Текст книги "Голос извне (СИ)"

Автор книги: Саяна Кошкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 52 страниц)

И я расслабилась, откинувшись на спинку кресла. Вытащила комм и начала жадно читать всё подряд – настройки, новости, прогноз погоды. Каждое понятое слово было победой. Каждая прочитанная строчка – ключом к новой жизни.

Теперь я и говорю, и читаю. Скоро научусь и писать. Теперь я не беспомощна. Теперь я – во всеоружии.

Флай вылетел из туннеля и яркое кхарское солнце ударило в глаза. Я заморгала, прикрылась ладонью. Почувствовала запах горелой проводки, испугалась. Начала осматриваться, а паника и страх возрастали.

– Твою мать! – выругалась я, когда флай начал корениться.

«Автопилот отключен. Удаленное управление!»

Я падала! Падала на этой инопланетной шайтан-машине!

«Перегрев основного двигателя!»

Нет, нет, нет! Только не сейчас! Не в момент, когда моя чертова жизнь начала налаживаться!

«Аварийный режим!»

Пожалуйста, Иль…

– Аааа… – заверещала я в момент, когда флай начал падать.

Глава 61

Ильхом Гросс

С тяжелым сердцем я покинул медицинский центр, где осталась моя Юля. Вышел через черный ход, чтобы не обходить квартал. Флай оставил для жены – не знал, сколько займёт кодировка её чипа, а на общественном транспорте добраться до Управления было проще.

Весь путь думал о ней. Вспоминал её слова о доме. Мысленно прикидывал, какая из планет могла бы ей подойти. Точно не Елимас и не Мирус – слишком жарко. Юля говорила, что ей нужно больше простора и зелени, а жить под землёй моей девочке не по нраву. Значит, Каван или Харта.

На Каване – тропики, но определённо прохладнее, чем здесь. А Харта… Слишком простая для такой звездочки, как моя Юля. Разве что селиться в столице. Нужно сегодня же вместе посмотреть дома на этих двух планетах. Пусть выберет то, что понравится. Тем более голографический экран у нас дома куда лучше, чем на её комме. Юля сможет увидеть картинку в полном цвете.

Больше не совершу ошибки. «Лучшее» по версии кхарцев – не всегда лучшее для моей инопланетной жены. Надо учитывать, что она переселенка. Моя космическая девочка…

В Управлении меня встретили… по-разному. Кто-то из сослуживцев искренне поздравил с созданием клана. Кто-то рад не был – это читалось в их взглядах, скользивших по моим феериям. Энерголинии горели ровным, насыщенным светом – Юля заряжала меня полностью, чему я был бесконечно благодарен. Для многих это было странно: обычного адмирала выбрали первым мужем. Я и сам до сих пор не мог поверить своему счастью.

На третьем этаже встретил Тарималя, и он сказал, что уже получил новое распределение. Поговорить не успели, ведь я спешил на собрание командующих. Если будет время, то встретимся после моего увольнения.

Сегодня напишу рапорт, и меня освободят со службы. До сих пор не верилось, что заканчиваю с перелётами из-за женитьбы. До встречи с Юлей думал, что умру где-то на просторах космоса, одинокий и никому не нужный. А теперь… Теперь у меня появилась надежда. На светлое будущее. На детей. На долгую жизнь.

Космос! Я даже мечтать о подобном не смел! А сейчас с трудом прячу счастливую улыбку.

На собрании командующих мне устроили настоящий допрос. Вопросы сыпались один за другим, и многие из них мне не нравились. Некоторые командиры намекали, будто я принудил переселенку к браку. Другие по нескольку раз пересматривали запись церемонии, пытаясь найти нарушения. И только мой командующий, старик Вассер, держал оборону, пока я отвечал на все эти унизительные вопросы.

Спустя три часа всё было кончено. Меня уволили со службы, освободили от обязанностей адмирала «Араки» и выдали рекомендательные письма. Вассер на прощание хлопнул меня по плечу:

– Легко отделался, Гросс. Удачи! И береги её… И себя.

Это было предупреждением, но я и сам знал – впереди нас с Юлей ждут трудности. Очень много несогласных с нашим браком, а большинство кхарцев, что подали заявки на брак с моей землянкой – высокородные… засранцы.

Я глянул в комм. Флай всё ещё был у медцентра. Долго… Но у меня было время пропустить по стаканчику ароса с Тарималем. Капитана нашёл на тренировочном полигоне. Он отрабатывал приёмы с молодым пополнением, но, увидев меня, сразу передал группу инструктору.

– Ильхом! Как дела? Я думал, что ты не заглянешь, – обрадовался моему визиту Тарималь. – Быстро ты!

Мы ушли в его временный кабинет – маленькую комнату с минимальной обстановкой. Тарималь достал из ящика стола плоскую бутылочку ароса, налил в два простых стакана.

– Как Юля? – спросил он, отпивая. Моя жена не давала разрешение называть себя по имени, но каким-то образом они с Тарималем сдружились. Обычная кхарка бы сразу подала жалобу, но не Юля. Она была… проще. Но в этой простоте я видел ее самый большой плюс.

– Сложно, – честно признался я. – Елимас ей не подходит. Жара, подземные города… Она говорит, будто живёт в склепе.

– А она права, – Тарималь усмехнулся и потер нос. – Мы сами превратили свои планеты в склепы. Ради «стабильности».

– Я думаю перевезти её на Каван или Харту. Посмотрим сегодня дома.

– Значит улетаешь из столицы, – голос друга стал ниже и тише. – Жаль, если ты переберешься с Елимаса, вряд ли увидимся еще…

– Увидимся, – говорил и был почему-то уверен в свои словах.

– Рад за тебя, старик, – Тарималь серьёзно посмотрел на меня. – Искренне. Но будь осторожен. Многим твоё положение не нравится. Первым мужем переселенки стал «простой адмирал»… Извини, я так не считаю, но ты знаешь, как кхарцы погрязли в системе выборочных браков.

– Мне ли не знать, – я сделал глоток ароса. Терпкий вкус опалил горло. – Сам до сих пор не верю. Юля… Она необычная. Но в этом и минус – ей будет сложно влиться. У неё иной характер, иные представления. Вместе с женой мне досталось не только счастье, но и тонны нервов, стресс и её колоссальная, неуёмная фантазия.

Я рассказал, как она отказалась спускаться в подземные спальни и устроила ночлег в гостиной. Тарималь смеялся и поддакивал, мол это только начало.

– Настоящая переселенка. Не желает жить по нашим правилам, – разлил еще два бокала. – Но это скорее преимущество, сам понимаешь… Не пытайся ее переделать, сломать, заставить жить как харка.

– А я и не заставляю, – улыбнулся я. – Пусть живёт как хочет, я даже от этого получаю удовольствие. Она дает мне… свободу, Тарим. И любовь. Я о таком и мечтать не смел среди звезд.

– Берегите себя оба, – кивнул Тарималь. – Кстати, по поводу покушения через комм на «Араке»…

Друг не успел договорить, дверь кабинета с резко распахнулась. На пороге стоял перепуганный, бледный Хатус. Он не сразу заметил меня за высокой спинкой кресла.

– Капитан! Только что поступил сигнал от флая адмирала Гросса! Системы ещё не отключили, я как главный техник получил оповещение: флай разбился в пригороде Эвилла.

Мир остановился.

Я застыл, словно превратился в камень. Флай… летел домой. А в нём была…

Юля.

Моя космическая. Моя единственная.

Я поднялся. Движения были медленными, неуклюжими, будто тело перестало слушаться. Внутри всё оборвалось. Остался только горький, немой вой боли.

– Где? – голос сорвался с губ хрипло и чуждо. – Мне нужны точные координаты! Все данные!

Хатус, наконец заметив меня, грязно выругался.

– Адмирал…

– Гросс… – тихо позвал Тарималь. Его взгляд был прикован к моим рукам. Феерии на них пульсировали неровно, срываясь в хаотичные вспышки.

Я не чувствовал ничего. Только ледяную пустоту под рёбрами, только нарастающую, слепую ярость.

– Как… – прошептал я. – Как это возможно?

– Экстренные службы уже вылетели, – быстро доложил Хатус. – Но если адмирал здесь… То кто был во флае?

– Моя Юля, – сказал я, и слова прозвучали как приговор.

Потом что-то внутри щёлкнуло. Вспыхнула мысль: просто так разбиться мой флай не мог. Невозможно! Системы контроля, автопилот, дублирующие контуры… Сбой мог быть только одним – диверсией.

– Сбор «Пепла»! – рявкнул Тарималь, уже срываясь с места. – Немедленно! Хатус, ты с нами!

Мы бежали по коридорам. Я впереди, не видя ничего вокруг. Тарималь – следом, отдавая команды в комм. Хатус пытался дышать ровно и держать лицо, но по нему было видно – он всё понял.

Садились в военный челнок на ходу. Члены «Пепла» запрыгивали внутрь, лица напряжённые, сосредоточенные. Они все знали Юлю. Видели её. Помнили эту хрупкую землянку с её странными фразами и тёплой энергетикой.

В салоне воцарилась тишина. Густая, вязкая. Только гул двигателей нарушал её. Я упал на сиденье, упёрся локтями в колени. Сжал голову руками. Феерии на запястьях мерцали неровно, рвано – в такт моему сердцебиению.

– Моя Юля… – прошептал я в тишину. – Это невозможно… Ты не могла меня оставить, не могла…

Челнок рванул с места, набирая скорость. Мы летели к месту падения. К ней.

А в голове уже стучала одна мысль, чёткая и беспощадная: если с ней что-то случится… Если это чья-то работа… Я найду виновных. Будь это КОРР, Совет или эти выкормыши вроде Кавана… Я уничтожу. Всех. Сначала узнаю имя. А потом сотру с лица планет.

Глава 62

Юлия

Я видела приборную панель, мигающую ярко-красными огнями. Видела штурвал или что-то его напоминающее, но не понимала, как им управлять. Я знала одно: флай падает, и мне не остаётся ничего, кроме как перекинуться через сиденье и взять управление в свои руки. Водить я умела, но… машины. Обычные земные машины, но точно не космические летающие капли!

– Пожалуйста… – шептала я в пустоту, как будто кто-то мог бы мне помочь.

За окном мелькала пустынная земля Елимаса: серебристые поля травы, деревья медных оттенков, всё залитое ослепляющим светом Кхара. Не знаю, откуда во мне взялись силы, но момент здравомыслия в океане страха и паники я нашла. Зацепилась за крохи сознания и за штурвал. Чёрт!

Флай дёрнулся, и я завизжала. Траектория изменилась, но флай закрутило. Закружилась и картинка перед глазами, и я больно ударилась головой о боковую панель. Вдалеке мелькнула сияющая гладь… вода? Река? Водоём?

Да какая разница, если удар от падения всё равно будет фатальным⁈

«Опасность! Опасность!» – подал голос дроид за моей спиной. Я забыла, что со мной есть ещё один «помощник».

Я дёрнула штурвал ещё раз и его заклинило. Флай в очередной раз дёрнулся, и меня начало перекручивать по салону, как одинокое полотенце в барабане стиральной машины. Страх превратился в чистую, животную боль. Я ударилась спиной о потолок, головой – о дверь, услышала резкий треск ткани – это лопнул шов на моём жёлтом костюме.

Потом был сильный удар. Оглушительный. Мир взорвался белой вспышкой, а внутри черепа что-то хрустнуло. В глазах помутнело.

Я с трудом держалась за остатки сознания, старалась не закрывать глаза. Думала об Ильхоме. О его улыбке. О том, как он гладил мне волосы.

Выжить, – стучала в висках одна мысль. – Ещё раз. Выжить. Прошу!

Флай начал дымиться. Послышалось странное шипение, и я увидела, как сквозь треснувшее лобовое стекло на нас надвигается мутно-зелёная толща. Я погружаюсь в воду?

– Луи… – хрипела я, пытаясь перевернуться. Меня зажало между сиденьем и потолком. – Разбей стекло…

«Опасность. Опасность, – монотонно твердил дроид, не разделяя моего страха и паники. – Обнаружена течь».

Я лежала животом на потолке салона и думала, что умирать вот так – в холодной металлической ловушке на дне чужого озера – не хочу. Ни за что. Только не так, не здесь!

– РАЗБЕЙ! ЧЁРТОВО! СТЕКЛО! – взревела я, чувствуя, как по венам разливается яростный, обжигающий адреналин.

«Опасность!»

– Я ПРИКАЗЫВАЮ! – рявкнула я, из последних сил подтягиваясь к двери со стороны водителя. Флай с жутким скрежетом уходил под воду глубже. У меня ещё был шанс. Секунды. – Сейчас же!

Набрала в лёгкие побольше воздуха, зажмурилась… и услышала глухой удар. В лицо ударила тёплая вода и острые осколки, царапая кожу на лице, шее и руках. Не обращая внимания на боль, я ухватилась за неровные, режущие края разбитого стекла и подтянулась. Вода вливалась в салон, заполняя его с пугающей скоростью. Флай, захлёбываясь, утягивал меня на дно.

Я выбиралась наружу, чувствуя, как острые края режут ладони до мяса. Как соскальзывают с ног брюки, зацепившись за какой-то выступ. Как не хватает воздуха. Боль была острой, жгучей, но страх утонуть был сильнее. Я рванула, выдёргивая ногу из ткани, оставив штаны и обувь в салоне-ловушке.

И выплыла. Через боль, через неимоверное усилие я выплыла.

Вынырнув на поверхность, я впервые в жизни была так безумно рада видеть это слепящее, ненавистное Кхарское солнце. Отплевалась, наглотавшись тёплой, странно пахнущей воды, и поплыла к берегу.

А потом… Потом под водой, там, где остался флай, раздался приглушённый, но мощный взрыв. Толща воды смягчила его, превратив в тяжёлый ударный толчок. Меня вытолкнуло обратно, но я не сдалась. Снова поплыла к берегу, чувствуя, как воздух пахнет гарью и химикатами, как тёплая вода щиплет порезы на руках, как от каждого движения вода вокруг окрашивается в мутно-розовый цвет.

Я выползла на берег и огляделась. Безлюдная равнина и только в далеке редкая полоска медных деревьев. Оставаться под этим палящим солнцем было самоубийством. Ноги обжигала раскалённая земля, штанов нет, костюм, промокший и разорванный, облепил тело, насквозь пропитавшись кровью и водой.

– Остаться в живых, блять! – яростно прошептала, убирая с лица мокрые, слипшиеся пряди волос. Я размазывала кровь по лицу, плевалась едкой водой и надеялась, что помощь уже летит.

Минута. Две. Три. Стоять было невозможно! Ноги горели, словно их поджаривали на углях. Я снова зашла в воду по щиколотку, но легче не стало – солёная вода лишь разъедала раны.

– Нужно уходить, – шептала, так как помощи видно не было. Где я вообще? Куда меня занесло? Прикинула расстояние до ближайших деревьев.

– Нужно бежать, иначе я превращусь в жаренного цыпленка, – глубоко вдохнула и побежала, надеялась, что в тени будет не так адски горячо.

Воздух обжигал лёгкие, раны щипало, а в правый глаз заливала струйка крови. Видимо, я сильно порезала бровь или висок.

– Я… не… умру, – выдыхала я, преодолевая метр за метром. Это было похоже на бег по раскалённой сковородке. Сквозь боль. Сквозь панику. Сквозь нарастающую слабость.

Добежав до тени, я поняла, что силы кончаются. В голове мутилось, зрение расплывалось, перед глазами плыли тёмные пятна. Я облокотилась на шершавый, прохладный ствол медного дерева и почувствовала, как ноги подкашиваются. Медленно сползла по нему вниз, оставляя на коре кровавый след.

Силы оставили меня, и я провалилась в тёмную, беззвучную пустоту.

* * *

– Эй, вставай давай! – чей-то грубый, полный пренебрежения голос прозвучал над самым ухом. – Вставай и проваливай, госпожа!

«Госпожа» было буквально выплюнуто со смесью отвращения и яда. Воспоминания возвращались медленно, обрывками. Флай. Медцентр. Я научилась читать… а потом опять флай. И падение. Вода. Взрыв. Горячая земля. Кровь.

Меня спасли? Или я всё же умерла? А может, я опять на каком-то космическом корабле? Медленно открыла глаза. К удивлению, не чувствовала ни боли, ни слабости. Только странную, неестественную лёгкость, словно я выпила бокальчик игристого.

– Вот и хорошо, – фыркнул невидимый голос.

В помещении было темно: ни окон, ни нормального освещения. Я лежала на чём-то твёрдом и холодном. Попыталась подняться на локтях и ощутила, как соскальзывает с меня лёгкая простынка. Я… голая?

– Не в грязных же тряпках тебя укладывать в новейшую модель, – ответил тот же мужской голос. Но судя по интонации, говорил точно не кхарец. В нём не было привычной кхарской сдержанности или церемонности. Только раздражение и цинизм.

– Я вслух спросила? – уточнила, инстинктивно подтягивая на себя простыню.

– Не излечилась что ли? – в голосе проскользнуло удивление, а после я уловила движение слева. Испугалась, а когда взгляд выловил массивную фигуру в полумраке – замерла.

Кхарец. Определённо кхарец. Светящиеся линии феерий на одной руке… потому что второй не было. Вместо левой руки – какой-то навороченный, полированный протез, поблёскивающий в темноте тусклым металлическим блеском.

– Кто вы? – я начала нащупывать рукой кнопку, чтобы опустить прозрачные борта капсулы. В таком медицинском кувезе я уже лежала на «Шамрае» и помнила, что механизм должен работать.

– Ц-ц, не дёргайся, малая, – сказал кхарец и сделал шаг ближе.

Теперь я разглядела его получше. Очень высокий, даже выше Ильхома, с широкими плечами. Волосы белые, как снег, коротко острижены. Лицо… лицо было словно вырезано из мрамора – острые скулы, высокий лоб, тонкие губы, излом бровей. Но больше всего поражали глаза: серые, с вертикальным, ромбовидным зрачком. Взгляд был дикий, оценивающий, совершенно не дружелюбный. И от этого – пугающе красивый. Словно его вылепили не для жизни, а для какого-то тёмного мифа.

– Давай, госпожа, – кхарец подошёл вплотную, ухватил меня здоровой рукой за талию и буквально выдернул из кувеза. – Потерпи, недолго осталось терпеть такого урода. Из какого ты клана?

– Что? – не понимала я, машинально хватаясь руками и ногами за незнакомца, пытаясь найти опору. – А ну поставь меня туда, где взял!

– Переселенка! – он фыркнул, и в его голосе прозвучало что-то вроде брезгливого разочарования. – Точно с выводком послушных мужей.

– Да отпусти ты меня! – закричала, царапая ему руку.

– Вцепилась! – выругался он и… отпустил.

Ойкнуть я не успела. Жёстко приземлилась пятой точкой на прохладный, гладкий стол. И да, потеряла простыню. Теперь я сидела перед этим беловолосым гигантом совершенно голая.

– Где я? – сдавленно спросила я, прикрывая грудь ладонями и сжимая ноги.

– У меня дома, – кинул на меня презрительный взгляд мужчина. Он присел в кресло в углу, и в помещении загорелся тусклый, рассеянный свет, обнажив стерильные, голые стены какой-то подземной комнаты. – Имя клана говори. Сдам тебя законным зверушкам и забуду, как страшный сон.

– Ты… ты меня спас? Или я в медцентре? – голова начала кружиться. – Мой муж… мой муж адмирал Ильхом Гросс. Он найдёт меня. Он…

– А моя жена – принцесса Латана, – хохотнул кхарец, и в его смехе не было ни капли тепла. – Очень убедительно. Особенно для голой дрибли, найденной без штанов под деревом.

– А я Ю… – прошептала я, чувствуя, как в горле подкатывает тошнота. Волна дурноты накрыла с новой силой. – Я… я…

Я сползла на пол, закрывая ладонью рот. Позывы усиливались, и я не сдержалась. Меня вырвало прямо на холодный, чистый пол.

– Космос меня дери! – раздалось над головой отборное ругательство.

Меня трясло и рвало, но вдруг тёплая ладонь легла мне на лоб, отводя мокрые волосы с лица.

– Да ты не останавливайся, – язвил тот же голос, но, вопреки словам, его рука теперь осторожно гладила меня по спине. Движения были резкими, но на удивление бережными. – Очищайся… Всю дрянь из себя выдави.

– Мне… мне жаль, – хрипела я, утирая остатки рвоты с лица. Стыд жёг щёки.

– Мне тоже жаль, – передразнил меня мужчина. – Ох, убери тут всё!

«Ох» оказался небольшим уборным дроидом, который тут же выкатился из ниши и принялся за дело.

– Твоего дроида зовут Ох? – пробормотала я, чувствуя, как мир снова начинает плыть. Голова раскалывалась, в глазах темнело.

– А ты Ю? Просто Ю? – он снова фыркнул, но мне уже было не до смеха. – Кажись, я переборщил с дозировкой регенератора… Мда…

Дозировкой? Регенератора? Я попыталась что-то спросить, но мир вдруг резко накренился. Я почувствовала крепкие руки на талии, резкий запах металла и чего-то медицинского… и провалилась обратно в небытие.

Глава 63

Юлия

– Ю! Ююю, – слышала я издалека. – Давай, Ю, я знаю, ты приходишь в себя.

Я действительно проснулась и старалась прогнать остатки сна. Прислушалась к себе и отметила, что в полном порядке.

– Если хочешь остаться, то пожалуйста, я не против, – чуть ли не пел незнакомец. – Но боюсь, что твой муж разнесет тут все по камешкам, если узнает…

– Иль⁈ – я тут же вскочила, открыла глаза и уставилась прямо на беловолосого кхарца. – Где он⁈

– Вау, ожила, – хохотнул незнакомец, но глаза его были серьезными. Он осматривал меня проницательно, словно сканируя.

– Где я? – спросила и заозиралась по сторонам. Обычная для кхарцев спальня в темных тонах. Не медицинский бокс, а удобная кровать с мягкими подушками, слева кресло, справа – открытая дверь.

– Этот вопрос уже был. Ответ тот же – у меня дома, – сказал незнакомец. – Вставать собираешься?

– О, да, конечно, – я засуетилась, понимая, что нахожусь в доме постороннего мужчины, сплю в его постели и… я абсолютно голая. – А у тебя не будет одежды какой-нибудь? Я постираю и верну!

– Пф… – закашлялся беловолосый и удивленно уставился на меня. – Не стоит.

Он ушел в открытую дверь, а посмотрела на руки: ни синяков, ни порезов, ни моего коммуникатора. Черт! А где?..

– Вот, держи, – на кровать упала какая-то серая футболка. – Тебе будет как платье.

– Спасибо, – подобрала вещь и расправила, чтобы надеть. – У меня столько вопросов!

– А я думал, приказов, – пробубнил под нос незнакомец и ушел к выходу. – Могу ответить на все, если выпьешь со мной чашечку рафиса.

– А? – сдула прядь волос с лица, поправляя на себе очень большую футболку. Кхарец уже ушел из комнаты. Мне ничего не оставалось, как вскочить с кровати и побежать за ним.

Беловолосый шел медленно, и я вскоре его догнала. Не могла не отметить, какая массивная у него спина, как перекатываются мышцы под тонкой тканью майки, как поблескивает в тусклом освещении коридора его протез.

– Как твое имя? Ты меня спас? А почему не сообщил моему мужу? Гросс… он где? Почему меня не спасли? А… почему не медцентр? Все из-за дурацкого энергообмена? А почему не Эрик? Он мой медик, и обычно… А…

– Ух, сколько вопросов! Малая, – кхарец поднялся по лестнице и прошел в кухню. Мне в глаза ударил яркий свет, и я зажмурилась, на секунду теряя ориентацию в пространстве.

– … за это будет? – договорил кхарец, когда я сориентировалась и догнала мужчину.

– Что? – не поняла, но взгляд мой упал на накрытый стол.

– Позавтракай со мной что ли, – кхарец уселся на стул, пододвигая себе тарелку. – Всю ночь с тобой просидел, голодный как расх!

Я прикрыла глаза и сделала пару вдохов и выдохов, чтобы успокоиться.

– Ты слишком дерзкий для кхарца, – не смогла не ответить, но голос мой при этом был спокойным. У меня не было причин нападать и оскорблять незнакомца. И в глубине души мне нравилось, что он не называет меня госпожой и смотрит прямо и открыто.

– А ты странная для переселенки, Ю, – отбил незнакомец.

– Юля, я – Юля, – указала на себя пальцем и уселась за стол. Раз уж он такой простой и без условностей, то я тоже могу побыть прошлой версией себя – наглой, дерзкой и чуточку-капризной.

Закинула одну ногу на стул, натянула футболку и подтянула к себе тарелку. Белобрысый фыркнул, натянул улыбку-оскал, но глаза его при этом оставались серьезными.

Маска, – поняла я. Он носит маску, а на самом деле такой же придавленный правилами и условностями кхарец. Но почему он такой?

– Только один муж… Это странно, – приступил к еде незнакомец.

– Может представишься хотя бы? – пробубнила я с полным ртом. – Неудобно разговаривать о таких личных вещах, не зная при этом имени собеседника.

– Зови меня… Сар, – разрешил незнакомец, но такое чувство, что тем самым сделал мне большое одолжение. – Так что, Ю? Почему только один муж? Да еще и простой адмирал. Девочка ты дорогая, очень вкусная. Продешевила…

Я подавилась, прокашлялась и спешно отпила рафис. Хотелось запустить в него чашку, но сдержалась.

– Я что-то не то сказал? – Сар улыбался так гаденько, с издевкой.

– Ты меня… бесишь! – выдохнула я и бросила на стол вилку. Во мне в один миг всколыхнулись абсолютно все чувства, словно плотину прорвало. – Все вы меня бесите! И Кхар ваш, и долбанная планета-уголек, и правила ваши дурацкие, и законы до абсурда жестокие! Я просто хочу обратно домой! К нормальным людям, к привычной и такой понятной жизни! К вечно читающему нотации отцу, к инфантильной матери, к своему невыносимому помощнику, к своим подписчикам! Все бы отдала, чтобы снова сесть в свое геймерское кресло, закинуться энергетиком и монтировать новое видео, а не бороздить просторы космоса то с одними инопланетянами, то с другими.

– Воу, не стоит так разбрасываться… эмоциями, – ровно сказал Сар, и на его лице уже не было язвительной ухмылки. Зато феерии на его теле зажглись ярче.

– Паразиты! Вы все тут паразиты! Жрете женщин как энергетические вампиры. Тысячелетние устои, традиции, Богиня Кхар питала своих мужей… – передразнивала я все, что слышала ранее. – Вас всех волнует только уровень моего энергополя!

– Ю, – прошептал Сар, напрягаясь.

– Юля! Я Юля! – взревела и поднялась с места. – А знаешь что? Да пошел ты в жопу! Ты и твои смехуечки!

– … – белобрысые брови взлетели вверх, а рот приоткрылся.

– Я «умерла», оказалась в космосе среди фиолетовых пластилинчиков, не могла говорить и понимать, потом я надралась воздухом на чертовой купольной планете. И на меня началась дикая охота, ведь я вся такая уникальная и неизвестная! Тьфу ты! Дикари космические! А потом прибыли вы – полосатые энерговампиреныши со своими «выгодными» предложениями! И да, я согласилась! Потому что, когда ты на грани жизни и смерти, тебя мужает жажда – то попьешь даже из грязной лужи! Все это время я хоть и тряслась от страха, но не сдавалась, сражалась за свое «я»! И Ильхом Гросс – не просто адмирал, а МОЙ адмирал. Муж, которого я выбрала сама, не из-за страха или потому что «надо»! Так что не смей говорить о Гроссе в таком тоне, ибо все тут по камешкам разнесет не он, а Я!

– Я понял, – поднял руки в примирительном жесте Сар. – Я ошибся, Ю, мне жаль.

– Фух! – я упала обратно на стул. Слезы, которых я так боялась, наконец подступили к глазам. Я вытерла их тыльной стороной ладони, злая на себя за эту слабость. Но внутри действительно полегчало. Как будто гнойник прорвало. Я так давно копила в себе все…

Мы продолжили завтрак в тишине. Я ела, наплевав на все правила приличия: набивала полный рот, жевала, шумно отхлебывала рафис, игнорировала приборы. Чувствовала на себе внимательный взгляд Сара.

– Извини, – пробубнила, откладывая последний кусочек сладкой булки. – Стресс.

– Мгу, – кивнул кхарец. – Ничего страшного, Ю.

– Юля, – поправила.

– А мне нравится Ю, – улыбнулся наглец. – Расслабься. У меня давно не было… гостей, и я слегка одичал. И ты меня извини.

– Норм, – буркнула по-земному. – Где мой муж? Как я вообще к тебе попала? Я все помню до момента, пока не отключилась у дерева.

– Да, ты забежала на мою территорию и нарушила охранный контур. Система сообщила о проникновении, и я хотел было тебя уничтожить, но… запустил дронов и посмотрел кто там такой смелый, – рассказывал Сар. – Дроны показали женскую фигуру, истекающую кровью в запретной зоне. Это было… слишком подозрительно. Я решил сначала выяснить, не приманка ли это, не ловушка ли для меня. А когда подобрал – понял, кто ты. И тогда решил подождать. Посмотреть, кто придёт за тобой по-настоящему, а кто просто отчитается о «гибели».

– Меня искали? Хоть кто-то прилетел? – спросила с надеждой.

– Конечно! Целых два спасательных отряда и военный челнок группы «Пепел», – сказал Сар, а мое сердце забилось сильнее. Они меня искали! Искали!

– Но где мой муж⁈ Где Ильхом? Он бы не оставил меня здесь! – я вскочила с места и начала бродить из угла в угол. – Он отказался от меня? Да?..

– Адмирал Ильхом Гросс, как и все остальные не знают, что ты жива.

– Что⁈ Почему? Да как… – я задыхалась от бешенства. – Ты!

– Ты сама управляла флаем? – поднялся с места Сар и я притихла. Его внушительная фигура и тяжелая аура меня подавляла.

– Нет, конечно! Это… это автопилот, – прошептала. – Я же всего второй день на Елимасе… Я не умею еще…

– А теперь, малая, подумай, – подошел ближе кхарец и посмотрел мне прямо в глаза. – Твой адмирал – военный, один из лучших пилотов Империи. Его флай не последней модели, но я уверен, что он был безопасен. Военные протоколы и система безопасности! Авария на таком флае – почти невозможна.

– На что ты намекаешь? – не понимала я кхарца, и начала отходить дальше.

– Флай разбился не просто так. «Крушение» было подстроено целенаправленно, – словно приговор вынес мне Сар. – Это мог сделать очень опытный техник. Заказ?

– Я не знаю, но…

– Или тот, кому твой «единственный выбор» стал невыгоден. Кланы? – Сар наступал на меня, медленно сокращая между нами расстояние.

– Ильхом разберется!

– Да ты что? – гаденько улыбался мой спаситель. Его глаза уже были на уровне с моими и светились серебром. – А ты все еще хочешь прыгнуть в объятия кхарца, в чьём флае тебя должны были убить?

– Он мой муж! И любит меня!

– А может… твой муж и есть потенциальный убийца? Сколько версий, Ю!..