Текст книги "Реверс ЛП"

Часть первая

Когда свет погас, уже не так опасно.

Мы пришли, ну, развлекай же нас.

Nirvana – «Smells Like Teen Spirit»

Глава

1.

Натали

. 2035

Someone Like You – Adele

Я бросаю взгляд через свой монитор в его кабинет, что напротив, через шумное редакционное пространство, и вижу, как он печатает с бешеной скоростью. Я подкатываю кресло ближе к столу, стараясь скрыться из его поля зрения в тщетной попытке унять укоры совести.

От: Нейт Батлер  

Тема: Решения  

2:32 a.m.

Приветствую после несчетного количества пива.

Мне показалось забавным, что ты работаешь в заведении под названием «Тарелка». Эти идиоты–владельцы вообще проверяли, как оно звучит? Я сижу на террасе у моего лучшего друга, смотрю на огни города и гадаю, где ты ты. Я клялся не беспокоить тебя после первого пива, а после третьего решил написать формальное письмо. Но я всё ещё не могу себе  тебя позволить. Грустно, честное слово. Итак, начинается обратный отсчет, мисс Эмерсон. И хотя до него осталось всего несколько месяцев, я обнаруживаю, что хочу приложить последнее усилие, чтобы уговорить тебя встретиться со мной (в исследовательских целях, разумеется). У меня есть два билета в «Ритц» на эту субботу.

ПРОСТО. САДИСЬ. В МОЮ. МАШИНУ.

Нейт Батлер  

Главный редактор «Austin Speak»  

Отправлено с Blackberry

– Натали, четвертая линия, – раздается голос Елены, нашей секретарши, и я чуть не подпрыгиваю на месте. – Это Джек из The Dallas Morning News.

Нервы, и без того взвинченные за последние полчаса, снова затрепетали. Я резко вскакиваю, но тут же спохватываюсь и плавно опускаюсь обратно в кресло. Закрытая дверь может вызвать у отца ненужный интерес. Я нажимаю кнопку вызова ресепшен.

– Передай ему, что я перезвоню. И, Елена, мне нужен час без перерывов, хорошо?

– Конечно, дорогая, – отвечает она материнским тоном, которым всегда со мной разговаривает. Я не обижаюсь на это – даже в этой профессиональной обстановке, – потому что она смотрела, как я расту в этой газете. Для нее я навсегда останусь той рыжеволосой девочкой с косичками, которая считала офисную мебель частью своей игровой площадки. Я убавляю громкость на телефоне, пока моя совесть кричит на меня, быстренько оглядываюсь по сторонам и снова перечитываю первые несколько писем.

От: Нейт Батлер

Тема: Вопрос вежливости

5:01 p.m.

Насколько мне известно, некий пьяный мужчина направил вам вчера вечером приглашение на концерт. И хотя я не одобряю подобное поведение, особенно когда будущий работодатель обращается так к будущей сотруднице, я нахожу крайне невежливым тот факт, что указанное приглашение осталось без ответа. Командная работа – ключ к успеху здесь, в «Austin Speak», мисс Эмерсон. Я могу лишь предположить, что вы серьезно относитесь к своей должности и выступаете против феминистских текстов Шерил Кроу. Приношу свои извинения. В дальнейшем я воздержусь от непрофессиональных писем, но соглашусь на второе собеседование в моем офисе сегодня до 18:00.

Нейт Батлер  

Главный редактор «Austin Speak»  

Отправлено с Blackberry

От: Нейт Батлер  

Тема: Недоразумление  

11:13 a.m.

Мне пришло в голову, что вы, возможно, не получаете эти письма, но я думаю, мы оба знаем, мисс Эмерсон, что это не так. И поскольку у меня нет тому доказательств, у меня не остается выбора, кроме как полагать, что вы тверды в своем решении не смешивать работу с исследованиями, сколь бы тревожным это ни казалось – учитывая специфику нашей профессии. Но ради здоровой обстановки в коллективе я, пожалуй, буду склонен выпить пива на нашем месте сегодня около 18:00, чтобы обсудить этот вопрос.

Нейт Батлер  

Главный редактор «Austin Speak»  

Отправлено с Blackberry

«Боже, пап, ты так драматизируешь», – шепчу я с проступающей улыбкой, снова поднимаясь из–за своего монитора, прежде чем сосредоточиться на письме.

От: Стелла Эмерсон

Тема: Дедлайны

9:42  p.m.

Уважаемый мистер Батлер,

я польщена вашими сообщениями и взволнована возможностью работать с вами. В силу текущих обстоятельств у меня возникают проблемы со связью, из–за чего я не могу оперативно получать письма. Я планирую решить эту проблему в ближайшие недели. Хотя я ценю все приглашения, я предпочитаю проводить свои исследования самостоятельно. Рада сообщить, что работа над моими статьями активно продвигается, и я передам их вам в течение двух месяцев.

С наилучшими пожеланиями,

Стелла Эмерсон

Будущий колумнист раздела развлечений, «Austin Speak»  

Отправлено из «Тарелки»

Фу... «С наилучшими пожеланиями?» Я морщусь. Жестко. Ты провалилась с треском.

 Не могу сдержать смех над её язвительным, сухим юмором, особенно в её подписи к письму: «отправлено из Тарелки». Тогда интернет не был так доступен, как сейчас. Тридцать лет назад мир только стоял на пороге цифровой эпохи. Недавно я делала материал, сравнивая современные технологии с гаджетами восьмидесятых, девяностых и даже начала двухтысячных. Большинство рожденных после миллениума – включая меня – не смогли бы определить, что это за устройства, не то что разобраться, как ими пользоваться. Сейчас я даже не могу представить, каково это – жить с ограниченным доступом или вообще без него.

Эти тридцатилетние письма – доказательство того, насколько мы продвинулись. Что жизнь существовала без нынешнего удобства «в одно касание».

Очарованная, но колеблясь, я ненадолго вступаю в борьбу с противным чувством в животе – верным признаком того, что то, что я делаю, неправильно во многих отношениях. Неловкость нарастает, и я думаю закрыть окно и вернуться к задаче, которую поручил мне отец.

Я должна была искать в архивах газеты выдержки из статей для юбилейного тридцатого издания «Speak», которое выходит этой осенью. Много лет назад папа нанял команду айтишников, чтобы перенести всё, связанное с «Speak», на наш нынешний мейнфрейм, включая каждую опубликованную статью. Видимо, при переносе извлекли всё и с его динозавра–ноутбука, включая древние цепочки писем. Он лично не курировал этот проект. Его приоритетом были сегодняшние истории, а не вчерашние. Я не уверена, что он в курсе, что цепочки его писем тоже были перенесены и спрятаны в помеченном файле в архивах. В файл, на который я наткнулась несколько минут назад и не могу заставить себя закрыть, пока воюю с собой морально, пытаясь двинуться дальше. Но именно тема следующего письма – датированного ноябрем двадцать девять лет назад – заставляет меня копать глубже.

От: Нейт Батлер  

Тема: Сладость или гадость?

01 ноября 2005, 10:00 a.m.

Неужели мне это приснилось прошлой ночью? В голове то и дело всплывают образы темноволосой соблазнительницы с пышными формами, которая катается по моему кабинету на белых роликах под «Ксанаду».

Нейт Батлер  

Главный редактор «Austin Speak»  

Я замираю, ощущая опасную догадку, в то время как в моем сознании проступает четкая, дерзкая линия. Едва я осознаю ее, как любопытство стирает все границы – и я переступаю через них, не в силах остановиться.

От: Стелла Эмерсон

Тема: Сладость или гадость?

01 ноября 2005, 10:01 a.m.

Сэр,

Я сохраню в тайне ваш психотический срыв, поскольку мне нужна эта работа и та площадка, которую она предоставляет мне как начинающему журналисту. Уверяю вас, что понятия не имею (*начищает ролики*) о том, что вы имеете в виду. А теперь, если вы позволите, у меня дедлайн и очень дотошный редактор, которому я должна отчитаться. Я не могу позволить себе дальше потакать вашим иллюзиям.

Стелла

Промоутер «Ксанаду», «Austin Speak»  

От: Нейт Батлер  

Тема: Сладость или гадость?

01 ноября 2005, 10:03 a.m.

Ко мне в кабинет. Сию же секунду, Правильная Девочка. И закрой за собой гребаную дверь.

Нейт Батлер  

Главный редактор «Austin Speak»  

«Боже мой, боже мой, боже мой», – чуть слышно выдыхаю я, откидываясь на спинку кресла.

Они были в отношениях.

Потрясенная этим открытием, я снова поднимаю взгляд и вижу, что папа по–прежнему занят в своем кресле.

Мой папа и Стелла Эмерсон, теперь Стелла Эмерсон Краун, жена одной из величайших рок–легенд в истории, были в романтических отношениях.

Шок пронзает меня, пока я листаю бесконечные письма между ними. Их сотни, если не тысячи – переписка за более чем четыре года, от моего отца к женщине, которая не является моей матерью. Годы писем от одного из моих героев – другому. Годы его жизни, когда он явно был без ума и безумно влюблен в Стеллу Эмерсон Краун.

Не в Эддисон Уорнер Херст, мою мать, его жену.

Среди всех, кто работает в «Austin Speak» , не секрет, что Стелла была одним из краеугольных камней, которые помогли газете стать уважаемым и авторитетным местным источником новостей. На самом деле, всякий раз, когда речь заходила о Стелле, папа был абсолютно откровенен насчет этой стороны её работы здесь и её вклада. Вспоминая сейчас, он ни разу не упомянул, что был лично вовлечен.

Ни разу.

Я бы точно это запомнила, учитывая, что я боготворила её карьеру как пример для подражания, как и любой другой амбициозный журналист. Но в то время, когда у них были отношения, революция соцсетей ещё не началась: не было ни фотографий в сети, ни цифрового следа, documenting развитие их отношений. Тогда был гораздо больший контроль над тем, что появлялось в сети, да и над самим доступом. У папы никогда не было Facebook–аккаунта, кроме как для газеты, а таких приложений, как Insta, тогда ещё не существовало. Они сами по себе тогда не были инфоповодом... в отличие от Рида Крауна.

Но даже так, папа намеренно скрывал их связь. Но почему? Мы с папой всегда всем делимся. Он для меня всегда был открытой книгой. Конечно, романтические отношения – это особая тема, но и о них он был довольно откровенен... по крайней мере, я так думала. Вспоминая сейчас, я не могу припомнить, чтобы он хоть раз упомянул кого–то из бывших по имени.

Чувствуя себя немного преданной, и понимая, что на самом деле не имею на это особого права, ведь это его личная жизнь, я решаю не мучить себя и, проявив достаточное уважение к его частной жизни, прокручиваю до последних писем. Во всяком случае, мне нужно узнать, как и почему всё закончилось, и, что конкретнее, кто его инициировал. Я перематываю вперёд почти на пять лет и читаю последние из них.

От: Стелла Эмерсон

Тема: Я здесь

11 сентября 2010, 06:02 p.m.

Нейт,

мне почти стыдно признаться, что мне страшно, но я никогда не умела скрывать от тебя правду. Даже если бы я не сказала этого прямо, ты всё равно сумел бы прочесть её между строк. Я забрела на другой край страны, вдали от всего, что я когда–либо знала, и от всех, кто действительно меня знает.

Но, полагаю, смысл слова «дом» теперь стал субъективным, не так ли?

Когда шасси коснулись полосы в Сиэтле, это было похоже на то, как будто я вошла в тёплые объятия. Ничто не было знакомым, и всё же пребывание здесь ощущается как дежавю. Как будто моя жизнь здесь, мои главы были уже написаны, и город просто ждал, когда я начну их проживать. Даже разросшийся вяз рядом с моим домом кажется странно узнаваемым. Или, возможно, я просто романтизирую свою новую жизнь здесь. Я уверена, ты именно так сейчас и думаешь, читая это, хотя из нас двоих я больше склонна верить в знаки судьбы. Как бы безумно это ни казалось тебе, рационалисту, я чувствую, что начинаю жизнь, которой мне предначертано жить. Хотя должна признать, некоторые части моей души всё ещё пытаются смириться с тем, что я уехала.

Во время полёта я вспоминала моменты, которые делали Техас самым родным местом. Один из них – тот день, что мы провели на фермерском рынке под солнцем, делясь едой и улыбками, обмениваясь газетами. День, который остаётся одним из моих самых любимых. Мне уже не хватает Техаса, и я нервничаю из–за начала работы в «Seattle Waves», потому что у меня есть чувство, что я возненавижу своего нового редактора. Моего прошлого редактора не заменить. Я скучаю по нему каждый день. Но я чувствую... себя в безопасности здесь.

С любовью,

Стелла

От: Нейт Батлер  

Тема: Я здесь

12 сентября 2010, 08:00 AM

Прислушайся к своему внутреннему голосу – знай, что ему можно доверять, ведь именно он привел тебя туда, где ты сейчас. Если тебя накроет, просто вспомни, какой путь ты прошла с того дня, когда ворвалась сюда в футболке «Вкуснейшие бургеры» из «Криминального чтива» с Сэмюэлом Л. Джексоном и требовала, чтобы я относился к тебе серьезно. Я был на рынке вчера и тоже вспомнил тот день. Это чисто «Стелличное» что–то.

Что я тебе говорил насчет начала предложений с слова «но»?

Не могу сказать наверняка, но мне кажется, твой бывший редактор совсем не скучает по твоим выходкам… или по твоим «стеллизмам» – тем словам, которые ты исковеркала и пыталась выдать за английские, хотя их нет в словаре. И не скучает по необходимости учить тебя правилам журналистской этики. А может, и скучает. Но одно можно сказать точно.

По тебе скучает Техас.

А я, черт возьми, скучаю по тебе.

Всегда твой,

Нейт Батлер  

Главный редактор «Austin Speak»  

От: Нейт Батлер  

Тема: Задавая волну

03 октября 2010, 06:03 p.m.

Игра слов в теме письма – намеренная. Я так тобой горжусь. Ты превращаешь эту никому не известную газету в источник энергии для неуверенных подписчиков. Я ни капли не сомневаюсь, что «Сиэтлские волны» вмиг станут уважаемой «бумажкой». Если в Остине с тобой приходилось считаться, то теперь ты, черт возьми, ураган, Стелла. Ты переросла эту газету и Техас задолго до того, как уехала. Я сожалею, что не давал тебе большего простора. Пожалуйста, не сдерживайся теперь. Ни ради чего и ни ради кого. Как бы мне ни было тяжело в этом признаваться, твой рост там лишь подтверждает, что ты приняла верное решение, уехав. Ты расцветаешь. Я горжусь.

Всегда твой,

Нейт Батлер  

Главный редактор «Austin Speak»  

От: Стелла Эмерсон

Тема: Задавая волну

04 октября 2010, 04:34 p.m.

Нейт,

меня сегодня весь день никто не воспринимал всерьез как журналиста, и всё из–за твоего письма. Я увидела его первым делом с утра, и, зная, что оно от моего самого строгого критика, ты можешь понять, как много это для меня значит. Так что из–за этого я ходила и улыбалась, как сумасшедшая, вызывая странные взгляды. Казалось бы, могла уже и привыкнуть.

Если честно, я сейчас полюбила это место больше, чем когда–либо, потому что чувствую, что нахожусь на пороге чего–то, что не могу объяснить. Мне не совсем нравится, насколько идеально всё складывается, по причинам, которые тебе известны. Но в то же время я открываю себя Сиэтлу. Я отвечаю ему объятиями. Крепкими. Настолько, что уже собираюсь начать поиски дома. Да, вот так. Ты можешь в это поверить? Я впервые в жизни пускаю корни, и по иронии, мне не страшно. Как будто я уже вижу эту картину перед собой и чувствую себя здесь как дома, но Техас всегда остается со мной.

с любовью,

Стелла

От: Стелла Эмерсон

Тема: Прости меня

09 ноября 2010, 09:00 p.m.

Я понимаю, почему ты не ответил. Мне так жаль всего, что ты, возможно, почувствовал, увидя те заголовки. Встреча с Ридом была совершенно неожиданной. Не знаю, хочешь ли ты хотя бы каких–то деталей. Знаю, что на твоем месте я бы не хотела, но, пожалуйста, поверь, ничего не было запланировано. Уверена, ты скажешь мне не чувствовать вины, но, черт возьми, я её чувствую. Мне очень больно от мысли, что это фото, наверное, стало для тебя ударом ниже пояса. Пожалуйста, поверь, я не хочу ни напряжения, ни обиды между нами, но гнетущее чувство внутри подсказывает мне, что этого не избежать. Нейт, это первый раз в моей жизни, когда я ненавижу свою профессию и журналистику в целом. Я никогда не хотела становиться частью заголовков, а уж тем более такого, что может ранить нас обоих.

Прости. Мне не хватает твоих весточек, и я так хочу, чтобы ты написал или чтобы у тебя было желание и возможность говорить со мной.

с любовью,

Стелла

В панике я нахожу заголовки за 9 ноября 2010 года и вижу случайный снимок Стеллы и Рида: они уединились в переулке Сиэтла и целуются... И это далеко не невинный поцелуй. Даже близко нет. Очевидно, они думали, что скрыты от посторонних глаз. В статье далее называют Стеллу и строят догадки, что это может означать для знаменитого своим одиночеством барабанщика The Dead Sergeants. У меня сердце обрывается, когда я читаю ответ отца.

От: Нейт Батлер  

Тема: Прости меня

10 ноября 2010, 03:00 а.m.

Не стоит. Техас больше не твой дом, и это очевидно. Ты строишь другую жизнь. Я думаю, мы оба всегда понимали, что в конечном счете это будет включать. Пожалуйста, не позволяй своей тревоге обо мне затмевать твое счастье.

Всегда твой,

Нейт Батлер  

Главный редактор «Austin Speak»  

Судя по времени, он ответил ей в три часа ночи из своего офиса. В голове возникает картина: мой отец сидит в одиночестве за своим столом, уставившись на фотографию, и у меня к горлу начинает подступать ком. Я могу только представить, что он чувствовал, пытаясь подобрать для неё правильные слова. В итоге, даже будучи, уверена, разбитым, он поступил благородно и не только это, он попытался снять с неё груз вины.

От: Стелла Эмерсон

Тема: Заголовки

13 декабря 2010, 07:00 p.m.

Нейт,

мы помолвлены, и об этом напишут завтра. Я не хотела, чтобы ты узнал это от кого–то другого. Жаль, что всё сложилось иначе. Жаль, что у меня больше нет права считать тебя своим человеком, и часть меня сейчас разрывается от осознания, что я потеряла это право. Но я всё равно скажу: я ненавижу то, как всё происходит, и всегда буду это ненавидеть.

с любовью,

Стелла

От: Нейт Батлер  

Тема: Заголовки

14 декабря, 2010, 01:02 а.m.

Стелла,

Неужели ты забыла всё, чему я тебя учил? Любой уважающий себя журналист узнаёт о новости национального масштаба ещё до того, как высохнет типографская краска. Всё, чего я когда–либо хотел и буду хотеть для тебя, – это твоего счастья. Объявление о твоей помолвке уже запланировано к публикации на первой странице «Austin Speak» завтра. Поздравляю.

С уважением к твоему выбору и к самому себе, прощай, Стелла.

Будь счастлива.

Всегда твой,

Нейт Батлер  

Главный редактор «Austin Speak»  

Глаза заволакивает влагой, и я замечаю отца, меряющего шагами его кабинет с телефоном у уха. Миллион вопросов проносится в моей голове, но я сопротивляюсь желанию вернуться и копаться в его прошлом, чтобы утолить растущее любопытство.

За несколько лет до моего рождения Стелла Эмерсон Краун покинула Техас и, насколько я поняла, разбила сердце моего отца. Всего через несколько месяцев она вышла замуж за рок–звезду на пышной зимней свадьбе, оставив моего отца жертвой её счастья. Жертвой, которая стала моей опорой на протяжении всей моей жизни. Мужчиной, сформировавшим меня как женщину и писателя.

Будучи журналистом, папа не только вынужден был читать эти заголовки, но и обязан был сообщать о них. Я не сомневаюсь, что он поручил кому–то осветить день её свадьбы, из–за её связи с газетой. Перемещая курсор, я роюсь в архивах и вижу, что так оно и было. Репортер по имени Джей–Джей, который давно покинул «Speak», освещал эту сказочную свадьбу во всех деталях.

У него была обязанность перед читателями сообщать истории, которых они ждали, и поскольку Стелла работала в «Speak», это предопределило его судьбу как зрителя и репортёра.

«Папочка...» – я хрипло шепчу, и моё сердце разрывается за него, пока я пытаюсь представить, как ему пришлось вынести эту сторону истории.

Поэтому ли он скрывал это?

Было ли это унизительно для него?

Я не отвожу от него взгляд, пока он, наклонившись, щёлкает по клавишам, прищуриваясь. Я не могу даже выдавить улыбку, глядя, как он буквально утыкается носом в экран, пытаясь разобрать слова. Мама годами уговаривает его носить очки для чтения, даже закупала их оптом и раскладывала в пределах досягаемости во всех возможных местах, где он бывает.

Упрямый до мозга костей – черта, которую я унаследовала.

Раздражённый задачей, над которой работает, папа плюхается в кресло, сжимая потрёпанный антистрессовый мячик. Я ищу другую переписку между ним и Стеллой после его прощального письма и не нахожу ничего.

Неужели это был последний раз, когда они говорили? Виделись?

В голове роятся новые вопросы, пока я пытаюсь справиться с тяжестью, разливающейся внутри. Как долго они расстались до её отъезда в Сиэтл? Сколько времени прошло, прежде чем он встретил маму? Достаю телефон и отправляю сообщение.

Когда именно вы с папой начали встречаться?

Ответ приходит меньше, чем через минуту.

Мама: Сто лет назад.

Точная дата?

Мама: Февраль 2011–го. Мы познакомились на медиа–вечеринке, и ты это знаешь. И не спрашивай, когда мы перешли в статус «серьезно». Он до сих пор моя самая долгая остановка всего на одну ночь.

Они познакомились всего через несколько месяцев после того, как Стелла и папа прекратили общение, но сколько времени прошло с их расставания?

Я нахожу последнюю статью Стеллы для «Austin Speak» и вижу, что она была опубликована за восемь месяцев до её отъезда из Остина. Это наводит на мысль, что, возможно, она ушла из газеты, когда они расстались. Телефон снова вибрирует.

Мама: Что? Боишься, что ты незаконнорожденная? (эмодзи языка)

Не смешно.

Мама: А конкретнее?

Просто интересно.

Мама: Я в магазине. Можешь устроить допрос позже? Если заглянешь сегодня, приготовлю ужин.

Чувствуя странную потерянность, я понимаю, что моё нынешнее состояние не позволяет мне встречаться ни с одним из родителей. Любопытство подпитывает мою потребность в новых ответах.

Сегодня не смогу. Завтра, договорились?

Мама: Конечно. Люблю тебя. Раз уж я свободна от готовки, скажи отцу, чтобы захватил с собой китайскую еду.

Будет сделано. Целую.

Я снова пишу ей, пока нарастающее чувство вины сжимает сердце.

Я люблю тебя, мама.

Мама: Я тоже тебя люблю. Кстати, если тебе интересно, ты стоила тех шестнадцати часов адских мук, но именно поэтому у тебя нет братьев и сестёр.

Сердце согревается, когда я вспоминаю историю о том, как мама мучилась, рожая меня, а её финал этой истории – лучшая его часть. Сколько бы раз я ни слышала и ни запоминала то, что она каждый год называет «нашим днём», я не так хорошо знаю историю отношений родителей. Я никогда особо не вникала в это по–взрослому. Раньше, когда эта тема поднималась, я всегда изображала типичную реакцию «фу, влюбились». Теперь я жалею, что не слушала внимательнее. Сейчас любой посторонний, постояв рядом с ними несколько минут, увидит, что они глубоко любят и уважают друг друга. Это очевидно.

Так почему же это открытие так сильно на меня повлияло?

Почему инстинкты подсказали мне солгать ей, и не только потому, что это не тема для обсуждения в смс?

И даже так: почему мне так страшно прямо спросить моего отца, который, как ни крути, является самым надёжным источником?

Пока я пытаюсь убедить себя саму, меня пугает то, о чём говорит моё нутро – отец не стал бы скрывать эти отношения, если бы сам не хотел этого.