Текст книги "Марк Ганеев - маг нашего времени. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Валентин Егоров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 65 (всего у книги 95 страниц)

   – Максим, прекрати мыслить и говорить всякие детские глупости! Какой бой, какой прорыв в самом центре Белграда? Ты только себе представь, чтобы сейчас творилось бы в лобби гостиницы, если бы со своими парнями прорывался бы с боем?! Сколько трупов военных и гражданских сейчас валялось бы на полу лобби, если бы я пошел вместе с вами?! Вы же сами видите, что эти автоматчики неохотно, но вас выпускают из гостиницы. Что касается меня, то повторяю, чтобы вы обо мне больше не беспокоились бы! Я только что заказал себе авиабилет, но только под другим именем и другим рейсом полечу в Москву, как только ваш самолет наберет высоту.

   Мои последние слова о якобы купленном авиабилете, видимо, все же убедили моих парней в том, что я не собираюсь сдаваться сербской полиции, а жду своего лишь часа, чтобы тут же скрыться в неизвестном направлении от преследования сербской полиции.

   Все четверо моих парней гурьбой покинули гостиницу, подошли к автомобилю Аудио 6, мгновенно расселись в нем по местам и вскоре их автомобиль скрылся за первым же поворотом белградской улицы. Внутреннее зрение позволило мне увидеть, как вслед за ними тронулась с места еще два других автомобиля. Один из этих автомобилей принадлежал сербской полиции, он и не скрывал этой своей принадлежности, а ехал с полагающейся полиции мигалкой и сиреной. Вторым автомобилем была невзрачная такая КИА с дипломатическим номером российского посольства. Наши российские дипломаты особо не торопились подключаться к разрешению этой непонятной для меня проблемой нашей задержки в Белграде. Но, по-видимому, они решили установить наружное наблюдение за гостиницей и за нами, чтобы свои руки держать на пульсе происходящих там событий, чтобы вовремя информировать свои источники в Москве!

   Через час Hawker 750, сделав короткий разбег по взлетной полосе белградского международного аэропорта, начал набирать высоту, следуя всем канонам летного искусства. Ведь пилотами Hawker 750 были самые настоящие немцы. Они были отличными парнями, великолепными летчиками, но от нас пока еще держались на некотором расстоянии. Они пока не шли на дружеские контакты, как скажем, американцы, экипаж Гольфстрима, которые на второй день нашего знакомства перешли на "ты".

   Водитель серенькой посольской КИА, этакий крепыш с усами и в серой кепчонке на лысой голов, терпеливо дождался взлета нашего самолета. Затем он подошел к окошку местного телеграфного агентства и отправил срочную телеграмму молнию. С большим трудом посредством его глаз мне удалось прочитать адрес, кому была адресована эта молния. Этот адрес гласил: Москва, Государственная дума, г-ну Геккелю Михаилу Апостоловичу!

Глава 3

1

   Я тяжело вздохнул, перевернулся на другой бок, чтобы отдохнуть после тяжелой умственной работы. В моем распоряжении оставалось еще много времени, около двух с половиной часов, которые я мог бы поспать. Но отдохнуть мне так и не удалось, примерно, через полчаса, когда мои глаза слипались и не открывались, в дверь моего номера кто-то легко и вежливо постучал. Мне пришлось проснуться, подняться на ноги и, приоткрыв дверь своего номера, я увидел человека, кто только что меня разбудил, так и не дав мне выспаться. Это был симпатичный молодой человек, русский, лет тридцати – тридцати двух. Он был одет в гражданский костюм, но что-то мне подсказало, может быть, эта его выправка говорила о том, что он был армейским офицером. Я бы даже сказал, что этому парню очень уж не шел этот помятый цивильный костюмчик, ему гораздо больше бы подошел простой военный камуфляж.

   Я стоял и смотрел в глаза майору Алексею Белянчикову, командиру группы ликвидаторов ГРУ. Этот майор Белянчиков со своей группой только что прибыл в Белград по мою душу. Прибыл он немногим ранее запланированного времени, поэтому и застал меня не в полной боевой готовности. Этот майор ГРУ был настолько уверен в самом себе, в своей солдатской хватке, что приказал бойцам своей группы остаться за поворотом гостиничного коридора, а сам решил троить поединок, потягаться со мной своею силою.

   И в конечном итоге майор Белянчиков проиграл, за долю секунды, пока мы стояли, вперяясь глазами друг в друга, я его сознание сумел взять под свой контроль посредством применения мысленного щупа. Я сделал шаг в сторону, сделал приглашающий жест правой рукой и сказал:

   – Ну, что ж, Леша, добро пожаловать ко мне в гости! Ты уж проходи в номер, там и поговорим, если ты этого так хочешь! – Сказал я, освобождая дорогу майору ГРУ для прохода в свой номер.

   Алексей Белянчиков в самом начале первые свои два шага сделал очень тяжело, с большим напряжением всех своих сил. Он шел, подобно сомнамбуле, раскачиваясь из стороны в сторону, постоянно спотыкаясь, уже находясь под моим полным контролем. Мне же со стороны было хорошо заметно, что этот парень всеми своими внутренними силами сейчас пытается противостоять приказам, неизвестно откуда появляющимся в его головном мозге. Но, как бы он не старался, но порвать этот свой поводок, он так и не смог, полностью противиться моим мысленным приказам он был уже не в состоянии!

   Дверь в свой номер я только притворил, но запирать ее на замок или на цепочную щеколду не стал. Мы прошли в гостиную номера, где я гостеприимным жестом руки пригласил майора Алексея Белянчикова присесть за стол. Пока он устраивался на стуле за столом, я прошел к минибару, оттуда достал охлажденную бутылку Смирновской водки для майора и бутылку виски Grants для самого себя. После завтрака у меня еще оставались крупные оливки и порезанный на дольки лимон. Эту закуску из холодильника я перетащил на стол, за которым сейчас неподвижно, словно истукан в степи, восседал майор Алексей Белянчиков.

   Я подошел к парню, участливо посмотрел ему в глаза, из которых из-за проявляемого им бессилия потоком текли слезы, и голосом тихо произнес:

   – Я знаю, что тебе и бойцам твоей группы приказали, при виде меня стрелять на поражение. Ты не выполнил этого приказа своего командира, видимо, хотел вначале со мной переговорить. Что ж я уважаю это твое решение, поэтому решил предоставить тебе такую возможность, вначале переговорить со мной! Что же касается меня, то я хочу сказать только одно, у меня и в мыслях не было убивать тебя или твоих бойцов прямо на месте встречи! Но я обязательно буду обороняться до последней капли крови, если ты посмеешь поднять на меня руку или своим бойцам прикажешь это сделать! Пока еще я не имею полного права распоряжаться своей жизнью, так как еще не отомстил за смерть своих боевых товарищей и друзей! В тот момент, когда их предали и подло расстреляли в спину, то я поклялся, что не умру до тех пор, пока не отомщу за них! Сейчас я могу сказать, почему ты, майор Белянчиков вместе с группой своих ликвидаторов, вдруг оказался в этом номере гостиницы. Да потому майор, что мне удалось выяснить, кто именно отдал приказ на уничтожение разведывательно-диверсионной группы полковника Геннадия Кантемирова! И, Алексей, если ты мне пообещаешь, что в ходе нашего разговора будешь вести себя благоразумно, не будешь хвататься за пистолет или звать на помощь своих бойцов, то я освобожу твое сознание из-под своего воздействия, и тогда мы сможем поговорить, как равный с равным! Так как, Алексей, ты готов принять это мое условие наших переговоров?

   Майор Белянчиков утвердительно кивнул головой, он принял мое предложение, хотя по-прежнему не доверял мне. Тем не менее, я тотчас же покинул его сознание, перестав полностью контролировать его поступки, а наш разговор перевел на рельсы обычного голосового разговора, первым обратившись к нему.

   – Извини меня, Алексей, но своим внезапным появлением ты меня застал врасплох, я даже не успел должным образом подготовиться к разговору с тобой. У меня нет ничего другого, кроме бутылки водки и бутылки виски, чтобы тебе предложить.

   – Ну, я с удовольствием выпил бы нашей русской водки! – Угрюмо произнес майор, голос-то мне его понравился, но вот настроение совершенно не подходило для доверительного разговора.

   – К сожалению, но у меня нет действительно русской водки, имеется только Смирновская водка западного производства! – Вынужденно извинился я.

   – Жаль, конечно, но я своего мнения и вкуса так быстро не меняю!

   – Ну, а из закуски у меня имеются только большие зеленые оливки и лимон, порезанный на дольки. Так что, майор, сам выбирай, чем будешь закусывать свою водку. Но, если хочешь, то я, конечно, могу позвонить в room-service и заказать что-либо более существенное. Какие-либо вторые блюда из мяса или курицы, но готовка займет некоторое время. Не будут ли твои бойцы сильно нервничать по поводу твоего столь длительного отсутствия?

   – Будут, они еще как будут нервничать! Они могут всю эту сербскую гостиницу по щепкам разнести! Так что давай быстрей начнем наш разговор! Мой первый вопрос к тебе, ты, человек, как тебя зовут и откуда ты нашу внутреннюю речь знаешь?

   – Ты имеешь в виду телепатию?

   Но майор Белянчиков пропустил мимо своих ушей этот мой уточняющий вопрос. Он взял в руки бутылку Смирновской, внимательно изучил ее этикетку и в свой лафитничек слегка плесканул этой славной водки. Я не отстал от него, в свой фужер со льдом налил красноватого виски. Мы выпили одновременно, но пока еще не чокаясь, а затем, не сговариваясь, повторили процедуру. Только после этого я съел зеленую оливку, еще раз убеждаясь в том, что оливки лучше всего идут под водку, а не под виски! А затем продолжил наш разговор:

   – Меня зовут Марк и я человек из нашего прошлого! Много лет проработал в КГБ СССР...

   – Так ты, что Марк Ганеев, что ли? Тогда ты должен был бы меня хорошо помнить, ведь, ты занял именно мое место в группе полковника Кантемирова. В те времена я был безусым лейтенантом, пару раз с ребятами выезжал в Чечню на боевые задания. Должен был вместе с группой отправиться и в Афганистан, но в самую последнюю минуту меня на тебя заменили! Сказали, что Марк Ганеев вместо меня включен в состав группы и вместо меня полетит в Афганистан?!

   Столько времени прошло с тех пор, а я все еще хорошо помнил наши те общие сборы в командировку, мое первое знакомство с бойцами группы Кантемирова. Но вот этого человека, который сейчас сидел напротив меня за столом, его я совершенно не помнил. Я бы даже сказал, что с ним я в те времена даже и не встречался! Может быть, это произошло из-за того, что я уж слишком молодым был в ту пору, не обращал внимания на многие важные вещи, которые происходили вокруг меня.

   В этот момент мои мысли о прошлом были прерваны слегка пьяным голосом майора Белянчикова.

   – Извините, товарищ подполковник, но я полагаю, что наше уединение слишком уж затянулось, настало время в номер пригласить и остальных бойцов моей группы! А то они, наверняка, не совсем понимают, что происходит за закрытыми дверями в вашем номере? Да, и пить водку без них я еще не привык!

   Семь остальных бойцов майора Белянчикова, появившиеся в моем номере, его сразу же превратили в некое подобие посудной лавке, где мы все попросту не могли развернуться. Не смотря на браваду и улыбки своего командира в мой адрес, его бойцы отнеслись ко мне явно отрицательно, они не разговаривали со мной, не улыбались, постоянно держали свои руки на рукоятках своих пистолетов. Общим счетом их было восемь человек: – один офицер, – командир группы; два сержанта, заместители командира группы; и пять рядовых бойцов, но все бойцы этой группы, разумеется, имели офицерские звания от старшего лейтенанта до майора. Не смотря на отрицательное к себе отношение со стороны членов этой группы, на какое-то мгновение я почувствовал себя, словно снова оказался среди бойцов разведывательно-диверсионной группы полковника Генки Кантемирова.

   Помня времена своей молодости, когда меня раздирало постоянное желание то-либо перекусить, я у этих ребят первым же делом поинтересовался:

   – Ребята, а вы случаем не голодны? Чего бы хотели перекусить на скорую руку?

   Вот тут-то и выяснилось, почему эта группа так быстро оказалась в Белграде?! Всего лишь два дня назад она выполнила государственное очередное задание за пределами России, но после выполнения этого задания в преследование за ней пустилась итальянская полиция. Вот уже пару дней группа запутывала свои следы от преследования итальянцев, нигде подолгу не задерживаясь, сменяя один автотранспорт на другой. И только на границе с Сербией итальянская полиция окончательно потеряла их следы. Но эту пару дней преследования бойцы группы и ее командиры ни разу не прикоснулись к какой-либо пище. Сейчас они были так голодны, когда их пустые желудки начали прилипать к позвоночникам.

   Иными словами, каждый из этих парней сейчас мечтал о тарелке украинского борща с чесночными пампушками и о каком-нибудь хорошо прожаренном куске мяса. Не говоря ни единого слова, я поднялся на ноги, подошел к телефонному аппарату, установленному на прикроватной тумбочке, кончиками пальцев набрал четыре циферки и попросил room service приготовить и принести в мой номер восемь тарелок украинского борща и восемь порций Нью-Йоркского стейка, пообещав сверхсрочное выполнение заказа оплатить вдвойне.

   Вскоре мой номер превратился в настоящую столовую при казарме, в нем неторопливо и с большим аппетитом чинно обедали восемь русских солдат. Не смотря на то, этот гостиничный номер имел довольно-таки большую площадь, посадочных мест в нем оказалось недостаточное количество, всех ребят за одним столом мне так и не удалось разместить. Вместо столиков пошли в дело оба подоконника и даже женское трюмо. Мне самому пришлось подняться на ноги, чтобы уступить свое место солдату с ложкой и вилкой в руках.

   И тогда, когда все ребята ели, в комнате наступила относительная тишина, в ней слышался только стук ложек, ножей и вилок о фаянс тарелок! И тогда неведомая сила подняла меня на ноги и, расхаживая между обедающими бойцами группы майора Белянчикова, я начал голосом рассказывать о своем первом появлении в расположении диверсионно-разведывательной группы полковника Кантемирова. Стук ложек и вилок явно несколько приглушился, ликвидаторы группы майора Белянчикова продолжали есть, но и одновременно прислушиваться к моим словам. А я продолжал вспоминать о своих боевых друзьях товарищах, о нашем перелете самолетом в Афганистан, о первых встречах с бойцами ограниченного контингента, о нашем первом бое, о наших переездах по Афганистану и встречах с местными жителями.

   Рассказ получился долгим, и я бы сказал немного нудным. Слишком уж много деталей то и дело всплывали в моей памяти вовремя этого рассказа. Временами я прекращал говорить, останавливался и поднимал веки своих глаз, чтобы осмотреться и понять, что же в этот момент происходило в моем гостиничном номере, слушают ли, понимают ли меня бойцы майора Белянчикова?! Убедившись в том, что все восемь ребята слушали меня, затаив дыхание, тогда я снова закрывал глаза, снова начинал ходить по номеру, продолжая свое грустное повествование.

   Оказывается, что, когда тебе приходится в течение длительного периода времени о чем-то рассказывать, то лучше это делать с закрытыми глазами. При закрытых глазах твое повествование становится более концентрированным, красочно насыщенным, голова более насыщена лексическими фразами и выражениями. Так незаметно для самого себя я в течение примерно двух часов этим ребятам рассказывал о том, как так получилось, что группа полковника Кантемирова погибла практически до единого бойца за исключением меня, а я единственный боец из ее полного состава остался в живых.

   Когда я в очередной раз открыл глаза, то увидел, что все восемь солдат офицеров стоят по стойке смирно и, прижав ладонь правой руки к брови правого глаза, приветствуют своих товарищей, павших на поле боя в результате предательства какого-то старшего офицера из Минобороны. Я остановился, слегка склонил свою голову и произнес короткую заключительную речь:

   – Теперь вы понимаете, товарищи офицеры, почему вам приказали срочно меня найти и уничтожить во чтобы то ни стало! Вам же я хочу признаться в том, что никто и ничто меня не остановит, пока не будут упокоены в могилах души моих друзей и товарищей из группы Геннадия Кантемирова?! Пока они не будут отомщены и люди, пославшие их верную на смерть, не будут должным образом наказаны! Я пообещал им и обещаю вам, товарищи офицеры, что расследование гибели бойцов группы Кантемирова доведу до логического конца! И обязательно смертью накажу всех тех, кто непосредственно приложил свою руку к их гибели!

   Я подошел к майору Белянчикову и, взяв его за руку, отвел немного в сторону. Там мысленным шепотом обратился к нему с просьбой:

   – Товарищ майор, сейчас я должен вас покинуть, так как через пару минут я должен обязательно появиться в зале прилета аэропорта Домодедово в Москве! Уходить из номера я буду несколько необычным образом. Поэтому прошу вас, чтобы сейчас не происходило бы в моем номере, прежде всего, сами ничему не удивляйтесь, а своим бойцам прикажите забыть обо всем, чтобы они не увидели бы в нем! Когда будет общаться с нашими посольскими товарищами, то ни в коем случае не рассказывайте им о том, что вы только что обо мне узнали. Сообщите им только о том, что вы свою боевую задачу выполнили, а меня в гостинице уже не застали, так как я уже убыл в Москву! Не вдавайтесь ни в какие подробности, а не то запутаетесь в деталях и тогда уж вас самих начнут подозревать во всех грехах. И последнее, прикажите своим бойцам немного потесниться, мне нужен свободный центр этого номера. И повторяю, товарищи офицеры, ничему не удивляйтесь, встретимся в Москве и тогда я попытаюсь вам все объяснить!

   Ребята потеснились, сгрудились вдоль стены с окнами, тем самым освобождая центр номера, а я простым щелчком пальцев раздул небольшой искусственный костерок на паркетном полу этого своего номера. Пока бойцы группы майора Белянчикова глазами с расширившимися от дикого удивления зрачками смотрели на разгорающийся в гостиничном номере костер, я, особо немедля, шагнул в него. Через мгновение пламя костра внезапно вздулось и охватило меня по пояс, прежде чем телепортационный портал сработал, я успел улыбнуться этим парням и даже помахать им рукой на прощанье. В этот момент сработал, через мгновение я стоял перед табло с перечислением только что прибывших авиарейсов в зале прилета аэропорта Домодедово!

2

   Я своих парней пока еще не видел, но почувствовал, что они находятся где-то неподалеку от меня в этом зале прилета аэропорта Домодедово. Тогда я сконцентрировался и попытался своим внутренним зрением их разыскать. Сначала перед моими глазами промелькнула небольшая группка авиапассажиров в сопровождении симпатичной стюардессы, направлявшаяся в депутатскую комнату зала прилета. Это депутаты Госдумы, верные слуги народа, специально для себя придумали такую услугу, всем российским аэропортам вменили в строгую обязанность встречать и провожать членов официальных правительственных делегаций, а также депутатов Госдумы и сенаторов Федерального Собрания во время перелетов по России.

   Я обратил внимание на то, впереди той группы авиапассажиров целеустремленно шагал майор милиции Максим Звонарев, вслед за ним с задумчивым лицом шел другой майор милиции Леонид Васьков. Сейчас эти оба джентльмена были одеты в добротные костюмы, британского пошива, ладно сидевшие на них. Вслед за обоими майорами шагали два армейских сержанта Влад Сергеев и Митяй Суровцев, на их плечах болтались непонятные армейские камуфляжи без знаков различия. Из-за чего людям со стороны нельзя было бы сразу понять, были ли эти парни служивыми людьми, или же стали простыми отставниками. Оба сержанта, перебросив лямки через плечо, в специальных чехлах, замаскированных под чехлы для аккордеонов, несли свои снайперские винтовки, подаренные им Службой внешней разведки РФ

   За это малое мгновение времени, пока я рассматривал четверку своих бойцов, то успел заметить, как на них бросали взгляды другие люди со стороны. Многие мужчины заранее отводили свои глаза в сторону. Они даже не пытались посмотреть им в глаза или каким -либо другим образом противопоставить себя этим молодым и заносчивым хулиганам. Эта моя четверка так и шла впереди своей группы, она состояла из молодых, кровь с молоком, людей. Они были парнями высокого роста с привлекательными лицами. Молодые москвички, которых было много среди авиапассажиров, то и дело бросали на них любопытные взгляды, самым невообразимым образом выделяли их из общей толпы людей!

   Я все еще продолжал стоять перед главным табло зала прилета Домодедовского аэропорта, как в этот момент и почему-то все разом зазвонили шесть моих мобильников. На глазах удивленной публики, человек внезапно превратился в музыкальную шкатулку, различные мелодии вызовов разносились от него во все стороны, привлекая внимание авиапассажиров и встречающих граждан. Чтобы прекратить эту дикую какофонию звуков, мне пришлось разыскивать и один за другим доставать эти самые мобильники из разных карманов своего костюма, чтобы по дисплею определить, кто же это мне позвонил.

   Из шести дисплеев, только на одном высветилось знакомое мне имя "Виктор Путилин", по остальным мобильникам мне звонили абсолютно незнакомые люди. В моей голове тут же созрело подозрение в том, что некоторые московские организации этими звонками пытались выяснить мое местонахождение на данный момент. Пять мобильных аппарата я отключил от питания, а сами мобильники по одному выбросил в разные мусорные корзины зала прилета, на шестом я нажал кнопку приема вызова и произнес:

   – Привет, Виктор, очень рад снова услышать твой голос! Что случилось и где ты сейчас находишься?

   – Привет, Марк! Рад тебя снова слышать и очень рад тому, что проблема с паспортом разрешилась и ты смог благополучно прилететь в Москву! Я сейчас подъезжаю к аэропорту Домодедово, через пару минут буду в здании терминала. Когда я понял, что ты можешь отправиться в Апрелевку, минуя Москву, то решил приехать в Домодедово и там встретить тебя и всю твою команду. Да, Марк, меня очень интересует вопрос, куда ты с ребятами направишься из аэропорта?

   – Проблема с паспортом пока еще не решена! В России я нахожусь, как бы это поточнее выразиться, ах, да, нелегальным образом! Пересекая российскую границу, паспортного контроля я не проходил! Но в последние дни мне удалось нарыть очень интересной информации, по крайней мере, впервые у меня вырисовываются люди, которые в той или иной мере участвовали в краже и продаже на сторону вертолета "Черная Акула"! Я также получил информацию и по тем, кто стрелял в спину бойцам Геннадия Кантемирова! Поэтому считаю, что для нас всех было бы лучше поехать в Апрелевку, там можно будет поговорить, обсудить наши проблемы и принять по ним решения!

   – Мне кажется, Марк, что ты прав и нам будет лучше поехать в Апрелевку. Я думаю, что тебе пока еще не стоит появляться в гостинице! Там появилось много незнакомых и слишком уж любопытных постояльцев. Он все свое время проводят в гостинице, никогда ее практически не покидают. И как мне показалось, они в основном работают над тем, чтобы собрать о тебе малейшую информацию! Старик Мовсар в этом дерьме процветает, он постоянно встречается с этими подозрительными людьми и ведет с ними секретные беседы о твоих вкусах, привычках и интересах!

   – Ну, что ж, Виктор, в этом случае нам требуется воспользоваться вариантом "б", отправляться к Заранде и ее девчонкам в Апрелевку. Давай паркуйся на автостоянке, встречаемся в зале прилете аэропорта. Насколько я понимаю с нашими парнями все в полном порядке. Они только что прошли паспортный контроль и вот-вот появятся в зале прилета.

   Пока я разговаривал по мобильнику с Путилиным, то, не переставая, вертел головой по сторонам, пытаясь осмотреться вокруг себя и понять, что же именно сейчас происходит в этом зале прилета?! Совершенно непонятно, по какой причине в моей душе начали зарождаться сомнения в отношении того, что я никак не могу рассмотреть истинного положения в этом зале прилета, мол, не верь глазам своим! В тоже самое время мои глаза как бы мне говорили, что в зале прилета аэропорта Домодедово все в полном порядке. Авиарейсы все прилетают и прилетают, авиалайнеры один за другим производят посадки в этом аэропорту.

   Но что-то происходило в этом огромном и светлом зале прилета Домодедовского аэропорта, на что я или не обращал внимания, или считал, что происходящее не стоит моего внимания! Закончив разговор с Виктором, я неторопливо убрал свой мобильник в карман куртки, а затем начал сканирование всего этого огромного зала прилета на предмет выявления каких-либо скрытых угроз, опасности. Одновременно я попытался установить, где же сейчас находились мои парни, почему они до сих пор не появились в этом зале?!

   Как показало сканирование, с ребятами все было в полном порядке, им только что принесли паспорта от пограничников. Сейчас они собирались покинуть депутатскую комнату, выйти в зал прилета. Прибегнув к мысленному каналу связи, я вышел на Максима Звонарева и у него поинтересовался:

   – Максим, что за дела? Я вот уже десять минут нахожусь в зале прилета аэропорта Домодедово? Успел по мобильнику пообщаться с Путилиным, а вас все нет и нет! Сколько же по времени мне нужно вас еще ожидать?

   – Марк, ты хочешь нам сказать, что ты уже находишься в Москве? Что ты добрался до Москвы быстрее нашего самолета? В это нам всем очень трудно поверить! Но, во первых, мы сейчас покидаем депутатскую комнату и выходим к тебе, в зал прилета. Ну, а во вторых, в самое ближайшее время ты, Марк, нам обязательно расскажешь, что нужно делать для того, чтобы перемещаться в пространстве быстрее самолета. Так что имей это в виду, мы теперь от тебя с этим вопросом просто так не отстанем!

   К этому времени я отошел подальше от главного табло зала прилетов, нашел себе укромное местечко за одной из колонн этого зала и самым внимательным образом принялся изучать схему зала, полученную при последнем его сканировании. На этой схеме, полученные изображения по своему качеству были очень близки к цветным фотографиям, хорошо прослеживались пассажирские потоки, которые образовывались после паспортного контроля или после получения багажа. Авиапассажиры в подавляющем большинстве были гражданскими людьми, но на схеме хорошо просматривались и группы военных, их было не очень-то много, но они все же были.

   Поэтому появление в зале прилета аэропорта Домодедово военных патрулей не вызывало особого удивления, но меня до глубины души поразило общее количество этих патрулей и их численность. Только что проведенное мною сканирование показало, что в зале прилета аэропорта одновременно работают целых сей[Author ID1: at Wed Feb 24 11:11:00 2016]час [Author ID1: at Wed Feb 24 11:11:00 2016]три армейских патруля про четыре человека каждый. Патруль состоял из офицера в чине капитана или майора, а также трех рядовых бойцов, вооруженных пистолетами в кобурах, а один из бойцов имел автоматический карабин с легким снайперским прицелом. Насколько я помнил, во времена Советского Союза такие армейские патрули состояли всего из трех человек: офицера-командира и двух рядовых, которые имели при себе лишь винтовочные штыки в ножнах, болтавшиеся у них на поясах.

   При этом мне бросилось в глаза еще одно обстоятельство, что офицеры, командиры этих патрулей, со своими бойцами вели себя слишком уж запанибратски. Позволяли им курить в неположенных местах[Author ID1: at Wed Feb 24 11:13:00 2016]ом месте[Author ID1: at Wed Feb 24 11:13:00 2016] и в неположенное время, покидать строй патруля, без разрешения офицера строй[Author ID1: at Wed Feb 24 11:13:00 2016]. Я собственными глазами мог наблюдать за тем, как парочка бойцов одного из патрулей без специального на то разрешения своего офицера убежала покупать себе мороженого в ближайшем киоске, а затем они его ели, находясь в строю. Но главное, что вызывало у меня особое подозрение, так это было то, что все эти три армейских патруля сейчас не работали. Они не бродили по залу прилета и не проверяли документы у проходивших мимо них офицеров, сержантов и рядовых солдат, только что прилетевших в Москву.

   В этот момент Максим Звонарев снова вышел на меня по мысленному каналу, радостно сообщив:

   – Ну, вот, командир, мы снова вернулись домой! Парни говорят, что дома нам дышится легче. Нам только что выдали паспорта и сказали, что мы свободны и можем разъезжаться по домам. Марк, говори, где мы встречаемся в этом большом зале?

   – Звонарев, Максим, ты слышишь меня? Это я, Виктор Путилин, вызываю тебя на связь. – Послышался голос Виктора Путилина. – По моему мнению, вам было бы лучше двигаться по направлению к выходам на парковку из этого зала прилета. Мы с Марком перехватим вас на пути к этим выходам.

   Я же продолжал хранить молчание, так как в тот момент крайне удивленными глазами наблюдал по схеме сканирования перемещения этих трех армейских патрулей, которые вдруг ожили и перешли, я бы сказал, в согласованное движение. Как только моя четверка вышла в зал прилета, то все эти три армейских патруля словно очнулись после долгой спячки. Они одновременно покинули места уединения и, одернув обмундирование, широко разошлись по залу, как бы образовав равнобедренный треугольник. Центром основания этого треугольника стала моя четверка, патрули тут же начали сходиться в эту единую точку.

   Эта спланированность и целеустремленность движения трех армейских патрулей сейчас несла в себе несомненную угрозу жизни моим друзьям. До боевого контакта еще оставалось время, но Максима Звонарева и его команду уже сейчас следовало бы предупредить о надвигающейся смертельной опасности!

   – Внимание бойцы, – мыслеречью я обратился к своим друзьям и товарищам, – объявляется боевая тревога! Приготовиться к отражению атак неизвестного противника. Три армейских патруля выдвигаются на огневые позиции, чтобы атаковать твою группу, Максим, с трех сторон!

   Я тут же в сознания своих друзей перегнал схему зала прилета аэропорта Домодедово, на которой разноцветными маркерами были обозначены места нахождения группы Максима Звонарева, меня и Виктора Путилина, а также трассерами были обозначены возможные варианты передвижения в этом зале прилета этих армейских патрулей! В этом месте следовало бы сказать, что до огневого контакта оставалось секунд пятьдесят – шестьдесят, но не более этого!