Текст книги "Под сенью Великого Леса (СИ)"

Автор книги: Лисс Локхарт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 45 страниц)

– Вот почему ты так защищал меня у Истока, – поднял на дракона глаза Афлек.

– Да, – признал Чароит. – Теперь и у меня есть долг перед вашей семьей. И перед своей тоже: вы стали мне близкими друзьями, вы поверили в меня и дали сил совершать честные поступки. Такие, какие я совершал во времена дружбы с Агиларом. Вы убедили меня: не страшно быть человеком, даже если ты дракон. У меня есть долг перед вами и перед тобой, Афлек, и теперь пришел мой черед его исполнять.

Чароит замолк, и некоторое время никто не осмеливался проронить ни звука. Джуди обдумывала всю эту историю и пыталась вообразить, как дракон и охотник вообще смогли стать друзьями. Похоже, это был один из тех поворотов судьбы, объяснить которые невозможно.

– Чароит, – выпрямился, нарушая тишину, Афлек. – Я рад, что ты был другом моей семьи и что ты остаешься им до сих пор. Кроме меня и моего отца, Говорящих с Лунами больше не осталось, но наш род никогда не забудет того, что ты когда-то сделал для Агилара. И все же у меня есть к тебе одна просьба.

Дракон выпрямился и подался вперед, сверкая янтарными глазами.

– Все, что угодно Говорящему с Лунами.

– Тебе ни к чему рисковать своей жизнью ради спасения моей. Я не хочу подставлять тебя под удар и в бою прятаться за твою спину. Мне нужен хороший соратник. Тот, кто в бою прикроет спину и защитит близких, если придется. Будь таким же отважным, как тогда, когда ты решил спасти Джуди, но никогда не пытайся отдать за меня свою шкуру.

– Если долг того потребует, мне придется это сделать, – покачал головой Чароит. – Я ведь обещал Агилару. Я и так много в чем его подвел: и в жизни, и в смерти.

– Тогда я, как его потомок, отменяю это обещание. Будь моим другом, Чароит, и ничего другого я не прошу.

Несколько секунд Чароит молчал, вперившись тяжелым взглядом в Афлека, а потом вдруг улыбнулся и тряхнул головой. От него во все стороны брызнули горячие искры.

– Хорошо, упрямый потомок Агилара Хамди, будь по-твоему. Но раз с этой минуты я ничего тебе не обязан, пеняй на себя!

– Главное, больше не пытайся меня убить, – рассмеялся Афлек. – Или хотя бы предупреждай, что попробуешь.

– Не сомневайся, – промурлыкал Чароит. В кои-то веки он выглядел довольным.

– Давайте вернемся? – предложила Джуди, убедившись, что вражде между этими двумя пришел конец – с этих пор и навсегда. – Я думаю, никто из ребят не против хорошенько отдохнуть и повеселиться. Например, потанцевать с элементалем. Да, Чароит?

– Да! То есть… Эй! Почему ты меня об этом спрашиваешь?

– Я так рад, что вы вернулись, – сообщил Мелвин, выхватывая из деревянной тарелки гроздь ярко-желтых ягод. – А то еще немного, и от еды ничего не останется, а делиться такой вкуснятиной никто не станет.

– Прекрати, – отмахнулась Джуди. – У меня из-за тебя создается ощущение, что мы спешили сюда поесть.

Мелвин счастливо расхохотался.

– Ну, а разве оно того не стоит? Это ведь лучшая еда во всем Великом Лесу, пища богов, это…

– Мелвин, прошу тебя, заткнись, – от души высказался Лонси. – Честно говоря, я уже готов кинуться в тебя чем-нибудь тяжелым. Или насадить на рога.

– Вот так всегда: желаешь друзьям лучшего, а получаешь сплошные угрозы, – театрально вздохнул Мелвин. – Правда, Джуди? Джуди?

Она не слушала, пристально всматриваясь вдаль: что-то было не так. Сильвы отвлекались от праздника и танцев, один за другим покидая Фестивальную площадь, и стекались к Холодному Костру. Мелвин посмотрел туда же.

– Эй, Леголас, – рассеянно окликнула его Джуди. – Что показывает твой эльфийский взор?

– Ничего, – хмыкнул Мелвин. – У Леголаса минус единица на обоих глазах.

– Сильвы собираются вокруг женщины в нарядном платье, – доложила Гахара: она была северной воительницей, охотницей, и ее взгляд был более зорким и внимательным, чем у людей. – Она не одна, с нею пятеро мужчин, и все они одеты очень странно… Похоже, что это большие листья, достаточно плотные, чтобы имитировать броню. Женщина что-то спрашивает. Ей отвечают и показывают в нашу сторону. Они направляются к нам. Не спеша, но я чувствую в их походке угрозу. Кхм… Уже пора бежать?

– Это явно не адепты Ворлака, – покачал головой Лонси. – Слишком уж они утонченные для гарланцев.

– Но вполне в духе Черной Колдуньи: головорезы и дуболомы не в ее стиле, – взволнованно прошептала Джуди. – Что, если это они пришли по нашу душу? Сделали вид, что друзья сильвов, даже вырядились в какие-то лесные наряды, а сами исподтишка атакуют нас.

– Кто это – неважно, я приму любой бой, – воинственно поднявшись, заявила Дианта.

– Успокойтесь все, – велела Меличента, и что-то было такое в ее голосе, отчего все сразу притихли и посмотрели на нее. – Это не Черная Колдунья и не Ворлак. Это моя мама.

Чароит побледнел и отступил в тень.

– К такому быстрому течению событий я не был готов, – заговорил он с наигранным испугом. – Только нашел себе девушку, а меня сразу же знакомят с ее мамой… Не слишком ли быстро?

Он пытался пошутить, но никто не засмеялся: по выражению лица Меличенты все понимали, что дело серьезное. «Вряд ли ее мама придет в восторг от союза дочери с драконом», – встревоженно наблюдая за делегацией элементалей, подумала Джуди. Разговор впереди поджидал мало приятный. Идущая к ним женщина в цветочном платье была ослепительно красива, даже Меличента меркла рядом с ней, но ее прекрасное лицо портила гримаса отвращения. Ее, казалось, раздражало все вокруг, и она смотрела на окружившую ее толпу сильвов с пренебрежением и превосходством. Джуди подивилась, насколько разными были мать и дочь: да, внешне они мало отличались друг от друга, но Меличента словно светилась изнутри теплом и заботой, и все, на что падал ее свет, становилось прекрасным. Вокруг ее матери краски, напротив, тускнели, а любой, кто стоял рядом с ней, ощущал себя ничтожеством, посмевшим встать на пути королевы. Меличента порой бывала капризной и надменной, но ей было не сравниться со своей матерью, которая обдавала презрением каждого, кто приближался к ней.

– Кавиал, не подходи так близко, я терпеть не могу дубовый запах. И уберите от меня эту толпу сильвов, чего они уставились, словно любопытные альфсиры?

Похоже, у элементалей это значило нечто оскорбительное: Меличента стиснула кулаки и скрипнула зубами, а многие сильвы, заслышав это слово, сплюнули и покинули Фестивальную площадь. Прочих отогнали – кто вежливыми просьбами, кто угрозами – Кавиал и еще три элементаля. Пятый спутник королевы элементалей, юноша с выражением глубокой печали на лице, держался поодаль и молчал, не обращая внимание на вызывающее поведение ее величества. Он был одет в зеленое с золотом, а на груди красовался герб в виде золотого древа с ярко-красными плодами. Они свисали с ветвей, точно слезы – или капли крови.

– Ее величество Флорентина Сиария, королева элементалей, – бодро представил гостью Кавиал. – А также его высочество Андрис Цветориан, Принц Лесных Земель.

Юноша с золотым гербом поклонился, обежал глазами всю разношерстную компанию и остановился взглядом на Чароите. Дракон мрачно осмотрел его с ног до головы, и судя по этому взору, ничего хорошего его высочеству Андрису не светило.

– О, Меличента! – воскликнула королева Флорентина, не смутившись, что ее появление даже тени улыбки ни у кого не вызвало. – Как я счастлива, что ты жива, дорогая! Я примчалась сразу же, как только узнала о битве в Сердце Леса. Дерк мне обо всем рассказал.

Она впервые обратила внимание на остальных Избранных за спиной дочери и заметно поморщилась.

– Грифоны, драконы, наполовину рогатый скот… Вот уж не могла представить, куда отправляю свою дочь. Меня беспокоит твой нынешний круг общения, дорогая. Не могли бы эти люди уйти? Или, как вариант, мы могли бы поговорить в более комфортном месте.

– Нет, – твердо ответила Меличента. – И не станут. Эти люди – мои друзья, и если ты будешь проявлять такое отношение к ним, я не стану разговаривать.

– Ты смеешь шантажировать меня? – недовольно воскликнула королева Флорентина. – Меличента, как не стыдно! Впрочем, поговорим об этом позже. Я намерена забрать тебя из этого места как можно скорее.

Здесь подскочили, не веря своим ушам, все, даже вечно невозмутимый Лонси. Одна половина его лица стала стремительно меняться, и он спешно прикрыл ее рукой и отвернулся.

– Мама! – пораженно вскрикнула Меличента. – Ты вообще о чем? Я не могу уйти. Я же… – Она обернулась на Чароита, но он покачал головой. – Я же Избранная, я нужна Великому Лесу!

– Ты Избранная только потому, что я так решила, – отрезала Флорентина. – Оракулы не выбирали вас, они лишь назвали миры, из которых придут Избранные. Я не подумала, на что отправляю тебя. Я думала, это честь и гордость для семьи, а оказались лишь опасности и потери на каждом шагу. Я не готова идти на такие жертвы и каждое утро просыпаться, думая, что уже потеряла тебя. Уверена, Андрис тоже не хочет, чтобы его невеста рисковала жизнью ради чужого мира.

Мелвин закашлялся.

– Невеста?!

Меличента растерянно оглянулась и встретилась глазами с Чароитом. От такой новости он переменился в лице.

– Поверить не могу, – проговорил он. – Ты не могла сразу сказать? Я бы даже…

Он, не договорив, махнул рукой и бросился прочь, мгновенно набрав высоту и скрывшись за облаками. Меличента даже слова сказать не успела. «Только не это! – в ужасе подумала Джуди. – Только пускай ничего не рушится!» Увы, было уже слишком поздно.

– Слава духам, этот несносный дракон ушел. Придумала же природа таких уродливых существ, – скривила губы Флорентина. Она думала присесть на скамью, но брезгливо ее оглядела и передумала. – Впрочем, неважно. Я так и не договорила. Дерк еще не знает, но я как раз намерена найти его и поговорить, пока ты собираешь вещи. Так дальше продолжаться не может. Вы всего лишь дети, и он не имеет права распоряжаться вашими жизнями, как пожелает. Ты больше не Избранная, Меличента. Ты вернешься в Кленир, в безопасность. Там все уже готово к вашей с Андрисом свадьбе.

Казалось, еще немного, и Меличента упадет в обморок. Она тяжело оперлась на край стола, и Андрис бросился ее поддержать, но Меличента остановила его резким взмахом руки. До Избранных дошло, что нужно срочно вступаться за подругу, пока не случилось непоправимое.

– Но Меличента нужна нам, ваше величество, – вмешался, выступив вперед, Афлек. – Ее таланты нужны Великому Лесу. Да, Оракулы не называли наших имен, но судьба указала на нее. Ее путь предрешили луны. Вы не можете отнять ее у мира, который в ней нуждается.

– Мы бы уже давно пропали без ее способностей, – добавила Гахара. – А дары Меличенты столько раз выручали нас из беды! Не говоря уже о том, что она спасла жизнь Джуди.

– Когда лес отравлен скверной, ему нужен чуткий слушатель, – кивнул Лонси. Он все еще сидел полубоком, боясь показать незваным гостям изменившуюся половину лица. – Он, подобно лекарю, рано или поздно найдет причину болезни.

– Оракулы не зря говорили, что Избранных должно быть семь, – добавила Джуди. – Чтобы победить тьму, мы должны держаться вместе.

– Как вы не понимаете: если не будет Великого Леса, не будет и дорог между нашими мирами? – воскликнул Мелвин. – Этот мир просто не может быть чужим. А для Меличенты он и вовсе стал близок.

– Меличента – наш друг, – поставила точку Дианта. – Меличента иметь свой выбор.

Мгновение Флорентина молчала, по очереди оглядывая каждого из Избранных, а потом обронила равнодушно:

– Вас не спрашивали.

Джуди даже ахнула от такой дерзости. Если ты королева, это отнюдь не значит, что тебе можно все. Особенно на глазах у собственной дочери.

– А Меличента не звала вас, – громко сказала Джуди, бесстрашно глядя в лицо Флорентины. – Вы что, совсем не понимаете, как выглядите со стороны? Не хотите ради разнообразия услышать свою дочь, а не только себя?

От ярости шумело в ушах. Джуди могла бы говорить и говорить, не заботясь, что подумают другие, но Афлек остановил ее, положив руку ей на плечо.

– Джуди, успокойся. Перед тобой не кто-нибудь, а королева элементалей. Она наша гостья, и мы должны относиться к ней соответственно.

– Передо мной – всего лишь эгоистка, избалованная хорошей жизнью, привыкшая к тому, что любой ее каприз тут же выполняют, и будь вы моей матерью, мне было бы за вас стыдно!

Лицо Флорентины вытянулось и приобрело багряный оттенок. Она тут же растеряла остатки красоты, сорвавшись на крик, и голос ее дрожал от негодования и ярости:

– Бросить ее в карцер! Никакой воды и еды следующие сутки!

– Ваше величество, нижайше просим прощения, но мы не можем этого сделать, – невозмутимо отозвался Кавиал. – Мы ведь не в Кленире, и здесь, боюсь, ваша власть бессильна.

Похоже, он был лишь доволен этим обстоятельством.

– Джуди, – чуть ли не плача, проговорила Меличента. – Молю тебя, хватит. Уходите. Вы все, пожалуйста, поговорим позже. Оставьте нас наедине.

Джуди словно со стороны увидела себя: лицо, искаженное злостью, и слова, которые она ни за что не сказала бы, будь она в своем уме. Ей стало ужасно стыдно, но просить прощения было уже поздно.

– Пойдем, – тихо позвал Афлек. – Мы изначально были здесь лишними.

Избранные один за другим поднялись и направились прочь от Фестивальной площади под тяжелым взглядом королевы Флорентины. Повинуясь ее крикливым приказам, поспешили убраться и элементали с принцем Андрисом во главе. Джуди чувствовала себя почти так же паршиво, как от отравления скверной, и ощущение пустоты было тем же.

– Какая же я идиотка, – вздохнула Джуди.

– Не говори так, – нахмурился Афлек.

– Да нет, она права, – сказал Мелвин то, что сказать мог только лучший друг. – Какая муха тебя укусила?

– Если бы я знала, – развела руками Джуди. – Но я просто… Ух, она меня так разозлила своим надменным видом! Да ей плевать на Меличенту, она просто хочет, чтобы та вышла замуж за этого принца. Думает так скрепить союз с Лесными Землями и выручить с этой сделки побольше денег.

– Это же не повод так разговаривать с ней, она же королева, а не просто девчонка с колледжа, – покачал головой Мелвин. – Мы никогда не воевали с элементалями, надеюсь, никогда и не будем. Так что не надо разжигать конфликты с чужими мирами.

– Просто Джуди не ожидала такого, как и все мы, – вступился за любимую Афлек. – К тому же она еще не оправилась. Дай ей время.

– Самое главное, чтобы у Меличенты не возникли из-за нас проблемы, – вздохнул Лонси. Его лицо все еще было наполовину девичьим, и это, похоже, причиняло ему боль. – Наполовину рогатый скот… Меня так давно уже не оскорбляли. Не нравится мне эта женщина.

– Ты в порядке? – забеспокоилась Джуди.

– Ерунда, это пройдет, – постарался улыбнуться Лонси. – В последнее время, с той встречи с Ворлаком на Земле, мне несколько труднее контролировать себя… И нелегко возвращаться в обычное состояние. Но со временем все проходит. Не переживай, Джуди. У нас, кажется, и без того довольно причин для беспокойства.

– И главное, только все успокоилось, даже с Чароитом у них все наладилось, – добавила Гахара. – Я всегда знала, что всему хорошему не суждено длиться вечно.

– Меня пугает, когда Гахара толкает такие философские мысли, – усмехнулся Мелвин. – В такие моменты я думаю, что конец света ближе, чем кажется.

– Иди к черту! – воскликнула Гахара.

Разговоры временно пришлось прекратить: они вышли к Торговым рядам, где по-прежнему царила неразбериха. Мелвин уверенно вел друзей через толпу, ныряя из потока в поток, а они изо всех сил пытались не отстать. Как только они очутились в роще, все посторонние звуки отступили. Остался только Лес – первозданный и прекрасный. Его свежесть успокаивала мысли и чувства, и Джуди выдохнула с облегчением, оказавшись под его сенью. Ребята прошли к Льдистому озеру и уселись в тени старого дерева, наслаждаясь легким ветерком и прохладой.

– Что делать? – озвучила Дианта вопрос, мучивший всех. – Мы не можем дать Меличенту обратно в Кленир. Я вижу, она не хочет идти. Ее дом стал тут, где она – это она, а не ее глупая мать. Ее мать не может увидеть того, что хочет Меличента. Она очень увлечена собой. Она будет забирать Меличенту в Кленир, и Меличента будет грустить. Она хочет быть с Чароитом, с нами. Разве мы позволить случиться такая несправедливость?

Все раскрыли рты. На памяти Джуди это была самая долгая речь Дианты со времени их знакомства.

– Мы должны поговорить с Дерком. Меличента уже стала Избранной, и Флорентина не может забрать ее просто так, – рассудил Афлек. – Она как минимум должна найти ей замену.

– Притом достойную, – подхватил Лонси. – Флорентина сама сказала: Оракулы не называли наши имена. Никто свыше не сказал: судьба выбрала вас для большой миссии, ребята! Нас выбрали наши короли и королевы, потому что мы имеем определенные таланты, способности и навыки, которых нет у других. Даже Джуди, которая волей случая по имени Мелвин оказалась с нами. У многих ли землян найдется такой дар? Слишком интересное совпадение. Так вот скажите мне тогда, кто способен заменить Меличенту? Кто сравнится с ней по силам и талантам? А кто станет так заботиться о нас, как она? Я с самого начала ошибался!

– О чем ты толкуешь? – удивилась Гахара.

– О нас. Я думаю, мы не случайно собрались все вместе. Оракулы назвали лишь миры: они изначально знали, как все повернется, и просто позволили судьбе случаться. Они знали, что для такого дела представители миров выберут лучших из лучших, и знали, какой в итоге соберется отряд. Меня с самого начала не покидала идея, что у каждого из нас есть своя роль.

– Кто-то охотник, а кто-то пушечное мясо? – усмехнулась Гахара.

– Не совсем. Вернее, совсем нет. Взять, к примеру, тебя, Гахара. Ты своенравная и дерзкая, ты не боишься врагов и хладнокровна в бою, ты сокрушаешь их так, словно в тебе одной – весь Север. Ты – это Сила.

Гахара выпрямила спину и любовно погладила рукоять клинка, с которым не расставалась ни на минуту.

– Я обычно не люблю быть в гуще драки, – продолжал Лонси. – Я предпочитаю думать, строить планы, разгадывать загадки и придумывать стратегии. Я – это Ум, и простите, что это так самовлюбленно звучит.

– Брось, Лонси, все знают, что ты у нас местный Шерлок Холмс, – отмахнулся Мелвин. – Это правда. Ты самый умный чувак, которого я знаю.

– Спасибо, – сдержанно улыбнулся Лонси. – Что до тебя, Мелвин, ты – Энергия. Ты заряжаешь всех нас бодростью, даешь сил, ты вечно шутишь и никогда не останавливаешься. Мы идем за тобой, заряжаемся от тебя, потому что энергии в тебе хватит на целую армию.

– О, Лонси, ты никогда не говорил мне таких слов. Да что там, даже Джуди мне такого не говорила. Я сейчас расплачусь, – усмехнулся Мелвин.

– И не буду я тебе такое говорить! А то еще нос задерешь, – парировала Джуди. – Придется просить Гахару его укорачивать.

– С удовольствием, – отозвалась Гахара.

Лонси тихо рассмеялся.

– Джуди – это, вне сомнений, Фантазия. У тебя весь мир проходит через особенную призму, и ты видишь события и вещи иначе, не так, как мы. Именно фантазия помогала тебе – и всем нам в итоге – находить выходы из ситуаций, где прочие вставали в тупик. Без твоего необычного подхода мы бы вряд ли достали чертежи Ворлака и выбрались живыми из Гарлана.

– Я просто художник, и я так вижу, – рассмеялась Джуди: слова Лонси даже подняли ей настроение.

– Не скромничай, – накрыл ее руку своей Афлек. – Я ведь знаю, что ты умница.

– Ты, Афлек, это Дух. Ты наш негласный лидер, который остудит горячие сердца и поддержит мудрой мыслью в трудный час. Ты – стержень, и мы будем всегда рассчитывать на тебя, потому что для тебя нет важнее чести и благородства, участия к чужой судьбе, а твой разум всегда чист и свободен.

– Спасибо, Лонси. Я лишь хочу поступать по совести.

– Мой мать думал, что люди не могут делать хорошие поступки. Она думал, что они видеть только себя и свои желания. Но Афлек ее может переубедить, – восторженно произнесла Дианта. – Я буду рассказывать мой мать об Афлеке и его чести. Она будет думать иначе.

«Да Дианта сегодня щедра на долгие речи! – изумилась Джуди. – Хотя над языком, конечно, нужно еще много работать».

– Дианта – это Преданность делу. Верность общей цели и целеустремленность в принципе. Дианта знает, что спасти Великий Лес – наш долг. Мы собрались здесь ради этого. Благодаря Дианте мы никогда, как бы нас ни дурили силы Черной Колдуньи, не собьемся с пути.

– А что насчет Меличенты? Кто тогда она в нашем отряде самоубийц? – полюбопытствовал Мелвин.

– Поначалу я решил, что она – это обаяние. В этом словно заключаются ее особые чары, она сумела, лишь улыбнувшись, очаровать эгоистичного дракона, который раньше думал только о наживе. Но после того, как она полетела вместе с ним в Эйланис, несмотря на риски, я понял – не красота и не обаяние открыли в Чароите человечность и сострадание. Не за красивое лицо, каких на своем веку он видывал тысячи, Чароит отдал ей свое сердце. Меличента – это Доброта. Да, мы друг без друга ничего не стоим. Что за команда без силы или без ума? Какая команда справится без лидера ил без хорошего настроя на победу? Как она может достичь цели, если не видит ее или идет к ней лишь проторенными дорогами, пути по которым нет? Для того и нужно столько Избранных. Сочетая наши лучшие качества, мы можем победить Черную Колдунью, пускай даже кто-то плохо владеет языком, а кто-то оружием. Мы все в чем-то не преуспели. Но будучи вместе, действуя сообща, мы прикрываем слабые стороны друг друга. А теперь задумайтесь на секунду: чего стоят все эти качества без доброты? Разве у наших врагов нет этого: силы, ума, изобретательности, даже преданности делу? Но нас от них отличает именно это. Доброта, умение любить – у них нет этого, и потому мы сильнее.

– Вот только без Меличенты мы не справимся, – подытожила с грустью Джуди. – Для картинки нужны все пазлы.

– Дерк что-нибудь придумает, – пообещал Мелвин.

– Не придумает, – раздался голос сверху.

Джуди подняла голову и увидела сидящего на ветке Чароита. Его хвост нервно дергался из стороны в сторону, а по жилам пробегал, полыхая багряным светом, огонь. Он был встревожен и расстроен: а она-то обрадовалась, что наконец увидела улыбку на его лице.

– Давно ты здесь сидишь? – поинтересовался Лонси.

– Достаточно, чтобы услышать всю ту околесицу, которую ты нес, – усмехнулся дракон. – Знаете, как говорят земляне? На Дерка надейся, а сам не плошай. Вы плохо знаете королеву Кленира. Если она пожелает, Дерк ничего не сможет сделать, Меличенту заберут домой, и она выйдет замуж за этого треклятого Андриса.

– А ты что, хорошо знаешь Флорентину? – удивилась Джуди.

– Мой брат имел с ней кое-какие дела. Кленир, думаете, на пустом месте обогатился?

– Я думал, она ненавидит драконов, – хмыкнул Мелвин. – Слышали, как она о Чароите говорила?

– Не хочу даже знать, – устало ответил Чароит. – Она ненавидит всех, но умеет вынюхивать выгоду. А мой брат умеет убеждать, как никто другой. О да, я успел достаточно узнать Флорентину. Я надеялся, что больше никогда с ней не увижусь, но после встречи с Меличентой понимал: от судьбы не уйти. Единственное, чего я не ожидал, так это того, что наша встреча произойдет так скоро. Я думал, наши с Меличентой чувства успеют окрепнуть, что у нас есть время, чтобы все обсудить… Луны не пожелали быть к нам благосклонными.

– Ни одно существо не способно понять замысел лун, – постарался утешить его Афлек. – Даже Агилар не мог разгадать затеи судьбы.

– Только не говори, что сдался! – возмутилась Гахара. – Неужели ты ничего не можешь сделать?

– Ничего, если не хочу разрушить жизнь Меличенты, – горько отозвался Чароит. – Флорентина – мать моей любимой девушки, и что бы я ни сделал, это так или иначе разобьет Меличенте сердце.

– Но если ни мы, ни ты, ни даже Дерк не способны остановить уход Меличенты, – взволнованно проговорила Джуди, – то кто может?

– Только она сама. Но и этот путь будет болезненным. Меличента должна сделать выбор: мы или семья, – ответил Лонси. – Увы, Флорентина не даст ей среднего арифметического. Единственное, что она может сделать – это самой противостоять матери, пойти ей наперекор. Вот только станет ли она это делать?

Избранные замолкли, в задумчивости разглядывая зеркальную гладь Льдистого Озера. Наконец Чароит спросил:

– Как думаете, этот Андрис… Она любит его? Хотя бы немного?

– Она даже на него не посмотрела ни разу, так что к черту он ей сдался, – заверила дракона Джуди. – Она любит тебя, Чароит, и не нужен ей никакой Андрис со всеми его Лесными Землями, будь он хоть сто раз принц.

– И это плохо, – вздохнул Чароит. – Я хочу, чтобы она была счастлива. А если ей придется выйти замуж за того, кого она не любит, она никогда не сможет стать счастливой.

– Поступи, как дракон, – предложила Гахара. – Укради ее, и дело с концом. Спрячешься в пещере, а всех назойливых рыцарей-спасителей будешь спроваживать шквальным огнем. Чем не выход?

– Она полюбила во мне человека, а не дракона, – возразил Чароит. – И потом, если я не дам ей выбора и лишу семьи, какой бы она ни была, думаете, она простит мне это?

– Нет, – хором ответили Джуди и Мелвин.

– И я стану для нее врагом – снова. Проклятье! А я думал, меня никогда не сможет загнать в угол женщина.

Они вновь замолкли, и даже красота Великого Леса, зеленого, залитого солнцем, спасенного от губительного мороза, не улучшала настроения. Полчаса назад Джуди была счастлива, смеялась и шутила, а сейчас ей стало так плохо, словно она только что повесила трубку после последнего разговора с матерью.

Чароит спросил:

– Лонси, а кто я? Знаю, что я не Избранный, но как ты думаешь, есть ли у меня роль во всей этой истории?

– Ты же вроде назвал это околесицей, – усмехнулся Лонси.

– Мне просто стало интересно.

Джуди вспомнила, как подозрения к Чароиту сплотили их на Земле, как его фотографии на телефоне Ванессы стали нитью, общей тайной, которая связала их с Афлеком. Она вспомнила, как он подарил им возможность понимать друг друга в любом мире, как незримо оберегал, даже когда они отвергали его, и как приходил на помощь всякий раз, когда был нужен. Шутками и ехидством он концентрировал их внимание на том, что нужно, не давал расслабиться. Вопрос, верить ли Чароиту, разводил и сводил их вновь, помогал после ссор разобраться в себе и в том, что они делали не так. Лонси, похоже, думал о том же, потому что ответил:

– Конечно, есть, и я не удивлюсь, если Оракулы предвидели и это тоже. Хоть это звучит парадоксально, без тебя мы бы давно разбежались по разным мирам, так и не придя на помощь Великому Лесу. Так что, мне кажется, я знаю ответ. Ты – наше Единство, Чароит, то, что так или иначе связывает всех нас.

Комментарий к Глава 14. Семь ключей к победе над злом

Эпиграф: http://www.picshare.ru/view/8232536/

Я очень долго мучила эту главу, а вчера села и за один вечер ее дописала. Притом под рукой не было компьютера, я наконец выбралась на природу, поэтому писать приходилось по старинке, ручкой в тетради. В рукописном варианте концовка главы (после разговора Чароита, Афлека и Джуди) вышла на 30 страниц. Я их даже не заметила. А вот когда конспекты пишешь, даже три странички – настоящая морока. И почему так?)

Оставляйте комментарии, отмечайте положительные и отрицательные моменты главы, что понравилось, что нет, чего ожидаете от следующих глав. Буду рада увидеть новые отзывы) И традиционно прошу активно пользоваться публичной бетой и отмечать ошибки, которые я по невнимательности могла пропустить.

========== Глава 15. Немая угроза ==========

Шумели деревья на склоне крутом,

И ветры стонали во мраке ночном,

Багровое пламя

Взвилось над домами,

И вспыхнули сосны смолистым огнём.

© The Hobbit Shire

– Что случилось, Ремир?

Фалион неуверенно замер, поймав суровый взгляд отца. С тех пор, как Фалион с позором вылетел из Братства, они не очень-то ладили и предпочитали друг с другом не общаться. Даже в случае крайней нужды. Но Ремир махнул ученику, чтобы подошел ближе, и Фалиону пришлось побороть нерешительность. Его взгляду открылись изувеченные тела троих Следопытов: у одного из них не хватало руки, второму насквозь прокусили плечо, а третий истекал кровью от множества глубоких ран.

– Не стой столбом, – одернул его Ремир: он сидел на корточках рядом со Следопытом с прокушенным плечом. – Ты принес?

– Д-да, – запнувшись, ответил Фалион. – Дарис и Тираэль скоро принесут носилки. Я их немного обогнал.

Он протянул наставнику плошку с только что приготовленной мазью. Ремир схватил ее, не глядя, и стал втирать мазь над раной, приговаривая волшебные слова. Фалион, не дожидаясь указаний, опустился рядом с израненным Следопытом и принялся ворожить над ним, с тщательностью вспоминая нужные наговоры. Он был не самым старательным учеником, но его ошибки в этот раз подвели бы не только Ремира. Над Следопытом с оторванной рукой трудилась Тилиан. Огненно-рыжие волосы спадали ей на раскрасневшееся от усилий лицо. Фалиандр Ретивый, глава Братства Следопытов, не мог найти себе места и ходил взад-вперед, то и дело зачесывая назад волосы.

– Давайте не будем мешать работе знахарей, – предложил Дерк.

– Я хочу узнать, что произошло, – резко отозвался Фалиандр, вперившись пустым взглядом в пространство. – Я должен понять…

– Опомнитесь, Фалиандр! – воскликнула Редания, которая, несмотря на предупреждения Тилиан, тоже была здесь. – Эти сильвы ранены. Нужно молиться духам, чтобы они выжили, а вы хотите, чтобы они вам истории рассказывали!

– Тише, Редания, – осадил Дерк. – Прошу, Фалиандр, будьте благоразумны. Нам лучше уйти.

Фалиандр тревожно выдохнул, мысленно сосчитал до пяти и наконец кивнул, чем вызвал невероятное облегчение Фалиона. Он просто не мог спокойно работать, пока рядом находился отец. Нужно было сосредоточиться на ранах пациента и нужных заклятиях, а он отвлекался на каждое его движение и назойливые мысли, что он все делает не так.

– Спасите их, – велел Фалиандр и ушел следом за Дерком в шатер, где они беседовали до ужасного происшествия.

Редания, чуть задержавшись взглядом на Тилиан, нырнула туда же. Знахари остались одни. Как и обещал Фалион, в скором времени примчались Дарис и Тираэль, а с ними еще четверка крепких сильвов, которые согласились помочь с транспортировкой раненых.

– Не распространяйтесь особо о произошедшем, – распорядилась Тилиан, когда ее пациента бережно переложили на носилки. – Фалиандр сам все расскажет вечером у Холодного Костра.

Фалион перехватил носилки у тяжело дышащего Тираэля. Дарис, не теряя времени, припустил к роще. «Медленно, слишком медленно», – в отчаянии думал Фалион. В этом были все сильвы: неторопливые, обстоятельные, как бы они ни торопились, они все равно действовали, как улитки. Он был не такой. Он мог бы за пару минут пересечь весь Эйланис со скоростью, с какой не смог бы ни один сильв, да только в одиночку ему никак было не перенести раненого Следопыта в Лечебницу. Поэтому он шагал следом за Дарисом и молился, чтобы пострадавший выжил.