Текст книги "Освободить 10-го (ЛП)"

Автор книги: Хлоя Уолш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 43 (всего у книги 46 страниц)

МОЖЕШЬ ВЗЯТЬ МЕНЯ ЗА РУКУ

Лиззи

18 декабря 2003 года

Эйфория, на которой я плыла, быстро испарилась, когда я вернулась в свою комнату и увидела Хью, выглядевшего совершенно опустошённым.

Я не понимала, почему.

Он же кончил на меня.

Он должен был быть в восторге.

Вместо этого он выглядел так, будто вот-вот расплачется. – Что? – спросила я, глядя на его полное раскаяния лицо. – Не делай вид, что тебе не понравилось, потому что сперма, которую я только что смыла с лица, говорит об обратном.

– Господи, Лиз, – покачал головой Хью и начал нервно расхаживать по комнате. – Можешь не говорить об этом так?

– А почему нет? – рассмеялась я, следя за ним глазами. – Это же правда.

– Потому что мне не следовало этого делать, – выдавил он, понастоящему убитый. – Это было неправильно, Лиз.

– Почему? – рявкнула я, чувствуя, как злость поднимается внутри. – Ты любишь меня, и я люблю тебя. Ты видел, как я кончила, и я видела, как ты. Мы не нарушили твое правило «не трогать». Так в чём, чёрт возьми, проблема, Хью?

– Потому что мы расстались, Лиз! – закричал он, зажав голову руками. – Потому что ты сейчас не в себе, и я это понимаю! – О, расслабься! – я оскалилась, полная ярости. – Ты же не залез ко мне в кровать посреди ночи и не трахнул меня, как он!

Хью уставился на меня:

– О чём ты говоришь?

– О монстре! – заорала я, вскидывая руки. – Ты же знаешь, он трахает меня во снах, да? Уже много лет! – я истерически рассмеялась. – Упс. Наверное, не стоило тебе говорить, что я изменяла тебе во сне все эти годы!

– Чёрт возьми, Лиз, – прошипел Хью, покачав головой. – Я не могу с тобой говорить, когда ты в таком состоянии.

– Почему ты просто не можешь меня любить! – закричала я, двинувшись к нему, когда он попытался выйти. – Почему меня, блять, никто не может любить!

– Я люблю тебя! – взревел он прямо в лицо, тяжело дыша. – Если бы не любил, меня бы здесь не было!

– Тогда почини меня, – взмолилась я, вцепившись в его рубашку. – Сделай так, чтобы всё прошло!

– Я пытался! – выдавил он, обойдя меня и направившись к выходу. – Десять лет пытался! Ничего не сработало! И я больше не могу позволять себе всё это чувствовать!

– Что чувствовать?

– Несчастным! – крикнул Хью. – Ты делаешь мою жизнь адом, малышка!

– Так ты просто уйдёшь? – крикнула я ему вслед, перегнувшись через перила, наблюдая, как он сбегает вниз по винтовой лестнице. – Вот так всё и закончится, да?

– Это ты ушла от меня, Лиз, – бросил он через плечо, достигнув первого этажа. – Не наоборот.

– Отлично! – заорала я, с грохотом сбегая за ним вниз по лестнице.

– Если ты меня не хочешь, я найду того, кто захочет!

– Лиз! – взревел Хью, когда я пронеслась мимо него и выскочила на улицу. – Вернись!

Нет.

Я не вернусь в тот дом. Никогда.

Переходя на бег, я понеслась по гравийной дорожке, думая только об одном.

О свободе.

Когда я добралась до ворот, мне показалось, что я спаслась, но нет. – Не делай этого, – зарычал Хью, схватив меня за плечи, прежде чем я успела выбежать на дорогу. Он развернул меня лицом к себе и повторил: – Не делай этого, Лиз.

Дождь лил как из ведра, приглаживая его светло-русые волосы ко лбу. Капли стекали с его бровей на нос, потом на губы – и я не могла больше на него смотреть.

Смотреть на него – причиняло невыносимую боль.

Я не знала, то ли я плачу, то ли кричу, но из горла вырывались странные звуки.

– Ты меня не хочешь! – прошипела я, вырываясь и бросаясь к дороге. – А он – да!

– Он тебя не заслуживает! – взревел Хью, снова притягивая меня. – И ты не заслуживаешь этой дьявольской болезни!

– Отпусти меня! – заорала я, вырываясь из его невероятно крепкой хватки. – Сейчас же!

– Чтобы ты вернулась к этому ублюдку и снова легла под него? Или, что хуже, вернулась в дом и разрезала себя, как чёртову тыкву?! – Хью ревел от ярости. – Ни за что на свете. – Он покачал головой и прижал меня к груди. – Ты идёшь домой со мной. Где я смогу о тебе позаботиться.

– Зачем тебе это нужно? – прохрипела я, грубо оттолкнув его. – Ты сам сказал, что быть рядом со мной – это мучение!

– Да, – прорычал он, снова подходя ближе. – Но без тебя мне ещё хуже!

Эти слова отозвались где-то глубоко внутри, и я почувствовала, как ярость понемногу уходит.

– Хью… – пробормотала я, дрожа, и провела пальцем по его нижней губе. – Я не хочу делать тебе больно.

Его подсознательная реакция – поцеловать мой палец – обернулась стоном, когда он понял свою ошибку.

Потому что я – ошибка.

Его самая большая ошибка.

– Послушай. – Хью взял моё лицо в ладони, склонился ко мне и заглянул в глаза, вынуждая сфокусироваться на его волшебных, вискикарих зрачках. – Ты не можешь сейчас оставаться здесь одна.

Поэтому я забираю тебя к себе.

– Правда?

– Да. – Его голос был уверенным и успокаивающим, и что-то внутри меня расслабилось. – Мы дойдём до моего дома, и ты останешься там, пока твои родители не вернутся с… где бы они ни были.

– Только мы?

– Только мы, – подтвердил он хрипло.

– Можно я возьму тебя за руку по дороге?

– Да, Лиз, – с болью в глазах он кивнул. – Ты можешь взять меня за руку.

МОЖЕТ МЫ МОЖЕМ БЫТЬ ДРУЗЬЯМИ?

Хьюи

30 декабря 2003 года

– Выходи, – я прошипел, когда в середине душа выглянул из-за занавески и встретился взглядом с блондинкой, прислонившейся к дверям ванной. – Сейчас же.

Я был не в настроении для её выходок, особенно после того шторма, в который я попал.

И у меня не было ни сил, ни самоконтроля отвергнуть её попытки.

Чёрт возьми.

Почему всё должно быть так сложно?

Почему я должен был влюбиться в лучшую подругу своей сестры?

Эти ночёвки меня добивают.

То, что моя бывшая спит в комнате рядом с моей – вот почему я моюсь в два часа ночи.

– Привет, – сказала Лиз, повернув ключ в замке за спиной и глубоко выдохнув. – Я слышала, как ты сюда зашёл.

Конечно, слышала.

Моя спальня выходила на комнату сестры, так что мы всегда знали, когда кто-то из нас на охоте.

К счастью, Клэр крепко спит.

Но Лиззи – нет.

– Значит, решила зайти и поболтать? – я сдержал раздражённый рык. Достаточно было видеть её каждый день в школе, у себя дома по выходным и даже в своих снах, а теперь ещё и её реальное присутствие мешало вспомнить о ней.

Боже мой.

Ни минуты покоя.

– Мне нужно было тебя увидеть, – выдавила она, сжав руки в замке перед собой.

– Да? – я тяжело выдохнул и перетащил занавеску, намеренно заслонив себя от её взгляда. – Ну, слишком поздно.

– Прости, что сорвалась на тебя на прошлой неделе у себя дома.

– Не волнуйся, – я холодно ответил. – Я к этому привык.

– И что тебе пришлось привести меня сюда, чтобы присмотреть, пока мама меня не забрала.

– Как я уже сказал, – я отрезал. – Я к этому привык.

– Ну, прости, что я тот самый человек, о котором тебе приходится заботиться.

Я вздрогнул.

– Лиз.

– Хью, – её голос треснул. – Боже, я так тебя люблю.

Я знал, что она любит, и я отвечал ей взаимностью, но это не отменяло того, что между нами была токсичная связь.

– Тогда пора прекращать, – выдавил я, быстро упёршись обеими руками в плитку, сдерживая многолетнее желание броситься к ней. – Завтра я иду гулять с парнями, и я пересплю с кем-нибудь. Это полная ложь, но мне нужно было как-то защититься.

Я услышал, как она резко вдохнула, а потом подавленные рыданья, и моё сердце сжалось от жгучей боли.

Это было слишком.

Это больно.

Я любил её слишком глубоко.

Опустив голову, я зажмурился и заставил себя быть сильным, не сломаться и уважать себя.

Но все попытки собраться в кулак улетучились, когда занавеска сдвинулась, и Лиз вошла.

Голая.

Она не сказала ни слова, когда, подскользнувшись под мою руку, всё ещё упирающуюся в стену, обняла меня за талию.

Я не пошевелился.

Я едва дышал.

Тело застыло, и я уставился на её светлые волосы, чувствуя, как сердце разбивается на куски, а тело наполняется трепетом.

Она прижалась щекой к моей груди, руки сжали талию, как тиски.

Мы стояли так, казалось, вечно, пока вода стекала по нашим телам. – Мне так жаль, – наконец, она нарушила тишину. – Мне, очень, очень, очень жаль.

Моё сердце забилось ещё сильнее.

– Я знаю, – я смог прошептать, звуча более разбитым, чем она. – Я с ним не разговаривала, – тихо всхлипывая, она продолжала тереться щекой о мою грудь. – Я не разговаривала ни с одним парнем.

– Лиз.

– Я так тебя люблю, – с трудом выговорила она. – Мне кажется, я не могу дышать без тебя.

Я понимаю это чувство.

– Дай мне ещё один шанс, – умоляла она, прижимаясь ко мне всем телом. – Я сделаю всё – что угодно – чтобы загладить вину, Хью. Всё, что хочешь, я сделаю. Не буду гулять. Не буду пить. Пойду на терапию. Буду принимать лекарства. Что угодно. Только, пожалуйста, не уходи.

Более сильный мужчина смог бы устоять.

Но я ещё не был таким, и любил её слишком сильно, чтобы не утешить, когда она разваливается у меня на руках.

– Я тоже люблю тебя, – я прошептал, обнимая её. – Всегда любил и всегда буду любить.

– Нет, нет, нет, – она рыдала, вцепляясь в мою спину, чтобы притянуть меня ближе. – Пожалуйста, не говори этого.

– Но я не могу быть с тобой, – выдавил я, поддерживая её, когда у неё подкосились ноги. – Мы не можем вернуться друг к другу. – Я не хотела этого, я не хотела, – она продолжала рыдать, качая головой. – Я бы никогда не сделала это специально! В этом вся суть измены – случайная она или намеренная, боль одинакова.

– Думаю, ты не хотела, Лиз, – голос мой дрожал от эмоций. – Но я не могу тебе доверять, что ты не сделаешь это снова.

– Я не сделаю, не сделаю, клянусь, Хью, – она умоляла, обвивая меня руками за шею. – Я буду хорошей, обещаю. Хорошей девочкой.

Как ты заслуживаешь. Я буду хорошей в этот раз.

– Дело не в том, чтобы быть хорошей, детка.

– Я вернусь к лекарствам, – рыдая, она покрывала поцелуями мою грудь. – Я буду стабильной. Ты знаешь, что я могу. Ты видел меня!

Просто дай мне последний шанс быть твоей Лиззи снова. В глубине души я хотел сказать да. Хотел этот последний шанс больше, чем она могла понять. Но у нас их уже было так много, что я знал результат заранее. – Ты сейчас так говоришь, но передумаешь. – Не передумаю, – решительно возразила она сквозь слёзы. – Я буду принимать их каждый день всю жизнь, если это сохранит нас. – Ты будешь принимать, пока не почувствуешь себя лучше, – я моргнул, сдерживая слёзы. – А потом решишь, что вылечилась и больше не нужны, и снова всё начнётся сначала – мания, крики, бессонница, постоянные поиски секса. И когда ты в очередной раз всё разрушишь, погрузишься в депрессию, лежать в постели неделями, а я буду каждую минуту бороться с тем, чтобы вырвать из твоих рук бритву.

– Нет, я не буду так в этот раз.

– А ты так делаешь каждый раз, – голос сломался, и мне пришлось несколько раз глубоко вдохнуть, чтобы продолжить. – Я не могу жить так дальше. Не спать, не зная, где ты, с кем ты, не сорвалась ли с лекарств и не переспала ли с каким-нибудь козлом. Потому что ты в мании и хочешь трахаться со всем, у кого есть пульс. Я качаю головой, чувствуя себя разбитым. – Хотел бы я найти способ, чтобы это работало, но не могу, Лиз. Не могу так ещё десять лет. Не могу строить с тобой планы, когда в любой момент ты можешь изменить мне и переспать с кем-то другим. И это нечестно с твоей стороны просить меня об этом.

– Я не могу жить без тебя, – она плакала, цепляясь за меня так же крепко, как и я за неё.

– Может, со временем мы сможем снова стать друзьями, – я предложил, ненавидя свои слова. Потому что никогда не смогу быть просто её другом. Это девушка, которую я хочу видеть рядом всю жизнь. – Я всегда буду тебя любить.

– Несмотря ни на что?

– Да, Лиз, – я прошептал, умирая внутри. – Несмотря ни на что.

УКРАДЕННЫЕ БУРГЕРЫ И ПОЦЕЛУИ

Хьюи

31 декабря 2003 года

Сегодня была канун Нового года, и меня, как обычно, уговорили пацаны пойти с ними в загул. Я боялся этого всю неделю, потому что этот Новый год – первый за десять лет, который я не проведу с Лиз. Я так чертовски скучал по ней, что не мог дышать, и ничто не могло это исправить.

Я боялся идти сегодня, но был приятно удивлен, когда Фели предложил нам поехать через весь город на дискотеку, которую BCS устраивал в павильоне GAA.

Оказавшись в окружении в основном незнакомых людей, мне стало намного проще расслабиться и повеселиться. Ах да, и бутылка водки, которую мы каждый перед этим выпили в кустах, тоже помогла. Пьяный как сапожник, я бродил по павильону большую часть ночи с тремя лучшими друзьями, иногда танцуя, но в основном отбиваясь от девчонок.

Джонни, с другой стороны, был заманен за кулисы женщинойохранником, которая, я полагаю, сдерживала свое обещание показать ему нечто особенное.

Тем временем Гибс был слишком занят тем, что влюблялся в себя, чтобы обратить внимание на кого-то еще, а Фели пригляделся к милой рыжей девчонке на танцполе.

– Черт возьми, я нечто особенное, – заявил Гибси, скользя по танцполу под «Pony», словно он любовный ребенок Снуп Догга и Джона Траволты. – Большой парень наверху не жалел средств, когда создавал Джерарда Гибсона, говорю тебе.

Гибс был лучшим танцором в округе, и он знал это. Неважно, какая музыка играла – этот парень с извилистыми бедрами знал идеальные движения под любой ритм.

– Если бы ты был тортом, ты бы съел себя, Гибс.

– Черт возьми, да, – согласился он, срывая с себя рубашку и показывая свои мышцы. – Ты меня видел? – Улыбаясь, он поцеловал свой бицепс и покрутил бедрами, как настоящая порнозвезда. – Я чертовски вкусный. – А потом выдал самый распущенный танец «червя», который я когда-либо видел.

Высокий визг девчонок звучал дико, толпа окружила Гибса, который танцевал лучше любого стриптизера.

– Посмотрим, как он из этого выкрутится, – пробормотал Фели, наблюдая, как нашего друга поглощает толпа.

Пьяный, я прислонился спиной к стене, а Фели пошатывался ко мне. – Чувак, ты хуже меня, – засмеялся я, когда он начал наклоняться в сторону, словно Пизанская башня.

– Ты уже получил смену, Хьюи? – пробормотал он, прислонившись бедром к стене рядом со мной.

– Не дождешься, Папа. – Пьяный или нет, я совсем не был к этому готов.

– Да ладно, это точно случится, – согласился Фели, подсаживаясь с другой стороны. – Дело решенное, чувак.

Ди-джей начал обратный отсчет до Нового года, и внутри меня поднялась волна боли.

Черт.

Лиз.

– Эй, у тебя будет новогодний поцелуй, – подталкивал меня Фели мягким голосом, глядя на кого-то на танцполе. – Давай, парень. – Он затащил меня на танцпол, когда ди-джей досчитал до пяти. – Выбери девчонку и живи немного. – Четыре, три, два, один...

С мутными глазами я смотрел, как мой друг пошатывается к миниатюрной рыжеволосой, на которую он пялился всю ночь, но его перехватила пышногрудая брюнетка и поцеловала. Я видел, как друг на мгновение замер, а потом обнял брюнетку и ответил ей поцелуем.

Фу.

Блин.

Покачав головой, я отвернулся от этой сцены, но тут меня перехватила та же маленькая рыжеволосая.

– Ого, – я успел вымолвить за долю секунды до того, как она резко потянула мое лицо к себе и врезалась губами в мои.

Черт возьми.

Моя первая реакция – отдернуться, понимая, что чужие губы не должны касаться моих, но потом я вспомнил, что мои губы никому не принадлежат.

Задыхаясь, я держал ее за плечи, чтобы держать на расстоянии, пытаясь привести мысли в порядок.

– Пожалуйста, поцелуй меня, – умоляла она, сжав мою рубашку кулачками и встав на цыпочки. Это не была агрессия – это было отчаяние. – Пожалуйста.

Большие зеленые глаза смотрели на меня так же неуверенно, как и я. На самом деле, казалось, что сейчас она может расплакаться.

Боже.

Я не знал, что это было, но что-то в этих глазах заставило меня медленно кивнуть.

Облегчение вспыхнуло в ее глазах, и она подняла подбородок, чтобы встретить мой взгляд.

И тогда, впервые в жизни, я поцеловал девушку, которую не звали Лиззи Янг.

Этот поцелуй не был потрясающим.

Это не были фейерверки.

Это не была Лиз.

Но это было приятно.

***

– Я не могу понять, ты со мной здесь из-за выбора или из жалости, – задумчиво произнесла рыжеволосая, чьё имя я узнал – Кэти, – после дискотеки, когда мы сидели на тротуаре возле здания. – Потому что, как бы я ни была тебе благодарна за то, что ты меня тогда спас, думаю, моя гордость больше не выдержит ни одного удара сегодня ночью. Её слова проплыли сквозь туман в моей голове, и мои глаза моментально напряглись.

– Что?

Её щеки порозовели.

– Забудь.

Услышав конец её речи, я поднял бровь и спросил:

– Почему я должен быть здесь из жалости?

Она пожала плечами.

– Просто знай, что ты спас меня от того, чтобы выглядеть полной дурой.

– Поцелуем?

– Поверь мне, Хью.

– Ладно.

– Кейси даже не вспомнит его имени, – вздохнула она, показывая на стену, за которой наши друзья только что вышли. – Вот что она всегда делает.

– Ты не одобряешь?

Она снова покачала головой.

– Я люблю её, но так я не живу.

Когда она начала дрожать, я автоматически протянул куртку.

Расстегнув её, я снял и накинул ей на плечи.

– Спасибо.

– Не за что.

– Верну её тебе в школе на следующей неделе.

Я удивлённо поднял брови.

– Ты учишься со мной?

– Вау, ты правда умеешь заставить девушку почувствовать себя замеченной.

– Нет, не так...

– Ладно, я шучу, – она улыбнулась. – Я на год младше вас.

Она училась в третьем классе.

– С каких пор?

– Перешла из средней школы Святой Бернадетты в начале семестра. – Она пожала узкими плечами и крепче сжала мою куртку. – У меня стипендия.

Теперь мне стало интересно.

– Чем увлекаешься?

– Музыкой. – Она снова покраснела. – А ты?

– Физикой, – ответил я с извиняющейся улыбкой. – С химией на стороне.

– Ах, значит, ты из тех мальчиков, – подмигнула она с понимающей улыбкой. – Ты зануда.

Я поднял бровь.

– Без обид, но ты, наверное, сама неплохо учишься, раз получила стипендию.

– Да, я из шести счастливчиков, – вздохнула она. – Ну что ж, молодец я, да?

– Почему я тебя раньше в школе не видел?

Она улыбнулась.

– Может, после сегодняшнего вечера будешь.

– Как домой добираешься?

– Кейси старше меня, – снова указала на стену. – Один из её друзей подвезёт меня.

– А где твой дом?

– Очень далеко от твоего. – Она улыбнулась и добавила: – Богатый мальчик.

Я удивлённо поднял брови.

– Почему ты думаешь, что я богат?

– Эээ, может, потому что я была у тебя дома, – рассмеялась она, закатив глаза. – Авока Грейстоунс – это совсем не Роузвуд. – Погоди. – Я наклонил голову, присматриваясь к ней. – Когда ты была у меня дома?

– На твоём дне рождения, – ответила она с усмешкой. – Мы обе с Кейси были там. – Опять указала на подругу. – Фели нас пригласил.

– Фели.

– Да. Мы оба в школьном хоре.

– Вот это да. – Я почесал подбородок, нисколько не удивлённый, что Фели в хоре. – Ты та особенная подружка из музыкального клуба?

Или, вернее, его подружка по постели?

– Даже в самых диких мечтах – нет, – резко ответила Кэти, показывая на то место, где Фели явно развлекается с её подругой. – Это её постельный приятель, ясно?

– Извини, – пробормотал я, качая головой. – Это было очень грубо и, мягко говоря, хреново говорить девушке.

– Всё нормально, – засмеялась она, слегка толкнув меня плечом. – Прощаю.

– Тебе тепло?

Я заметил, что она дрожит.

– Ты очень хороший человек, – задумчиво сказала она, глядя на меня своими большими зелёными глазами. – Ты знаешь об этом?

– Как ты это поняла?

– Просто ощущение, – ответила она, всё ещё улыбаясь. – Я очень рада, что сегодня поговорила с тобой.

– Да, – ответил я, нахмурившись. – Я тоже.

– Что тут происходит? – неожиданно появился Фели и, пытаясь застегнуть ремень, потребовал. – Ну?

– Что, по-твоему? – ехидно ответила Кэти сладким голоском, подмигивая мне. – Мы с Хью завязываем знакомства.

– Ты в порядке, Па? – спросил я, чувствуя, как во мне растёт тревога, глядя на его измученное лицо. Я встал и быстро осмотрел его. – Ты не очень-то выглядишь, чувак.

Прежде чем Фели успел что-то сказать, к нам катилась Кейси. – Эй, ты! – Ковыляя к мне, она вцепилась в мою рубашку и резко потянула к себе. – Где твой телефон?

Я нахмурился, сунул руку в карман и поднял его.

– Спасибо, – весело сказала она, щурясь и тыкая пальцем по экрану, всё время шатаясь и спотыкаясь.

Прошло несколько минут, и рядом прозвучал громкий пинг.

– Кейси, – выдавила Кэти с ужасом. – Ты что, только что отправила мне смс с телефона Хью?

– Конечно, моя миленькая лисичка, – подмигнула Кейси своей подруге, а потом с узким взглядом посмотрела на меня. – Ты. – Указала пальцем в мою сторону. – Позвони моей подруге. – Слова были заплетающимися, но уверенности хватало. – Вопреки этому,– она показала на себя,– моя Кэти – хорошая девочка, понял? Так что не думай, что все мы с юга такие. – Повернулась к Фели и кокетливо подмигнула. – Кроме тебя, модник. – Улыбаясь, погладила его по щеке. – Ты точно знаешь, как пользоваться тем, что Бог тебе щедро дал, да?

– О, боже, – застонала Кэти, физически вырываясь. – Мне кажется, меня сейчас вырвет.

– Ты в порядке? – спросил Фели, протягивая руку, чтобы её поддержать, но она быстро оттолкнула.

– Пожалуйста, не трогай меня этими руками, – скривилась Кэти, резко отдёрнувшись. И я её прекрасно понимал, ведь мы оба знали, где эти пальцы были.

Затем раздался гудок машины и голос парня:

– Поехали, Дьявольские Сиськи. Твоя карета ждёт.

– Это я, – сказала Кэти, но быстро исправилась. – То есть это не я. Я не Дьявольи Сиськи. Это Кейси. А я просто девочка, которая попросила подвезти.

– Да, я понял, что ты имела в виду, – рассмеялся я.

– Спасибо за всё, – она протянула руку. – Было приятно.

– И мне тоже, – я пожал её руку и улыбнулся.

*** – Удали это.

– Что удалить?

– Её номер.

– О ком ты?

– Кэти.

– Кто?

– Та рыжая, что была там.

– Я прищурился, пытаясь вспомнить её лицо, но вместо этого увидел блондинку с голубыми глазами – Чёрт, я так её люблю.

– Ты даже не знаешь её, – резко ответил он, покачиваясь, как и я. – Что? – уставился я на него. – Ты с ума сошёл? Я её всю жизнь знаю.

Он уставился на меня, нахмурив брови – О ком ты говоришь? – О Лиз! – я вздохнул, проводя руками по волосам. – Кто ещё, чёрт возьми!

– Ага, – он кивнул. – Хорошо, удали её номер.

– Бессмысленно, чувак, – вздохнул я. – Я её номер знаю наизусть с пятого класса. – Икнул. – И городской телефон с первого.

– Нет…

– Хьюи получил смену, Хьюи получил смену, – запел Гибси, качаясь и врезаясь в наклонённую башню Кава – Молодец, Хьюго Босс! Я знал, что ты сможешь. Теперь только вверх.

Фели прищурился – Кого?

– Кого что?

– С кем ты закрутил?

– Сногсшибательная рыжая, – вставил Кав, присоединившись к нам у прилавка – Это твоя старая подружка, Хьюи? Та, из-за которой ты всегда пропускаешь тренировки? Чёрт, парень, понятно, почему ты её скрывал от команды.

Я раскрыл рот, чтобы сказать Каву, что он ошибается и это было бы понятно, если бы он хоть немного слушал друзей, но меня отвлек кулак, который ударил меня в бок носа.

– Ай! – закричал я, поворачивая голову и ударяясь о металлическую стенку фургона – За что?

– За тебя! – рявкнул Фели – За тебя, Хьюи!

– Что со мной? – спросил я, сбитый с толку – Что я такого сделал? – Всё всегда из-за тебя, – пробормотал он, качая головой – Ты всегда на первом месте.

– Слушай, я не тот, кто пришёл сегодня, так что не понимаю, почему ты злишься на меня, – ответил я – Я здесь девственник, ты – шлюха!

– Господи! Я шлюха, – вздохнул Фели, проводя руками по волосам – Почему ты меня не остановил?

– Почему я должен? – спросил я, слишком сбитый с толку и пьяный – Ты же не просил меня остановить.

– Ты мой лучший друг, мудак, – резко сказал он – Я не должен тебе это говорить.

– Ну и лучший друг, – ответил я, трогая нос – Домашнее насилие, Фели.

– Расслабься, красавчик, – усмехнулся он – Ты всё равно тот самый мудак, в кого влюбляются девушки.

– Давайте без драк, – строго сказал Гибси, вставая между нами и хватая заказ, который он не заказывал и не платил.

– Эй! Это мой бургер, – пробурчал Фели – И я ему ничем не обязан.

– Отлично, – фыркнул я, похлопав Гибси по спине – Дерзай. – На самом деле, я всегда на первом месте, – вставил Кав, поднимая палец.

– Что ты несёшь? – потребовал Фели.

– Ты сказал, что Хьюи всегда на первом, но это не так, – объяснил Кав – Хьюи на втором, ты – на третьем. – Он пожал плечами – Извини, друг, но часы не врут.

Фели уставился – Опять что?

– Спринты, – ответил Кав, удивлённый – Почему? О чём ты? – Да, – согласился я, глядя на этого сумасшедшего, раздающего пощёчины, как Винни Джонс – О чём ты?

– Только ты мог вспомнить про спорт, – резко сказал Фели – Джонни, не можешь мозг выключить на ночь?

– Не разговаривай со мной в таком тоне, мудак, – ответил Кав. – Стой, – перебил Гибси, подняв руку с бургером – Почему твоя математика ставит меня последним, Джонатан?

– Потому что ты всегда последний, Джерард. Будь хорошим и съешь украденный бургер.

– Чёрт с вами всеми, – проворчал я, схватив чей-то заказ и уходя – Хватит безумия на сегодня. Иду спать.

– Чья кровать?

– Моя, ублюдки!

– Передай сестре, что я позже буду дома, – позвал Гибси – На мой новогодний поцелуй.

– Держи свои губы подальше от моей сестры!