Текст книги "Daigaku-kagami (СИ)"
Автор книги: lynxy_neko
сообщить о нарушении
Текущая страница: 45 (всего у книги 78 страниц)
«Хочу, чтобы мы стали лучше, чем были».
– А где остальные? – оглянувшись, остановился Франциск.
– Наверное, нашли что-то интересное по пути и отстали, – Артур пожал плечами и продолжил путь.
– Смотри, – Бонфуа подошел к большой стойке, увешанной разнообразными масками, и снял одну из них.
Он надел маску на Артура, и подвел его к зеркалу. Большие лисьи ушки сильно топорщились, а треугольная мордочка неуловимо изменяла черты лица. Для себя Франциск выбрал маску демона с длинным носом и положил голову на плечо Артуру, тоже заглядывая в зеркало.
– Рассказывай, кицунэ⁴, – он ткнул длинным носом своей маски в ухо Артуру. – Что привело тебя на мою гору?
Керкленд посмотрел на него через зеркало. Кицунэ, да? Какая глупость.
– О, великий тэнгу⁵, я была так слепа и упряма, – картинно заломив руки, высоким голосом пропел Артур. – Человек был добр ко мне в темный час, а я обдурила его и сбежала.
Бонфуа удовлетворенно улыбнулся под маской. Артур принял правила игры, и это было неплохим шансом помочь ему.
– Что же мешает тебе вернуться, милая кицунэ? – Франциск, преувеличивая удивление, поднял руки к лицу.
– Лисам не стоит связываться с людьми, они опасны и причиняют одну лишь боль, – покачал головой Артур и снял маску. – И тэнгу ничем не лучше.
– Какой же ты упрямый, – пробормотал себе под нос Франциск, вешая маски на место.
«Может, хотя бы третий?»
Альфред, Йонг Су и Мэттью даже не заметили, как Артур и Франциск скрылись в толпе. Агенты Эф и Уай играли в хорошего и плохого полицейского, пытаясь выяснить, что написал Мэттью на своей бумажке с желанием, но тот молчал как партизан и только посмеивался над чудачествами друзей. Они даже купили черные солнцезащитные очки, через которые ничего не было видно, для пущей правдоподобности.
А потом они добрались до палаток с едой. Аромат стоял такой, что ребята мгновенно забыли о своих играх, с трудом сдерживая слюну.
– Я хочу… – Альфред огляделся. – Все! – он еще раз оглядел местность и перевел страдальческий взгляд на Йонг Су и Мэттью.
– А я бы взял такояки⁶, – мечтательно улыбнулся Уильямс. – Пробовал их один раз, и это было просто незабываемо.
– Точно, одно из самых вкусных блюд здесь, – закивал Йонг Су. – Я знаю одного мужчину, он готовит лучшие такояки во всей Японии! Пошли, найдем его, – он взял Мэттью за руку и куда-то потащил.
Уильямс обернулся, чтобы позвать Альфреда, но тот куда-то исчез, и даже высокий рост и светлая макушка не помогли его найти. Он покрепче сжал руку Има, и подстроился под его быстрый шаг.
– Мы потеряли Альфреда, – заметил он.
– Наверное, пошел за яблоком в карамели, он всегда их покупает, – Йонг Су даже не остановился. – Не волнуйся, Альфред найдет нас, он же суперагент, в конце концов… О, а вот и такояки!
Йонг Су сильнее потянул Мэттью за собой, и через пару мгновений тот увидел палатку, о которой говорил Йонг Су. Очередь возле нее выстроилась порядочная, видимо, не один Им считал, что местный повар творит чудеса.
– Возьмем одну на двоих? – Йонг Су повернулся к Мэттью как раз в тот момент, когда Уильямса кто-то подтолкнул сзади.
– Извини, прости, я случайно, я… – Мэтт попытался неловко отстраниться, но Йонг Су положил руку ему на голову и растрепал волосы.
– Ничего себе, ты, оказывается, почти такой же высокий, как Альфред! – Уильямс тоже никогда раньше не обращал внимания, что Йонг Су заметно ниже его ростом. – Если ты и ешь столько же, нам придется брать две порции, и я не уверен, что мне останется хоть немного!
– Давай возьмем одну на двоих, – покраснев, улыбнулся Мэттью. – Я бы хотел попробовать много всего с тобой сегодня.
Теперь наступил черед Йонг Су краснеть и отворачиваться. Уильямс имел удивительную способность сыпать двусмысленными фразочками, наводящими на не самые цензурные мысли.
«Я хочу, чтобы это время никогда не заканчивалось».
Быстро вычистив коробочку с такояки, которую вручил им улыбчивый продавец, Мэттью и Им двинулись дальше. Уильямс хотел поискать Альфреда, потому что тому, наверное, было ужасно скучно слоняться по ярмарке в одиночестве, а вот Йонг Су был против этой идеи.
– Уверен, он найдет, чем заняться, – с улыбкой заверил он Мэтта. – Танабата ведь праздник встречи влюбленных, и у Альфреда есть человек, с которым он должен его встречать.
– Но Артур ушел куда-то с Франциском, а найти кого-то в такой толпе… – неуверенно возразил Уильямс.
– Вот именно! – назидательно вскинув палец, перебил его Йонг Су. – Мы сами потеряемся, если будем искать Альфреда в такой толпе. Пошли, может, он уже ждет нас у сцены, – он снова потянул Мэттью за руку, на ходу поясняя: – Представляешь, он узнал, что тут выступают жрицы местного храма, только после Танабаты в прошлом году. Наверняка, он хочет посмотреть выступление.
Это звучало достаточно логично, так что Мэттью поддался уговорам и просто следовал за Йонг Су, крепко сжимая его руку, чтобы не потеряться. Он услышал музыку намного раньше, чем они вышли к сцене, на которой двигались в ритуальном танце несколько девушек в белых масках с алыми губами. Судя по всему, они изображали танцем какую-то историю, но Мэттью пропустил начало и не понимал совершенно ничего.
– Они показывают главную историю Танабаты про Орихиме и Хикобоси, – пояснил Йонг Су. – Видел в прошлом году, правда, тогда их было больше. Скоро уже финал, видишь, пришел отец Орихиме, – он указал на девушку, которая, кажется, еле передвигалась от количества подушек под ее одеждой. – Это он разлучил их.
Мэттью улыбнулся, залюбовавшись танцем. Несмотря на небольшое число участников и зрителей, актеры вкладывали душу в свою работу, и это притягивало взгляд. А еще Йонг Су по-прежнему держал его руку в своей и что-то воодушевленно рассказывал, и Мэттью действительно хотел, чтобы так было всегда.
«Чтобы Тони и братик простили меня».
На противоположном берегу реки, вдалеке от праздника, было прохладно и тихо. Темнота скрадывала движения, а доносившиеся с другого берега звуки ярмарки заглушали шаги. Тихая и спокойная река, сравнительно небольшая, но достаточно глубокая, слабо шелестела, неся свои воды к океану. Звезды отражались в ее темных водах, и казалось, будто вокруг нет ничего, кроме темноты и светящихся в ней огоньков.
Антонио и Ловино шли по берегу, не переговариваясь. Один был счастлив просто видеть своего любимого, а другому все еще было безумно стыдно. Он ходил на тренинги в клинику, и люди, пережившие то же, что и он, делились там историями своего исцеления. Многие плакали, потому что потеряли доверие родных, упустили любовь и сокрушались по поводу загубленной жизни. Сам Ловино предпочитал отмалчиваться, но с каждым следующим визитом все больше хотел покончить с этим. Женщина-психолог, проводящая с ним беседы по пятницам, говорила, что первый шаг к исцелению, помимо обращения к специалистам, – это разговор по душам с близкими людьми.
– Тони, – позвал он, надеясь, что Каррьедо не услышит.
Но он услышал и остановился, повернувшись к Ловино. Варгас уставился себе под ноги, чувствуя себя полнейшим идиотом. Говорить с Тони на эту тему совсем не хотелось, но Ловино знал, что это нужно прежде всего ему самому.
– Я хотел сказать… – он пытался подобрать слова, но все казалось таким неуместным, что пауза затянулась.
– Говори, Ловино, – с улыбкой подтолкнул его Тони. – Я приму все, что ты скажешь.
– Ты меня сбил, придурок! – тут же вспылил Ловино. – То есть нет. Извини, – это далось нелегко и казалось еще более неуместным. – Один раз к нам на тренинг приходила женщина. Она занималась этим почти три года, но не регулярно и мало, и только недавно бросила, потому что ее пятнадцатилетний сын погиб из-за передозировки. Муж ушел от нее, как только узнал про ее беременность, она растила сына одна, но ей было трудно. Никому не было дела до ребенка, он страдал от безответной любви, украл ее таблетки из тумбочки и умер.
Ловино замолчал, а Антонио не знал, что сказать. Варгас явно пытался донести до него какую-то свою мысль, только путался и волновался. Тони хотел подбодрить его, но никак не мог заставить себя сказать хоть слово – он хотел дать Ловино договорить.
– В общем… я хотел сказать тебе спасибо, – наконец, выдохнул Ловино. – Спасибо, что вытащил меня. И спасибо, что не умер при этом. С тебя бы, придурка, сталось.
– Я… – Варгас взглянул на Тони и увидел слезы у того в глазах. – Это так мило, Лови! – прежде, чем Ловино успел среагировать, Антонио стиснул его в объятиях. – И я очень рад, что ты ходишь на тренинги, – смахнув слезы, с гордостью заключил Антонио.
«Сбежать вместе с Ловино и открыть свой собственный ресторан».
– Конечно, хожу, – буркнул Ловино. – Дедушка и Фел следят за этим, но там безумно скучно, в основном. Все истории кажутся одинаковыми, когда послушаешь их сотню раз. Мне больше нравятся беседы с психологом, но у нее на приеме говорю, в основном, я.
– Зато твоя история очень интересная, учитывая все события, которые произошли в последнее время, – тепло улыбнулся Тони.
– Если ты про мое похищение и то, что тебя чуть не убили, то я бы предпочел, чтобы она была такой же скучной, как у остальных, – скептически заметил Ловино.
Антонио смутился.
– Это точно, – чтобы не создавать неловких пауз, он тут же перевел тему. – А как дела в драмкружке?
– Я, вообще-то, редко там появляюсь из-за всех этих тренингов и бесед, но все в порядке. Альфред неплохо справляется с твоими обязанностями, да и Франциска с его костюмами худо-бедно заменили. Еще пришел новичок, Райвис, но он так боится всего на свете, что мне трудно представить, чем он может помочь.
Ловино усмехнулся, и Тони невольно тоже рассмеялся.
– Значит, вы там не скучаете? – полюбопытствовал он.
– Я скучаю, – не глядя на Антонио, тут же ответил Ловино. – Без тебя драмкружок никогда не станет прежним. Такого придурка больше нигде не найти.
– И я скучаю, – проигнорировав последнее предложение, откликнулся Тони. – Конечно, отец устроил меня к себе в фирму помощником, но я ни на минуту не перестаю думать о тебе. Я бы очень хотел остаться с тобой здесь, хотя бы пока ты тоже не закончишь «Кагами», чтобы потом вместе сбежать куда-нибудь и открыть свой ресторанчик.
– Не слышал ничего глупее, – Ловино отвесил Тони легкий подзатыльник. – Работай, а не витай в облаках, придурок!
«Сейчас мне больше всего хочется, чтобы каждый из нас нашел то, что потерял: дружбу, доверие, надежду, любовь, уверенность. Но если я передумаю завтра, можно просто побольше вкусных гамбургеров».
Яблоки в карамели выглядели ужасно вкусными. Красные бока сладко блестели, рот наполнялся слюной, но Альфред знал, что не сможет съесть так много сахара, тем более что газировка, которую он взял, тоже была сладкой. Поэтому, скрепя сердце, Альфред купил только одно яблоко и огляделся по сторонам. Он заметил Йонг Су и Мэттью и, смущаясь своего поведения, скрылся в толпе.
Альфред не хотел мешать своим друзьям веселиться. Все время, что они проводили втроем, он чувствовал себя лишним, так что, подгадав удобный момент, он просто бросил их и побрел куда глаза глядят. Этот выбор привел его к высокому холму, на вершине которого стоял храм. Он бы выглядел заброшенным, если бы возле входа не стояли веточки бамбука с висящими на них танзаку, и Альфред догадался, что именно жрицы этого храма сегодня выступали на параде.
Он поднялся по ступеням почти на самый верх, но потом остановился и присел на холодный камень. Откусив от своего яблока, Альфред посмотрел в небо. С этого места были видны все звезды, и он с уверенностью мог сказать, что это лучшая позиция для наблюдения за фейерверками.
Альфред очень хотел рассказать кому-нибудь, но уже поздно было бежать обратно и звать кого-то. Полночь почти наступила. Он откусил еще немного от яблока в карамели, наслаждаясь сладостью, которая разливалась во рту, и прищурился. Звезды перед глазами вспыхнули сотней живых огней, а потом раздался первый залп, и небо окрасилось золотым. Пока Альфред доедал яблоко, огни фейерверков окрашивали небо во все цвета радуги.
Композиция из синего и серебряного разгорелась на небе, напомнив про Хенрика и его уход. Как же Артур тогда злился! Альфред невольно улыбнулся, вспомнив эту бессильную злость Керкленда на самого себя.
Следом – зеленое с золотом и неожиданно решивший уехать на летние каникулы Феликс. Ал вспомнил, каким печальным и потерянным выглядел Торис, даже Артур тогда спросил, не болен ли он.
Красное – выпуск Антонио и предшествовавшее ему спасение Ловино. Альфреду вспомнилось, как сильно он тогда беспокоился за Артура, но тот оказался не так-то прост.
Розовое – приставания Франциска к Мэттью и сближение с Артуром.
Рыжее – ссоры Артура и Скотта.
Снова череда взрывов на небе, озарившая темную гладь яркими красками праздника. Они ведь столько всего пережили вместе! Разве мог Альфред так просто забыть все это? Огни в небесах снова разгорались и гасли, и в голове у Альфреда точно так же возникали и меркли образы из далекого прошлого. Их первая встреча, выступление драмкружка, чаепития и совместная уборка… когда они успели стать друзьями? Когда перестали ими быть?
А потом все смолкло, и Альфред неожиданно остро почувствовал холод камня под своими руками, так оттеняющий жжение в глазах.
__________
¹Юката – как гласит Википедия, это традиционная японская одежда, представляющая собой летнее повседневное хлопчатобумажное, льняное или пеньковое кимоно без подкладки
²Танзаку – полоски бумаги, на которых пишут желание на Танабату
³mon cher (фр.) – мой дорогой
⁴Кицунэ – в японском фольклоре демон-лис, дух лисицы
⁵Тэнгу – нет, серьезно, вы что, не помните, что говорил Райвис Питеру про тэнгу?
⁶Такояки – это те аппетитные шарики из осьминога в тесте.
========== Действие восьмое. Явление VIII. Безмолвие ==========
Явление VIII
Безмолвие
Оранжевые лучи солнца пробивались сквозь плотную завесу пальмовых листьев, создавая причудливый узор прямо в воздухе. Слабый ветерок неуловимо менял его, приподнимая и опуская тяжелые листья. Халлдор увидел эту картину, едва открыв глаза, и долго лежал, просто глядя в окно, завороженный солнечным светом. В «Кагами» окно его комнаты выходило на западную сторону, и любоваться рассветом он мог, лишь изредка выбираясь на улицу в подходящее время. Но сейчас, в Австралии, окна их с братом номера выходили на юго-восточную сторону, и увидеть рассвет можно было, просто открыв глаза.
Он бы мог лежать так и дальше, наслаждаясь покоем и тишиной, но в комнате стало слишком душно. Солнце быстро прогревало воздух, обещая жаркий безоблачный день. Халлдор поднялся с постели и открыл дверь на балкон, впуская легкий ветерок внутрь. Прохладный утренний воздух приятно обхватил его тело, заставляя мурашки удовольствия пробежаться по рукам. Халлдор уже занес босую ногу, чтобы пройти на балкон и еще немного посидеть в тишине и одиночестве, когда шорох из комнаты заставил его остановиться.
Обернувшись, он посмотрел на брата, ворочавшегося в своей постели, и хорошее настроение, обещанное рассветом, мигом рассеялось. О каком вообще настроении могла идти речь, когда Андресс так изменился?
Халлдор вздохнул, бросил еще один взгляд через плечо на прекрасный пейзаж за окном, и вернулся в комнату. Нужно было привести себя в порядок, сделать завтрак на двоих и разбудить брата. Слишком много дел, чтобы тратить время на любование рассветом.
Андресс что-то неразборчиво пробормотал, сжимаясь в комок под одеялом. Халлдор и сам не заметил, как оказался рядом с ним. Он попытался успокоить брата, не разбудив, и вскоре осторожные поглаживания по худой спине принесли свои плоды. Андресс расслабился и, кажется, снова заснул. Халлдор замедлил свои движения, но никак не мог заставить себя подняться с кровати брата и уйти.
С тех самых пор, как они стали жить вместе, Андресса постоянно мучили кошмары. Иногда он и вовсе не ложился спать по ночам, занимая себя чтением и учебой. Он ничего не рассказывал брату, не жаловался. Они никогда не обсуждали случившееся между ним и Хенриком, и вообще не упоминали в разговорах его имя. Но Халлдор знал, насколько сильным ударом стало случившееся для Андресса, знал, что тот, как бы ни старался, не может справиться со всем в одиночку. А еще он знал о том, какие сны видит Андресс.
Пронзительный взгляд знакомых с детства синих глаз, темных и, с недавних пор, пустых. Халлдор вздрогнул, резко убирая руку за спину, будто он делал что-то непозволительное. Андресс лишь молча равнодушно пожал плечами.
– Извини, я разбудил тебя, – не в силах больше смотреть в эти глаза, Халлдор снова посмотрел в окно. – Еще рано, можешь поспать, пока я приготовлю завтрак.
Он неловко поднялся со своего места и, избегая смотреть на Андресса, вышел из спальни, оставляя того в одиночестве. Халлдор никак не мог привыкнуть, что теперь он должен заботиться о старшем брате.
Сколько он помнил, Андресс всегда ухаживал за ним. Готовил, когда они оставались одни, поддерживал его, если что-то не получалось, всегда был рядом в трудную минуту. Будил на уроки, напоминал о том, что Халлдор мог бы забыть. И Халлдор бы очень хотел сейчас стать для братика таким же сильным, каким он видел его в детстве, чтобы Андресс знал, что может ему доверять, может на него положиться. Может открыть свои чувства.
Он машинально помешивал яйца в миске, пока на плите грелась сковородка и закипала вода в чайнике. Халлдор не очень-то умел готовить, и омлет на завтрак было одним из лучших его предложений, если не пригорал. Когда с приготовлением завтрака было покончено, Халлдор прошел в ванную, чтобы принять душ и умыться. Даже австралийская зима была слишком жаркой, чтобы отказаться от утреннего душа.
Выйдя из уборной чистым и свежим, с решительной готовностью пережить еще один день, Халлдор вновь заглянул в спальню. Андресс лежал на своей кровати и, кажется, даже не сменил позу, но не спал. Его глаза бездумно разглядывали потолок, но Халлдор прекрасно понимал, что Андресс сейчас далеко-далеко отсюда и, наверное, даже не сможет сказать сходу, сколько лопастей у вентилятора на люстре.
– Завтрак готов, – он осторожно тронул брата за плечо, привлекая его внимание. – Умойся и приходи на кухню.
Андресс кивнул, отрешенно глядя на Халлдора, чем полностью подтвердил его подозрения. Проводив брата взглядом, Халлдор прикрыл за ним дверь, чтобы переодеться. Погода обещала быть жаркой, так что он остановил свой выбор на легкой футболке и шортах.
– Нужно немного поторопиться, а то опоздаем на общий сбор, – пройдя в кухню, сообщил Халлдор, избегая смотреть на брата.
Тот безразлично кивнул, не отвлекаясь от своего чая с печеньем. Пустая тарелка из-под омлета стояла рядом с ним, так что Халлдор, успокоившись, принялся за свой завтрак. На вкус было вполне сносно, так что ему было даже немного обидно, что Андресс ничего не сказал. Раньше он бы обязательно похвалил его – и если не за вкус, то хотя бы за старания.
– Переодевайся и пошли, – заметив, что Андресс допил свой чай и замер, глядя на дно кружки, поторопил его Халлдор.
Яо, конечно, не Гилберт, и не бросит их в отеле из-за опоздания, но все-таки прийти вовремя было бы намного лучше. Халлдор быстро осушил свою кружку с чаем и пошел за братом в спальню. Андресс уже переоделся и даже собрал сумку, так что Халлдор мысленно улыбнулся.
Они вышли из номера и, воспользовавшись лифтом, спустились в холл отеля. Большинство ребят уже собрались там вместе с учителем Яо, которому и выпала честь сопровождать учеников «Кагами» в этой поездке. Подождав еще несколько минут после того, как подошли Андресс и Халлдор, Яо поднялся с диванчика, привлекая к себе внимание учеников.
– Еще раз с добрым утром, ару, – он улыбнулся и, выдержав паузу, продолжил. – Вы все наверняка уже ознакомились с нашим расписанием на сегодня, ару, однако я хотел бы еще раз его всем напомнить, ару. Итак, сейчас нас с вами ждет автобус, ару, который отвезет нас на экскурсию в тропический лес, ару, а затем – на крокодиловую ферму. По дороге экскурсовод, ару, подробно объяснит вам правила поведения и технику безопасности, ару, но если вам что-то будет непонятно, вы всегда можете спросить у меня, ару. На ферме мы пообедаем, ару, а затем вернемся в отель на автобусе. После этого у вас будет свободное время, ару, можете искупаться в океане, но помните, что лучше делать это в специально огороженном участке или бассейне, ару, из-за опасных медуз. Если все понятно, то следуйте за мной к автобусу, ару.
Ребята потянулись на выход за учителем, и Халлдор с Андрессом последовали за ними, не сказав друг другу ни слова. В автобусе, расположившись на соседних сидениях, они тоже не перебросились и словом. Андресс просто закрыл глаза и, прислонившись к окну лбом, надолго ушел в себя, а Халлдор, заткнув уши наушниками, сам не заметил, как заснул.
Красоту окружавшего их тропического леса невозможно было не заметить. Величественные древние деревья взмывали ввысь, и их большие листья создавали здесь, внизу, густую тень, едва прерываемую росчерками солнечного света. Несмотря на это, вокруг было полно жизни. Кусты, трава, деревца поменьше, ящерицы, лягушки, бабочки и птицы. Много, много ярких птиц, перекрикивавшихся в вышине и где-то совсем близко. Природа вокруг, древняя, непоколебимая, как скала и старая, как мир, притягивала, манила.
Халлдор не мог оторвать взгляд, его увлекал и рассказ девушки-экскурсовода, и мир, скрытый от его глаз лишь зеленой листвой и серыми стволами. Но он знал, что Андресс идет рядом, даже не глядя на пейзажи вокруг, словно бы ему было все равно. Андресс, которого Халлдор знал, любил изучать новое, его глаза никогда не горели так ярко, как когда он приобщался к чему-то неизвестному и таинственному, вроде тысячелетних тропических джунглей.
Их пешая экскурсия проходила через настоящий тропический лес. По туристической тропинке, вымощенной деревом, идти было легко и относительно безопасно, но иногда им приходилось преодолевать свободные от дорожки участки, и это было весьма трудоемким занятием. Халлдор даже радовался, что от крокодиловой фермы, куда они сейчас шли, их повезет автобус. Но перед этим им предстояло спуститься в ущелье, по дну которого протекала небольшая чистая горная речка, название которой он не запомнил.
– Как называется река, к которой мы идем? – Халлдор легко тронул брата за руку, привлекая внимание.
Тот посмотрел на Халлдора удивленно, пожал плечами и неопределенно махнул рукой в сторону гида.
И снова отвернулся, как будто так все и должно быть. Халлдор прикусил губу от злости. Все должно было быть совершенно не так! Андресс всегда знал все, что у него спрашивал Халлдор, у него были ответы на все вопросы, и даже самые непонятные вещи он объяснял ему доходчиво, простым языком. А теперь он просто пожимает плечами и продолжает путь, как будто перед ним не любимый младший брат, а кто-то совершенно чужой.
Через несколько минут перед ними возникла прекрасная долина, спрятанная в ущелье, посреди которой протекала быстрая горная река. Экскурсовод еще раз повторила ее название и предложила всем желающим искупаться здесь, потому что дальше в этой реке могут встретиться крокодилы, и путешествие свое они продолжат на небольшом судне, которое должно было вот-вот подойти.
– Искупаемся? – без особой надежды предложил Халлдор брату, на что тот лишь отрицательно качнул головой.
Халлдор и сам не горел желанием лезть в воду, особенно учитывая риск нарваться на крокодила, но другие ребята радостно поснимали с себя одежду и с криками и смехом вошли в речку. Это выглядело весело и, наверняка, холодная вода из горного источника освежила бы им обоим мозги, но Халлдор так и не заставил себя бросить брата. Тем более, одному ему там точно было нечего делать.
После этого увлекательного времяпрепровождения их небольшая туристическая группа отправилась на речной круиз, в ходе которого им удалось увидеть настоящих диких крокодилов. Пресмыкающиеся сидели в воде, почти незаметные, и лишь лениво провожали людей глазами. Некоторые из крокодилов выходили на сушу, и их огромные тела поистине впечатляли.
Созерцание крокодилов занимало Халлдора ровно до тех пор, пока они не приехали на ферму. Здесь, на открытой местности, снова стало невыносимо жарко и влажно, и местные крокодилы, в огромном количестве, уже не производили такого впечатления. Но зато они, в отличие от диких, выполняли простые команды за еду, прыгали из воды, чтобы поймать куски мяса и всячески развлекали посетителей.
Девушка-экскурсовод уступила место мужчине в широкополой соломенной шляпе, который, не боясь крокодилов, вживую показал им разницу между морскими и пресноводными обитателями фермы. Основные различия, собственно, были налицо – морские оказались намного крупнее, но ничуть не менее проворными, когда дело касалось мяса. Но впечатлить всех их гиду удалось, заглянув обоим крокодилам в пасть, чтобы показать разницу между их челюстями.
Потом, уже со своим прежним очаровательным гидом, они прогулялись по остальной части фермы, больше похожей на зоопарк. Время обеда уже давно прошло, ребята были страшно голодны, так что спящий кенгуру и дикие австралийские кошки не удостоились должного внимания. После экскурсии они прекрасно знали, что крокодилов разводят так же и ради мяса, и всем не терпелось попробовать какое-нибудь блюдо из опасного хищника.
На первое им предложили мясной суп с кукурузой, не очень приятный на вид, но безумно вкусный. Стоило только первой ложке скрыться во рту у Халлдора, как он тут же забыл обо всем на свете, пока не доел. Андресс едва притронулся к еде, заставив Халлдора нахмуриться.
– Тебе стоит поесть, мы еще нескоро вернемся в отель, – заметил он.
Андресс, нечитаемым взглядом оценив брата, все-таки отправил в рот еще несколько ложек супа, но тут же отодвинул от себя тарелку, когда им принесли следующие блюда: запеченные овощи и пирог с мясом крокодила.
Когда Халлдор и Андресс еще были детьми, младший был куда более избирателен в еде, поэтому частенько капризничал и отказывался от того, что им готовила мама. Но на помощь всегда приходил старший брат, который легко уговаривал Халлдора съесть хотя бы половинку. Но так было раньше, пока они еще были близки. А потом Андресс уехал в «Кагами», и Халлдору пришлось самому справляться и с невкусной едой и со своим нежеланием ее есть. И сейчас уже он должен был позаботиться о том, чтобы его старший брат не голодал.
Поначалу Халлдор опасался, что его желудок не выдержит такой экзотики, но крокодилье мясо оказалось похоже на куриное, а овощи таяли во рту, совершенно не оставляя никакого привкуса, как это обычно бывало с приготовленными собственноручно. Он отметил про себя, что Андресс доел пирог очень быстро, но вот к овощам даже не притронулся.
– Это намного лучше, чем я готовлю, – Халлдор подтолкнул к брату тарелку. – Попробуй.
Андресс кивнул и подцепил кусочек на вилку. К появлению десерта на его тарелке осталось чуть меньше половины. В качестве финального блюда были поданы красивые бисквиты в посыпке и холодный мятный чай с плантации неподалеку, которую им обещала показать экскурсовод на обратном пути. И хотя все уже наелись, никто не оставил десерт на тарелке.
В автобус ребята заходили уставшие, но довольные. Усевшись на свои места, многие тут же заснули, не слушая экскурсовода и учителя Яо. Халлдор и Андресс, солидарные с ними в этом вопросе, быстро заснули на своих местах. Халлдор проснулся, когда автобус уже въехал в город, и до отеля оставалось несколько минут. Андресс дремал, дергаясь при малейшей неровности на дороге. Челка упала ему на глаза, и Халлдор только заметил, как сильно она отросла.
Уже в своем номере, на балконе, глядя, как на берег падают длинные тени от пальм, Халлдор подумал, что так до сих пор и не искупался. Оставить Андресса в одиночестве он не мог, но тот, Халлдор был уверен, ни за что не пойдет с ним на пляж. Он посмотрел на сидящего рядом Андресса оценивающим взглядом. Тот дремал, прикрыв глаза, но тут же ответил Халлдору вопросительным взглядом.
– Мы могли бы сходить к океану, – неуверенно предложил Халлдор.
Раньше именно Андресс устраивал их досуг, звал его куда-то и строил планы. Андресс вписал их имена в заявление на эту поездку еще осенью, сразу после летних каникул. И Андресс теперь равнодушно качал головой, отказываясь даже от морской прогулки.
– Нельзя же так, – порывисто воскликнул Халлдор, тут же смущаясь своего повышенного тона. – То есть, – тут же поправился он, – мы ведь приехали к океану, глупо будет так и не увидеть его.
Андресс посмотрел на него уже более внимательно, но других доводов у Халлдора не было, да и не успел он ничего придумать, слишком смущенный своей выходкой. Так что Андресс, так и не дождавшись продолжения, снова отвернулся.
– Пошли хотя бы к бассейну, – наконец, решился попросить Халлдор. – Там сейчас почти никого нет, тихо и можно освежиться. Пойдем.
Халлдор никак не ожидал, что Андресс кивнет и встанет со своего места. Но, не желая упустить такой шанс, он тут же поднялся следом. Сборы не заняли много времени: пара полотенец, шорты поверх плавок и рубашка – многого и не нужно было.
Братья спустились вниз, к большому бассейну, где сейчас и правда было немноголюдно. На детской части, выглядящей в точности как пляж, развлекалась молодая пара с двумя детьми, с другой стороны, не находящейся в тени отеля, загорали несколько девушек, а там, где остановились Андресс и Халлдор, только двое пожилых немцев выпивали и разговаривали о жизни на английском с ужасным акцентом.
Они расстелили полотенца на шезлонгах, и присели друг напротив друга. Халлдор – чтобы раздеться, Андресс – чтобы достать книгу. Сняв шорты и рубашку, Халлдор обратил внимание на брата, но ничего ему не сказал. Конечно, Андресс пошел с ним к бассейну, но он ведь ничего не говорил про купание. Халлдор даже не обратил внимания, надел ли брат плавки.
Он спустился в воду, чувствуя, как прохлада приятно прилегает к телу, задержал дыхание и нырнул, позволяя влаге остудить горячую голову. Вынырнув, Халлдор снова посмотрел на Андресса, но тот погрузился в чтение и не обратил на него никакого внимания. Андресс выглядел таким худым и беззащитным с этой своей книжкой, что Халлдор вновь вспомнил, как он защищал его от всех нападок. Сейчас единственным, кого хотелось защитить, был сам Андресс.
Халлдор и сам не заметил, как оказался возле бара – небольшого строения посреди бассейна с соломенной крышей. Он плавал уже долгое время и слегка устал, так что не видел ничего страшного в том, чтобы остановиться и выпить что-нибудь освежающее. Он присел на стул, едва скрытый водой, и поднял взгляд на лучезарно улыбающегося ему бармена. На его смуглой коже улыбка казалась еще ярче, чем была на самом деле.
