Текст книги "Рыжая птица удачи (СИ)"

Автор книги: Ника Темина

Соавторы: Татьяна Иванова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 51 страниц)

Что новый взводный после сегодняшнего феерического выступления их заинтересовал – в этом тоже как-то ничего странного, закономерно. Но то, что они так вот легко простили и приняли этого длинного шута горохового… Ему, Хану, чтобы иметь право за столом с ними рядом садиться, пришлось не один месяц стараться. А тут какой-то… щенок с улицы. Бесплатное приложение. Чёрт, неужели Язва сам не понимает, как выглядит его привязанность к Фениксу? Это же так глупо, так по-детски… или не по-детски наоборот. Тьфу, смотреть противно. Только что не прыгает вокруг и лицо облизать не пробует, как щенок натуральный. Впрочем, зачем ему прыгать, и так на полголовы выше.

И всё же Язва ушёл с ними. И ему были рады. А он, Хан – мебель. Отец тоже так смотрел иногда, как Феникс сегодня.

Так, все. Все эти рефлексии глупы и вообще, хватит себя жалеть. Всё ещё только начинается, Язва. Посмотрим, чем оно продолжится. И закончится. Согласись, что хорошо смеётся тот, кто смеётся, получив своё?

Глава 2

– Ну, за нашу удачу! – Ти-Рекс поднял банку с пивом. – Капитанов не каждый день дают, да ещё троим сразу.

– Ага, за нашу синюю птичку! – поддакнул Аякс.

– За рыжую! – протестующе прогудел Балу.

Индиго подтолкнул локтем Феникса.

– За тебя, птичка-капитан!

На «Киплинге» был объявлен официальный выходной. Последняя операция, закончившаяся позавчера, была проведена успешно, задание выполнено. Начальство сочло, что кроме благодарностей и повышений, которых удостоились некоторые особо отличившиеся, личный состав заслужил настоящий отдых, пусть и не покидая борт носителя. Против всех правил, Фойзе лично, приказом, обеспечил завоз на «Киплинг» десятка упаковок с настоящим земным пивом. Энтузиазм, с которым бойцы отметили эту часть наград, был способен разнести менее мощный корабль на запчасти, однако конструкции «Киплинга» выдержали.

Воспользовавшись выходным и возможностью провести день так, как будто они отдыхают на Земле, группа желающих особо экзотически расслабиться, с подачи Индиго отправилась в местную сауну. Обычно «банный» отсек популярностью не пользовался – не было свободного времени, чтобы полноценно провести этот сложный и длительный процесс. Ребята попросту обходились душем. Но сегодня был особый случай.

Теперь они сидели вокруг составленных вместе столиков перед небольшим бассейном, завернутые в полотенца. Ради такого случая Индиго с Аяксом притащили Джина, Бута и Кельта, которые обычно не входили в дружную компанию, их смущало общество взводных. Но красноречие Индиго и грубая сила Аякса возымели действие, и сейчас троица с блаженными лицами разместилась за столом вместе с обычным составом – Ти-Рексом, Балу, Фениксом, Индиго, Дэном, Аяксом и Ханом.

После позавчерашнего пекла вид бассейна с зеленоватой прозрачной водой производил особо благостное впечатление. Пекла – в буквальном смысле, потому что объект, который требовалось найти и извлечь, был обнаружен на секретной базе, укрывшейся в песках планеты Джетны. База была вскрыта, как консервная банка, охраняющие её бандиты и роботы уничтожены, объект найден и доставлен на «Киплинг», а образ раскалённой пустыни и палящего в небе белого светила надолго запомнился всем, кто позавчера десантировался на планету.

– Помните, как нас в Гоби выкинули? Пять суток… – вдруг сказал Джин, со стуком поставил на стол пиво и передёрнулся. – Я с тех пор как-то пустыни недолюбливаю.

Кельт пожал плечами.

– Гоби – единственная сохранившаяся на Земле пустыня, – назидательно произнёс Дэн, не открывая глаз. – Нас в своё время тоже там… выкидывали. Естественные условия, лучший способ проверить молодняк на выживаемость.

– Глупости, – недовольно произнёс Бут. – Лучше грамотно смоделированного полигона проверки нет.

– Теоретики, – Джин махнул рукой. – Всё равно пустыни не люблю. Жара и глазу зацепиться не за что.

Кельт кивнул.

– Помнишь, Индиго, как ты нас к источнику вывел, когда даже Мавр сдался? А вот интересно, эта программа выживания рассчитана на таких, как ты?

Дэн приоткрыл глаза.

– Я вот давно хотел спросить. А каких это «таких»?

Индиго вздохнул и едва слышно застонал. Феникс успокаивающе похлопал его по плечу, а Кельт, словно не слыша стонов, ответил:

– Ты что-нибудь слышал о «детях индиго»? Старая такая байка. – Он сделал большие глаза и с чувством продекламировал: – Иногда на Земле рождаются дети, которые обладают способностями, уникальными для обычного человека. «Дети будущего». Ну, с интуицией обострённой, чувствительностью повышенной, с предвидением, интеллект всегда выше среднего…

Бут фыркнул.

– Димка, а он у тебя выше?

– Проверим? – вдруг ощетинился тот.

– Да не ерепенься ты, верю на слово! – усмехнулся Бут.

Кельт продолжил:

– Сейчас, правда, это уже не байка. Детей таких ещё в детстве вычисляют. Для них есть специальные школы, хотя далеко не каждые родители соглашаются туда своего ребенка определить.

– Мои отказались, – уже весело сказал Индиго. – Сказали, что нечего меня в клетку сажать, я и на свободе неплохо вырасту.

– Уж что выросло, то выросло, – кивнул Феникс, усмехаясь. – А «Индиго» его ещё в школе прозвали.

– Там я всех быстро отучил от этого погонялова, напомнил, что у меня имя есть, – гордо сказал тот.

Дэн хмыкнул, представив, как задиристый Индиго учит окружающих.

– А теперь, кажется, не возражаешь?

– Теперь его так Феникс называет, – отозвался Джин. – И Димка это прозвище, как медаль носит.

Индиго фыркнул, но протестовать не стал.

– Эх, девчонок бы сюда, – вздохнул он спустя несколько минут.

– Кто о чём, а Индиго о бабах, – хохотнул Балу.

– А он прав. Девочки бы сейчас не помешали… – лениво потянулся Ти-Рекс.

– Можно было бы, – задумчиво сказал Аякс. – Тут недалеко, между прочим, станция исследовательская. Там лаборанточек много…

– Обалдел, Лёха? – Джин даже улыбаться перестал. – Какие лаборанточки? Ты ни с кем, часом, научных работников не путаешь?

– Вы что, рехнулись?! Старика убить хотите? Его ж инфаркт хватит от одного предложения.

– Спокуха, Бут! – Аякс поднял руку в успокаивающем жесте. – Во-первых, сегодня день такой, а во-вторых, Фойзе ничто человеческое не чуждо.

– Погоди, Аякс, ты шутишь, что ли? – в наступившей тишине спросил Кельт.

Тот вдруг расплылся в улыбке.

– А как ты догадался?

Индиго засмеялся, оценив внезапно проснувшееся, видимо от пива, чувство юмора их мрачного атлета.

– Да ладно, – Балу хлебнул от банки. – Если по совести, ни на что уже сил сейчас нет, даже на девчонок.

Индиго сладко потянулся.

– На них силы всегда найдутся.

– И вообще, при чём тут силы? Сидишь себе, расслабляешься, а она работает, – пожал плечами Бут.

– Да ну, – поморщился Индиго. – Какой в этом кайф-то? А вот если и ей хорошо с тобой…

– Это когда девушка любимая, – не согласился Кельт. – А так… Какая разница?

– Кто девушку ужинает, тот её и танцует, – меланхолично, по-прежнему не поднимая ресниц, произнёс Дэн.

Индиго даже пиво отставил. Оглядел ребят и только в синих глазах Феникса уловил несогласие. Остальные, кажется, поддерживали.

– Да если я заплатил, тёлка будет ковриком стелиться и ноги мне целовать, – сказал вдруг Хан, встретившись с ним взглядом, и откинулся на спинку стула. – Я плачу – я и хозяин.

По лицу Индиго было видно, что он испытывает отчётливое желание дать Хану увесистого тумака.

– Спокойно, Дим, мы же просто разговариваем, – остановил его Феникс.

Индиго резко повернулся.

– А ты что, тоже так всерьёз думаешь? – он уловил лёгкое пожатие плечами и прищурился. – Ой, вот только не надо ля-ля, ладно? Кому-нибудь другому расскажи. Под тобой каждая случайная девица так стонет, будто она и есть самая любимая. Вот та, светленькая, в кудряшках…

Феникс склонил голову, неотрывно глядя на друга.

– Дим…

– Не-не-не! – ухватился Ти-Рекс. – Что за кудрявая?

– Одна хорошая девушка, – раздельно произнёс Феникс, всё так же глядя на Индиго и загадочно улыбаясь.

– Все они хорошие, когда ноги раздвигают, – скривился Хан, вызвав новый гневный взгляд Индиго.

Балу усмехнулся.

– Предлагаю выпить за хороших девчонок и горячих парней.

Пиво пошло хорошо.

– А я вот никогда не женюсь, – категорично сказал Аякс, потянувшись за закуской. – Бабы лживые, им верить нельзя.

– Они разные, – пожал плечами Дэн.

– Кир, ты чего скривился? Тебе ли не знать, какие они разные? Или не влюблялся никогда?

– Не-а, – равнодушно бросил Ти-Рекс. – Мне моя ясная голова дорога, как память.

– А ты? – в упор глянул на Феникса Индиго.

Тот пожал плечами. Тема была явно не новая.

– Я тебе говорил. Любовь – это всерьёз и надолго. Если не навсегда.

– Полюбить, так королеву… Ох, идеалисты, – поднялся Хан. – А пойду-ка я в парилку… Кто со мной? – ответа он не дождался. – Ну, я и один могу.

Он без стеснения скинул обернутое вокруг бедер полотенце и прошёл в дверь, отделяющую сауну от бассейна. Индиго проводил его мрачным взглядом и тихо спросил:

– А ему тут обязательно быть?

– Мешает? – спокойно спросил Феникс.

Индиго пробурчал в ответ что-то невнятное, отворачиваясь.

Некоторое время все молчали, неожиданно занятые кто едой, кто своими мыслями.

– А у меня была невеста, – вдруг сказал Бут.

– У тебя? – округлил глаза Джин. – И что?

– Вышла замуж за своего однокурсника. Банальная история. У него папаша миллионами ворочал, а я тогда только учебку закончил. Захожу, а она вещи собирает: прости, Серж, ты мне не пара.

– Сучка. Все они такие, – неожиданно сказал Кельт.

– Ну, зачем сразу все? – не согласился Балу. – Брат у меня, например, женился на чудесной девушке. Живут вместе уже год, сын родился недавно. Фрэнку повезло, Юлька золото.

– Не все. Конечно не все, – Дэн тоже покачал головой. – Вон, и Димку девушка ждёт…

Индиго улыбнулся.

– Конечно ждёт! Убью, если нет! – он шутливо резанул рукой воздух.

– Ты, как раз, не убьёшь, а я… – неожиданно серьёзно сказал Ти-Рекс. – Вот и не хочу… нарываться. Да и вообще, любовь-морковь, сказки это все! Не родилась ещё та девушка.

Он махнул рукой.

Спустя полчаса к столикам вернулся красный, как рак, Хан, поднял оброненное полотенце.

– Эх, лучше прикроюсь, а то ещё в эксгибиционизме обвинят, – усмехнулся он, разворачивая тонкую ткань.

Индиго потянулся к столу, схватил маленький огурчик, закинул его в рот и успокаивающе произнёс:

– Что ты, Алик, что ты. Максимум, в чём тебя можно обвинить, так это в мелком хулиганстве. – Он аппетитно захрустел огурцом и добавил, не глядя на Хана: – В очень мелком, Алик.

После секундного замешательства грохнул хохот. Когда все более-менее успокоились, так и не улыбнувшийся Хан холодно заметил:

– До сих пор никто не жаловался, Дима. Или ты всерьёз уверен, что в постели только с Фениксом хорошо?

Индиго, как будто не замечая, как все насторожились, меланхолично отозвался:

– Не знаю, я не проверял.

– А у меня недавно создалось впечатление, что ты очень неплохо осведомлён в этой области, – не отставал Хан.

Феникс поморщился и перевёл взгляд с одного на другого.

– Алик, Димка, достаточно, – негромко сказал он.

Хан оглядел помрачневших ребят, поджал губы и вдруг развернулся и стремительно вышел в раздевалку.

– Надо было его искупать, – задумчиво сказал Индиго, глядя на зеленоватую воду.

* * *

– «Киплинг», вы ближе всех. Первые спасательные экипажи достигнут Кинсян не раньше, чем через пять часов. В долине Хиан полностью отрезаны от источников энергии три поселения. Собственных летательных аппаратов и человеческих сил колонии недостаточно для оказания помощи. Вы же знаете, что такое Кинсян, Валентин! – голос говорившего слегка дрогнул. – С вашим командованием мы сейчас ведём переговоры, уверен, нам не откажут. Я взял на себя ответственность обрисовать вам ситуацию заранее.

– Мы готовы изменить курс, я уже отдал приказ произвести расчёт нового маршрута. Как только будет получен приказ, мы стартуем к Кинсян. Надеюсь, наши катера помогут. Сколько человек отрезаны наводнением?

Повинуясь движению руки Фойзе, навигаторы углубились в работу.

– Как я уже сказал, три поселка. По нашим сведениям, в каждом из них по сто двадцать-сто тридцать человек. Везде почти половина – женщины и дети. Вода продолжает прибывать, и, по расчётам, через три с половиной часа все здания во всех трёх поселках будут затоплены полностью. Вы будете в долине Хиан через час.

– Господин подполковник, на связи генерал Ромин, – доложил оператор.

Спустя несколько минут «Киплинг», получив приказ из штаба и подробные сведения о предстоящей операции спасения, шёл курсом на планету Кинсян – одну из независимых дальних колоний. Два часа назад в северном полушарии планеты невообразимой силы ураган разрушил половину поселений и вдребезги разнёс дамбу, перекрывающую русло реки Хиан. Ливень в горах, где находился исток реки, не прекращался уже второй день, и вода, хлынувшая в долину, неуклонно прибывала. Долина в ближайшие несколько часов угрожала превратиться в гигантскую братскую могилу.

Весь личный состав «Киплинга», поднятый по тревоге, выстроился у ангаров с «соколами» в ожидании своих командиров с инструктажа. Что они летят к какой-то из дальних колоний, уже было известно, и что уже вот-вот выйдут на орбиту – тоже. Ясно, что у ангаров всех просто так не собирают, и все они будут высажены на планету в ближайшие полчаса. Особого волнения никто не испытывал – такие броски и составляли их жизнь на носителе. Многих даже не интересовало, куда и зачем они прилетели, настолько всё было обыденно.

Хан никогда не был романтиком. Последнее, о чём он думал, когда решил стать военным, так это о героизме и бескорыстной помощи человечеству. Всё происходящее он оценивал трезво и спокойно: работа – она и есть работа. Сделал дело – получи деньги и отдыхай. Как всякая работа, она бывала тяжёлой, занудной, опасной… бывала и с удовольствием, не без этого. Было одно, что он больше всего терпеть не мог в боевых заданиях – пафос, который излучали все, как один, командиры, что Фойзе, что Одинцов, что вышестоящие генералы. Просто ввести в курс задания они никак не могли, обязательно приплетали что-нибудь из серии «вперёд, орлы, а я за вами». Однако Феникс обходился без этого приложения, за что Хан был ему благодарен.

Инструктаж командиров подразделений был окончен, когда «Киплинг» уже выходил на орбиту планеты.

– Мы получили новое задание, как вы знаете, – начал Феникс, едва успев подойти к своему взводу. – Для нас задание не совсем обычное, но только по обстоятельствам. Задача знакомая – спасти людей. Только на этот раз от наводнения. На северный континент планеты Кинсян обрушился ураган. Разрушены энергостанции, несколько городков и мелких посёлков. Континент почти полностью обесточен, не хватает спасателей и техники. Наша территория – один из трёх поселков долины реки Хиан, где сейчас сильное наводнение, долину вот-вот может затопить полностью. С картой местности ознакомитесь в катерах, мы нанесли на неё наш план действий, начальные позиции для каждого отделения. Наша с вами задача – собрать жителей посёлка и вывезти их в специальный лагерь для пострадавших. Местоположение лагеря указано на карте. Катеров-амфибий на «Киплинге» всего пять, но «наш» поселок затоплен почти полностью, поэтому нам отдали три, и ещё два «сокола». Отделение Аякса на двух амфибиях прочёсывает то, что останется от леса, и окрестности посёлка с севера. Дэн, ты на третьей амфибии берёшь на себя восточную и южную часть долины, позже присоединитесь к нам. Индиго, мы с тобой и твоими ребятами идём на «соколах», высаживаемся на крыши и далее действуем по обстановке. Наша забота – сам посёлок. Оружие вам было приказано оставить, оно там не понадобится. Вопросы зададите в катерах. вперёд!

Феникс со своей речью уложился чётко к открытию ангаров. Как в кино, где всё рассчитано по секундам. Вопросов на пути к планете не возникло, и спустя полчаса катера «Киплинга» уже рассредоточились над долиной Хиан.

Смотреть на сослуживцев Хану было неинтересно, поэтому он обратил всё своё внимание на иллюминатор. На самом деле, такого зрелища он раньше никогда не наблюдал.

Обширная долина почти полностью была залита водой – огромная овальная чаша, зеркально отблёскивающая в лучах солнцеподобного светила. Хан сразу определил их цель – поселок биологов, с возвышающимся над водой круглым зданием научного центра, а вдали разглядел второй посёлок, к которому уже заходили на посадку чёрные точки катеров «динозавров». Тем временем пилот их «сокола» тоже повёл машину вниз. Водное зеркало качнулось и поплыло на Хана.

– Готовимся к приводнению! – громко скомандовал Дэн.

Пришлось оторваться от иллюминатора.

На крыше научного центра собрались около пятидесяти человек. Для того чтобы определить, выдержит ли крыша посадку катера, и расчистить место для него, сначала, как и планировалось, высадились солдаты первого отделения. Пока Индиго с четырьмя бойцами определял степень повреждения здания, сам Феникс с оставшимися пытался успокоить взволнованных поселенцев, состояние которых было близко к панике.

То ли «соколы» в воздухе, готовые сесть и забрать их, то ли спокойные голоса молодых людей в форме, то ли усталость довольно быстро подействовали, и уже через пятнадцать минут первые сорок человек отправились в лагерь, разбитый в долине по ту сторону горной цепи. Спустя ещё четверть часа подошла первая амфибия, высадившая десяток человек, найденных на восточной границе посёлка, затем вторая.

Когда к «волкам» присоединился Ти-Рекс со своими ребятами, поиски пострадавших пошли ещё активнее, и через полтора часа после высадки Феникс дал сигнал к старту «сокола», уносящему очередную партию людей, которые оказались на крыше биоцентра последними. После взлёта «сокола» здесь остались одни киплинговцы. Аякс со своими в последний раз обходил периметр, Дэн отправил почти всё своё отделение в лагерь, в последний рейс не поместились только он сам, Бут и Хан.

– Индиго, что со списками?

– Может, я чего не понимаю, но у нас не хватает двадцать восемь человек, – беспокойно отозвался тот, сверяясь с записями своего браслета.

– Так. Что мы упустили? – вслух спросил Феникс.

– Утонувших, – мрачно предположил Дэн, оглядывая горизонт. – Я лично по всем подвалам своего участка шарил детектором – никого тут больше нет.

– Аякс, – вызвал Феникс, – что у вас?

– У нас чисто, ни души, – раздался в наушнике уверенный голос третьего сержанта.

– Феникс, это Джин, – вклинился в разговор ещё один собеседник. – У нас, похоже, проблема. Мы засекли в крайнем доме на юго-западе двадцать пять человек. Тут женщины и дети есть, но они зачем-то забаррикадировались так, что внутрь не войдёшь. «Горынычей» мы не захватили, и вообще мы тут только вдвоём с Кельтом.

Феникс быстро обернулся, отыскивая взглядом на юго-западной окраине дом, о котором говорилось.

– Мы сейчас будем. «Сокол» на крышу сядет?

– Сядет, – уверенно ответил Джин. – Мы вас ждём.

Ти-Рекс оценил обстановку ещё до того, как Феникс с Джином закончили разговор.

– Давай, бери ребят, и летите туда. Центральная часть уже прочёсывается, а мы с кем-нибудь из твоих сержантов на оставшейся амфибии аккуратно проверим ещё раз отдельные здания. Начнем с западного края, там ребята без катеров работали.

Феникс коротко кивнул и огляделся.

– Дэн! Ребята ещё не вернулись, мы не можем все отсюда уйти. Останешься здесь, сейчас мы пришлём тебе ещё группу, там дети, женщины – примешь, дождётесь второго «сокола», и отправь всех. Индиго, ты пойдёшь с Ти-Рексом, Шторм и Бут – со мной. Шторм, за штурвал.

– Есть!

– Командир, разреши мне поехать с Ти, – неожиданно дрогнувшим голосом сказал Дэн. – Пусть барышень Димка успокаивает, у него харизма…

– Чего у него? – вдруг развеселился Ти-Рекс. – Да его с этой харизмой только с дамами наедине и оставлять!

Феникс усмехнулся, наблюдая сложный манёвр Индиго по обходу Дэна со спины и его торопливую погрузку в амфибию, затем с некоторым сочувствием посмотрел на расстроенного сержанта.

– Строганов, ты приказ слышал. У тебя Хан остался, используй его харизму. Остаётесь, принимаете, группируете, отправляете. Всё, по коням.

Ти-Рекс хлопнул Дэна по плечу, спрыгнул на покачивающийся в уже совсем близкой воде корпус катера-амфибии, скользнул в люк, и машина неторопливо отчалила.

– Командир…

– Давай, Дэн, справишься, – улыбнулся Феникс, – скоро Аякс подтянется.

Через минуту «сокол» плавно разворачивался в воздухе.

– Не волнуйся, Дэн. Справимся.

Пусть только нервничать перестанет, сейчас это вовсе ни к чему.

С этой стороной Строганова Хан ещё не сталкивался. Что это за повороты – Дэн, который опасается женщин и детей? Впрочем, оно понятно. Паникующие тётки с ревущими мелкими отпрысками, за которых надо нести дополнительную ответственность – это вам не девушек на форму спецназовца ловить. Сдрейфил, сержант?

– Я не волнуюсь. Но было бы лучше, если бы тут вместо меня остался Индиго.

Странные нотки. Как будто злится. На него? Дэн? Он умеет?

– Командиру виднее, – вслух сказал Хан.

– Да, – кивнул Дэн и неожиданно добавил: – Только если бы вы с Димкой друг к другу не цеплялись, всё было бы проще.

Сюрприз.

– Не понял.

– Димка – зелёный пацан. Почему он так себя ведёт, я могу понять. Но ты-то…

Дэн махнул рукой и замолчал. Ну да, и так уже лимит говорливости превысил.

Хан усмехнулся.

– А что я? Я в воспитатели не нанимался. Если вам нравится ему всё прощать, то мне оно как-то ни к чему. А теперь ещё и командир нас оберегать друг от друга решил… Я уже сказал – ему виднее. Мы бы друг друга не убили, но Феникс лучше знает.

Дэн пожал плечами и ничего не ответил.

Не убили бы. Наверное. Хотя за Язву Хан не поручился бы. Строганов сказал, что понимает, отчего тот ведёт себя как ёж с Ханом, но на самом деле ничего он не понимал. Он видел только верхушку айсберга.

Язва – чёртов эмпат. Но это были бы мелочи. Язва – чёртов ревнивый эмпат. А поскольку он чёртов ревнивый эмпат и, по совместительству, зелёный пацан, как справедливо заметил Строганов, то не умеет правильно реагировать на то, что воспринимает. Лет через двадцать, возможно, с Язвой было бы интересно столкнуться и поговорить. Возможно. Если ему повезёт выжить, повзрослеть и научиться себя контролировать. Но не сейчас. Сейчас этот колючий клубок эмоций только раздражает. А главное, что раздражает – что все остальные покупаются на эту самую «харизму». Впрочем, остальные – люди простые. Вроде Строганова или баб. Им много не надо: шуточки-прибауточки, восторги и улыбки, а ещё бабы почему-то всё-таки покупаются на размер… На рост, в смысле. Нравится им, когда рядом такая каланча с плечами. Вот и вся харизма, чем ещё может привлечь такой тип, непонятно. Хотя, конечно, рост с плечами – это понять как раз можно. Физиология. Баб в данном случае Хан понимал лучше, чем сослуживцев.

Время тянулось медленно, как монолог Строганова, и так же скучно. Сам Дэн сидел на крыше, смотрел в сторону, куда улетел «сокол» и явно не собирался продолжать разговор.

Да, ребятам много для симпатий не нужно. Как и для антипатий. А вот Феникс… Тут Хан чувствовал, что заходит в тупик. Феникс не «простой». Его не проведёшь улыбками. За то время, что они были знакомы, у Хана родилась только одна версия, почему Лазарев держит Язву рядом. Это противоположность Дэну, повышенное чувство ответственности. Он в ответе за тех, кого приручил, – так, кажется, сказал кто-то из старых писателей.

Версия была всем хороша, кроме одного. Она не объясняла, почему Лазарев искренне рад компании Язвы, настолько, что не хочет её ни на что менять. И это снова заводило в тупик. Шутки-подколки на тему не совсем дружеских отношений между капитаном и его дружком были только шутками, которые всерьёз мог воспринять только Язва – на него и рассчитано. Почему только на Язву? Да потому что для него это, скорее всего, действительно не шутки. Он, дурачок, и сам это не осознаёт, но вот его отношение к Лазареву не только это восхищение и желание теплого крылышка. Правда, лучше ему этого никогда и не осознать. Потому что тогда Феникс его просто выкинет, не задумываясь, из собственной жизни. Не такой он человек, слишком правильно ориентированный во всех смыслах.

Хан не смог бы чётко ответить на вопрос, чем его так цепляют эти двое, почему он посвящает разгадке их отношений столько времени, с самой первой встречи. Может быть, это был интересный тандем с точки зрения психологии. Может быть, ему хотелось доказать Фениксу, что Язва совсем не такой, каким тот его видит. А может быть, ему хотелось самому быть на месте Язвы. Но этот последний вариант Хан не рассматривал. Зачем бы ему сдался Лазарев?

* * *

Амфибия медленно двигалась по зеркалу воды, дотошные лучи детекторов присутствия обшаривали здания, деревья, завалы по пути её следования, а внутри Индиго, не отрывая взгляда от мониторов, с тоскливым видом внимал капитану Карпову, неожиданно решившему провести воспитательную беседу.

– Тебе столько же лет, сколько и ему, а ведёшь себя как ребёнок. Ну что это за выходка была вчера? А пару дней назад, на задании? Сколько Пашка тебя прикрывать может? Фойзе мужик жёсткий, не посмотрит ни на то, что ты боец хороший, ни на то, что Феникс за тебя ручается. Знаешь, – вдруг усмехнулся Ти-Рекс, – он даже Балу однажды…

– Кир, – перебил его Индиго.

– Нет, ты только послушай…

– В той стекляшке трое. Капитан, там что-то происходит!

Ти-Рекс резко повернулся к мониторам, оборвав себя на полуслове.

Даже в схематичном отображении детектора было ясно, что эти люди не просто дожидаются помощи.

– Они выбраться, что ли, не могут? Почему их раньше не заметили? – пробормотал Индиго, направляя катер к полузатопленному зданию с огромными, почти во все стены, окнами.

Судя по схеме посёлка на карте, оно было трёхэтажным. Над поверхностью оставался только верхний этаж, и именно там в одном из помещений происходили непонятные передвижения трёх фигур. Амфибия причалила к краю здания, Индиго нажал клавишу, открывая люк. Ти-Рекс первым выскочил на верх катера, дождался, пока тот зафиксируется у стены, и соскочил на зеленоватое упругое покрытие козырька крыши под окнами.

– Они в третьем окне слева.

– Придётся бить окно, – констатировал Ти-Рекс, окидывая взглядом гладкую поверхность стеклянной стены.

– Кир, давай зайдём отсюда, – Индиго указал рукой правее пришвартованного катера. – Лучше, чтобы они нас не заметили.

Ти-Рекс хотел было сказать, что старший по званию лучше знает, откуда заходить, но промолчал, вспомнив рассказы Феникса, как интуиция Индиго их неоднократно выручала.

Выстрел «гюрзы» аккуратно осыпал стекло фейерверком в лучах заходящего светила, и спустя пару минут они уже бежали по пустынному голубоватому коридору. Мимо нужной двери они не проскочили: чуткий слух Ти-Рекса уловил возню за ней, совершенно не похожую на метания испуганных людей. Когда дверь оказалась закрытой, что почему-то их не удивило, «гюрза» и тут пришла на помощь, выбивая электронный замок.

Влетев в комнату первым, Индиго замер от неожиданности.

– Похоже, мы не зря спешили, – проговорил Ти-Рекс, выходя вперёд.

Посреди большого помещения, которое, видимо, служило чем-то вроде небольшого производственного цеха, поперёк длинного светлого стола лежала полураздетая молодая женщина. Лицо её было наполовину скрыто длинными тёмными волосами, а рот зажимала рука мускулистого парня в белой облегающей рубашке, с приспущенными брюками. Он был слишком занят, чтобы развернуться и посмотреть на вошедших, зато второй – невысокий крепыш с характерной для Кинсян азиатской внешностью, занятый меньше, сориентировался довольно быстро. На открытие двери азиат отреагировал коротким «Упс!», а на выдвижение вперёд Ти-Рекса с «гюрзой» в руке – моментальным стартом спринтера в сторону двери.

Индиго попытался остановить беглеца, но испуг придал тому сил, и он умудрился вывернуться из рук сержанта.

– Верни его! – коротко бросил Ти-Рекс, решительно отшвыривая в сторону насильника, так и не успевшего понять, в чём дело.

Девушка, освобождённая от сжимающих её рук, некоторое время лежала неподвижно, потом молча перевернулась на бок, неуклюже сползла на пол, сжалась в комок и осталась сидеть, по-прежнему не издавая ни звука.

Ти-Рекс, остановившись между судорожно застегивающим брюки парнем и дверью, неторопливо убрал «гюрзу» в кобуру.

– Что, воспользовался форс-мажором? – понимающим, обманчиво мягким тоном спросил он. – В спокойной обстановке женщины не дают?

– Она сама, – угрюмо сказал парень. Он стоял спокойно, но Ти-Рекс видел, как оценивающе меряет расстояние от него до двери мрачный взгляд.

– О, неужели? – он улыбнулся, будто оскалился, и медленно двинулся вперёд.

– Говорю тебе, сама! – крикнул парень и вдруг рванулся прочь, но Ти-Рекс отбросил его обратно к длинному краю стола. Атлет неуклюже поднимался на ноги, глядя на приближение спецназовца расширенными глазами. – Здесь полный посёлок шлюх! Они всегда рады, только помани! Ты что, неужели не знаешь этих косоглазых девчонок, они только рады!

– Молодой человек, нехорошо так отзываться о даме, с которой только что занимался любовью, – брезгливо поморщился Ти-Рекс, не останавливаясь.

Он подошёл уже почти вплотную.

– О какой, мать твою, даме? – сорвался на истеричный визг парень, которого, казалось, всё крепче прижимало к столу тяжёлым взглядом. – Шлюха, она шлюха и есть!

Краем глаза Ти-Рекс уловил, как шевельнулась, плотнее вжимаясь в пол, девушка справа. Ну, хватит.

Парень ещё продолжал выкрикивать ругательства, когда он оборвал эти бессвязные вопли ударом, в который была вложена вся застарелая ненависть к таким уродам. Потом был ещё удар, и ещё, тот, внизу, уже и не сопротивлялся, но остановиться Ти-Рекс смог только тогда, когда его схватили и попытались оттащить в сторону.

Ему потребовалось время, чтобы осознать, что это руки Индиго, что с ним не надо драться.

– Всё! Я в норме, всё! – бросил он, прекратив попытки вырваться. – Я в порядке, Димка.

Индиго осторожно разжал захват, которому капитан успел ещё удивиться. Кажется, сам Индиго был удивлён не меньше.

– Скажи кому, что в одиночку усмирил Ти-Рекса, не поверят, – пробормотал он.

«Это потому, что я был другим занят», – подумал тот.

Он шагнул к неподвижному телу, протянул руку, нащупывая пульс. Жив, скотина. Оглянулся – Индиго проверял второго, которого ему пришлось вырубить, чтобы освободить руки для Ти-Рекса. Посмотрел на девушку, сжавшуюся у стены.

– Убери этих, Гордеев, – скомандовал он. – Зафиксируй и в катер. Я сейчас.

Он медленно подошёл к девушке, вздрагивающей от беззвучных рыданий, склонился над ней, осторожно коснулся плеча.

– Всё, они больше тебя не тронут, – тихо сказал Ти-Рекс.

Она подняла голову, бросила на него затравленный взгляд из-под спутанных тёмных прядей и вдруг отшатнулась, словно ещё больше испугавшись.