Текст книги "Марк Ганеев - маг нашего времени. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Валентин Егоров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 88 (всего у книги 95 страниц)

   После долгих поисков я все же его разыскал в складках постельного белья и, нажав кнопку приема вызова, приложил к своему уху. В мобильнике послышался голос незнакомого человека:

   – Звонит дежурный по МВД офицер, полковник Александров! По просьбе министра внутренних дел РФ Матвея Никандровича Дронова довожу до вашего сведения. Сегодня ночью покончил с собой начальник Генерального штаба ВС России, генерал армии Сергей Витальевич Дворников! Следственная группа МВД РФ выехала на расследование происшествия!

   Я не успел подтвердить получение информации, как на линии послышались звонки отбоя.

   – Михалыч, мне только что сообщили о самоубийстве начальника Генштаба!

   – Ну, и что?

   – Как это "ну, и что"? Одевайся и отправляйся в МВД, там, наверняка, черт те что твориться! А ты в моей постели лежишь и не шевелишься?!

   – Мне не надо спешить в МВД, там и без меня справятся! Ты, Марк, стал моей личной заботой! Еще вчера утром Президент звонил Матвею и очень сильно тобой интересовался?! Ему кто-то посоветовал, посадить тебя в тюрьму, но он не был в этом уверен! Тогда Матвей ему посоветовал, меня, своего цепного цербера, прикрепить к тебе, тогда бы ты не смог натворить каких-либо глупостей! Да, между прочим, не мог бы ты мне рассказать о том, как тебе удалось покончить с начальником Генштаба? Хотя одновременно я готов под присягой утверждать, что ты ни разу меня не покинул за весь вчерашний вечер и за время совместной ночи, проведенной в одной постели!

   – Ты меня обижаешь и одновременно глубоко оскорбляешь этим своим недоверием! – Заявил я дрожащим от обиды голосом.

   Михалыч, видимо, повелся от моего поведения, бутылки пива он снова убрал в холодильник. Подошел к телефонному аппарату, стоявшем на прикроватном столике, но с моей половины постели. Поднял трубку и попросил:

   – Room service, мы, двое мужчин, после очень бурной ночи сильно проголодались! Так что принесите нам на завтрак: две порции картофельно-рыбного супа, два картофельных пюре с со свиной рулькой, два салата Оливье и бутылку водки! Что у вас кончилась водка?! Черт вас подери, тогда принесете две бутылки коньяку Хеннеси.

   Нажав на рычаги, дав отбой, Михалыч внимательно посмотрел на меня и поинтересовался:

   – Марк, а у тебя денек хватит, чтобы расплатиться за этот завтра? Те деньги, которые МВД выделило мне на работу с тобой, на одну заправку автомобиля не хват!

   – Не беспокойся, Михалыч! Хватит и еще останется! И почему вы решили, что я стал опасен для российского государства?! Госкорпорация заработала, сейчас мы занимаемся доводкой до совершенства истребителя ЯР65, к концу года планируем выпуск с заводского конвейера первой серии из пятидесяти истребителей. Десять истребителей из этой серии передаем государству совершенно бесплатно!

   – В этом и дело, Марк! Здания для корпорации приобретены, они ремонтируются, а твоя госкорпорация уже готова выдавать продукцию, но и выплачивать жалование рабочим авиазавода, где собираются истребители! Всего лишь неделю назад российское правительство выпустило лицензию-разрешение на существование "Российской авиации", а она уже занимается организацией производства реальных истребителей! Где находятся твои люди, Марк? Где находится Николай Николаевич Никольский? И откуда у тебя взялись такие громадные деньжища, которые ты тратишь на производство?

   – Этих денег вполне хватит на возрождение российской гражданской авиации, но я не хочу их тратить на откаты коррупционерам!

   Наш разговор был прерван осторожным стуком в дверь нашего номера, это Room service на тележке привезло наш завтрак, по своему меню и насыщенности калориями очень похожий на обед.

   2

   Как только на улице немного похолодало, капитан Заранда Хан по собственной инициативе приказала своим девчонкам оккупировать мой и Путилинский кабинеты. Там она установила двухэтажные койки и запретила мне и Виктору Путилину даже на минутку туда заходить. Когда я ей сказал о том, что в моем кабинете установлены телефоны правительственной связи и правоохранительных органов, то Заранда Хан одну свою раненую, а сейчас выздоравливающую девчонку по имени Мириам, посадила за эти телефоны на постоянное дежурство.

   Мириам имела задатки телепатки, благодаря им она неплохо понимала, что говорят ей люди, даже если они говорили на русском языке, которого она, в принципе, не знала! Теперь эта девчонка, как только звонил телефон, поднимала трубку и интересовалась тем, кто звонит. Простейшую информацию Мириам записывала, затем перезванивала мне и передавала полученную информацию. В том случае, когда звонившие люди хотели бы переговорить со мной, то после разговора с ней я им уже сам перезванивал! В общем я неплохо поладил с Мириам, а она, как я надеялся, со мной!

   Когда Михалыч доедал мою порцию завтрака, мне почему-то для утоления голода хватило всего одной тарелки картофельно-рыбного супа, позвонила Мириам и она мне сообщила, что пару раз звонил майор Белянчиков, который хотел бы со мной встретиться и переговорить по очень важному вопросу.

   – Командир, меня несколько удивило одно обстоятельство, – рассказывала мне Мириам, говоря на своем пиджин-инглиш, – майор, позвонил ровно в полночь и перезвонил ровно через десять минут! И в первом, и во втором случае он говорил странным шепотом! Это сильно меня насторожило, и тогда во втором случае я попросила его назвать свой идентификационный номер военнослужащего. Мне показалось, что он немного растерялся от этой моей невинной просьбы, но вскоре оттароторил полагающиеся цифры. Компьютер сразу же мне высветил на экране монитора следующую строку: "Алексей Владиславович Белянчиков, майор Главного разведывательного управления Генштаба РФ, командир группы ликвидаторов". Ты, понимаешь, командир, это ведь не с проста, что к тебе обратился ликвидатор с просьбой о встрече!

   Мне были понятны страхи Мириам по этому поводу, но я хорошо помнил лицо и слова молодого майора, когда мы встретились с ним проговоре о долге военнослужащих перед своей родиной в белградской гостинице. Такие ребята, выполняя свои служебные обязанности, не становятся предателями! Да и к тому же на встречу с Белянчиковым я пойду не один, а вместе с Михалычем, в свое время повоевавшим в спецназе и, как я полагаю, он не растерял тех качеств и навыков, требуемых для выживания в любых боевых и не боевых условиях!

   Теперь я буду вынужден работать вместе с этим цепным псом министра внутренних дел Российской Федерации, так как оба мои телохранители выросли до советников и консультантов и в настоящее время занимаются очень важными делами по организации перелета: Москва – Луанда столица Анголы – город Ма и обратно. Как я уже говорил, максим Звонарев работает вместе со штабом дальней авиации, а Леня Васьков – наши только прибывших четыре итальянских вертолета AugustaWestland переделывает в боевые ударные вертолеты, навешивает на них ракетные комплексы "воздух-земля" и тренирует наших пилотов пилотированию этих новых для них машин. Виктор Путилин курирует организацию операции "Реванш" в целом.

   Ну, а я занимаюсь поиском и отбором добровольцев для участия в этой операции, так как Матвей Дронов мне вчера вдруг заявил, что Президенту не очень-то понравилась моя идея привлечения к участию пакистанцев.

   – Ну, что? – Поинтересовался я, к этому времени вместе с Михалычем я уже принял на грудь три стакана самогона. – Это Президенту не понравилось, а у меня нет бойцов, с которыми можно было бы выступить против этих противных и склизких на ощупь котиков?! Захид Хан, один из вождей пуштунов, пообещал мне шесть своих проверенных бойцов и два ударных вертолета, Президент же пока мне ничем не помог, ничего не дал, чтобы решить мою проблему!

   – Ты, Марк, это поосторожней выражайся так по отношению к нашему Президенту, да еще и в моей компании? – Тоскливо говорил Матвей Дронов, исподлобья посматривая по сторонам. – Если он услышит, то считай конец твоей карьере предпринимателя в России!

   Еще во время завтрака, переговорив по этой проблеме с Виктором Пулиным, мы с ним решили от помощи пакистанцев не отказываться до тех пор, пока не решим проблему с добровольцами. Поэтому звонок Мириам о том, что майор Белянчиков попросил встречи со мной, оказался, как нельзя вовремя! Пока мы собирались отправиться на встречу, я мысленно вызвал Леонида Васькова и его попросил:

   – Лень, найди, пожалуйста, наших снайперов Влада и Митяя. Передай им, что я хочу сегодня с ними встретиться, где-то во второй половине дня. О времени и о месте встречи сообщу дополнительно.

   В полдень мы входили в помещение "Пельменной", расположенной на улице Красина. Я не удивился, когда Мириам продиктовала мне адрес, тому обстоятельству, что Алексей Белянчиков назначил мне встречу в помещении этой "Пельменной". Сам не раз ее посещал и для того, чтобы поесть пельмени со сметаной, которые очень любил, и для того, чтобы встретиться со своими агентами в этом месте. Площадь этого помещения была не больше шестнадцати квадратных метров, на которых уместилось всего лишь пять столиков, за которыми можно было бы стоя поесть пельменей. Причем, никто долго не задерживался за этими столиками, поел и освободил место другому едоку. Когда же "Пельменная" была перегружена посетителями, такое часто случается в обеденные часы, то за одним столиком сразу же ели по нескольку незнакомых друг с другом человек!

   Михалыч заказал себе порцию селедочки и двойную порцию пельменей со сметаной, я же взял витаминный салатик из капусты и бокал капучино, по местным понятиям, это была кружка растворимого кофе с молоком. Однажды, в те стародавние времена я по этому поводу сделал замечание двум парням, владельцам "Пельменной" и одновременно ее продавцам. На это свое замечание я получил совершенно четкий и ясный ответ:

   – Тогда и не заказывай капучино! Ведь мы не "Кофе-Хаус", а "Пельменная", хорошего кофе не готовим! Если хочешь попить хорошего кофейку, то и отправляйся в "Кофе-Хаус", а если хочешь поесть хороших пельменей и попить не очень хорошего капучино, то приходи к нам!

   Сегодня же больше по привычке я заказал капучино, когда его попробовал за столом, то кофе в кружке оказалось настоящим капучино! Изо всего этого мне стало тоскливо. Я посмотрел на Михалыч, он устроился за столиком, стоявшего у самой витрины "Пельменной" и с убыстренной скоростью поглощал пельмени. Проходя мимо моего столика, этот эмведовский проходимец прямо на моих глазах, совершенно этого не стесняясь, успел к обратной стороне моего столика прилепить микрофон для прослушивания и записи моего разговора с майором Белянчиковым. Даже во времена полного тоталитаризма я никогда этого не делал, встречаясь со своими агентами.

   Алексей Белянчиков пришел в "Пельменную", одетым в гражданскую курточку, из-под которой выглядывал помятый цивильный костюмчик. Он заказал себе порцию пельменей с маслом и, попросив разрешения, устроился за моим столиком.

   – Извини, но я страшно не люблю есть в полном одиночестве! Когда пьешь в одиночестве, то вскоре чувство отрешенности от этого мира расстворяется в количестве выпитой водки!

   – Я бы не советовал бы вам, такому молодому человку, есть и пить в полном одиночестве! Для начала заведите себе подругу, а вместе с ней у вас появятся друзья. Тогда жизнь для вас засверкает всеми цветами радуги!

   – Примерно такая беседа велась между нами обоими, но на деле мы разговаривали в мысленном диапазоне.

   – Я меня грустная для тебя новость, Марк Ганеев! – Мысленно произнес Алеша, отправляя в свой рот первую пельменину. – Вчера вечером перед уходом с работы начальник Генштаба Сергей Дворников подписал приказ, в котором черным по белому написано о создании специальной команды по твоей ликвидации, Марк! Мне уже сегодня утром предложили в нее войти, но я отказался! Дай бог, чтобы начальство подумало о том, что этот мой отказ связан тем обстоятельством, что мне в эту группу предложили войти рядовым членом, а не ее командиром! В противном случае со мной покончат уже сегодня!

   В этот момент в "Пельменную" вошли трое работяг, видимо, из тех рабочих, что укладывали новый бордюр тротуара неподалеку. Это были двое не русских, по-видимому, таджики или узбеки, и один русский. Они подошли к стойке и сделали заказ. Поначалу я не обратил на них внимание, в мое время в эту "Пельменную" приходили пообедать все, кому не лень, от белых воротничков до дворников! Но краем уха я совершенно случайно уловил слова молодого парня, который работал за прилавком.

   – Ребята, вы пришли не в свое время! Как вы знаете, работяг мы обслуживаем по вечерам, когда приличная публика разъезжается по домам! Сейчас я вас обслужу, но эту информацию вы имейте в виду на будущее!

   Словно молнию меня поразила, группа ликвидаторов ГРУ пришла за мной и за Алешей Белянчиковым, кто-то из его группы по пьянке проболтался товарищам о нашей встрече в Белграде, когда майор начальству отрапортовал, что группа опоздала и они меня упустили. Тем временем два азиата, получили заказ и отправились к свободному столику, русский же, притворяясь крепко выпившим человеком, свою тарелку пельменей в сметане так бухнул на наш стол, что сметаной обрызгал курточку Алеши. Ежу было понятно, что своим поведением он хотел нас обоих, меня и Лешу, вывести из себя, чтобы устроить драку, двое же азиатов должны были расстрелять нас в упор.

   Мне ничего не оставалось делать, как в мини телепортационным прыжке переместиться за стол к азиатам и вилкой, я попросту не успевал достать из кобуры свои пистолеты Desert Eagles, ударить одному из ликвидаторов в правый глаз. Дикий вопль раненого азиата нарушил тишину и покой обеденного зала "Пельменной". Таджик инстинктивно всплеснул обеими руками, поднял их вверх, чтобы ладонями остановить кровь, потекшую из пустой глазницы. В этот момент из его левой руки выпал пистолет "Макаров" и начал падать на пол. Неестественным образом извернувшись, я успел налету подхватить этот пистолет и тотчас же нажать его курок, прицеливаясь в живот второму азиату. Мой выстрел совпал с другим выстрелом, этот Михалыч выстрелом из своего ТТ размозжил голову раненому в живот таджику.

   Повернувшись в сторону своего столика, я увидел страшную картину, на полу пельменной лежал майор Алексей Владиславович Белянчиков! Он захлебывался кровью, текшей изо рта, из его груди торчала, покачиваясь при каждом его вдохе и выдохе, ручка стилета. Почему майор не стал защищаться, я не понял, ведь он был обучен находить выход в любой ситуации, в которой мог бы оказаться по роду своей основной профессии?! Хлопнула входная дверь "Пельменной", это убегал русский, только что убивший майора Белянчикова, он надеялся, что найдет спасение на улице. Но зря надеялся, громко и отрывисто хлопнул второй выстрел ТТ.

   Повернувшись ко мне, Михалыч совершенно спокойным голосом проговорил:

   – Эта группа убийц не имеет никакого отношения к нашему МВД! Нам нужно уходить, пускай милиция разберется, кто это вздумал охотиться на нас?

   – Это группа ликвидаторов ГРУ Генштаба, они исполняли приказ Дворникова!

   – Но он же покончил жизнь самоубийством вчера ночью?!

   – Я не успел его вовремя убрать. Вчера уже было поздно! Вот тебе аудиозапись одного ночного разговора. Эта аудиозапись, наверняка, заинтересует Матвея Дронова и, может быть, самого Президента! Перед уходом с работы этот предатель родины успел подписать приказ о моей ликвидации. Но здесь не место вести разговор на эту тему. Мы уходим и ухолим прямо сейчас.

   Уже направляясь к выходу, я повернулся к парню, мраморной статуей застывшему за прилавком и негромко голосом произнес:

   – Уходи и постарайся надежно спрятаться! Ты не по своей воли стал свидетелем события, которого не должен был бы видеть!

   3

   Матвей Дронов поднял трубку интеркома и своему секретарю, капитану Роберту Будилину, приказал:

   – Мне нужно полчаса свободного времени! В эти полчаса ни с кем меня не соединяй, кто бы мне не звонил!

   Он тяжело поднялся из-за письменного стола, прошел к чайному столику, на котором лежал обыкновенный плеер. Вставил в него кристалл памяти и одел наушники на голову. Закурил сигарету, явно не решаясь нажать кнопку воспроизведения. После второй затяжки протянул руку и решительно нажал эту кнопку, в его ушах тут же зазвучали два хорошо знакомых голоса:

   "– Повернись ко мне лицом и подними руки вверх! Назовись, кто ты и что делаешь в моем доме? При этом не делай резких движений, тогда я не буду стрелять!

   Но ты и так не сможешь нажать на курок своего пистолета! Я пришел к тебе поговорить, вспомнить о старых делах! Поэтому прими мой добрый совет, отложи свой ТТ в сторону! Пройдем на кухню, там светло, тепло и уютно для того, чтобы просто поговорить! Да и выпивка под рукой!

   – Никуда мы с тобой не пойдем, пока не назовешь своего имени и не скажешь о цели своего ночного визита?! Сейчас я позвоню в милицию и вызыву наряд, там с тобой быстро разберутся! И все-таки скажи, как ты пробрался в мой загородный дом. Он же стоит на сигнализации, круглосуточная армейская и милицейская охрана!

   – Я – это твоя совесть, тень твоей прошлой жизни! Пришел к тебе, чтобы напомнить кое о чем, о чем ты не хочешь вспоминать даже во время самых кошмарных снов! Если я начну тебе, Сергей Витальевич, рассказывать всю правду о твоей прошлой жизни, то ты этому не –> поверишь[Author:п"] ! Прими мое появление в твоем доме, как напоминание о тех временах, о которых ты всеми своими силами стараешься забыть!

   – И что это может означать?

   – Я пришел к тебе поговорить, задать несколько вопросов! Но хорошего разговора под дулом пистолета, ты сам понимаешь не получится! Хочу предложить тебе, поставить пистолет на предохранитель, положи его в карман халата, если он уж тебе так нужен! Но имей в виду, в борьбе со своей совестью никакой пистолет не поможет! Разве что..., но об этом мы поговорим чуть позже! Давай, перейдем на кухню, там приготовим к себе кофе и, его попивая, поговорим о твоем и моем прошлом.

   – Но по какому праву ты, незнакомец, можешь со мной говорить о моем прошлом? Оно принадлежит одному только мне и больше никому! Да и вообще, кто ты такой и кто дал тебе право так беспардонно врываться в мой дом и разговаривать со мной в таком тоне?

   – Я же повторяю, меня не существует, но я твоя совесть!

   – Так что же?

   – Так может рассуждать любой простой человек, но не ты, Сергей Витальевич! Сегодня ты входишь в руководство нашей Российской Федерации, принимаешь решения, которые в той или иной степени сказываются на судьбе всей страны! Под твоим командованием находятся миллионы человек и, возможно, когда-нибудь ты поведешь их в бой! Поэтому такие высокие государственные посты должны занимать кристально честные люди! Что нельзя сказать в отношении тебя, Сергей Витальевич! Если внимательно изучить твою биографию, то в ней можно найти некоторые факты, ставящие под сомнение твое право стоять во главе российского Генштаба! А в отношении того, кто дал мне такое право разговаривать с тобой, то я отвечу. Такое право мне передали шестнадцать моих товарищей, погибших по твоей вине, и по вине твоих друзей, Сергей Витальевич!

   – Но этого не могло быть! Я же никого не предавал, даже ни разу не контактировал с противником! Так что по моей вине никто не должен был бы умирать!

   – Тогда позволь мне тебе помочь и разобраться в своей же биографии и тогда ты сам решишь, кто прав или виноват в том или ином случае! Начнем с того, что мы с тобой никогда не встречались! Но судьба дважды сводила нас и только случайности не позволили нам встретиться лицом к лицу!

   – Когда и как такое могло бы случиться?

   – Вспомни Афганистан, начало восемьдесят первого года! Тогда ты занимал должность заместителя начальника оперативного отдела ограниченного контингента российских войск в Афганистане. Тогда ты был всего лишь полковником, но перспективным полковником и к тому же ходил в любимчиках самого командующего этим ограниченным контингентом войск. Однажды он тебя вызвал к себе и тебе приказал провести проверку 92-го стрелкового полка. Накануне этот полк ввязался в крупную перестрелку с отрядом моджахедов, в ходе которой одними только убитыми потерял восемь бойцов!

   – Да, я хорошо помню этот приказ и свою поездку в тот полк! Там меня неплохо встретили, мы проработали всю ночь. Под утро подготовили рабочую записку командующему, в которой командир полка четко и ясно объяснил, как и почему его полк ввязался в эту перестрелку, а также по чьей вине было потеряно так много бойцов. Командующий остался доволен проделанной работой и меня наградил моей первой боевой наградой, почетной грамотой!

   – Нет, вот эта сторона той твоей поездки меня совершенно не интересует! Я хотел бы тебе, Сергей Витальевич, напомнить о другом! Помнишь ли ты, что на обратном пути из того полка твоя машина и твой конвой были задержаны спецназом для проверки документов?!

   – Конечно, помню! Этот эпизод моей боевой жизни хорошо сохранился в моей памяти! Правда, я до сих пор не могу понять, по какой причине меня тогда остановили?

   – Ну, причина на это была, и она была весьма существенной! Ведь проведи мы тогда твой досмотр до конца, мои товарищи остались бы живы! Но дело заключалось в том, что наша группа только что поступила к проверке одного скандального случая, пропажу вертолета, проходившего боевые испытания в Афганистане! К нам поступили агентурные сведения, что некий полковник должен был получить и перевезти в Кабул часть денег и эти деньги были именно за этот вертолет. Он не был потерян в ходе боевых действий, а с рук на руки передан американцам за десять миллионов долларов! Давай, продолжим наши совместные воспоминания. Возможно, ты все-таки помнишь, что те бойцы собирались тебя, Сергей Витальевич, арестовать?! По крайней мере, они тебе приказали сдать оружие, папку с документами и небольшой чемоданчик!

   – Нет, этого я совершенно не помню! У меня проверили документы и тут же отпустили! И никакого чемоданчика со мной не было! Да, в те времена я ходил в любимчиках у командующего, выполнял его личные приказы...

   – Подожди, подожди не спеши со своим рассказом о любви к тебе командующего. Давай, все-таки вернемся к тому досмотру на дороге и к нашей так и не произошедшей встрече! Да и, пожалуйста, не забудь, что сейчас ты разговариваешь со своей совестью, Сергей Витальевич! Итак, спецназовцы тебя попросили сдать оружие, карты и документы, а также открыть и показать, что внутри находится в том небольшом чемоданчике, который все же был при тебе. Позволь напомнить тебе, что этот чемоданчик тебе передал некий капитан Василенко, которого начальник штаба полка 92-го держал при себе из-за его услужливости и подобострастия. Это была ваша первая встреча с этим капитаном...

   – Никакого капитана Василенко я не знал, никогда с ним не встречался!

   – Ну, зачем же ты, Сергей Витальевич, так резко реагируешь на мои слова о том чемоданчике? А понятно, оказывается, что ты хорошо знал, что в нем находится миллион долларов, купюрами по двадцать, пятьдесят и сто долларов! Что же касается знакомства с капитаном Петром Ильичом Василенко, то вот посмотри на эти древние фотографии из армейской газеты, они тебе о чем-либо говорят? Как мне кажется, что только хорошие друзья могут так крепко обниматься и так счастливо улыбаться друг другу даже на фотографиях? У меня имеются несколько других аналогичных фотографий, где ты также вместе с Петром Ильичом! Скажу тебе прямо, Сергей Витальевич, если бы не твоя интуиция, то двенадцать лет тому назад ты был бы арестован и сопровожден в Лефортовскую тюрьму. Мы тогда не смогли, вернее, не успели дело довести до логического конца, нам помешал это сделать звонок из штаба некоего генерал-майора Анатолия Дмитриевича Воронцова. Он поручился за вас, тем самым он предотвратил ваш арест. Может быть, сейчас вы хотите мне сказать, что не знаете и никогда не встречались с Анатолием Воронцовым?!

   – Нет, почему же я этого совершенно не намерен говорить! Наоборот, Анатолий Дмитриевич являлся моим начальником еще в те времена. Да и сегодня – он тоже мой непосредственный начальник, он мой старый друг! Мы вместе воевали в Афганистане, честно выполняли интернациональный долг советского офицера, никогда и никого не предавали. Могу только сказать, что мы неплохо повоевали с моджахедами, за что получили боевые награды!

   – Да, я и не говорю о том, что вы оба плохо воевали! Собственная совесть не должна и не вправе судить о том, как ты и твой старый товарищ выполняли свой интернациональный долг! Об этом судят другие люди такие же, как и ты, профессионалы военного ремесла, они судят по конечным результатам и по твоему участию в достижении этих положительных результатов. Я также не хочу говорить и о том, что вы оба не были из той когорты предателей родины, которые за иудины серебряники нашему врагу выдавали военные тайны. Нет и ты, и он пошли по другому пути, воспользовавшись ситуацией в стране, один за другим умирали генсеки, вы через второстепенных агентов договорились с нашим потенциальным врагом. Правда, в то время он официально таким не был, но вы договорились с ним о разовой и почти торговой сделке. Вы ему поставили нашему потенциальному врагу, опять же через посредство второстепенных и даже третьестепенных изменников родины, готовый вертолетный комплекс со всем вооружением! Результат, это вертолет до сих пор летает, он принимал и принимает самое непосредственное участие в небольших и в больших военных конфликтах, но под чужими опознавательными знаками. За это вы получили десять миллионов долларов. Признайся, что это загородный дом был построен на эти паршивые доллары!

   – Нет, этот дом мне выделило для отдыха государство. Тот дом стоит в Малаховке, мало кто знает о том, что он мне принадлежит. Сейчас в нем проживает семья какого-то олигарха! Сегодня, как мне докладывали, никого не осталось в живых, кто мог бы рассказать обо всем том, что ты только что мне рассказал. Никто не может доказать, что я принимал участие в тех событиях!

   Да, разведывательно-диверсионную группу полковника Кантемирова без суда и следствия расстреляли в США! Погибли пятнадцать человек...

   – Должны были быть ликвидированы шестнадцать человек! Один ушел, но его труп впоследствии обнаружили на Брайтон-бич после резни, которую он там устроил!

   – Вот видите, американцы вас неправильно информировали, Один человек остался в живых!

   -Тогда, это означает, что слухи о Марке Ганееве...".

   Воспроизведение звукозаписи еще некоторое время продолжалось. Затем послышался звук пистолетного выстрела.

   Матвей Дронов судорожными движениями рук вытащил из плеера кристалл памяти, а плеер несколькими ударами каблука превратил в разрозненные детами. Кристалл памяти он спрятал в пластмассовую коробочку, ее он убрал в маленький нагрудный карман пиджака. После нескольких секунд размышлений он подошел к своему рабочему столу, снял трубку с отдельно стоящего телефонного аппарата и в нее он проговорил:

   – Товарищ Президент, мне нужно срочно с вами встретиться?! У меня имеется информация, с которой я хочу вас познакомить!

   4

   Митяй Суровцев пару дней пролежал в институте Склифосовского после касательного ранения в плечо в зале прилета аэропорта Домодедова. Тамошние врачи очень быстро его поставили на ноги, но по его лицу и неуверенной походке не трудно было догадаться, что этот парень еще не полностью поправился. Сегодня я решился сам встретиться и поговорить с ним с глазу на глаз, чтобы окончательно определиться, что мы будем делать с этим сержантом. Возьмем ли его в Анголу или же его оставим на лечение в Москве?! Помимо этого вопроса, мне хотелось бы с Митяем поговорить о его прежней службе снайпером в одном из воинских подразделений московского гарнизона.

   Во время нашей первой встречи моя голова была занята другими мыслями, поэтому я не задавал Митяю и его другу сержанту Владу Сергееву много вопросов об их прошлом. Сейчас же, когда мне пришлось заниматься срочным вопросом сбивания команды для боя с американскими котиками. После долгих размышлений и обсуждения этого вопроса с Виктором Путилиным, мы вместе решили, девчонок Заранды Хан не привлекать к прямому столкновению с янками. Она и четверо других черных перьев будут охранять наш лагерь в африканском лесу. В ударную же группу пока еще вошли: я, Максим Звонарев, Леонид Васьков, Нелли Зеленкова, Михалыч, Влад Сергеев и под вопросом – Митяй Суровцев! Иными словами, шест с половиной человек! Чтобы эту группу превратить в реальную силу, нам дополнительно требовались еще десять – одиннадцать бойцов.

   Я очень рассчитывал на Лешу Белянчикова, но сегодня в полдень он погиб в "Пельменной" на улице Красина, так ничего не успев сказать по существу интересующего меня вопроса! Совсем недавно Михалычу перезвонили из министерства и сообщили о грандиозной резне, устроенной Марком Ганеевым в той пельменной. На что мой водитель насупил сурово брови и резко бросил в надгубный микрофон:

   – Слушай, генерал, что-то мне непонятно это твое рвение все беды свалить на Марка Ганеева. Ты хоть знаешь о том, что Матвей Дронов только позавчера присвоил ему звание "полковника милиции"! Так что, мой друг, я не советую тебе в следующий раз, когда ты прорвешься в кабинет министра, слишком уж больно вылизать его зад. Ведь, тогда тебе придется иметь дело со мной, то ты не забудь, что порой меня называют Живодером! Пока, мне не о чем с тобой разговаривать!

   Михалыч сердито ткнул пальцем по своему уху, отключая телефонный аппарат для переговоров во время вождения автомобиля. Он тяжело и всем телом повернулся ко мне, в тот момент я сидел за рублем бронированного японского джипа, и сказал:

   – Кажется, что мы с тобой зря так быстро покинули "Пельменную" на улице Красина! Следователям из отделения милиции расследовать эти убийства решили помочь профессионалы из ГРУ. В результате, по Москве поползли нервные слухи о том, что ты вышел на тропу войну и сейчас вырезаешь всех людей, которые когда-либо с тобой встречались или были с тобой знакомы. Так как собираешься бежать из России, не оставляя следов! Это ты зарезал майора Белянчикова и, убегая, покончил с его охраной из лучших гереушных топтунов. Генерал полковник Анатолий Воронцов, заместитель министра обороны, только что посетил первого заместителя министра внутренних дел, они договорились о совместных действиях по твоему розыску и аресту. С этим заместителем министра я только что разговаривал, после разговора со мной он теперь будет свою голову закапывать в песок, а задницу выставлять наружу! Но не осмелиться подписать приказ о твоем поиске и об аресте, пока Дронов не вернется от Президента. Ты знаешь, он туда отправился с одной интересной звукозаписью!