Текст книги "Зарубежный детектив 2026-12. Компиляция. Книги 1-10 (СИ)"

Автор книги: Лиза Гарднер

Соавторы: Андреас Грубер,Цай Цзюнь,Андреа Камиллери,Марк Грени,Келли Уэст
сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 247 страниц)

Глава 11

Примерно через час двое людей Зака вернулись в комнату, где держали Корта. Он размышлял о том, как собирается объяснить своим русским «коллегам» явные следы побоев на лице. Подчиненные Зака – крупный чернокожий и сухопарый белый постарше – провели его по узкому коридору, мимо водных и паровых труб, вверх по узкой лестнице в кабину на верхней палубе. Они выражали неприязнь к Корту злобными взглядами и как бы случайными тычками в спину и сбоку, когда нужно было повернуть. Джентри понимал, что если он сейчас вырубит одного из этих молодчиков, это не повысит его репутацию в глазах остальных.

Но ему было все равно. Он не собирался заводить дружбу, хотя им предстояло работать вместе во время миссии. Эти парни должны быть профессионалами, как и он сам, у которых оперативная работа стоит на первом месте.

Работа не предусматривала доброго отношения друг к другу.

Когда Корт расположился в новой каюте, он увидел голубой монитор на столе перед ним. Зак вошел секунду спустя, на ходу засунув спутниковый телефон в чехол на поясе.

– Ладно. Сейчас ты кое с кем поговоришь. Он посвящен в детали операции и знает, кто ты такой, но в любом случае ты для него не являешься сотрудником ЦРУ, бывшим сотрудником ЦРУ или американским гражданином. Ты иностранный агент, и к тебе будут обращаться соответствующим образом. К тебе будут обращаться по старому кодовому имени «Сьерра-шесть».

Корт кивнул.

– Кодовым именем для президента Аббуда будет «Орикс».

– Что это такое?

– Мне самому пришлось спросить. Вроде бы какой-то вид африканской антилопы.

Корт пожал плечами. Протокол с использованием кодовых имен уже много лет был частью его жизни. Когда он работал в «лихом отряде», его называли «Сьерра-шесть», хотя он пользовался десятками кодовых имен или псевдонимов во время своих заданий. Еще до работы с Заком, когда он находился в программе подготовки автономных агентов, его кодовое имя «Нарушитель», якобы наугад выбранное компьютером, было зловеще точным. ЦРУ вытащило Джентри из тюрьмы в южной Флориде, где он отбывал пожизненный срок за тройное убийство второй степени (он убил троих колумбийских наркодилеров), и предложило ему работу, от которой он не мог отказаться.

Он ни на секунду не верил, что компьютер мог назвать его «Нарушителем».

Экран перед ним замерцал и включился. Появилось изображение мужчины в сером костюме от «Брукс Бразерс» и галстуке с виндзорским узлом. Старше шестидесяти лет, очки в тонкой оправе на переносице. Лицо и осанка старого солдата. Секунду спустя Джентри узнал его.

Он был удивлен и даже немного потрясен.

– «Сьерра-шесть», вы меня узнаете? – голос был резким и отрывистым; ни намека на улыбку или другие эмоции.

– Да, сэр, – мгновенно ответил Корт. Он повернулся к Заку. Хайтауэр улыбнулся и приподнял брови, явно гордясь своей возможностью устанавливать видеосвязь с таким человеком.

Это был Дэнни Кармайкл, нынешний директор Национальной секретной службы США, в недавнем прошлом руководитель отдела секретных операций ЦРУ. Он был живой легендой: признанный специалист по Дальнему Востоку, долгое время прослуживший начальником резидентуры в Гонконге.

Иными словам, Дэнни Кармайкл был главным во всем, что касалось операций ЦРУ. Корт понимал, что операция имеет важное значение, но обычно высшее командование внешней разведки США не оставляло следов при подобной грязной работе.

– Насколько я понимаю, «Сьерра-один» ввел вас в курс нашего предложения по экстраординарной выдаче Орикса. Я готов подтвердить детали операции «Ночной сапфир».

– Да, сэр, – ответил Корт. Больше ему ничего не приходило в голову. Ему еще не случалось говорить с таким высокопоставленным представителем руководства. Он испытывал нечто сходное с благоговением, тем более странным, что Кармайкл определенно поставил свою подпись под распоряжением о его ликвидации после событий 2006 года.

Кармайкл изложил генеральный план операции, которую они обсуждали с Заком, но с гораздо большим количество терминологических эвфемизмов. Корту предстояло осуществить «силовое задержание Аббуда», а не «сцапать его», как говорил Хайтауэр. Он должен был «нейтрализовать любые угрозы со стороны личной охраны Аббуда», а не «всадить парочку разрывных пуль в свиное рыло каждого телохранителя».

Терминологическое несовпадение было характерным различием между работниками и менеджерами в этой организации. Корт привык чаще слышать жаргон Зака, нежели возвышенные речи людей вроде Кармайкла, но он знал, что результаты будут одинаковыми независимо от политической корректности или грубой непринужденности объяснений.

Люди умрут.

Пока Кармайкл разглагольствовал, Хайтауэр прислонился к переборке и изображал пальцами открывающийся рот, передразнивая оратора на экране. Но в остальном «Сьерра-один» был воплощением хороших манер.

Когда Кармайкл покончил с оперативными разъяснениями, он перешел к сделке, имевшей наиболее важное значение для Серого Человека.

– Вы сделаете это для нас, «Сьерра-шесть», и наши действия по вашей ликвидации немедленно прекратятся. Это значит, что любые текущие санкции или директивы, направленные против вас, утратят свою силу. Действующий ордер на розыск через Интерпол будет отозван. Существующие коммюнике, направленные Центральным разведывательным управлением иностранным разведывательным ведомствам, будут аннулированы. Запрос ЦРУ на сведения от системы «Эшелон» и других дата-центров относительно ваших действий и местонахождения перестанет действовать. Мы подчистим все остальные свободные концы. ФБР, Объединенное командование специальных операций, иммиграционная и таможенная полиция, Министерство торговли…. Вы больше не будете представлять интерес для любого федерального ведомства или агентства Соединенных Штатов.

Корт не знал, что Объединенное командование специальных операций тоже принимало участие в охоте на него. Это подразумевало «отряд Дельта», где имелись отборные разведчики и головорезы. С другой стороны, упоминание Министерства торговли не заставляло его трястись от ужаса.

– Я понял, – сказал Корт.

– Отлично. Значит, мы пришли к соглашению?

– Вы расскажете мне, зачем все это?

Кармайкл выглядел немного раздосадованным: вероятно, ему было неудобно заключать сделки с изгоями общества. Но он кивнул и сказал:

– Президент Аббуд объявлен в розыск по решению Международного уголовного…

– Прошу прощения, сэр. Я имел в виду… Вы можете сказать, откуда взялся приказ о моей ликвидации? Почему вы с самого начала начали охоту за мной?

Последовала долгая пауза. Дэнни Кармайкл отвел взгляд от камеры и посмотрел куда-то вбок – возможно, обратился за советом. Наконец он снова повернулся к камере.

– Сынок, – сурово произнес он. – Если ты действительно не знаешь, что сделал, то, наверное, всем будет лучше, если я не скажу тебе.

– Не понимаю.

– Давай двигаться вперед. Забудь о распоряжении на ликвидацию. Мы готовы забыть о ней. Так мы договорились насчет президента Аббуда?

Корт посмотрел на Зака. Тот посмотрел на него в ответ.

– Да, сэр, – сказал Корт. – Я сделаю все возможное, чтобы выполнить свою часть сделки. Буду полагаться на то, что вы и «Сьерра-один» выполните вашу часть.

Кармайкл кивнул, но не улыбнулся.

– Вот и хорошо. У нас больше не будет контактов, Шестой. «Сьерра-один» будет осуществлять командные функции в группе и на месте проведения операции «Ночной сапфир», а также руководить выдачей президента Бакри Али Аббуда из Судана Международному уголовному суду в Нидерландах. При условии, что в Африке все пройдет хорошо, договоренности о дальнейших операциях будут обсуждаться через прикрепленного к тебе оперативного сотрудника отдела специальных операций.

– Ясно. Спасибо, сэр.

Кармайкл коротко кивнул, и экран погас.

– Я уже думал, что он никогда не заткнется, – сразу же сказал Зак.

Корт встал и посмотрел на часы.

– Ты доволен, Шестой? – спросил Зак.

Корт Джентри на мгновение ощутил безысходность своего положения. Он собирался выполнить задачу по-своему, но это было нелегко.

– Лучше доставь меня в отель, – сказал он. – Шестерки Сида не должны заметить мое отсутствие.

Зак ухмыльнулся.

– Заметано. Пара моих ребят отвезет тебя обратно и уложит в постель. Не обессудь, если сперва они будут не слишком дружелюбны. Они немного взвинчены из-за всего происходящего. И потом, у них сложилось впечатление, что ты был тем мудаком, который убил нескольких людей из собственного подразделения, а потом убежал искать славы и богатства в частном секторе.

– Откуда у них могли взяться подобные мысли, Зак?

«Сьерра-один» поднял руки в жесте шутливой капитуляции.

– Наверное, я несу частичную ответственность за их недоверие к тебе. Кроме того, недавно ты вывел из строя их коллегу Тодда, – он улыбнулся и с излишней силой похлопал Корта по спине. – Эй, будет славно снова поработать с тобой. И последнее: давай поговорим о снаряжении.

– А что с ним?

– Все необходимое снаряжение для операции «Ночной сапфир» уже находится в Судане. Но что касается личного снаряжения, дай мне знать, что тебе понадобится, и я постараюсь все подготовить на следующей неделе.

– Спутниковый телефон для связи с тобой. Что-нибудь такое, что будет хорошо работать в Северной Африке. «Хьюджес Турайя» вполне сойдет. И запас батареек. Этого будет достаточно.

Хайтауэр посмотрел на Джентри.

– Ты собираешься раздолбить башки плохим парням с помощью спутникового телефона? Я говорил об оружии, Шестой.

– Все необходимое оружие я получу от Сида. Он получше вас разбирается в этом.

– О, вот это было больно. Но поскольку ты сэкономишь несколько баксов налогоплательщикам, пожалуй, я не буду возражать.

Глава 12

Корт вернулся в свой номер в «Коринтии» в 4:45 утра. Они с Хайтауэром еще около часа обсуждали подробности операции, потом его вывели через трюм яхты и усадили в резиновую моторную лодку в сопровождении двоих людей Зака. Они не обменялись ни словом, пока бороздили холодную черную воду Финского залива и причалили к берегу примерно в четыре утра. Автомобиль ожидал на причале; Корта отвезли в гостиницу и доставили в номер. Хайтауэр подумал обо всем, – даже о том, чтобы снять номер прямо над этажом Джентри. Люди из «Виски-Сьерра» вышли на балкон, перебросили веревку через перила и вручили Корту маленький блокнот с контактной информацией для группы.

– Эй, мужик, – сказал темнокожий оперативник. Его представили как Спенсера, а другого, помоложе и с хорватским акцентом, звали Мило. – Люди всякое болтают о тебе. Обычно я не слушаю сплетни, но… Это ты тогда был в Киеве? Просто скажи «да» или «нет».

Джентри убрал блокнот в задний карман и произнес единственную фразу за час поездки:

– Пошел нахер.

Он не обратил внимания на веревку и перебросил ноги через перила, потом качнулся на руках и бесшумно спрыгнул на свой балкон.

Спенсер перегнулся через ограждение и тихо сказал:

– Сам пошел нахер, Шестой. Встретимся через две недели в сточной канаве.

* * *

Джентри принял душ, посмотрел в запотевшее зеркало на свое избитое лицо, потом взглянул на будильник. Пять часов утра. За два часа он должен придумать какое-то объяснение тому, как ему удалось заработать синяк под глазом и рассеченную губу, лежа в постели и изучая бумаги в номере роскошного отеля. Обнаженный, Корт толкнул дверь, собираясь выйти из ванной, но остановился, повернулся и по внезапному наитию распахнул дверцу медицинского шкафчика. Он заглянул внутрь, и его сердце учащенно забилось. Люди Сида укомплектовали шкафчик дюжиной рецептурных лекарств: антигистамины, антибиотики, препараты от эректильной дисфункции. Все это не имело отношения к его текущим обстоятельствам, но он почти сразу же увидел обезболивающее. Дилаудид в таблетках по четыре миллиграмма. Его сердце забилось в предвкушении немедленного облегчения, которое принесет одна таблетка. Но его плечи смиренно опустились от осознания того, что он не испытывал реальной боли и знал, что не нуждается в сильных опиатах. За пять секунд он мог превратить в ничто три недели стоической детоксикации.

Корт выдавил две таблетки, запил их водой из-под крана, а потом, в моментальной вспышке гнева и стыда, отправил остальное в унитаз и спустил воду.

Потом он оделся в безобразный спортивный костюм, который оставили люди Сида, и лег на кровать. Его разум скоро будет бесполезен; ему нужно было подумать, прежде чем таблетки подействуют в полную силу.

Он думал о президенте Аббуде. Если операция «Ночной сапфир» закончится успешно, то кровожадный деспот останется в живых. Это обстоятельство сильно донимало Джентри. Наверное, все было не так просто, но сталинская цитата в устах Сида содержала некую правду, которая находила отклик в его сердце, хотя он не признавал ничего общего между собой и Дядюшкой Джо. «Смерть решает все проблемы. Нет человека, нет проблемы». Нет, Корт так не думал; лишь немногие проблемы можно было решить с помощью политического убийства. Но оно, несомненно, способствовало достижению многих краткосрочных целей. И определенно, убийство злодея положит конец его злодеяниям.

Убийство Аббуда вычеркнет из мира частицу зла. Корт Джентри не дал бы и ломаного гроша за все остальное.

Действие дилаудида было внезапным. Неслышная волна удовлетворения пробежала по его мозгу, как будто во лбу разбили яйцо, которое растеклось внутри черепа. Какое-то время он просто лежал, разглядывая балдахин над кроватью и получая удовольствие от узоров, вышитых на шелковой ткани. Он был одновременно рад психическому облегчению от таблеток и сердит на себя за то, что поддался искушению.

Корт поборол следующую волну расслабления и вернулся к размышлению над текущей ситуацией.

Ему не нравилась мысль о похищении одного из самых ненавистных людей на планете. План Сида был для него гораздо более предпочтительным, чем план Хайтауэра, но Хайтауэр предлагал более существенную награду. Отмена директивы о его ликвидации не решит всех проблем Корта, но будет лучше четырех миллионов долларов в банке. Деньги ни к чему, когда нет того, кто мог бы потратить их, а имея ЦРУ на хвосте последние четыре года, он находился в состоянии постоянного бегства от преследования по всему земному шару.

Да, он был бы рад вернуть доброе расположение ЦРУ. Какой бы его поступок ни стал причиной директивы на стрельбу без предупреждения, наверное, он мог возместить это похищением Аббуда и его передачей Заку и группе «Виски-Сьерра» на серебряной тарелочке.

В дверь постучали. Корт взглянул на часы рядом с кроватью, и увидел, что уже семь утра.

Вот проклятье. Он не знал, то ли вообще не спал, то ли обезболивающее заставило его провести два часа в полусонном забытьи.

Корт услышал, как открылась дверь гостиной. Секунду спустя трое мужчин вошли в его комнату. Они принадлежали к тому же разряду уличных громил, которые привезли его в отель вчера вечером. Их костюмы были помяты; возможно, они спали не раздеваясь, прямо в коридоре или в соседнем номере. А может быть, веселились всю ночь напролет. Корт медленно встал, потер глаза и ощутил, как химия в кровеносной системе замедляет его движения и влияет на чувство равновесия. Он заметил, что мужчины с одобрением рассматривают его черно-лиловый спортивный костюм с золотыми вставками. Потом они посмотрели на его лицо. Даже за бородой они могли видеть его распухшую нижнюю губу, а подбитый и заплывший глаз был на виду.

– Что случилось? – спросил по-русски первый из них. Корт начал было отвечать, но вовремя сдержался. Вот дерьмо! Дилаудид наполнил его мозг туманом; он не мог действовать эффективно.

Он пожал плечами, – вероятно, слишком деланым жестом, – и подождал, пока русский не поймет свою ошибку и не повторит вопрос по-английски. Когда он это сделал, Корт ответил:

– Я упал с кровати. Эти шелковые простыни очень скользкие.

Глава 13

Сразу же после завтрака Корта отвезли к Григорию Сидоренко. На этот раз босс русской мафии находился во дворе; холодное серое утро и легкий дождь пополам со снегом не помешали ему принимать утренний чай в безлиственном саду. Он сидел за металлическим столиком под красным навесом, в золотистой пижаме и мягких шлепанцах. Двое молодых людей с миниатюрными автоматами стояли в кустах немного поодаль. Они внимательно следили за Кортом, но тот прекрасно понимал, что если у них возникнет желание стрелять в него из этих автоматических пукалок, то они изрешетят своего босса так же быстро, как и свою цель.

Американец скривился при виде непрофессионального протокола службы безопасности. Для него видеть такую любительскую тактику было все равно что слышать скрип ногтей по грифельной доске.

Джентри подошел к Сиду в компании двух громил, которые сопровождали его от гостиницы и не сказали ни слова на обратной дороге. Он коротко кивнул и сказал:

– Давайте сделаем это.

– Что случилось с вашим лицом?

– Ничего особенного. Вы слышали, что я сказал?

Немного поколебавшись, Сид кивнул, хлопнул в ладоши и показал большие пальцы. Американский жест в его исполнении выглядел комично.

– Превосходно. Это радостная новость для нашего правительства.

– Но вы должны понять, что это моя операция, – продолжал Корт. – Вы будете четко следовать моим инструкциям, иначе я выхожу из игры.

Сид выпрямился и быстро кивнул.

– Я уйду отсюда один. Мне нужно время для подготовки и планирования, и я не хочу, чтобы эти нацистские уроды маячили возле меня. Через несколько дней я передам контактный адрес. Ваши парни смогут приехать и забрать меня, – Корт протянул листок бумаги с рукописным текстом. – Они должны будут привезти с собой это снаряжение. Потом они отвезут меня в тихое загородное место по вашему выбору, где я буду пристреливать винтовку и проверять остальное снаряжение. С того момента, когда я полностью восстановлю оперативные навыки, я буду следовать вашим указаниям до прибытия в Судан. В Хартуме я встречусь с вашим агентом, и он отвезет меня к побережью. Там я залягу на дно и уйду со связи до завершения операции. Я извещу вас о проделанной работе по собственному спутниковому телефону, и тогда мы сможем обсудить эвакуацию.

Сид сиял от восторга.

– Блестяще! Я сделаю именно так, как вы говорите.

* * *

На следующей неделе Корт проверял и пристреливал оружие и усердно занимался физическими упражнениями в холмах и лесах к востоку от Петербурга. Он залезал на высокие деревья и носил рюкзак, наполненный камнями. Он ежедневно посещал солярий в живописном городе Пушкине, расположенном к югу от Северной столицы. Он корпел над картами, книгами и распечатками, изучая действующих игроков в суданском регионе, от плохо вооруженных повстанческих отрядов до структуры, тактики и подготовки НСБ, грозной Национальной службы безопасности Судана. Он изучил историю, законодательство, инфраструктуру, дороги и порты, расположение аэропортов и дислокацию военных гарнизонов.

Особое внимание он обратил на побережье Красного моря, поскольку там ему предстояло действовать – сначала в роли убийцы на службе у русского преступного синдиката, а потом в роли оперативника, выполняющего извлечение и передачу президента Аббуда в интересах ЦРУ.

Мыль о «возможных осложнениях» уже казалась ему циничным преуменьшением того, что его ожидало.

Он снова встретился с Заком Хайтауэром после того, как остальные члены группы «Виски-Сьерра» улетели для сбора на яхте ЦРУ под званием «Ханна», переоборудованной под их нужды и уже находившейся в Эритрее, готовой отплыть в Порт-Судан, примерно в тридцати милях к северу от Суакина. Зак и Корт провели вместе целый день, работая над кодами, картами, снаряжением и оперативными планами. Ни один аспект этой миссии не был слишком незначительным для обсуждения. Хайтауэр объяснил, каким образом СОА, – Суданская освободительная армия, воевавшая против арабов и особенно против Аббуда, – проведет утром перед похищением Аббуда диверсию, которая должна отвлечь большинство охраны президента и заставить его укрыться в сейфовой комнате местного банка. У суданской резидентуры ЦРУ был агент, бывший член группы личной охраны Аббуда, который указал, что стандартной оперативной процедурой при нападении на президента по дороге к мечети Суакина было укрытие президента в защищенном помещении банка до прибытия вертолетного отряда со спецназовцами из Порт-Судана. До сих пор деятельность СОА в этом районе была почти нулевой, и Аббуд уже двадцать раз посещал Суакин без каких-либо инцидентов.

Корт должен был дожидаться в банке, чтобы перехватить президента и вывезти его из города, в то время как «Виски-Сьерра» расположится на окраине и по возможности будет воздерживаться от участия в боевых действиях. Потом они разместятся на большом надувном «Зодиаке» и поплывут к «Ханне», которая снимется с якоря и направится на север. Потом Хайтауэр поместит Аббуда в мини-субмарину, прикрепленную к днищу яхты, и оттуда Орикс и «Сьерра-один» продолжат плавание к рыболовному траулеру ЦРУ в международных водах. Таким образом, если на борт «Ханны» поднимутся люди с катеров суданской береговой охраны, они не найдут никаких следов похищения.

Далее «Ханна» поплывет вдоль побережья Красного моря и в конце концов встанет на якорь в порту Александрии. К тому времени Аббуд уже будет находится в одной из тюрем Международного уголовного суда в Гааге.

Это был смелый и даже дерзкий план. Но Корт не видел в нем невозможных или плохо продуманных элементов. Тем не менее огромное количество факторов могло нарушить ход операции. Человеческие ошибки и непредвиденные ситуации случаются постоянно. Как и провалы разведки. Как и феномен «попадания дерьма в вентилятор» согласно закону Мэрфи.

Но в любом случае, даже если все пойдет по плану, это создавало впечатление отчаянной попытки отдела специальных операций ЦРУ доказать свою пользу для администрации, которая практически исключала из своей повестки проведение секретных полувоенных акций.

Через три дня самостоятельной работы Корт набрал номер, полученный от подручных Сидоренко, и связался с его секретарем. Корт сказал, что получил легкую травму во время физических тренировок и попросил доставить ему упаковку не самых сильных болеутоляющих таблеток, чтобы поскорее выздороветь. В темном переходе станции метро «Выборгская» он встретился с одним из молодых скинхедов Сида, который молча передал ему бумажный пакет.

Корт проглотил две таблетки дарвосета, пока стоял на платформе и ждал поезда, который отвезет его поближе к гостинице на Загородном проспекте. Он старательно убеждал себя, что ему больно. Колото-резаная рана живота, полученная четыре месяца назад, действительно осложняла его тренировки для брюшного пресса, – узел рубцовой ткани растягивал мышцы и причинял ноющую боль, – но на самом деле это была не та боль, о которой стоило беспокоиться… если бы не его пристрастие к обезболивающим препаратам.

Корт понимал это и иногда думал, что на самом деле не жестокие головорезы, желавшие его смерти, а добрый пожилой доктор из Ниццы, который подсадил его на морфин, в конце концов станет причиной его погибели.