеленокровного царька оплата золотом в целую галею! – простимулировал, как воинов, так и бывших наёмников всех цветов и расцветок Эурон, устремляясь к вражеским рядам, стоящим насмерть.

***

– Мразь оскоплённая. – прошипела Аша Грейджой, когда смогла очнуться от ступора и понять, что «любимый дядюшка» собирался сжечь её вместе со всеми андалами.

Впрочем, ничего другого от ублюдка, который насиловал собственных младших братьев ожидать и не стоило. Положение на поле боя менялось стремительно и, к счастью, о послушнице как-то все успели и позабыть. Конечно, вступившие в бой гвардейцы всё ещё держали её в поле зрения, но только лишь затем, чтобы не затоптать и не зарубить её в пылу сражения. Следить за ней и уж тем более защищать никто не собирался. Вот они, хвалённые рыцари, дававшие обет Семерым, а как дело дошло до неё, пленённой родственницы врага, так сразу слепыми и глухими стали. Что же, ей же лучше.

Главное сейчас – воспользоваться суматохой и бежать куда глаза глядят, не оглядываясь. Если всё выгорит, то в ближайшем городе можно будет устроиться матросом на торговое судно до Вольных городов, благо комплекция позволяла, и уже там начать жизнь с чистого лица, вдали от осточертевшего Вестероса и всяких святош. Конечно, ей бы в пору бежать к «своим», но встреча с проклятым Эуроном расставила всё на свои места. Нет и не будет у неё никаких «своих» пока был жив этот урод, а потому выбор для Аши был ясен, как никогда.

Полностью обдумав все варианты, Аша поползла, причём буквально. Меж ногами и зазорами среди гвардейского строя к своей свободе. Свободе от всяких королей, их войн и интриг. Туда, где можно было жить так, как ей заблагорассудится. И всё же трудностей на этом пути было хоть отбавляй. Вшивая сутана послушницы так и норовила зацепиться за что-нибудь или вовсе застрять. Благо никакого пиетета к своему ненавистному одеянию единственная дочь Бейлона Грейджоя не испытывала, а потому без зазрения совести рвала её на лоскуты и мазала в грязи и пыли, а порой даже в крови.

Ей бы оружие найти, да только вот королевские гвардейцы совсем не торопились на тот свет, даже под давлением куда более многочисленных на данный момент железнорождённых. А всё из-за святой воды, что была способна в считанные мгновения излечить любые несмертельные ранения. Ещё одна придумка ненавистного андальского короля, который благодаря ей снискал славу самого настоящего святого среди черни, которым посчастливилось самим прикоснуться к чудодейственной жидкости. Не ненавидь Аша этого мужлана так сильно, то может быть и искренне зауважала за появление столь спасительно вещи. Но, похоже, в этой жизни этого так и не случиться.

– Сестра Аша, – раздался за спиной до боли знакомый голос её духовного наставника. Хотя какой там. Надсмотрщика, приставленного к ней после того, как её вызвали в Кастамере из женского просторского септария. – Не слишком ли далёко вы забрались? – спросил её жрец и был во многом прав, ведь той осталось проползти ещё буквально каких-то пару метров, чтобы выбраться из окружения гвардейского строя.

– Заткнись, старик. Как же ты меня достал. – обернулась Аша к септону Иану, что стоял во весь рост и смотрел на неё крайне уставшими и печальными глазами сверху вниз. – Я больше не собираюсь слушать твои садистские нравоучения. Я сбегу прямо сейчас и только посмей меня остановить. Сейчас как никогда хорошая возможность выцарапать тебе глаза и перегрызть глотку. И уж поверь – у меня на это сил хватит. – предупредила надсмотрщика послушница, надеясь, что за неимением альтернатив старик будет вынужден оставить её в покое и дать уйти.

– Боюсь остановить я тебя действительно не в силах, сестра Аша. Однако и отпустить не могу. – склонил покаянно голову септон Иан, вызывая своими двуличными манерами лишь раздражение со стороны девушки.

– Лучше возьмись за мою руку, сестра. Негоже тебе ползти словно червю, а не человеку. – протянул свою старческую ладонь в её сторону жрец, пытаясь таким образом помочь ей подняться.

– Да, пошёл ты, старик. Раз не собираешься меня останавливать, то катись отсюда, а не то зарубят тебя, как тварь последнюю. – отмахнулась от руки жреца Аша, вместо этого бесцеремонно схватившись за бедро одного из гвардейцев, благодаря чему и встала обратно на ноги. В любом случае до свободы ей оставалось рукой подать, а сами гвардейцы лишь мазнули по ней взглядом, чтобы затем и дальше продолжить поддерживать передовые ряды гвардейского ордена.

– Ох, сестра Аша, как бы мне хотелось донести до тебя слово Семерых, но, как и его величество, я вижу – все попытки сделать это тщетны. – ненадолго прикрыл глаза жрец, словно молясь, а затем и вовсе скрыл руки в рукавах своей рясы, будто бы те устали или же замёрзли. – Мне так жаль, сестра. Уверен тебя ждёт лучшая доля.

– Хорошо сказано, старик. Быть может ты и не так плох, как мне казалось. Не помри тут. – махнула рукой Аша, лишь бы поскорее отвязаться от септона и убраться с поля боя прочь. Как вдруг обнаружила крепкий захват старческих рук на своих плечах, а потому остановилась как вкопанная. – Ты, что это делаешь, а? – подозрительно спросила послушница, готовясь как следует ударить ногой по старческим причиндалам.

– Прощай, сестра. Я буду молиться за тебя. – ослабла одна из рук священника, а потому Грейджой резонно решила будто бы таким образом жрец с ней прощается и совсем немного, но расслабилась.