Текст книги "Марк Ганеев - маг нашего времени. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Валентин Егоров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 56 (всего у книги 95 страниц)

Глава 10

1

   Вместе с Фердинандом я шел длинными и пустынными коридорами здания штаба внутренних войск МВД РФ. В душе я удивлялся тому, насколько красивым по своей архитектуре это здание было снаружи и, настолько некрасивыми и скучными были эти его внутренние переходы и коридоры. Меня особенно раздражало полное отсутствие людей, пока мы вдвоем следовали этими сумрачными коридорами и переходами, нам так и не повстречался ни один офицер, ни один гражданский служащий этого штаба. Нам встречались одни только сержанты постовые, которые на своих постах с дореволюционными конторками тщательно проверяли офицерское удостоверение личности полковника Кучкова, а по мне, словно случайно мазали любопытством своих глаз, но каких-либо документов у меня не спрашивали. Так как по официальной информации я был покойником, а у покойников документы не проверяют!

   Михалыч, это полковник Михаил Михайлович Кучков, уже поделился со мной этой тайной Полишинеля! Оказывается, это, по его словам, разумеется, мой пропуск был подписан самим министром внутренних дел Российской Федерации генералом армии Матвеем Дроновым. Он хранился на первом посту, то есть при входе в это здание! Согласно правилам, один раз его продемонстрировав, я получал свободный доступ в любое помещение этого секретного штаба внутренних войск МВД РФ. Но это по словам Михалыча, на деле же и в глазах этих постовых сержантов я попросту не существовал, ну, был чем-то вроде ходячим покойником со всеми секретными допусками! Эту информацию я позаимствовал в голове одного из постовых сержантов!

   Михалыч свою бритую под биллиардный шар головушку нашпиговал такими запретными барьерами или запретными для постороннего доступа зонами, что у меня от них голова кругом пошла. Вот и пришлось мне воспользоваться информацией, хранившейся в голове одного из постового. Порой простой сержант обладает гораздо большей секретной информацией, чем какой-то там генерал, который свой кабинет покидает разве что за получением зарплаты. Так я узнал, что я покойник, труп и сейчас не существую на этом белом свете. Узнал, где стоит заранее заготовленный для меня гроб и на каком кладбище меня должны были бы похоронить. Так что понимаете, какое в этой связи у меня было хорошее настроение, поэтому, стоя перед зданием штаба, я любовался осенним небом и наслаждался теплом этого осеннего солнышка!

   Минута проходила за минутой, а обещанного Мерседеса все еще не было!

   Мы с Михалычем стояли на небольшой площадке, расположенной прямо перед главным входом в здание штаба внутренних войск МВД РФ, ожидая, когда нам подадут автомобиль, на котором мы должны были объехать семьи исчезнувших подростков водителей суперкаров. Только эта небольшая площадка перед главным входом в здание штаба была свободна от автомобилей, остальной двор этого военного штаба был до упора забит гражданскими легковыми автомобилями. Эти автомашины, видимо, принадлежали тем офицерам, которые сейчас со своими частями и подразделениями отрабатывали методы антипартизанской борьбы в Подмосковье.

   Я уже говорил о том, что октябрьская погода в этом году била все рекорды по количеству солнечных и по-летнему теплых дней. Вот и сегодняшний день мало чем отличался от других октябрьских дней, солнце с небосклона своими осенними лучами пыталось прогреть землю! Я стоял, подняв лицо с закрытыми глазами к этому доброму осеннему солнышку, ощущал, как его тепло проникает под кожу моего лица. Минута проходила за минутой, с каждой прошедшей минутой Михалыч все более и более нервничал. Что-то не сработало в недрах министерства внутренних дел, по приказу министра Дронова, мы сегодня должны были объехать все семейства, в которых пропали дети, но отправляться на выполнение задания нам пока еще было не на чем.

   Вот и пришлось нам обоим, мне и Михалычу, без дела простаивать у подъезда здания штаба, ожидая появления служебного автомобиля, обещанного министром Дроновым. Пользуясь предоставленной возможностью, я приступил к изучению психического фона, излучаемым Михалычем. Он оказался весьма импульсивным человеком, я бы сказал, он был человеком настроения, любил побегать взад и вперед по площадке. Любил слегка поматериться, любил звонить по своему мобильному телефону! Вот и сейчас он постоянно перезванивал в министерский гараж, требуя:

   – Эй, вы там в гараже, когда подадите автомобиль к главному подъезду? Вы, что не слышали приказа министра по этому поводу?! Я с вас три шкуры спущу за невыполнение распоряжения самого министра! Чтобы через минуту автомобиль в полной готовности и с заправленным баком стоял бы перед подъездом!

   Но минута проходила за минутой, а нашего транспортного средства пока еще не было ни видно, ни слышно. Прислушиваясь к сердитым высказываниям Михалыча по телефону, я одновременно размышлял над тем, почему министр Дронов так и не отпустил меня и Максима Звонарева на свободу. Я не могу сказать, что он нас обоих арестовал, а теперь заставляет опять-таки нас обоих выполнять его поручения. Нет, он нас не арестовывал, а попросил меня ему помочь в расследовании одного дела, кто именно совершил ДТП и по чьему приказу он это сделал? При этом министр не постеснялся взять в заложники моего Максима Звонарева. Когда я у него поинтересовался:

   – Уважаемый Матвей Никандрович, после выполнения этого задания, я надеюсь, вы освободите нас обоих, меня и Максима, от своей постоянной опеки?!

   Услышав мой вопрос, Матвей Дронов вдруг чего застеснялся, он отвел свои глаза в сторону и глухим голосом произнес:

   – Что касается тебя, Руслан, то мы договорились! Правда, если ты вдруг не окажешься третьим лицом, которого повсюду ищут! Что же касается капитана Звонарева, то он со взводом спецназовцев будет постоянно находиться рядом с вами, чтобы успеть вовремя прийти к вам на помощь! Так вот его судьба находится в прямой зависимости от твоего поведения в ходе расследования ДТП, произошедшего на стрелке Арбатского моста.

   Пришлось мне безмолвно проглотить эти обе обиды, только что нанесенных моему самолюбию этим генералом армии Матвеем Дроновым. Пару часов назад он мне едва ли не гарантировал, что после выполнения мною его поручения, нас обоих немедленно освободят. Но зело умен, хитер и изворотлив был этот государев министр Матвей Никандрович Дронов, министр внутренних дел Российской Федерации. За эту пару часов весь его мир успел перевернуться вверх дном, поэтому теперь он мне гарантировал свободы при условии, что я не окажусь суперагентом Ю.В. Андропова! И если я буду плохо себя вести и не буду подчиняться прямым распоряжениям его полковника Кучкова, то это в первую очередь скажется на сроках задержания Максима Звонарева.

   В этот момент широко распахнулись двери подъезда здания штаба внутренних войск МВД РФ и на улицу первой появилась Нелли Зеленкова, так называемая секретарша министра Дронова. На деле эта молодая женщина, была настоящей сорвиголовой, она командовала ротой в батальоне специального назначения внутренних войск МВД РФ. Сейчас она шла под ручку с капитаном Максимом Звонаревым, они оба были настолько увлечены беседой между собой, что ни на что другое вокруг себя не обращали внимания. Я тотчас же попытался мысленно связаться и переговорить с Максимом, поинтересоваться, что с ним происходит в настоящий момент? Но в этой своей попытке я тут же наткнулся на бетонную стену молчания с его стороны. В этой связи мне оставалось только констатировать, что специалисты-телепаты МВД РФ все-таки научились блокировать разум и сознание своих подопытных кроликов.

   Еще более утвердится в такой мысли мне помог, казалось бы, просто любопытный взгляд Михалыча, перехваченный мною, который он исподтишка бросил на меня вовремя своей очередной пробежки по площадке и после звонка в гараж. Михалыча явно интересовало, когда я, наконец-то, догадаюсь, что капитан Звонарев находится под их полным контролем. Ну, не мог молодой кобель не прореагировать на такую великолепную сучку, как майор Нелли Зеленкова, плюс искусственная блокировка его сознания! Значит, я, в принципе, был прав, нынешнее руководство министерства внутренних дел РФ знало о существовании курсов повышения квалификации работников правоохранительных органов СССР, которыми я руководил в рамках КГБ СССР. Сейчас оно работало, пытаясь нечто подобное восстановить в недрах своей организации! Таким образом, теперь можно смело утверждать, что в окружении Президента имеется человек, который в свое время был хорошо со мной знаком, он мог предугадать мое поведение в той или иной ситуации. И этот человек, изучая мое поведение в качестве Руслана Цигурашвили во время вчерашнего ДТП пришел к выводу о том, что майор Марк Ганеев и Руслан Цигурашвили одно и тоже лицо! Становится понятным это загадочное поведение Дронова, он знал, что рано или поздно флер тайны надо мной вскоре рассеется. Поэтому генерал стал и позволять себе шутки по отношению "другого человека"!

   Я теперь понимал, что, получив соответствующую информацию от этого человека, Президент тут же связывается со своим наиболее доверенным лицом, генералом армии Матвеем Дроновым. Он ему приказывает, во что бы то ни разобраться во вчерашнем ДТП, найти и наказать тех, кто принимал в нем участие, отдав мне на съедение организаторов моего же вчерашнего преследования! Таким образом, ситуация вокруг меня несколько обострилась, но не так уж критически, чтобы все бросать и, стремглав лететь за границу, спасаясь от преследования правоохранительных органов России! При соблюдении чрезвычайных мер безопасности, выведении из-под удара своих слабых звеньев в этой стране можно было бы еще поработать над развитием проекта восстановления российской авиапромышленности. Расставаясь с Матвеем Никандровичем, я набрался смелости и ему в руки передал два кристалла памяти:

   – Этот кристалл памяти для вас, Матвей Никандрович! На этом кристалле сохранена видеозапись вчерашнего ДТП на стрелке Арбатского моста. Ваши специалисты по этой видеозаписи быстро разберутся, что и к чему происходило во время вчерашнего ДТП! А второй кристалл является подарком Президенту из Потустороннего мира. На нем реклама нового фронтового истребителя Яр67, а также монтажные и сборочные чертежи этого истребителя. Если Президенту понравится этот истребитель, то через месяц мы будем готовы предоставить первый экземпляр боевой машины для испытаний, проводимых государственной комиссией. Через год мы будем готовы выпустить в свет первую серию в десять таких истребителей в качестве совершенно бесплатного подарка нашей родине, России!

   Произнеся эти слова голосом, я пожал плечами и подумал о том, что очень вовремя я Никольского и часть своей команды отправил в Британию! Там они смогут работать в полной безопасности, а Виктор Путилин прямо с сегодняшнего дня займется созданием мощной службы безопасности, которая станет уменьшенной копией КГБ СССР. Матвей Дронов несколько удивленно посмотрел на меня, а затем его голос вдруг прозвучал в моей голове:

   – Руслан, эти слова, которые только что прозвучали в моей голове, не ты ли произнес?

   Я утвердительно кивнул головой и, оставив министра в полном ошеломлении, мысленно покинул его кабинет. Аудиенция закончилась и мне с Михалычем наступала пора отправляться на поиски новых приключений. Эти мои размышления были прерваны появлением двух карет скорой помощи, которые только что проехали КПП и на скорости подрулили прямо к главному подъезду. Из салонов обеих машин выскочили две пары санитаров с носилками, они, сопровождая фельдшера, легкой трусцой вбежали в подъезд.

   – Видимо, эти бригады скорой помощи приехали за ранеными бойцами моего батальона, в которых стрелял этот твой психованный парень. Ну, и зачем ему потребовалось в них стрелять, ведь они только хотели его слегка попугать! А он, видите ли, только освободившись, сразу же за пистолет хватается, и тут же жмет на курок! А если ранения, полученные моими бойцами, окажутся такими серьезными, что парни могут потерять свои ноги или их комиссуют из армии?!

   – Ты не прав, Михаил Михайлович в этом вопросе! Мой Максим Звонарев не какой-то там злодей, у него добрая душа и к тому же он сильный боец! Он просто так не стал бы палить из пистолета куда не попади, для этого требуется, чтобы его очень сильно бы разозлили. Так что, Михайлович, ты уж более внимательно присмотрись к своим бойцам, может быть, тебе следует кое-что изменить в их боевой психоподготовке?!

   Через КПП на территорию внутреннего двора здания штаба внутренних войск МВД РФ проследовали четыре бронеавтомобиля "Тигр", которые, подъехав к нашей площадке остановились, выстроившись в короткую шеренгу. Бойцы взвода из роты майора Зеленковой уже сидели в салонах этих "Тигров". Майор Зеленкова подвела Максима Звонарева к первому бронеавтомобилю, голосом приказала бойцу водителю освободить свое место, она тут же его заняла. Максима вежливым и ласковым голоском она попросила сесть справа от нее на пассажирское сиденье. Со своего места я увидел, как она взяла в руки микрофон с передней панели бронеавтомобиля, произнесла в него пару слов, а микрофон затем небрежно бросила на прежнее место на переднюю панель.

   Михалыч, по-прежнему, стоявший рядом со мной, пошевелил губами, но так и не произнес ни единого слова. Он, видимо, только что дал мысленное добро майору Зеленковой на выдвижение взводной колонны со двора для выполнения боевого задания. Первый "Тигр" тронулся с места в тот момент, когда санитары из подъезда здания выкатили первые носилки с раненым спецназовцем. Колонна "Тигров" уже проследовала КПП и скрылась из моих глаз к тому времени санитары загрузили носилки с раненым бойцом в первую карету скорой помощи.

   – Ну, вот майор Нелли Зеленкова с бойцами взвода своей роты убыла на выполнение своего задания. – Задумчиво произнес Михалыч. – Наступает пора и нам с тобой отправляться в дорогу на встречи с людьми, о чем нас попросил министр Дронов. Слушай, Руслан, а ты вооружен, имеешь ли при себе какое-либо оружие? А то могу предложить тебе один из своих бельгийских наганов, которые считаю лучшим оружием на этом белом свете.

   – Спасибо за предложение, Михалыч! У меня всегда с собой имеется парочка израильских пистолетов, которые не раз спасали мне жизнь! Так что твоего оружия, Михалыч, мне не надо, своим обойдусь, но позволь мне еще раз тебя поблагодарить за проявленную заботу! Только я не совсем понял, почему ты вдруг заинтересовался оружием? Ты что, Михалыч, предполагаешь. что сегодня нам придется снова стрелять, что ли?! Но ведь сегодня мы должны только встретиться и поговорить с родителями тех парней и девчонок, которые вчера совершили ДТП на стрелке Арбатского моста, а сегодня утром куда-то пропали?!

   – Так-то оно так, Руслан! Но, ты знаешь, что любая новая встреча несет в себе фактор неизвестности и неожиданности! Тем более, что нам предстоят встречи с такими богатыми и известными людьми России, как родители пропавших молодых героев. Причем, мы с тобой хорошо понимаем, что деньги к ним пришли не вполне законным путем! Недаром же Карл Маркс в своем "Капитале" писал о том, что в основе того или иного богатства лежит преступление! Таким образом, каждому родителю это богатство досталось не так уж просто. Им пришлось пройти весьма специфичный путь, чтобы стать богатыми людьми! Встречаясь с тем или иным семейством, нам с тобой придется в определенной мере порыться и в их "грязном" белье, в их семейных тайнах и секретах. Я не думаю, что все эти семейства этими тайнами и секретами добровольно с нами поделиться! Войны с ними, разумеется, не будет, но вот пострелять нам, возможно, придется. Невозможно предположить, как эти родители будут реагировать на все наши вопросы, так что никто не знает, чем именно для нас могут закончиться каждая из этих встреч!

   – Ты что, Михалыч, начинаешь верить в то, что я тебе и твоему министру пытался втолковать всего какой-то час назад?! Ты начинаешь верить в то, что вчерашняя авария на Арбатском мосту было не случайным ДТП, а вполне планируемым событием. Причем его запланировали определенные лица?

   – Так думаю не только я или министр внутренних дел Дронов, так думает и наш Президент! Но Президента удивляет одно очень интересное обстоятельство этого дела! Он пока не понимает, почему эти люди вместо то, чтобы попросту пристрелить криминального авторитета Ката в его же постели в гостинице, где он проживает, прибегают к многоходовым комбинациям, чтобы достичь этой же цели! Именно поэтому он предоставил министру Дронову полный карт-бланш, как поступать с тобой, Руслан, но в течение трех дней он должен выяснить и рассказать, что же конкретно за всем этим скрывается? Кто именно стоит за всеми этими делами, чего они всем этим хотят добиться! Одним словом, сегодня вечером мы с тобой должны будем подготовить наш первый отчет с результатами проделанной работы и отправить его министру, тот в свою очередь уже свой отчет, составленный на базе уже наших данных, доложит Президенту! Думаю, что сегодняшнего дня нам вполне хватит на проведение запланированных семи встреч! Так что, давай, Руслан, не будем терять зря времени и сейчас отправимся к человеку, который уже ожидает нашего появления. Его фамилия Девятов, зовут Николай. Он каким-то образом монополизировал производство раствора бетона в Подмосковье, восемь из двенадцати заводов Московской области ему принадлежат. У него пропал семнадцатилетний сын Яков, который учится на втором курсе факультета журналистики МГУ.

   Из-за угла здания бесшумно выкатил Мерседес-Бенц S-Класс 500, который, сверкая лакированными боками, подкатил к нам. С водительского места соскочил бойкий сержант сверхсрочник, он ловко козырнул полковнику Кучко и лихо начал рапортовать:

   – Товарищ полковник, по вашему приказу сержант Юхненко доставил Мерседес, выделенный в ваше полное распоряжение. Технический осмотр машины произведен, бак – заправлен до краев.

   Дальше я уже не слушал рапорта этого бойкого сержанта, на меня в мысленном диапазоне вышел доктор Лакшми. Доктор на своем замедленном пиджин-инглиш мне сообщил:

   – Марк, твой самолет благополучно приземлился в графстве Йоркшир. Прямо с аэродрома Никольский вместе с Воротниковой доставлен в мою клинику. Там им выделены достаточно большие апартаменты с медицинской аппаратурой, которая двадцать четыре часа в сутки будет в автоматическом режиме отслеживать состояние его здоровья. Я уже сейчас могу сказать, что с ним все в порядке, мы можем в любое время, когда ты пожелаешь, провести операцию по его омоложению. Да и Галину Воротникову мы немного подлечим! Семья Васьковых, его мать и дочь остаются в Йоркшире, им я выделил небольшой дуплекс, в котором проживают работники моей клиники. Как я понял, они могут себе позволить платить невысокую квартплату за воду и тепло, а наша медсестра Николь согласилась за ними присматривать, учить английскому языку и английскому образу жизни. Семья Путилиных арендовала автомобиль и на нем выехала в Лондон. Мажордом твоего лондонского особняка мне сообщил, что у них все готово для встречи семейства Путилиных. Леонид Васьков завтра рано утром вылетает Гольфстримом обратно в Москву.

   Фердинанд занял водительское сидение в Мерседесе, а рукой мне показал, чтобы я сел на пассажирское сидение по правую руку от него. Продолжая мысленно общаться с Ашрафом Лакшми, я обошел Мерседес кругом и, открыв дверцу машины, с удовольствием плюхнулся на пассажирское сиденье.

   – Послушай, Ашраф, – подумал я, перебивая мыслеречь доктора Лакшми, – я думаю, что ты неправильно поступаешь, когда свою работу врача ставишь в зависимость от присутствия другого человека. Разумеется, если потребуется, то я брошу все свои дела в Москве и завтра утром прилечу в твою клинику, чтобы принять участие в этой операции! Но сейчас в Москве начали происходить серьезные события, которые ставят под угрозу саму возможность осуществления нашего проекта! Я же на сто процентов уверен в том, что эту операцию ты можешь проделать сам и без моей помощи. Так что, Ашраф, настраивайся на то, что оперировать Никольского ты будешь один. Я же постараюсь появиться в твоей клинике через пару – тройку дней, и в основном для того, чтобы его осмотреть!

   – Хорошо, Марк! Если ты не можешь покинуть Москвы, то завтра утром я прооперирую Николая Никольского!

   – Отлично Ашраф, но сейчас я хотел бы тебя попросить еще об одном одолжении. Постарайся пребывание Никольского в твоей клинике, и в самой Англии хранить в тайне, мне не хотелось бы, чтобы кто-либо узнал о его месте настоящего местонахождения. Постарайся старика особенно подальше держать от представителей английской прессы и телевидения, а то они, дорвавшись до него и его тайны, наломают таких дров . Но одновременно, Ашраф, ты должен Никольскому создать самые комфортные условия для работы с авиаспециалистами по всему миру, чтобы он мог также свободно общаться с любым человеком из России. Не забывай, Ашраф, также об его личной охране, чем только можешь помогай девчонкам бойцам Заранды Хан в исполнении своего долга и обязанностей по охране Никольского.

   В этот момент я почувствовал пристальный взгляд с левой от себя стороны. Слегка приоткрыв глаза, я повернул голову в ту сторону. Фердинанд или Михаил Михайлович Кучков сидел на водительском месте за рулем пятисотого Мерседеса. Повернув голову в мою сторону, он с каким-то пониманием в глазах меня рассматривал. Только после этого обмена взглядами, я обратил внимание на то, что пока я находился в мысленной отключке, общался с Ашрафом Лакшми, мы проехали почти весь Кутузовский проспект. Сейчас мы стояли в небольшой автомобильной пробке, образовавшейся на повороте с Кутузовского проспекта на Рублевское шоссе. В этой пробке наш Мерседес двигался со скоростью менее пяти километров в час. Таким образом, Михалыч получил уникальную возможность, сидя за рулем управления Мерседесом и одновременно наблюдать за мной!

   – Перед нашей встречей, Руслан, я по просьбе министра Дронова еще раз просмотрел списки военнослужащих, которые учились и окончили курсы усовершенствования квалификации, созданные при КГБ СССР по приказу Юпмя Андропова. Твоей фамилии Руслан Цигурашвили я в списках руководства этих курсов так и не нашел! Руководителем курсов был некий генерал-майор Николай Рыбников, академик Российской Академии Наук, несколько старых полковников, которые, в принципе, и занимались организационно-преподавательской работой. Но, если понаблюдать за твоим поведением, если долгое молчание, которое порой на тебя накатывает, означает твое телепатическое общение с другими людьми, то можно с большой долей уверенности сказать о том, что ты являешься телепатом, а, по моему мнению, весьма опытным телепатом! То тогда можно было также предположить, что ты, Руслан Цигурашвили, являешься фигурантом дела и по этим курсам повышения квалификации работников КГБ СССР. Разумеется, тогда ты имел другое имя. Но в этой связи, естественно, встает еще один вопрос, мог бы ты ходить в любимчиках у Юрия Андропова? Мог бы ты в те времена преподавать телепатию на тех курсах и работать с людьми, порой изменяя их внутреннее содержание?! Если судить по твоей внешности, ты, как был заказным убийцей, им и остался, то такого не скажешь, что ты был знаком, пользовался доверием и был вхож в ближние круги Генсека Юрия Андропова?! Депутат Госдумы Михаил Апостолович Геккель все это считает ерундой на сливочном масле, министр Матвей Дронов верит, а я полагаю, что ты уж слишком молод, да и по своему характеру ты не мог быть тем человеком!

   В этот момент мы проехали автомобильную пробку, образовавшуюся на повороте с Кутузовского проспекта на Рублевское шоссе. Скорость нашего Мерседеса сразу же возросла до сорока километров в час, Михалыч был вынужден свое внимание полностью переключить на управление автомобилем. Я же воспользовался этой возможностью и промолчал, не стал отвечать на его вопросы. Так как врать Михалычу мне совершенно не хотелось, а говорить ему всей правды, то я полагал, было пока еще рановато, он к этому не был еще готов!

   На скорости проскочив небольшую эстакаду, мы вырвались на широкое шоссе, которое вскоре перешло в двухполосную загородную магистраль. Через пару десятков километров езды по Рублево-Успенскому шоссе Михалыч снизил скорость нашего автомобиля, а затем плавно вписался в правый поворот, который вскоре привел нас к чугунной ограде с широкими литыми воротами. За оградой в деревьях небольшого парка скрывался красивый двухэтажный особняк. Чтобы к нему проехать, нужно было переговорить с охраной через микрофон, закрепленный к небольшой тумбе. Эта тумба имела большую зеленую кнопку, нажав ее вы включали громкую связь с постом охраны.

   Михалыч опустил стекло со своей стороны, через свое водительское окно протянул свою руку, указательным пальцем уверенно ткнул зеленую кнопку и четко произнес:

   – Полковник Кучков и Руслан Цигурашвили из МВД РФ прибыли по вашему приглашению!

   Створки чугунных ворот начали медленно разъезжаться в стороны. Михалыч дождался, когда ворота полностью распахнулись, выжал сцепление и слегка нажал на педаль акселератора, Мерседес мягко тронулся с места, через мгновение мы уже подъезжали к красиво оформленному входу в особняк!

2

   К середине воскресного дня мы с Михалычем сильно подустали и проголодались, проведя все свое время в постоянных переездах из одного особняка в другой, в разговорах и в беседах с главами семейств, в которых случилась беда, пропали дети-подростки. В ходе общений с родителями пропавших детей мы затрачивали слишком уж много морально-душевных сил, так как в ходе бесед задавались, казалось бы, простые вопросы, но слишком уж много в них затрагивалось болезненных тем, касавшиеся взаимоотношений родителей и детей. И в ночь с субботы на воскресение бесследно пропали не просто три девушки и четыре парня, а семь подростковых миров, едва ли не полностью сформировавшихся. В этих подростковых мирах уже была радость бытия и горесть жизни, первая любовь и боль первой разлуки! Все эти чувства через родителей этих подростков изливались на меня и на Михалыча, но мой напарник обладал слоновьей толщиной кожи, которая его спасала от глубоких переживаний, которые приходилось переносить мне в ходе этих встреч и бесед с несчастными родителями.

   Во время бесед я сразу же обратил свое внимание на тот факт, что все эти разыскиваемые подростки пропали как-то все разом и практически одинаково, без особой выдумки! До середины субботы они все еще были заняты своими делами в родительских домах, а затем все сразу же как-то разом собрались и, словно по общему звонку, это по словам их отцов и матерей, разом покинули родительский кров. Одни ребята при этом говорили, что хотят немного проветриться на своем суперкаре, другие, что отправляются к другу, ему помочь с ремонтом машины, третьи же ничего не говорили, а просто отправились в гараж, там заводили своего любимца и через открытые ворота покидали двор дома. Ни один подросток после этого так и не вернулся домой, ни один из них не звонил домой родителям, чтобы их успокоить, ни до, ни вовремя, ни после дорожно-транспортного происшествия, произошедшего на стрелке Арбатского моста. Создавалось общее и ошибочное впечатление в том, что они все без исключения погибли в ДТП на этом московском мосту.

   Хотя имелись сотни свидетелей, которые в голос утверждали, что собственными глазами видели, как некий старый сержант милиции собрал вместе этих мальчишек и девчонок, о чем-то с ними переговорил, а затем куда-то повез их с моста в старом и разбитом РАФике. Немного покопавшись в своей памяти, я вспомнил этого самого сержанта и его просьбу, ему понравились эти ребята и он хотел развести их по домам!

   Я сумел вспомнить и номер его милицейского жетона, что позволило Михалычу одним звонком по телефону установить его личность. А также он узнал, что Егорыч, это так все звали старого милицейского сержанта, с сегодняшнего дня находится на пенсии. Вчерашнее субботнее дежурства было последним дежурством в его милицейской жизни. Сразу же после этого дежурства он сел на поезд дальнего следования и отправился в родные пенаты, где когда-то появился на белый свет. Там он собирался провести свою старость!

   Таким образом, эта наша ниточка не оборвалась, так и не дотянувшись до первоисточника своей информации! Но она и дала нам надежду получить дополнительные данные по этим мальчишкам и девчонкам, так как через трое суток поезд с сержантом на борту прибудет до его родного сибирского полустанка и тогда у нас появиться возможность его допросить! Мы же продолжили поиски этих подростков, решив продолжить опрос их родителей.

   В общем первую половину воскресения мы провели в тесном общении с родителями пропавших подростков, задавая им одни и те же вопросы и получая на эти вопросы примерно все одинаковые ответы. Мы с Михалычем пытались из разговоров с ними получить такие ответы, чтобы разобраться в характерах пропавших подростков и понять, что же именно могло бы воспрепятствовать им семерым вовремя вернуться домой. И снова в какой-то момент этих встреч и бесед во мне появилось чувство раздвоенности, мне показалось, что во всем произошедшим в субботу с этими подростками скрывалось что-то для них общее и одновременно что-то узко персональное. Именно это чувство мешало мне с Михалычем разобраться и понять этих подростков, понять что же с ними произошло вчера вечером?!

   Хочу сказать, что мы с Михалычем этим контактам и беседам с родителями пропавших бе вести подростков придавали очень большое значение, так как судьба их детей нас обоих, в частности меня, очень беспокоила. Правда, порой в ходе такой встречи мне начинало казаться, что проблема пропавшего без вести ребенка не очень-то беспокоит самого отца или его мать, но это был крайний случай. Подводя первые итоги первой серии таких утренних встреч, я могу сказать только одно, из четырех встреч с родителями, проведенных нами, мать и отец только одного из четырех семейств очень сильно действительно переживали из-за пропажи своей единственной дочери. Во время разговора с ними мы с Михалычем ощутили, как настоящее горе, связанное с исчезновением дочери, обрушилось на эту маленькую по количеству ее членов семью.

   Вчера Татьяна Горюнова сразу же после завершения занятий на филологическом факультете МГУ, перезвонила своей матери и ей сказала, что субботний вечер она хочет провести в компании своих старых друзей. Ольга Валентиновна даже не стала уточнять, переспрашивать дочь, что конкретно она имела ввиду под этим своими словами. Вот уже год Татьяна была владелицей суперкара Ламборджини, который отец ей подарил на получение аттестата зрелости и на совершеннолетие.