Текст книги "Под сенью Великого Леса (СИ)"

Автор книги: Лисс Локхарт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 45 страниц)

– Погибшего мира? – переспросил Афлек.

– Фитис Морте, Погибший мир, – Ремир повернулся к ним с Джуди. – Так его теперь называют. Некогда он носил имя Последнего Оплота и был мостом между мирами, как и Великий Лес. Неужели вы никогда о нем не слышали?

Они двинулись по аллее мимо извилистых деревьев, которые сонно качали своими круглыми головами вслед.

– Честно говоря, мы впервые слышим о том, что есть и другие мосты, – призналась Джуди. – Наши миры весьма… далеки от этого.

– Тогда слушайте. Как вы уже знаете, есть бессчетное количество миров, далеких и близких от нас. Как думаете, могут ли все на свете дороги сходиться на одном Перекрестке? Конечно, нет. Вот потому и мостов существует несколько. Фитис Морте был одним из них. Прекрасный мир, настоящий приют для усталого странника. Любой Перекресток имеет свой определенный вид, и Последний Оплот был огромным замком с долинами, горами и водопадами вокруг. Последняя обитель зелени и свежести перед неприветливыми южными мирами. Сейчас говорят, что Кентария – это самая южная граница, но раньше за Кентарией находилось немало суровых и невероятных для нашего сознания миров, попасть в которые можно было через Последний Оплот.

– Надо же, – покачал головой Афлек. – Я всю жизнь прожил в Кентарии, но никогда даже не мог подумать, что некогда рядом с нами был такой вот мост. Что же случилось потом?

– Катастрофа, – был краток Ремир.

– Как в Великом Лесу? – уточнила Джуди.

– Нет, – после недолгого молчания отозвался Ремир. – Последний Оплот мог бы жить, если бы ученик Хранителя так страстно не стремился занять его место. Между ними случился крупный конфликт, а они оба были могучими волшебниками. От их силы и бездумной магии Последний Оплот стал разрушаться. Никто не спасся, кроме далекого предка нынешнего Старшего. Он сумел перенести росток ценнейшего древа в наш мир и вырастил целую рощу здесь, в Эйланисе. Мы называем это древо Светочем, ведь оно несет свет надежды. Днем оно спит, а ночью сияет ярче луны, и сильвы считают, что покуда горит Светоч, то и надежда не угаснет.

– Великий Лес полон красивых легенд, – заметила Джуди. – А кто такой Старший?

– В Эйланисе нет вожаков или предводителей, но есть тот, кто следит за работой Братств и несет ответственность за весь Зеленый приют. Мы называем его Старшим. Он не раздает указания, а советует, но сильвы из Братства Мудрости обычно прислушиваются к его мыслям, ведь обычно Старшим выбирают самого уважаемого и разумного жителя Эйланиса. Братство Мудрости и Старший всегда действуют вместе, и потому в Эйланисе не бывает несправедливости.

– Странно, ведь если говорить обо всех мирах, которые соединяет Великий Лес, то ими управляет Собрание. Почти что управляет. Эти десять мудрецов, Последователей Древнего Пути. Но почему-то несправедливость продолжает торжествовать, – качнул головой Афлек. – Вы, сильвы, удивительные существа, полные своих секретов.

– Приятно, что ты так думаешь, – улыбнулся Ремир. – Я думаю, все дело в том, что сильвы не перестают учиться. Они узнают куда больше, чем другие обитатели Леса и многих других миров. Вы тоже сумеете открыть здесь много нового, что поможет вам в дальнейшей борьбе со злом. А знаете ли вы, откуда берется известный напиток льдистая вода?

– Неужто его сильвы гонят? – пробормотала Джуди, но Ремир услышал и просиял.

– Не знаю, что ты имеешь в виду под словом «гонят», но ты совершенно права! Его делают сильвы. Они берут воду из Льдистого озера, к которому мы сейчас с вами выйдем, и в Братстве Поваров по тайным рецептам создают льдистую воду – всеми любимый напиток.

«Ремиру бы PR-менеджером идти», – хихикнув, подумала Джуди. Развить эту мысль как следует она не успела, потому что тропинка Светочей внезапно оборвалась, и они вышли к самому прекрасному месту, где им только доводилось бывать. Это было спрятанное в зеленом лесу озеро с прозрачной водой – на Земле Джуди видела такую, и то не вживую, только в Швейцарии да в Австралии. Она искрилась на солнце, отчего создавалось впечатление, будто ее поверхность светится изнутри. Над озером с веселым щебетом проносились птицы, жужжали стрекозы и гудели насекомые. Если бы не протоптанные вокруг озера тропки, по которым прогуливались сильвы, и парочки на траве, можно было бы решить, что нога ни одного существа никогда здесь не ступала.

– В Льдистом озере самая чистая вода в Лесу, – горделиво сказал Ремир. – Даже Исток не может этим похвастать.

Джуди поежилась – она бы предпочла, чтобы Исток и вовсе никогда не упоминали в разговорах, – и Афлек приобнял ее одной рукой. Джуди положила голову ему на плечо, и они остановились у кромки озера, любуясь его первозданной красотой. Пестрые маленькие птички совсем не боялись гостей: напротив, они подлетали ближе и с любопытством наклоняли головки, изучая незнакомцев. А стрекозы… Джуди ахнула. Вблизи оказалось, что это никакие не стрекозы, а маленькие, пестро одетые человечки с тонкими прозрачными крыльями. Настоящие феи! Джуди в изумлении окликнула Ремира.

– Кто эти крошки? – спросила она.

– О, – улыбнулся Ремир, – только никогда их так больше не называй. Они очень обидчивые. Это Маленький Народец. Души сильвов, как вы, думаю, знаете от Мелвина, берутся из дерева, а души Маленького Народца – из прекрасных цветов и трав. Они следят за здоровьем нашего леса и собирают воду из Льдистого озера. Никто так не умеет обращаться с ней, как они.

– Так это и есть Братство Поваров? – удивился Афлек. – Вот уж никак не мог подумать!

– Эйланис полон сюрпризов, – заметил Ремир. – Все сильвы из Маленького Народца, вырастая, становится либо поварами, либо лесничими. Кхм… прошу меня простить.

Ремир внезапно сорвался с места и решительно направился к молодым сильвам, расположившимся у озера прямо на траве. Их было четверо: три парня и одна девушка, и все они громко разговаривали и смеялись. Один из сильвов играл на небольшом щипковом инструменте, похожем на укулеле, и роща наполнялась нежным звучанием его струн, а девушка болтала ногами в воде, качая головой в такт чудесным мелодиям.

– Фалион! – окликнул Ремир.

Мелодия оборвалась. Один из сильвов неохотно оторвался от беседы с друзьями и повернулся с улыбкой и все еще смеющимися глазами. При виде Ремира лицо его вытянулось и приобрело виноватое выражение, а Ремир навис над ним, точно огромная летучая мышь.

– Фалион, где ты сейчас должен быть?

– О, Великие Духи… – пробормотал сильв.

Его друзья обменялись сочувственными взглядами. Музыкант так крепко прижал к себе волшебный инструмент, точно боялся, что Ремир сейчас его отнимет, а девушка напряглась, как кошка перед броском.

– Я, кажется, дал тебе утром задание. Хочешь сказать, ты его выполнил?

– Я… эм… ну… – растерянно пробормотал Фалион. – Я решил, что могу сделать его позже. Я все сделаю, Ремир, правда! Просто ребята сегодня оказались свободны до обеда, и мы…

– Фалион, – вздохнул Ремир, – я устал от твоих обещаний. Есть работа, которая не терпит отлагательств. А что, если бы у тебя был умирающий больной? Ты бы тоже бросил его на верную смерть, потому что появился шанс погулять с друзьями?

– Ты же прекрасно знаешь, что нет!

Фалион поднялся, и Джуди обратила внимание, что он намного выше и крепче других сильвов, а волосы у него имеют необычный пепельный оттенок. Он не был похож на других своих сородичей.

– Ремир, позвольте Фалиону немного побыть с нами, – вступилась за друга сильва.

Она была очень красива, с утонченным лицом с мягкими чертами, а ее волосы, темно-алые у корней, становились медово-рыжими на концах. Точно обруч, по ее лбу тянулся узор из золотых рун, а платье было сплетено из настоящих листьев и цветов. Джуди невольно затаила дыхание.

– Мы так редко видимся, что уже начинаем забывать лица друг друга, – продолжила сильва. – Мы все равно уже собирались расходиться совсем скоро. Прошу вас, дайте нам хотя бы полчаса. Мы закончим наш разговор, попрощаемся и вернемся к своим делам.

– Милая Алария, уж ты-то должна понимать, что любая магия требует усердия и выдержки, особенно если речь идет о целительных чарах. Концентрация и упорство, Фалион. Только они помогут…

Фалион закатил глаза.

– Избавь меня от своих нравоучений! – в сердцах воскликнул он.

Его друзья в изумлении распахнули рты, а Афлек и Джуди недоуменно переглянулись. Фалион, ни слова больше не сказав, метнулся по тропинке в сторону лечебницы.

– Куда ты? – окликнул его Ремир.

– Перебирать твои проклятые грибы, раз уж это не может подождать еще полчаса! – огрызнулся Фалион и не стал даже слушать ответ наставника, стремительно скрывшись за деревьями.

Друзья Фалиона, Алария и еще два сильва, неодобрительно покосились на Ремира и тоже поторопились покинуть берег озера. Напоследок Алария сказала:

– Хорошему чародею следует быть не только усердным и внимательным, но еще и мудрым, и чутким к чужим сердцам.

С этими словами она повернулась на каблуках и нырнула в тень рощицы следом за друзьями. Ремир так и остался стоять один, растерянный и несчастный.

– Простите, – повернулся он к Джуди и Афлеку. – За все это и за Фалиона. Порой он бывает весьма несдержан.

– Думаю, тебе просто не стоит быть с ним таким строгим, – высказался Афлек чуть погодя. – Он не выглядит умудренным годами сильвом, а значит, как и любой подросток, хочет, кроме учебы, еще и погулять, и с друзьями побыть. Тем более что видят, как я понял, они друг друга нечасто. У сильвов ведь целая жизнь впереди для того, чтобы учиться. Почему бы не потратить хотя бы малую ее часть на тех, кто тебе дорог, пока есть возможность быть рядом? Сейчас неспокойное время, Ремир. Война подобралась к Великому Лесу, и луны все как одна говорят, что близится время битвы. Кто знает, кому из них не доведется вернуться из нее живым.

Джуди с удивлением взглянула на Афлека и вдруг отчетливо ощутила, как медленно, но верно шагает к Великому Лесу война. Черная Колдунья и Кларисса сбежали, а Ворлак Мердил исчез с горизонтов, но никто не сомневался, что ненадолго. Они лишь нырнули в тень, чтобы придумать новый хитрый план и ударить по Великому Лесу. И этот момент уже не за горами. А что, если Джуди суждено потерять Афлека или кого-то из своих друзей? Что, если она и сама погибнет, пытаясь отстоять право на жизнь чужого мира? Джуди сжала ладонь Афлека. «Пока есть возможность быть рядом», – про себя повторила она.

– Кто он вообще? – тем временем продолжил разговор Афлек. – Твой ученик?

Ремир тяжело вздохнул.

– Да. Тилиан в свое время приставила его ко мне, чтобы я научил его уму-разуму, но из меня, сами видите, плохой учитель.

Он махнул рукой, и они двинулись по тропинке, уводящей прочь от озера.

– Фалион – сын Фалиандра Ретивого, а Фалиандр – глава Братства Следопытов. Он очень уважаемый человек в Эйланисе, к нему всегда прислушиваются все Братства и Старший. Все детство Фалион хотел быть похожим на отца. Он сбегал из дома, чтобы потренироваться, хотя самых маленьких сильвов никогда не пускают на тренировочный корт и манеж. Он лазал там, где не надо, и брался за вещи, которые осилить не мог. Фалиандр порой с ног сбивался, пытаясь его найти. Все, что хотел Фалион – быть Следопытом, и иной жизни он не мыслил.

– Что же изменилось? Как он стал учеником знахаря? – спросил Афлек.

– Ничего не изменилось, – помрачнел Ремир. – В том-то все и дело. Следопыты известны своим умением слышать и чувствовать Лес. Вот почему они такие хорошие ищейки и шпионы: они составляют с Лесом единое целое, идут его тропами, пользуются его тайниками и лазейками, укромными уголками, чтобы скрывать от чужаков свое присутствие. Поэтому испокон веков Следопытами становятся только сильвы. А Фалион… он, ну… другой. Он полукровка, в нем смешаны лесная и северная кровь. Северяне – воины, они не умеют чувствовать тонкую душу природы, как это делают лесные жители. Фалион несколько раз упрашивал отца взять его с собой на вылазки Следопытов, и всякий раз все шло наперекосяк. На третий раз Фалиандр не выдержал и сказал сыну, что тому никогда не бывать Следопытом.

– Жестоко, – покачала головой Джуди.

– Зато правдиво, – добавил Ремир. – Фалиандр не раз и не два давал ему шанс, но Фалион не справлялся. Даже один провал сына был позором для Фалиандра, что уж говорить о трех.

– Сомневаюсь, что мальчишка, которого в детстве не мог найти глава Следопытов, так уж безнадежен, – одними глазами улыбнулся Афлек.

– Так или иначе, Фалиандр определил его на обучение в Лечебницу, решив направить неудержимую энергию сына в полезное русло. Зря он это сделал… Лучше бы направил его обучаться в Братство Дозора. Работа там, конечно, не такая тонкая и сложная, как у Следопытов, но куда больше для него подходит. И все же я не тот человек, который будет противиться воле Фалиандра. Раз он так решил, значит, он понимает, что будет лучше для его сына. Думаю, он просто хотел научить его выдержке и терпению. Так Фалион и стал моим учеником. Увы, здесь он тоже не проявил себя. Боюсь, что он не унаследовал гениальности своего отца.

Джуди стало до слез обидно за Фалиона. Уж она не понаслышке знала, что это такое, когда самые родные люди в тебя не верят. Афлек промолчал, но Джуди знала, что он тоже ощутил себя неуютно.

– Я с самого начала знал, что у нас с ним ничего не получится… – продолжил Ремир. – Много раз я ходил просить Тилиан, чтобы она передумала или хотя бы взяла его под свое крыло. В ней удивительно сочетаются строгость и доброта, ласковым словом и удачной шуткой она умеет подтолкнуть к действию. Я был ее учеником и знаю, что Фалиону было бы с ней лучше. Но Тилиан оказалась непреклонна. Как бы я ни упрашивал, что бы я ни говорил о Фалионе, она отказывалась и заверяла меня, что я для него – лучший учитель. Увы! Мы не поладили с самых первых минут. Так продолжается и до сих пор. Уж не знаю, отчего Тилиан углядела во мне хорошего наставника. Видимо, даже самые мудрые люди порой ошибаются.

– Тилиан никогда не ошибается, – неожиданно для себя сказала Джуди. – Возможно, ты просто еще не нашел верного пути.

– Я бы хотел в это верить, – без особой надежды в голосе отозвался Ремир.

Тем временем тропинка вывела их к перекрестку, на котором поджидал пожилой сильв с пышной короной из листьев. Одет он был скромно, в такие цвета, что почти сливался с лесом, и только золотой кулон в форме листа сверкал на солнце. Джуди сразу поняла, что он из Братства Следопытов.

– Ремир, на восточной границе трое Следопытов, все тяжело ранены. Только что из Гарлана. Я уже вызвал Тилиан. Ты там тоже понадобишься.

– Великие Духи, – выдохнул Ремир. – Прошу меня простить!

Афлек и Джуди не успели даже рта раскрыть, как Ремир и пожилой сильв скрылись.

– Может, нам тоже надо пойти? Это Гарлан, это важно, – забеспокоилась Джуди.

– У них и без нас проблем хватает, – мягко остановил ее Афлек. – Думаю, Дерк уже там, и мы в любом случае узнаем от него все новости. Ты как, в порядке? Не устала?

– Я волнуюсь из-за Гарлана, – призналась Джуди. – Но чувствую себя нормально. А что такое?

Афлек взглянул поверх головы Джуди на указатель и кивнул на верхнюю стрелку. «Торговые ряды. Ратуша», – гласила серебряная надпись на ней.

– Думаю, если мы хотим найти наших, надо выбрать более людное место.

– А ты что, не знаешь, где вы остановились?

– Ну… Я сразу, как только мы въехали через южные ворота, пришел к Лечебнице и с тех пор никого не видел. Так что я в таком же положении, как и ты. Идем. Никого не найдем, так хоть Ратушу посмотрим: наверняка она очень красивая.

Очень скоро роща осталась позади, и Джуди с Афлеком очутились в самом сердце веселой и пестрой толпы. Джуди изо всех сил вцепилась в руку Афлека, чтобы не потеряться. Поток сильвов относил их от прилавка к прилавку, и они даже толком не успевали ничего рассмотреть, только слышали бодрые выкрики торговцев, как толпа снова подхватывала их и увлекала в сторону. Джуди даже представить не могла, что в мирном поселении сильвов может быть такая суматоха: должно быть, они вышли к торговым рядам в час пик или попали на фестиваль. До Джуди доносились отголоски музыки и веселый стук барабанов. Афлек улучил момент, чтобы взглянуть вверх.

– Гляди! – воскликнул он. – Что я говорил? Она великолепна!

Джуди увидела покатую блестящую крышу Ратуши и изогнутый шпиль, оканчивающийся золотым листом с гроздью круглых ягод – гербом Эйланиса. Справа и слева от шпиля развевались зеленые флаги: на одном была изображена книга со свечей, а на втором – раскрытая ладонь с вереницей рун и язычком пламени внутри. «Наверняка это эмблемы Братств», – решила Джуди.

Внезапно из толпы высунулась, крепко ухватив ее за рукав, знакомая рука.

– Слава Первому Древу! – прокричал Мелвин, стараясь пересилить гул толпы. – Я вас повсюду ищу! Идемте скорее, Братство Поваров устоило в честь Джуди знатный пир. Там еда – закачаешься, такого и в лучших ресторанах Земли не попробуешь. Пошли!

Он приобнял Джуди.

– Рад видеть тебя живой, старушка. Поговорим обо всем позже. Держитесь за мной и не отставайте, нам надо перейти дорогу.

– Дорогу? – переспросила Джуди. – Тут есть дорога?

Мелвин уже растворился в толпе. Джуди и Афлек растерянно замерли, пытаясь увидеть его высокую фигуру, и в нескольких метрах от них вверх высунулась усыпанная золотыми рунами рука. Не теряя времени, Джуди и Афлек припустили за Мелвином, попутно извиняясь перед сильвами, которых в спешке едва не сбивали с ног. Им вслед доносились нелестные выкрики, а порой и крепкие словечки на сильвийский лад. Хорошо, что большую часть из них Джуди не понимала.

Наконец они поравнялись с Мелвином, и толпа в одночасье отхлынула. Идти стало легко и свободно, и Мелвин, улыбнувшись, с облегчением расправил плечи.

– Ну вы даете! – воскликнул он. – Только попали на торговую площадь, и сразу очутились не там, где нужно. Вы в курсе, что тут есть свои правила передвижения? Те, кто идут по часовой стрелке, движутся ближе к торговым рядам, а те, кто против – дальше, по другой стороне дороги. А вы передвигались близко к торговым рядам против часовой стрелки.

– Какой ужас! – выдохнула Джуди. – У сильвов что, вся жизнь расписана по фэн-шую?

Мелвин не обратил внимание на колкий выпад.

– Я пустился на поиски сразу же, как только мама со мной связалась и сообщила, что отпустила тебя, – рассказал он. – Не мог же я представить, что Ремир так позорно вас бросит. Что случилось, куда он подевался?

– Через восточные ворота недавно въехали трое Следопытов, – объяснила Джуди. – Все трое ранены и привезли какие-то вести из Гарлана. Твою маму и Ремира срочно вызвали туда. Мы думаем, Дерк тоже сейчас там.

– Да, в последний раз он направлялся именно в Лагерь Следопытов, – кивнул Мелвин. Он заметно побледнел, но ничего по поводу новостей больше не сказал. – Мы устроились южнее Лагеря, в Гостевом павильоне. Я бы отвел вас к себе домой, но сомневаюсь, что там бы все поместились. Ребята будут очень рады видеть тебя, Джуди. Они с ночи не находят себе места.

– Я не хотела так вас пугать, – вздохнула Джуди. – Какие еще новости?

– Расскажу все после пира. А лучше всего будет, если расскажет Дерк. Я ведь, как и ты, многое пропустил, потому что был занят собственным пленением и битвой со Зверьем. В общем, пока что выкинь все плохое из головы. Пиром от Маленького Народца нужно просто наслаждаться!

Торговые ряды закончились, и Джуди увидела высокий столп пламени прямо посреди площади. Мимо огня никто не ходил, никто даже не смотрел в ту сторону, и Джуди, дернув Мелвина за рукав, указала туда.

– Что это такое?

– Холодный костер, – ответил Мелвин. – Сильвы собираются вокруг него, когда Старший созывает всех на площадь. Этот костер никогда не обжигает, не греет, но если его пламя становится черным, это означает, что в Эйланис пришла беда. В последний раз такое случалось незадолго до прихода Зимы. Сильвы не любят лишний раз смотреть на костер. Это считается плохой приметой. Так что я и вам советую не задерживать на нем свой взгляд. Вне зависимости от того, верите вы в плохие приметы или нет, сильвы вас за такое не поблагодарят. Ну, а там, за костром – Фестивальная площадь и столы, за которыми сильвы собираются на празднования. Мы же сейчас отправимся туда на пир. Эх, гляди-ка, сколько желающих откушать за бесплатно!

Приглядевшись, Джуди увидела, что вокруг обеденных столов собралось и впрямь несусветное количество народу, все сплошь сильвийские незнакомцы. Многие поздравляли Джуди и желали ей поскорее восстановиться, другие просто махали рукой или кричали «Ура!», а третьи принимались плясать и петь, все равно что развеселые ирландцы. Джуди спряталась за Афлека. Она не привыкла к такому проявлению заботы и внимания и теперь чувствовала себя неловко, точно стала причиной не праздника, а великого горя. К своему облегчению, очень скоро она увидела своих друзей. Лонси, Гахара и Дианта собрались вокруг одного из столиков и о чем-то громко переговаривались, когда вдруг заметили Джуди. Дианта тут же издала громогласный крик и заключила Джуди в крепкие объятия. «Я сейчас переломаюсь пополам, – зажмурившись, думала Джуди. – Еще одна секундочка, и я точно переломаюсь». Но Дианта отпустила подругу и взглянула на нее с неподдельной радостью в глазах.

– Джуди жить – праздник и победа! – заключила она. – Я очень рада видеть Джуди. Я боялась.

– Все в порядке, Дианта, – ласково ответила Джуди. – Спасибо. Я тоже очень рада тебя видеть.

Гахара и Лонси тоже по очереди прижали к себе подругу. Джуди смущенно улыбнулась обоим. В свете недавних событий они перестали быть просто командой Избранных. Теперь они стали настоящими друзьями, и каждый был готов ради другого на все.

С Фестивальной площади доносилась музыка – те самые барабаны, которые до этого слышала Джуди. Недалеко от стола в такт заводной мелодии танцевали Майкл и Джанет, и Джуди так и подмывало пуститься вместе с ними в пляс. Она подошла к ним, и они тут же кинулись ей на шею.

– Говорил же я, что все будет хорошо! – радостно завопил Майкл. – Я знал! Джуди просто не может умереть!

– Рада, что ты в меня верил, – рассмеялась Джуди. – А где ваша мама?

– Элоиза ушла вместе с Дерком и Гаффаром в Лагерь Следопытов, – ответил вместо детей Лонси. – Она ведь хотела поговорить с одним из них. Редания тоже недавно убежала туда. Там, похоже, что-то стряслось?

– Поговорим об этом позже, – предложил Мелвин, покосившись на озадаченных Майкла и Джанет. – Мы пока что и сами ничего не знаем. Дерк расскажет все новости.

– Хорошо, – тут же согласился Лонси, верно уловив намек. – Давайте просто праздновать и есть эту потрясающе вкусную еду!

Джуди только сейчас осознала, насколько голодная. Она взяла со стола тарелку со странной смесью, похожей на мелко толченые листья с йогуртом, и попробовав ложечку, тотчас прихватила со стола вторую порцию. Мелвин озорно улыбнулся. Он уже сидел, довольный, рядом с Диантой и потягивал тягучий напиток медового цвета.

– И никаких тебе травяных чаев. Обязательно попробуй! Многие со мной не согласятся, а я вот убежден, что это куда лучше льдистой воды.

– Если я сегодня не лопну, то обязательно попробую. А где Меличента?

– А ты приглядись повнимательнее! – Гахара махнула ложкой в сторону Фестивальной площади. – Этих двоих, похоже, уже ничего не смущает. А на Земле такая уж была драма, перья во все стороны летели!

Прищурившись, Джуди разглядела среди танцующих сильвов Меличенту и Чароита. Они плясали вместе со всеми и говорили между собой, то и дело смеясь, и Джуди радостно улыбнулась. Из рассказа Тилиан она знала, что жива именно благодаря храбрости этих двоих. Она помахала им рукой, и Чароит, заметив это, повлек Меличенту через толпу к друзьям.

– Значит, все это было не зря, – весело заметил он с хитрой искоркой во взгляде.

– Значит, не зря, – согласилась Джуди. – Спасибо вам, ребята. Тилиан кое-что мне рассказала о минувшей ночи… Если бы не вы, я бы погибла там, у Истока. Я обязана вам жизнью.

– Давай оставим эти формальности до ближайшего столетия, – предложил Чароит. – Благо, что оно не за горами: всего-то несколько десятков лет. Как ты себя чувствуешь?

– Все в порядке, – улыбнулась Джуди. – Спасибо. И да, я не перестану вас благодарить. Может, для вас это какая-то малость, а для меня – целая жизнь!

– Мы бы не смогли потерять тебя, Джуди, – сказала Меличента. – Ты наш друг и ты Избранная. Без тебя мы никто. Я рада, что Тилиан залатала тебя. Эта сильва кого угодно поставит на ноги! Нас с Чароитом она тоже быстро привела в порядок. Видишь ли, после того, как приспешница Черной Колдуньи, Кларисса, сбежала, началась ужасная метель. Мы подозреваем, что это ее рук дело, прощальный привет от злых сил. Частицы магии, которые были в этой метели, лишали сил и меня, и Чароита. Мы почти пробились к Эйланису, когда у Чароита едва не сломалось крыло. Лишь благодаря чарам Тилиан его удалось вылечить.

– Да уж, – хмыкнул дракон. – Я уж думал, что никогда после такого не смогу летать. Слава Огню, все позади. И твои ужасы тоже, Джуди. Осталось только кое-что, о чем я должен поговорить с тобой и с Афлеком. Я обещал.

Меличента кивнула и отпустила его руку, и Чароит поманил Джуди и Афлека за собой, подальше от гула толпы и громкой музыки. Они устроились в укромной беседке, скрытой в тени деревьев, и Чароит начал разговор с извинений.

– Я сбежал из Сверкающего Дома, ничего не объяснив, и это едва не обернулось большой бедой. Пожалуй, я больше не буду так делать, но тогда… тогда я испугался. Я даже не могу толком объяснить тех чувств, которые испытал тогда. Все дело было в твоем знаке.

– Мы так и подумали, – признался Афлек. – Это ведь знак Агилара Хамди, а он один из самых известных борцов с драконами.

– Ох, нет, – вымученно улыбнулся Чароит. – Все было не так. Точнее… не совсем так. Не у нас с ним. Мы с Агиларом, видите ли, много лун назад были очень хорошими друзьями.

Джуди и Афлек изумленно переглянулись.

– Да, это звучит безумно, но это правда. В ту пору, когда мы познакомились, Агилар действительно успел прославиться как великий борец с драконами и прочей нечистью. В нем была сила, способная совладать с древней мощью драконов, и они боялись его – все, как один. Но я тогда был слишком молод и глуп, не владел таким чутьем, как сейчас, и не подозревал, какую опасность таит встреча с этим человеком. Именно из-за этого мы и сдружились.

Агилар всегда путешествовал один, сам себе воин, сам себе господин. Он никогда не брал никого в попутчики, даже близких друзей, опасаясь за их жизни. «Я не хочу, чтобы вы погибали просто из-за того, что вам довелось путешествовать со мной», – говорил он и уходил, покуда никто за ним не увязался. Что же, не напрасно. Агилар, кроме нежити и нечисти, много злодеев на своем веку покосил, и врагов у него было достаточно. Однажды так случилось, что на него напала целая банда головорезов. Заправлял ею бандит, у которого Агилар отнял много хороших друзей-разбойников. Он очень хотел отомстить и тщательно спланировал нападение, да так хорошо, что у Агилара не было ни единого шанса спастись. Будь он, как всегда, один. Но судьба в тот день решила ему улыбнуться.

Я, как и всегда, рыскал в горах, надеясь отыскать что-нибудь интересное для своей коллекции артефактов. Тогда я не был наемником, но уже закончил обучение и тратил свое время на такие вот вылазки, которые очень раздражали отца. Впрочем, раздражали его и люди, и по этой причине после того дня я уже никогда не возвращался домой и никогда больше не смотрел ему в глаза. Пролетая над ущельем, я услышал крики борьбы и заинтересовался. Нет, поначалу я не горел желанием помочь, мне было просто интересно: а вдруг там грабят торговый караван? Я мог бы ворваться в гущу схватки, как вихрь, похитить самое ценное и скрыться, оставив всех с носом. В те дни я обычно именно так и развлекался. Но когда я увидел, как банда разбойников наседает на Агилара и теснит его, израненного и усталого, к стене… Не могу объяснить, что же такое во мне пробудилось. Внутри точно все перевернулось, и я, не помня себя, нырнул вниз, на выручку не просто человеку – охотнику на драконов.

Драться с разбойниками не потребовалось: завидев дракона, они побросали оружие и убежали, оставив Агилара в покое. Их главарь все храбрился, пытаясь прицеливаться в меня из лука, но хватило одной только струи огня, чтобы обратить его в бегство. Его тщательно спланированная месть не удалась. Агилар не успел ни поблагодарить, ни прирезать меня: он потерял сознание и не приходил в себя несколько дней. Я дотащил его до целебного источника и выхаживал там почти неотлучно, постоянно сам себе удивляясь. Драконы так себя не ведут. Мой брат или мой отец никогда бы так не поступили, и я ругал себя за это – за то, что я веду себя, как человек. Я много раз порывался бросить Агилара, убеждая себя, что его судьба – не мое дело, но так и не смог себя переубедить. Когда же я в очередной раз сидел и терзался мыслями о собственном поведении, Агилар пришел в себя и в первую очередь поблагодарил. Это несколько разнилось с моими понятиями о людях. Дома меня научили, что люди делятся на трусов и глупцов: первые при виде драконов обращаются в бегство, а вторые хватаются за меч. Но Агилар так и не взял в руки клинка, даже тогда, когда уже достаточно окреп для этого. Мы много говорили и оба открыли для себя удивительные миры друг друга. Когда же Агилар окончательно встал на ноги, я оставил его, но после этого мы то и дело встречались, говорили, путешествовали вместе. Не раз ввязывались в бесшабашные авантюры и приключения, из которых едва выбирались живыми. Сосчитать не могу, сколько раз мы спасали друг другу шкуры. Агилар действительно стал мне настоящим другом. Моим первым другом среди людей. После встречи со мной он уже охотнее брал с собой попутчиков и не боялся заводить друзей, а затем женился и обзавелся чудесными детьми, такими же чудесными, как Майкл и Джанет. Их было двое, мальчик и девочка, и они оба унаследовали его храбрость, ум и таланты. Так и начался род Говорящих с Лунами, и мы оба – и я, и Агилар – впервые были по-настоящему счастливы.

Но однажды… Агилар был уже не молод и знал, что час его близок, когда в Кентарии появился Демон. Так мы его называли. Он иссушал землю и мучил людей, смущая их разум и чувства. Ярость и гнев стали править Кентарией, и Агилар страдал из-за этого, как если бы все до единого кентарийцы были его семьей. Он не мог равнодушно смотреть на страдания людей. Он не мог жить, зная, что его дети и его любимая жена постоянно подвергаются страшной опасности. И хотя Демон был гораздо сильнее его, Агилар решился бросить ему вызов. Я убеждал его передумать, я боялся отпускать его, потерять своего единственного друга, а он шел на подвиг и даже не думал повернуть назад, не взирая на страх. «У меня есть долг перед Кентарией и перед своей семьей, – сказал он мне в последний наш разговор. – Я должен его исполнить». Тогда я стал угрожать, что если он пойдет на бой с Демоном, я оставлю Кентарию и больше никогда сюда не вернусь. Я был согласен на все, лишь бы Агилар остался. Но он был непреклонен. «Ты можешь делать все, что пожелаешь, Альмандин, – сказал он мне. – Но я попрошу тебя лишь об одном одолжении. Вспомни о нем, когда придет нужный час. Если однажды, путешествуя по мирам, ты встретишь кого-то из моих потомков, пообещай, что будешь защищать его и оберегать. Род Говорящих с Лунами не должен прерваться». И я дал ему обещание защищать его потомков до последней капли крови.