Текст книги "Под сенью Великого Леса (СИ)"

Автор книги: Лисс Локхарт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 45 страниц)

Ворлак добился того, чего хотел. Он лишил сильвов надежды. Вот только даже его адептов это уже не радовало. То, что творилось тогда… Я никогда прежде такого не видел. Это был настоящий Кошмар. Скверна, которая видит тебя и выжидает, как охотник, чтобы схватить, растерзать, убить. Никто не мог пошевелиться, пока Темная сущность окончательно не скрылась за верхушками уцелевших деревьев. Куда она отправилась, не знает никто. Мне кажется, даже адепты Мердила. Счастье, если хотя бы Ворлак знает, но у него, думается, есть способы управлять такой силой.

– А потом адепты Мердила всех убили? – в ужасе прошептала Джуди.

– Потом… Нет, сильвы еще какое-то время сражались, но после того, как они увидели гибель Светочей, о надежды и вере в победу даже речи не шло. Эйланис пал, а с ним пал Великий Лес. Адепты Мердил убили всех, кто им сопротивлялся. Сильвы, которым хватила ума, притихли, и их взяли в плен. Уж не знаю, для чего они нужны Ворлаку. Кому-то повезло скрыться, и я был среди них. Мне удалось ускользнуть в самый отчаянный момент. Я долго пытался избавиться от преследования и наконец стряхнул хвост, а потом осознал, что идти мне некуда. Всюду был хаос, триумф Мердила и твоей ненаглядной тетки.

– Она мне не ненаглядная, – огрызнулась Джуди. – И вообще не родня. Ненавижу ее. Она всегда разрушала все хорошее, что было в моей жизни!

– Прости, – опустил голову Мелвин. – Я не должен был так говорить. В общем, тайком, по самой окраине Эйланиса, я добрался до Лечебницы. Битва здесь только-только закончилась, повсюду бродили адепты Мердила, но я понимал: если я сбегу, то за границами Эйланиса меня ждет только смерть. Пользуясь сильвийским плащом, я проскользнул мимо вражеских патрулей и спрятался в маминой комнате. Там, собственно, и сидел до твоего прихода. Вот такая вот непривлекательная история.

Джуди вздохнула. Она понимала, что Мелвин ни в чем не виноват, но расстроилась, что он не смог ничего рассказать про друзей. Беспокойство терзало ее, как голодный зверь. Да и голод, к слову, тоже давал о себе знать.

– Мы в ловушке, Мелвин, – опустила она глаза. – Я вообще понятия не имею, что делать.

– Я тоже. Давай ты просто… расскажешь о том, что с тобой было?

Джуди зажмурилась. О том, что случилось с ней несколько часов назад, даже вспоминать было страшно. Но теперь, похоже, неподходящее стало время для страха. Джуди поведала о своем участии в битве от начала до конца: от призрачных волков до Темной сущности прямо перед ее глазами. Мелвин глядел с ужасом и сожалением, а в конце рассказа крепко прижал Джуди к себе и тяжело вздохнул.

– Слава великим лесным духам, ты жива и невредима, – прошептал он. – Я бы не смог без тебя. Если бы… ох, даже не хочу об этом думать. Давай забудем про прошлое. Настоящее сейчас намного важнее. И опаснее.

– Да, ты прав, – кивнула Джуди. – Вот только что мы сейчас можем сделать? Какие у тебя мысли?

– Не знаю, – признался Мелвин. – Узнать бы, что с ребятами, но соваться в пекло – самоубийство. По-хорошему, нужно бежать из Эйланиса, пока адепты Мердила лазают по Ратуше. Найти Скаэля Хаскеля, если он жив, найти твоих родителей. Короче, всех, кто сумел спастись. Сколотить ополчение. И думать, планировать. Идти на верную смерть.

Джуди с тоской поглядела на Торговые ряды, на Ратушу, которые теперь вызывали лишь отвращение и печаль. Адепты Мердила сновали там, как муравьи. Впрочем, они разбрелись по всему Эйланису и теперь с хозяйским видом осматривались.

– Вот же драконьи лепешки, – выругался Мелвин. – Послушай, Джуди… Не хочу тебя обнадеживать. Давай начистоту, ладно? Многие из наших могли погибнуть. Возможно, в живых остались только мы с тобой. Будь готова к этому.

Джуди засомневалась: это, в конце концов, была их с Афлеком тайна. Но потом она поглядела на измученное лицо Мелвина, на разрушенный Эйланис и на скверну в уничтоженной Роще Светочей. И решилась.

– Я точно знаю, что Афлек жив.

– Джуди…

– Я знаю, что ты хочешь сказать. Все не так. Я не пытаюсь ни в чем себя убедить. Я просто чувствую его.

– Я понимаю, что ты…

– Да послушай же! – рассердилась Джуди. – Не надо решать, в своем ли я уме. Много дней назад, когда мы сбежали из Гарлана, я спасла Афлека от смерти. В прямом смысле. Смоталась за ним на тот свет. Нашла на границе между мирами и в последний миг заставила его передумать, увела из-под носа Бездны, которая так на него засматривалась. Я вела его за руку из Мира Мертвых, и он вернулся в наш мир по моему зову. С тех пор между нами установилась связь, которая с каждым днем становится все крепче. Я не могу слышать его мыслей, но чувствую его эмоции или его боль. Я не понимаю, где он и что с ним, но я точно знаю, что он жив. Я ощущаю отголоски его сознания.

Мелвин потрясенно молчал. Дрожащей рукой он провел по волосам и недоверчиво покачал головой.

– Я, конечно, подозревал, что ты замешана во всей этой истории с его чудесно быстрой поправкой. Но даже подумать не мог, что ты сама… Как ты это сделала? У тебя что, был второй флакон Напитка Сумеречной Границы?

– Нет. Ничего подобного у меня не было. Я просто очень не хотела, чтобы он уходил.

– Ну ты даешь. Дерк не ошибался, когда говорил, что ты талантливая волшебница, которая ничего не смыслит в своих силах.

– О, здорово, Дерк умеет делать комплименты. Послушай, Мелвин… Давай закончим с этой темой, хорошо? Не стоит нам вообще больше говорить на нее. Пора убираться из Эйланиса. Когда найдем более безопасное место, обсудим план.

Мелвин кивнул. Перед уходом из башни он заглянул в комнату матери. Не ту, где Тилиан принимала Реданию и говорила с Джуди после отравления скверной, а в личную, где было полным-полно самых интересных и поврежденных битвой штук. Джуди с удовольствием бы задержалась тут подольше, изучила бы удивительные артефакты и приборы, но время поджимало. Адепты Мердила в любой момент могли вернуться, чтобы еще раз прочесать Лечебницу. Мелвин подарил Джуди сильвийскую накидку Тилиан.

– Не думаю, что она будет против. Эта накидка поможет тебе отвести глаза, если мы встретимся с адептами Мердила. Главное – это сильно хотеть, чтобы тебя никто не заметил.

– Тут даже стараться не придется, – отозвалась Джуди. – Меньше всего я сейчас хочу, чтобы меня кто-то видел.

*

Джуди знала, что продвигаться через захваченный Эйланис будет страшно, но представить не могла, насколько. Сильвийская накидка на плечах не дарила ни грамма уверенности, и когда один из адептов остановился, прислушиваясь, сердце Джуди едва не выскочило из груди. Хорошо, что адепта отвлек шум за кустами. Еще немного, и не сносить им с Мелвином голов.

Бывало, Мелвин дергал Джуди и тыкал в кого-нибудь пальцем. Обычно это были обстоятельные мужчины и женщины, очень важные, чтобы глядеть по сторонам и разыскивать беглецов. Они отдавали приказы, обсуждали грандиозные планы на Эйланис и Великий Лес, ругали Дерка и насмехались над Избранными. Как позже объяснил Мелвин, это были Последователи.

– Я так и знал, что они – редкостные паршивцы, – сплюнул он. – Не все, конечно, но большинство из них заслуживает пожизненного в Альтерисе.

– У них должны были быть серьезные резоны, чтобы объединиться с Ворлаком, – ответила ему потом Джуди. – Знаешь что-нибудь об этом?

– Понятия не имею. Знаю только, что все они, кроме Гаффара, дружно ненавидят Дерка.

Но пока Джуди не знала, кто это, и старалась просто запомнить их лица, чтобы больше никогда не попадаться им на глаза. У нее сложилось впечатление, что это очень могущественные люди, которым вдруг стало дозволено слишком много.

На границе Эйланиса Джуди и Мелвин едва не отдали концы, когда кто-то тихо позвал их из-за кустов. Они бы непременно бросились наутек, но из кустов высунулись две когтистые лапы, ухватили беглецов за шкирки и потащили в глубину леса. Джуди чуть в обморок не упала, но вовремя сообразила: у их таинственного знакомца уже была возможность их убить, и он ею не воспользовался.

Когда же когтистые лапы их отпустили, и Мелвин с Джуди получили возможность вертеть головами, они с удивлением обнаружили перед собой Дианту.

– Еще немного – и побег бы накрылся путем опускания медной сковородки, – сердито проворчала она.

– Слава духам Великого Леса, – выдохнула Джуди.

Когда радостные приветствия и теплые объятия закончились, Дианта заметила, что они по-прежнему в опасности, и повела маленький отряд глубже в чащу. Сквозь заросли, путаные тропы и хитроумные сплетения дорог. Мелвин заметал следы. Несколько раз они едва не наткнулись на адептов Мердила и жутких созданий, слепленных из пульсирующей скверны. Джуди узнавала в них прежних животных и людей. Это, похоже, были бедолаги, которым не удалось спастись от Темной Сущности, и Джуди содрогалась от мысли, что на их месте мог оказаться любой из Избранных.

– Здесь остановимся на передох, – торжественно объявила Дианта, отыскав укрытую от чужих глаз полянку. – Подумаем план.

Несмотря на всю серьезность ситуации, Мелвин засмеялся, заслужив укоризненный взгляд Джуди и пару тумаков. Разводить костер не стали, просто устроились на сырой земле, отыскав бревна покрепче и подстелив плащи. Джуди была бы не против вздремнуть часок, но понимала, что сейчас это непозволительная роскошь.

– Я хотела найти друзей, – отчиталась Дианта. – Но я никого не увидела и не нашла. В Эйланисе ходят злые люди, а хорошие не ходят.

– Совершенно точно подмечено, Ди, – мрачно сказал Мелвин. – Мы остались втроем. Ни Дерка, ни даже наших друзей. Хорошо хоть, пока скверна не захватила весь перекресток.

– Я отказалась от всех идей, – со вздохом поделилась Дианта. – Я воин, но один, а это не армия. Люди злые и сильные. Против них нужна армия.

– Или хитрость, – добавила Джуди. – Хотя я пока тоже не могу ничего придумать. Без Дерка и ребят мы такие… бесполезные.

– Эй! – возмутился Мелвин. – Не время сдаваться! Наши друзья, скорее всего, еще живы, и им нужна наша помощь. Вся наша храбрость и вся вера. Мы не имеем права опускать руки.

Джуди и Дианта переглянулись и кивнули друг другу. Не было никаких сил сражаться, а смелость и вовсе покинула Джуди в миг нападения на Эйланис. Но какой у них был выбор? Они спаслись, но Великий Лес и их друзья до сих пор находились на грани гибели. Даже несмотря на страх и бессилие, Джуди никогда бы не бросила Афлека.

– У меня есть одна идея. Очень призрачная надежда… Выбираясь с Мелвином из Эйланиса, мы видели Последователей, – поделилась Джуди с Диантой. – Насколько я помню, их всего десять, а я насчитала всего шесть. Конечно, мы могли кого-то не увидеть, но мне хотелось бы верить, что не все они предатели. Как минимум, есть Гаффар, к которому мы можем обратиться за помощью, и возможно, еще трое потенциальных союзников.

– И что ты предлагаешь? – поднял брови Мелвин. – Я не знаю, как мы можем с ними связаться. Даже если бы могли, это был бы серьезный риск.

– Я и не предлагаю связываться. Это неразумно, – покачала головой Джуди. – Нет. Помнишь, что сказал нам Дерк перед тем, как мы вышли из Сокровищницы?

– Что если нам в силу обстоятельств придется срочно покинуть этот мир, то нам нужно отправляться в Сверкающий Дом.

– Верно. Сверкающий Дом – кладезь артефактов и полезных вещей. Я думаю, там мы сможем найти медное кольцо, с помощью которого Дерк открывал порталы в любой точке Великого Леса. Тогда мы сумеем, не мотаясь по Великому Лесу в поисках нужной двери, переместиться в мир Собрания и встретиться с Последователями лично.

– Если они, конечно, там, а не в Эйланисе, – проворчал Мелвин. – Не знаю. Это слишком уж притянутый за уши план. Я не уверен, что это хорошая идея.

– Ничего другого нам не остается, – ответила Джуди. – Знаю, дурацкая затея, но так у нас появится хотя бы маленький шанс найти себе союзников.

– Или быть убитыми могущественными волшебниками, – угрюмо отозвался Мелвин. – Ладно. Я предлагаю так: сначала мы находим кольцо, потом перемещаемся в мир, где проходят Собрания, ищем оставшихся Последователей. Если не находим или понимаем, что дело пахнет керосином, то срочно открываем портал в Кентарию, спасаемся бегством и ищем Гаффара. Просим у него помощи. Согласны?

– Звучит лучше, чем ничего, – пожала плечами Джуди.

– Я за любое действие, которое не бездействие, – высказалась Дианта.

На том и порешили. Мелвин набросал на клочках бумаги, найденных в кармане накидки, карту Великого Леса, и протянул спутницам.

– Вот, – сказал он. – Это на случай, если нам придется разделиться или мы попадем в беду. Самый ближайший к Эйланису портал ведет в Аннес-Гран. Не самый гостеприимный мир, но все лучше, чем умереть на отравленном скверной перекрестке.

– Если Великий Лес погибнет, – напряженно произнесла Джуди, глядя на карту, – мы никогда не сможем вернуться из Аннес-Гран домой.

Мелвин кивнул.

– Но согласись, лучше так, чем умереть.

– Я не уверена, что Великий Лес будет уничтожаться, – вмешалась Дианта. – Ворлак испытывает радость от всего, что происходит. Он делает свое дело. Вмешательство Береники он теперь считает плохим.

– Хочешь сказать, Ворлак теперь предаст Беренику, чтобы самолично управлять Великим Лесом и укреплять его энергией Гарлан? – изумился Мелвин. – А что, вполне на него похоже. Эти злодеи вечно даже союз нормальный создать не могут. Если Ворлак действительно одержим такой идеей, они с Черной Колдуньей еще столкнутся в драке, а у нас будет время спасти Лес.

– Давай надеяться на лучшее, а готовиться к худшему, – предложила Джуди. – И не питать никаких ложных надежд.

«Передох» объявили оконченным. Ребята собрали вещи, тщательно замели следы своего пребывания на полянке и двинулись дальше, по дороге к Сверкающему Дому. В пути они почти не разговаривали, боясь привлечь внимание людей Мердила или тварей, рожденных из скверны. Даже двигались как можно тише, выбирая обходные пути и ступая по земле как можно мягче, благо, звуки шагов скрадывал шум нахлынувшего дождя. Джуди не оставляло ощущение, что кто-то следует за ними по пятам. Дианта и Мелвин тоже порой оборачивались и прислушались, и Джуди пришла к выводу, что в Сверкающий Дом направляются не они одни.

Она успела даже позабыть о молчаливом присутствии опасности, когда в воздухе мимо нее прожужжала стрела. Ее наконечник вонзился в землю в паре дюймов от ноги Мелвина, и тот нервно сглотнул.

– Бежим! – скомандовал он.

Троица опрометью бросилась в чащу, пытаясь сбросить преследователей с хвоста. Над головами свистели стрелы, уворачиваться от которых помогали только сильвийские накидки, а вдогонку слышались азартные крики адептов Мердила. Мелвин ругался сквозь зубы, Дианта потрясала оружием, Джуди сжимала в пальцах обсидиановое ожерелье, но ничто из этого не уберегло их. Адепты Мердила вытеснили своих жертв к оврагу, прыгать в который во время дождя было настоящим самоубийством.

Джуди пыталась лихорадочно придумать план.

– Давайте больше не играть в догонялки, – невозмутимо предложил высокий рыжий маг. – Мы устали бегать за вами, а вы – от нас. У Ворлака есть для вас предложение, и если вы примете его, никто не пострадает.

Маг отдал своим людям приказ, чтобы прекратили стрелять.

– Ага, как же, – процедил сквозь зубы Мелвин. – Держи карман шире, знаем мы ваш лживый народ. Проваливай!

Рыжий маг поднял в знак примирения обе руки, но какую бы мину он ни строил, Джуди ни на йоту ему не поверила. Она много книг читала и хорошо знала она такие ловушки на простаков.

– Послушайте, у меня есть определенный приказ: доставить вас к Ворлаку живыми. Выбора тут нет. Вы либо пойдете сами, либо мы заставим вас силой.

– Ха! – воинственно воскликнула Дианта. – Тогда старайтесь: просто мы вам не дадимся! Ешь слизней!

Она подняла клинок, с которым прошла через битву за Эйланис, и сделала шаг вперед, закрывая могучими крыльями Джуди и Мелвина. Рыжий маг нахмурился.

– Относительно тебя, грифонша, приказа не было. Ты уж точно Ворлаку не нужна.

– Тогда вам придется пройти через мой труп, чтобы забрать моих друзей, – запальчиво ответила Дианта.

Рыжий маг махнул рукой, и сразу десяток стрел устремились в Дианту. Мелвин и Джуди за время их разговора не спали, а успели стянуть с себя сильвийские накидки и теперь укрыли за ними Дианту, как за барьером.

– Что вы делаете? – возмутилась та. – Я хочу его подлые глаза!

– Надеюсь, ты хочешь просто в них заглянуть… – пробормотал Мелвин. – Джуди, есть идеи?

– Ровным счетом никаких. Мы в ловушке. А они нас измором берут, думают, мы поймем, что стрелы у них не заканчиваются и что они готовы стоять так вечно, и сдадимся.

– Проклятие, – выругался Мелвин. – Тогда просто знайте, что вы были чертовски классными друзьями. Видят великие духи, несмотря на все наши споры и разногласия, вы – лучшие люди, с которыми мне довелось иметь дело.

– А сам вечно ругался на мелодраму, – проворчала Джуди. – Ты всегда будешь мне другом. Сначала и навечно. Дианта, ты готова?

– Я сгораю от нетерпения! – заявила грифонша.

– Тогда насчет три опускаем накидки и быстро набрасываем их на себя. Я уже создала перед тобой щит, но он не слишком надежный, и надолго его не хватит.

– Мне достаточно, чтобы отправить мерзавца на тот свет.

– Раз… два… три!

Джуди с Мелвином молниеносно набросили на себя сильвийские накидки. Джуди привычным жестом направила руку на врагов, указывая призрачным волкам цель, и три грациозных создания одно за другим выплыли из ее медальона. Мелвин с деловым видом извлек из-за пазухи непримечательную палочку и стукнул одной ее стороной об ладонь. Через миг в его руках лежал деревянный посох со светящимся набалдашником.

Рыжий маг осознал, что Избранные не намерены сдаваться, и наконец отдал приказ своим людям прекратить стрельбу. Адепты перегруппировались и бросились в атаку, а Мелвин выставил посох, готовясь ее встречать.

Но делать этого не пришлось.

Между адептами и Избранными промелькнула серебристая стрела, стремительная и неуловимая. Она выбила из рук адептов в первых рядах оружие и на миг остановилась, оказавшись Фалионом. Фалион подмигнул Избранным и вновь превратился в неудержимый поток ветра и силы, за которым невозможно было уследить. Джуди поняла: как бы ни были хороши адепты Мердила, против этой холодно направленной ярости им не выстоять. Некоторые из них сами побросали оружие и бросились наутек, другим повезло меньше, и они пали под ударами смертоносного клинка Следопыта. Рыжий маг, надо отдать ему должное, попытался противостоять вихрю, но от неожиданности замешкался и не сумел. Фалион материализовался за его спиной и занес меч в тот самый момент, когда маг спешно исчез во вспышке фиолетового огня.

– Ушел, зараза, – процедил сквозь зубы Фалион и опустил меч. – Все целы? Дырок на себе не насчитали?

– Все в порядке, – отчитался Мелвин. – Какое облегчение, что ты выжил!

– Самое большое облегчение, что Великий Лес пока жив, – отрезал Фалион. – Где остальные Избранные?

– Мы точно не знаем, – ответила Джуди. – Похоже, они все остались в Эйланисе. Не уверена даже, что все они до сих пор живы… Ворлак послал за нами, но Дианта была ему не нужна. Мы не знаем, почему.

– В случае со мной это вполне объяснимо, – сказал Мелвин. – Я ученик Дерка. Подразумевается, что я знаю о нем все: его прошлое и настоящее, сильные и слабые стороны. Вот только ничего они от меня не получат!

– Успокойся, – осадил его Фалион. – Ты же пока не у Ворлака. Но непременно окажешься, если будешь так кричать. У вас есть план?

Избранные и Фалион поторопились убраться с места стычки, и по дороге к Сверкающему Дому Мелвин изложил план. Фалион нахмурился, покачал головой и пожал плечами.

– Понимаю, что план фиговый, – согласился Мелвин. – Но только что нам остается?

– Ты прав, я ничего и не говорю. Просто просчитываю риски, которые сопряжены с этой затеей. Ничего, справимся как-нибудь. По крайней мере, я больше не один, и вы тоже не одни.

Некоторое время беглецы шагали в молчании, пока Джуди не поинтересовалась судьбой Фалиандра. Фалион помрачнел и опустил глаза.

– Он… он не дожил до конца битвы. Точнее, он стал вестником ее конца.

Джуди, Мелвин и Дианта обменялись взглядами.

– Когда Темная Сущность пробудилась, отец уже был тяжело ранен в бою, – рассказал Фалион. – Он дрался с Ворлаком, а из стычки с ним выйти живым, сами понимаете, почти невозможно. Пробуждение Темной Сущности ослабило его, выбило из колеи, он стал более рассеянным и пропустил несколько точных ударов Ворлака. Тогда Ворлак втащил тело отца на сцену на Фестивальной площади и пронзил насквозь его сердце на глазах у десятков сильвов. Стоит ли говорить, что после этого бойцы совсем лишились надежды.

Фалион тяжело вздохнул и невидящим взглядом уставился в ночь.

– Я был неподалеку, но спасти отца не успел. Даже поговорить с ним на прощание не смог, а мы перед битвой разошлись далеко не лучшими друзьями. Много споров возникло насчет защиты Эйланиса… – Фалион взмахнул рукой, точно пытаясь распрощаться с прошлым. – Увы, так всегда и бывает. Скажешь слова, о которых тут же пожалеешь, и уже никогда не сможешь попросить за них прощения. Я попытался сделать все, что мог, но с гибелью отца Ворлак уже победил. Многие сильвы сдавались почти без боя, другие пришли в такую ярость, что перед смертью многих адептов положили. Пока Великий Лес жив, он всегда будет помнить этих героев.

Джуди задумчиво кивнула. Мысли ее вертелись вокруг родителей, отправленных в дом Скаэля Хаскеля вместе с семьей Элоизы. Живы ли они? Все ли в порядке? Суждено ли им теперь хоть когда-нибудь встретиться? Слова Фалиона заставили ее задуматься, сколь многое она не обсудила со своими родителями. У нее было столько лет для разговоров с ними, а она начала ценить это время только тогда, когда оно безвозвратно ушло.

– Как же ты спасся? – поинтересовался Мелвин.

– Счастливый случай. Я уже понимал, что битва проиграна, и все, что я могу сделать – это сбежать из Эйланиса, собрать силы и ударить по Ворлаку снова. Бесполезные жертвы Великому Лесу сейчас не нужны. Я бы непременно попался Ворлаку, но тут на него набросился призрачный волк. Ворлак быстро сразил его, ведь волк, хоть и здорово кусался, был всего лишь наваждением. Тем не менее, он отвлекся, и это подарило мне драгоценные секунды на спасение. Жаль, я не знаю, кто создавал этих волков. Этот человек спас мне жизнь.

Джуди смущенно улыбнулась. Мелвин открыл рот, чтобы наябедничать, но Джуди ткнула его локтем в бок и незаметно покачала головой. Мол, нет, не нужно. Пускай это останется моей маленькой тайной. Мелвин удивился, но болтать лишнего не стал. Джуди сама не знала, почему ей так важно сохранить это в секрете, но была ему благодарна.

*

Чароит давно потерял счет часам и минутам. Вокруг бушевала скверна, ночь дьявольски плясала в свете трех лун, а мир трещал по швам, но ему все было равнодушно. Здесь, в ловушке на дракона, он стал узником собственной слабости и беспомощности. Даже поднять руку или моргнуть – и то был большой труд. Чароиту не хотелось есть или спать. В основном он сидел и безразлично глядел перед собой, не замечая погибающего мира, а только пустоту в собственном сердце.

Кларисса и Ворлак обманули его и растоптали. От смелого дракона с человеческим сердцем не осталось ничего: ни дракона, ни человека, лишь жалкое подобие живого существа, которое час за часом с трудом влачит бесполезное существование. Чароит уже не помнил имен друзей и родных, имя Агилара Хамди не вызывало отклика в его сердце, он не чувствовал боли, только огромную тяжесть горечи и утраты. Только слово «Меличента», что бы оно ни значило, все еще хоть немного, но трогало павшего дракона. Это имя было похоже на красивый цветок, на легкую песню ветерка, на солнечный лучик и на запах во время грозы. С каждым вдохом Чароит все хуже понимал, что такого кроется за словом «Меличента», но все равно улавливал отголоски былых чувств. Только это и поддерживало в нем жизнь.

А потом он увидел. И красивый цветок, и песнь ветерка, и солнечный лучик, который приветливо улыбнулся ему сквозь слезы. Он не знал, кто перед ним, но видел прекрасное создание, наполненное грустью, и ему хотелось стереть печаль с этого чистого и нежного лица. Он попытался что-то сказать, но не сумел, так что только прислонился к стене ловушки и протянул руку. Прекрасное создание по ту сторону барьера приложило свою маленькую полупрозрачную ладошку.

– Я вытащу тебя, – зазвучал нежный хрусталь девичьего голоса. – Все будет хорошо, Чароит. Вот увидишь. Просто сиди и слушай мой голос. Хорошо? Кивни, если понимаешь меня.

Чароит кивнул. Сидеть и слушать ее голос – это было несложно. Если бы Чароит закрыл глаза и увидел перед ними черноту, он снова остался бы наедине с собой и, возможно, угас навсегда. Но голос этого чудесного существа завораживал, и он не моргая глядел на него, любовался мягкими изгибами плеч и теплой улыбкой, в уголках которой крылась горечь.

Сказочное существо село на колени напротив Чароита, положило руки на сияющий золотистый барьер и запело. Медленно, но верно, повинуясь чистым нотам хрустального голоса, барьер начал таять, а к Чароиту стало возвращаться сознание. Он уже начал понимать, что заточен в опасной ловушке, что эта слабость – серьезное магическое бессилие, и что он был на волосок от смерти. Затем он осознал, что сделал нечто ужасное, в чем сильно раскаивается. А когда барьер со звоном лопнул, Чароит вспомнил: он отдал самому страшному врагу то, что ни в коем случае не следовало отдавать, а перед ним сидит его Меличента. Живая. Целая и невредимая. И такая родная.

От переизбытка нахлынувших, точно родившихся заново в один момент чувств Чароит едва не заплакал. Как девчонка. Он закрыл лицо руками, глубоко вздохнул и понял, что не смеет поднять на Меличенту глаза. Она видит его насквозь. Она знает, что он в который раз предал ее, подвел, и что ответственность за Великий Лес лежит на его плечах. Он бы просидел так, укрываясь от ее взгляда, не одну вечность, но Меличента мягко взяла его за плечи и заставила поднять глаза.

– Я совершил ужасный поступок, Мели. Я всех предал… Я передал чертежи Ворлаку, потому что у него был мой брат… Как же глупо я себя повел!

Меличента молча выслушала драконью исповедь и ласково провела ладонью по его лицу.

– Я все уже знаю. Нетрудно прочитать душу человека, которого освобождаешь от такого заклятия. Все уже позади. Сейчас мы вытащим твоего брата, и Ворлак поплатится за то, что сделал.

– Да… Да. Великие духи, Меличента, я так рад, что ты вернулась. Мне так не хватало тебя. Почему ты решила прийти?

– Потому что здесь у меня остались незаконченные дела, – объяснила Меличента, накрывая дрожащие руки Чароита своими. – Потому что моя мама повела себя как эгоистка, думающая только о своем благе. Потому что принцы – ужасно скучные, и я предпочитаю самых невозможных драконов. Я не могла оставаться в Кленире. Теперь, после всего, что случилось с нами, мне там не место.

– Твоя мама никогда тебя не простит, – подумав, сказал Чароит.

– Я тоже не смогу ей простить того, что она сделала. Но она хотя бы открыла мне глаза на то, в чем я ошибалась. Я словно всю свою жизнь шагала сквозь туман, а тут наконец вынырнула из него и увидела перед собой прекрасные леса и долины. Целый мир. Мир, который я должна познать, а не кто-то другой, кто за меня решает, как мне лучше.

Меличента сжала руку Чароита и поднялась.

– Отдыхай. Тебе нужно восстанавливать силы. А я пока освобожу твоего брата.

Он зачарованно смотрел ей вслед. Все остальные мысли думать было сложно, и он просто радовался тому, что она снова порхает рядом с ним, излучая любовь и ласку.

Если бы Чароит сам не был на грани обморока, он бы посмеялся над братом: нечасто увидишь могучего дракона таким измотанным и сонным. Но вместо привычной колкой насмешки Чароит поднял ладонь в знак приветствия и попытался улыбнуться. Цессарат, впрочем, утруждать себя не стал. Он даже не снизошел до благодарности Меличенте, и Чароит, глядя на его плотно сжатые губы и недовольное лицо, вновь вспомнил, почему так тяжело расстался с семьей.

– Привет, Цессарат, – вложив все добродушие, какое только наскреблось, сказал Чароит. – И как тебя угораздило попасться этой ведьме?

– Так же, как и тебя, – отмахнулся старший брат. – Не лезь с глупыми вопросами.

– Нет, приятель, не так же, как и меня. Я угодил в ловушку, потому что захотел спасти твою шкуру. Давай-ка выкладывай все, как было.

Цессарат думал было возмутиться или сердито выдохнуть огонь, как он любил делать в случаях, когда разговор заходил в тупик. Впрочем, взглянув на Меличенту и Чароита, он передумал.

– Ведьма меня обманула. Не так давно она пришла в мой мир и предложила заключить сделку. Ее предложение было очень выгодным: достойная награда в обмен на убийство местного Хранителя перекрестка. Я решил, что работа пустяковая. Сколько я уже великих магов загрыз и сжег, даже не сосчитаю. Я отправился следом за ведьмой по открытому ею порталу и тут же угодил в ловушку. Эта бесхвостая виверна обвела меня пальца. Оказалось, что я ей даром не нужен, и что я лишь выполняю роль приманки для тебя, Чароит. Хорошенькая роль, ничего не скажешь.

Чароит покачал головой.

– Ты всегда был таким разумным и внимательным, гордился своей проницательностью, но позволил Клариссе легко себя провести. Теряешь хватку, брат.

– А сам-то? Купился на весь этот спектакль, как девчонка.

– Какая теперь разница? – рассерженно вмешалась Меличента. – Хватит спорить. Вы оба спасены, и все тут. Давайте лучше займемся делом.

Цессарат с любопытством взглянул на Меличенту, оценивающе оглядел ее с ног до головы и цокнул раздвоенным языком. Меличента невольно придвинулась ближе к Чароиту. Она храбрилась, но Цессарат пугал ее. Эти узкие, как щелки, глаза и хищный прищур могли испугать кого угодно.

– А у нас что, есть какие-то дела? – тягучим голосом осведомился Цессарат.

Угроза или желание. Чароит знал каждую ноту в голосе своего брата.

– Держи себя в руках, – предупредил он. – Меличента, ты была в Эйланисе? Как там обстоят дела?

Меличента с грустью опустила глаза.

– Еще хуже, чем по всему Великому Лесу. Давайте будем двигаться отсюда. Не знаю, почувствовала ли Кларисса, что я развеяла ее заклятие. К тому же… В лесу нас кое-кто ждет.

Цессарат не торопился, но под пристальным взглядом Чароита все же двинулся следом за Меличентой в лес. Чароит не доверял брату и не был рад такому попутчику, но все равно был рад, что Цессарат жив. Смерть брата никак не входила в его планы. Особенно такая глупая.

– Ворлак Мердил долго пытался пробиться в Великий Лес. Маги Великого Леса до последнего держали защиту. Когда же барьеры пали, в Эйланисе завязалась кровавая битва, и я не знаю, кому из наших друзей удалось выжить. Сама я прибыла в Великий Лес позднее, когда по Эйланису уже всюду бродили адепты Мердила, а каждая миля земли оказалась хоть наполовину отравлена скверной. Едва не нарвалась на патруль Мердила, но меня вовремя вытащили из беды.