Текст книги "Ашерон (ЛП)"

Автор книги: Шеррилин Кеньон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 42 (всего у книги 50 страниц)

– Я не большинство мужчин. – Он поднял ее джинсы с пола и протянул ей. Тори охнула.

– И это все? И ты вот так уйдешь, просто потому что, что я раньше не была ни с одним мужчиной?

– Именно это я и собираюсь сделать.

Он попытался уйти, но она втиснулась между ним и дверью и сама одарила его яростным взглядом.

– О-о, какая ужасная ситуация. – Сказала Тори, и ее тон просто раздувался от сарказма, что Ашерону потребовалась бензопила, чтобы пробраться через него. – Так чего ты хочешь от меня? Если я спущусь вниз и сперва лягу под какого-нибудь другого мужчину, то тогда стану достаточной хорошей для тебя?

Ревность пронзила его от одной только мысли.

Она с подозрением прищурила глаза.

– Эта идея тебе тоже не по душе, не так ли?

Эш старался дышать, когда через него стали пролетать образы, где она была с кем-то другим. Нет, Ашерон не хотел этого, и в тоже время ему не нравилась идея быть ее первым мужчиной. Эш не хотел причинить ей боль и честно говоря, он вообще думал, что будет лучше, если Тори его просто забудет и не будет иметь никаких сожалений. Она заслуживала лучшего, чем все это. Кого-то более подходящего, чем он, чтобы спать с ней.

– Как ты можешь быть все еще девственницей в таком возрасте?

– Мне же не девяносто, Ашерон. Прошу заметить. Я же тебе говорила, что у меня как-то все не складывалось с мужчинами. Каждый раз, когда я пыталась переспать с кем-то, что-то обязательно происходило. Либо к нам кто-то заходил, либо… а однажды парень упал, пока пытался вскарабкаться на кровать и сломал себе ключицу.

Она обхватила его голову руками и заставила Эша посмотреть себе в глаза.

– Я хочу быть с тобой, Ашерон. Никаких привязанностей. Никаких обязательств. Я большая девочка и не собираюсь превращаться в сталкера. Я просто хочу любить тебя хотя бы ненадолго.

Эти слова обожгли его, и в то же время, ему хотелось ругнуться, потому что теперь для него стало невозможным уйти от нее.

– Ты не заслуживаешь потерять свою девственность в какой-то комнате какого-то бара.

– И именно поэтому мне так хочется быть с тобой. Ты единственный мужчина, который вообще об этом задумался.

Потому что Ашерону было известно, что значит, когда тебя грубо насилуют, и эта картина еще долго является в кошмарах. По какой-то причине, первый партнер наиболее запечатляется в памяти людей. Именно поэтому Эш всегда относился к девственницам с особой заботой и был хорош в этом деле. Никто не заслуживает быть униженным так, как был он, когда он плакал от боли, а все вокруг смеялись над его мольбами о пощаде.

Перестань хныкать, чертова шлюха. Все пройдет, когда я кончу.

А после этого его так сильно ударили по лицу, что даже сломали нос.

Вот и хорошо. Эта боль должна выбить другую из твоих мозгов. Почему, имея такие возможности, он так и не сумел стереть свои собственные воспоминания? Почему одиннадцати тысяч лет было недостаточно, чтобы притупить эту боль?

Ашерон мечтал о том, чтобы хотя бы на мгновение освободиться от этих воспоминаний, об одном безопасном месте, где бы ничто не напоминало ему о том, что они сотворили с ним, о том, что он сам себе причинил.

Тори нахмурилась, когда увидела тени в глазах Эша, как будто какие-то болезненные воспоминания мучили его. Ей хотелось успокоить эту боль больше всего на свете. Почему же он не позволяет ей?

– Эш? – Он положил руку на шрам, который остался после операции.

– Тебе не стоит вставать из кровати.

– У меня ничего не болит. Я не понимаю почему, но все в полном порядке. И я совсем не хочу идти в постель одна. Ты что хочешь, чтобы я умоляла тебя?

Злоба скривила губы Ашерона.

– Никогда и ни о чем не умоляй.

Тори слегка опустила его голову, чтобы поцеловать Эша. Он зарычал, когда Сотерия привела в движение внутри него животное, которое очень пугало Ашерона. Но Эш отказался поддаваться этому порыву.

– Я не буду сношаться с тобой, как со шлюхой в задней комнате, Сотерия. Позволь мне закончить играть с Ревунами.

Она подозрительно на него посмотрела.

– Это значит, что ты вернешься?

Сомнение в его глазах заставило ее сердце ныть. Ашерон глубоко вздохнул прежде, чем снова заговорил.

– Я вернусь.

– Обещаешь?

– Я обещаю. – Она поцеловала его в кончик носа, надеясь, что он не обманет ее.

– Я это запомню.

Эш сглотнул. Ей даже не стоило этого делать. Однажды дав обещание, законы Вселенной заставят Ашерона либо выполнить его, либо умереть.

– Отдыхай до моего возвращения.

Он страстно поцеловал Тори.

Она растаяла от ощущения его руки вокруг нее, в то время как второй рукой он взял ее щеку и буквально требовал что-то от ее рта. Он отстранился и еще раз глубоко вздохнул, как будто сражался за то, чтобы уйти от нее. Она улыбнулась ему.

– Не заставляй меня ждать слишком долго. – Ашерон кивнул и оставил ее, чтобы она оделась.

Тори нацепила одежду прежде, чем выйти наружу и обнаружить Катарину и Жустину все на тех же стульях. Жар опалил ее щеки, пока Тори не вспомнила, что комната была звукоизолирована.

– Можно мне одолжить твой сотовый? – Жустина достала его и протянула Тори.

Естественно она позвонила Пэм.

– Привет красавица… Нет, со мной все в порядке. Я в баре Убежище. Есть хоть какая-то возможность, что вы обе согласитесь прискакать сюда?

– Конечно. Мы скоро там будем. – Тори отключилась и вернула телефон Жустине.

– Я собираюсь выйти на несколько минут, но скоро вернусь. – Выражение лица Катарины стало суровым и непроницаемым.

– Ты никуда без нас не пойдешь. У нас есть строжайшие приказы сохранить тебя в целости и сохранности любой ценой.

Эш… Тори готова была побить его за это, но с другой стороны его беспокойство о ее защите было одним из пунктов, которые она обожала в нем. По крайней мере, иногда.

Не желая спориь, Тори подняла руки вверх.

– Прекрасно. Только не говорите Эшу. Мы выскользнем и вернемся еще до того, как он закончит это отделение. – Катарина не выглядела убежденной.

– Что-то это все мне не очень нравится.

– Да, перестань. Это всего через здание отсюда. К тому же, предупрежден – значит вооружен. Мы же знаем, что надо их опасаться.

Катарина все еще сомневалась.

– Я доверяю ей. – Сказала Жустина. – Она упертая, но не глупая. Тори никогда бы не сделала этого, если бы знала, что это принесет проблемы. – Катарина наконец сдалась.

– Хорошо. И куда мы идем? – Тори ухмыльнулась.

– Это сюрприз.

Тори стояла на пороге слишком яркого магазина и все еще сомневалась. Может это была не такая уж хорошая идея… Она посмотрела через плечо на Пэм, которая гордо выставляла на показ свое самое ценное имущество – винтажную майку из тура группы Дюран Дюран от 1984 года.

– Я не очень-то уверена насчет этого магазина. Может есть какое-то менее… м-м, экстремальное место для покупок?

Пэм протолкнула ее внутрь.

– О-о, ш-ш-ш. Заходи. Это одно из моих самых любимых мест и тут ты найдешь все, что тебе нужно.

Что совсем не обрадовало Тори, так как чувство стиля Пэм резко отличалось от ее собственного. Сама Тори была спокойной, а вот Пэм просто неистовой. Ким подтолкнула ее в спину, а Катарина и Жустина предпочли остаться снаружи на Бурбон Стрит.

– Шевелитесь люди. Вы загородили проход. А пожарная охрана уже здесь.

У Тори глаза полезли на лоб, когда она прошла дальше в Ящик Пандорры, который был заполнен черными кожаными корсетами и эротическими тедди. Все виды сексуальных игрушек и всяких резинок. Боже! Она хоть и была искательницей приключений, но, по правде говоря, даже для нее некоторые вещи здесь были чересчур… такие, как например мужские стринги со слоновьим хоботком, куда помещался определенный мужской анатомический орган.

– Я думала, что мы пойдем в небольшой магазинчик женского белья на углу.

– Этот намного лучше. – Пэм подтолкнула ее к витрине со съедобными трусиками.

Тори съежилась от одной только мысли, чтобы надеть нечто подобное на себя – и вообще, понравиться ли это Эшу?

– Я не готова ко всему этому. Не могли бы мы немного притормозить? – Пэм ухмыльнулась.

– Ты такая жеманница! Как может женщина, живущая бейс-джампингом, кривится от съедобных трусиков?

– Потому что никто не видит моих трусиков, когда я прыгаю, и уж тем более они не едят их. – Пэм злорадно засмеялась.

– Поверь мне, трусики гораздо лучше, чем твои прыжки. И учитывая рост Ашерона. представь себе, как будто это прыжки с шестом. – Она игриво подергала бровями. Тори закатила глаза.

– А как вам вот это? – Ким протянула им пару наручников, украшенных розовым мехом. – Это может быть очень увлекательным… о-о-о, посмотрите на эти сексуальные кубики. Вы можете менять позиции и играть.

– Привет, чем могу быть полезна, девчонки?

Тори обернулась и увидела женщину не намного ниже, чем она сама, с длинными золотисто-каштановыми волосами и очень округлым беременным телом. Она была одета во все черное и ее образ дополнял пурпурный ошейник с шипами, украшенный цепями и аметистами, девушка улыбнулась, когда повернулась Пэм, чтобы поприветствовать ее.

– Привет, красавица. Как тебе те плети? – Пэм засветилась от гордости.

– Очаровательно, пока мы не расстались. Мужики отстой.

Женщина злорадно подмигнула.

– Да, но именно в такие моменты мы больше всего их и любим. – Пэм рассмеялась.

– Табита Магнус. Познакомься с моей лучшей подругой Тори Кафиери.

Табита резко втянула воздух, когда сморщила свое личико и провела рукой по горлу в смертельном жесте.

– Ex-nay, по-гречески ame-nay. Муженёк в задней комнате разбирается с налогами. У него начинаются проблемы с мозгом, когда дело касается все греческого. – Ким выглядела шокированной.

– Правда? А я думала, что он итальянец.

– Так и есть. У нас постоянное противостояние между Римом и Грецией, которому конца и края не видно. Он совсем чокнутый. Но я все равно его очень люблю.

Пэм указала на животик Табиты.

– Ну, это очевидно. А, учитывая твое положение и то, каким магазином ты владеешь, я бы сказала, что любишь ты его довольно часто.

Табита хитро рассмеялась, положив руку себе на раздувшийся живот.

– Милая, если бы ты когда-нибудь видела этого мужчину обнаженным, то непременно поступала бы также, как и я. – Она ухмыльнулась. – Так чем я могу вам помочь?

– Тори планирует заняться сексом!

– Пэм!

Тори хотела спрятаться под ближайшим прилавком, но учитывая тот факт, что на нем были представлены сексуальные качели и другие такие штучки, что она решила передумать.

Пэм невинно моргнула ей.

– А что разве не ты? Как будто Табби и сама не догадалась по тому, что мы сюда зашли. Я уже не говорю, что она сама этим занимается, как ты успела заметить. – И она снова указала на живот Табиты.

Тори зарычала и покачала головой, а потом обратилась к Табите.

– Я должна извиниться за Пэм. В пятом классе я случайно ударила ее по голове бейсбольной битой до потери сознания. С тех пор она так и не оправилась. – Табита засмеялась.

– Ты не сможешь смутить меня. Уж поверь мне. Мы с Пэм сделаны из одного теста. Поэтому расскажи мне немного об этом парне и я найду идеально подходящую для него вещь.

Тори улыбнулась, едва подумав об Ашероне. Она не знала почему, но это вскружило ей голову и согрело.

– Ну, он высокий и темноволосый.

– Высокий, я тебя умоляю. – Пэм ухмыльнулась, а Ким уже вовсю надрывала свой живот от смеха. – Да этот мужчина просто гигант. Она смогла найти единственного парня с таким ростом, которого я когда-либо встречала. О-о-о, и Таб, ты просто обязана с ним познакомиться. Он гот и просто великолепен.

– И еще грек в придачу. – Прошептала Ким. Табита нахмурилась и подозрительно на них взглянула.

– Правда? Звучит так, как будто вы говорите об одном моем друге… – Сморщив нос, она покачала головой. – Но нет. Это просто не может быть он.

– Он кто? – Спросила Тори.

– Эш Партенопеус.

У Тори расширились глаза.

Потом тоже самое произошло и с Табитой.

– НЕТ! – Выдохнула женщина в полнейшем недоверии. – Тебе достанется кусочек Эша? Боже ты мой, девочка, ну ты даешь! – Табита начала махать руками и взволнованно кудахтать. – Если ты хочешь сделать действительно огромные деньги, то нащелкай фотографий. Я знаю кучу женщин по всему миру, которые бы дорого заплатили за то, чтобы увидеть его обнаженным, включая и меня, конечно.

Пэм хлопнула ее по ладони.

Тори уткнулась лицом в плечо Ким, и она стала гладить ее по голове.

– Ну полно тебе, малышка. Мы спрячем ее тело позже в чемодане.

Табита начала носиться по магазину, доставая всякие штуки с прилавков и полок.

– Эшу определенно нужно что-то черное… нет, погоди. Красное. Насыщенно красное.

Она поднесла красное меховое тедди, состроила гримасу и покачала головой прежде, чем Тори смогла хоть что-то прокомментировать.

– Не совсем твой цвет. А-а, подожди-ка. – Она побежала в заднюю комнату, а затем вернулась оттуда с прозрачной черной, просто кукольных размеров комбинацией, на которой были изображены маленькие черепа со скрещенными костями с маленькими розовыми бантиками на головах. – Идеально для Эша. Ему понравится.

Тори пришлось согласится. Но тут же возник вопрос, насколько хорошо Табита знала Ашерона.

– Табита, ты когда-нибудь… ну того… с Эшем…?

– Ну что ты, нет конечно. Даже не мечтала. – Она придвинулась, чтобы прошептать Тори на ухо. – И не говори моему малышу, что я только что тебе сказала, а не то у него снова случится помутнение. Но еще до того, как я встретилась со своим любимым, я много мечтала о том, как бы урвать хотя бы кусочек от этого мужчины, ну если ты понимаешь, о чем я. А так как ты пришла сюда, то думаю, что понимаешь.

Табита подошла к книжным полкам в конце магазина и ныла оттуда две книги.

– Это тебе тоже понадобиться.

Тори нахмурилась на ту, что лежала сверху, на обложке которой была изображена девушка в корсете, держащая в руке огурец.

– "КАК РАЗВЕСЕЛИТЬ ЕГО ОЗОРНИКА"? – Таби гордо кивнула.

– Это моя любимая. Здесь ты найдешь все, что тебе может понадобиться для того, чтобы свести мужчину с ума.

Следующая книга была еще более странной. Она была даже специально завернута. Тори с подозрением покосилась на нее.

– Мангасутра?

– Эшу нравятся манги. – Табита погладила книгу и ухмыльнулась. – Она будет ему очень интересна. Не то, чтобы, я думаю, что он не знает там чего-нибудь. Но все равно… она может пригодится.

Табита прошла в начало магазина и открыла стеклянный кабинет возле стойки, прежде чем начала выносить все новые и новые вещи. Тори даже покраснела от тех приспособлений, которые Тоби положила перед ней.

– Они что все со вкусом взбитых сливок?

– О да! Классная штука. Она не только со вкусом, но и предназначена для того, чтобы сделать тебя более цветущей. Но лучше всего то, что в ней имеется флакон с ментолом, чтобы сделать твои соски еще более упругими. В таком состоянии они еще и сверхчувствительны и мужчина сможет оторваться с ними. Им нравится, когда они напряжены.

Ким и Пэм рассмеялись. Тори закрыла лицо руками и хотела провалиться сквозь землю от смущения. Было очень плохо покупать все эти штуковины. Но то факт, что Табита знала Эша был еще хуже. Тори была уверена, что Ашерон непременно обиделся бы, узнай он, что его подруга помогала ей выбрать всю эту дребедень.

И к тому времени, когда Тори уже позвали, она было слишком смущена, чтобы вернуться в Убежище и встретиться с ним лицом к лицу.

Когда Сотерия уже достала кредитку, чтобы расплатиться, как из подсобки вышел высокий красивый парень. Одетый в черную водолазку и узкие штаны, он нахмурился, увидев Табиту, которая все еще трещала с Пэм.

– Ты в порядке малышка? – спросил он Табиту, его глаза потемнели от тревоги, когда он подошел к ней и положил руку ей на плечо. – Ты такая румяная.

Табита развернулась к нему с проказливым визгом.

– О-о, приготовься, Вэл. Эш собирается посетить кровать сегодня вечером.

Она двумя руками указала на Тори, которая хотела затеряться где-нибудь в своей сумочке и не высовываться оттуда до самой старости.

Надо отдать должное Вэлу, но он всего лишь моргнул на – такую – новость. Он сочувственно улыбнулся Тори.

– Когда ты не реагируешь на ее комментарии, это обычно помогает. Табита живет, чтобы тормошить людей. Просто смирись с этим и не поощряй ее. – Табита ухмыльнулась.

– Не отступай с этого пути. – Она протянула Тори сумку и поблагодарила ее.

– Спасибо. – Также ответила Тори.

– Удачи, милая, и помни… фотографии! – Табита подождала, пока они уйдут прежде, чем снова переключилась на Валериуса.

– Ты можешь поверить, что наш Эш собирается заняться сексом? – Вэл ухмыльнулся.

– Называй меня деревенщиной, но я не считаю его своим. И да, я могу поверить в то, что у мужчины бывает секс. Что меня действительно удивляет, так это то, что я впервые вижу женщину, которая вовлечена во все это. – Он достал свой телефон. – Может мне стоит позвонить и предупредить его?

– Ой, да убери ты его. – Таби запихнула сотовый обратно ему в карман. – Наш малыш взрослеет. И так этим горжусь!

Тори едва успела занести сумку в комнату, как группа объявила еще один перерыв. Она только успела лечь назад в кровать, когда Эш открыл дверь и вошел с подносом в руках.

– Что это?

– Я подумал, что ты возможно проголодалась. Я попросил Ким и она выбрала, что тебе можно съесть. – Он поставил его на столик рядом с ней. Тори улыбнулась от такой его продуманности.

– Efharisto.

– Parakalo.

Она растаяла от удивительного акцента, с которым он сказал ей – пожалуйста – по-гречески.

– Я люблю то, как ты говоришь. Я могла бы слушать твой греческий весь день напролет.

Он протянул ей еще одну бутылку яблочного сока и отхлебнул своего пива.

– Тебе тут совсем скучно? – Тори потянулась и сняла очки, чтобы видеть его глаза.

– Ну, не совсем. Как проходит концерт?

– Все нормально. Я убью Кольта за то, что повредил свою руку. Не люблю играть на публике.

– Но ты же такой отличный гитарист.

– Да, но лучше я бы играл сам с собой. – В его глазах появился злорадный огонек от двусмысленного выражения. Засмеявшись, Тори покачала головой.

– Вы с Пэм всегда стараетесь смутить меня.

– В свою защиту могу сказать, что ты просто очаровательна, когда краснеешь. – Она сморщила нос и проглотила свой яблочный сок.

– Хочешь?

– Ochi. – Нет, по-гречески.

– Ты уверен? – Она попыталась соблазнить его снова.

– Абсолютно. – Эш вспомнил, как он в последний раз ел яблоко. Это был тот день в саду с Риссой, когда он умолял своего отца не отсылать его обратно в Атлантиду. С тех пор, он и стал презирать этот фрукт. От одной только мысли о яблоках его начинало тошнить.

– Так сколько еще отделений вам нужно отыграть?

– Еще одно. – Она прикусила губку так, что незамедлительно захотел ее. – А потом я буду играть с тобой… – Его член напрягся, готовый к действию, но мозг все равно считал, что лучше не стоит. – Тебе лучше передумать.

Тори взяла его руку в свою. Ее большой палец гладил ее ладонь самым нежнейшим из прикосновений.

– Когда в последний раз ты занимался любовью с кем-нибудь, Эш? – Ашерон отвел взгляд, когда в его голове возникли болезненные воспоминания.

Честно говоря, он не мог вспомнить. А занимался ли он вообще когда-нибудь с Артемидой именно любовью? Возможно в самом начале. Но это было так давно и совсем не продолжительно. Все, что он хорошо запомнил, так это боль от ее критики и замечаний, абсолютную агонию от того, что он был для нее ни кем иным, как ее мальчиком для развлечений, только для того, чтобы ублажать ее, не имея при этом никаких своих чувств и мнений. Даже она могла показывать свою боль и неудовольствие, в то время как ему самому не было позволено абсолютно ничего. Даже его достоинство.

То, что между ними было – называлось сексом.

Первичным и примитивным. В него не было вовлечено никаких эмоций. Ну, кроме злобы, конечно. Как и все остальные до нее, Артемида ненавидела тот факт, что хотела его и считала, что его необходимо наказывать за то, что она с ним переспала. Они просто использовали друг друга. Если бы между ними и существовали какие-нибудь нежные чувства, то они развалились на куски столетия назад. Ничего не осталось, кроме разорванных клочков вчерашнего дня, и ничего уже не вернуть.

– Ты что не можешь вспомнить? – Спросила Тори.

– Не совсем. – Правдиво ответил он.

Сердце Тори было тронуто тем, как он произнес эти слова. Она дотронулась до его щеки и повернула голову так, чтобы он смотрел прямо на нее.

– Я собираюсь заняться с тобой любовью, Эш. Сегодня вечером. Я переверну весь твой мир.

Ашерон прижал ее руку к своим губам и прикусил кончики пальцев, когда страх и трепет наполнили его. Эта ночь будет дорого ему стоить.

Никто не должен платить за любовь кровью.

И, тем не менее, он не знал другого пути. Эш всегда платил за каждое добро и заботу. Ничто просто так ему не доставалось. Единственный вопрос, который его действительно волновал, а стоит ли это того?

Стоит ли Тори той цены, которую ему придется заплатить?

Ашерон на это надеялся.

Он вернул свои очки на глаза.

– Я скоро вернусь.

Тори наблюдала за тем, как он ушел, и у нее стало совсем тяжело на сердце от беспокойства о нем. Что это за секреты, которые так мучают его? Почему же он выглядит таким испуганным, когда прикасается к ней?

Закончив с едой, она пошла вниз, чтобы снова посмотреть на него. Пэм и Ким стояли в первых рядах и улыбались. Тори подошла к ним сзади и ущипнула их за мягкие места. Пэм сделала тоже самое в ответ.

– Он восхитителен, не так ли?

– Да, он такой. – Тори помахала, когда Ашерон посмотрел на нее. Его ответом была искренняя, но тем не менее стеснительная улыбка, которая согрела ее сердце и обожгла все ее тело. Этот мужчиа был самым лучшим…

Она отстояла еще несколько песен, чтобы полюбоваться и послушать Эша. Когда они начали играть их финальную песню, Тори снова поднялась наверх, чтобы все приготовить.

Эш нахмурился, когда наблюдал, как Тори покидает сцену.

– С ней все нормально? – Одними губами спросил он у Пэм.

Подруга Тори уверенно кивнула. Успокоившись, Ашерон не мог дождаться окончания песни. В тот момент, как это произошло, он снял свою Fender со спины, отключил ее и спрыгнул со сцены.

– Вы тут веселитесь, ребята. – Сказала Пэм Ашерону, пока Ким хихикала. – Увидимся позже. И попроси Тори позвонить мне завтра.

– Хорошо. – Эш пробрался через толпу и снова поднялся наверх.

Жустина и Катарина также ушли, но обещали вернуться утром. Ашерон открыл наружную дверь и тут же закрыл ее прежде, чем открыть дверь со сканнером.

В тот момент, когда он увидел Тори, то весь оцепенел. Одетая в прозрачно-черную комбинацию, из-под которой был виден каждый изгиб ее тела, она была просто ослепительной. Она провела руками по волосам, слегка взъерошив их. Делая весь ее вид просто восхитительным.

– Позволь мне быстренько побриться. – Она нахмурилась.

– Побриться?

Он провел пальцами по своей челюсти, чувствуя, какой грубой она была.

– Я не хочу, чтобы у тебя появилось раздражение от моей щетины.

Тори была тронута такой его заботой.

Он попытался пойти в ванную с гитарой за спиной. Ашерон ругнулся, когда застрял в дверном проеме. Его щеки покраснели от смущения.

– Пожалуй, мне лучше ее снять. – Он через голову снял ее с плеча и поставил к стене.

Тори прикрыла улыбку рукой, отчаянно пытаясь не рассмеяться. Временами он может быть таким милашкой.

Пока Эш был в ванной, Тори быстренько пробежалась по заметкам, которые сделала в книге Табиты. Когда звук воды стих, она засунула книгу в прикроватный столик и попыталась принять соблазнительную позу на кровати.

Эш остановился с полотенцем у лица, когда увидел Тори, лежащую на кровати, подогнувшую под себя ноги. Она пыталась быть соблазнительной, но со своими очками это была странная смесь серьезной Тори и какой-то лисички.

Его член незамедлительно на это отреагировал. Отбросив полотенце в сторону, он уронил свой плащ в дверях, а затем стянул свою футболку через голову.

Тори была ошеломлена таким телом и мускулами, которые пульсировали с каждым движением. Ашерон встал на колени на кровати и стал подкрадываться к ней на четвереньках, как какой-то лесной голодный хищник.

Он приостановился над ней, а его черные длинные волосы упали вперед и стали обрамлением его лица. Их тела не соприкасались, но эти головокружительные серебряные глаза обжигали ее невероятным жаром. Мышцы на его руках вздыбились, потому что он держал весь свой вес на них, а потом Ашерон посмотрел ей в глаза. Его взгляд оказался открытым, честным, и в то же время она смогла заметить в самом дальнем уголке его глаз страх, причину которого Тори очень хотела узнать.

Аромат кожи и мужчины сразу же возбудили ее. Ашерон опустил ниже свою голову, и Тори затрясло от того, что лишь их губы в тот момент были вместе. Потом он медленно стал усиливать этот поцелуй, пока он не стал полным невероятного могущества. Ашерон все ниже опускался на нее, пока Тори наконец не почувствовала весь его вес на себе.

Тори вздохнула от невероятного ощущения его тела на ней, его узких бедер, покоящихся между ее ног. Ее сердце просто бухало у нее в груди, когда она почувствовала, как бугорок в его штанах стал давить на центр ее тела. Так много было Ашерона вокруг. Сотерия нежилась в том, как Эш окутал ее теплотой и силой.

Она пробежалась руками по ее идеальной спине, чувствуя каждый мускул и вздрагивая каждый раз, когда его рот требовал своего. Обвившись своим телом вокруг него, Тори перекатила его до тех пор, пока Эш не оказался зажатым под ней.

Ашерон не мог даже пошевелиться, когда она стала медленно целовать его от груди к пупку. Один только ее вид, такой голодной и жаждущей его, принес ему боль, и не только из-за банальной похоти, а от того, что какая-то внутренняя часть него хотела, хотя бы однажды, чтобы его полюбили по-настоящему.

Тори залезла ему в штаны и обхватила его достоинство руками, а Эш тут же зарычал от наслаждения. Взглянув на него, Сотерия улыбнулась и ущипнула его за живот. Ее игривость была такой очаровательной и милой. И такой бесценной.

Ашерон обхватил ее лицо руками и ответил на улыбку, пытаясь запечатлеть это воспоминание у себя в сердце, чтобы оно всегда было рядом с ним.

Она передвинулась, чтобы снять его ботинки. Ашерон держался идеально, пока она расстегивала и снимала его левый ботинок, а потом бросила его на пол. Тори тоже самое проделала и с другим ботинком и швырнула его через плечо прежде, чем приняться за штаны. Эш втянул воздух и так и лежал не дыша, когда она подобралась к его молнии. Вид ее головы над его ширинкой… этого было почти достаточно, чтобы он кончил.

Тори надвинула подальше свои очки на нос. Все еще улыбаясь ему, она расстегнула штаны. Эш ждал, его сердце бешено стучало, когда она медленно расстегивала молнию, чтобы увидеть его таким, какой он есть.

Тори прикусила губу в удовлетворении, когда ей все-таки удалось высвободить его из штанов. Этот мужчина был полнейшим коммандо с огромными прелестями. Не то, чтобы она была очень этому удивлена. Ее ранние расчеты насчет того бугорка дали ей приблизительное представление о его размере, но это…

Сотерия отбросила его штаны и целую минуту впитывала красоту его обнаженного тела. Табита была права, Тори могла стать богатой, если бы сняла Ашерона и выложила его фото в интернете. Он был безупречным. Без единого изъяна. Начиная от широких плеч, и заканчивая узкими бедрами, которые продолжались длинными накачанными ногами, покрытыми черными волосами.

И Тори хотелось доставить удовольствие каждой частичке его тела.

Сняв очки, она положила их на столик, а потом перешла к тому, что стала поглаживать его упругий пенис. Эш откинул голову назад, когда наслаждение затопило всего его. Он наблюдал сквозь полуприкрытые глаза за тем, как она изучала его член. Приоткрыв губы, она начала брать его кончик в рот, а потом отстранилась и нахмурилась. Она наклонила голову и снова открыла рот, как будто пыталась придумать, как получше его попробовать.

Тори снова придвинулась к его члену, а затем отстранилась… снова.

– Ты убиваешь меня, Сотерия.

– Извини.

Она отскочила от него, одела свои очки прежде, чем выдвинуть ящик и достать оттуда книгу.

Эш ухмыльнулся, когда она стала пролистывать книгу, чтобы найти свою закладку и пометки, сделанные на краю страницы.

– Что ты делаешь? – Она пробежалась пальцем по записям.

– Я просто хочу убедиться, что делаю все правильно.

Приподнявшись на одном локте, Ашерон ущипнул ее за плечо, а потом охнул, когда увидел рисунок, на котором была изображена женщина, нависающая над мужчиной. Эш выхватил книгу из ее рук и нахмурился, прочитав название.

– "Как развеселить его озорника"? – Она мило пожала плечами.

– Ты же знаешь, что я понятия не имею о том, что делать и как. А я хочу быть уверенной в том, что тоже смогу доставить тебе удовольствие.

Эти слова задели струну где-то так глубоко в его душе, что целую минуту он не мог дышать из-за избытка чувств, которые нахлынули на него.

– Все, что ты делаешь, уже приводит меня в восторг. – Ашерон нежно поцеловал ее и бросил книгу на пол. – Тебе не нужно ничего делать, Тори. – Он снял ее очки и отложил их в сторону прежде, чем снова вернуться к ее губам. – Тебе лишь нужно дотронуться до меня, и обещаю тебе, что я буду в экстазе.

Тори сглотнула, когда он поднес ее руку к своему – озорнику – и показал, как лучше трогать и гладить его. Отчаянно желая сделать Ашерона счастливым, Сотерия опустилась ниже, чтобы попробовать жидкость. которая сочилась из кончика.

Эш перестал двигаться в тот момент, когда ее губы сомкнулись у него на члене. Боясь причинить ей вред, Ашерон старался лишь дышать, пока она исследовала его своим ртом.

– У тебя самый сладкий язык. – Прорычал он.

Тори провела рукой по его бедрам, а потом обхватила его яички, не переставая при этом пробовать его на вкус.

Эш почти ослеп от удовольствия, которое приносили ее прикосновения. Больше не имея сил терпеть это, Ашерон заставил отползти от нее.

– У меня куча самоконтроля, Тори, но не с тобой и когда ты вытворяешь такое, а я так сильно хочу быть внутри тебя, что боюсь все испортить.

– Хорошо.

Тори откинулась на бок и стала снимать свои прозрачные черные трусики. Эш следил за тем, как они скользили по ее длинным грациозным ногам. Его рот немедленно наполнился слюной, а тело возбудилось среагировало так сильно, что он даже смог бы забить гвоздь определенной его частью.

Сотерия бросила свои трусики на пол прежде, чем достать презерватив из прикроватной тумбочки.

– Так как мы сделаем это?

Пока Ашерон разворачивал и надевал его, в голове у него пронеслись тысячи разных позиций того, как бы он хотел взять ее. Лишь от одной только мысли, что он находиться внутри нее, ему захотелось хныкать.

Секс всегда был болезненным в первый раз, а Эш был очень большим, поэтому вероятность того, что для Тори он будет просто мучительным, была очень велика. А этого бы Ашерон хотел меньше всего.