Текст книги "Марк Ганеев - маг нашего времени. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Валентин Егоров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 48 (всего у книги 95 страниц)

   Все дело в том, что в единственной стране мире, в Российской Федерации, китайцы не имели и, возможно, никогда не будут иметь своих собственных кварталов, так называемых China-Town, для демонстрации китайского образа жизни! В конце 80-х – начале 90-х годов прошлого столетия, мы – россияне по туристическим путевкам стали посещать западные страны и там столкнулись с существованием таких городских кварталов, где жили одни китайцы. Впервые мы получили возможность прогуляться по улицам настоящего китайского квартала, который существовал и жил своей жизнью вне самого Китая. Там мы увидели, как живут, работают и веселятся эти самые китайцы, которых прежде мы никогда не видели

   Такие China-Town имелись практически в каждом значимом, в каждом крупном городишке западного мира, но повторяю, что этих кварталов не было и никогда не будет в нашей России. Китайцы в нашей стране есть, их много, очень много, в одной только Москве их проживает и трудится более пятисот тысяч!

   В после сталинские времена кто-то из наших генсеков принял ещё одно мудрое решение, не запрещать, но особо и не способствовать нашим меньшим братьям, китайцам, расселяться по городам великого Советского Союза и России. Они могут поселиться в любом российском городе, но им было строго-настрого запрещено даже думать о образовании китайского квартала в любом из российских городов, так как китайские кварталы China-Town, по мнению наших генсеков, являлись образчиками прозападного образа жизни, а русские не должны жить по западному образцу!

   С тех пор, когда на политбюро ЦК КПСС обсуждался этот вопрос прошло очень много лет, но мудрое решение неизвестного генсека до сих пор живет и работает. Китайцы появились чуть ли не в каждом регионе России, они там живут, работают на благо своего Китая, усиленно плодятся и, кажется, им будет принадлежать наше будущее! Но одновременно их там как бы и нет, хотя на деле китайские диаспоры зарегистрированы и официально существуют чуть ли не в каждом крупном российской городе. Китайцы много работают, но они обслуживают только свой китайский бизнес, помогают китайским бизнесменам выращивать овощи, корнеплоды на китайских огородах Подмосковье, которыми уже сегодня подкармливают москвичей. Китайцы работают строителями, механиками, но ремонтируют они только свои китайские автомобили и грузовики.

   Вся эта белиберда снилась мне всю ночь наполет! Часами я лежал в темноте нашей спальни и, уставившись глазами в потолок думал:

   – Почему мне только в ту ночь снилась эта самая ерунда, я попросту не понимал?

   Но, как только закрывал глаза, то я тут же становился членом политбюро, слушал доклад выступающего по китайскому вопросу. Я собственными глазами наблюдал за тем, как моя старческая, дряхлая рука тянется кверху, чтобы проголосовать "за", никаких прозападных China-Town мы не позволим появиться в городах Советского Союза! И снова я не сплю, лежу на постелю и прислушиваюсь к ровному дыханию Веруни... Может быть, мне стоит разбудить девчонку и..., но я тут же отвергаю эту идею, пусть хоть она за эту ночь выспится! До утра мне пришлось попотеть, снова и снова переживая эту ночную эпопею про Китай и о китайцах!

   Под самое утро я прикорнул на часок, но этот час мне дорого стоил, почему-то мне начало сниться, что все китайцы работают одними только бухгалтерами. Оказывается, что к этому времени весь деловой мир признал, что лучший бухгалтер в мире – это женщина китаянка с компьютером. Она одна может вести бухгалтерию, сводить ежегодный баланс любого предприятия с любым количеством работающих людей, с любым товарооборотом за год. Как только деловой мир признал, что женщина китаянка – лучший бухгалтер в мире, с тех пор стало модным, чтобы каждая уважающая себя фирма или компания свою бухгалтерию набирала из одних только китаянок, выплачивая им бешеные заработные платы!

   Я проснулся аж мокрым до трусов, ночь меня прокошмарила страшными видениями того, что наша гостиница перешла в руки китайских бизнесменов. Что меня с Веруней из нее вышвыривают только из-за того, что мы с ней не китайского происхождения! Веруня не выдержала моих пробуждений среди ночи, а также из-за моих попыток поговорить с ней на китайском языке северных провинций с кантонским акцентом. В конце концов, она вышвырнула меня из своей постели, постелив мне в малой спальне на гостевом диване!

   Утром меня разбудила Клавдия, проходя в спальню к своей подружке, она подошла к широкому дивану, на котором я спал, и небрежно похлопав меня по плечу, поинтересовавшись:

   – Привет, начальничек, почему спишь в одиночестве, а где моя подруга Веруня? Она ж должна за тобой присматривать, а то видок у тебя несколько страшноватый, того и глядишь на меня набросишься?! Просыпайся скорей, поднимайся на ноги, умывайся и принимайся за работу! Ой, Руслан, а что это такое с розочками из-под одеяла проглядывает? Твои трусики семейные, длиной до колена, они такие красивые, что глаз своих не могу от них оторвать! Ну, да ладно, Руслан, хватит нам языком тереть по-пустому! Хочу тебе сообщить о том, что ты уже давно должен был подняться на ноги, приступить к работе, так как в гостиной тебя ожидает китайская делегация.

   С этими словами Клава проследовала далее в спальню к подруге, я быстро соскочил с дивана, тут же натянул на себя джинсовую пару, джинсовые штаны и легкую куртку ветровку. На секундочку заскочил в туалет, чтобы причесаться и побрызгать на себя немного парфюма. Затем я покинул малую спальню и отправился в гостиную. Там я увидел короткую шеренгу из восьми молодых китайских девчонок, одетых в кимоно, на шаг впереди от шеренги стояла китайская мадам, бальзаковского возраста.

   Эта китаянка при моем появлении так резво рванулась ко мне, словно собралась со мной обниматься или же меня прикончить, ударом ножом или кинжала в мою незащищенную грудь. Ну, в ответ я, естественно, рефлекснул и, мгновенно развернувшись на каблуках, я дал деру от китаянки, пытаясь, как можно быстрей, вернуться обратно в свою спальню. Но я так и не успел снова скрыться за дверьми малой спальни, просто китаянка вдруг остановилась, замерла на месте, а затем она начала смеяться надо мной мужиком, который испугался слабой женщины. Тут, разумеется, во мне взыграла мужская гордость, я притормозил и на всякий случай, прикрываясь от китаянки круглым дубовым столом, стоявшим в самом центре гостиной, остановился.

   Тут же в помещении гостиной явственно послышалось злобное щипание, напоминавшее мне шипение змей в пору полового созревания. Я быстро сообразил, что это, оказывается, восемь молоденьких китаянок смеялись надо мной, не раскрывая рта. Глубоко обиженная поведением своих товарок, пожилая китаянка вытянулась во фрунт передо мной, начала мне рапортовать. Поначалу я не понял, о чем же она рапортует, только потом до меня стало постепенно доходить понимание того, что же эта пожилая китаянка говорила мне на своем китайском языке. А говорила она мне очень простую вещь о том, что персонал бухгалтерии управляющей компании в полном составе прибыл в Москву, готов приступить к работе в любую минуту!

   Слава Творцу, что в тот момент, помимо меня и этих китаянок бухгалтеров, в гостиной моих апартаментов никого пока еще не было, а то я потерял бы свое лицо, такой большой начальник, а ведет переговоры со своими служащими китаянками, не пригласив на них официального переводчика! В этот момент я почувствовал, что шарики и ролики в моих мозгах начали притираться друг к другу, размеренно работать, а не прыгать из стороны в сторону, как делали до этого момента! В них тут же появилась и промелькнула мысль о том, что вчера в Москву должна была прибыть главный бухгалтер управляющей компании госпожа Линь Нань. К великому моему сожалению, она попросила ее и ее сотрудников не встречать в аэропорту, видимо, не раз бывала к Москве и хорошо знала город!

   Гордая мадам Нань, закончила свой рапорт, тогда я протянул вперед свою

руку, а на английском языке произнес фразу:

   – Welcome aboard in Mоscow! Misses Nyan!

   – Нет, уж, увольте, – тут же завопила пожилая китаянка на отличном русском языке, – я не хочу, господин Ганеев, в великой Москве называться своим китайским именем. В этом великом городе будьте уж так добры называть и обращаться ко мне, как к тетушке Лариса!

   – Очень приятно встретиться с вами и приветствовать вас, уважаемая тетушка Лариса, в нашей Москве! Если вы уж так хотите, чтобы мы назвали вас тетушкой Ларисой, то мы с удовольствием будем это делать! С этого момента и впредь, мадам, вы теперь для всех нас стали, – уважаемой тётушкой Ларисой! В этой связи, уважаемая тетушка Лариса, я бы попросил всех вас несколько по-иному ко мне обращаться, сегодня я для всех вас – господин Руслан Цигурашвили, но не Марк Ганеев! Так что забудьте пока о моем втором имени, а теперь, тетушка Лариса, у вас, наверняка, имеются ко мне какие-либо рабочие вопросы?

   – Да, конечно, Руслан! Мы уже давно готовы отправляться в свой офис, приступить к работе! Но нас никто не встречает, никто не говорит, где этот офис находится?!

   Я на секунду задумался, а не отвезти ли мне самому этих китаянок на работу, но тут же вспомнил о том, что и сам еще не знаю точного адреса особняка, который мы приобрели для размещения в нем управляющей компании, а второй этаж этого особняка мы выделили для китайских бухгалтеров. Тогда я вытащил из кармана куртки свой мобильник, набрал номер мобильного телефона Клавдии. Она сразу же ответила на мой вызов, словно давно его ожидала:

   – Клава, я надеюсь, что ты не очень сильно сейчас занята своими повседневными делами?! Так как мне очень нужна твоя помощь! Нужно помочь девятерым китаянкам добраться до места их работы и там устроиться в помещениях второго этажа особняка? Им нужно помочь с автомобилем, чтобы им они могли бы все вместе добраться до твоего особняка. Там на месте помочь им с решением всех остальных проблем с размещением.

   – Конечно, Руслан, я твоим китаянкам помогу, хотя у меня и своих дел хватает! Через пять минут я готова их встретить в лобби гостиницы и вместе с ними отправиться на работу!

   Из присущей мне вежливости этих девять китаянок я проводил в лобби гостиницы, там некоторое время поболтал с ними. Ожидая появления Клавдии, тетушке Ларисе я успел задать всего лишь один вопрос, касающийся приобретения квартиры для лейтенанта Васькова.

   У того неудачно сложилась женитьба, девушка, которую он любил, вышла за него замуж только для того, чтобы получить московскую прописку. Она родила дочь Леониду, но тут оставила его, уйдя к другому мужику, отставив дочь на руках у Леонида. Пришлось, Васькову вызывать свою мать из деревни, чтобы она кормила и воспитывала эту замечательную девчушку. Вот уже три года они втроем живут в малой комнатушке милицейского общежития, в которой могли разместиться только две койки, два стула и столик под телевизор. Вчера Леонид в разговоре со мной попросил меня дать ему в долг немного денег, чтобы он мог бы на них купить малогабаритную квартиру, поселить в нее свою мать и малолетнюю дочь.

   Денег на квартиру мне было не жаль, мог бы хорошему человеку дать столько, сколько ему было нужно. Но в разговоре с ним мне показалось, что Васьков, хотя у меня проработал всего лишь неделю заслуживает большего. Он должен был получить квартиру или ее приобрести на безвозвратную ссуду денег. Но вчера я еще не знал ответа на этот его вопрос, как ему получить такую ссуду на квартиру. Когда я с большим трудом, сумел тетушке Ларисе растолковать сложившую ситуацию, в которой не по своей оказался несчастный Леонид Васьков с дочерью и матеррью, то старая китаянка посмотрела на меня широко раскрытыми глазами и сказала:

   – Если ты, Руслан, не против того, чтобы финансово помочь своему Леониду в приобретении квартиры, то пускай он ко мне придет, я с ним обговорю все вопросы предоставления безвозвратной ссуды на приобретение квартиры. Затем мы составим договор на эту сумму кредита и его подпишем. Если он этого захочет, то мы сами, я вместе со своими девушками, подберем ему приличную квартиру на троих жильцов.

   К этому моменту к нам в лобби спустилась Клава, оказывается она уже успела познакомиться с тетушкой Ларисой и, больше не обращая на меня внимания, приняла китаянок под свое командование. Я же развернулся, решил, вернуться в свой номер. Там я собирался разбудить Веруню, чтобы с ней позавтракать в нормальной обстановке, без излишней суеты и спешки.

   Веруня много раз мне говорила о том, что ей хочется вместе со мной когда-нибудь провести целый день. На сегодня у меня было запланировано всего лишь две вещи, которые я не мог отменить или изменить, так как все было обговорено уже заранее. Мне нужно было встретиться и поговорить с полковником Моревым, который вращался в высших кругах российской разведки. В недавнем прошлом он работал заместителем начальника управления в Первом Главном Управлении КГБ СССР. Вчера, когда я ложился спать, то мне внезапно позвонил Звонарев, и сказала, что ему только что звонил Почтарь. Тот, наконец-то, получил всю требуемую информацию по офисному зданию, которое был готов нам продать его владелец и которое могло бы нас заинтересовать.

   Таким образом, расписание сегодняшнего дня, несмотря на то, что сегодня было воскресением, начинало приобретать черты обыкновенного дня рабочей недели. Сразу же после семейного завтрака, мне предстояло встретиться с Игорем Сергеевичем Моревым, затем я должен был посетить новый офис "Русских Медведей, где провести встречу и переговоры о возможном приобретении офисного здания для нашей госкорпорации. Завершить этот день я предполагал совместным ужином со стариком Мовсаром, на котором мы должны подтвердить наши предварительные договоренности по лидерству или старшинству в московском криминальном сообществе и об участии старика Мовсара в нашем проекте по госкорпорации. Я подумал и о том, что мне нужно было бы переговорить с Борисом Фридманом, узнать, как продвигаются дела по конструированию фронтового истребителя, о котором мы с ним говорили пару дней назад. Еще в том разговоре мы с Борисом договорились, что тот проект станет проектом-пилотом всей нашей госкорпорации. Как только будут собраны первые две опытные модели этого фронтового истребителя, мы покажем их Президенту.

   Моя Веруня, словно королева, поднялась на ноги из постели и, не стесняясь продемонстрировать мне свои прелести, принялась неторопливо одеваться перед большим зеркалом. Никогда прежде я не испытывал ничего подобного, когда, лежа в постели, наблюдал за тем, как это мое неземное существо подбирало себе трусики, колготки, бюстгальтер. Одев тот или иной предмет дамского туалета на себя, Веруня долго обдумывала, подходит ли ей та или иная вещь и лишь только затем принимала окончательное решение, будет ли она сегодня носить юбочный костюму или снова полезет в джинсовые штаны, которые ее так обтягивали, что любо дорого было смотреть! Этот шикарный процесс одевания заканчивался, как могло бы показаться со стороны, одним и тем же результатом, на моей девчонке оказывалась или черная юбка с белой блузкой и приталенным жакетом, или простой джинсовый костюм, как вечерний туалет дамы высшего света.

   Мои проблемы и трудности начинались чуть позже!

   Ну, как бы вы не старались мне объяснить, я никогда не мог этого понять, хорошо, я согласен, что черный мужской костюм неплохо гармонирует с черной юбкой твоей дамы. Ну а причем здесь синий галстук под цвет туфель своей супруги?! Почему галстук к твоему мужскому костюму должен каким-либо образом гармонировать или контрастировать с ее блузкой или шарфиком?! На этот раз мне не пришлось спорить с Веруней и что-то ей доказывать, она просто достала из гардероба мой джинсовый костюм и бросила его мне на постель. Через минуту мы оба были готовы выйти на люди. Машинально я посмотрел на настенные часы и внутренне ахнул, такого еще не случалось, чтобы ровно в семь часов утра мы вдвоем шли на завтрак в ресторан.

   Разумеется, наш совместный проход по гостиничным коридорам не прошел незамеченным! Слишком уж много охранников Виктора Путилина в этот час утра обходили дозором свои владения. Увидев меня и Веруню, они от великого удивления негромко присвистывали, замирали на месте и легким наклоном головы приветствовали наш проход. Веруня же в ответ им всем говорила:

   – Здравствуйте, мальчики! – И делала легкий книксен.

   Я же кивал своей головой, принимая невероятные усилия для того, чтобы не выдать своей улыбки при виде этих так хорошо знакомых, но остолбенелых лиц! Система охраны гостиницы снова продемонстрировала ее приспособленность и готовность к самым невероятным ситуациям. Мы с Веруней не успели подойти к лифтам нашего шестого этажа, как в коридоре шестого этажа уже появился Виктор Путилин. Первым делом он протянул Веруне букет белых роз, коснулся губами ее щечки и, укоризненно посмотрев мне в глаза, коротко пожал мне руку.

   – Не будут, господа, возражать, если бы я к вам присоединился бы на завтрак?!

   Разумеется, никаких возражений по этому поводу у нас и в мыслях не было, поэтому мы с Веруней единогласно решили расширить рамки семейного завтрака, пригласив на него Виктора Александровича! В нашей современной жизни всегда так и случается, хорошая новость всегда сменяется плохой новостью. Не успели мы с Веруней от души порадоваться встречей с Виктором Путилиным, его решению с нами вместе позавтракать, как в том же самом гостиничном коридоре практически через пару шагом мы, уже втроем, натыкаемся на темную личность, на старика Мовсара. Я очень много слышал о том, что, если бы он не сделал бы криминальной карьеры, то ему была бы гарантирована карьера театрального актера трагического плана!

   Этот мерзавец, на наших же глазах разыграл одну небольшую интермедию. При виде нашей веселой компании он, как бы в восхищении от увиденного, то есть Веруни, вздергивает обе руки кверху и на секунду от переполняющего его счастья замирает на месте. В этот момент из одной его рук на ковровую дорожку падает маленький поэтический сборник Омара Хайяма, старик Мовсар в этой связи негромко и смущенно произносит одну великолепную театральную фразу:

   – Надеюсь, господа, вы не будете возражать, если я присоединюсь к вашей компании, чтобы вместе с вами позавтракать? -

   Он произнес эту свою треклятую фразу именно в тот момент, когда мне как самому молодому в нашей компании нужно было нагнуться и поднять томик Омара Хайяма. Иными словами, я должен был пару минут помолчать. Поэтому попросту не успел вставить свое слово о том, что вечером у нас должен состоятся ужин, на котором мы обязательно встретимся и обговорим все сложные вопросы по нашему сотрудничеству. Подняв с пола этот томик Омара Хайяма и передавая его т Мовсару, я вдруг услышал голос моей Веруни, который мирно и учтиво произнес:

   – Да, разумеется, Реваз Автандилович, мы будем только рады тому, если вы к нам присоединитесь! – Вежливым, но твердым голосом произнесла она.

   Тонкий расчет старика Мовсара мгновенно оправдался. Услышав эти слова приглашения, произнесенные моей любовью, старикашка злобно улыбнулся мне в ответ. Он получил свое, много мне не обещая, но и ничего не требуя с меня в ответ.

   Путилин же сначала рукой помассировал свое сердце, а затем схватился за свой наручный браслет, начал что-то быстрым шепотом в него наговаривать. Когда мы уже спустились лифтом в лобби и подошли к дверям большого ресторана, то его двери уже были плотно закрыты. Рядом с ними стояли два автоматчика с автоматами наперевес и в полном снаряжении бойцов спецназа. Двое других охранников имели в руках рупоры, через которые информировали постояльцев о том, что ресторан закрыт по техническим причинам. Они также пытались убедить собравшуюся публику идти завтракать в ресторан, расположенный на втором этаже гостиницы.

   Я хорошо помнил, что тот ресторанчик имел всего лишь десять посадочных мест, так как вчера в нем позавтракал вместе со стариком Мовсаром. Поэтому не понимал, как постояльцы всей гостиницы могут позавтракать в том месте?! Этот вопрос я пару раз задал и своему другу, Путилину, которому вскоре этим настолько надоел, что Виктор Александрович не выдержал и, слегка вспылив, мне посоветовал:

   – Ты, что, Руслан, ничего не понимаешь, что может произойти с этим вашим чертовым завтраком? Когда за один стол в уважаемой московской гостинице сядут два уважаемых воровских авторитета, один из которых смотрящий за Москвой?! А второй злодей, охотящийся за властью во всем уголовном мире России! Вчера вы как бы случайно позавтракали вместе, а мне пришлось целый день убеждать паханов и авторитеты, что это была ваша случайная встреча! А знаешь ли ты, что после вчерашнего завтрака Эммануил Донской куда-то срочно уехал на своем бронированном Мерседесе, с тех пор о нем ничего не известно. Фома Иерихонский пока еще иерихонится, сохраняет на своем лице хорошую мину при плохой игре, повсюду треплет языком, что ему сам черт не страшен. Но, клянусь, что после сегодняшнего завтрака он на несколько дней, как и Эммануил Донской, исчезнет из Москвы.

   – Ходя Хованский после происшествия на Ленинском проспекте не покидает свой Томск, превращая город в неприступную крепость, готовясь к уличным боям с неизвестным противником. Может быть, ты, Руслан, знаешь, кто будет его этим противником? С тех пор, как Ходя Томский скрывается, на улицах Москвы появились и пытаются хозяйничать десятки других бандбригад из Сибири и Дальнего Востока. Твои пакистанские девчонки своих инструктором начали обучать, как надо воевать в горах на высотах в четыре тысяч метров. Да, между прочим, ты, Руслан, когда, где и против кого ты собираешься бросить их в дело, я, возможно, тогда своих парней заранее предупрежу о том, чтобы они не выходили из дома!

   – Ты, Руслан, шаг за шагом берешь криминальную власть в свои руки в Москве, а меня спрашиваешь, что может произойти из-за этого вашего чертова завтрака. Да, старик Мовсар старается, как можно крепче за тебя удержаться, что не оказаться в стороне от основных событий! Руслан, а ты мне постоянно жалуешься на то, что он не ответил на твой вопрос? Об одном я хочу тебя попросить, Марк или Руслан, не дай разгореться криминальной войне, не устраивай показательных стрельб в моей гостинице, оставь живым старика Мовсара, он тебе еще пригодится!

   Не ожидал я такой вспыльчивости от своего друга, Путилина, долго смотрел ему в спину, размышляя о том, прав ли он или не прав в этих своих выводах. Да, Виктор Александрович умный человек и в чем-то он был прав, но вот власти, воровская власть в Москве мне была не нужна! Веруня взяла меня за рукав и потянула меня за собой, к дверям, ведущим в ресторан. Она была рядом со мной, когда говорил Путилин, но она на его слова практически не обратила внимания. Сейчас ее больше занимал протокол оформления завтрака, кто и на каком месте должен был сидеть за нашим столом, о чем должен будет наш разговор?!

   – Руслан, – вдруг она прошептала мне на ухо, – ведь ты слышал о том, что моя группа только что зарегистрировала свою собственную рекламную компанию. Ты позволь мне, как директору этой компании, принять участие в рекламе этого вашего завтрак. Мы попробуем обзвонить городские редакции газет и журналов, а также дирекции новостей телеканалов об вашем завтраке. Я только приглашу тех своих мальчиков Жору и Митю, они всю эту работу и проделают. Я же все это время буду рядом с тобой, присматривать за тем, чтобы ты за разговором не наговорил бы много глупостей!

   – Хорошо, я согласен, но эти твои сотрудники должны показать все свое мастерство работы с журналистами. Те не должны говорить о назревающей криминальной войне, о том, кто есть, кто в этой войне. Нужно найти такие выразительные средства, чтобы обыватели не боялись воровских авторитетов, занявшихся реальным бизнесом. Словом, если ребята справятся с этим заданием, тоя подумаю, как оплатить эту их работу и каким будет их следующее задание.

   В зале ресторана горел верхний свет, так как все его окна были плотно задраены железными жалюзи и потными гардинами. В двух противоположных друг другу углах ресторана стояли два крупнокалиберных пулемета на треногах и с боевыми расчетами. Старик Мовсар уже расхаживал по этому залу, пытаясь завязать беседу с пулеметчиками, что-то им горячо объясняя.

   Один единственный стол был выдвинут в центр зала, он был сервирован на четыре человека. Когда мы расселись за этим столом, то оказалось, что я сижу строго напротив старика Мовсара, рядом со мной сидел Путилин, который с теплой улыбкой на губах посматривал на мою Веруню, которая сидела рядом с Мовсаром. Девчонка развлекала его легкой беседой об октябрьской погоде. Как бы между делом девчонка у старика поинтересовалась:

   – Скажите, уважаемый Реваз Автандилович, а куда это пропал Ходя Томский со своими томскими сорвиголовами?

   Не могу сказать о том, что Веруня этот вопрос задала вовремя, но им она попала в десятку, в самый центр мишени. Старик Мовсар от него закашлялся и ему потребовалось минут десять, чтобы окончательно откашляться, а Веруня к этому времени успела забыть о том, что она задавала такой вопрос! Зря старик Мовсар очень обрадовался тому, что ему так не пришлось отвечать на этот не очень-то приятный вопрос. Только старик не знал того, что я всего этого кошмара так и не забыл!

   Еще до начала завтрака в зале ресторана появились первые репортеры, которых, как говорится, ноги кормят. Причем в отличии от вчерашнего дня их было очень много. Убедившись собственными глазами в том, что встреча двух авторитетов, борющихся за власть в уголовном мире Российской Федерации, продолжается, что старик Мовсар сумел сформировать переходную коалицию! Эти волки-репортеры к такому выводу пришли, исходя из одной простой вещи, по их мнению, два таких крупных криминальных авторитета, в равной степени ненавидящие друг друга, не сядут просто так за один стол, чтобы только вместе позавтракать.

   Волки-репортеры тут же рысью понеслись в свои редакции писать статьи и очерки по этому случаю. В нашем же ресторане прибывшие вскорости фотографы и съемочные группы принялись наш столик обстреливать со всех сторон и со всевозможных ракурсов. Один идиот фотограф почему-то полез на люстру, висевшую прямо над нашими головами и, разумеется, оттуда сверзился на пол ресторана, переломав себе обе ноги. Съемочные группы были настоящими хозяевами положения, они никуда не торопились. Они попытались даже меня и старика Мовсара сделать своими безмолвными статистами. Один молоденький продюсер, сладенький такой мальчик, во время съемки вдруг подлетел ко мне и резко потребовал:

   – Эй, деревенщина, по протоколу ты не в той руке держишь вилку, поменяй ее местами с ножом, бестолочь ты эдакая!

   Я аж взвинтился в воздух! И если бы не улыбающаяся Веруня, то я оба свои израильские "Desert Eagles" разрядил бы в лицо этому сладенькому продюсеру. Веруня поплотнее прижалась ко мне, и тихо на ухо прошептала:

   – Не стреляй из пистолетов, любимый! Этот паренек подает большие надежды на нашем телевидении. Со временем он может стать настоящей телезвездой. Еще немного времени, вскоре о нем, о его творениях будет писать наша российская пресса!

   Все еще раздосадованный происходящим беспределом в зале ресторана, я свою Веруню еще плотнее прижал к своей груди. В этот момент я увидел Жору, который с умным видом, что-то доказывал Мите! У меня подозрительно защипали ресницы, я начал медленно соображать о том, кто же был истинным виновником такого журналистского беспредела. Незаметно от Веруни я этих мальчишек поманил к себе пальчиком! Опять-таки незаметно для других эту сладкую парочку я вывел из зала ресторана и повел их в бар. Там нам предстоял очень серьезный разговор с этими хулиганами от рекламы!

Глава 8

1

   Когда полковник Игорь Сергеевич Морев из Первого Главного Управления пришел к нам работать, став одним из заместителей начальника нашего управления, то с первой же встречи он нам всем понравился. В отличии от других заместителей руководителя нашего управления он имел аналитический характер ума, целеустремленно решал поставленные перед ним задачи, а главное не торопился с принятием поспешных, скоропалительных решений. Всегда учитывал наше мнение при решении тех или иных вопросов разведывательного характера. Он пришел к нам из так называемого высшего эшелона разведчиков аристократов, которые поставленные перед ними задачи в основном решали кабинетным способом, умственным напряжением! Мы же оперативники в отличии от аристократов свою информацию добывали оперативной методикой, с высунутым от усердия языком прочесывая все задворки правительственных зданий в поисках того или иного фактора.

   Когда во время командировки меня арестовало КГБ Армянской ССР и без суда и следствия продержало меня в камере одиночке три дня, то полковник Морев был первым, кого я встретил за тюремными воротами в Ереване. Он же помог мне вернуть оба пистолета Desert Eagle, сказав:

   – Вы, парни, наше последнее слово в системе доказательств тех или иных фактов нашей работы на службе родине. Очень многие наши начальники не хотели бы верить тому, что мы им готовим, и нашу информацию, наверняка, они спускали бы на тормозах, если бы в бумагах мы ссылались бы только на свое мнение. Но, как только мы говорим, что тот или иной факт проверен на основании вашей работы, то наше руководство тут и же и безоговорочно снимает свои возражения!

   Но со временем Игорь Сергеевич Морев сумел-таки преодолеть этот барьер, разделявший аристократов аналитиков с оперативниками, тем самым завоевать еще большее наше уважение, продолжая успешно возглавлять свой сектор операций.

   Когда я ему позвонил первый раз, то полковнику я представился, как подполковник Оленин из бывшего пятого главного управления, то Игорь Сергеевич слегка задержался с ответом на мою просьбу о встрече, он явно не очень хорошо помнил подполковника Оленина. Кегебэшники всегда остерегались встречаться, общаться с людьми, которых они плохо знали или не были с ними должным образом знакомы. Но в своем телефонном разговоре я, видимо, сумел затронуть какие-то его внутренние чувств, он явно начал колебаться по этому вопросу и тогда я ему сказал:

   – Игорь Сергеевич, мне очень нужно с вами встретится, чтобы решить некоторые срочные вопросы, от которых зависит честь и достоинство моих погибших друзей, военнослужащих вооруженных сил России! Только вы и ваша организация обладает достаточной информацией, чтобы мне посоветовать, как нам поступать в тот или иной ситуации?! В настоящий момент мы готовы применить силу и наказать изменников родины, поправшие честь и достоинство, а также нечестную гибельна поле боя пятнадцати российских военнослужащих!