Текст книги "Ашерон (ЛП)"
Автор книги: Шеррилин Кеньон
сообщить о нарушении
Текущая страница: 45 (всего у книги 50 страниц)
Эш обхватил ее лицо и быстро поцеловал ее в щеку.
– Иди, Сими. И, пожалуйста, не ешь людей и оборотней. – Сими кивнула прежде, чем исчезнуть.
Эш сглотнул, когда встретился взглядом с Артемидой. Мгновение спустя на его запястьях появились цепи. Они были прикреплены сверху и широко разведены, и тут же у Артемиды появился хлыст в руках. Он глубоко вздохнул, когда века таких мучений прошли через него и стал бороться со злостью, которая зашевелилась внутри его сердца.
Как она могла так поступать с ним и при этом ссылаться на то, что у нее есть к нему какие-то чувства?
– Ты предал меня в последний раз, Ашерон. – Он горько засмеялся.
– Это я-то тебя предал? Ты вообще когда-нибудь была верна мне?
Она ответила на его вопрос жгучей пощечиной, которая рассекла ему губу. Только сейчас, когда он был привязан, Артемида могла бить его. Она схватила его за волосы, мгновенно меняя их цвет на белый, и запрокинула его голову назад так сильно, как только могла.
– Как бы я хотела никогда тебя не встречать.
– Я могу уверить тебя, что твои чувства более чем взаимны.
А затем она сделала самую жестокую вещь из всех. Артемида создала зеркало перед ним и одела его в тот же самый хитон, который был на нем в тот день, когда они познакомились. Убрав волосы с его шеи, она начала дышать ему на кожу, прекрасно зная, как сильно он это ненавидит.
– Ты ведь этого боишься, не так ли? Что весь мир узнает, какой ты на самом деле потаскун? Даже одиннадцать тысяч лет спустя ты все еще ползаешь в кровати того, кто смог заплатить тебе. Скажи мне, Ашерон, что Сотерия дала тебе такого, что ты согласился переспать с ней?
Он посмотрел на нее в зеркале и ответил единственно возможной правдой.
– Она подкупила меня одной вещью, на которую ты никогда не была способна, Артемида. Добротой. Теплотой.
Она дернула его за волосы так сильно, что Ашерон был почти уверен, что богиня вырвала ему клок волос.
– Ты ублюдочная шлюха! Я подарила бы тебе весь мир, если бы ты попросил меня об этом. Но вместо этого ты предпочел оказаться в постели обычного человека. – Эш слизал кровь с уголка его губы.
– Ты никогда и ничего мне не давала, Артемида, не заставляя меня при этом заплатить за все сполна. Даже свое сердце.
– Это неправда. Я родила твою дочь для тебя.
– Нет, ты родила свою дочь. Ты оставила Катру не из-за меня. Ты оставила ее из-за своего абсолютного эгоизма и ты прекрасно знаешь это. Ты ведь никогда не настаивала на том, чтобы я узнал о ней, потому как ты не хотела делить ее ни со мной, ни с кем-либо еще. Ты могла сказать мне правду в любое время, но, тем не менее, прятала ее от меня почти одиннадцать тысяч лет. Он покачал головой от правды, которая обжигала ему душу. – Ты эгоистичная и холодная. И я устал обмораживаться, когда прикасаюсь к тебе.
Она опустила хлыст ему на спину. Эш зашипел от пронзившей его боли.
– Я тобой повелеваю! – Заорала она. Ашерон покрепче ухватился за цепи, чтобы не двигаться с места.
– Я больше не принадлежу тебе, Артемида. Мне больше не нужно торговать собой за твою доброту. С меня хватит. – Она снова ударила его.
– Ты лучше продашься человечишке, которая даже не сможет понять тебя? Она ничего не знает о твоих силах. Ничего о том, что значит быть богом. Об ответственности. О жертвах. – Прерывисто дыша, Ашерон смотрел на нее через зеркало.
– Впрочем, как и ты. Сотерия ничего не просит взамен. Она отдает, Артемида. Никаких обманов или скрытых планов. Она берет мою руку на людях и держит ее. И она совсем не смущается, когда ее видят со мной. – Она снова дернула его голову назад и закричала ему прямо на ухо.
– Потому что ей это ничего не стоит! Ты просишь слишком многого от меня и всегда просил.
– А до тебя не доходило, что ты просишь того же и от меня? Я отдавал тебе себя на протяжении одиннадцати тысяч лет и теперь я устал от этого. Я устал быть посмешищем для тебя и твоего братца. Я устал принимать твое дерьмо и мириться с твоими настроениями, пока ты, в свою очередь, никак не можешь позволить мне такой же роскоши. Я хочу свою свободу.
Отпустив его волосы, Артемида еще трижды ударила его прежде, чем болезненно вонзить свои ногти ему в спину.
– Для тебя не будет свободы, шлюха. Никогда.
Тори улыбнулась, когда увидела, что Сими входит в бар. Она все еще помнила, когда ей впервые довелось увидеть демона, хотя в то время она думала, что Сими – это обычная среднестатистическая студентка колледжа, которая стала самой классной нянькой для нее. Было трудно поверить, что после стольких телефонных разговоров и электронных писем, Сими забыла упомянуть об одной простой детали, что она была демоном. А с другой стороны…
Когда Сими подошла, Тори могла с уверенностью сказать, что с ней было что-то не то.
– Что-то случилось, Сими?
– Эта старая корова, ну сучка-богиня, снова обижает акри, а акри не позволил Сими помочь ему, но Сими не положено ничего рассказывать о том, что делает эта стервозная богиня, поэтому забудь, что я тебе только что рассказала. – Фукнув, она уселась на барный стул и подперла щеку рукой. – Угости Сими мороженым, акра-Тори. Мне нужна сейчас двойная порция.
Эйми пошла обслуживать Сими, а Тори обошла стойку и уселась рядом с демоном.
– Что ты имеешь ввиду, говоря, что богиня-корова обижает Эша? Ты имеешь ввиду Геру?
Просто это была богиня, которую в мифологии изображали с коровьими глазами.
– Не эта. Я имею ввиду рыжую, которую Сими хочет съесть, но акри говорит – "Нет, Сими. Ты не можешь съесть Артемиду". А Сими просто терпеть не может эту корову.
– Тори похолодела, когда вспомнила, что Эш рассказывал ей об Артемиде и их отношениях.
– Где Эш?
– На Олимпе. Он сказал Сими придти сюда и удостовериться, что тебя никто не обидит.
Это не могло сулить ничего хорошего, и Тори стало плохо от того, что она не может ему помочь.
– Что Артемида делает с Эшем?
– Сими не должна об этом рассказывать. – Она огляделась вокруг, словно проказливый ребенок прежде, чем понизила свой голос. – Но акри не сказал, Сими, что она не может показать тебе это… – Она потянулась и коснулась руки Тори.
В тот момент, когда Сими сделала это, Тори смогла увидеть, как бьют Ашерона. Больше не имея сил терпеть это, она вскочила на ноги и попыталась сконцентрироваться. Но так и не смогла. С бешено колотящимся сердцем, она стала хватать ртом воздух, представив, какую боль ему причиняют.
– Мы должны что-нибудь предпринять!
– Мы не можем. Артемида обидит акри еще сильнее, если мы попытаемся. Поверь мне, я знаю. Он пообещал ей, что она сможет издеваться над ним, если взамен она поклянется, что не тронет тебя, и она согласилась, и вот теперь… Сими ненавидит эту корову-богиню.
Также, как и Тори. Если бы она могла вернуть время назад, то выбила бы из нее все дерьмо еще там в Нэшвилле.
Эйми принесла Сими мороженое, пока Тори пыталась хоть что-то придумать, что угодно. что она могла бы предпринять. Она взглянула на Эйми, потом на Жустину и Катарину, но решила не спрашивать их мнения. Эш умрет со стыда, если узнает, что все в курсе, что с ним сделали.
"Ты знаешь есть секреты, за которые я готов даже убить, чтобы они таковыми и остались".
Безусловно это был один из таких секретов. Не удивительно, что Ашерон был так резок с ней в Нэшвилле.
– Если бы я только могла добраться до нее… – И что бы она сделала? Залила бы своей кровью ее дорогие туфли? Артемида была богиней, а Тори всего лишь человеком.
Подождите-ка… в журнале было что-то об Артемиде и ее слабостях. Ее сердце заколотилось в надежде, Тори направилась на кухню за баром, где было достаточно света для чтения.
Но прежде чем она смогла дойти до комнаты, Тори заметила высокую темноволосую девушку, которая сидела за столиком в стороне.
Хочешь разобраться с Артемидой? Иди сюда, поговорим об этом.
Тори осмотрелась вокруг в поисках того, кому мог бы принадлежать голос у нее в голове, и снова ее взгляд вернулся к незнакомой женщине.
Да, это я с тобой разговариваю, Сотерия.
Женщина показала ей, чтобы она присоединялась. Изменив курс, Тори погладила Эйми по руке.
– Я сейчас вернусь.
Прежде чем Эйми смогла что-либо ответить, Тори уже направилась прямо к женщине, которая была невероятно привлекательной и возможно такой же высокой, как и сама Сотерия.
– Привет. – Сказала девушка голосом с сильным греческим акцентом. – Я Сатара, Считай меня своим другом.
Ага, конечно. Тори сама решит, что ей думать.
– Как у вас получается эта штука с разговором со мной в моем мозгу?
Она улыбнулась прежде, чем ее голос оказался снова у Тори в голове.
Я дочь Аполлона. И если ты захочешь мне помочь, то и я с огромным удовольствием помогу тебе убить Артемиду.
Глава 77
Тори немедленно стала подозрительной насчет незнакомки и ее мотивов.
– И с чего бы дочери Аполлона помогать мне убить свою собственную тетю?
Сатара состроила губы в соблазнительной и очень впечатляющей ухмылке. Это выглядело так, как будто она делала одолжение Тори, выказывая ей хоть какое-то уважение.
– А ты умненькая маленькая женщинка. Большинство не знают свою мифологию. Но я здесь вовсе не за этим, не так ли? Скажем так, что я, также как и ты, друг Ашерона. И я устала видеть его страдания.
Зная хорошо Эша, Тори понимала, что Сатара не могла урвать такого лакомого куска от него, как его дружба. Что значило, что эта девушка была в одной команде с Артемидой и сейчас просто пыталась подставить свою собственную тетю. Да уж, это могло бы помочь в усыплении бдительности Тори… хотя она не поверила ей ни на йоту.
– Странно, но он никогда не упоминал о тебе при мне. – Тори стала уходить.
Сатара вскочила и больно схватила ее за одно запястье.
– Отдай мне дневник Риссы, если хочешь остаться в живых.
Укусив Сатару за руку, Тори вывернулась и побежала к бару. Сими пересекла комнату, зашипев на Сатару, которая исчезла в тот момент, когда увидела демона.
– Это была вредная племянница коровы. И она Сими тоже не нравится.
Согласившись с ней, Тори потерла свое опухшее запястье. Что же еще было в этой книге, что ей предстояло прочитать? Должно быть, в ней было нечто большее, чем то, что она уже успела прочитать.
– Сими, хватай свое мороженое и пошли со мной наверх. Думаю, нам с тобой нужно заняться кое-какими исследованиями.
Пока они поднимались, Тори решила позвонить своей кузине Гири, но потом передумала, вспомнив насколько скрытным по этому поводу был Ашерон. Он отошел от своих правил, чтобы убедиться в том, что его дела так и останутся тайной. И так как Тори пообещала ему то, что он может доверять ей, Тори не станет делать ничего, что могло бы нарушить эту клятву.
Но это было так трудно…
Когда Сими устроилась в ее маленькой комнате, Сотерия достала ноутбук и ручку и набросилась на дневник с обновленной настойчивостью. Хотя, если быть честным, это было легче сказать, чем сделать. Каждый раз, когда Рисса писала об Эше, у Тори сердце кровью обливалось. Бесчувственность отношения и жестокости были просто невероятными, и когда Сотерия прочитала о том, что они сделали с ним во время праздника Артемиды, то даже захотела отомстить за это.
Не удивительно что Сими так ненавидит богиню.
Как могла Артемида повернуться к нему спиной и оставить его там одного страдать? По правде говоря, она никак не могла понять эту ее необходимость сохранить свое лицо. Вот Тори было абсолютно наплевать на то, что думают о ней другие люди. И так было всегда. Да, над ней непрестанно смеялись в школе за то, что она была слишком умной, надрывая свои животы, за то, что была высокой тощей зубрилой. У нее вились волосы, стояли брекеты на зубах и были такие толстые очки, что ими можно было расплавить на солнце целую армию пластиковых солдатиков.
Но потом она отчетливо вспомнила тот день, когда вернулась домой все в слезах к своему отцу из-за слов Шелли Торнтон, с которыми она напала на нее в школьном дворе – что ее отец чокнутый, над которым все смеются, а мать идиотка, ну а сама она жалкая помешанная, у которой никогда не будет бойфренда кроме того, которого она сама создаст у себя в голове, и вообще, что ее платье выглядело так, как будто оно с помойки.
Это еще было ничего, самое страшное произошло тогда, когда все девочки, которые сами боялись Шелли за то, что она относилась к ним с презрением, стали тоже смеяться над ней. А потом они присоединились к нападкам насчет ее одежды.
Самое плохое было то, что она любила свое платьице безмерно. Это было одно из платьев, которое для нее сшила тетя Дель из греческого кружева и ярко-пурпурного сатина, который они нашли в одном из фабричных магазинов и в который она влюбилась с первого взгляда. В тот день ее сердце было разбито их жестокостью, пока отец не усадил ее себе на колено и не высушил все ее слезы поцелуем.
– Никто не может заставить чувствовать тебя низко без твоего разрешения, Тори. Не позволяй им этого. Пойми, что это ведь их собственная ненадежность заставляет их нападать на тебя и на остальных. Они настолько несчастны, что единственный способ почувствовать себя хоть немного лучше для них, только лишь сделать всех вокруг себя такими же несчастливыми. Не позволяй таким людям украсть твой день, малышка. Держи свою голову высоко и помни, что есть одна вещь, которую они никогда не смогут у тебя отобрать.
– И что же это, папа?
– Мою любовь. Любовь твоей матери и всей твоей семьи и настоящих друзей. Твое собственное самоуважение и чувство надобности. Посмотри на меня, Ториму. Люди смеются надо мной постоянно и говорят, что я преследую радугу. Джорджу Лукасу тоже говорили, что он был дураком за то, что создал "Звездные войны" они даже называли это Безумие Лукаса. Он послушал их? Нет. А если бы он послушал, то ты никогда бы не получила своего любимого фильма и многие люди так и не услышали коронную фразу "Да прибудет с тобой сила". – Он убрал ее волосы с мокрых щек. – Я хочу, чтобы ты всегда гордо держала голову и следовала за мечтами, куда бы они тебя не привели. Никогда не слушай людей, которые пытаются обидеть тебя или довести до слез. Слушай свое сердце и будь лучше них. Никто ничего не добивается в жизни, обижая других. Единственный настоящий покой, который может вообще обрести человек, это тот, который идет изнутри. Проживай свою жизнь на своих условиях и постарайся сделать ее счастливой. Всегда. Вот что важно, Ториму.
Не всегда было легко следовать этим мудрым словам, и грустная правда была в том, что она больше никогда так и не одела то пурпурное платье снова. Но со временем она научилась все меньше и меньше обращать внимание на то, что думают другие о ней и шла своим путем в этом мире. Единственное, что она все еще не могла выносить, так это когда ее горячо любимых папу и дядю высмеивали.
Но прочитав о всех слабостях Артемиды, Тори поняла, как ей повезло, что у нее был такой отец.
Бедная Артемида, у нее не было никого, кто бы любил ее также. И бедная богиня, которая причинила боль тому единственному, который все-таки полюбил ее…
Тори оторвалась и увидела, что Сими смотрит передачу. Она лежала на спине со свешенной с кровати головой и смотрела ее вверх ногами. Хорошо…
– Сими? – Демон посмотрела на нее с любопытством. – Ты считаешь Артемиду нечастной?
– Я думаю, что она просто дрянь.
– Да, но люди не бывают дрянями, просто потому что так захотели. Для этого должна быть какая-то причина. – Сими несчастно вздохнула.
– Ну, акри говорит, что у этой коровы нет никого, кто любил бы ее и поэтому мы должны быть с ней милыми. А Сими отвечает —"И что? Есть причина, по которой ее никто не любит. Потому что она дрянь."
Вот это краткость, если уж совсем схохмить, просто в двух словах. Ей стало любопытно, а если бы он был принцем, как бы изменились их отношения? Но вопрос был очень спорным. И во время пролетавших часов, Тори удалось узнать настолько больше о Древней Греции, Атлантиде и Ашероне, что она даже и мечтать не могла.
Эйм принесла им еду где-то около полуночи, Сими заснула на полу с поднятыми вверх ногами под углом в девяносто градусов относительно стены. Покачав головой от такой странной позы Сими, Тори стянула одно из одеял с кровати и прикрыла им Сими. Когда она подтыкала его со всех сторон, в воздухе появилась вибрация.
Неуверенная, что это могло быть, Тори посмотрела направо и обнаружила там Эша, стоящего возле ванной и уперевшегося одной рукой в стену. С бледнющим лицом, весь его вид говорил о том, что у него были просто адские боли. Но самым шокирующим было то, что его волосы были золотисто-пшеничного цвета и на нем не было его пресловутого плаща. Только черная рубашка с длинными руками, которая была не заправлена.
– Эш? – Прошептала она.
Но он не ответил ей. Встревоженная, она сократила дистанцию между ними и увидела, что с него пот катился градом.
– Малыш, что не так? – Он посмотрел на нее смущенно нахмурившись.
– Я не знал, куда еще мне пойти. Я… я просто не хотел быть один.
– Может тебе нужно прилечь? – С пустыми глазами он кивнул. Тори ожидала, что он начнет двигаться. Но когда этого не произошло, ее тревога утроилась.
– Эш?
– Дай мне минуту. – Она стояла и ждала. После долгой паузы, Ашерон оттолкнулся от стены и направился к кровати. Он успел сделать лишь шаг, когда свалился на колени.
Не подумав, она потянулась к нему и дотронулась до спины. Ашерон зашипел и отшатнулся, как будто пытался уползти от нее. Отдернув свою ладонь, Тори охнула, увидев кровь на своей ладони. Она встала на колени перед ним.
– Чем я могу тебе помочь? – Прерывисто дыша, он стиснул зубы, отчаянно борясь с невыносимой агонией.
– Мои силы не стабильны. У меня слишком все сильно болит, чтобы я точно мог ими управлять.
– Хорошо. Тогда держись за меня и я доведу тебя до кровати. – Она встала и протянула ему свою руку.
Эш не мог говорить, увидев ее перед собой с вытянутой рукой. Ему не следовало здесь находится, и он прекрасно знал об этом. Хотя именно поэтому он и искал ее так долго и упорно, как никого другого. Она не станет обижать или высмеивать его. Она поможет. Ашерон позволял только одному человеку прикасаться к нему в такие моменты, только Лизе. Но даже Лиза не видела его в столь уязвимом состоянии.
И естественно ему не хотелось, чтобы об этом узнали Алексион и Уриан.
Взяв ее за руку, Ашерон позволил ей поднять себя. Он сжал зубы, когда еще одна волна боли пронзила его. Тори аккуратно положила его руку себе на плечи и обхватила его за бедра, где у Ашерона меньше всего болело.
Вместе они дошли до кровати и Сотерия помогла ему улечься.
– Не говори, Сими. – Прошептал он. – Я не хочу ее расстраивать.
Тори кивнула, наблюдая за тем, как он отключился. Полная злобы и боли за то, что с ним сделали, Тори осторожно разрезала рубашку у него на спине. И с каждым новым дюймом его окровавленной кожи, которая открывалась перед ней, ее ярость росла просто до угрожающих размеров. Это было просто невероятно.
Теперь ей было абсолютно плевать, насколько там Артемида была нелюбима. Если бы эта сука оказалась перед ней в данный момент, то Тори бы выдрала каждый волосок из ее самовлюбленной головы!
– Это надо остановить. – Прошептала она Эшу. – Так или иначе, я найду способ поставить эту богиню на место.
Эш очнулся от странного ощущения чего-то холодного на его спине. На мгновение он решил, что все еще находиться в храме Артемиды, пока не открыл глаза и не увидел читающую Тори, которая сидела на стуле в нескольких футах от него.
Все стало всплывать назад, и когда он глубоко вздохнул, то боль в спине напомнила ему о том, что встреча с Артемидой была более чем реальна.
Тори немедленно отложила книгу в сторону.
– Постарайся не двигаться.
– Поверь мне, что я и так это делаю. – Она встала на колени перед ним.
– Я положила тебе на спину одну из мазей по рецепту моей тети Дель. Это алоэ, огурцы и картошка, смешанные с вазелином и ланолином. Знаю, что это звучит все довольно грубо, но это средство хорошо помогает снять жжение с порезов и ожогов.
– Спасибо. – Тори улыбнулась, положив свою щеку на руку, которая покоилась на матрасе кровати.
– Я прикрыла тебя простыней и сказала Сими, что ты спишь. Она спустилась вниз перекусить, поэтому она понятия не имеет о том, что ты ранен. Вообще-то никто об этом не знает.
Он взял ее руку в свою и нежно поцеловал ее пальцы.
– Спасибо.
– В любое время, милый.
Он ценил это обращение. Но больше всего он дорожил Тори. Она подняла голову, играя с его пальцами.
– Разве ты не можешь использовать свои божественные силы, что исцелить себя?
– Могу, но я пообещал не делать этого.
– Но почему?
Потому что я идиот.
Нет, он сделал это, чтобы защитить ее, и если такова была цена ее безопасности, так тому и быть.
– Я лучше не буду рассказывать. – Тори погладила его руку.
– Тогда я продолжу скрывать тебя от Сими, которая кстати спала, когда я обрабатывала твою спину. И, между прочим, думаю, я, наконец, встретила того, кто ест больше меня. Гири будет просто поражена.
Как у нее это получалось?
Он лежал здесь с растерзанной спиной, а Тори не обращала на это ни малейшего внимания и обращалась с ним так, как будто он выздоравливал от какой-то банальной простуды. Как она могла воспринимать такие вещи, просто перешагнув через них, и не заставлять его чувствовать себя уродом из-за этого?
– Ты не собираешься ничего больше у меня спросить, кроме этого? – Тори покачала головой.
– Я доверяю тебе, Эш. Полностью. – Она подняла книгу. – Ты и так доверил мне большинство своих секретов. Если ты решил оставить что-то при себе, то я понимаю и не буду лезть с расспросами.
– Ты слишком хороша, чтобы быть настоящей. – Она улыбнулась.
– Ну не совсем. Вспомни, ведь это именно я пыталась тебя пристукнуть молотком.
Он засмеялся, а потом скорчился от боли. Тори нахмурилась с симпатией прежде, чем убрать волосы со щеки Ашерона.
– Может тебе нужно что-нибудь?
Сделай меня человеком, как ты…
Но это была глупая идея.
– Пожалуйста никому не говори, что я в таком состоянии. Мне должно полегчать через несколько часов. Просто нужно еще немного отдохнуть. – Она потерла его челюсть подушечкой своего большого пальца.
– Будет сделано. Кстати, твой рюкзак тоже здесь. – Тори взяла его руку и подвинула туда, где он стоял на полу возле кровати. – Я не трогала его, кроме того, что поставила его сюда.
– Спасибо.
– Нет проблем. – Она медленно встала. – Может ты голоден или пить хочешь?
Он умирал с голоду, но в этой комнате не было ничего, что могло бы его насытить.
– Я в порядке.
Тори подняла голову, когда Эш закрыл глаза и глубоко вздохнул. Даже с расцарапанной щекой и синяком на губе, Ашерон все равно оставался самым красивым мужчиной, которого она когда-либо встречала. Тот факт, что он вообще проявил интерес к ней, до сих пор поражал Тори.
По правде, она и в подметки не годилась Артемиде. Богиня была ослепительно прекрасна. Да и вообще разве смертная может сравниться с ней?
И, тем не менее, Эш был с ней здесь и сейчас. Он доверился ей, когда не мог этого позволить себе ни с кем другим. Одно это уже тронуло ее сердце. И чем больше Тори читала о его прошлом, тем больше ей хотелось обнять его и держать в своих объятиях до тех пор, пока все плохие воспоминания не исчезнут у него из головы.
Она посмотрела вниз на журнал. В нем было столько грусти. И не только из-за Ашерона, но и из-за его сестры Риссы. Она так сильно старалась помочь ему в то время как Аполлон был с ней также жесток, как и Артемида с Эшем.
И пока она была зачарована историей и сценами из обычной жизни, которые представляла со слов Риссы, то вдруг поняла, что чтение пора прекращать. Прошлое Эша было трагичным и в нем прекрасно было видно, что такое чувство как сострадание, Ашерону не было знакомо. С Тори хватит следить за ним.
Засунув журнал в рюкзак, она удостоверилась, что хорошо закрыла его прежде, чем спуститься вниз и проверить Сими.
Отсутствие Тори отозвалось в душе Эша жгучей болью. Было что-то в ее присутствии, что подбадривало его дух и делало счастливым, что, учитывая в какой боли он находился, говорило о многом.
Ты должен уйти от нее.
Он купил ей помилование от мести Артемиды, но как надолго? Чем дольше он остается с Тори, тем большей опасности подвергает ее жизнь. Не говоря уже о том, что Артемида далеко не единственная, с кем ему приходится иметь дело.
Страйкер убьет ее в мгновение ока, кроме того Ник уже несомненно доложил предводителю Даймонов о ней. Она была человеком, который никак не вписывался в его мир порочности, мир существ для которых нет ничего и никого святого.
Но одной единственной мысли о том, что он больше не увидит Тори, было достаточно, чтобы у него подогнулись колени.
Почему он не может взять хоть что-то для себя?
Ты никчемная шлюха. Ты ничего не заслуживаешь, кроме презрения и насмешек. Как кто-нибудь вообще может полюбить тебя?
Сими была слепа к его ошибкам лишь потому, что он воспитывал ее. Ашерон защищал его. Мама любила его, но снова, это была связь между ребенком и родителем. И Катра…
Они все еще изучали друг друга.
– Прекрати это. – Зарычал он сам на себя. Ашерон не ребенок. Он больше не был тем жалким созданием, который умолял своего отца о снисхождении, которого так и не получил.
Эш был богом, а Тори-человеком, это было и просто, и невозможно одновременно.
Он выживал одиннадцать тысяч лет в одиночку. По сравнению с ним, она была просто эмбрионом. Что она знает о жизни? Как выжить Тори в мире, который знает Эш?
Это пора закончить. Он был достаточно стар, чтобы понимать это. Ну не могло у него получится хорошей концовки. Он добровольно продал себя Артемиде, когда был еще совсем мальчишкой, и теперь для него не было пути назад. Существование Ашерона было слишком запутанным. Когда он выздоровеет, то покончит со всем этим и отправит Тори по ее собственному пути. Так будет лучше для них для всех.
Тори засмеялась, когда увидела, что Сими полила свое мороженое горячим соусом. Более того, она была благодарна, что не ей это придется есть – даже не смотря на то, что Сими все пыталась соблазнить ее шедеврами своего кулинарного мастерства. Кроме того, Тори не ждало расстройство желудка, которое несомненно настигнет Сими позже.
Тори уже была готова сжать Сими, когда вокруг нее образовалось неожиданное движение воздуха.
Не очень уверенная в том, что это было за ощущение, Сотерия замолчала на полуслове, когда увидела, как с лица Эйми потихоньку исчезают краски.
Она в ужасе уставилась на то, что стояло за спиной Тори.
Дэйв и Катарина дернулись вперед.
Тори развернулась и увидела группу невероятно высоких и привлекательных мужчин. У их лидера были черные глаза, словно космос… и такие же обширные и пустые.
Он ухмыльнулся медвежьему клану прежде, чем схватить Тори. И все для Сотерии погрузилось в темноту.
