Текст книги "Марк Ганеев - маг нашего времени. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Валентин Егоров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 64 (всего у книги 95 страниц)

   – Нет, Николай Николаевич, вам пока еще рано говорить и думать о своем возвращении в Москву, к этому мы и служба безопасности пока еще не готовы! С падением Советского Союза, Москва сильно изменилась! Она стала как бы более открытой, чем была прежде, но уж очень многого наносного криминальной появилось в облике этого прекрасного города. Порой и шага нельзя сделать, чтобы не попасть в криминальную разборку или кого-то там опять застрелили прямо на улице. Героем нашей молодежи почему-то становится не простой, но отважный житель города, а какой-то криминальный гангстер боевик, которому все дозволено, в том числе, и стрелять из пистолета направо и налево. Так вот криминальный мир Москвы к вам, Николай Николаевич, проявил интерес и даже попытался вас украсть, чтобы ваши идеи и возможности использовать в своих корыстных целях. Поэтому вы вернетесь обратно в Москву тогда, когда мы будем способны вас защитить от всей этой криминальной грязи. Но об этом мы сообщим вам дополнительно.

   В этот момент в палату Никольского влетела Воротникова Галина Ильинична. Поначалу я ее не узнал этой женщины, в последний раз когда я с ней встречался Галина Ильинична выглядела нормальной русской теткой, ее фигура тогда не имела талии, зад был тяжелым. Теперь эта женщина выглядела стройной и грациозной в своем сарафане саронге, сейчас она была лет на двадцать пять моложе своего возраста. Молодого человека, сопровождавшего ее, Галина Ильинична на безукоризненном английском языке попросила обе корзины, забитые продуктами с рынка, отнести на кухню. Сама же бросилась меня целовать и тискать, словно я был любимым ее любимым котенком.

   Я хорошо видел, что, целуя меня, Галина Ильинична своими глазищами прямо-таки поедала мою Веруни, которая в тот момент скучала в дальнем углу палаты Никольского, стараясь не привлекать к себе внимания. Ах, эти женщины, почему они так ненавидят созданий себе подобных?! В своей жизни я пока еще не встретил ни одной другой женщины, которая хорошо бы отнеслась к себе подобной. Прекратив меня мучить, Галина Ильинична оторвалась от меня протянула Веруне свою руку и простенько представилась:

   – Галина Ильинична Воротникова!

   Так протокольно-шикарно даже Брежнев никогда не представлялся своим иностранным гостям. Моя Веруня не растерялась, правда, вместо рукопожатия, она сделала небольшой книксен, а затем просто произнесла:

   – Веруня, любимая женщина Руслана!

   Затем подумав немного, она развернулась ко мне и поинтересовалась:

   – Русланчик, почему я называю тебя Русланом, а другие обращаются к тебе, как к Марку. Так кто же ты на деле Руслан или Марк?

   Тем временем Галина Ильинична уже обнимала мою будущую супругу, причем обнимала ее так нежно и прочна, что та едва дышала. Воспользовавшись представившейся возможностью, я не стал отвечать на ее второй вопрос, притворившись, что его не расслышал. Пока еще я не был готов своей Веруне рассказать всей правды о самом себе!

   Пользуясь возникшими обстоятельствами, я обратился к Галине Ильиничне с просьбой помочь Веруне три дня или полную недельку провести в Англии. Она должна была дождаться приезда съемочной группы, которая должна ей была помочь в сьемках развернутого интервью с Николаем Николаевичем. Сам же Николай Николаевич, по-прежнему, пребывал в позе Будды, по его лицу было хорошо заметно, что в данную минуту этот человек наслаждается тем кусочком русской жизни, которая вдруг забурлила вокруг него.

   В дверь палаты Никольского осторожно постучали, на ее пороге замаячила фигура пакистанского доктора Ашрафа Лакшми. Он пару секунд он задержался на пороге, глазами меня разыскивая в той толпе, вдруг образовавшейся у постели больного, а затем мысленно поинтересовался:

   – Ну, и как он, брат, он себя чувствует после операции?

   – Ты знаешь, брат, мне кажется, что с ним все в полном порядке! Он неплохо перенёс операцию. Ты, Ашраф, здорово над ним поработал. У него впервые за много лет не болят ноги, впервые с венами ног все в порядке! Николаю Николаевичу потребуется еще две-три недели восстановления и все это время он пробудет в твоей клинике. Я очень надеюсь на то, что ты не будешь против этого возражать? Завтра мы перечислим на твою клинику все полагающиеся деньги и за операцию, и по уходу за двумя больными. Попроси финансиста своей клиники выписать счет и передать его мне, перед тем, как я покину клинику.

   Поздно вечером, прежде чем отправиться в аэропорт для вылета в Москву, я мысленно разыскал Максима и у него поинтересовался:

   – Ну, а вы, парни, чем все это время занимались? Готовы ли вы к возвращению домой, в Москву?

   – Да помотались мы тут немного по этому чертову Йорку! Скучным он оказался провинциальным городишком. Зашли мы тут в один паб, пивка попить и девчонок покадрить! А пиво, оказывается, можно пить только до одиннадцати часов вечера, после одиннадцати часов все питейные заведения в этом городе закрываются. Девчонки по гостиничным барам не ходят, отказываются. Даже денег не берут, а ехать искать проституток – неинтересно. Вот мы вчетвером и сидим, пьем бутылочное пиво. На нас местные ребята уже косо поглядывают, как-то уж тихо мы себя ведем, а им подраться хочется. Может быть, мы с ними все-таки подеремся, а то совсем скучно стало, да и спать пока совершенно не хочется.

   – Ладно, братцы, приказываю, никаких драк! Через час встречаемся на борту "Гольфстрима", полетим домой, в Москву. Да, Максим, проследи за тем, чтобы Hawker 750, за этот самолет мы оплатили целый месяц аренды, остался бы в Лондоне. Из Йорка он должен нас доставить в Гатвик, Лондон, там его экипаж должен ожидать дальнейших наших указаний.

   Первый пилот Гольфстрима американец Льюис Стингл, как первоклассный летчик штурмовик, имел допуск к полетам в любое время дня и ночи, поэтому мы без особых проблем покинули лондонский аэропорт Гатвик в три часа утра и вылетели курсом на Москву через Германию. Мне почему-то не хотелось спать и я начал перебирать газеты и журналы, которые набрал еще в аэропорту Ибрагима Насира на Мальдивах. Меня привлекли очень красивые фотографии атоллов и лагун, я начал перелистывать журналы и их рассматривать. Последней мне в руки попала одна из ежедневных газет "Хавееру", издаваемой в Мале, столице Мальдивской Республики. На первой же странице я вдруг увидел свою фотографию и заголовок статьи, который можно было бы перевести на русский язык следующим образом: "До каких пор власти Мальдив будут терпеть присутствие российских криминальных элементов на своих островах?!".

   Мальдивская журналистка Хаанна Шиколов возмущалась и чуть ли не грязно выражалась по поводу того, что все чаще и чаще на Мальдивах можно встретить русских гангстеров. Эти боевики приезжают с подругами и своим криминальным окружением отдохнуть на райских островах после того, как они искалечат или даже убьют многих хороших людей. При этом, они принимают личины добропорядочных мирян, а на деле беспрестанно пьют, сквернословят, пристают к добрым людям. И такие непотребные люди приезжают отдыхать на Мальдивы, на эти райские острова, которые Господь Бог специально создал для отдыха простых мирян!

   Прочитав статью, я сразу же догадался о том, что никакой особенной информации обо мне у этой мальдивской журналистки попросту не было. И статья ею была написана таким образом, что любой опытный читатель мог бы сразу разобраться в том, что она написана одними и теми же фразами и предложениями, правда, каждый раз они были перефразированы несколько иным образом! Я долго ломал свою голову, решая, как мне поступить с этой публикацией? Как американский гражданин, я был обязан позвонить в редакцию газеты "Хавееру" и потребовать публичных извинений, как русскому убийце мне было на эту статью глубоко наплевать!

   Пока еще я не знал, что мне делать в данном случае, кем мне в этом случае следовало бы сказаться, или русским, или американским гангстером?!

4

   В этот момент по громкой связи в салоне самолета прозвучал голос Льюиса Стингла, нашего первого пилота. Я сразу же обратил внимание на то обстоятельство, что в голосе этого весельчака, который смеялся, даже если ему показывали просто пальчик, появились незнакомые мне нотки На весь салон нашего самолета он вдруг заявил голосом диктора центрального российского телевидения:

   – Сэр, мы только что получили срочную телефонограмму из Министерства иностранных дел Российской Федерации. В телефонограмме говорится, что в ответ на злые происки Запада МИД РФ официально заявляет, что гражданин Руслан Авдотьевич Цигурашвили в списках граждан Российской Федерации не значится, что в свою очередь только означать, что, как российский гражданин, он не существует! В этой связи МИД РФ уполномочен заявить, что самолёту Гольфстрим, борт 15-Ф-34-45 запрещено пересечение государственной границы Российской Федерации! Если он предпримет попытку этого сделать, то будет сбит истребителями ПВО РФ. Сэр, мне только что авиадиспетчер на хорошем русском языке приказал, развернуть наш самолет и следовать в обратном направлении, на дружественный Белград. Там совершить посадку, борт самолета не покидать и ожидать дальнейших распоряжений из Москвы. Сэр, может полетим домой, там никакого МИДа не существует! И если у тебя есть деньги, то проблем для тебя не существует. Потом, я никак не могу понять такой простой вещи, ваш МИД говорит, что вас не существует, но, когда вы, вот сидите передо мной и я могу вас пощупать!

   Подумав немного, я понял, что, если попытаюсь Льюису что-либо объяснить по создавшейся ситуации, то не смогу этого сделать! Поэтому просто ему сказал: :

   – Льюис, выполняй ранее полученное распоряжение из Москвы и ничего не спрашивай! Лети в Белград! Да, и попроси своего внештатного второго пилота Максима Звонарева связаться с Лондоном и переговорить с Гансом Гауптманом. Он должен приказать экипажу Hawker 750 в любой момент быть готовыми к вылету в Белград или в Москву. Окончательное решение по конечной точке маршрута их полета я приму в зависимости от складывающейся обстановки.

   Льюис Стингл, как всегда, произвел безупречную посадку в международном аэропорту Николы Тесла Белграда. Едва только шасси нашего Гольфстрима коснулись посадочной полосы, как этот штурмовик был окружен четырьмя черными автомобилями Ауди 6. Когда я приобретал Гольфстрим, то своего агента попросил постараться и приобрести такую машину, которая до конца так и не была переоборудована в корпоративно-пассажирский самолет. В моем Гольфстриме все еще кое-что оставалось от американского штурмовика, из которого его переделывали в корпоративный самолёт. Когда Гольфстрим съезжал с ВПП, то он был немедленно окружен четырьмя черными автомобилями Ауди 6, принадлежащими военной разведке сербов. Этот конвой сербской военной разведки сопровождал нас до самолетной стоянки, которую администрация аэропорта отвела нашему Гольфстриму.

   Тогда какой-то серб в военной форме вышел из одной Ауди 6, подошел к трапу нашего штурмовика и прямо от трапа прокричал в дверь салона на русском языке:

   – Администрация аэропорта обратилась в российское посольство с просьбой быстрее решить возникшую проблему с вашим самолетом. Так что, уважаемые господа, вам придется набраться терпения и дождаться появление третьего секретаря российского посольства Александра Тихонова, который и займется решением вашей проблемы.

   Услышав заявление сербов, а также фамилию третьего секретаря российского посольства, я тяжело и одновременно горестно вздохнул, так как российское посольство теперь было можно смело вычеркнуть из списка тех, кто мог бы и хотел бы нам реально помочь. Когда Саша Тихонов впервые появился в моем отделе, чтобы поработать стажером, то мы его приняли с открытыми сердцами. Старались ему помочь делом и советами, подсказывали, как следует решать тот или этот вопрос или каким стилем следует написать письмо-запрос. Но на все наши советы и заботы Сашенька отвечал практически одной и той же фразой:

   – Друзья, не загружайте меня работой! У меня нет времени на ее выполнение! В самое ближайшее время я должен буду уехать в Нью-Йорк на работу в ООН. Так как мой тесть вот уже несколько лет работает начальником кадровой службы этой международной организации. По его рекомендации меня включил в ее резерв! Я должен отработать полгода в какой-либо советской организации, после чего я уеду на работу в ООН!

   Ровно через полгода Саша Тихонов действительно уехал работать за рубеж, ему предложили должность третьего секретаря в нашем посольстве в Либерии. С тех пор прошло десять лет, в течение всего этого времени Саша Тихонов продолжал работать все тем же самым третьим секретарем в различных странах мира, но последний год он проработал третьим секретарем в белградском посольстве России. Сами понимаете, что такой человек, как Саша Тихонов, вряд ли бы смог, кому бы то ни было оказать реальной помощи!

   В этот момент зазвонил один из моих мобильников, на его дисплее высветился незнакомый мне номер. Я успел даже подумать о том, что это мне звонят из российского посольства в Белграде, но, когда нажал кнопку соединения, то услышал веселый и хорошо мне знакомый голос Михалыча, или Живодера или Фердинанда из министерства внутренних дел РФ. Тот сразу же затараторил, не дав мне возможности даже с ним поздороваться:

   – Привет, Руслан! О Цигурашвили сегодня вспоминают и говорят в Москве все те, кому только не лень! Ты прославился на всю Россию и все пытаются разобраться, кто же ты на самом деле, американец-миллиардер Маккормик или заказной киллер Кат?! Твое имя сейчас на устах даже нашего президента! Только сегодня он пару раз вызывал нашего министра Дронова к себе на ковер. Такого ранее вообще никогда не случалось, чтобы наш президент какого-то там министра дважды за один только день вызывал бы к себе на ковер!

   Первый раз президент явно намеревался Дронову хорошенько мозги прочистить якобы за то, что по России свободно и безнаказанно разгуливает такой кровавый злодей и душегуб, как ты, Кат! Матвей Никандрович тогда на стол президенту положил твою развернутую биографическую справку, с точным перечислением, кого и как ты в землю уложил! Во второй раз президент у министра поинтересовался происхождением твоих миллиардов, на этот раз Дронов слегка опростоволосился, он так и не смог дать полного ответа на этот вопрос президента! Но в этот момент президенту перезвонили из российской внешней разведки и доложили о том, что только что ты выполнил его личный приказ! Дронов позже вспоминал, что во время разговора президент поинтересовался, кто же именно и как выполнил его приказ? После этого разговора со службой внешней разведки президент повеселел, он долго чему-тосмеялся, а потом прямо так и заявил министру Дронову:

   – Матвей Никандрович, тебе сегодня здорово повезло! Весь этот день министр обороны РФ Антон Сердцев и начальник Генерального штаба ВС РФ Сергей Дворников меня прямо-таки упрашивали, чтобы я уже сегодня отправил бы тебя, Матвей Никандрович, в досрочную отставку. Но два выстрела, только что прозвучавшие на Мальдивах, свели на нет работу твоих недругов, спасли твою, Матвей Никандрович, политическую жизнь! Я попросту не могу такого прозорливого министра внутренних дел РФ, как вы, отправить в отставку в критическую минуту! Эти два выстрела, произведённые снайперами команды американского мультимиллионера, доказали правоту позиции, которую занимал и отстаивал именно ты, Матвей Никандрович! Так что продолжай и дальше работать в таком же стиле, как и до этого работал на нашу великую Россию!

   Во время монолога Михалыча я хранил полное молчание, ничего не говорил. Правда, в моей памяти время от времени всплывали и гасли такие эпизоды воспоминаний, как бронеавтомобиль Тигр с установленным на крыше РПГ26 и разворачивающимся в нашу сторону хвостом черного дыма от выпущенной противотанковой гранаты...

   Так и не услышав от меня соответствующей реакции на свой рассказ о сегодняшнем дне министра Дронова, Михалыч явно забеспокоился, продолжил монолог, стараясь передать мне, как можно больше информации:

   – Сейчас в большом кремлевском зале соберутся все члены государственного совета безопасности при президенте России. На предстоящем заседании они должны обсудить вопрос и прийти к решению вопроса, достоин ли американец Маккормик российского гражданства, российского паспорта. Два силовика, министр внутренних дел РФ Матвей Дронов и министр обороны РФ Антон Сердцев должны выступить с диаметрально противоположными докладами по этому вопросу. Перед отъездом в Кремль Матвей Никандрович попросил меня по телефону с тобой связаться с тем, чтобы немного тебя успокоить и сказать, что только что принятое решение Пограничной службы ФСБ РФ о временной запрете для Руслана Цигурашвили пересекать границу Российской Федерации является ошибочным и в скором времени булет отменено!

   – Я вам обоим, ни тебе Михалыч, ни Дронову после всего того, что произошло на берегу водоканала в Нижних Мневниках, не верю. – Глухо и тупо произнес я в микрофон мобильника. – Сегодня я располагаю малой толикой информацией, которую хотел бы передать твоему министру. У меня есть список на сорок человек, я готов также перечислить еще четыре фамилии людей, которые принимали самое непосредственное участие в организации аферы века. Они выкрали и продали нашему противнику чертежи и схемы вертолета "Черная Акула", а также, испугавшись содеянного, передали в руки противника бойцов ГРУ полковника Кантемирова! Но я полагаю, что не стоит эти оба списка передавать по открытым телефонным линиям, поэтому, Михалыч, бери в руки самописку и переходи на мыслеречь!

   Я перешел на мысленный канал связи, чтобы разговор с Живодером продолжить по закрытому, хорошо защищенному каналу связи:

   – Так что, Михалыч, пиши аккуратно и не ошибайся, Михалыч, а то никогда не получишь генеральской звезды на свои погоны. Первым номером у нас пойдет, Сергей Сергеевич Дворников, начальник Генерального штаба. Вторым, – Анатолий Дмитриевич Воронцов, первый заместитель министра обороны РФ. Затем, Геннадий Александрович Вольский, помощник президента РФ; и четвертым, Геккель Михаил Апостолович, депутат Госдумы, заместитель председателя комитета обороны Госдумы. Да, Михалыч, что касается Цигурашвили, то ты передай Матвею Никандровичу, что такого человека больше уже не существует! Вы с ним уже больше уже никогда не встретитесь! С этого дня я начинаю жить и работать под своим настоящим именем, Марка Ганеева!

   – Да, Михалыч, я совсем забыл тебе сказать и о том, что в тот список я пока еще я не включил министра обороны РФ Антона Исаевича Сердцева. Его пока еще невозможно обвинить в предательском сговоре, в результате которого американцы получили прекрасный боевой вертолет, а группа Кантемирова – уничтожена!

   В то же мгновение в моей голове вдруг развернулось содержание мнемограммы, которая была только что отправлена в мой адрес полковником Михаилом Кучковым. В мнемограмме говорилось:

   "К нам поступила информация, в которой говорится, что Минобороны спешно формирует группу ликвидаторов для отправки в Белград. Цель этой группы – ликвидаторы должны убрать тебя, а также ликвидировать всех людей, которые тебя сопровождают! Береги себя, твой Михалыч".

   Перед самым рассветом, когда человеческий сон наиболее сладок, из-под хвостового оперения нашего штурмовика Гольфстрим выскользнули четыре фигуры, одетые во все черное и с одними только десантными ножами "Рысь" в руках. Они тут же исчезли, словно растворились в ночной тьме, все еще стоящим над столичным аэропортом Белграда.

   Москва продолжала упорно хранить молчание, она никак себя не проявляла в от ношении нас, не отвечала ни на одно наше или мое обращением с просьбой разъяснить ситуацию по вопросу о моем паспорте. Столица ни единым словом не обмолвилась по поводу мер, якобы предпринимаемых российским МИДом для выдачи мне паспорта российского гражданина. В этой связи российское посольство продолжало отделываться одними обещаниями по поводу того, что кто-то из российских дипломатов обязательно посетит аэропорт Николы Теслы и обязательно с нами встретится, чтобы обсудить возникшую проблему.

   Стрелки часов продолжали неумолимо отсчитывать минуту за минутой! Само время было невозможно остановить, повернуть вспять, но время проходило, а с нами пока еще ничего особенного не происходило! Я все чаще и чаще стал задумываться по этой нашей вынужденной отсидки в сербском Белграде. В конце концов, я был вынужден признать, что в настоящий момент время работало на стороне неизвестного противника, оно работало против нас. Я всей своей кожей ощущал, что в Москве вот-вот должны были начаться происходить серьезные события, а я же, по-прежнему, находился за пределами России, никак не влиял на эти события, не мог их контролировать!

   Михалыч сделал свое дело, он мне позвонил и намекнул об надвигающейся опасности со стороны Минобороны и Генштаба! К тому же до меня вдруг дозвонился Борис, заместитель начальника моего управления в котором я работал до своей командировки в Афганистан! Да и в этом случае, это был не его прямой звонок, а ранее записанный на аудиокассету телефонный звонок следующего содержания:

   – Здравствуй, Марк! Меня попросили набрать три разных номера телефона и по каждому из них повторить один и тот же текст. Итак, я начинаю зачитывать свой дежурный текст: "Руководство ФСБ РФ попросило меня довести до твоего сведения следующую информацию, а именно: Председатель ФСБ РФ только что принял решение о восстановлении Марка Ганеева в звании "подполковник", назначил его начальником пятого отдела. Как можно быстро, ты должен прибыть в Москву и занять свою должность!".

   Из текста, зачитанного Борисом, можно было понять только одно, Москва все-таки была недовольна проявляемой мною медлительностью, моей задержкой в Белграде. Она требовала моего срочного возвращения, но сама не собиралась и пальцем пошевелить по поводу того, чтобы ускорить этот процесс моего возвращения.

   Тогда перед самым рассветом я принял окончательно решение, больше не ожидать помощи со стороны, чьих-либо решений, а действовать по обстоятельствам, но сегодня обязательно мы все должны вернуться в Москву! Я тут же отдал приказ Максиму, Леониду, Владу и Митяю, незаметно для внешних наблюдателей покинуть самолет и попытаться нам всем перебраться в какую-нибудь гостиницу Белграда.

   Что касается ведущегося за нами наблюдения Военной сербской разведкой, то после долго обсуждения, мы пришли к единогласному решению не убивать и не калечить сербских разведчиков, хотя они и занимались противозаконным делом. Вели наблюдение за каждым нашим шагом, писали на флешку каждое наше слово! Мне и моим товарищам совершенно не хотелось подвергать угрозам жизням нашим сербским собратьям, хотя я на сто процентов был уверен в том, что ВОА собирает о нас телеметрическую информацию. Эту информацию, как удалось мне установить, они одновременно перегоняли в министерство обороны Российской Федерации и в штаб-квартиру федеральной германской внешней разведки в Бонне Эти славные сербы работали и получали деньги, как с нашего Минобороны, так и с минобороны ФРГ! Ч не понимал только одного, почему именно немцы собирали обо мне и о моих товарищах эту информацию?!

   Не буду вдаваться в скучные деталями организации нашего побега и самого побега с борта Гольфстрима. Перед самым рассветом мы на одном из Ауди 6 уже въезжали в Белград. Еще на подъезде к городу я взялся за мобильник и позвонил в белградский отель "Square Nine Hotel Вelgrade" и от имени Джона Маккормика забронировал пять номеров люкс. Причем, я заранее предупредил администрацию гостиницы о том, что мы авиатуристы, что наш самолет Hawker 750 со всем нашим багажом стоит в аэропорту на корпоративной стоянке. Что мы хотим только одни сутки провести в Белграде, познакомиться с городскими достопримечательностями и с балканской кухней. При заказе гостиницы в Белграде повторилась одна и та же картина, что и в Москве, полное безразличие ко мне и к моему заказу со стороны администрации до тех пор, пока на счет гостиницы не пришли мои доллары.

   Должен с прискорбием признаться в том, что американские баксы все еще широко распространены и принимаются по всему миру, не соблюдая национальных границ. Если в твоем кармане водятся долларыЈ да и еще в большом количестве, то в Белграде все проблемы, встававшие перед нами, как бы решались сами собой.

   В белградской гостинице "Square Nine Hotel Вelgrade" нас встретили гостеприимно, хотя мы в своей субтропической одежде и красным загаром на коже, выглядели самыми настоящими цирковыми клоунами! Персонал этой гостиницы, не задавая лишних вопросов, встретил нас у самого входа в гостиницу и нас пятерых развел по шикарным номерам. Слава богу, что в этой белградской гостинице мы появились практически с рассветом, сербские журналисты все еще почивали под перинами в своих теплых постелях. Поэтому ни одной нашей фотографии в этой легкой одежде так и не появилось на страницах белградских газет и журналов. Хотя немногим позже в гостинице все же появились журналисты с фотокамерами и диктофонами, они позвонили нам в номера и попросили дать интервью о цели нашего появления Белграде. Но к этому времени на нас уже была приличная верхняя одежда!

   Вскоре наступил рассвет и время завтрака, погруженный в тяжелые размышления, я отказался появляться на людях, идти на завтрак в ресторан. Через room-service я заказал себе отличный стейк из лосося, кофе, стакан холодного молока и несколько тостов с яблочным джемом. Эти тяжелые мысли так и не позволили мне насладиться отлично прожаренной рыбой, тогда я попытался просканировать служебные помещения этой гостиницы. Хотел разыскать офис гостиничной секьюрити, чтобы попытаться узнать, в какой степени сербы о нас информированы и что они собираются с нами делать? Когда я этот офис все-таки обнаружил, то к своему удивлению узнал, что сербов совершенно не волнует ни моя судьба, ни судьба моих четверых друзей!

   Все это время момент я ощущал внутренний дискомфорт этим своим вынужденным положением, полагая, что мы слишком уж задержались в этом славном сербском Белграде, что нам здесь было абсолютно нечего было. В этот момент все четверо моих друзей, Леонид Васьков, Максим Звонарев, Влад Сергеев и Митяй Суворовцев, завтракали в ресторане гостиницы. Они изнывали от безделья, не совсем понимая положения, в котором мы все вдруг оказались! Как молодежь, они все четверо горели одним желанием, не сидеть без дела, а действовать, всеми силами добиваясь своей цели. В данном случае эти парни всей душой стремились вернуться домой, в свою Москву!

   В тот момент я, как бы проникся их мыслями, их желанием, как можно быстрей вернуться домой, в Россию, и подумал о том, что им, четверым, в принципе, ничто в этом вопросе не мешает. Они имеют действующие внутренние и загранпаспорта, корпоративный самолет в своём распоряжении, без особых проблем они могут пройти паспортный контроль на пути в Россию! Что же касается меня, то существует некто в России, обладающий большими властными способностями, почему-то не желающий видеть моего возвращения на родину! Поэтому этот некто и возводит на моем обратном пути различные препятствия, типа, лишения меня российского паспорта. Пока я пока еще не знаю, почему он это делает, что хочет этим достичь? Но он, видимо, забывает о том, что я обладаю некоторыми магическими способностями, позволяющими мне вернуться обратно на родину не обычным путем!

   Максим Звонарев вышел на канал мысленной связи, чтобы мне сообщить:

   – Командир, Ганс Гауптман, первый пилот Hawker 750 только что мне звонил. Он сообщил, что самолет совершил посадку в белградском аэропорту имени Николы Тесла. После двухчасового отдыха Ганс и его экипаж будут готовы к вылету на Москву.

   Вовремя этого мысленного разговора на меня снизошло очередное наитие. По крайней мере, я догадался о том, что нам теперь нужно делать для того, чтобы, как можно быстрее, мы могли бы выйти из этого глупого положения, в котором оказались не по своей вине!

   Завершая разговор с Максимом, я его попросил:

   – Максим, собирай всех наших парней. Поезжайте в аэропорт и через два часа вылетайте в Москву. Обо мне не беспокойтесь, я сам покину Белград. Мы же снова встретимся в зале прилета аэропорта Домодедово. Оттуда все вместе поедем на нашу базу в Апрелевке. Максим, надеюсь, что ты все понял, что я тебе только что сказал?

   – Так точно, командир! О нас ты уж особенно не беспокойся! Все выполним, как ты приказал! Ну, вот только, почему ты один остаешься в Белграде? Может быть, кто-нибудь из нас останется вместе с тобой?! В случае чего он всегда сможет тебе помочь!

   Но я его резко оборвал:

   – В случае чего попросту не будет! Главное, чтобы вы, все четверо, вовремя покинули бы эту ловушку, развязав мне руки для самостоятельных действий!

   После завтрака, мысленного разговора с Максимом я решил немного подремать, видимо, мой возраст тридцатилетнего мужчины уже давал себя знать! Одновременно я решил наблюдать за тем, как мои парни собираются в дорогу на родину. Целый час они провели в гостиничном баре, после чего сразу же отправились на выход из гостиницы. За этот час в лобби гостиницы произошли значительные изменения, в нем появились сербские военные с укороченными автоматами АКС в руках. Они разбились по парам и из разных мест лобби спокойно наблюдали за тем, как мои парни покидали гостиницу. По поведению сербских автоматчиков не трудно было догадаться о том, что сербов эта четверка явно не интересовала, автоматчики были присланы по мою душу!

   Краем глаза я успел заметить, что на улице рядом с гостиницей, по-прежнему, стоит припаркованным автомобиль Ауди 6, которым рано утром мы приехали в гостиницу. Я быстренько его просканировал своим мысленным щупом на предмет обнаружения взрывчатки. С автомобилем все было в порядке, но вот только в его бензобаке топлива оставалось всего одна треть бака. Я тут же в мысленном диапазоне связался с Максимом Звонаревым и ему прошептал:

   – С Ауди 6, в принципе, все в порядке! Вы можете смело им воспользоваться. Только имей в виду, Максим, что бензина в нем не так уж много, всего лишь треть бензобака! Но до аэропорта этого количества бензина вам, наверняка, хватит.

   – Спасибо, Марк, за совет! Мы обязательно воспользуемся этим автомобилем! Но все ребята, по-прежнему, очень беспокоятся по поводу того, как ты, Марк, сам будешь выбираться из этой гостиницы? Может быть, ты и сам заметил, сколько автоматчиков сербы нагнали в гостиницу по твою душу! Может быть, нам стоит тебя дождаться, тогда нам всем четверым будет гораздо легче с боем прорываться в аэропорт?!