Текст книги "Анатомия Меланхолии"

Автор книги: Роберт Бертон

РАЗДЕЛ ВТОРОЙ

ГЛАВА ПЕРВАЯ

«Бессмысленно рассуждать о лечении болезни или размышлять о средствах против нее, прежде чем мы не приняли в соображение ее причины» – так рассуждает Гален, предписывая лекарство от глаукомы[1093]1093
  Primo Artis curativae. [Первоначальные правила ухода <за больным>.]


[Закрыть]; да и совместный опыт всех других подтверждает ту истину, что до тех пор, пока не исследованы причины, всякие попытки лечения неизбежно будут несовершенны, неудачны и тщетны, – как справедливо замечает в своем трактате de atra bile [о черной желчи], адресованном кардиналу Цезию[1094]1094
  Nostri primum sit propositi affectionum causas indagare; res ipsa hortari videtur, nam alioqui earum curatio manca et inutilis esset. [Пусть нашей первой целью будет исследование причин болезней. Этого, судя по всему, требует само состояние пациента, ибо в противном случае лечение будет несовершенным и неэффективным. <Проспер Кален. Paraphrasis in lidrum Galeni de inaequali intemperie (1538). Эти слова были обращены Каленом к страдавшему от меланхолии кардиналу Цезию. – КБ.>]


[Закрыть]{957}, Проспер Кален. Это настолько важно, что Фернель считает «своего рода необходимостью выяснение причин, без чего невозможно излечить или предупредить любого рода заболевания[1095]1095
  Path. lib. I, cap. 11. [<Фернель. De Universa medicina (1577).> Патология, кн. I, гл. 11.] Rerum cognoscere causas, medicis imprimis necessarium, sine qua nec morbum curare, nec precavere licet.


[Закрыть]. Эмпирики могут ее, конечно, облегчить и чем-то помочь, но не искоренить ее полностью; sublata causa tollitur effectus, как гласит поговорка, – стоит лишь устранить причины, и последствия сами собой исчезнут. Но, признаюсь, труднее всего уметь распознавать причины, в чем их источник, и при таком разнообразии проявлений болезни сказать, с чего это началось[1096]1096
  Tanta enim morbi varietas ac differentia ut non facile dignoscatur, unde initium morbus sumpserit. – Melanelius, e Galeno. [Меланелий, из <сочинения>Галена.]


[Закрыть]. Поистине счастливец тот, кто способен сделать это как следует[1097]1097
  Felix qui potuit rerum cognoscere causas. [Счастливы те, кто вещей сумел познать основы. <Вергилий. Георгики, II, 490, пер. С. Шервинского.>]


[Закрыть]. Я все же рискну установить их настолько близко, насколько это в моих силах, и вскрыть их все от первой и до последней, как общие, так и частные, и притом для каждого из видов, дабы их можно было таким образом лучше описать.

Общие их причины либо сверхъестественные, либо естественные. Сверхъестественные – от Бога и Его ангелов или, с Божиего соизволения, от дьявола и его прислужников. Тому, что сам Господь ее причиной – в наказание за грехи и для удовлетворения Его справедливости, – есть много примеров и свидетельств в Святом Писании; они красноречиво нам показывают, что «безрассудные страдали за беззаконные пути свои и за неправды свои» (Пс. 107, 17); Гиезий был поражен проказой (4 Цар. 5, 27); Иорам – дизентерией, кровавым поносом и еще тяжким заболеванием всех внутренностей (2 Цар. 21, 15); Давид был наказан за то, что велел исчислить свой народ (1 Цар. 21), а Содом и Гоморра были поглощены. И эта болезнь была обозначена особо: «Он смирил сердце их работами» (Пс. 107, 12); «Поразит тебя Господь сумасшествием, слепотою и оцепенением сердца» (Втор. 28, 28); «А от Саула отступил Дух Господень, и возмущал его злой дух от Господа»[1098]1098
  Sam. [Сам. <16, 14>.]


[Закрыть]{958}; Навуходоносор «ел траву, как вол», и «сердце его уподобилось звериному»[1099]1099
  Dan. [Дан. .]


[Закрыть]. Предания язычников изобилуют такого рода возмездиями. Ликург был ввергнут Вакхом в безумие за то, что рубил в своем государстве виноградную лозу; то же самое произошло с Пенфеем и его матерью Агавой, не пожелавшими сделать жертвоприношение богу{959}; на цензора Фульвия, снявшего черепицу, покрывавшую храм Юноны, дабы покрыть ею выстроенный им новый храм, посвященный Фортуне[1100]1100
  Lactant. Instit. lib. 2, cap. 8. [Лактанций. Божественные установления, кн. II, гл. 8.]


[Закрыть]{960}, «было наслано безумие; горе и душевные муки свели его вскоре в могилу»[1101]1101
  Mente captus, et summo animi moerore consumptus. <Лактанций. – КБ.>.


[Закрыть]. Когда Ксеркс вознамерился ограбить храм Аполлона в Дельфах и завладеть его несметными сокровищами, с неба раздался ужасный удар грома, который поразил насмерть четыре тысячи человек, а остальных вверг в безумие[1102]1102
  Munster. Cosmog. Lib. 4, cap. 43. [Мюнстер. Космография, кн. IV, гл. 43.] De caelo substernebantur, tanquam insani de saxis praecipitati, etc.


[Закрыть]. Немного позднее нечто подобное произошло и с Бренной{961}: молния, гром, землетрясение – и все это вследствие такого же святотатства[1103]1103
  Livius, lib. 38 [<Тит> Ливий, кн. XXXVIII.]


[Закрыть]. Если мы можем доверять нашим католическим авторам, они повествуют нам о множестве странных и чудовищных наказаний такого же рода, навлекаемых на людей их святыми. О том, например, как Хлодвиг, сын Дагоберта, бывший одно время французским королем, лишился рассудка за то, что он сорвал покров с тела Св. Дени[1104]1104
  Gaguin. Lib. 3, cap. 4. [Гагуин. Кн. III, гл. 4.] Quod Dionysii corpus discooperuerat, in insaniam incidit. <Речь идет о Хлодвиге II, умершем в 675 году; он будто бы открыл саркофаг с телом святого и взял часть находившегося там оружия. – КБ.>


[Закрыть], и как один француз, попытавшийся было совершить святотатство, похитив серебряное изображение Св. Иоанна в Биргбурге, впал неожиданно в неистовство и стал терзать и раздирать собственное тело[1105]1105
  Idem, lib. 9, sub Carol. 6. Sacrorum contemptor templi foribus effractis, dum d. Joannis argenteum simulachrum rapere contendit, simulachrum aversa facie dorsum ei versat, nec mora, sacrilegus fit mentis inops, atque in semet insaniens in proprios artus desaevit. [Там же, кн. IX, о Карле VI. В то время как осквернитель, распахнув двери храма, попытался схватить серебряный образ Св. Иоанна, статуя, взглянув в сторону, повернулась к нему спиной, и в тот же миг святотатец, утратив рассудок и впав в неистовство, стал в ярости увечить самого себя. <Это произошло при французском короле Карле VI, умершем в 1422 году; Бурбург (так правильно) расположен подле Дюнкерка.>].


[Закрыть]; или еще о лорде Рэдноре, который, возвратясь поздно ночью с охоты, поместил своих собак в церкви Св. Эвана (Ллана Эвана, как они его называют), а пробудясь рано поутру и, как это в обычае у охотников, отправясь проведать собак, обнаружил, что все они впали в бешенство, а сам он тут же неожиданно ослеп[1106]1106
  Giraldus Cambrensis, lib. I, cap. 1 Itinerar. Cambriae. [Гиральд из Камбре. Путешествие по Камбрии, кн. I, гл. 1.].


[Закрыть]; или еще об армянском короле Тирдате[1107]1107
  Delrio, tom. 3, lib 6, sect. 3, quaest. 3. [<Мартин> Дельрио. КБ>, том 3, кн. VI, раздел 3, вопрос 3.


[Закрыть]{962}, который, после совершенного им надругательства над святыми монахинями был наказан подобным же образом, утратив рассудок. Впрочем, поэты и паписты не уступят друг другу в сочинении небылиц, предоставим, однако, им самим восстанавливать свою репутацию; но, что бы они ни напридумали о своих Немезидах и о своих святых, или о том, в какой обман может ввести дьявольское наущение, мы убеждаемся в истинности слов ultor a tergo Deus[1108]1108
  <…Deus. – Сенека. Геркулес безумный, 385.>


[Закрыть], что «Он – есть Бог отмщения»[1109]1109
  Psal. XLIV, 1. [Пс. XLIV.]


[Закрыть], как характеризует Его Давид, и что наши вопиющие грехи – вот что навлекает на голову нашу эту и множество других болезней; что с помощью Своих ангелов Он может сражать и исцелять (говорит Дионисий{963}) любого, кого пожелает[1110]1110
  Lib. 8, cap. De Hierar. [Кн. VIII, гл. о противоядиях.]


[Закрыть], что Он может мучить нас с помощью созданных им Солнца, Луны и звезд, они для него орудия, говорит Занчи, коими Он пользуется, как земледелец своим топором. Град, снег, ветры и прочее. – Et conjurati veniunt in classica venti[1111]1111
  Claudian. [Клавдиан. ]


[Закрыть] [И все ветры сообща врываются по звуку трубы], как во времена Иисуса и как при царствовании фараонов в Египте{964}; они словно многочисленные исполнители Его правосудия. Он способен унизить самых гордых и заставить их воскликнуть, подобно Юлиану Отступнику: Vicisti, Galilae [О, Галилеянин, ты победил!{965}], или вместе со священником храма Аполлона у Хризостома[1112]1112
  De Babila Martyre. [О Вавиле Мученике.]


[Закрыть]{966}: O, caelum! O terra! [О небо! О земля!] unde hostis hic? [Откуда надвигается этот враг?] и взмолиться вместе с Давидом, признавшим Его власть: «Я изнемог и сокрушен чрезмерно; кричу от терзания сердца моего» (Пс. 38, 9); «Господи! Не в ярости Твоей изобличай меня, и не во гневе Твоем наказывай меня» (Пс. 38, 1); «Дай мне услышать радость и веселие, и возрадуются кости, Тобою сокрушенные» (51, 10); «Возврати мне радость спасения Твоего, и Духом владычественным утверди меня» (Пс. 51, 14). Похоже именно поэтому Гиппократ[1113]1113
  Lib. 7 cap. 5, Prog. [Кн. VII, гл. 5, Prognosticon.]


[Закрыть] настаивал на том, чтобы врач прежде всего выяснил, не происходит ли болезнь от божественной сверхъестественной причины, или же она протекает естественным путем. Но поскольку позднее в дальнейшем этот вопрос рассматривали Франсиско Валезий, de sacr. philos. cap. 8 [о священной философии, гл. VIII <это сочинение – комментарий к «Прогностикону» Гиппократа. – КБ>], Фернель[1114]1114
  Lib. I, de abditis rerum causis. [Кн. I, о скрытых редких причинах <1577>.]


[Закрыть] и Ю. Цезарь Клавдиан[1115]1115
  Respons. med. resp. 12. [Медицинские ответы и консультации, 12.]


[Закрыть], то я вас и отсылаю к ним для уяснения, как именно следует понимать это место у Гиппократа. Парацельс придерживается мнения, что подобные душевные болезни (ибо он называет их именно так) следует и лечить духовными средствами и никак не иначе. Обычные средства в таких случаях не помогут: Non est reluctandum cum Deo [Никто не в силах бороться с Богом]. Когда Геркулес, этот покоритель чудовищ, одолел всех олимпийцев, последним с ним сразился сам Юпитер, принявший другой облик; исход единоборства оставался неясен, пока, наконец, Юпитер не обнаружил себя, и тогда Геркулес уступил{967}. Сопротивляться высшим силам бесполезно. Nil juvat immensos Cratero promittere montes [Тщетно сулить золотые горы Кратеру{968}] – тут уж врачи и лекарства совершенно бессильны, «нам должно покориться могучей руке Господа, признать свои проступки и воззвать к его милосердию»[1116]1116
  I Pet. V, 6. [1 Пет. 5, 6. <В синодальном переводе: «Итак смиритесь под крепкую руку Божию, да вознесет вас в свое время».>]


[Закрыть]. Если Он поражает нас, una eademque manus vulnus opemque feret [Ибо в единой руке – раны и помощь от ран{969}], как это происходило с теми, кто был ранен копьем Ахилла{970}; только Он один должен помочь, в противном случае наша болезнь неисцелима и нет нам утешения.

Насколько далеко простирается власть духов и демонов и могут ли они быть причиной этой или любой другой болезни – вопрос серьезный и заслуживающий отдельного рассмотрения; с целью лучшего его понимания я позволю себе краткое отступление касательно природы духов. И хотя этот вопрос очень неясен и, согласно Постелю{971}, «полон противоречий и двусмысленностей»[1117]1117
  Lib. I cap. 7, de orbis concordia. In nulla re major fuit altercatio, major obscuritas, minor opinionum cocordia, quam de daemonibus et substantiis separatis. [ Кн. I, гл. 7, о всемирном согласии. Ни по одному вопросу нет больших расхождений, большей неясности и меньшего согласия, нежели по вопросу о демонах и «отдельной субстанции».]


[Закрыть], недоступных человеческому постижению, fateor excedere vires intentionis meae; признаюсь, я не в силах это понять, говорит Августин[1118]1118
  Lib. 3 de Trinit., cap. 1. [Кн. III, о Троице, гл. 1.]


[Закрыть], finitum de infinito non potest statuere [ибо конечному не по силам судить о бесконечном]; мы можем скорее вместе с Туллием решить (De nat. deorum [О природе богов]), quid non sint, quam quid sint [чем они не являются, нежели что они такое на самом деле], наши утонченные ученые – карданы, скалигеры, глубокомысленные томисты, Fracastoriana et Ferneliana acies [проницательные фракасторианцы и фернелианцы{972}] рассматривают эти тайны неосновательно, бесстрастно, невразумительно, неполно, а у всех наших смышленнейших умов глаза сразу становятся, как у совы при свете солнца, тусклыми и словно восковыми; они не способны это постичь; и тем не менее, как и обо всем прочем, я попытаюсь что-то сказать и по этому поводу. В прежние времена, как мы об этом читали (Деян. 23), саддукеи отрицали существование подобного рода духов – дьяволов или ангелов{973}. Такого мнения придерживались и врач Гален, перипатетики и даже сам Аристотель, как решительно утверждает Помпонацци{974}, а Скалигер в какой-то мере допускает их существование{975}, хотя иезуит Дандин в своих Com. in lib. 2 de anima [Комментариях к кн. II о душе] упорно это отрицает; substantiae separatae [абстрактные существа] и бесплотные духи – это то же самое, что христиане именуют ангелами, а последователи Платона – дьяволами, ибо у них, замечает Юлий Поллукс{976}, все подобного рода существа называются daemones [демонами], будь то хорошие ангелы или порочные (Onomasticon, lib. I, cap. 1 [Ономастикон, кн. I, гл. 1]). Эпикурейцы и атеисты в целом придерживаются того же мнения, потому что никогда их не видели. Платон, Плотин, Порфирий{977}, Ямвлих{978}, Прокл{979} настойчиво утверждают вслед за Трисмегистом, Пифагором и Сократом, что нисколько не сомневаются в их существовании{980}, как, впрочем, и стоики, хотя последние во многом и отклоняются от истины. Что касается их первоначального возникновения, то талмудисты говорят, что у Адама, до его брака с Евой, была жена по имени Лилит, от которой у него будто бы родились дьяволы[1119]1119
  Pererius in Genesin, lib. 4, in cap. III, V, 23. [<Бенедикт> Перерий. КБ.> Кн. IV, относительно гл. 3, 5, 23.]


[Закрыть]{981}. Россказни турецкого Корана на сей счет столь же нелепы и смехотворны[1120]1120
  См. Strozzius Cicogna, Omnifariae mag. lib. 2, cap. 15, Jo. Aubanus, Bredenbachius. [Строцци Чиконья. Всевозможная магия, кн. II, гл. 15. Иоганн Обан Богемский, Бернард Бреденбах.]


[Закрыть]{982}, однако, как уведомляет нас, христиан, Святое Писание, Люцифер, их глава, был низвержен с небес вместе со своими сторонниками в наказание за свою гордость и честолюбие[1121]1121
  Angelus per superbiam separatus a Deo, qui in veritate non stetit. – Austin. [Ангел, отпавший от Господа из гордости и разминувшийся с истиной. – Августин.]


[Закрыть]; сотворенный Господом, помещенный на небесах и бывший некогда ангелом света, он низринут ныне в самые низшие пределы подлунного мира, или, иными словами, – в Ад, и Господь, «связав его узами адского мрака, предал блюсти на суд для наказания» (2 Пет. II, 4). Существует нелепое мнение, которое вместе с Тертулианом и философом Порфирием поддерживает и М. Тирий{983} (ser. 27 [проповедь 27]). «Существа, – говорит он, – коих мы именуем ангелами или дьяволами, это не что иное, как души преставившихся, которые либо из любви и сострадания к своим еще живущим друзьям помогают им и принимают в них участие, либо же преследуют своих врагов, коих ненавидели при жизни»[1122]1122
  Nihil aliud sunt daemones quam nudae animae quae corpore deposito priorem miserati vitam, cognatis succurrunt commoti misericordia, etc.


[Закрыть]; так Дидона, например, грозилась преследовать Энея:

 
Omnibus umbra locis adero: dabis, improbe, paenas
 
 
[…когда же тело с душою
Хладная смерть разлучит, – с тобою тень моя будет{984}].
 

По мнению же других, этим существам предназначено высшими силами хранить и защищать людей со дня их рождения либо же наказывать, если тому есть причина; римляне называли их boni и mali genii, то есть добрыми и враждебными гениями, а стоики – героями и ларами, если эти духи были благими, а если злобными, то лемурами или бесами; Апулей называет их правителями стран, людей и городов: Deos apellant qui ex hominum numero juste ac prudenter vitae curriculo gubernato, pro numine, postea ab hominibus praediti fanis et ceremoniis vulgo admittuntur, ut in Aegypto Osyris[1123]1123
  De Deo Socratis. [<Апулей.> О божестве Сократа. <Апулей считал, что «демоны по роду своему – существа одушевленные, по способностям – разумные, способные ощущать, тела у них воздушные, а по длительности существования – вечные». Цитату Бертон приводит по сочинению Чиконьи. – КБ.>]


[Закрыть] [Они именуют божествами тех смертных, что при жизни были справедливы и мудры; таких они посмертно обожествляли, воздвигали им храмы и совершали в их честь обряды, как Осирису{985} в Египте]. Капелла{986} зовет их praestites [хранителями], «оберегающими обычных людей точно так же, как и королей». У Сократа был свой daemonium saturninum et igneum [сатурнический и огненный домашний дух], который, как полагают последователи Платона, лучше всех прочих ad sublimes cogitationes animum erigentem [располагает разум к возвышенным размышлениям], а у Плотина – свой; а у нас – христиан – свои ангелы-заступники, как считает много об этом писавший Андреа Виторелли{987}, а также иезуит Лодовик де ла Серда{988}, посвятивший этому многотомный трактат de Angelo Custode [об ангелах-хранителях], Занчи и некоторые богословы. Но этот нелепый догмат Тирия пространно опровергает Прокл в своей книге de anima et daemone [о душе и дьяволе].

Христианин Пселл[1124]1124
  Он прожил после этого пятьсот лет.


[Закрыть]{989}, бывший одно время, по словам Каспиниана{990}, наставником греческого императора Михаила Парапинатия и великим знатоком природы дьяволов, считает, что они телесны и обладают «эфирными телами, что они смертны, живут и умирают»[1125]1125
  Apuleius. [Апулей.] Spiritus anomalia sunt passibilia, mente rationalia, corpore aeria, tempore sempiterna.


[Закрыть] (этого убеждения придерживается также и Марциан Капелла, однако это решительно опровергают наши христианские философы), «что они едят, испражняются, а если их поранить или ударить, испытывают боль» (что подтверждает и Кардано, а Скалигер справедливо поднимает его за это на смех{991}, ибо, Si pascantur aere, cur non pugnant ob puriorem aera? [Если они питаются воздухом, то почему тогда не позаботятся о том, чтобы воздух был почище и пр.])[1126]1126
  Nutriuntur, et excrementa habent; quod pulsata doleant solido percussa corpore.


[Закрыть], и что, будучи рассечены надвое, их тела срастаются воедино с достойной восхищения быстротой. Августин (в Gen. lib. 3, lib. arbit.), равно как и Иероним, Ориген, Тертулиан, Лактанций тоже это подтверждают, а многие отцы церкви присовокупляют, что после их падения тела у них преобразились в более эфирную и грубую субстанцию. Боден (lib. 4 Theatri Naturae [кн. IV, обозрение природы) и Давид Крузий (Hermeticae Philosophiae lib. I, cap. 4 [герметическая философия, кн. I, гл. 4]) c помощью ряда аргументов доказывают, что ангелы и другие духи телесны: Quicquid continetur in loco corporeum est: At spiritus continetur in loco, ergo [Ибо телесно все, что занимает какое-то пространство, а поскольку духи занимают пространство, то, следовательно… и т. д.]. Si spiritus sunt quanti erunt corporei: At sunt quanti, ergo. sunt finiti, ergo quanti. [Если подобных существ множество, то они непременно должны быть телесными, однако их и в самом деле множество, а следовательно… Они имеют пределы, а посему их количество поддается исчислению и т. д.] Боден идет еще дальше и склонен считать, что коль скоро эти animae separatae [отдельные существа] – гении, ангелы, дьяволы, – точно так же, как души усопших, – телесны (на чем он весьма пылко настаивает), то они, следственно, должны иметь какую-то форму, и притом совершенно круглую, подобную Луне или Солнцу, поскольку это наиболее совершенная форма, quae nihil habet asperitatis, nihil angulis incisum, nihil anfractibus involutum, nihil eminens, sed inter corpora perfecta est perfectissimum[1127]1127
  Lib 4 Theolognat. Fol. 355.


[Закрыть] [у нее нет никаких неровностей, углов, изгибов, выступов, так что это самая совершенная из всех форм]; а посему, заключает он, все духи телесны и присущая им форма – круглая. Затем, что они будто бы способны принимать форму других воздушных тел и форму любого вида, какая им только заблагорассудится, а также могут по своей воле появляться в любом подобии, что они чрезвычайно подвижны, могут в одно мгновение преодолеть много миль и сходным образом могут видоизменять тела других, как им только вздумается, и с восхитительной быстротой перемещать их с места на место[1128]1128
  Cyprianus, in Epist. Montes etiam et animalia transferri possunt [Киприан, в Послании. Даже горы и животные могут быть перенесены <демонами>]: подобно тому как дьявол перенес Христа на шпиль храма; да и колдуньи часто совершали подобные передвижения. См. об этом еще у Строцци Чиконьи, lib. 3, cap. 4 [кн. III, гл. 4]. <Бертон, как он и указывает чуть ниже, цитирует это по сочинению Чиконьи, но только у последнего названо письмо Фирмилиана к Киприану.> Omni<fariae> Mag<iae>. Per aera subducere et in sublime corpora ferre possunt. – Biarmannus. [Всевозможная магия. Они способны утаскавать <предметы> по воздуху и поднимать их вверх. – Биарманн. КБ.>] Percussi dolent et uruntur in conspicuos ciners. – Agrippa, Lib. 3, cap. 18, de occult. philos. [При ударе они чувствуют боль, и если сгорают, то оставляют видимый пепел. – Агриппа. Об оккультной философии, кн. III, гл. 18.]


[Закрыть] (подобно тому как ангел доставил Аввакума к Даниилу{992} и как дьякон Филипп был унесен духом после того, как он крестил евнуха; точно так же перемещали себя и других Пифагор и Аполлоний{993}, как и совершали множество других такого рода подвигов); что эти духи способны представить в воздухе замки, дворцы, войска, призраки, чудовища и тому подобные диковинные для глаз смертного предметы, а также способны порождать любые звуки и запахи[1129]1129
  Agrippa de occult. Philos. lib. 3, cap. 18. [Агриппа. Об оккультной философии, кн. III, гл. 18.]


[Закрыть], вводя в заблуждение все наши органы чувств; во всяком случае, большинство пишущих об этом предмете относятся к таким вещам с полным доверием, равно как и к тому, что они способны предсказывать грядущие события и совершать множество удивительных чудес. Повествуют о том, что изваяние Юноны заговорило с Камиллом{994}, а статуя Фортуны – с римскими матронами{995}, и еще о многом в том же роде. Занчи{996}, Боден{997}, Спонд{998} и другие придерживаются мнения, что они способны совершать настоящие метаморфозы, как это случилось, например, с Навуходоносором, который действительно был превращен в животное, или с женой Лота, обращенной в соляной столп, со спутниками Улисса, ставшими свиньями и собаками вследствие чар волшебницы Цирцеи; с помощью колдовства они превращают и себя, и других в кошек, собак, зайцев, ворон и пр. Строцци Чиконья приводит множество тому примеров (lib. 3 Omnif. Mag., cap. 4 et 5 [Всевозможная магия, кн. III, гл. 4 и 5]), которые он тут же опровергает, как это делает и Августин (de Civit. Dei, lib. 18 [о Граде Божием, кн. XVIII]). Что же до того, когда их можно увидеть и в каком облике, а также перед кем они предстанут, – все это зависит от их воли, повествует Пселл, tametsi nit tale viderim, nec optem videre, хотя сам он никогда их не видел и не имел такого желания; повествуют и о том, что они не чураются подчас плотских связей с женщинами и мужчинами (чему я приведу более пространные доказательства в другом месте[1130]1130
  Часть III, раздел 2, гл. 1, подраздел 1, о любовной меланхолии.


[Закрыть]). Многие не желают верить тому, что этих духов можно увидеть, и если кто-либо скажет или даже станет клясться, упорно утверждая, что он видел их собственными глазами, то, как бы он ни был благоразумен и умен, рассудителен и образован, его сочтут пугливым болваном, меланхолическим олухом, слабодушным малым, мечтателем, больным или безумцем, отнесутся к нему с презрением, поднимут на смех, и тем не менее Марк{999}, ссылаясь на собственный опыт, уверял Пселла, что часто видел их самолично. Француз Лео Совий{1000} (вслед за некоторыми платониками) склонен считать, что воздух так же ими переполнен, как падающими с неба снежинками, и что их можно наблюдать, и даже предлагает наилучший для этого способ (cap. 8 in Commentar. lib. I Paracelsi de vita longa [гл. 8 в Комментарии к кн. I Парацельса о долголетии]: Si irreverberatis oculis sole splendente versus coelum continuaverint obtutus [Надобно при ярком солнечном свете, не моргая, глядеть на солнце в упор]; более того, он уверяет, что praemissorum feci experimetum, убедился в этом на собственном опыте и понял таким образом, что сказанное на сей счет платониками справедливо. Парацельс признается{1001}, что видел эти существа в разное время и даже разговаривал с ними, и то же самое утверждает Александр аб Александро, «он убедился в этом опытным путем, тогда как прежде испытывал на сей счет сомнения»[1131]1131
  Genial dierum. [Праздничные дни.] Ita sibi visum et compertum quum prius an essent ambigeret. Fidem suam liberet.


[Закрыть]. Многие отрицают их существование, говорит Лафатер (de spectris, part. 1, cap. 2 [о привидениях, часть 1, гл. 2], и part. 2, cap. 11 [часть 2, гл. 11]), «потому что сами никогда их не видели»; однако, как он подробно рассказывает на протяжении всей своей книги, а особенно в cap. 19, part. 1 [часть 1, гл. 19], их нередко можно видеть и слышать, и, как уверяет нас Люд. Вив, они общаются с людьми накоротке, примеры чему можно найти в бесчисленных записях, историях и свидетельствах, относящихся к разным векам, временам и местам, не говоря уже о всех отчетах путешественников[1132]1132
  Lib. I de verit. fidei. Benzo, etc. [<Джироламо> Бенцони. Кн. I, об истинной вере, и пр.]


[Закрыть]{1002}; в Вест-Индиях и в наших северных краях nihil familiarius quam in agris et urbibus spiritus videre, audire qui vetent, jubeant [нет ничего обычнее, нежели наблюдать эти духовные существа, будь то в городе или в сельской местности, слышать, как они что-то приказывают или запрещают и т. п.]. Иероним vita Pauli [в Житии Павла], Василий{1003} (ser. 40 [проповедь 40]), Никифор, Евсевий, Сократ{1004}, Созомен[1133]1133
  Lib. de divinatione et magia. [Кн. об откровении и магии.]


[Закрыть]{1005}, Якоб Буассард{1006} в своем трактате de spirituum apparitionibus [о явлении духов], Пьер де Лоер{1007} (lib. de spectris [кн. о привидениях]), Вьер{1008} (lib. I [кн. I]) приводят бесчисленное множество подобных примеров появления этих существ, дабы рассеять недоверие тех, кто все еще на сей счет сомневается. Я кратко приведу лишь одну-единственную из таких историй. Некий немецкий дворянин был отправлен послом к шведскому королю (относительно его имени, времени и других подобных обстоятельств я отсылаю вас к моему автору – Буассарду[1134]1134
  Cap. 8. Transportavit in Livoniam cupiditate videndi, etc. [Гл. VIII. Перебрался в Ливонию, влекомый желанием, и пр.]


[Закрыть]). Исполнив данное ему поручение, он отплыл в Ливонию с твердым намерением увидеть там этих домовых, которые, как говорили, вступают в общение с людьми и выполняют за них самые тяжкие обязанности. Помимо прочих вещей один из этих домовых сказал послу, где сейчас находится его жена, в какой комнате, как одета и что делает, и даже доставил ему кольцо жены, и когда посол возвратился, то non sine omnium admiratione [к немалому своему удивлению] убедился в том, что так оно и было, а посему навсегда с тех пор уверовал в то, в чем раньше сомневался. Кардано (lib. 19 de subtil. кн. XIX, об остроумии]) повествует о своем отце, Фачио Кардано, что 13 августа ann. 1491 [1491 года] тот с помощью полагающегося в таких случаях ритуала вызвал семь демонов в греческих одеяниях, возрастом около сорока лет; у некоторых из них, как ему показалось, был румяный цвет лица, а у некоторых – бледный; он задал им множество вопросов, и они охотно ему отвечали, что они демоны эфира, что прежде они жили и умерли, как люди, с той лишь разницей, что жили они намного дольше (по семьсот и восемьсот лет[1135]1135
  Sic Hesiodus, de nymphis, vivere dicit 10 aetates phaenicum, vel 9.7.20. [Так, Гесиод рассказывает о нимфах, что они жили в десять раз дольше, нежели феникс. <Плутарх цитирует это место из «Теогонии» Гесиода в своем сочинении «De defecto oraculorum» («Об упадке оракулов»). – КБ.>]


[Закрыть]); что они в такой же мере превосходили людей своим благородством, как мы – лошадей, а их в свой черед в такой же мере превосходили те, кто был выше их; они правят нами и наши хранители; кроме того[1136]1136
  Custodes hominum et provinciarum, etc., tanto meliores hominibus, quanto hi brutis animantibus. [Они хранители людей и провинций и столь же превосходят людей, как люди – диких животных.]


[Закрыть], как в древние времена писал о том в своем «Критии» Платон[1137]1137
  Praesides, pastores, gubernatores hominum, ut illi animalium. [Покровители, пастыри и правители людей, как люди – животных. <Критий, 109.>]


[Закрыть], они находятся друг у друга в подчинении, ut enim homo homini, sic daemon daemoni dominatur [ибо, подобно тому как человек управляет человеком, так демон управляет демоном]; они правят друг другом точно так же, как и нами, и демоны более низкого разряда исполняют обычно такие обязанности, какие среди нас выполняют конюхи, скотники и самые невежественные из наших пастухов, а мы не более в состоянии постичь их природу и способности, нежели лошадь постичь природу человека. Им было известно все сущее, но только они не могли открыть это людям, и они правили и господствовали над нами, как мы правим лошадьми; даже наилучшие из наших государей и самые благородные умы не могли сравниться с наихудшими из них. Они иногда наставляли людей и передавали им свои познания, вознаграждали их и пестовали, а иногда – устрашали и наказывали, дабы держать их в страхе, насколько считали это необходимым, nihil magis cupientes (говорит Липсий в «Phys Stoicorum» [«Физиологии стоицизма»]) quam adorationem hominum [желая снискать тем единственно нашего поклонения]{1009}. Тот же самый Кардано, основываясь на учении стоиков, высказывает в своем «Hyperchen» предположение, что некоторые из этих гениев (именно так он их называет) испытывают такое же влечение к обществу людей, так же к ним расположены и близки, как собаки; другим же из них люди так же отвратительны, как змеи, и люди нисколько их не заботят[1138]1138
  Natura familiares ut canes hominibus; multi aversantur et abhorrent.


[Закрыть]. Их же, похоже, Тритемий называет igneos et sublunares, qui nunquam demergunt ad inferiora, aut vix illum habent in terris commercium [огненными и подлунными созданиями, никогда не спускающимися в более низкие сферы и не имеющими почти никакого касательства к земным делам]. «Своими достоинствами они настолько же превосходят людей, как человек – ничтожного червя; хотя и некоторые из людей по своим достоинствам настолько же ниже своих собратьев, насколько черная гвардия{1010} при королевском дворе ниже прочих, и опять же, если перейти к людям, насколько развращенные и подлые из наделенных разумом существ выше бессмысленных животных»[1139]1139
  Ab homine plus distant quam homo ab ignobilissimo verme, et tamen quidam ex his ab hominibus superantur ut homines a feris, etc.


[Закрыть].

Относительно же того, что эти существа смертны, то, помимо Кардано, Марциана и прочих, немало других богословов и философов тоже придерживаются мнения, что post prolixum tempus moriuntur omnes [что после продолжительного времени эти существа умирают]; того же мнения придерживаются и последователи Платона[1140]1140
  Cibo et potu uti et venere cum hominibus ac tandem mori. – Cicogna, part. I, lib. 2, cap. 3. [Чиконья, часть I, кн. II, гл. 3.]


[Закрыть], некоторые раввины{1011}, а также Порфирий и Плутарх, как с очевидностью явствует из следующих слов Фема{1012}: «Великий бог Пан – мертв»[1141]1141
  Plutarch. De defect. oraculorum. [Плутарх. Об упадке оракулов.]


[Закрыть]; умолкла Пифия Аполлона, и та же самая участь постигла остальных. Св. Иероним в своем жизнеописании отшельника Павла рассказывает, как одно из таких существ, явившись в пустыне Св. Антонию, поведало ему о том же{1013}. Из наших недавних авторов Парацельс твердо придерживается мнения, что они смертны, живут и умирают, подобно другим существам[1142]1142
  Lib. de Zilphis et Pigmaeis. [<Парацельс. De philosophia occulta.> Кн. о сильфидах и пигмеях. <КБ.>]


[Закрыть]. Зосим присовокупляет к этому (lib. 2 [кн. II]), что вместе с ними отмирают и изменяются религии и государственные устройства{1014}. Константин, говорит он, изгнал языческих богов[1143]1143
  Dii gentium a Constantio profligati sunt, etc. <Этого утверждения у Зосимы не обнаружено. – КБ.>


[Закрыть], а вместе с ними imperii Romani majestas et fortuna interiit, et profligata est, пришли в упадок и исчезли богатство и величие Римской империи; подобно тому как язычник у Минуция еще до того похвалялся тем, что когда Рим покорил иудеев, то и бог иудеев был точно так же пленен божествами Рима[1144]1144
  Octavian. Dial. Judaeorum deum fuisse Romanorum numinibus una cum gente captivum. [<Феликс Минуций (см. прим. 80).> Диалог «Октавий». …вместе с поклонявшимся ему народом.]


[Закрыть]. А Рабсак{1015} говорил израильтянам, что никакой бог не вызволит их из ассирийского плена. Но эти парадоксы относительно могущества этих существ, их телесности, смертности, способности принимать различный облик, перемещения их тел в пространстве и соитий со смертными достаточно опровергнуты Занчи (cap. 10, lib. 4 [кн. IV, гл. 10]), Перерием в его «Комментариях» и в вопросах Тостадо{1016} касательно 6-й главы Бытия, а также Фомой Аквинским, Св. Августином, Вьером, Томасом Эрастом, Дельрио (tom. 2, lib. 2, quaest. 29 [том 2, кн. II, вопрос 29]), Себастьяном Микаэлисом{1017} (cap. 2 de spiritibus [гл. 2 о духах]), д-ром Рейнолдсом{1018} (Lect. 47 [Лекция 47]). Эти существа могут вводить в заблуждение глаза человека, но все же не способны принимать действительно телесный облик или совершать подлинные превращения; однако, как пространно доказывает Чиконья, это illusoriae et praestigiatrices transformationes[1145]1145
  Omnia spiritibus plena, et ex eorum concordia et discordia omnes boni et mali effectus promanant, omnia humana reguntur: paradoxa veterum de quo. – Cicogna, Omnif. mag. lib 2, cap. 3. [Повсюду полным-полно этих духов, и от их согласия или раздоров проистекают все благие и дурные последствия, они правят всеми человеческими делами – таково парадоксальное мнение древних. – Чиконья. Всевозможная магия <«Magiae omnifariae… theatrum»>, кн. II, гл. 3.]


[Закрыть] (Omnif. Mag. Lib. 4, cap. 4 [Всевозможная магия, кн. IV, гл. 4]){1019} простая иллюзия и обман, подобно Pasetis obolus [истории с оболом Пасетиса{1020}], о чем повествует Свида, или случаю с сыном Меркурия Автоликом{1021}, который обитал на Парнасе и добыл себе с помощью плутовства и воровства сокровища. Поскольку его отец не мог оставить сыну никакого богатства, он научил его множеству ловких плутней, чтобы раздобыть себе необходимые средства: так, Автолик мог угонять у людей скот, а если кто пускался за ним в погоню, принимал любой, какой ему только вздумается, облик[1146]1146
  Oves quas abacturus erat in quascunque formas vertebat. – Pausanias, Hyginus. [Павсаний, Гигин. <В качестве источника этой легенды Бертон называет автора «Описания Эллады» Павсания, а также римского мифографа Гигина (II век), чьи сочинения под названием Fabulation liber… были изданы в Базеле в 1571 году. – КБ.>]


[Закрыть], и таким образом чрезвычайно обогатился, hoc astu maximam praedam est adsequutus. Эта история, без сомнения, столь же правдива, как и все прочие, и все же <Св.> Фома{1022}, Дюран{1023} и другие в основном, по крайней мере, признают, что разумение у этих существ далеко превосходит человеческое; что они, возможно, способны строить предположения и многое предсказывать[1147]1147
  Austin in lib. 2 de Gen ad literam, cap. 17. Partim quia subtilioris sensus acumine, partim scientia callidiore vigent et experientia propter magnam longitudinem vitae, partim ab angelis discunt, etc. [Августин в кн. II о Бытии, слово в слово, гл. 17. Частью – поскольку отличаются проницательностью в самых утонченных чувствах, частью – поскольку сильны в самых изощренных познаниях и опыте вследствие большой продолжительности жизни, а частью – поскольку усвоили все это от ангелов и пр.]


[Закрыть], способны насылать большинство недугов и исцелять их, обманывать наши органы чувств; что они удивительно сведущи во всех искусствах и науках и даже самый невежественный из этих демонов quovis homine scientior [более сведущ, нежели любой из людей], как утверждает, основываясь на суждениях других, Чиконья[1148]1148
  Lib. 3 omnif. mag. cap. 3. [Всевозможная магия, кн. III, гл. 3. <Чиконья подчеркивает, что, поскольку эти демоны обладают ангельскими познаниями лишь в известной мере, их все же можно обмануть, тогда как добрых ангелов невозможно.>]


[Закрыть]. Им ведомы целебные свойства трав, растений, камней, минералов и пр., все о живых существах – птицах и животных, – четырех стихиях, звездах и планетах и как надлежащим образом эти познания использовать, если видят в этом благо; они различают причины всех метеоров и тому подобное. Dant se coloribus, как считает Августин[1149]1149
  Lib. 18 Quaest. [Кн. XVIII, quaestiones. <Эта характеристика в несколько измененном виде почерпнута Бертоном из вторых рук – у Вьера («De praestigiis daemonum»), однако ее подлинным источником является, как Бертон и указывает, Августин (LXXXIII, вопросы). – КБ.>]


[Закрыть], accommodant se figuris, adhaerent sonis, subjiciunt se odoribus, infundunt se saporibus [Они способны придавать себе любой цвет, форму, издавать любые звуки, запахи и приобретать любой вкус], omnes sensus etiam ipsam intelligentiam daemones fallunt, они одновременно вводят в заблуждение все наши чувства и даже наше разумение. Они способны вызвать чудесные изменения в воздухе и производить самые поразительные эффекты, побеждать целые армии и даровать победу, помогать, поощрять, вредить, препятствовать и изменять человеческие усилия и проекты (Dei permissu [с Господнего соизволения]), в соответствии с тем, что сами они считают благом[1150]1150
  Quum tanta sit et tam profunda spirituum scientia, mirum non est tot tantasque res visu admirabiles ab ipsis patrari, et quidem rerum naturalium ope quas multo melius intelligunt, multoque peritius suis locis et temporibus applicare norunt, quam homo. – Cicogna. [Если принять во внимание, сколь обширны и глубоки познания, коими обладают эти духи, то нет ничего удивительного, что они осуществляют такое множество поразительных вещей, и притом, конечно, с помощью естественных вещей, которые они понимают намного лучше, нежели люди, и намного тоньше разбираются в том, в какое подходящее время и в каком месте лучше всего ими воспользоваться. – Чиконья.]


[Закрыть]. Когда Карл Великий вознамерился провести канал между Рейном и Данубиусом <Дунаем>, то все, что его строители успевали сделать в течение дня, эти существа разрушали ночью[1151]1151
  Aventinus. [Авентин.] Quicquid interdiu exhauriebatur, noctu explebatur. Inde pavefacti curatores, etc.


[Закрыть], ut conatu rex desisteret, pervicere [и вынудили-таки короля отказаться от своего намерения]. Вот на какие проделки они способны. Но то, что, вслед за Тирием и платониками, полагает для них возможным Боден (lib. 4, Theat. nat. [Кн. IV, обозрение природы]), будто они способны проникать в тайны человеческого сердца, aut cogitationes hominum, – это совершеннейшее заблуждение; его доводы неубедительны и в достаточной мере опровергнуты Занчи (lib. 4, cap. 9 [кн. IV, гл. 9]), Иеронимом (lib. 2, Com. in Mat. Ad cap. 15 [кн. II, Комментарий к Евангелию от Матфея, гл. 15]) Афанасием{1024} (Quaest. 27 ad Antiochum Principem [Вопросы, адресованные правителю Антиохии, 27 <КБ>]) и другими.

Что же до деления этих дьяволов на добрых и порочных, коего придерживаются платоники, то оно совершенно ошибочно, и эти языческие представления о boni и mali genii [добрых и злых гениях] следует искоренить: ведь сами языческие писатели, как отмечает Дандини, An sint mali non conveniunt[1152]1152
  In lib. 2 de anima, text. 29. Homerus discriminatim omnes spiritus daemones vocat. [В кн. II о душе, текст 29. Гомер называет этих духов, всех без исключения, демонами.]


[Закрыть] [Расходятся друг с другом во мнении относительно существования порочных гениев], а то, что кто-то из них склонен считать всех этих демонов благосклонными к нам или же, напротив того, – злокозненными, то это лишь заблуждение: ведь это все равно, как если бы вол или лошадь, умей они рассуждать, объявили бы мясника своим врагом, поскольку он их зарезал, а скотника – другом, потому что он их кормил; охотник хотя и оберегает свою дичь, а все же убивает ее, а посему, как бы там ни было, ненавидим ею; nec piscatorem piscis amare potest [так ведь и рыба не может любить рыбака{1025}]. Однако Пселл, Ямвлих, Плутарх и большинство платоников считают их злокозненными, et ab eorum maleficiis cavendum [а посему нам следует остерегаться их злокозненности], ибо они враждебны человеческому роду, и, как Платон узнал в Египте, они поссорились с Юпитером и были низвергнуты им в ад[1153]1153
  A Jove ad inferos pulsi, etc.


[Закрыть]. Крайне нелепы разногласия Апулея[1154]1154
  De Deo Socratis. Adest mihi divina sorte daemonium quoddam a prima pueritia me secutum; saepe dissuadet, impellit nunquam instar vocis. – Plato. [О боге Сократа. Мне дан дар – божественного рода демон, который сопровождает меня с самой ранней моей юности; никогда ни в чем меня не разубеждает, но никогда и не принуждает. – Платон. <На самом деле – Апулей. Это высказывание основывается на частых обсуждениях этой темы у Платона в его «Апологии Сократа» (40а), «Теэтете» (151а) и пр., но и его Бертон заимствовал из вторых рук – у того же Чиконьи. – КБ.>]


[Закрыть], Ксенофонта{1026} и Платона относительно daemonium [демонов] Сократа, равно как и уверения Плотина, что у него точно так же был свой deum pro daemonio [божество в качестве духа семьи <семейного домового>], а также суждение Порфирия обо всех них в целом: что они будто бы гневаются, если пренебрегают обязанностью приносить им жертвы; более того, как считает Кардано в своем «Hyperchen», они будто бы питаются человеческими душами: Elementa sunt plantis elementum, animalibus plantae, hominibus animalia, erunt et homines aliis, non autem diis, nimis enim remota est eorum natura a nostra quapropter daemonibus [Минералы служат пищей растениям, растения питают животных, животные – человека, а человек – пища для других существ, но не для богов, ибо их природа слишком разнится с нашей, а для демонов], так что, похоже, мы для того лишь сражались во все века в стольких странах, чтобы дать им возможность полакомиться, единственно ради их услады. Однако возвратимся к тому, о чем я говорил выше: если они чем-нибудь недовольны, они будто бы гневаются и преследуют провинившихся (ибо, судя по всему, питаются душами животных, подобно тому как мы – их телом) и насылают на нас многочисленные беды, если же им угождать, они творят немало добра; подобные суждения самонадеянны, как и все прочие, и опровергаются Августином (lib. 9, cap. 8 de Civit. Dei [кн. IX, гл. 8, о Граде Божием]), Евсевием (lib. 4 Praepar. Evang. cap. 6 [кн. IV, Приготовление к Евангелию, гл. 6]) и другими. И тем не менее, как я убеждаюсь, схоласты и прочие богословы насчитывают девять чинов злокозненных духов[1155]1155
  Agrippa, lib. 3 de occul. ph. Cap. 18, Zanch, Pictorius, Pererius, Cicogna, lib. 3, cap. 1. [Агриппа, кн. III, об оккультной философии, гл. 18, Занчи , Пикторий , Перерий <Комментарий к книге Бытия), Чиконья, кн. III, гл. 1.]


[Закрыть], подобно числу описанных Дионисием чинов ангелов{1027}. К первому разряду они относят всех ложных языческих богов, идолам которых преклонялись в прежние времена и предсказания которых сообщали в Дельфах и в других местах; их повелителем был Вельзевул. Ко второму разряду причисляют лжецов и прорицателей двусмысленностей, как, к примеру, Аполлоновы пифии и им подобные. Третий разряд – это сосуды гнева, творцы всех бедствий, подобно Тевту у Платона{1028}; Исайя зовет их сосудами ярости[1156]1156
  Vasa irae, cap. 13. [Ис. 13 <5; в Вульгате>.]


[Закрыть]; их повелитель – Велиал. Четвертый чин – злокозненные, мстительные демоны, ими правит Асмодей. Пятый – обманщики, к коим относятся колдуны и ведьмы, а князем у них Сатана. К шестому чину относятся демоны эфира, отравляющие воздух и порождающие бедствия, громы, молнии и прочее, о чем повествует Апокалипсис[1157]1157
  Quibus datum est nocere terrae et mari, etc. [Коим дано было наносить вред земле и морю. <Вульгата.>]


[Закрыть]; Павел называет их в Послании к Ефесянам повелителями эфира, а князь их – Мересин (конечно, Мерери у Корнелия Агриппы). Седьмой – разрушитель, глава фурий, развязывающий войны, мятежи, возмущения, беспорядки, упоминающийся в Апокалипсисе, имя которому Абадонна <то есть разрушитель>. Восьмым значится обвиняющий и клевещущий дьявол, которого греки именуют Διαβολος, он доводит людей до отчаяния. А к девятому относят разного рода искусителей, и правит ими Маммона. Пселл же насчитывает только шесть таких разрядов, однако ни один из них, по его мнению, не располагается выше Луны, а Вьер, заимствующий свои сведения из старинной книги, насчитывает в своей «Pseudomonarchia Daemoniis» куда большее число дьявольских разрядов и видов подчинения с соответствующими названиями, порядковыми номерами, обязанностями и пр.; однако цитируемый Липсием[1158]1158
  Physiol. Stoicorum e Senec. Lib. I, cap. 28. [Физиология стоицизма и Сенека, кн. I, гл. 28. <На самом деле это цитата не из сочинения Липсия, а из сочинения Энея из Газы «Theophrastus» (перевод – 1559). – КБ.>]


[Закрыть] Газей склоняется к мнению, что все надлунные и подлунные пределы переполнены этими ангелами, духами и дьяволами, эфирными и воздушными, о чем пишет и Августин, ссылаясь на Варрона (lib. 7 de Civ. Dei, cap. 6 [кн. VII, о Граде Божием, гл. 6]): «небесные демоны располагаются в надлунном мире, а воздушные – в подлунном[1159]1159
  Usque ad lunam animas esse aethereas vocarique heroas, lares, genios.


[Закрыть], или, как некоторые считают, боги – над, а semidei или полубоги – под; по мнению же стоиков, лары, герои и гении, если они вели достойную жизнь, располагаются выше, если же их поведение было недостойным, тогда они обречены ползать по земле, и к ним относятся маны, лемуры, ламии и прочие. По мнению этих авторов, нет такого места, которое оставалось бы пустым, все заполнено демонами, дьяволами и прочими обитателями[1160]1160
  Mart. Capella. [Марциан Капелла.]


[Закрыть]; plenum coelum, aer, aqua, terra, et omnia sub terra [небеса и море, земля и все под землей]; хотя Антонио Руска{1029} в своей книге (de Inferno, lib. 5, cap. 7 [о преисподней, кн. V, гл. 7]) склонялся к тому, чтобы ограничить их местонахождение лишь средними пределами, однако другие считают, что они находятся повсюду: «на небесах, на суше и в воде, на земле и под нею не сыскать свободного пространства более чем на толщину волоса»[1161]1161
  Nihil vacuum ab his ubi vel capillum in aerem vel aquam jacias.


[Закрыть]. «В летнем воздухе не столько мух, нежели в любое время года этих невидимых дьяволов», – такого мнения твердо придерживается Парацельс[1162]1162
  Lib. de Zilph. [Кн. о сильфидах.]


[Закрыть], считающий, что у каждого из них свой особый хаос{1030}; другие же считают, что число миров бесконечно и у каждого из этих миров свои присущие ему духи, боги, ангелы и дьяволы, правящие им и карающие.