Текст книги "Научная дипломатия. Историческая наука в моей жизни"

Автор книги: Александр Чубарьян

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 54 страниц)

Общая, но наша

28.04.2015, «Российская газета», Елена Новоселова

200 ученых из 20 стран мира обсуждают в Москве трудные вопросы Второй мировой войны. К слову, впервые за последние годы в таком широком составе: в Россию приехали историки СНГ, Франции, Германии, Австрии, Польши, Чехии, Израиля, Венгрии, Италии, Норвегии.

На фоне обострившейся к 70-летнему юбилею болезни «интерпретаций» особый интерес вызовут заявленные на открывшейся вчера научной конференции «Общая победа: история и память» доклады о встрече Красной Армии с Европой, о коллаборационизме, роли поляков в победе над фашизмом, балтийском вопросе. Как заявляют все участники форума, ученые занимаются только фактами, а интерпретировать их – неблагодарное дело политиков. «Наше общее стремление – не политизировать, не идеологизировать историю войны. А главное – не политизировать народную память», – подчеркнул, открывая конференцию, директор Института всеобщей истории РАН Александр Чубарьян. По его мнению, как называть эту трагедию – Вторая мировая или Великая Отечественная, – дело каждой страны.

– Важны не термины, а смысл, который в них вкладывается. Его же никто не оспаривает – избавление человечества от чумы фашизма.

С особенным вниманием присутствующие встретили выступление Катажины Пелчински-Наленч, посла Польши. Именно эта страна в последнее время вбрасывает в информационное пространство наиболее скандальные формулировки, связанные со Второй мировой. Госпожа Пелчинска считает, что профессиональный диалог, основанный на взаимоуважении, сегодня очень важен.

– Поляки никогда не сотрудничали с фашистами. Впрочем, трудные вопросы истории, посвященные войне, обсуждаются и в Польше. Один из них – окончание Второй мировой войны. Это событие наши граждане воспринимают по-разному. Есть и те, кто считает, что полного освобождения Польше пришлось ждать еще 45 лет после мая 1945 года. Однако поляки помнят, что их земля полита кровью солдат Красной Армии. Все они достойны памяти и уважения, – сказала посол.

К слову, мысль, что «мертвые примирят живых», рефреном прошла в выступлениях гостей из Европы.

Эксперты «РГ» о том, как в учебниках зарубежных стран рассказывается о победе Георге Кожокару, директор Института истории, государства и права АН Молдовы:

– Главные принципы – найти понимание внутри всего молдавского общества и основываться на исторических документах. История Второй мировой войны уже много лет преподается по учебникам, которые отличаются от советских. События Великой Отечественной включены в общий контекст Второй мировой. Для нас принципиальна историческая правда в преподавании в средней и высшей школе. Авторы наших учебников стараются избегать крайностей в освещении сложных вопросов истории Молдовы, например, в Бессарабском вопросе.

Что же касается победы, то ее невозможно представить описанной по-другому, нежели как победу Советского Союза и коалиции союзников. У нас очень бережно относятся к памяти погибших солдат.

Ашот Мелконян, директор Института истории НАН Республики Армения:

– После развала Советского Союза в некоторых бывших республиках начали писать о том, что не нужно было воевать против фашизма, потому что точно такой же строй был в СССР. Армения, которая перенесла геноцид, знает, что такое фашизм и что такое фашистская Германия. В войне участвовало 600 тысяч армян, в том числе 100 тысяч – из диаспоры. Больше половины погибло. Война 1941–1945 годов для нас всегда была Великой Отечественной. Наши учебники никогда не переписывали историю.

Ян Немечек, первый заместитель директора Института истории Чехии:

– Оккупацией или освобождением был приход Красной Армии в Чехословакию? Большинство чешских историков отрицает тезис об оккупации Чехословакии Красной Армией. Это мнение местных немцев, которые соединили свою судьбу с гитлеровской Германией. Но для чешского, словацкого народов и для демократически настроенных немцев – это освобождение. Напомню, что 140 тысяч советских солдат погибло при освобождении Чехословакии, 400 тысяч ранено. Мертвые нас соединяют.

Бестселлер.
В Германии допечатывают тираж российско-германского учебника истории

15.05.2015, «Российская газета», Елена Новоселова

Сегодня в Москве, спустя два месяца после презентации в Берлине, будет представлено российско-германское учебное пособие по истории ХХ века «Россия–Германия. Вехи совместной истории в коллективной памяти». Самые острые нюансы отношений между основными игроками европейской политики минувшего столетия в этой книге описаны дважды: с точки зрения российских и немецких историков. О чем удалось и не удалось договориться ученым? Об этом наш разговор с одним из редакторов, автором одной из глав, директором Института всеобщей истории РАН, академиком Александром Чубарьяном.

Книга вышла в Германии как раз на фоне острых политических дискуссий. Как она была принята немцами?

Александр Чубарьян: В целом, отклики были положительными. Подчеркивалась научная сторона дела, участие ученых с германской и российской сторон. Немецкая критика также отметила, что из 20 тематических глав, касающихся очень сложных проблем нашей общей истории, удалось достичь консенсуса по 14-ти. В то же время, не остались незамеченными и шесть глав, по которым наши позиции были различными. Много говорилось и о том, что подобная работа – это серьезный знак примирения Германии и России. Интерес к учебнику столь большой, что тираж сейчас допечатывают. Книги покупают не только школьные учителя, но и люди, интересующиеся историей.

А руководство Германии оценило этот коллективный труд?

А.Ч.: Мне известно, что книгу передали канцлеру, а министр иностранных дел Германии высказался о ней положительно, подчеркнув, что такое учебное пособие особенно полезно в современных условиях.

Тем не менее, разногласия в позициях авторов коснулись шести глав. Каких?

А.Ч.: Это глава о Всемирной выставке в Париже 1937 года. Глава о германо-советском договоре о ненападении 1939 года – пакте Молотова–Риббентропа. Глава о Сталинграде. Берлинский кризис 1948 года. Июньское восстание в ГДР 1953 года. И перестройка. Но я бы не сказал, что по этим вопросам были какие-то концептуально принципиальные разногласия. К примеру, германский профессор Бианка Пиетров-Эннкер по пакту Молотова–Риббентропа не хотела принять тех замечаний и пожеланий, которые мы высказали. В частности, они касались оценки ситуации с Восточной частью Польши, которая в качестве Западной Украины и Западной Белоруссии вошла в состав Советского Союза. Немецкий автор очень жестко назвал это оккупацией.

А какова позиция российских ученых?

А.Ч.: Мы считаем, что нет оснований говорить об оккупации, потому что принадлежавшие Польше области Западной Украины и Западной Белоруссии, занятые в сентябре 1939 года советскими войсками, вскоре были включены в состав СССР и стали жить в той системе координат, в которой жил весь Советский Союз. Это означало национализацию промышленности, принудительную коллективизацию сельского хозяйства, репрессии против «классовых врагов» с одновременными мерами по развитию экономики, культуры и образования. В равной мере такая политика проводилась и на других советских территориях.

Александр Оганович, вы выступаете оппонентом германского автора, как раз в главе, посвященной причинам начала Второй мировой войны. Немецкие ученые считают, что развязал руки Гитлеру именно пакт Молотова–Риббентропа, а ваша точка зрения – кульминацией был Мюнхенский договор.

А.Ч.: Да, мы считаем, что начинать надо с Мюнхена.

Многие исследователи анализируют пакт без учета общей международно-политической ситуации 1938–1940 годов. Часто упускается из виду или игнорируется тот факт, что решение нацистского руководства в Германии о нападении на Польшу было принято в Берлине задолго до подписания пакта, и что дискуссии в Берлине относительно польской кампании касались лишь сроков. Как известно, после того, как вермахт, прорвав в нескольких местах польский фронт, вышел к Варшаве, 17 сентября 1939 года Советский Союз ввел свои войска на территорию ряда областей Восточной Польши, населенных преимущественно украинцами и белорусами. Существует много достаточно противоречивых оценок этого события. Москва заявила, что имеет целью защиту населения областей Западной Украины и Западной Белоруссии. Именно это заявление вызвало неудовольствие в Берлине и стало поводом для острых обменов мнениями между СССР и Германией, поскольку слова о защите недвусмысленно намекали на их защиту от Германии, ранее вступившей на территорию Западной Польши.

Не кажется ли вам, что в немецкой версии истории Второй мировой войны слишком подчеркивается схожесть двух политических систем – в гитлеровской Германии и в Советском Союзе?

А.Ч.: В пособии прямых сопоставлений нет. Но тенденции к сопоставлению нацизма в Германии и политической системы в Советском Союзе чувствуется в некоторых написанных немцами статьях нашего учебного пособия. Однако хочу подчеркнуть, что с самого начала совместной работы в германской версии прослеживается мысль об ответственности именно Германии за развязанные войны, за преступления нацизма. Об этом немецкий автор написал довольно подробно в главе о Сталинграде.

Совместное российско-германское пособие по истории ХХ века представлено в Москве

Издание предназначено «не только для использования в школах и ВУЗах, но и для всех тех, кто интересуется российско-германской историей», – говорится в предисловии

21.05.2015, ТАСС, Александр Цыганов

Согласованную картину сложнейшей истории русско-германских отношений в ХХ веке удалось представить российским и германским историкам в совместном учебном пособии «Россия–Германия. Вехи совместной истории. XX век». Презентация этого издания прошла сегодня в Москве, в здании РАН на Ленинском проспекте.

Учебное пособие, говорится в предисловии к нему, предназначено «не только для использования в школах и вузах, но и для всех тех, кто интересуется российско-германской историей». Оно опубликовано на русском и немецком языках. При этом уже прошедшая в Берлине в Государственной библиотеке презентация немецкого издания вызвала, по свидетельству германских участников проекта, большой интерес общественности и привлекла повышенное внимание ученых.

«Издание является практическим результатом сотрудничества ученых обеих стран в рамках совместной Комиссии по изучению новейшей истории российско-германских отношений, – заявил, открывая мероприятие, директор Института всеобщей истории /ИВИ/ РАН академик Александр Чубарьян. – В книге представлены согласованные точки зрения историков России и Германии по трудным вопросам взаимоотношения двух государств в прошлом веке». Основное предназначение нового издания, по его словам, – стать пособием для учителей средней школы обеих стран. Идея создать его возникла четыре года назад. Основными участниками проекта стали ИВИ РАН и Институт современной истории в Мюнхене, главой которого является профессор Хорст Мёллер.

Публикация в России книги, в которой предложена консолидированная оценка важных вех российско-германских взаимоотношений, имеет важное научное и общественное значение, отметил он. «Фактически – это одно из первых в Европе и уникальное для мировой практики совместное учебное издание, подготовленное на двустороннем уровне», – подчеркнул академик Чубарьян. Работа над книгой, по его словам, шла «в постоянных согласованиях текстов между немецкими и российскими авторами». В 14 главах из 20 удалось добиться единой точки зрения – «были компромиссы с обеих сторон, и по смыслу было достигнуто взаимное согласие». Однако по 6 главам и разделам совместного взгляда найти не удалось, поэтому по одной теме присутствуют две разных статьи – российского и германского автора.

«Были разногласия и дискуссии, но прекрасно, что нам в большинстве случаев удавалось достичь не только компромисса, но часто и единой точки зрения, – прокомментировал со своей стороны эту ситуацию профессор Мёллер. – Это была интеллектуально взаимно обогащающая работа».

По словам академика Чубарьяна, эта работа «уже создала прецедент». «Вслед за нами откликнулась Австрия, и мы сейчас делаем такую же книгу с Австрией, – заявил он. – И, что вызывает особое удовлетворение, мы начали такую же работу с польскими коллегами. О желании сделать такую же книгу и с Францией высказался французский посол в Москве». Еще одним положительным итогом этой работы директор ИВИ РАН назвал «подтверждение факта», что «несмотря на ветры, которые сегодня дуют, наука, образование, культура сильнее всех политических страстей».

Историки России и Германии продолжают совместное изучение XX века

16.07.2015, «Научная Россия»

9–10 июля в Москве состоялось заседание Совместной комиссии по изучению новейшей истории российско-германских отношений, и в рамках его – научный коллоквиум по теме «Империи, нации, регионы: имперские концепции в России и в Германии в начале ХХ века». Соорганизаторами коллоквиума при поддержке МИД России, министерства культуры РФ, РГНФ и РФФИ выступили Институт всеобщей истории РАН и Институт современной истории (Мюнхен–Берлин, ФРГ).

Российские и германские историки на протяжении 18 лет ведут обширную работу по выработке совместного понимания сложных исторических процессов новейшей истории. Это имеет важнейшее значение как для взаимопонимания между двумя странами, так и для европейской исторической науки. Российско-немецкая историческая комиссия была основана первым Президентом России Борисом Ельциным и экс-канцлером Германии Гельмутом Колем в 1997 году. Историки обеих стран пытались проанализировать путь, пройденный нашими народами на разных стадиях совместной истории.

Оценки всем значимым событиям XX века, данные этой комиссией, составили основу важнейших фундаментальных научных трудов по этой тематике. Многотомная монография «Россия–Германия. Вехи совместной истории. XX век» стала настоящим событием для мировой исторической науки. Она стала основой для универсального учебного пособия для студентов и преподавателей вузов двух стран. Проект вызвал большой интерес и вне академического сообщества.

Создатели монографии отмечают, что в своей работе российские и немецкие ученые не стремились избегать противоречий – ни политических, ни научных. В некоторых пунктах историкам так и не удалось выработать единой позиции. Это касается, например, событий 1939 года и пакта Молотова–Риббентропа, вопросов гитлеровской оккупации в Советском Союзе и роли Красной Армии на территории Германии, событий в Польше накануне Второй мировой войны и некоторых других.

«В нашей монографии 20 глав, из которых мы по 14 достигли консенсуса, но по 6 были разные точки зрения, – пояснил сопредседатель Комиссии с российской стороны, директор ИВИ РАН академик Александр Чуба-рьян. – Но мы приняли такое решение – оба варианта, оба взгляда на тему, российский и немецкий, должны быть доступны читателю. Это создало, конечно, определенные сложности для нас. Многие формулировки, предложенные немецкими авторами, у нас и по сей день вызывают несогласие. Но мы нашли способ. Помимо того, что у нас были разные авторы, мы договорились, что спорные мнения выводятся в подстрочник, чтобы познакомить читателя с другой трактовкой событий».

Участникам коллоквиума были зачитаны приветствия от министра иностранных дел России Сергея Лаврова, который оценивает роль Комиссии очень высоко, особенно в контексте нынешних событий. Несмотря на политические реалии, плодотворный обмен в сфере науки, культуры и искусства между нашими странами никогда не заканчивался. Перед учеными выступил чрезвычайный и полномочный посол Германии в России господин Рюдигер фон Фрич, историк по образованию, который также выразил свою высокую оценку труда и подчеркнул важность научного диалога и анализа совместной истории.

«Россию и Германию связывают давние близкие отношения, – сказал академик Чубарьян. – Это отношения династий, взаимодействия культур, ведь недаром даже Российская Академия наук была создана при важнейшем участии именно немецких ученых. Взаимные симпатии обоих народов не смогли погубить даже две мировые войны. За 18 лет работы Комиссии нас стали связывать и добрые личные отношения».

Вопросы формирования, жизни и смерти империй в истории – одни из наиболее интересных, дающих пищу для множества исследований и даже для создания научных школ. Коллоквиум, посвященный этой теме, – часть общей большой научной работы. Его открыли доклады с российской и с германской сторон, касающиеся концептуальных подходов в изучении истории империй в современной российской и германской историографии, а также в тенденциях новейших западноевропейских исследований по этой проблематике. Материалы коллоквиума будут опубликованы на двух языках.

Академик Российской Академии наук Александр Чубарьян: «Учитель вправе идти дальше учебника»

24.08.2015, журнал «Родина», Юрий Борисенок, Андрей Ганин, Семен Экштут

Новые учебники истории уже к концу лета должны оказаться в школьных библиотеках. Вряд ли авторы успели отразить совсем свежие события, которые на наших глазах изменяют общественное сознание, – мы об акции «Бессмертный полк», сплотившей 9 мая 2015 года миллионы россиян.

– Расширение разделов, касающихся Великой Отечественной войны, вполне возможно, хотя новые линейки учебников начнут приходить в школы уже 1 сентября. Впрочем, то, что мы увидели на улицах и площадях России, больше относится к современной ситуации в стране. Очевидно, что в нашей повседневности роль позитивной исторической памяти стремительно растет.

– А что, Александр Оганович, осталось в вашей памяти из школьных учебников истории?

– Если честно, то помню эти учебники плохо. Я и забыл о них моментально, потому что написаны они были неинтересно, за исключением учебной литературы по истории Древнего мира и Средних веков. Учебник же по истории СССР для выпускного класса был предельно идеологизирован. И уж никак не выполнял ту функцию, ради которой и существуют учебники, – формирование самостоятельно мыслящего человека, который на базе различных источников информации мог бы оценивать исторические события, сравнивать эпохи и страны и, в конце концов, иметь собственный взгляд на историческое прошлое.

– Как известно, в апреле 2015 года три линейки учебников были официально одобрены. И тут же раздались голоса: мол, мы возвращаемся в 1938 год, к «Краткому курсу истории ВКП(б)», к единомыслию. Вам есть что возразить?

– Экспертизу Российского исторического общества успешно прошли полные линейки издательств «Просвещение», «Дрофа» и учебники истории России с 6-го по 9-й классы издательства «Русское слово». Учебник «Русского слова» для 10-го класса рекомендовано доработать. В тематике и оценках авторы руководствовались недавно утвержденным историко-культурным стандартом. Но учитель вправе идти дальше учебника. К примеру, в стандарте упомянуты реформы Ивана Грозного, кратко изложено их содержание, затронут и вопрос о кровавой цене преобразований. И уже педагогу решать, какую оценку дать, допустим, опричнине и связанному с ней насилию. Линейки, которые мы утвердили, отличаются друг от друга и в подаче материала, и в акцентах. Поэтому никакого единообразия, как во времена «Краткого курса», и в помине нет.

– Молодежь, уходящая из школы после 9-го класса, теперь может не узнать об истории России ХХ века, в том числе и о Великой Отечественной войне. Ведь это не предусмотрено утвержденной школьной линейкой.

– Ошибаетесь. Линейная система будет внедрена во всех учебных заведениях, где получают среднее образование, включая колледжи. Туда тоже придут новые учебники.

– Школьным выпускникам линейка предлагает курс под названием «Россия в мире». Не вполне понятный…

– Я бы заменил его на курс с простым названием «История», в котором объединены сюжеты и отечественной истории, и всеобщей. И где учитель сможет многое подавать на продвинутом, как теперь говорят, уровне. Что такое история? Что такое исторический источник? Как соотносятся между собой история и идеология, история и политика, история и экономика? Что такое архивы и зачем они нужны для изучения прошлого? В этот курс можно поместить сравнительно-исторический материал по крупным проблемам – например, как проходила модернизация в России и на Западе. Но появление такого курса – повод для специального обсуждения.

В министерстве образования считают необходимым сформулировать и новые подходы к учебнику обществознания. С моей точки зрения, он должен подробно и доходчиво рассказывать школьнику об обществе, в котором он живет, давать представления о Конституции России, избирательной системе, политическом устройстве, правах и ответственности граждан, основах экономики.

– Педагогам в эпоху перемен не позавидуешь: новые линейки, трактовки… При разработке историко-культурного стандарта было выявлено более 30 так называемых трудных вопросов. Взять хотя бы пакт Молотова–Риббентропа, вокруг которого не утихают дискуссии. Множество диаметрально противоположных точек зрения, а учитель в классе один…

– Историю не следует изображать одной краской, будь то черная или белая. Нужен многофакторный подход. Если говорить о пакте, то следует объективно учитывать многие обстоятельства: ситуацию, в которой документ был подписан 23 августа 1939 года, проблемы безопасности в условиях приближающейся войны, мотивы поведения руководства СССР в этой обстановке. С одной стороны, надо обязательно показать, к каким реальным результатам привели эти договоренности, с другой – обратить внимание на секретные приложения к ним, которые нарушали принципы международного права и означали решение судеб других стран за их спиной. И, разумеется, нужно учитывать напряженную внутреннюю ситуацию в этих странах – ряд современных прибалтийских историков верно указывают на то, что для Литвы, Латвии и Эстонии в тот период стоял непростой выбор между Германией и СССР.

– Раз уж мы разобрали один из трудных вопросов… А могли бы вы, Александр Оганович, дать пять советов школьному учителю истории: что для него главное в наступающем и очень непростом школьному году?

– Попробую… Во-первых, в содержательном плане я бы посоветовал больше внимания уделить проблеме исторических традиций, разъяснению основ российской идентичности.

Далее, во-вторых, рекомендовал бы акцентировать внимание на том непреложном факте, что Россия и ее история – это часть мира и мировой истории.

Затем, в-третьих, порекомендовал бы показывать органическую связь патриотизма и гражданственности. Любовь к своей Родине – нормальное, естественное чувство каждого человека, при этом оно должно сочетаться с пониманием гражданских основ современного общества.

Еще, в-четвертых, обратил бы внимание на воспитательный аспект. Молодому человеку надо научиться давать самостоятельную оценку явлениям, которые происходили и происходят, воспринимать историю как многовариантный процесс. А для этого я уделил бы больше внимания самостоятельной работе учащихся.

И наконец, в-пятых, преподавание истории нужно сочетать с так называемой внеклассной работой – в крупных городах я бы сделал обязательным регулярное посещение школьниками музеев. Пусть раз в две недели урок проводится в музейных интерьерах. Там же, где нет такой возможности, можно активно использовать визуальные интернет-ресурсы, которые предлагают наши крупнейшие музеи.

Учителю сейчас действительно непросто: он должен находить согласие с учениками, исходя из информации не только учебника, но и освоенного школьниками Интернета. Не скрывать противоречия, не замалчивать альтернативные точки зрения. Наступающий учебный год как раз и будет посвящен апробации новых учебников истории и массовому повышению квалификации учителей. Нам крайне важна обратная связь, важно знать мнение педагогов. Надеемся здесь и на помощь журнала «Родина» как трибуны самых разнообразных мнений.

Следует объективно учитывать многие обстоятельства: ситуацию, в которой пакт 1939 года был подписан, проблемы безопасности в условиях приближающейся войны, мотивы поведения руководства СССР в этой обстановке.

– Кстати, два года назад мы писали об острейшей проблеме – прием в вузы на исторические специальности резко упал. Не случится ли так, что учить детей по новым учебникам будет некому?

– Полностью разделяю вашу тревогу. И пока не вижу существенных, кардинальных сигналов к изменению ситуации. Но нельзя упускать из виду и другое, очень позитивное явление – в школы на наших глазах приходит новое поколение учителей истории. Мы встречаемся с ними на съездах учителей – это люди в возрасте 30–35 лет, которые воодушевлены и одержимы своей специальностью. И, знаете, очень напоминают того образованного, глубокого, остроумного историка, сыгранного Вячеславом Тихоновым в памятном фильме «Доживем до понедельника». Они готовы отдать детям все свои силы и знания, причем знания их основаны уже на новых веяниях в преподавании истории. Так что я с надеждой смотрю в будущее.