Текст книги "Голос извне (СИ)"
Автор книги: Саяна Кошкина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 52 страниц)
Глава 11
Юлия
Мы летели мимо планет продолжительное время. Картинка перед глазами менялась медленно, и чтобы не сидеть просто так я достала планшет со стилусом. Рисовать я никогда не умела, но схематически могла изобразить элементарные вещи. Этим и занялась.
Сначала изобразила свою планету в двух полушариях, чтобы показать Чату, когда он освободиться. Может он узнает ее и… и что? Надежда на то, что меня отправят назад была минимальной. Да и сколько времени это может занять? Годы? Десятилетия⁈ А я как тогда сохранилась?.. Не стала много думать о доме, ведь была вероятность позорно разреветься при всем экипаже. Но вопросы касательно моего появления на космическом корабле у меня остались, и я их обязательно задам, когда освою минимальный уровень языка.
Потом я нарисовала себя, продолговатый корабль и знак вопроса. Думаю, им будет понятен мой вопрос? Мне было необходимо понять куда мы летим и что будет дальше. Неизвестность будущего пугала.
Следом пошли простые рисунки типа одежды, расчески, моей сумки, элементарных бытовых предметов… и в момент, когда я пыталась изобразить продолговатые палочки, ко мне рядом подсел тот самый слизень. Ойкнула, дернулась, но на месте усидела. Испугалась конечно, но больше от неожиданности. Как-то я поуспокоилась уже и смирилась с мыслью, что все – разные и непонятные.
Темно-синий смотрел на меня тремя глазами пристально, а его ромбовидные зрачки расширились. Весь его вид поначалу вызвал у меня отвращение, но, когда он улыбнулся беззубым ртом, я не смогла не улыбнуться в ответ. Большой, с виду очень мягкий, с маленькими тонкими ручками на большом животе, – он был похож на большую желешку.
– Юля, – показала на себя пальцем и затаила дыхание. Первая решила представиться, преодолевая страх и неловкость. – Юля.
– Джеф, – указал маленькой ладошкой на себя слизень. – Джеф.
И имя его меня согрело. На Земле было такое же имя!
– Земля? – промотала я с надеждой на первый рисунок, демонстрируя Джефу свои каракули. Потом сама себя одернула… Ну какая Земля и этот слизень? У нас таких «жителей» точно нет.
– М? – заинтересовался темно-синий и медленно потянулся к планшету. Отдала, надеясь, что он не оставит никаких жидкостей на моем единственном средстве связи. И когда мои пальцы соприкоснулись с его маленькой ладошкой, поняла, что он на самом деле не скользкий. Просто кожа такая… глянцевая, словно маслом натертая.
– Земля? – переспросила я и на радостях начала указывать на рисунок и на себя.
– М… Ба! – покачал отрицательно головой Джеф и пролистнул дальше.
Я уже догадалась, что «ба» это нет. Значит не Земля и такую планету он не знает. Или он подумал, что я спросила оттуда ли он, и он сказал нет. Ничего не понятно, но от слизня хотя бы можно что-то узнать, пока Чату и Литч заняты.
– Рамис? – то ли спросил, то ли утверждал Джеф, рассматривая ребус со мной и космическим кораблем. Он ловко вытащил стилус, стер мой знак вопроса, поставил какой-то знак с тремя палочками и нарисовал круг, а после континенты.
Я следила внимательно за его действиями и понимала – мы летим на какую-то планету. Но сколько по времени? И зачем? Куда мы направляемся и что будет со мной? Позабыв о инопланетном происхождении нового знакомого, я пододвинулась на край своего кресла, вытащила из рук Джефа стилус и поставила знак вопроса над собой, как бы спрашивая – а меня куда?
И да! Джеф меня понял, нарисовал стрелочку к планете и пожал плечами. Так, значит меня везут на какой-то Рамис и оставят там. Это обитаемая планета? Что меня там ждет? Не высадят ли они меня просто на ближайшей пригодной для жизни планете в одиночестве? Думая, как задать вопрос схемой, я закусила ноготь большого пальца и прикрыла глаза.
– Юля?
– Смотри, – придумала я и нарисовала на неком Рамисе маленьких человечков, поставив знак вопроса.
– Тум, – закивал положительно Джеф. Понял меня это сообразительный слизень, чему я была бесконечно рада. И мы продолжили наше незамысловатое исследование, где Джеф помогал мне с информацией, а я заваливала его всевозможными схемами-вопросами. Так я узнала, как говорить «да» и «нет», как называются эти палочки для еды; что корабль, на котором мы летим, называется «Шамрай»; что расчесать волосы можно «вольноной», которая есть только у снежных людей Вараховист, как посмотреть примерное время на планшете и много чего еще.
Когда мой желудок заурчал от голода, я осознала, что мы с Джефом сидим на мостике уже не первый час. Я искренне поблагодарила Джефа, на радостях пожав ему маленькую конечность. Ох, как округлились три его маленьких глаза – словами не передать. Но распрощались мы на доброй ноте, и я мысленно поблагодарила Вселенную за такой подарок. Появился хоть один человек… ой! То есть существо, старающиеся ответить на мои бесконечные вопросы.
На выходе меня уже ждал Литч. Он проводил меня в столовую, внимательно проследил за процессом моего самостоятельного добывания еды из автомата и позже проводил до каюты.
В каюте я плюхнулась на койку, подняла борты и неожиданно для себя уснула.
* * *
На утро, а я научилась смотреть примерное время на планшете, поэтому точно знача – утро, проснулась отдохнувшая и полная сил. Посмотрела на темный иллюминатор, еще раз напомнила где я и с кем, а также проговорила свой планы на сегодняшний день.
Нужно найти Литча, Чату или Джефа, и продолжить свой допросы с целью обучения. Неплохо было бы подойти к волосатикам и спросить про расческу, но пока сомневалась. Если фиолетовые и слизень выказывали дружелюбие и заинтересованность, то волосатики просто смотрели на меня. Ожидать, что они окажутся такими же контактными, было опрометчиво. Пусть сначала сами пойдут на контакт, ведь так будет для меня безопаснее. Мало ли как они отреагируют на меня…
Уже смелее я приняла паровой душ, привела себя в порядок, натянула комбинезон. Что странно, шлевки на поясе комбинезона не все были целы. Две были выдраны почти с кусами ткани, словно кто-то срывал сумку с моего пояса и очень торопился. Задумалась, но воспоминания не возвращались. Помню, что повздорила с Жанной, толкнула ее, она меня и дальше боль, хруст и темнота… Может во время падения я зацепилась сумкой и поэтому пояс комбинезона вырван? Ладно, сейчас это не первостепенная задача, а просто кусочек пазла, который я еще не нашла в своей памяти.
Выйдя из каюты, я открыла свою мини-карту, почти с первого раза нашла столовую, успешно взяла питание и даже не показала своего страха, когда подсаживалась к компании фиолетовых инопланетян. Внутри я дико гордилась собой и своими успехами.
К концу трапезы, когда все наелись и сидели, осматривая меня в моем блестящем комбинезоне, я предприняла попытку «поговорить». Не обошлось без моего планшета и корявых рисунков-ребусов. Фиолетовые заулыбались, закивали и начали по очереди односложно «отвечать» на «запросы». Я же была рада, записывала новые слова в словарик, была смелее в своих действиях. В процессе беседы к нам присоединился и Джеф.
За завтрак, который очень быстро перетек в обед, я узнала много нового. Выучила приветствие, прощание, жесты… И поле мозгового штурма была вымотана, но довольна. Я чувствовала себя увереннее с каждым новым выученным словом.
Сама же часто ловила себя на мысли – неужели у развитых инопланетян нет никакого чуда средства или наушника, чтобы хоп – и я заговорила на из языке, и при этом все понимала? И конечно же я пыталась объяснить все жестами, указывая на уши, рот, на несуществующие наушники несколько раз. Потная, красная, изрисовавшая несколько файлов на планшете и… да! Они все дружно закивали, когда наконец-то поняли меня. Или не поняли…
Развела руками, мол и где сие чудо?
И тут Джеф потянул к планшету свои маленькие ручки, ловко выхватил стилус, и принялся рисовать. Слизень был занят минут пять, а потом выдал мне очередной схематический шедевр. Он нарисовал меня с большими ушами, космический корабль, потом стрелочку к неизвестной планете, потом знакомый мне по рисункам Рамис. Хм… Так значит, чтобы найти мне чудо средство для знания языков, надо сделать остановку. Интересно, но страшно. И с одной стороны я хотела бы и понимать, и говорить, но с другой, можно ли доверять этим инопланетянам?..
Глава 12
Юлия
Спустя несколько недель полета команда корабля «зашевелилась». Фиолетовые облачились в форму, которую я раньше не видела. Джеф накинул какую-то мантию, похожую на палерину. Была она просто ему мала или так и должно быть – я точно не поняла. Волосатики, с которыми мы лишь взаимно здоровались тоже приделись в форменные комбинезоны. Экипаж корабля стал выглядеть… как экипаж. Форма была темно-зелёной, почти чёрной, и странным образом приглушала природную чуждость, делая их похожими на… команду, на единый организм. Нашивки на груди у Чату переливались перламутром, а у Литча были скромными, матовыми. Это была иерархия, которую я, наконец, могла определить. И стало понятно, кто какую должность занимает по количеству нашивок.
Как я и предполагала ранее, Чату оказался главным. Джеф занимался ремонтом и был техником, управляя несколькими роботами. Литч был медиком на «Шамрай», а вот волосатики… я не поняла кто они, но видеть их одетыми в форменные одежды было непривычно. И лишь я по-прежнему ходила в своем земном комбинезоне, а когда мерзла – накидывала сверху халат.
За это время я начала говорить: плохо, отрывисто, отдельными словами, которые неправильно складывала в фразы. Я старалась изо всех сил, и это вознаграждалось. Больше всего я «общалась» с фиолетовыми и с Джефом. И они, видя мои усилия, по-доброму смеялись надо мной и поправляли, когда я в очередной раз складывала неправильно два слова в единое предложение. Конечно, я очень многое не понимала, но прогресс был. Я могла представиться, сказать откуда я, назвать свое имя.
А еще я выучила названия блюд, которые ела ежедневно. Кстати, о меню… завтрак, обед и ужин были одинаковыми. Я могла принять такой скудный запас питания, ведь инопланетяне не ожидали на борту появление землянки. И как «объяснил» мне Литч, мне нельзя было есть множество их продуктов. Так что я довольствовалась тем, что было на корабле. Однако часто ловила себя на мыслях, что хотела бы простой земной пищи типа картофеля, жаренного мяса, морепродуктов, фруктов и овощей в привычном мне виде. Но в моей ситуации я была благодарна хоть за какое-то питание.
Еще я постаралась достать себе расческу. К волосатикам я сама не подходила, но каждый день капала Джефу на мозги, жестами жалуясь на длинные спутанные волосы. Мой синий слизень долго не понимал моего толстого «намека», но спустя время до него дошло. В один из дней он принес мне щетку со странной жесткой щетиной. На вопрос что это и как, он провел щеткой возле моих волос, и я осознала – расчёска. Только вот она была больше похожа на щетку для чистки лошадей. Сказать, что я долго мучалась с ней – ничего не сказать. Мои волосы были так сильно запутаны, что требовалась помощь парикмахера, литры кондиционера и хорошие гребни. Мучалась, драла сухие волосы, плакала, психовала и в итоге…
И в итоге пошла к Литчу, и попросила жестом отрезать мне волосы по плечи. Фиолетовый понял с первого раза, достал какую-то палочку, усадил меня на стул и одним движением срезал запутанные пряди. Не совсем ровно, но из-за того, что волосы слегка вились, было не заметно погрешности.
С короткими волосами было легче. Сразу после сушки я вычесывала волосы щеткой и наслаждалась почти аккуратной прической. Длинны волос мне было не жаль, тем более выглядели оные как мочалка, путались и лезли в глаза. Сейчас же я привыкла к коротким волосам по плечи, чувствуя легкость.
Остальное время я исследовала новый окружающий меня мир. Мне показали схему и внешний вид нашего корабля, постоянно повторяя «Шамрай». Видимо, чтобы я запомнила. А я не только запомнила, но и за эти недели обошла почти все отсеки, куда у меня был доступ. Были конечно и те, в которых мои отпечатки не срабатывали. И в такие моменты за моей спиной обычно появлялись либо Джеф, либо Литч и отрицательно мотали головой, мол «нельзя». Я не злилась, понимала, что не все на корабле предназначено для моих глаз. Тем более я могла что-то испортить, куда-то нажать или вообще оказаться в отсеке, непригодным для жизни. По глупости выйти в открытый космос и помереть я точно не желала, так что следовала правилам и изучала те отсеки, которые были открыты для меня.
В общем, за эти недели я старалась не упустить ни одной лишней минуты и исследовать корабль, обучиться языку и жестам, узнать больше о инопланетных попутчиках и… и, наверное, моя активность отчасти была связана с моим состоянием: я боялась сойти с ума и поддаться панике. Все-таки оказаться на космическом корабле было слишком даже для моей фантазии и неуемной натуры.
В очередной утро, когда я пришла на завтрак и узрела всех в форме, собранных и серьёзных, напряглась. В столовой были только волосатики и Чату, который куда-то спешил. На мои нескладные вопросы он просто взял меня за руку и повел на мостик.
На мостике же я снова прилипла к иллюминатору, наблюдая невероятную картину. Планеты, камни, снова планеты – маленькие вдалеке, большая прямо перед нами и судя по очертаниям – вполне себе обитаемая. Планета была не сине-зелёной, как Земля, а изумрудно-фиолетовой. Сквозь разрывы в облаках, похожих на клубы розового пара, угадывались не линии материков, а словно бы гигантские соты или кристаллические структуры, но рассмотреть с такого расстояния было сложно. Ничего знакомого. Ничего родного.
– Рамис? – спросила Чату, оборачиваясь. Фиолетовый адмирал стоял на возвышении, хмурился и что-то нажимал на панелях управления. Остальные члены экипажа были сосредоточены и не обращали на меня внимание.
– Рамис? – повторила вопрос громче и напряглась. Я боялась. Очень боялась, что они выбросят меня на неизвестной планете и все. Пока летели, я старалась не накручивать себя и не думать о своей судьбе после «Шамрай», ведь меня сразу охватывала паника и страх неизвестности. И когда я увидела планету, паника усилилась. А дальше что? Куда? Зачем? Что со мной будет?
И сразу накрыло отчаяние, что я еще не обучилась полноценно, говорю, как ребенок, и мой максимум – принять душ, заказать еду и опустить бортики на койке-кувез… Я не была готова к миру за пределами космического корабля.
– Ба, – отрицательно покачал головой Чату и снова уткнулся в панель управления. – Жидимаста. Ютам чур бо.
– А… – я хотела задать кучу вопросов, но выученные слова не складывались в логичные предложения. И только я хотела достать планшет, чтобы нарисовать очередной схематический ребус, как… узрела настоящую космическую махину.
Изначально я подумала, что это чудо – огромный космический корабль. Но присмотревшись, поняла – нет, это скорее космическая станция. Огромная и очень… живая. Я насчитала четыре кольца, которые были соединены межу собой. Сотни космических кораблей разных размеров и видов курсировали от станции и обратно. Сама станция сияла разными огнями, а массивные кольца принимали судна. Чем ближе мы подходили, тем лучше мне было видно и горящие иллюминаторы, и шлюзы, и механизмы работы отсеков. Это был почти целый город, висящий в пустоте. Четыре колоссальных кольца, опутанные сетью доков и антенн, медленно вращались вокруг центральной башни. Всё это мигало, переливалось огнями, пугало и завораживало одновременно.
– Юля, – позвал меня ниоткуда взявшийся Джеф. Я его не видела со вчерашнего вечера, так что тоже поздоровалась. Слизень был серьезен и не улыбался. Он аккуратно вытащил из моих рук планшет и выключил его. А сам оглядел меня, потом повернулся к Чату, и инопланетяне друг другу кивнули.
Меня охватила паника. Высаживают, – подумала о самом страшном. Слово ударило в висок, и голова закружилась.
Меня высадят на этом Жидимасте или как его там… и что? Что мне делать? Куда идти? А вдруг мне не подойдет атмосфера этой планеты?
Или… или это не планета, а место вроде рынка? Ох, папочка! Да меня выставят на всеобщее обозрение как диковинку с далёкой, примитивной планеты.
«Посмотрите на землянку! Совсем голая, без чешуи и щупалец! Кто даст больше?» – пришли в голову красочные картинки, заставляя все похолодеть внутри. Мое хорошее воображение сейчас играло совсем не на моей стороне, подстегивая к истерике.
– Что происходит? – прошептала на русском и попятилась назад. – Джеф…
– Юля, жум ту симат марф беч, – проговорил Джеф спокойно. Он показал одной рукой на меня, другой на себя. А потом соединил руки. – Жидимаста.
– Жидимаста? – указала я на станцию, переспрашивая.
– Ба, – отрицал Джеф, а потом указал на планету, что за станцией почти не было видно. – Жидимаста.
– Вы меня высаживаете? – все еще не могла понять, отчего паниковала и накручивала себя. Руки тряслись, в глазах собрались слезы, а в горле встал ком, мешая говорить даже по-русски.
– Ба-ба, – терял терпение Джеф. Он жестом указал на мое ухо, на рот, а после на планету.
– О, – дошло до меня, однако расслабиться я не могла, волнение не отступало.
То есть мы сейчас полетим на планету? И там мне что-то установят? Или проведут операцию, залезая глубоко мой мозг, чтобы я смогла говорить и понимать? А если все же опыты?
– Юля? – протянул мне тонкую маленькую ручку Джеф, ожидая моей реакции. Если я сейчас вложу свою руку в его, это будет значить, что согласилась? Но на что? Ох, как же страшно.
Я смотрела на тонкую глянцевую ладонь Джефа, потом на его большое желейное тело и в итоге остановила свой взгляд на трех глазах, в которых мелькало ожидание и неподдельное беспокойство. Его три глаза не моргали, смотря на меня с непривычной серьёзностью. Маленькая ладонь так и замерла в воздухе – не требующая, а предлагающая. В его позе, в том, как слегка подрагивали края его желейного тела, я вдруг прочитала то же самое, что чувствовала сама: напряжение, ответственность и какую-то хрупкую надежду.
Джеф волновался? За меня? Или за мою покладистость? Нет, он не давил, предоставляя мне выбор. А вот из чего выбирать и как – я не понимала. Несмотря на недели совместного путешествия и общения насколько это возможно, я все равно с опаской относилась к инопланетянам. Я не знала ни их мотивов, ни целей, не могла узнать о своей судьбе и предсказать, что со мной будет дальше…
И сейчас, на свой страх и риск, с глубоким выдохом я решила довериться. Протянула свою дрожащую потную ладонь Джефу и крепко сжала, как бы показывая – «я с тобой».
Глава 13
Юлия
Это безопасно?
Куда мы летим? На станцию? Или прямо на планету?
Почему на нас нет специальных костюмов? Конечно, на моих друзьях-инопланетянах понятно, а я? Как мне быть? Нужна ли мне какая-то защита помимо того балахона, что мне одолжил Джеф?
А может они меня просто высадят в космосе?
Эта посудина точно выдержит? Уж очень маленькая и тесная, а выглядит как закрытая ракушка из металла.
И еще сотня вопросов вертелось в моей голове, пока я рвано дышала и старалась зацепиться за остатки благоразумия.
Черт! – выругалась я сквозь зубы и вжалась в кресло, нервно сжимая ремни. Сумку, что мне выдал Джеф я зажала коленями, стараясь не сломать планшет-рисовалку внутри. Все-таки это мое единственное средство связи, не считая моего скудного словарного запаса.
За креслом перед небольшой панелью управления сидел Чату. Он был сосредоточен на управлении и даже не повернулся в мою сторону, когда я выругалась. Его фиолетовое лицо отсвечивало свет от панели управления, и сейчас Чату мне казался каким-то сказочным персонажем. Раскосые белые глаза почти не моргали, а пластилиновые руки ловко порхали над панелью.
Рядом с Чату сидел синий волосатик, помогая капитану. На следующем ряду сидели парочка фиолетовых, что спокойно переглядывались между собой, иногда бросая на меня взгляды и ободряюще улыбались. Следом за ними сидела я и Джеф, которому кресло было… маловато. Его жирненькие бока расползлись, а ремни туго обхватили пышный торс. Позади меня совсем один сидел Литч, прихватив с собой какой-то продолговатый предмет. Это было похоже на смарт-часы, но с более широким экраном. Кстати, подобные были у всех членов команды, но только не у меня. И мне тоже хотелось, но я посчитала слишком наглым с моей стороны выпрашивать больше, чем мне уже дали.
А дали мне всего лишь защиту, питание и отдельную каюту. И это уже много для простой землянки, что по трагичной случайности оказалась на космическом корабле. Правда перед полетом на планету Джеф выдал мне сумку и один из своих старых балахонов: темный, тяжелый, длинный, очень широкий, без рукавов, но с прорезями для рук и огромным капюшоном. Надевая его, я чувствовала себя ребенком, закутанным в чужое, гигантское одеяло. Но это была моя единственная броня.
– Чуса! – громко выкрикнул Чату, и я вздрогнула.
– Чус! – хором ответили остальные, а Джеф дотянулся до меня рукой и погладил по плечу, как бы успокаивая.
Я начала ощущать сильную вибрацию всем телом. Понять это моя дрожь или тряска было сложно. Все смешалось. Нарастающий гул двигателей почти оглушал. В момент, когда мини-корабль начал движение, я взвизгнула, закрыв от страха глаза.
На миг мое тело потерялось в пространстве. Как будто все органы во мне перемешались, а мир покачнулся. Голова закружилась, в глазах темные точки, дыхание остановилось… А потом все разом вернулось: и чувства, и зрение, и тошнота, и бесконечный страх.
– Мы летим… – прошептала я, осматривая главный и единственный иллюминатор.
Чату взял управление и кораль устремился от «Шамрая» к планете, облетая по дуге космическую станцию. Вокруг сновали другие корабли, и я волновалась о случайном столкновении. Старалась унять панику, поэтому размышляла по каким принципам двигаются космические корабли, есть ли у них правила космического движения и что делать в случае аварии. Точно не вызывать ППС-ников… Или есть какая-то космическая полиция? Ох, черт!
Когда наша маленькая «ракушка» обогнула станцию, я уже почти успокоилась и теперь с открытым ртом и вытянутой шеей наблюдала, как мы стремительно приближались к планете. Охала, ахала и слышала добрые смешки Джефа.
Через стекло небольшого иллюминатора я видела уже больше, чем с корабля. Материков как таковых не было, но вместо привычной мне земли я видела сияющие соты. С высоты они казались маленькими, но чем ближе мы подлетали, тем детальнее я могла все рассмотреть.
Фиолетово-розовая пелена атмосферы расступилась, и под нами открылся инопланетный мегаполис. Это не были города в человеческом понимании. Гигантские шестигранные купола, похожие на кристаллы или пчелиные соты, плотно прилегали друг к другу, образуя бесконечный, сияющий узор. Между ними, словно артерии, пульсировали светящиеся коридоры. Ни деревьев, ни рек, ни намёка на хаос природы…
– Юля, – позвал меня Джеф. Он опять указал одной ладонью на себя. Потом другой на меня и соединил их. И что это значит? Держаться рядом? Или типа мы должны связать себя чем-то?
Нервно фыркнула, представляя, что меня везут на свадьбу со слизнем. И нет, Джеф неплохой, но он… он большой слизень, инопланетянин, а я землянка. И все мои мысли – лишь полет изуродованной фантазии! Ох, как я вообще об этом могу думать?
Да потому что я ничего не понимаю и не знаю правила этого мира! – вопила сознание, подстегивая раскаленными прутьями истерику.
Джеф еще раз показал этот жест, и я кивнула. А что мне еще оставалось, кроме как согласиться? Да, я не совсем понимала, что от меня хочет слизень, но думать о плохом хотелось в последнюю очередь. Вокруг меня и так много плохого!
Пока я вела разговор абсурдных жестов в Джефом, наша маленькая жемчужина приближалась к одному из куполов. Огромный, сияющий, словно из стекла со светоотражающей пленкой, он возвышался над другими сотами. По бокам купола были открыты отверстия, в которые с одной стороны влетали другие корабли, а с другой вылетали. Типа ангара что ли?
Осмотрелась, отмечая какое красивое небо над нами. Фиолетово-розовое, с темными облаками. Низкое. Страшно красивое.
Чужое небо.
Двигатели начали затихать, Чату что-то бормотал, а по салону пронёсся металлический голос. Панель управления замелькала желтым светом, и как я поняла, это было разрешение на посадку.
И тут до меня дошло невообразимое: сейчас я стану первой землянкой, что сошла на другую планету хрен знает в какой части космоса. Моя нога ступит на землю, о которой наши учёные и исследователи помыслить не могут и знать не знают.
«Жемчужина» залетела в ангар, где стояло множество мелких суденышек вроде нашего. Какие-то выглядели намного хуже нашего, какие-то наоборот показались мне настоящим чудом техники. Но все разные: с всевозможными эмблемами, рунами, обозначениями, блестящие, матовые, ржавые. Вот это да!
Наш кораблик совершил посадку, двигатели затихли, погружая меня и членов экипажа в вязкую тишину. Никто не двигался какое-то время, а я перестала дышать. Что дальше?
Отстегнулись ремни с глухими щелчками. И эти щелчки для меня стали как самый точный выстрел в сознание. Пришло окончательное и бесповоротное понимание: я одна в далеком и холодном космосе. И в это мгновение я осознала, что страшен мне не полет, не космос, не инопланетяне.
Я единственная особь с Земли, окруженная другими существами. Между нами колоссальные отличия как внешние, так и внутренние, физиологические. Мое одиночество – теперь моя хроническая болезнь. Отныне у меня не будет ни семьи, ни любви, ни элементарного душевного понимания. Маленькая я в бесконечном космосе – непонятном, чужом, порой враждебном. И мне придется научиться жить заново, каждый день открывая для себя что-то новое. Но с какой целью? Для чего? Как мне найти свой путь? Как определить вектор движения, если я даже представиться нормально не могу⁈
Чужая. Одинокая. Слишком слабая. Ничего не знающая. Может чуть дикая по меркам других разумных. И да, самое страшное не все вышеперечисленное. Самое страшное – это вакуумное одиночество, которое теперь навсегда при мне.
Я машинально подхватила сумку, зажав её так, что костяшки пальцев побелели. Внутри бушевала тихая истерика, а снаружи – лишь влажные глаза и легкая дрожь в коленях.
Добро пожаловать в новую реальность, Юля, – сказала про себя и этот приветствие прозвучало в голове ледяным эхом.
Шлюз корабля открылся со скрипом, выпустив струю холодного воздуха. Воздуха Жидимасты. Чужой планеты! Никто из моих сопровождающих не паниковал. Значит, так и должно быть. Значит, дышать этим можно.
Я сделала еще один вдох, пробуя воздух на вкус. Чувствовался запах озона и чего-то сладковато-пряного, но неизвестного мне ранее. А еще было очень влажно, отчего дышать было тяжелее, чем на корабле.
– Юля? – спросил Чату, цепко осматривая меня. Он сделал такой же жест, как и Джеф, соединив ладони.
Кивнула, натянуто улыбнулась. Посмотрела в открытый шлюз в ангар. Искусственное освещение от тусклых ламп смешивалось с фиолетово-розовым природным светом, делая картинку перед глазами совершенно фантастической. В ангаре ходили существа, переговариваясь на знакомом, но непонятном языке. Отсюда мне было не рассмотреть их внешность, но я ощущала зарождающийся интерес.
– Я готова, – проговорила на русском ожидающим меня Чату и Джефу. Остальные члены команды уже спустились.
Чату пошел первым, рядом со мной шел Джеф, а позади следовал молчаливый Литч. Каждый шаг давался мне с трудом. Морально я себя успокаивала, проговаривая «все будет хорошо».
Но я не знала. Никто не знал, что может сегодня случится. И я сделала первый шаг.
Первый шаг на чужую землю.
