Текст книги "Спасти Золотого Дракона - 2,3,4 (СИ)"
Автор книги: Анастасия Енодина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 62 (всего у книги 66 страниц)
Маг тем временем завёл друидку за угол, развернул лицом к себе и прижал спиной к стене, держа за плечи.
– Что ты делаешь? – шёпотом спросила она и заметила в глубине зелёных глаз лукавый огонёк, который так любила Алисия и который Мика впервые видела при его взгляде на себя.
– Скрываюсь, – шепнул он, и глаза его озорно блеснули.
Что ж, настроение его поменялось и явно улучшилось, но это только запутывало Мику.
– Лайгон, я не понимаю… – ответила друидка, которую поведение мага несколько пугало. – Я не Алисия, я не умею угадывать, что у тебя на уме!
– Смотри, – он отстранился от неё и кивком предложил выглянуть из-за угла.
Друидка выглянула из-за угла, но ничего не смогла отыскать взглядом. Убедившись, что она ничего не заметит сама, Лайгон безнадёжно вздохнул и указал рукой куда-то в дальний угол:
– Смотри, видишь вон того посетителя, что сидит в одиночестве за столиком?
Мика присмотрелась к посетителю. Он сидел спиной и до лопаток его рассыпались светлые волосы. Он сидел, глядя куда-то в сторону стойки, обхватив обеими ладонями кружку с чем-то горячим, от чего шёл пар.
– Вижу, – ответила Мика магу. – И что?
– Ничего, – усмехнулся Лайгон с наигранным безразличием. – Просто это Элдор!
– Элдор? – переспросила Мика и присмотрелась к сидящему за столиком мужчине получше.
Да, это вполне мог быть правитель светлых эльфов. А мог и не быть. Стройных мужчин с характерными волосами она встречала довольно часто, чтобы вот так легко распознать Элдора со спины. Но даже, если не думать об этом, друидка никак не могла понять, что такого странного в том, что Элдор посещает эту Таверну. Девушка не решилась озвучивать свой вопрос магу, поскольку он смотрел на неё столь победоносно, что мог и обидеться на то, что она не впечатлена.
– Надо узнать, зачем он здесь, – решил пояснить Лайгон.
– Он пришёл пообедать, – ответила Мика. – Сюда все приходят за этим, иначе Таверна попросту не пускает сюда, понимаешь? Мы были голодны и не планировали ничего дурного, поэтому мы смогли попасть сюда. И Элдор… если это Элдор, тоже.
– Это точно Элдор, – авторитетно заявил маг. – Вопрос, как давно он сюда шастает и почему скрывал это от меня!
– Лайгон, – вздохнула Мика, выходя из укрытия. – Он просто не думал, что тебе важно, где он любит принимать пищу! А если тебе интересно порасспросить его, то самое время подойти и задать вопросы! – она тепло и открыто смотрела на мага, чуть склонив голову на бок.
– Скучная ты, – признался маг. – Прям как мой брат!
– Хочешь, сядем там, – она указала рукой на столики, что стояли обособленно, в нише. – Там он нас не заметит.
– Мы не на свидании, третий не лишний, – отозвался Лайгон, мигом потеряв всякий азарт и вернув глазам привычную прохладу, появившуюся от осознания, что Мике не интересны авантюры. – Пойдём, спросим, что он тут делает.
Он так долго ждал встречи с этим эльфом, что больше ждать не мог. Надо было прийти и посмотреть на него, поговорить с ним, а потом понаблюдать за тем, как он общается с Алисией. То, что Мике были безразличны скрытность и попытка проследить за эльфом, оказалось даже на руку.
Эльф не подозревал о планах мага насчёт себя и продолжал сидеть, грея руки о горячую кружку.
– Давно не виделись! – поприветствовал друга Лайгон, бесцеремонно присаживаясь на лавку напротив эльфа.
Элдор вскинул взгляд на мага и позволил удивлению отразиться на своём лице. Он приветственно кивнул Мике и повертел головой в поисках остальных спутников мага, но, на найдя их, ничего не спросил.
– Не ожидал, – чуть улыбнулся уголками губ эльф.
– Мы тоже, – ответил маг сухо и посмотрел на друга укоризненно: – Ты тут часто бываешь?
Друидка присела на лавку поодаль от мага и с наслаждением огляделась: она очень любила бывать здесь.
– Я обедаю здесь, – ответил эльф спокойно.
– Да? – задумчиво переспросил маг. – Что-то про твои обеды больно много мне говорят всякие Алданы...
– Не знаю, – ответил эльф, отставляя кружку. – С Алданом я здесь никогда не бывал.
Лайгон повёл носом, принюхиваясь к содержимому кружки. Разило из посудины странно.
– Ух ты, что это за… напиток? – маг поморщил нос и уставился на Элдора с любопытством.
– Укропный морс, – ответил эльф, слегка улыбнувшись.
– И ты собираешься это выпить? – уточнил Лайгон.
– Ну да… – пожал плечами Элдор. – Хочешь? – любезно предложил он, но маг даже откинулся спиной на спинку лавки, чтобы максимально отдалиться от неприятного напитка.
– Сам пей, – ответил Лайгон, глядя на Элдора излишне внимательно, на что тот тоже вперил взгляд своих голубых глаз в мага и не отводил его, совершено не понимая, почему на него так смотрят.
– Итак, ты обедаешь здесь, с Алданом тут не был, но, судя по всему, этот эльф здесь бывал, – подытожил маг.
– Не знаю, – слегка пожал плечами Элдор, а потом обратился к Мике: – Может, что-нибудь заказать?
– Да, попозже чуть, – улыбнулась ему друидка, дотрагиваясь до своих волос в смущении. – Я здесь не такой частый гость, но меня тут знают, не волнуйся за нас с Лайгоном, мы не уйдём отсюда голодными.
Она старалась не смотреть в глаза эльфу: боялась увидеть, что он глядит на её разукрашенные волосы, но он тактично делал вид, что изменений в образе друидки не замечает. Маг заметил это притворство и хмыкнул: он ни за что бы не промолчал на месте эльфа. Вообще, подумав так, Лайгон подумал, что Алдан совершенно не прав. Он, маг, искренен. Немного вреден, этого не отнять, но зато никогда не лицемерит из желания казаться лучше, чем он есть. Он любил врать, но у этой лжи всегда были обоснованные цели, и она была оправдана. А, например, честный милый эльф, сидящий сейчас напротив него и дарящей Мике скромную полуулыбку, мог бы и прокомментировать новый окрас волос собеседницы. Не обязательно же издеваться, можно просто спросить, что случилось.
В связи с этими мыслями маг не удержался и сказал:
– Знаешь, Мика, Элдор сейчас улыбается тебе, но на самом деле он думает: «Как же хорошо я сидел, пока не пришли они!»
– Неправда, Мика, – ответил эльф, укоризненно глянув на мага и тепло посмотрев на друидку. – Я рад встрече с вами. Лайгон полагает, что я ищу здесь уединения, но это вовсе не так: мне просто нравится это место, здесь хорошо и вкусно кормят…
– Что ж, допустим, – согласился маг, и Элдор посмотрел на него, улыбаясь.
– Снова все против тебя что-то замышляют? – поинтересовался он.
– Это я и пытаюсь выяснить, – серьёзно ответил маг. – Знаешь, тебя, может, и не удивляет, откуда мы такие пришли, так что рассказывать не буду. Знай просто, что мы-то тут, а все остальные – неизвестно где. Совершенно неизвестно где, и оттуда им будет непросто выбраться без меня и без Микиного корабля!
Друидка посмотрела на него недовольно. Элдор был мирным и совершено не заслуживал, чтобы маг вызверивался на нём.
– Феронд придёт сюда и приведёт Алисию, Уго и Юстику, будь уверен! – заявила Мика, тряхнув волосами и гордо посмотрев на мага, поскольку ничуть не сомневалась в том, что права.
– Да ладно, Мика! – попытался охладить её пыл маг. – Сколько раз твоя уверенность оборачивалась против тебя?
– Ну а твоя? – ответила вопросом на вопрос друидка. – Ты же тоже всегда и во всём уверен! – это прозвучало не как упрёк, а как факт, причём факт, отражающий их некую схожесть.
– Ага, только напомни мне, кого постоянно приходится вытаскивать из всяких переделок? – ехидно поинтересовался Лайгон. – Вспомни, хоть раз тебе удавалось избежать неприятностей, если был хоть малейший шанс в них попасть?
– При чём тут это? – вздохнула девушка.
Маг скрестил руки на груди и вздохнул, словно сожалел, что девушка не замечает очевидного различия:
– При том, что моя самоуверенность касается лишь меня, максимум – Алисии, а твоя – всех вокруг. Ты уверена в том, как поведут себя враги, уверена, что сделает Феронд, и уверена, как поступят Юстика и Уго, не говоря уже о том, что ты уверена, что они все вместе. А это, кстати, тоже не факт. А ещё, напомни мне, благодаря кому мы оказались в этой ситуации? Стоило сразу ринуться в болото, я бы перебил всех тварей и отыскал бы тропу, пока големы не нарисовались...
Мика посмотрела на него обиженно. В чём-то он был прав: ей почему-то казалось, что все четверо их спутников оказались вместе, хотя сейчас, задумавшись над его словами, она поняла, что оснований для такой уверенности нет. На какую-то долю секунды ей захотелось напомнить ему, что все приключения, в которые они оказались втянуты, образовались из-за него и Шарафатдина, но Мика не стала этого говорить, предвидя ответы мага: конечно, они сами решили помочь ему, и из-за её волос пришлось ждать и терять время...
Лайгону стало стыдно за свои слова. Он сам принял решение ждать, и теперь не стоило перекладывать вину на Мику. Она просто приняла предложение, а думать о големах и о том, что они могут желать его смерти, стоило самому. Маг, сгоряча наговорив лишнего, вовсе не хотел обижать друидку или подкалывать, поэтому, заметив, что она погрустнела, бодро предложил:
– Спорим, что мой брат не догадается привести сюда их? Или хотя бы одного из них? Или даже сам прийти, и то не догадается? – лукавые изумрудные глаза Лайгона хитро блеснули в полумраке таверны.
– Что? – переспросила Мика, совершенно не ожидавшая такого предложения от мага, хотя о том, что духа авантюризма в нём хоть отбавляй, всегда подозревала.
– Ты, наверно, хотела спросить не «что», а «на что»? – продолжал улыбаться маг. – Так вот, когда нам надоест здесь сидеть и ты признаешь, что Феронд не придёт, то выпьешь укропный морс, идёт? – он кивнул на напиток, что стоял перед Элдором, который с лёгким любопытством наблюдал за своими товарищами.
– Ну а ты? – спросила Мика, включаясь в игру и замечая, как взгляд мага теплеет от того, что он начинает находить в ней что-то родственное себе и понимает, что она не дуется на него.
– Ну а я посмотрю и посмеюсь, – ответил он. – А, может, и не посмеюсь, смотря, сколько времени мы проторчим здесь.
Он смотрел на друидку с хитрым прищуром, ожидая ответа.
– Нет, Лайгон, что сделаешь ты, когда проиграешь? – уточнила свой вопрос девушка.
– «Когда»? – переспросил маг и задорно рассмеялся. – «Если», Мика, «если»! О чём я тебе говорил только что? Нельзя быть уверенной во всех!
– Ты тоже выпьешь этот морс! – неожиданно резко и скороговоркой выкрикнула друидка, отчего Лайгон наигранно поморщился:
– Фу, как скучно, Мика! До встречи с Ферондом, говорят, ты была более изобретательна…
Он хотел сказать ещё что-нибудь, но уловил движение позади себя и выглянул из-за ширмы. Четверо посетителей, только недавно вошедших в Таверну, направлялись к их столику. Алисия, Феронд, Уго и Юстика. Маг посмотрел на довольную Мику и нахмурился. Неужели проклятие действует настолько, что теперь даже в ерундовых спорах его будет ожидать фиаско? Лайгон был категорически не согласен с таким положением дел! Решив не думать пока об этом, он встал из-за столика и едва успел развести руки в стороны, прежде чем эльфийка бросилась ему на шею. Маг уткнулся носом в её волосы и блаженно прикрыл глаза. Пока она с ним, совершенно не важно, выигрывает он в спорах или нет, оступается ли при переходе болот и притягивает ли к себе все возможные неприятности.
Мика успела глянуть на него и в который раз поразиться тому, чему она никак не уставала поражаться – нежности, которая охватывала мага при прикосновении к Алисии. И хотя Лайгон всегда был рад что-нибудь учудить, друидка замечала, как растапливается его холодный взгляд и как убираются все колючие иголки с его характера, стоит только эльфийке оказаться рядом и напомнить ему, что он – её и он – лучший.
Мика встретила Феронда, обняв и одарив поцелуем. Валинкарец присел рядом с ней, между девушкой и магом и поприветствовал Элдора, при этом прижимая друидку к себе, словно они не виделись не сутки, а намного дольше.
– Я боялся за тебя, – признался Феронд.
– Напрасно, – ответила Мика. – Я была с Лайгоном.
– Потому и боялся, – признался мужчина.
– Неужели всё ещё боишься меня? – не поверил своим ушам маг.
– Нет, конечно, но с тобой сейчас опасно, а Мика… – он осёкся и посмотрел на брата, молчаливо прося о помощи.
Но Лайгон не намеревался выручать его, продолжив за него мысль:
– А Мика притягивает неприятности похлещи меня, причём это у неё не от проклятья, а по жизни так, ты это хотел сказать?
– Нет! – Феронд посмотрел на друидку, и его выразительные карие глаза снова подвели его, выражая сожаление и раскаянье: да, он подумал именно так, но не стал бы говорить вслух, чтобы не обидеть.
– Ничего, Феронд, – Мика легонько поцеловала его в нос и заметила: – Сегодня в нашем споре, в споре двух неудачников, победила я! – она посмотрела на Лайгона с чувством превосходства, и тот хмыкнул, присаживаясь на лавку и усаживая Алисию себе на колени.
– Это ещё не факт, Мика! – улыбаясь, заметил он.
Алисия посмотрела на него с любопытством: она, как никто другой, знала, как маг не любит признавать поражения и как часто у него имеется запасной план, а если и не имеется, то образуется в считанные секунды.
Лайгон выдержал паузу, дожидаясь, пока на него уставятся все, сидящие за столиком. На самом деле, он и сам не знал, на что рассчитывает, поскольку ещё пару минут назад искренне полагал, что они покинут эту таверну без воссоединения своей компании.
– Феронд, – обратился Лайгон к брату. – Вот расскажи нам, каким ветром занесло вас в эту Таверну сейчас?
– Это долгая история, – ответил валинкарец, устраивая руки на столешнице. – Сперва мы с Алисией остались вдвоём, и долго блуждали, пока Уго и Юстика не нашли нас. А потом Юстика предложила отправиться сюда, поскольку все мы были голодны… – уголки губ мага поползли вверх. – Уго с Алисией были против, поскольку терять время на еду глупо и стоило получше поискать вас в том мире, где оказались мы, но я подумал, что посетить Таверну – верное решение, потому что вы могли оказаться здесь.
Мика щёлкнула пальцами и указательным ткнула в сторону мага. Ему это движение понравилось, поскольку внушало ему надёжду, что с Микой можно сотрудничать.
– Это придумала Юстика, – покачал головой маг, делая вид, что сочувствует проигрышу Мики.
– Феронд подумал о том, что мы можем быть тут! – парировала девушка.
Лайгон широко улыбнулся ей. он хотел объяснить, что это не ей повезло, а просто не повезло ему, но не стал: она была слишком довольна. Маг раньше и не подозревал, что бывает приятно проиграть, если при этом порадуется друг. Он задумчиво глядел на улыбающуюся Мику, пока та хитро не прищурилась:
– Что, думаешь, как отвертеться, да? – спросила она.
Маг думал совершенно не об этом, так что даже не смог найти достойного ответа. Он протянул руку к кружке с морсом, не заботясь о том, что предмет спора, вообще-то, принадлежал Элдору и тот, возможно, намеревался выпить напиток сам.
– Знаешь, думаю, это нечестно, – сказал он в последний момент. – Это морс Элдора.
– Я не против, – тут же заметил эльф.
– Нет, я так не могу, – широкая улыбка показывала, что он тянет время.
Друидка поднялась из-за стола, перемахнула через спинку лавки ловко, так, что маг даже удивился её проворности.
– Что ж, схожу за Рыскуном и закажу нам всем поесть... – сообщила Мика и, поглядев на мага, добавила: – И попить...
Глава 22
Проклятый морс, как оказалось, сложен в приготовлении и довольно долог к тому же. Лайгон пытался заговорить зубы своим друзьям, рассуждая на тему того, что из-за проклятья (а, может, из-за Мики) они почему-то оказались в другом мире, в то время как от Юстикиного колдовства остальных просто расшвыряло по миру-двойнику. При этом маг не примянул укорить Юстику во всех проблемах, а особенно в том, что теперь в мир-двойник придётся заявляться снова.
Элдор слушал препирания молча, пытался вникнуть в разговор. Он не видел Алдана довольно давно и был не в курсе событий, за что теперь испытывал чувство вины. Будучи правителем своего народа, он имел достаточно вопросов и проблем, отчего совершенно упустил из виду проблемы Лайгона, и только сейчас осознал, что недооценивал их.
Они искали затерянный или спрятанный в чужом мире предмет, а времени оставалось всё меньше. Это казалось несколько пугающим, хоть по виду мага и нельзя было сказать, что он сильно страдает.
Все успели поесть и напиться хмельного мёда, пока морс сготовили и Рыскун принёс два стакана на резном подносе и переставил их на стол, подарив всем приветливую улыбку, которую постоянно дарил любимым посетителям, таким, как Мика и Элдор.
Когда он ушёл, маг удивлённо воззрился на друидку, которая взяла один из стаканов и теперь держала поднятым.
– Брось, мы оба проиграли, – сказала она дружелюбно, и маг от этого жеста солидарности отнекиваться не стал.
Поймал себя на мысли, что он бы с Микой пить морс не стал, успокоил себя тем, что все они видели, как запросто пил эту дрянь Элдор, и, возможно, именно это способствовало такому решению друидки, хотя... Лайгон догадывался, что Мика в любом случае бы разделила с ним проигрыш, и это было даже приятно. Он решил, что как только разберётся с Шарафатдином, сразу разберётся с её волосами: если сам не сможет помочь, отыщет того, кто сможет.
– Ладно, Мика, – весело сказал маг, со вздохом поднимая стакан с морсом. – Давай за утраченный тобой и возрождённый вновь дух авантюризма!
Друидка соприкоснулась своим стаканом с его, отчего раздался короткий глухой звон, и нехотя принялась пить содержимое. Её лицо сперва было наморщено, но постепенно выражение его сменялось на блаженное. Маг тоже принялся пить, залпом, чтоб не так противно было. Элдор попеременно смотрел то на мага, то на Мику, при этом слегка лукаво улыбаясь, отчего он выглядел весьма загадочно, учитывая, что столик находился в полутьме. Феронд, Алисия, Уго и Юстика даже и не знали, на кого смотреть – на пьющих непонятную зелёную жидкость или на эльфа, не часто проявляющего подобные эмоции.
– Почему ты не говорил, что это вкусно? – просил Лайгон, первым допивший морс.
– Вы не спрашивали, – чуть улыбнувшись, резонно ответил Элдор. – Я же предлагал тебе попробовать, помнишь?
Маг не ответил, отставляя стакан и глядя на Элдора. Он снова излишне внимательно изучал физиономию друга, отчего эльф почувствовал себя неуютно и решил начать нейтральный разговор, раз все поели и с трапезой было покончено, но покидать Таверну в спешке ни у кого не было желания.
– Юстика, – обратился к ней Элдор. – Ты бывала здесь прежде?
– Да, бывала, – ответила она. – Не очень часто, но бывала. В основном по делу – искала Лайгона, хотела использовать любые ниточки, только здесь он не бывал, как оказалось. Зато нашлись те, кто слышал о нём и смог дать подсказки, как разыскать его.
Маг посмотрел на неё, но промолчал. Да, он не знал о Таверне, не слышал о ней, а если и слышал, то не придавал значения. В те годы, когда он много скитался по мирам и общался с полезными магами, колдунами и прочими магией одарёнными, его в основном интересовали людские миры и возможность получить власть над ними, так что до Таверны ему дела не было. Сейчас идея править людьми казалась бредовой. Он постарался вычеркнуть из памяти время, потраченное на воплощение этой затеи, а также тот факт, что он получеловек.
– Знаешь, Лайгон, – заговорил Элдор. – Я действительно опасаюсь за твою жизнь... Хранители, проклятье... это посох, который нужно непременно найти... Я подумал, и решил, что мы сделаем это без тебя.
Голубые глаза уставились на мага уверенно, так что Лайгон только вздохнул. Прав эльф: лучше всего это делать без него, вот только не привык он перекладывать свои проблемы на чужие плечи. А ещё не очень понравилось слово "мы", означающее, что наверняка к тому, что замыслил эльф, будет причастен Алдан.
Маг обнял сидящую рядом Алисию. Она смотрела на него с надеждой, что он согласится с эльфом. И он согласился.
***
Маг переводил угрюмый взгляд с брата на леррика, с леррика на Юстику и обратно. Ему не нравилось, что Мика и Алисия потащились к Элдору обсуждать план действий. А его с собой не взяли. Сослались на то, что, якобы, он наслушается и решит отправиться с ними, а это в их планы не входило. Вернуться, найти и забрать Шарафатдин – никаких межличностных отношений, никаких сомнений и посторонних целей.
Лайгон сидел в кругу тех, кто проявил солидарность и пожелал остаться с ним, и думал, что солидарность – глупое прикрытие. Они остались с ним только потому, что знали: иначе он пойдёт и найдёт способ подслушать, а подслушав, непременно решит отправиться с ними.
Что ж, самым неприятным было осознание правоты друзей.
– Что ж, вам остаётся надеяться, что Юстика ничего не учудит на этот раз, – заметил Лайгон, чтобы прервать затянувшееся молчание.
Феронд посмотрел на колдунью и вздохнул. Да, от неё могли быть проблемы, к сожалению. Но и польза могла тоже быть: лишний участник в таком походе не лишний. Если только он не Лайгон или не Элдор...
Юстика, о чём-то мучительно раздумывая, решилась высказаться, нервно теребя край своей кофточки.
– Я не смогу ночевать с вами... – призналась она робко, посмотрев на Феронда и Уго. – Ведь вряд ли мы отыщем Шарафатдин за один день... придётся ночевать в полевых условиях...
Она не продолжила, и потому никто ничего не понял, только Уго смутно догадался, но вида не подал.
– Не вижу логики, – заметил маг, когда стало ясно, что никто уточняющего вопроса не задаст. – Ты боишься ночевать с ними – с чего это?
Он требовательно смотрел на неё, и она нервно сглотнула, опустив взгляд в пол.
– Я опасаюсь оставаться спящей с мужчинами, – ответила Юстика, посмотрев на мага и выдержав взгляд любопытных зелёных глаз: ей казалось, её тревоги очевидны. – Я – девушка, они – мужчины...
– Это верно, – усмехнулся Лайгон. – И что с того?
– Я буду чувствовать себя… – она замялась. – … уязвимой и беззащитной рядом с ними...
Признание Лайгона позабавило и он насмешливо осведомился:
– То есть ты так уверена в своей неоспоримой привлекательности и обаянии, что считаешь, будто невозможно устоять перед тобой? – маг приподнял брови и пристально вглядывался в серебристые глаза колдуньи, желая смутить её и заставить отказаться от своих глупых подозрений.
– Нет, – просто ответила она. – Просто я не доверяю мужчинам… В нашем мире им нельзя доверять… У нас царит расчётливость и эгоизм, особенно среди владеющих магией, и потому у меня нет оснований полагать, что в иных мирах всё устроено по-другому…
Она посмотрела на Уго, заметив обиду во взгляде жёлтых глаз, и почувствовала себя совсем неловко. Леррик был неплохим, он даже показался ей внимательным, но почему-то от расшалившихся нервов она не сумела вовремя замолчать и не говорить лишнего.
Лайгон презрительно фыркнул и покачал головой, после чего посмотрел на Феронда, предлагая ему ответить девушке, пока сам он не наговорил ей лишнего, грубого, но правдивого.
Феронд добродушно улыбнулся и ответил:
– Юстика, тебе не о чем волноваться. Мы… мы из Валинкара… – он глянул на мага, замечая, как от упоминания ореливиевого мира желваки заиграли на скулах брата. – И там измена считается предательством себя. Можешь быть уверена, что мы не тронем тебя и не воспользуемся твоей беспомощностью. Это было бы недостойным поступком, после которого мы перестали бы уважать самих себя…
– Но Мэггон… – напомнила Юстика, удивлённая словами Феронда. – Дед рассказывал, что Лайгон…
– Я родился, когда отец ещё не был знаком с Эларой, – задумчиво ответил Лайгон, сам не зная, с чего вдруг выгораживает отца, которого, как ему казалось, так и не простил. – Так что он не изменял и не предавал, просто в его жизни была не одна влюблённость…
– А это не одно и то же? – подал голос молчавший до сих пор Уго. – Разве полюбить снова – это не означает предать того, кого любил прежде?
Феронд пристально посмотрел в жёлтые глаза. Леррик просто задал вопрос, но этот вопрос Феронд воспринял как личный, а не как риторический и абстрактный. Он не знал, что ответить. Сам он несколько десятилетий назад ответил бы, что да, это одно и то же, но теперь он молча смотрел на Уго в растерянности. Лайгон пришёл на помощь, не позволив брату даже начать раздумывать над этим вопросом:
– Влюбляться можно сколько угодно раз, Уго. И Мэггон влюблялся. Увидь ты его и Элару, сразу бы понял, что это не то чувство… Хотя, может, и не понял бы… Не знаю, но точно скажу, что лично я влюбляться никогда не умел.
– А Алисия? – осторожно спросила Юстика.
Лайгон посмотрел на неё строго, но увидел, что она робеет от собственного вопроса, и это заставило его ответить информативно:
– Я люблю её, ясно? Я полюбил её, и мне удалось познать это чувство без сомнительной мишуры влюблённостей. Это не каждому дано, так что завидуйте! – он не собирался откровенничать с ней и потому вернул разговор к делу: – Ну так что? Убедилась, что мы милые и хорошие?
– Но… – она замялась и нерешительно напомнила: – Но Уго не валинкарец… – она тут же пожалела о своих необдуманных словах, поскольку заметила, что стоило произнести их, как леррик удалился из помещения.
Лайгон посмотрел на закрывающуюся за лерриком дверь и покачал головой, но быстро вернул себе привычное насмешливое выражение лица.
– Он – да, – кивнул маг, и в глазах его запрыгали смешинки. – Он опасный тип. Даже не могу за него поручиться, поскольку он слишком мутный…
– Он не причинит вреда… – начал было Феронд, но Лайгон перебил его:
– А ещё этот леррик умеет влиять на сознание и память… Так что, возможно, ты даже не узнаешь, что он…
– Прекрати! – одёрнул его Феронд. – Мы говорим о глупостях! Юстика, ты должна пойти с нами по своей воле или же тебе придётся пойти с нами по нашей.
Лайгон с любопытством посмотрел на брата. Ему даже показалось, что он ослышался: его добродушный, миролюбивый братец ставил условие. Он определённо рос в его глазах. Маг одобрительно улыбнулся.
– Ты прав... – вздохнула Юстика, виновато поглядев на дверь, за которой скрылся Уго. – Я никак не могу привыкнуть к тому, что в других мирах иные уклады жизни...
– Это ничего... – добродушный Феронд обнадёживающе улыбнулся, а маг ехидно заметил:
– Да, это ничего, Юстика. Ты просто обидела того, кто спас тебе жизнь... Хотя, судя по тому, что ты так и не поблагодарила его за это – такой поступок – сущие пустяки... – он смотрел на девушку испытующе, и та стушевалась под этим взглядом.
Маг остался доволен своей репликой, встал, потянулся и пошёл к двери:
– Чувствую, надо пойти к Элдору...
Ему не нравилось, что Алисия и Мика так долго не возвращаются. Вроде разум подсказывал, что ничего дурного от их общения не будет, но чувства не давали покоя: он помнил, что двойник Элдора заставил его ощутить. Ревность, из-за которой появляется страх и ощущение, что он, возможно, и правда не такой и идеальный для Алисии, каким мог бы стать Элдор.
Юстика осталась с молчаливым Ферондом, который не мешал ей думать об Уго. Колдунья очень хотела пойти и извиниться перед ним, объяснить, что просто говорила всё, не думая, а на самом деле он даже понравился ей за время их недолгого общения: он был не болтлив, но искренен и весьма приятен. Он был таким, каким не был ни один мужчина в её мире. Но она плохо ориентировалась в Заречье и понятия не имела, где можно отыскать леррика. Так что примирение пришлось отложить до завтрашнего дня.
Маг направился быстрыми шагами в сторону дворца. Там, во дворце, подкрался к двери в гостиную Элдора и хотел подслушать, но был замечен сразу же. Наверно, из-за проклятия. Оно ничего не давало нормально сделать! В связи с этим он так и не узнал, о чём говорили до его прихода эти трое.
– Мы обсудили детали, – сообщил Элдор, заметив мага в дверном проёме. – Алисия рассказала подробности того мира, Мика – как добраться туда. Мы всё устроим, Лайгон, не переживай.
Лайгон к своему удивлению понял, что вопрос о Шарафатдине и проклятье для него не столь важен, как вопрос об отношении Алисии к нему, а Элдора – к ней. Это показалось ему странным, нелогичным и неправильным. Он нахмурился и посмотрел на присутствующих растерянно и испуганно, поскольку это открытие и вправду напугало его.
– Всё будет хорошо, – Алисия, почувствовав его настроение, но вряд ли поняв причины, подошла и крепко обняла.
Маг улыбнулся ей и посмотрел на Элдора внимательно, желая заметить, есть ли от действий эльфийки отклик в его душе. Отклик был. Но странный. Элдор смотрел на них, и на губах его была заметна лёгкая улыбка, он смотрел открыто и по-доброму. Он всегда так смотрел на тех, кто дорог и кто счастлив, он радовался за них... Лайгон устало закрыл глаза. Глупец! Это его Элдор – он не любит и вряд ли любил когда-то Алисию! Он не страдает, он спокоен и в его душе гармония, даже если он одинок.
Уже перед сном, лёжа с эльфийкой и задумчиво водя пальцем по гладкой коже на её спине, он спросил:
– Ты рассказала Элдору о его двойнике?
– Нет, – ответила она, приподнимаясь на локтях и заглядывая ему в лицо. – Думаю, это не относится к делу. Ты считаешь, он должен знать? – она смотрела в его глаза напряжённо, ожидая ответа, поскольку сама не могла решить этот вопрос так, чтобы быть уверенной в своём решении.
– Не знаю... – ответил Лайгон. – Дай мне время, и я смогу ответить на твой вопрос...
Он верил, что, если понаблюдает за Элдором больше, то сумеет понять его.
