Текст книги "Ашерон (ЛП)"

Автор книги: Шеррилин Кеньон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 43 (всего у книги 50 страниц)

– Сначала, мы должны подготовить твое тело ко мне.

– Но я и так готова.

Ашерон засмеялся от ее столь сильного желания. Все его тело горело, Эш засунул свой большой палец в нее. Она прикусила губу и дернулась в ответ на его прикосновения.

– Ты вся влажная. – Ашерон опустил голову, чтобы уже языком продолжить начатое и сделать ее еще более скользкой.

Тори развела ноги еще шире, чтобы суметь почувствовать его, как можно больше.

– Ты убиваешь меня, Ашерон.

– Терпение, любимая, терпение. – Он проник еще одним пальцем в нее.

Ее затрясло в ответ на то, когда его язык обволакивать и дразнить Тори. За первым пальцем последовал еще один. Ашерон потерся щекой о нее.

– Кончи для меня, Сотерия. Я хочу попробовать тебя.

Когда он снова вернулся к ней, Тори ничего не оставалось, как подчиниться ему. Ее оргазм разлился по ее телу и длился столько, пока Тори не стала думать, что сейчас вот-вот умрет от него. Волна за волной блаженство накрывало Сотерию, но Ашерон все еще не проникал в нее.

Вместо этого он перевернул ее на живот. Прежде чем она успела спросить о его намерениях, как Ашерон начал делать ей массаж. Но не просто обычный массаж, а тот, который расслабляет каждую связку и все мышцы тела.

– Я не хочу, чтобы ты была напряженной. – Стал объяснять он голосом с его сильным мелодичным акцентом.

– О, поверь мне, я совсем мягкая.

Его глубокий смех заполнил ее уши прежде, чем он снова проник в нее пальцами. Эш прикусил губу, когда его боль усилилась, потому, как сильно он хотел оказаться в ее теле. Она стала еще более влажной сейчас. Еще один оргазм и он сможет войти в нее без особой боли.

Снова прильнув к Тори, Эш укусил ее легонько за ягодицы.

Сотерия охнула от приятной боли, после чего его рука все глубже погружалась в ее впадинку, а сам Эш целовал ее в это время в копчик.

Ашерон поднял ее прозрачную комбинацию до самых плеч своим лицом, а его руки все также и продолжали творить волшебство с ее телом. Затем Эш передвинул свою руку так, чтобы его член смог тереться о нее, но при этом все еще не проникая. Она охнула от такого ощущения, пока Ашерон передвигал свои руки, чтобы обхватить ее груди.

Это было выше ее сил.

Прежде чем Тори смогла вздохнуть, ее тело снова выплеснуло волну наслаждения.

На этот раз, Ашерон вошел глубоко в ее тело, и ее оргазм возрос.

Тори застонала от незнакомого ощущения его тела в ней.

Плотность лишь сделала ее оргазм интенсивнее. Тори закричала от ослепляющего удовольствия. С пересохшим горлом Эш не шевелился, почувствовав, что ее тело все еще отталкивает его. Ашерону понадобилась вся его сила воли, чтобы не начать делать резких толчков, потому как время еще не совсем пришло. Тело Тори все еще растягивалось, чтобы принять его.

– Ты в порядке?

– Ты шутишь? – Она придвинулась дальше к основанию его члена. Эш охнул, когда удовольствие почти победило его контроль над собой. – Я все правильно делаю?

– Да. – Выдохнул Ашерон, закрыв при этом плотно свои глаза, когда его тело затряслось.

Тори качнула себя еще сильнее.

– Стоп! – Закричал Ашерон.

Сотерия замерла, испугавшись, что сделала ему больно.

– Что-то не так?

Эш вышел из нее и перекатился на спину, чтобы видеть Тори. Он убрал волосы с ее лица прежде, чем погладил ее нижнюю губу подушечкой своего большого пальца.

– Я хочу кончить, смотря на тебя. – Она поцеловала его, когда Ашерон посадил ее на себя. Тори обхватила его бедра, пока они целовались. Эш провел рукой по ее спине, пока не дотронулся до самого себя, чтобы направить свой ствол обратно в нее.

Они охнули в унисон, когда Тори утопила себя на нем. Как только она сделала это, у Эша в голове понеслись ее шепчущие мысли.

Все ли я делаю правильно? Надеюсь, что он не разочарован. Почему я не могу заниматься этим в очках, тогда бы я по крайней мере могла лучше его видеть? Пожалуйста, не разочаровывайся во мне, Ашерон.

Эти сомнения разорвали его. А их искренность и тревога о нем привели к тому, что у него на глазах появились слезы.

– Ты прекрасна, Тори. Просто идеальна. – Она приостановилась и покосилась на него.

– Правда?

– Да. – Выдохнул он, Опускаясь ниже, чтобы погладить ее, пока Тори медленно и легонько двигалась на нем.

У Ашерона сперло дыхание. Нежность Тори преуспела в том, что не могли сделать даже побои.

Одна маленькая слеза покатилась из уголка его правого глаза. Закрыв глаза, Ашерон капитулировал перед Тори. В данный момент, она владела им, как никто другой раньше.

Нет, не так, это не она владела им.

Ашерон сам отдал себя ей, и впервые в жизни, он понял разницу. Эш понял, что значит заниматься любовью. Делить свое тело с кем-то не из-за обязательств или страха, а потому что это сближает людей. В эту секунду он был ее, а она его.

Тори загорелась, когда почувствовала Эша так глубоко. Всю свою жизнь она представляла, как это будет у нее в первый раз. Но ее мечты не имели ничего общего с реальностью. Ничего не могло сравниться с красотой ощущения сдержанной силы Эша, который лежал под ней. Он был таким сильным и свирепым, и в тоже время очень нежным. Как же она хотела раствориться в нем. или еще лучше обернуть собой Ашерона и укрывать его от всяческого зла навеки.

Если бы он только позволил ей.

Эш обхватил ее лицо руками и страстно поцеловал за мгновение до того, как разрядиться с такой силой, что он даже временно едва не лишился чувств. Зарычав, он откинулся назад и посмотрел в глаза Тори, вкушая свой первый настоящий взрыв наслаждения в жизни.

А потом последовал такой необъятный страх, что даже его сердце замерло. Сейчас, когда они закончили, как она будет реагировать? Вышвырнет ли она его вон? Будет плакать и кричать?

А может просто ударит? Или начнет проклинать?

Ашерон затаил дыхание в ожидании.

Улыбнувшись, Тори прильнула к его груди и улеглась там, как котенок, а их тела были все еще соединены. Она глубоко вздохнула, когда стала гладить его руку и плечо.

– Это было даже лучше, чем я могла мечтать. – Эш моргнул, все еще ожидая худшего.

– И ты не злишься на меня?

– С чего бы? – Она взяла его руку и поднесла к своим губам, чтобы прикусить его костяшки пальцев. Ашерон расслабился, когда осознал, что Тори не была расстроена и не злилась на него за то, что они только что здесь вытворяли. И чем больше он расслаблялся, тем больше ему нравилось ощущать ее обнаженное тело на нем.

– Я бы мог так лежать всю свою жизнь.

– Это было бы просто прекрасно, не так ли? – Ашерон кивнул, придвинув свою голову поближе к ее и стал вдыхать аромат ее волос. К сожалению, он почувствовал, как выскальзывает из нее. Черт!

– Мне лучше позаботиться об этом. – Он неохотно положил ее на бок, чтобы снять презерватив.

Тори наблюдала за тем, как Ашерон вылез из кровати. Ненавидя тот факт, что не может толком видеть его, Тори потянулась за своими очками, она открыла бутылку Спрайта и сделала глоток.

Эш вернулся с влажными салфетками для Тори.

– Прости, тут такой беспорядок. – Она провела пальцами по его губам.

– А мне нравится. И вообще, я думаю, что ты просто прекрасен на вкус. – Тори обменяла свой напиток на его салфетки.

Эш никогда раньше не пробовал лимонад раньше. Из любопытства, он отпил немного и был очень удивлен его резкой кислотой.

– Ух ты, а это очень даже ничего.

– Ты что никогда не пробовал спрайт раньше?

– Нет. – Тори закатила глаза и протерла себя.

– Ах да, ты же у нас пивная душа.

Эш ничего не ответил, сделав еще один огромный глоток лимонада. Он нахмурился, почувствовав легкое головокружение. Если бы Эш не знал, то решил бы, что у него загудело в голове. Но это было невозможно. Будучи богом, он не мог опьянеть. А если бы и мог, то в лимонаде не было ни капли алкоголя.

Тори нахмурилась, когда увидела, как Ашерон выпил бутылку спрайта за один присест.

– Эш?

– Есть еще? – Он вел себя очень странно. Как будто был пьян.

– В холодильнике должна быть еще одна бутылка. – Ашерон облизал губы и взял ее щеку своей рукой.

– А ты знаешь, что ты очень красива для человека?

– А кем еще я могу быть? – Он засмеялся прежде, чем поцеловать ее.

– Ты могла бы быть богиней, но ты не слишком стервозная для этого. А с другой стороны, Катра же не сука. Она также прекрасна, как и ты. – Ашерон вздернул голову, как будто еще одна случайная мысль пришла ему в голову. – Скоро мне нужно будет повидаться с моей дочерью. Она вот-вот станет мамой. Девочка будет похожа и не похожа на нее. Это будет ее малышка, только обладающая чуть большей силой. Хотя, я очень надеюсь, что она возьмет больше от своего отца, а не от мамы, и не станет богиней разрушения. Нас и так слишком много развелось. Нам нужно больше тех, кто добрый по своей природе.

Тори была абсолютна сбита с толку его бормотанием, которое было наполовину греческим, а наполовину на английском языке.

– О чем черт подери ты сейчас говоришь? – Это было невозможным, чтобы у него была дочь, которая могла бы родить ребенка. Ашерон не был настолько стар. – Ты сейчас разыгрываешь меня, Эш? – Он ущипнул ее за грудь.

– Я только что сделал это, Сотерия, и мне это понравилось, как ничто другое на этом свете. Где же это питье? – Она протянула ему еще бутылку.

– Ты что пьян?

– Я чувствую себя пьяным. – Он посмотрел на нее и широко улыбнулся. – Я пьян от твоей красоты. Посмотри, что ты со мной сделала, смертная. – Ашерон отпил спрайта, отставил бутылку в сторону и потянулся к ней. – Дотронься до меня, Сотерия. Я чувствую себя таким чистым и целым, когда ты прикасаешься ко мне.

Эш провел ее рукой себе по груди, впиваясь ее ногтями себе в сосок. И когда он так сделал, Тори увидела, как на нем появился шрам, который начинался у горла и длился до самого пупка. Еще один шрам, отпечаток руки, возник у него на горле, а волосы на всем его теле изменились с черных на белокурые.

– Эш?

Его глаза стали темными, а потом кроваво-красными.

Испугавшись, Тори вскочила и побежала к двери.

Каким-то непостежимыы образом Эш оказался перед ней.

– И куда это ты собралась?

Напуганная и неуверенная в нем, Тори пролепетала.

– Да кто ты такой?

– Я бог, Сотерия. Последний из Атлантского пантеона.

Глава 75

Напуганная, Тори отскочила от него, когда эти слова дошли до нее. Он был явно не в себе… а Тори находилась в звуконепроницаемой комнате обнаженная да еще и с психом.

Боже милостивый!

– Хорошо. – Сказала она, растягивая слово, чтобы успеть придумать какой-нибудь способ добраться до двери, которая находилась за ним, и безопасно покинуть комнату прежде, чем он убьет ее. – Давай успокоимся. Могу я получить назад нормального обычного Эша назад?

Он взглянул так, как будто ее слова обидели его.

– Не бойся меня, Тори. Я хотел сказать тебе, что я бог, но не знал как.

Закрыв глаза, он съехал по двери и уселся на полу, плотно прижав свои ноги к груди. Этот жест напомнил ей о маленьком мальчике, которого отослали в комнату за то, что он не делал.

– Я знал, что не понравлюсь тебе, если ты узнаешь правду. Впрочем никому я и не нравился, когда они все узнавали обо мне. – Ашерон посмотрел на нее и его глаза снова стали того головокружительного серебряного цвета. – "Его будут звать Ашероном. В честь реки скорби. Как и сама река подземного царства, его путешествие будет темным, долгим и изнурительным. Он будет способен давать жизнь и забирать ее. Он будет идти по жизни одиноким и всеми покинутым – в поисках доброты, будет находить жестокость. Пусть смилостивятся над тобой боги, малыш. Ибо никто больше не будет на это способен".

Тори нахмурилась, когда он процитировал нечто, что очевидно было для него источником невероятной боли.

– Откуда этот отрывок?

Желваки заходили у него на лице, а щеки подернулись румянцем. И как умалишенные могут быть такими красавцами?

– Это произнесла жрица надо мной, когда я родился в реальности смертных как проклятый бог, потому как мой отец хотел, чтобы моя мама убила меня и предотвратила падение всего нашего пантеона. – Он отвел взгляд. – Лучше бы она послушалась его… Ты и представить себе не можешь, каково это быть одиноким в мире, когда вокруг тебя толпы людей. Все замечают меня, но никто толком не знает. – Он повесил голову на руки. – Я не должен был никогда к тебе прикасаться. Что же я наделал? Я буду расплачиваться за эту ночь всю отведенную мне вечность.

Страдание в его голосе просто пронзили Тори насквозь. Сотерия медленно подошла к нему.

– Если ты действительно древний бог, докажи это мне. Сделай так, чтобы я ясно все видела без очков.

Он все еще сидел, спрятав свое лицо в руках.

– Хорошо.

Едва слово слетело с его губ, как ее видимость затуманилась. Тори резко втянула воздух от боли. Сняв очки, она моргнула, а потом охнула, потому что все обрело резкость. Абсолютно все. Ее прозрачная комбинация превратилась в летящую шелковую сорочку, которая прилипала к телу и полностью его прикрывала. Не веря в это, она прошлась руками по холодной гладкой ткани и осмотрела комнату и вещи, которые всегда были для нее тенями. Теперь все было ясно и четко.

Каждая мелочь.

Это лишь означало, что ей нужно было сделать выбор. Или же он говорил правду, или же он был очень горячим человеком, который исцеляет верой, или они просто оба спятили.

Она выбрала вариант насчет правды, который объяснял гораздо больше, чем просто ее неожиданную способность видеть. Это объясняло его странные глаза и способность читать на языке, который не мог определить никто другой.

Встав на колени на пол рядом с ним, Тори осторожно подползла к нему, но готовая дать отпор в любой момент, если это понадобиться.

– Это ты спас меня от смерти, не так ли?

Он поднял голову и потянулся к маленькому шраму на ее предплечье, который был там с самого детства в результате несчастного случая с разбитой бутылкой. Когда Эш дотронулся до него, он вспыхнул, а затем исчез.

– Я прекрасно знаю, что не стоит вмешиваться в природный порядок, но я не мог позволить тебе умереть. Я не мог смотреть, как ты мучаешься.

– Почему ты это сделал?

Он поднес ее руку к своему лицу, чтобы она могла трогать его за щеку, пока он смотрел на нее. Его глаза и боль, которая затаилась в них обожгли ее душу до самого основания.

– Потому что я не чувствую себя разбитым, когда ты смотришь на меня.

От этих слов у нее на глаза навернулись слезы.

– Как ты вообще можешь чувствовать себя разбитым?

Ашерон потерся лицом о ее ладонь и когда снова заговорил, его дыхание опалило ей кожу. Но его слова просто выжгли ее сердце.

– Меня разрушили еще ребенком и выбросили, как кусок мусора, который никому не был нужен. Но ты не обращаешься со мной так. Ты видишь во мне человека и тебе удалось тронуть эту часть во мне. Ты заставляешь меня чувствовать себя целым и желанным. – Тори прижала его к себе и обняла так крепко, когда наконец ее слезы нашли вход. – Я люблю, когда ты обнимаешь меня. – Прошептал он ей в плечо.

Тори прислонилась щекой к его макушке.

– Зачем ты приехал в Нэшвилль?

– Он перестал двигаться в ее объятиях, а потом заговорил на языке, который Тори не могла понять.

– Я не знаю, что ты сейчас говоришь, Эш.

Он откинулся назад и обхватил ее лицо руками так, что она смогла увидеть ярость в его глазах и как краснота прошлась по ним.

– Никто не может знать об Атлантиде. Они не должны узнать обо мне, Сотерия. Никто и никогда не должен знать, кем я был там, и кто я такой сейчас. Я не хочу причинять тебе боль, но не позволю, чтобы ты разоблачила меня. Никогда. – Ашерон прорычал последнее слова сквозь зубы.

Одновременно дрожь страха и злобы прошли через нее.

– Это ты убил моих родителей, когда они подобрались слишком близко? – Он отрицательно покачал головой.

– Мне не нравиться забирать человеческие жизни. Они и так слишком короткие. Даймоны, демоны, бессмертные и боги… вот это уже другое дело. Но я не трогаю людей, если можно этого избежать. Я никогда не причиню им того, что причинили мне.

– А что тебе причинили?

Он скривился и отстранился. Ашерон попытался встать, потом зашатался и упал снова на пол. Его выражение лица говорило о том, что Ашерон был совершенно сбит с толку. И в эту минуту Эш напоминал Тори мальчика, и уж никак не могущественного бога.

– Да что со мной такое?

– Думаю, что ты пьян. – Казалось, что он выпил немерянно спиртного.

– Да, я пьян, но не могу понять почему. – Он начал укладываться на полу.

Тори подхватила Эша.

– Нам нужно уложить тебя в кровать. Давай, милый, помоги же мне затянуть тебя туда.

Его волосы снова стали черными, а потом в них появилась темно– зеленая лента в черную полоску, пока она тащила его к кровати. Кольцо в его носу исчезло и даже испарилось место прокола, такое ощущение, что его там никогда и не было. Она помогла ему улечься и прикрыла одеялом. Когда Эш закрыл глаза, то Тори вдруг кое-что поняла.

Впервые, она смотрела на него настоящего. Ашерон был абсолютно обнажен и представал перед ней, как на ладони. И разговор шел вовсе не о его теле. Эш больше не выставлял защиту от нее. Ни очков, ни пирсинга, за которыми можно было бы спрятаться. Он был абсолютно уязвим перед ней и что-то подсказывало Тори, что таким его еще никто не видел.

Она гладила его грудь, когда еще одна неожиданная мысль пришла ей в голову. Ашерон был атлантцем.

Атлантцем…

Он знал каждый секрет, на который она потратила всю свою жизнь, чтобы узнать. Боже милостивый, я прикасаюсь к тому, кто живет уже тысячи лет. Она едва могла это представить. Ашерону довелось увидеть каждую культуру, которая когда-либо манила Тори.

– Эш?

– М– м– м?

– На что была похожа Атлантида? – Он тяжело вздохнул.

– Она была убогой, и в тоже время прекрасной.

– А ты можешь мне показать ее?

Эш проснулся с самой ужасной болью, пульсирующей у него в голове, которую мог только представить. На одну малюсенькую секундочку, он даже подумал, что снова был человеком, который проснулся после ночи безудержного пьянства и наркотиков.

Но все это было тысячи жизней назад.

Поморгав, он открыл глаза и обнаружил себя обнаженным в постели и Тори, сидящую на полу. Она уставилась на него с таким видом, как будто была в шоке от того, что какой-то странный шум, вроде ритмичной музыки, раздавался внизу.

– Что-то не так? – Спросил он сухим и скрипящим голосом. Она скривила лицо в ухмылке.

– Растолкуй мне фразу – что-то не так. – Эш провел рукой по лицу.

– Ты что, била меня молотком, пока я спал?

– Нет.

– Тогда почему я так себя чувствую? – Она все еще сидела, не шевелясь на своем островке на полу.

– Очевидно, ты перебрал со спрайтом, приятель.

– Что?.. – Она указала на две пустые зеленые пластиковые бутылки на ночном столике.

– А ты знал, что когда ты напиваешься, она тоже пьянеет?

– Она? – Тори указала туда, откуда доносился странный звук, который Эш слышал, но не придавал ему никакого значения.

Он посмотрел туда и увидел Сими, лежащую на полу под телевизором и упершись ногами в стенку. Она спала на спине и храпела. Это и так все выглядело паршиво, а тот факт, что она была в своей демонической форме, с рогами, хвостом и крыльями, вообще заставил его желудок свернуться в трубочку.

Что же он наделал?

А потом его взгляд упал на трехмерную голограмму на полу, которая прекрасно отображала Атлантиду. Там даже были крошечные человечки, которые двигались по округе, как в каком– то черно– белом фильме…

Вот дерьмо. Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.

Только это приходило ему в голову, когда недоверие переполнило его. Тори медленно поднялась и сложила руки на груди. Прищурившись, она подошла к кровати.

– Ты не помнишь ничего о прошлой ночи, не так ли?

– Я помню нас… – Он посмотрел вниз и увидел кровь на простынях, которая слегка прояснила его память. Они переспали. Воспоминание о ее прикосновении отпечаталось у него в мозгу и на коже.

– Но спрайт ты уже не помнишь? – Он покачал головой.

– Интересно. – Ашерон не знал, почему это единственное слово напугало его, но так оно и было.

– Интересно? – Она кивнула.

– Ты очень привлекательный пьяница, а еще просто находка для шпиона? – Он почувствовал, как кровь отлила от лица.

– Насколько я болтлив?

– Очень… Апостолос.

Эш сел и чуть не умер от того, что мог рассказать ей. Пожалуйста, боги, пожалуйста… Безусловно он не рассказал ей, кем был раньше. Безусловно, он не мог быть настолько глуп, чтобы потерять единственного человека, которого он так долго искал и который не видит в нем шлюху. И лишь тогда он осознал, что Тори была без очков.

– Я что…

– Исправил мое зрение? Да. А потом ты вызвал своего демона и вы стали драться за право повести меня в Атлантиду. Это Сими создала эту карту на полу и поэтому мы остались здесь, потому что она сказала, что пока вы оба пьяные, нам опасно там появляться, так как ты можешь уничтожить ее, не дав такого шанса своей матери. А потом ты уменьшил меня до размеров игрушки и таскал меня по всем улицам города, рассказывая о каждом здании, находившемся на них. И так происходило до тех пор, пока вы оба не отключились. К счастью, когда это произошло, я стала своего собственного размера.

Его желудок все еще выделывал кульбиты.

– Так кто-нибудь из нас отвел тебя физически в Атлантиду?

– Я бы ответила тебе да, чтобы ты попотел. Но Сими выиграла это сражение и мы остались здесь.

Ашерон облегченно вздохнул и обрадовался, что все же послушался своего демона. Спасибо богам, что есть небольшие услуги. Но это не меняло того факта, что он все-таки раскрылся перед Тори. Полностью. Совсем. Черт побери. Он сглотнул и встретился с ее неморгающем взглядом.

– Ты злишься на меня?

– Я в ярости. Это да. Но я могу понять твою ложь. Я имею ввиду, что и правда, кто поверит в то, что этот горячий двадцатиоднолетний парень-гот с бычьим кольцом в носу, таскающийся с черным рюкзаком, является ни кем иным, как одиннадцати тысячелетним всемогущим богом, который путешествует в компании с демоном? Ничего не упустила? Это по крайней мере нелепо.

Эш содрогнулся, когда все его секреты потоком слетели с ее языка.

– Кстати, а ты знаешь, что мы с тобой раньше встречались?

Он задумался. пытаясь вспомнить обстоятельства, при которых они познакомились, но так и не смог.

– Когда? – Она села на кровать рядом с ним.

– В 1988 году. Ты играл в шахматы с моим дедом в парке, когда у него случился сердечный приступ. Мне тогда было семь.

И тогда Эш все вспомнил до мельчайших подробностей. Тео только что походил конем и уже собрался забрать его королеву, когда схватился за грудь и застонал. Его крохотная внучка с большими карими глазами и спутанными каштановыми хвостиками подбежала к ним.

– Дедушка! Деда! – Не захотев, чтобы ребенок увидел смерть своего дедушки – если бы это была судьба Тео на тот день – он вызвал Сими, чтобы она присмотрела за девочкой пока сам Эш вызывал скорую. "Смотри за ней, Сими. Сделай ее счастливой и убедись, что у нее есть все, что ей нужно и хочется."

А потом Ашерон поехал с Тео, а Сими отвезла Сотерию назад в квартиру Тео, где они стали ожидать известий.

Как он мог забыть об этом?

Эш покачал головой и взглянул на нее, пока наконец не увидел милые черты той маленькой девочки в женщине, которая сидела перед ним.

– Я вспомнил.

– Знаешь, я тогда подумала, что ты и есть Билли Айдол.

А вот этого он не мог понять.

– Билли Айдол? Я совсем не похож на него и никогда не носил волосы торчком. – Она пожала плечами.

– Он был просто единственной рок-звездой. которую я знала, кто носил кожу, цепи и солнечные очки – все то, что было на тебе в тот день. У тебя также были длинные пурпурные волосы и кольцо в ухе. Позже, я всем рассказывала об этом парне-панке, который спас моего дедушку. Из-за того, что я так идеализировала тебя, Пэм и Ким подались в готы… иронично, не правда ли? – Она взглянула туда, где все еще спала Сими, упершись в стену. – Я вспомнила лишь тогда. когда увидела Сими снова прошлой ночью и все стало на свои места для меня.

Когда ее взгляд остановился на нем, интеллигентность и обвинение в нем заставили Эша съежиться.

– Именно ты вытащил моего деда из горящего дома, когда ему было семь лет, и вывез его из Греции. Это ты тот человек, который присматривал за ним на всем пути сюда и рассказывал дедуле истории об Атлантиде, которые он впоследствии передал моему отцу и дяде.

Ашерон сначала хотел все отрицать, но как он мог? Теперь ей было известно все.

– Да. – Она кивнула.

– Лишь поэтому я контролирую свою злость на тебя за то, что ты лгал мне и унизил на людях, когда я не делала ничего, кроме как пересказывала истории, которые ты сам же и поведал моему деду. Как я могу злиться на человека, который отбил атаку нацистов, чтобы спасти семилетнего мальчика из обломков его дома и этим спасти ему жизнь? Мой дедушка говорил, что ты перевязал ему глаза и нес его на руках несколько дней, пока вы не добрались до доков, где тебе пришлось подкупить всех и каждого, чтобы вывести его из страны. Он был так напуган и горевал о потере своей семьи. Единственной вещью, которая помогла ему не потерять рассудок, был глубокий голос Ашерона, повторявший, что все будет хорошо, что он больше не позволит ничему плохому случиться с ним, пока этот мужчина укачивал его и утирал слезы… и все это сделал ты. Ты был тем человеком, который нашел для него американскую семью, которая усыновила его, ты помог ему с деньгами на его первый деликатесный магазинчик, и ты был именно тем человеком, с которым он встречался всю свою жизнь в парке в воскресный полдень, чтобы поиграть в шахматы. – Она утерла слезы, от которых у самого Эша глаза стали на мокром месте. – Как же я могу тебя ненавидеть?

Эш отвернулся, когда все его эмоции сплелись в один клубок. Все остальные его ненавидели. Как он мог надеяться, что она хоть как-то от них отличалась? Тори сглотнула и посмотрела на Сими.

– Я столько раз говорила с ней по телефону и через электронные письма. Моя кузина Гири и я даже назвали экспедицию в честь нее – Проект Сими– потому как именно Сими помогла найти нам расположение Атлантиды.

Глаза Ашерона расширились от того, о чем он не имел ни малейшего понятия. Злоба вышла на первое место среди всех обуревавших его эмоций, при этом он безумно захотел задушить своего демона.

– Сими сделала что?

– То, что ты мне и приказал, акри. – Сказала Сими с пола прежде, чем громко зевнуть. Когда она снова заговорила, то ее голос идеально походил на его… – Смотри за ней, Сими. Сделай ее счастливой и убедись, что у нее есть все, что ей нужно и хочется. – Ее голос опять стал нормальным. – Именно это Сими и делала, акри. Лишь то, что ты сказал мне.

– Но имелся ввиду один день.

– Акри не уточнил этого для Сими. Ты сказал, сделай ее счастливой, именно это Сими и сделала. Если ты хочешь, чтобы я остановилась, акри, то должен мне так и сказать.

Эш запустил руки в волосы. когда понял. сколько боли он принес Тео, когда хотел всего лишь помочь мальчику – тем, что раскрыл себя и указал на расположение Атлантиды, даже сам об этом не подозревая. Черт подери.

– Я же знал, что лучше не связываться с людьми. Как же я мог быть таким глупым?

Тори прильнула к нему, ее лицо было таким милым и привлекательным, даже несмотря на то, что она являлась для него в данный момент величайшей угрозой.

– Ты не можешь жить постоянно отшельником, Эш… или лучше Ашерон, а может Апостолос? Я даже теперь не знаю, как тебя называть.

Зови меня своим…

Это была такая глупая идея. И он знал, что лучше не произносить этого вслух. Его душой и телом владела Артемида.

– Мне все равно, каким ты будешь пользоваться. Я откликаюсь на все.

– Но у тебя должны быть предпочтения.

– Только его мама, акра-Аполлими, зовет его Апостолосом. О– о– о, еще иногда этот мужчина– демон Джейден и Савитар, который всегда так мил с Сими. Он всегда приносит для Сими что-нибудь вкусненькое. Но думаю, что акри больше всего нравится Эш, потому как он представляется именно так, когда встречается с людьми. – Ашерон одарил ее сухим взглядом.

– Ну, спасибо, Сими.

– Не за что, акри. – Ответила Сими, не заметив сарказма Эша.

– А теперь у Сими раскалывается голова. Могу я поспать на тебе, где поудобнее, пока она не перестанет так сильно болеть? Мне больше не нравится пол. От него у Сими болят крылья.

Он распростер свои руки.

– Ну конечно ты можешь, Симики. – Улыбнувшись, она трансформировалась и полетела как черный туман на его тело, и на его плече появилась маленькая татуировка в виде дракона.

Тори прищурилась, увидев, как выглядит Сими.

– Теперь мне известен секрет все время меняющейся татуировки. У тебя есть еще сюрпризы для меня?

– Я полагаю, что все зависит от того, что еще я наговорил тебе прошлой ночью. Черт. В какой момент я вырубился?

– Ну с твоей точки зрения не слишком быстро. – Если бы он смог убрать тиски страха, которые сжимали его желудок, то даже рассмеялся бы от ее замечания. Но смог он лишь выдавить из себя нечто похожее на гримасу. – Ты говоришь обо всем этом на удивление позитивно.

Тори скрестила ноги под собой, прежде чем беззаботно пожать плечами.

– А что еще мне остается? Я имею ввиду то, что раньше мне не случалось иметь дело ни с чем подобным. Я не знакома ни с кем, кто встретил бы парня, который в последствии оказался богом со своим персональным демоном. Внутренние демоны, да, но вот татуировка, которая превращается в демона… нет. Определенно это уже слишком.

– Вообще– то это еще не вся правда. – Она моргнула.

– Что ты имеешь ввиду?

– Тебе следует поговорить со своей сестрой Гири. Ее муж, Арик, раньше был Онерой.

Тори сидела абсолютно тихо, потому что не могла поверить в то, что он ей только что сказал. Очень смешно с его стороны было полагать, что после всего услышанного ранее, она могла принять все, что угодно. После короткой паузы, она задала ему единственный вопрос.

– Арик был греческим богом сна? – Он кивнул. Тори прикрыла рот рукой. – Так вот почему Гири оставила охоту за Атлантидой. Как мерзко! Это случилось сразу после того, как она встретила Арика в Греции. – Со злым лицом она шлепнула его по бедру.

– Ау– у– у! – Эш потер пятно, благодарный тому, что она не ударила его чуть выше. – А это за что?

– Почему никто из вас не сказал мне?

– Вообще– то мы не должны особо обсуждать это с людьми. Большинство из них не такие рассудительные, как ты.

– Ах, ну да, знаешь что, это совсем ничего не меняет. – Ее взгляд показывал всю ее целеустремленность. – И все равно я настаиваю на том, что именно я открыла Атлантиду.

Эш замер, когда решение пришло само собой. В этой битве, он собирался выйграть любыми путями.

– Не будь упертой, Тори. Пусть все идет, как идет.

– Это тебе легко говорить… Ты и представить себе не можешь, каким посмешищем была моя семья из-за того, что ты рассказал моему деду истории, которые впоследствии овладели воображением его сыновей. Мой отец и дядя отдали свои жизни за то, чтобы найти Атлантиду и доказать, что она там. А я могу сделать ничто иное, как очистить их репутации.