Текст книги "Спасти Золотого Дракона - 2,3,4 (СИ)"
Автор книги: Анастасия Енодина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 47 (всего у книги 66 страниц)
Глава 33
Близился вечер, когда Алдан, обходя своих подопечных, в числе которых был Арлин, Уго и раненные при уничтожении кааркса друиды, заметил лежащего на скамейке Феронда. Тёмный решительно подошёл к нему и заметил, что тот не спит, а смотрит в небо.
– Я хоть раз увижу тебя счастливым? – поинтересовался Алдан.
Валинкарец перевёл взгляд на подкравшегося эльфа и лениво сел.
– Почему-то мне кажется, что нет, – честно ответил Феронд.
Тёмный сел рядом и достал трубку и табак.
– Как Мика? – спросил у набивающего трубку эльфа валинкарец.
– Я не видел её, – признался Алдан. – Она отправилась возглавлять группу, направившуюся в Энидун... Скоро они вернутся, только я не понял, сюда или к себе в мир...
Эльф протянул трубку Феронду, и тот принял её. Алдан поджёг табак, и валинкарец закурил, вдыхая горький дым, и, задумчиво глядя на выдыхаемые клубы, спросил:
– Алдан... Что ты знаешь о ней? В целом...
Эльф улыбнулся ему и ухмыльнулся:
– Я знаю всяко меньше твоего: ты же проводишь с ней целые дни. Что конкретно тебе интересно?
Феронд не знал, стоит ли говорить правду, но, так как кроме Алдана, спросить об этом было не у кого, он решился задать тревожащий его вопрос:
– Я пытаюсь понять, почему она заботилась обо мне – это её желание или приказ Эйдиса? Он ведь обещал, что я выживу, и логично предположить, что теперь пытается сдержать своё слово...
– Не всё ли равно, почему она заботится, если ты уже влюбился? – добродушно спросил Тёмный, тепло глядя на напряжённого собеседника.
Валинкарец не ответил ему, так как и сам не знал ответа, и потому эльф продолжил:
– Друиды – народ, лишённый как таковой власти и иерархии. Никто не обязан никому подчиняться. Верховный Друид просто мудрее других, и сильнее, и то только в вопросах пространственно-временных перемещений. Но и тут он не всесилен. Так что, если Эйдис и хотел, чтобы кто-то оберегал тебя, то сделал бы это сам, а не стал подсылать Мику, – он посмотрел в карие внимательные глаза собеседника, глядящего на него исподлобья, и улыбнулся: – Всё-таки вы с Лайгоном братья, хоть и наполовину... Он тоже вечно ищет заговоры против себя в каждом хорошем поступке по отношению к нему. Поверь, ты заслуживаешь симпатии Мики. Прекрати искать причины и припоминать себе свои ошибки. И ещё... – он заглянул в карие глаза и признался: – Я не излечил её...
Феронд не стал даже гадать и сразу переспросил:
– Почему?
Алдан снова тепло улыбнулся валинкарцу и попытался объяснить:
– Потому что это не потребовалось. Организм друидов оказался сильнее той субстанции, что создали люди...
– То есть? – перебил его повторным вопросом Феронд, желая поторопить и тем самым напоминая Тёмному Лайгона.
– Укол не подействовал, а примерно через полтора часа растворился в организме без остатка, – пояснил эльф. – Я не знаю, почему она не сказала тебе об этом... Возможно, она просто хотела быть с тобой...
– Но... – Феронду не удавалось ничего понять, и он надеялся, что эльф сможет растолковать ему всё: – Но почему тогда она ушла в Энидун?
– Понятия не имею, – ответил Алдан. – Наверно, потому что обнаружила, что ты ушёл. Знаешь, когда ко мне пришла Алисия и Лайгон, твой брат был весьма доволен, и... я думаю, в том, что Мика ушла, есть его заслуга...
– Я знал, что он позаботится о том, чтобы я потерял её, – затягиваясь, ответил Феронд. – Просто... на этот раз у него были все козыри...
– Хочу заметить, что Алисия не желает тебе зла, – сказал эльф. – Она просто... иногда она любит соваться, куда не следует, и это как раз тот случай...
***
Лайгон, наверно, никогда не был в том состоянии, какое охватило его сейчас. Он видел Эйдиса и подслушал то, что он говорил Элдору, и что заставило его, мага, впасть в отчаянье, какого никогда прежде он не испытывал. Даже в мире-двойнике он, ощущая смятение и тоску, хотя бы считал себя если не жертвой, то уж точно безвинно пострадавшим. Сейчас было совершенно не так.
Маг столько раз замечал, что Феронд смотрит на него, как на чудовище: опасается, не знает, чего ожидать и тревожится от одного его появления. Он помнил такие же взгляды от других существ в те давние времена, когда он только познавал магию и скитался по мирам тайком от Мэггона. Но сам он до этого момента себя злодеем не считал, а если и считал, то испытывал при этом некую гордость. И только теперь он впервые сам себе ужаснулся, осознавая, что действительно зашёл ужасно далеко в своих попытках отомстить брату за недоверие. В следующую секунду после осознания этого факта Лайгон подивился на Алисию: неужели она не замечала, с кем живёт все эти годы? Или замечала, но просто ничего не могла с ним поделать? Маг подумал, что, должно быть, он душевно больной, поскольку в здравом уме делать всё, что делал он, просто не возможно.
Лайгон опрометью бросился к Алисии. Он нашёл её в домике за чтением книги. Был поздний вечер, и эльфийка ждала его. Она удивлённо глянула на выглядевшего безумным мага и вздохнула: последнее время спокойным он редко появлялся. Она даже не стала спрашивать, что случилось на этот раз, лишь отложила в сторону книгу и выжидательно стала смотреть на мужчину. Алисия была встревожена, поскольку в зелёных глазах мага была лишь пустота, и это пугало: обычно его захлёстывали хоть какие-то эмоции. Она протянула руки к магу, приглашая сесть рядом. Он сел и тихо сказал:
– Мика отправилась в Энидун из-за меня...
– Из-за тебя? – переспросила эльфийка.
– Я зашёл к ней, когда Алдан покинул комнату... То, что я подслушал у Элдора... этим можно было воспользоваться против неё, и... Я сказал ей, что Феронд ушёл, потому что презирает её... – признался Лайгон, поджимая губы и не зная, что ещё можно добавить.
– Что? – переспросила эльфийка. – Но… зачем?
Маг пожал плечами. Взгляд его был остекленелый: он и сам теперь не понимал, зачем всё это затеял. Не понимал, почему так легко решил наплевать на чувства друидки ради того, чтобы отомстить брату. Он давно не испытывал мук совести, и потому сейчас был в растерянности от этого всепоглощающего и всеуничтожающего чувства.
– Хотел, чтобы она… – попытался ответить он, полагая, что ответ его разозлит Алисию, но не ответить он не мог. -… Потеряла к нему интерес… чтобы он снова остался один на один с собой и своими терзаниями… – Алисия обняла несчастного глупого мага, и он уткнулся носом в её плечо.
– Алдан сказал, что на столь сильных друидов такие уколы, как с той субстанцией, не действуют… – сказала Алисия, вовсе не желая подливать масла в огонь, а, наоборот, пытаясь сказать, что она тоже была не права и тоже наделала глупостей, о которых теперь обречена сожалеть.
– Знаю, – вздохнул маг. – Но тогда не знал…
– Ещё не поздно всё исправить… – попыталась успокоить его эльфийка, и маг понял, что она ещё не в курсе.
– Поздно, – возразил Лайгон. – Вся группа под руководством Мики погибла…
Алисия сильнее сжала валинкарца в объятиях и мелко задрожала. Они с магом собственноручно разрушили судьбы тех двоих, кто мог быть вместе и прожить долгую счастливую жизнь. Лайгон поглаживал эльфийку по спине, стараясь прижать к себе сильнее, чтобы она смогла унять дрожь, но это ничуть не помогало.
– Феронд знает? – тихо спросила Алисия, посмотрев на мага, и в глазах её стояли слёзы.
Лайгон неопределённо пожал плечами и, сглотнув ставший в горле ком, ответил:
– Думаю, Эйдис уже рассказал ему…
– Ты должен сходить к нему! – горячо воскликнула девушка.
Лайгон беспомощно посмотрел в серые заплаканные глаза. Он не мог прийти, после всего того, что сделал. Не мог рассказать и покаяться, хотя понимал, что без этого Феронд окончательно убедится, что от его любимого некогда брата в маге не осталось ничего: он стал подлым, жестоким и коварным. Впрочем, именно таким сейчас Лайгон себя и ощущал, и потому отрицательно покачал головой, безмолвно отвечая на вопрос Алисии.
– А…если я пойду?.. – предложила эльфийка. – Он прогонит меня?
Лайгон пожал плечами. Он не мог знать, что сейчас творится с его братом и что он чувствует по отношению к нему и к Алисии. Догадывался, что лучше к Феронду не соваться: не потому, что он зол, а потому что толку от общения с ним сейчас никому не будет. Но эльфийка всё же поднялась на ноги и тихо сказала:
– Я буду ждать тебя у него… Он должен знать…
– Что во всём виноват я? – закончил за неё маг.
– Нет. Что во всём виноваты мы, но… – она не стала продолжать свою мысль, потому что ей подумалось, что Феронду не интересны ни подробности, ни причины, ни раскаянье.
Алисия, несмотря на посетившую её мысль о бесполезности встречи с Ферондом, отправилась к нему.
***
Эльфийка поднялась по ступеням и долго стояла на балконе, не зная, заходить или нет. Она даже не могла точно определить: находится Феронд внутри дома или нет. На стук в дверь никто не ответил, и девушка приоткрыла её без спросу. Зайдя в комнату, она обнаружила лежащего на кровати валинкарца. Он не спал, но и на пришедшую никак не реагировал. Эльфийка осторожно приблизилась к нему, стараясь понять, стоит ли ей уйти или лучше остаться. Она совершенно не представляла, что можно сказать в такой ситуации.
– Прости меня… – прошептала Алисия, дотрагиваясь до плеча Феронда, но он словно не услышал и не почувствовал. – Я не хотела, чтобы ты избегал её… просто… – она закрыла лицо руками. Как глупо искать себе оправдание. Особенно теперь, когда Мика погибла. Алисия подавила всхлип. Зачем она вообще вмешалась! Ведь было видно, что этот мужчина нравится друидке, было видно это ещё до того, как в неё выстрелили субстанцией.
Алисия села на край кровати, вглядываясь в ничего не выражающее лицо Феронда. Она почему-то подумала, что он давно уже разучился жалеть себя. Лайгон был не прав, думая, что его брат упивается жалостью к себе и самобичеванием. Он не упивался. Он всё это время отчаянно искал способ доказать, что остался магу братом, любящим и преданным. А друид и эльф лезли к нему со своей поддержкой и утешением, со словами, что он поступил правильно и скупыми доказательствами этого. И всё это было совершенно лишним для лежащего перед эльфийкой мужчины. Совершенно не этого он искал.
И сейчас, когда он потерял последнюю, кто мог понимать его, он уже ничего не чувствовал. Ему вдруг стало всё равно. Он не хотел доказывать ничего Лайгону, не намеревался больше рваться на передовую, мстить, искать искупления или пытаться что-то предпринять. В душе было пусто, и эта пустота отражалась в его ставших совсем тёмными глазах.
Эльфийка нерешительно протянула к нему руку и молча погладила по нечёсаным волосам. Феронд устало прикрыл глаза, принимая её поддержку. В любое другое время он мог бы порадоваться, что заслужил хоть какие-то положительные эмоции от Алисии, но сейчас было неважно, кто рядом и есть ли вообще кто-то. Но прогонять девушку и отказываться от проявления нежности он не стал, и причиной тому было всё то же безразличие.
Алисия уселась поудобнее и стала гладить его по плечу, вглядываясь в толком не знакомые черты лица, которые она прежде не изучала, и занималась этим теперь. Феронд выглядел отрешённым, и это пугало девушку. Он снова открыл глаза, молча глядя прямо перед собой. Им было нечего сказать друг другу.
– Она ушла из-за Лайгона? – хрипло спросил он у эльфийки, не глядя на неё.
– Да, – честно ответила девушка, глотая слёзы. – Но он… он не знал, что так получится… Послушай, он сожалеет… – она не стала говорить дальше, понимая, насколько всё это мелко и не нужно.
Она взяла его руку в свои, и он нехотя перевёл взгляд на неё.
– Ты не один, слышишь? – прошептала она. – Всё это ужасно, но… знай, что ты не остался один…
Феронд снова уставился прямо перед собой. Ему не нужно было больше прощение. Ни от Алисии, ни от самого Лайгона. Потому что больше не было смысла во всём этом. Мика ушла из-за них. Из-за эльфийки и мага. И из-за него. В конечном счёте, только из-за него, поскольку Лайгон просто хотел сделать ему больно. И сделал. Хотя до этого валинкарец думал, что это уже невозможно.
Глава 34
Маг не мог пойти к Феронду. Но очень хотелось поговорить с кем-то или помолчать. Просто побыть с тем, кто не станет пытаться понять его или обличить. Кто-то, кто просто побудет рядом. Учитывая, что Алисия ушла к Феронду, вариант оставался один – Элдор. Правитель светлых эльфов. Тот, кого маг однажды спас и после ни разу не пожалел об этом несвойственном ему тогда проявлении благодушия. Тот, кто был идеальным спутником и собеседником. Не болтливый, не навязчивый и тонко чувствующий эльф – то, что было нужно сейчас магу.
– Элдор, ты занят? – спросил Лайгон, заходя в покои, где за письменным столом сидел светлый эльф.
– Лайгон? – слегка удивился он, хотя глаза его остались непроницаемы. – Проходи, присаживайся! Ты, наверно, уже знаешь...
Маг кивнул, устраиваясь в кресле и складывая руки на груди. Эльф смотрел на него молча, а маг боролся с желанием рассказать Элдору о том, что произошло. Но рассказывать события не хотелось, и потому Лайгон просто поделился эмоциями, хотя предполагал, что без знания фактов эльф вряд ли сможет понять, о чём он. Но это было и не важно: он просто хотел высказаться, а говорить сам с собой как-то не любил.
– Знаешь, я не хотел, чтобы так всё получилось... Вернее, хотел, чтобы она ушла, но не хотел, чтобы она погибла... А Алисия... она сочувствует Феронду. Я знал, что так будет. Она, как могла, старалась оставаться на моей стороне, но... Похоже, что Алдан прав, и мне стоит признать – я слишком зациклился на своих обидах.
– Сходи к нему... – не отличился оригинальностью светлый эльф.
– Нет, – ответил маг. – Что я ему скажу? Что Мика погибла из-за меня? Да он, наверно, и сам догадался...
– Скажи не это, – предложил Элдор. – Скажи, что ты сожалеешь. Что ты простил его.
– Думаешь, это просто? – возмутился маг. – Я скажу, что простил, и всё сразу изменится? Он не поверит мне...
Эльф оглядел мага, которому сейчас поверил бы кто угодно, и уверенно сказал:
– Он – поверит.
– Ну и болван, – заметил Лайгон, отворачиваясь. – Я уже сам себе не верю...
– Хочешь, я с тобой пойду... – участливо предложил эльф.
– Не говори глупостей! – фыркнул Лайгон. – Я пойду один... если решу пойти...
– Так решайся. Сейчас самое время... потом, возможно, будет поздно....
Маг сердито посмотрел на эльфа и подумал, что общество Алдана плохо на него влияет. Лайгон встал с кресла и направился к выходу, потому что толку от Элдора совершенно не было: бестолковые советы маг мог получить от кого угодно.
Он вышел на улицу из дворца. Ночь вступила в свои права, и почему-то это очень благотворно подействовало на мужчину. Можно было не ощущать, что все видят его страдания, а, наоборот, почувствовать себя защищённым этой темнотой от посторонних глаз. Маг запрокинул голову к небу и посмотрел на звёзды, которые были видны далеко не по всему небосклону, а лишь там, где не было дымки облаков, неспешно плывущих высоко над землёй.
Вздохнув, Лайгон решительно направился к Феронду. Не столько потому, что действительно почувствовал необходимость своего присутствия там, сколько по причине нежелания разочаровывать Алисию, которая говорила, что будет ждать его там. Обманывать её ожидания не хотелось, хотя это могло бы быть вполне достойным продолжением этого долгого дня, превратившегося для мага в одну огромную роковую ошибку.
Маг остановился около лестницы, под которой скрывался, пережидая Алдана. Ведь ничего не стоило тогда просто уйти. Или вернуться и рассказать правду, когда Мика заплакала и его сердце сжалось. Маг стоял, погружённый в свои мысли и вздрогнул, когда чья-то рука легла на его плечо. Он по привычке сбросил руку со своего плеча, недовольный тем, что к нему подкрались, и уж потом обернулся. Перед ним стоял Алдан и внимательно смотрел на мага.
– Что, доволен? – прошипел Лайгон. – Да, я раскаиваюсь! Ты ведь этого хотел всё это время?
Тёмно-зелёные глаза эльфа, казавшиеся в темноте чёрными, смотрели удивлённо, если не сказать обескураженно.
– Ты действительно понял свои ошибки? – спросил он, и маг, хоть и был ниже его ростом, схватил за грудки и оттолкнул подальше от себя.
Глаза мага, столь пустые и безучастные, начали разгораться злобой, хотя при этом заблестели от выступивших слёз. Лайгона приводило в ярость поведение этого эльфа, который всегда прикидывался его другом, но умел вечно так не вовремя приставать с глупейшими вопросами.
– Пойдём, – сказал эльф, кивая наверх. – Ты ведь стоишь тут не просто так?
– Без тебя справлюсь! – огрызнулся маг, но Алдан покачал головой:
– Это вряд ли. Мне нужно поговорить с твоим братом, я только недавно узнал от Эйдиса, он как раз направлялся в Эльхалон для принятия решении о немедленном наступлении и уничтожении каарксов., так что я...
– Замолчи и поднимайся в таком случае! – перебил его Лайгон.
Эльф не стал спорить с магом, видя, что тот не в себе. Он поднялся на балкон и, не раздумывая, вошёл в помещение, даже не удосужившись постучаться.
– Что вы тут делаете? – осведомился Алдан, разглядывая весьма странную компанию: лежащих лицом друг к другу эльфийку и Феронда.
– Они... все погибли... – прошептала Алисия сквозь слёзы.
Говорить ей было трудно, но пришлось сказать это эльфу, чтобы не заставлять Феронда отвечать на поставленный вопрос и не слышать ответа, который мог бы дать Лайгон.
– Эй... – Тёмный приблизился к лежащему на кровати валинкарцу и заглянул в остановившиеся глаза. – Феронд... Ты способен воспринимать информацию?
Мужчина нехотя перевёл взгляд на эльфа, и Алисия облегчённо выдохнула. Его неподвижный взгляд очень пугал её, и хоть он и теперь не выражал ничего, хотя бы не был устремлён в одну точку. Феронд разглядывал эльфа, не понимая, чего ему от него надо. Что всем им от него надо? В прошлый раз, пока он лежал здесь и поправлялся от ран, с ним была только Мика. Теперь, когда её не стало, почему-то все пожелали посетить его. Он не хотел смотреть на Лайгона. Догадывался, что увидит в его глазах: осознание победы, насмешку и самодовольство. Лайгон же тоже не желал встречаться взглядом с братом, так как понимал, что не сможет прикинуться довольным и все его эмоции сразу станут раскрыты. Феронд закрыл глаза.
– Посмотри на меня, – попросил Алдан и, дождавшись, пока его просьба будет исполнена, продолжил: – Они погибли, но… не все…
Феронд абсолютно никак не отреагировал на эти слова, зато Лайгон приблизился и рывком развернул эльфа к себе:
– Эйдис не успел, – прошипел он, пытаясь вложить свои мысли во взгляд, чтобы не озвучивать их. – Он прибыл поздно. Они все погибли, Алдан.
– Лайгон… – начал было Тёмный, но маг прошептал ему так тихо, чтобы уловить его голос могли только эльфы:
– Замолчи и не трави ему душу.
Алисия вскинула удивлённый взгляд на любимого. Эльф тоже смотрел на него ошарашенно, и постепенно взгляд его теплел. Зелёные глаза мага метали молнии. Алдану, как и эльфийке, показалось, что они ослышались. Лайгон не хотел, чтобы Феронду давали ложную надежду. Не хотел видеть его боль. Более того, он смог заявить об этом прямо, пусть и не лично брату, но и это было немало. Да к тому же он был зол. Зол на эльфа за то, что тот собирался поговорить с Ферондом, когда тому требуется просто побыть в молчании.
Алдан положил руку магу на плечо и ответил:
– Дай мне договорить… Мика не могла погибнуть…
Феронд посмотрел на эльфа со смесью надежды, неверия и боли во взгляде.
– Не могла? – хриплым голосом переспросил он.
– Да, не могла, – подтвердил эльф. – Я дал ей амулет. Очень сильный. Мой. Я носил его более тысячи лет, и, поверь мне, он не мог дать сбой.
– Амулет? – Феронд резко сел на кровати и удивлённо посмотрел на Тёмного, пытаясь осознать услышанное.
Лайгон тоже был удивлён. Его злость исчезла, и теперь он просто ничего не мог понять. Тёмный в который раз обходил его на повороте, не давая контролировать ситуацию. Это ужасно раздражало, и даже сейчас маг не мог определить: рад он или же рассержен от того, что узнал. Поэтому, сопоставив факты, он решил, что главным его чувством является удивление.
– Ты… – он внимательно смотрел на Алдана, – …отдал свой амулет друидке? Зачем?
– Чтобы обезопасить её, – честно ответил Тёмный.
– Почему её? – спросил маг, прищуриваясь.
– Лайгон… – вздохнул Алдан. – Ты когда-нибудь перестанешь меня подозревать?
– Нет, – признался маг и не упустил шанса пристыдить собеседника: – Один раз перестал – и ты тут же отправился в Валинкар, общаться с моим братом, докладывать ему обо мне! – он быстро вернулся к основной сути разговора, потребовав: – Отвечай, почему ей ты отдал амулет?
Алдан глянул на Феронда. Тот смотрел на него выжидающе, но с нескрываемой радостью. Казалось, ему не важно, что ответил эльф, лишь бы поскорее ответил и сказал, что делать дальше. Не хотелось эльфу говорить о Феронде в третьем лице, но ответить магу всё же следовало.
– Потому что она светлое создание, заслуживающее жизни, но постоянно рискующее ею. Потому что она любит Феронда, а он любит её, но оба они слишком много думают о своих ошибках прошлого, и это не давало им возможности быть откровенными друг с другом! И потому что она нужна твоему брату, который итак многое потерял, приняв предложение Эйдиса!
– Я потерял не меньше! – не упустил возможности напомнить Лайгон. – Почему ты сразу не рассказал, что отдал ей амулет?
– Не хотел пугать вас всех своими дурными предчувствиями, ведь я мог ошибаться, – ответил эльф.
Маг зло смотрел на него. Из-за того, что прикидывающийся его другом эльф решил сохранить в тайне свои предчувствия, ему пришлось переосмыслять все свои слова и поступки. Это выводило из себя.
– Я жалею, что не убил тебя во время сражений с приспешниками Варта, когда это можно было сделать легко и естественно, – в сердцах прошипел Лайгон Алдану и покинул этот дом.
Эльф покачал головой. Он, следящий за реакцией Феронда, безошибочно определил, что тот снова неправильно истолковал брошенные братом слова. Алисия тоже обратила внимание на реакцию Феронда и тихо сказала в оправдание мага:
– То, что он сказал Алдану, не имеет отношения к тому, что Мика жива… он рад этому, поверь…
Феронд посмотрел на неё удивлённо, поражаясь, тому, что она считает его столь глупым. Он отлично видел глаза мага, и радости в них не было ни на грош.
– Проклятье, – буркнула девушка и бросилась вслед за магом.
