Текст книги "За тебя, Родина! (СИ)"

Автор книги: Илья83

сообщить о нарушении

Текущая страница: 81 (всего у книги 129 страниц)

..Вот и знакомое место из двух деревьев, росших из одного корня. Метрах в десяти отсюда та самая траншея через которую они перелезли буквально.. час назад? Или больше? Снова справа слышится еле различимый плеск воды. Теперь осталось лишь перебраться через укрепление и они дома. Гюнтер напряг слух но никого не услышал. Все спали? Как бы проверить? Медленно и осторожно, замирая при каждом подозрительном звуке, он пробрался ползком к краю траншеи и заглянул внутрь. Естественно, никого и ничего не увидел без света ракеты. Рискнуть и перелезть? А если там внизу кто-то не спит а лежит с открытыми глазами и смотрит в небо, размышляя о смысле жизни? Но и сидеть на месте тоже нельзя, время не на их стороне. Скоро должна начать работать артиллерия, все проснутся, и тогда уже преодолеть траншею будет гораздо труднее.

Задавив в себе сомнения оберштурмфюрер решился. Он напрягся, в последний раз посмотрел в непроницаемую тьму внизу и одним прыжком перепрыгнул укрепление. Рухнув на гребень уже с другой стороны Гюнтер тут же застыл в ожидании крика или просто оклика. Но часовой, если он вообще был и не дремал, никак себя не обнаружил. Зато в нескольких метрах сбоку снова раздался знакомый храп. Ага, это наверняка тот самый британец на которого упала винтовка и собеседник курильщика.. Бадди, кажется? Да, точно! По-прежнему спит, не подозревая что буквально над ним снуют туда-сюда вражеские диверсанты. И именно такая беспечность спасает ему жизнь, потому что при поднятии тревоги одним из первых кто погибнет станет он сам. Поэтому спи, Бадди, спи..

Тем временем его товарищи медлили, видимо, не зная что с ним случилось. И опять Гюнтер выругал самого себя что не разработал на такой случай нужные сигналы. Хотя какие можно придумать в этой ситуации? Говорить и шептать нельзя, враг совсем близко. Кашлять тоже.. Язык жестов, как у спецназовцев, не доступен из-за густой темноты. Да и фонарик тут бы не помог, свет тут же привлёк бы внимание бодрствующих англичан. Фонарик!! Ну конечно, вот что он забыл взять!! Точнее, не забыл, Гюнтер про него даже не вспомнил! Шольке только головой покачал от собственной некомпетентности как командира группы. Поразительно, сколько ляпов может сделать дилетант-разведчик в первый раз участвуя в такой операции без всякого опыта. Ладно, его группа, им простительно.. Но он же командир! А значит обязан продумать все нюансы! Проклятье, просто удивительно что их до сих пор не обнаружили! Или дуракам везёт или союзники ещё большие дилетанты в плане разведки и противодействия ей чем он сам. Да, если всё сложится благополучно то потом придётся обязательно провести разбор этой вылазки, во избежание повторения. Оберштурмфюрер подозревал что при этом вылезет намного больше ошибок чем он рассчитывал, когда составлял план всей этой авантюры..

Но как же подать сигнал товарищам что они тоже могут перелезть? Снова перепрыгивать обратно чтобы прошептать им приказ прямо в ухо? Ага, "отличный" план! В голову упорно ничего не лезло и Гюнтер решился на нестандартный ход. Он нащупал рукой небольшой комок сухой земли с вырытого бруствера и кинул его примерно туда где должны были лежать Пайпер с Раухом. Камень улетел но никакой реакции не последовало. Не попал или они не поняли? Ладно, можно повторить. Ещё один ком земли улетел в темноту.. На этот раз там кто-то зашипел от боли и тут же снова затих. Да что они такие непонятливые! Уже нащупав рукой третий кусок земли Гюнтер вдруг заметил что прямо на него летит знакомый силуэт в английской каске.. Проклятье!

Не успев среагировать Шольке покатился с бруствера вниз на внешнюю сторону, сбитый телом Йохана который "удачно" приземлился прямо туда где сидел Гюнтер. Хорошо ещё что тот ударился в него не сапогами а плечом, иначе точно бы лицо разбил, а может и зубы выбил. Но едва оберштурмфюрер хотел вскочить как на него опять навалился чёртов Пайпер, повторивший его кульбит! Да что ж такое?! Не вылазка разведки а какая-то дурацкая комедия рядом со спящими англичанами! А всё из-за проклятого непрофессионализма.. Будь на их месте опытные парни уж они бы точно справились со всем тихо и без таких вот глупых выходок.

– Гюнтер? – в ухо еле слышно прошептал голос Пайпера.

– Нет, это рейхсфюрер, чтоб тебя!.. – так же тихо ответил Шольке, со злостью спихивая с себя товарища. – Слезь с меня, Йохан, я предпочитаю женщин а не таких как ты!

Тот фыркнул от смеха но скатился с него, протянув руку чтобы помочь подняться:

– Сам виноват, незачем было в меня землёй бросаться.. В детстве не наигрался?

Гюнтер только сплюнул со злости, подавив желание объяснить свой порыв. Ну уж нет, самолично признаваться в своей очередной ошибке боевому товарищу? Обойдётся! И так стыдно за самого себя. Где там этот "Сосиска" с пленником?

И через пару секунд сверху послышался звук глухого приземления на бруствер. Шорох земли и к ногам обоих оберштурмфюреров скатились два тёмных силуэта, один большой другой поменьше. Раух, увидев обоих офицеров, тут же вскочил и снова осторожно взвалил на себя британского капитана. Теперь осталось только отползти подальше от позиций англичан и добраться до своего боевого охранения где их ждёт пулемётчик, брат Рауха.

Гюнтер только хотел прошептать что нужно начать движение как голос Пайпера забубнил ему в ухо:

– Слушай, Гюнтер, я же говорил тебе что у меня есть идея? Давай мы немного взбодрим противника?

Шольке с трудом подавил раздражённый стон. Нашёл время для своих проделок!

– Что? Ты о чём, Йохан? Пошли скорее, британцы могут проснуться.. – он попытался заранее зарубить на корню новую авантюру непоседливого Пайпера.

– Подожди! – горячо шептал командир одиннадцатой роты. – Мы же главную задачу выполнили, верно? Отправь Рауха с пленным к нашим, а мы с тобой тут порезвимся! У меня отличный план наготове! Давай так, я тебе расскажу его и ты сам поймёшь что у нас прекрасная возможность дать союзникам хорошего пинка под зад. Просто выслушай меня и всё! Если ты запретишь то мы сразу вернёмся. Просто другого такого случая может и не быть! Впрочем, я могу и сам всё сделать.. – как бы между прочим намекнул Пайпер.

Вот же засранец! Зная Йохана Гюнтер был почти уверен что тот так и сделает если он не переубедит его. Приказать? По званию они равны, Пайпер не его подчинённый, тем более главная задача почти выполнена. А плюнуть и уйти одному, бросив того в одиночестве рисковать жизнью.. Нет, это в любом случае будет не в его пользу, независимо от того что случится с Йоханом. В полку пойдут слухи что Гюнтер бросил товарища одного, а тот погиб.. или оказался ранен.. или просто бросил из-за собственной трусости. Нет, такие слухи ему явно не нужны, да и помощь Пайпера против будущих козней рейхсфюрера ему пригодится. В конце концов, можно же просто выслушать?

Он принял решение, отдал Рауху приказ, и громила-огнемётчик быстро пропал в темноте, неся на плече так и не пришедшего в себя капитана Мортона. А два оберштурмфюрера отошли от вражеской траншеи метров на пятьдесят и улеглись на землю.

– Говори, что ты там опять напридумывал? – со вздохом сказал он, тоскливо поглядывая на запад. Раух уже наверняка скоро будет в своих окопах а Гюнтер, по вине своего неугомонного товарища, лежит на нейтральной полосе и уговаривает того бросить ребячество. – Только учти, если мне не понравится то мы сразу вернёмся.

– Договорились! Я предлагаю вот что.. – Йохан, судя по голосу, явно воодушевился. – Мы сейчас повторим наш путь назад, к той зенитке. И взорвём её! За такое можно смело получить награду, точно тебе говорю! О нас будет говорить весь полк!

– Ты спятил?! – ошарашенно спросил Шольке, пытаясь разглядеть в темноте лицо Пайпера. – Зачем нам всё это нужно? Ради какой-то висюльки лишний раз рисковать жизнью? Мы едва не попались два раза, ты хочешь попробовать это сделать в третий? Нет, я запрещаю! Идём за Раухом, это плохая идея!

– Гюнтер, не горячись.. – товарищ не терял надежды переубедить его. – Дело даже не в висюльках, пойми! Утром танкисты пойдут на штурм, эта длинноствольная дура наверняка подобьёт кучу наших машин прежде чем её уничтожат! Ты же сам видел, это почти копия нашей "восемь-восемь"! Пленник сказал что всего тут шесть таких орудий, значит останется пять! Чёрт, да парни из панцерваффе зальют нас шнапсом когда узнают что мы для них сделали!

– Не говори ерунды! Мы нанесём эту позицию на карту и артиллеристы утром разнесут её в клочья! – упорствовал Шольке, не собираясь снова ходить по лезвию ножа. – Мортон наверняка расскажет остальное, и твоя неуместная инициатива не понадобится! Что с тобой такое, Йохан? Какая муха тебя укусила? Я, конечно, знаю что ты любитель всяких проделок но это уже чересчур! Запомни главное правило разведчика: Тихо пришёл – тихо ушёл! Любой шум это потенциальный провал операции.

– Говоришь словно зануда Байер.. – пробурчал Пайпер, вспомнив одного из инструкторов школы СС в Бад-Тёльце, строгого и насквозь пропитанного уставными репликами. – Прямо повеяло сонливостью.

Почти все курсанты-эсэсовцы любили его занятия, но вовсе не потому что он был так красноречив. Секрет был прост: Байер настолько увлекался своими словами что весь учебный час говорил и говорил, насколько важен устав и как тщательно его следует соблюдать в любое время и месте службы. В результате больше всех приходилось отдуваться тем кто сидел впереди, они вынуждены были внимать его нравоучениям и изображать усердие. Зато остальные курсанты, сидевшие сзади, беззастенчиво этим пользовались и спали, скрываясь за высокими и широкоплечими товарищами. Учитывая какие каждодневные нагрузки выпадали им благодаря усилиям других инструкторов то занятия у Байера считались настоящим часовым отдыхом. Впрочем, на этих занятиях свято соблюдалась ротация, чтобы все могли хоть немного отоспаться по очереди. Сегодня одни сидят впереди а другие сзади, завтра уже наоборот.

– Всё, разговор закончен, Йохан! Я не собираюсь участвовать в этой авантюре и тебе не позволю! – вышел из себя Гюнтер и вскочил на ноги, совсем забыв где находится. – Мы возвращаемся, это приказ командира группы!

Неизвестно что бы ответил на него так же вставший во весь рост Пайпер, это так и осталось в тайне. Потому что в следующую секунду случилось то что они никак не ожидали. Буквально в нескольких десятках метров, скорее всего, из той траншеи которую они преодолели в оба направления, взлетела осветительная ракета и, искрясь, залила всё вокруг своим мертвенным светом!

Застигнутые врасплох офицеры, задрав голову вверх, проводили её взглядом, прежде чем осознали одну простую истину. Ракета не могла взлететь сама по себе, её кто-то запустил. А значит как минимум один британец сейчас бодрствует и наверняка может заметить двух идиотов смотревших в небо. Эта мысль, видимо, пришла к ним одновременно, потому что они разом опустили головы, переглянулись и устремили взгляд на вражеские позиции.. где отчётливо виднелась голова в такой же каске что и у них!

– Эй, вы кто такие?! Что вы там.. О, чёрт, это же гансы!! Тревога!!! Нападение!! – все эти реплики, судя по голосу, издал тот самый курильщик, который неизвестно где был и хрен знает откуда появился, пока они тут спорили.

Наверняка, глянув поверх бруствера, тот мгновенно заметил их в свете ракеты но трофейные каски сначала ввели его в заблуждение. А потом щедрый искусственный свет тут же помог ему понять свою ошибку. Если два британских "тазика" на головах и были ему донельзя знакомы то камуфляжные маскировочные костюмы, а также пистолеты-пулемёты "МР-38", явно не входили в экипировку солдат союзников.

Раздался выстрел и совсем рядом с ними пролетела пуля. Чёртов курильщик промахнулся совсем немного! Вместе с Пайпером они оба рухнули на землю и поползли на запад, извиваясь как червяки. При этом разъярённый Шольке ругался во весь голос, пользуясь тем что теперь можно не сдерживаться. Ругался на себя, ругался на командира одиннадцатой роты, иногда ведущего себя как мальчишка, на англичан тоже ругался.. Словом, досталось всем. И всё это в движении, слыша как сзади раздаются сначала встревоженные а потом и деловитые крики врагов. Винтовочные пули засвистели гуще, заработал пулемёт, пытаясь не дать им уйти, а на смену угасающей взлетела ещё одна ракета.

– Чтобы я ещё хоть раз пошёл с тобой в разведку?! – рычал от злости Гюнтер, энергично работая локтями и коленями, чтобы поскорее достичь раскидистого дерева с толстым стволом метрах в двадцати справа от них. – Куда легче просто застрелиться из своего же пистолета! Меньше хлопот и проблем! Ты полный болван, Йохан, понимаешь?!

– Я бы с этим поспорил, дружище! – нервно рассмеялся тот, держась от него в нескольких метрах и проявляя те же чудеса навыка ползком. – Кто первым вскочил и изобразил из себя статую для всеобщего обозрения? Из нас двоих это точно не я.. Но согласись, моя идея была не лишена смысла, верно? Если бы не этот британец то..

Его слова прервала близкая пулемётная очередь, взрывшая землю недалеко от них.

Шольке на этот раз промолчал, сосредоточившись на том чтобы подобраться к дереву поскорее. Да и в чём-то прав оказался Пайпер, что уж говорить.. Нет, естественно, не в плане своей авантюры со взрывом зенитки! Но вот первым в запале вскочил на ноги именно Гюнтер. Конечно, вывел его из себя тоже Йохан, да и откуда им было знать что спавший или отошедший куда-то в туалет курильщик решится выпустить ракету пока они там горячо спорили? Словом, вся их вылазка завершилась успехом просто чудом, вопреки логике. Буквально ошибка на ошибке! Позор какой-то, несмотря на полное отсутствие опыта! Если бы не точно такая же расхлябанность противника то их прикончили бы ещё при первом пересечении траншеи! Кто мог знать что караульная служба союзников поставлена настолько плохо? Это и спасло группу разведчика-дилетанта Гюнтера Шольке..

Добравшись до дерева и спрятавшись за его широким стволом он внезапно вспомнил ещё кое о чём, что следовало предпринять именно в таком случае. У них же есть ракетница! Как только они выстрелят ею в сторону врага то брат "Сосиски" сразу должен прикрыть их огнём своей "поливалки". Сейчас немецкие окопы молчат, знают что на нейтральной полосе находятся два офицера СС и боятся их зацепить. Что ж, пора немного угомонить островитян..

– Давай сюда ракетницу, диверсант чёртов.. – буркнул он Пайперу, который устроился рядом с ним, тесно вжимаясь в кору ствола. – Если бы не ты, с твоим дурацким планом, мы бы уже давно вернулись к своим, тихо и спокойно.

Англичане, похоже, потеряли их в траве и теперь обстреливали все предполагаемые места где немцы могут спрятаться. По их мнению, те были где-то левее метрах пятидесяти от дерева. Йохан, догадавшись что хочет сделать Гюнтер, выхватил из-за пазухи маскировочной куртки оружие и передал ему. Причём сделал это молча и без комментариев, за что Шольке мысленно сказал спасибо. Нет, разговор на тему вылазки с ним всё равно будет, но не сейчас. Конечно, Гюнтер не знал точных правил поведения в пешей разведке, но спор с командиром группы во время выполнения боевого задания это явно не то что следует спускать просто так. Даже если временный подчинённый имеет то же звание что и сам командир.

Осторожно выглянув из-за дерева он прицелился туда где сверкал вспышками "Bren" и выпустил туда красный светящийся шарик. А потом, схватив за плечо Пайпера и потащив его в сторону от дерева, заорал:

– Бежим!!!

Вернее, Гюнтер хотел крикнуть "Ползём!", но немного ошибся. Пришлось сделать это через несколько метров, когда с запада знакомо зарокотал "MG-34". К нему присоединился ещё один такой же пулемёт, и были слышны хлёсткие выстрелы карабинов "Mauser 98k".

Только бы не зацепило дружественным огнём, этот было бы обидно и несправедливо! Тем временем бой разгорался, англичане тоже усилили стрельбу в направлении того дерева откуда по ним выстрелили из ракетницы. К счастью, обоих оберштурмфюреров там уже не было, и всю британскую огненную ярость безропотно приняло на себя дерево за которым они укрывались..

..В свои окопы они ввалились минут через двадцать, когда осторожно проползли весь путь под свистевшими над ними пулями. Вдобавок их чуть не пристрелил бдительный эсэсман, неожиданно увидевший в нескольких метрах перед собой двух измазанных землёй людей. Лишь строгий окрик Шольке, узнавшего своего подчинённого, не позволил свершиться страшной ошибке.

В результате спонтанно возникшего боя все солдаты в окопах были на ногах. Одни стреляли в сторону противника, другие просто настороженно стояли, не видя куда именно палить. Двух офицеров эсэсовцы провожали понимающими улыбками и тихими приветствиями, наверняка внутренне потешаясь их внешнему виду. Ну да, выглядели они как будто специально извалялись в грязи и пыли. Но это сейчас заботило Гюнтера меньше всего на свете.

Молча распрощавшись с Пайпером он выхватил из кармана плитку шоколада и жадно откусил сразу большой кусок, замычав от наслаждения. Казалось, не ел почти сутки, а то и больше. Больше всего на свете ему сейчас хотелось есть и спать.. Но увы, придётся срочно писать отчёт для Зеппа, тот наверняка не спит, поднятый с постели доставкой капитана Мортона и поднявшейся стрельбой.

Проглотив в два приёма всю шоколадную плитку Шольке довольно облизнулся и глянул на свои наручные часы. Без десяти два ночи. Они успели, справились с заданием и вернулись без потерь. Просто удивительно как им на этот раз повезло! Будь противник хоть немного настороже то такая вот прогулка по его тылам стопроцентно закончилась бы гибелью группы.

Конечно, сейчас или в следующую ночь такой финт у Гюнтера точно больше не прошёл. Пропажа офицера из штаба полковника Болсома, гибель трёх английских солдат и ещё один связанный но живой в кустах, плюс поднявший тревогу британец-курильщик.. Нет, теперь-то островитяне настороже, но уже поздно, птичка улетела.

Если удастся справиться с отчётом за час то до начала атаки останется примерно от двух до четырёх часов, в зависимости от того времени на которое командование назначит общий штурм. И эти часы Шольке планировал использовать по прямому назначению, то есть хоть немного выспаться. Адреналин, за счёт которого он продержался в напряжении весь рейд, схлынул и сонливость навалилась с новой силой. Глаза слипались и Гюнтер, спустившись к каналу, встал на колени и с размаху окунул в него голову. Помотав ею под холодной водой он встал на ноги и, отфыркиваясь, направился к своей палатке. Стало значительно лучше, сон немного отступил. Пора заняться очередным сеансом бумагомарания, ничего не поделаешь.. В отчёте Гюнтер собирался описать все перипетии своей вылазки, стараясь умолчать о собственных ошибках. Ни к чему Зеппу о них знать. Главное, что сам Шольке теперь в курсе и в следующий раз, если он вообще будет, постарается их учесть и больше не допускать. Да, в этот раз прокатило, но надеяться на такое везение снова, беззаботно махнув на подготовку рукой? Нет, исключено!

Добравшись до своей палатки он рухнул на лежак и закрыл на несколько секунд глаза. Но почувствовав как организм снова пытается заснуть, тяжело вздохнул и сел за маленький складной стол, неведомо как и где добытый хозяйственным Брайтшнайдером. Посидел пару минут, обдумывая действия подчинённых и свои собственные, а потом придвинул к себе чистый лист бумаги и стал писать. Ведь, как сказал однажды герой Джона Траволты в фильме "База "Клейтон"" – "Главное – рассказать всё правильно!"

Глава 56

Южная окраина Дюнкерка, Франция.

27 мая 1940 года. Раннее утро.

Лейтенант армии Его Величества Юджин Питерс.

Очередной взрыв тяжёлого 150-миллиметрового снаряда раздался метрах в двухстах где-тот за спиной, поэтому он даже не открыл глаза, продолжая сидеть на дне траншеи. С каждым часом Юджин укреплялся в мысли что немцы не ставят целью попасть куда-то конкретно, а просто кидают свои «чемоданы» наобум. По всему выходило что с боеприпасами у них, видимо, проблем нет, иначе с чего бы экономным «гансам» так раскидываться снарядами? Наверное, успели подвезти ночью и теперь их артиллеристы просто играют у «томми» на нервах, заставляя настораживаться каждый раз когда «гостинец» падал более-менее близко. Такое вот изощрённое изуверство продолжалось уже несколько часов, с двух часов ночи.

..Крепкий сон лейтенанта и его людей прервал глубокой ночью истошный рёв вездесущего сержанта Барнса, олицетворяющего собой всех сержантов мира своим внешним видом и голосом. И прежде чем сознание Юджина успело понять что случилось, его тело уже схватило ставший родным пулемёт и выскочило из импровизированного блиндажа. Хотя какой там блиндаж? Вырытая прямо из траншеи вперёд и вниз нора, расширенная от входа и закрытая шинелью. Туда, кроме самого Питерса, влезало максимум трое, да и то приходилось толкаться локтями. Но после многих часов изнурительных земляных работ Юджин был вполне согласен и на такой фронтовой комфорт. Он рухнул на свой узкий топчан, сколоченный из кривых и сырых досок, и тут же отрубился..

Но в два часа ночи их подняли из-за того что примерно в миле севернее внезапно поднялась суматошная стрельба, нарушив спокойную ночную тишину, изредка прерываемую пулемётными очередями. Когда сам лейтенант и его рота выбежали из нор и укрытий, заняв позиции на своём участке укреплений, то увидели в том направлении множество взлетевших осветительных ракет. Грохотали пулемёты, то и дело через листву деревьев и кустов было видно как иногда вздымаются на нейтральной полосе небольшие взрывы от работы миномётов. Поневоле пришла мысль что немцы, вопреки своей привычке, решили начать атаку ночью. Поэтому, убедившись что все его люди с помощью Барнса и других сержантов находятся на своих местах, Юджин начал ждать когда из темноты появятся первые враги. Мысль об атаке только укрепилась когда лениво подала голос вражеская артиллерия.

Но артподготовка показалась ему какой-то странной. Питерс был на фронте уже не первый день и быстро понял что ведёт огонь одно, максимум два немецких орудия. Причём разрывы раздавались не на каком-то конкретном участке обороны а по всей площади. Вариант того что пушкари противника просто перепились он сразу отбросил как нереальную. Несомненно, какой-то смысл у такой беспорядочной и редкой стрельбы для врага был, но вот какой? Не давать им спать, например? Чушь! Это могли сделать они, англичане, или американцы, ради скуки.. даже русские, славящиеся своей безалаберностью и наплевательством к казённому имуществу. Но точно не педантичные и бережливые немцы! У тех строгие инструкции и уставы, ни один германский офицер в здравом уме не позволит растрачивать снаряды из-за такого пустяка и стрелять куда попало! Так что тоже отпадает. Но что тогда?

Как бы то ни было но вот уже четыре часа сам Юджин и его люди находились в напряжении в траншеях, каждую минуту ожидая что огонь вражеской артиллерии усилится и появятся атакующие, чтобы застать их врасплох. За это время его заместитель по роте Барнс, неведомо каким образом всё разузнав, поведал ему из-за чего случился ночью переполох.

Оказывается, как это ни невероятно, в их тыл умудрилась забраться немецкая разведка! Каким образом хитрые "гансы" это сделали никто не знал. Все часовые были на месте, личный состав отдыхал прямо на позициях. Конечно, было темно, но ведь каждое подразделение регулярно освещало местность ракетами, и подобраться к ним вплотную, а уж тем более перебраться через окопы, было бы верхом безумия. Единственный вариант, которым бы воспользовался сам Юджин в таком случае, это просто проплыть по каналу под водой стык обороны с берегом и вынырнуть уже в тылу. Неизвестно использовали этот способ немцы или же изобрели что-то другое, но факт остался фактом.. Они были здесь и ушли обратно!

Доказательства? Три найденных в кустах трупа из соседней роты, один живой но связанный солдат, и.. бесследно пропавший офицер, один из помощников полковника Болсома. Тот посетил ночью их позиции и в свете ракет Питерс поразился насколько осунувшимся было лицо командира. Несомненно, такой пленный довольно много знал, а уж способов как заставить его говорить немцы найдут немало.. Оставалось только поражаться такой наглости врага. Залезть в самую гущу войск союзников, умудриться не попасться и уйти обратно с ценным пленником! Должно быть это сделали настоящие профессионалы, так как сам Юджин даже не представлял какой храбростью и находчивостью надо обладать для совершения таких дел.

Это не в окопе сидеть, имея слева и справа боевых товарищей, тут нужна авантюрная жилка настоящего сорвиголовы. Осознание того что за Гитлера воюют умеющие нестандартно мыслить офицеры и солдаты угнетало лейтенанта, поскольку давало понять насколько трудно будет разгромить врага и победить рейх. Естественно, такие же бойцы есть и в английской армии, но где они сами и результаты их работы? Питерс не видел ни того ни другого. А эти парни тут очень бы даже пригодились..

На востоке, за спиной, появились первые лучи солнца и лейтенант протяжно зевнул, с трудом открыв тяжёлые веки. С обоих сторон до него доносилось сопение дремавших солдат и тихий говор тех кто не спал. Организм Юджина, которому не дали нормально выспаться ночью, упрямо пытался сделать это на позиции, но получалось не очень. Мешала чёртова пушка, стрелявшая через равные промежутки времени с поистине немецкой педантичностью. Четыре часа, ровно один выстрел в пять минут, БУМ и БУМ! Мозг, независимо от сознания, сразу после взрыва начинал мысленный отсчёт до следующего выстрела и никак не мог расслабиться.

Питерс, под свою ответственность, разрешил половине роты улечься дремать прямо в траншеях, запретив возвращаться в свои блиндажи. Коварные "гансы" вполне могли решить что англичане расслабились и, пользуясь темнотой, внезапно и тихо атаковать. На ракеты, как показал ночной инцидент, полностью полагаться нельзя и Юджин не хотел рисковать. Другая половина роты бодрствовала, не спуская воспалённых от недосыпа глаз с дальней опушки, где располагались передовые позиции противника. Неутомимый Барнс, словно заботливая нянька, то и дело проходил по их участку туда-сюда, не давая спать наблюдателям, подбадривая шутками и остротами. Питерс в который раз мысленно поблагодарил Бога что тот дал ему в помощники такого сержанта. Без него командовать людьми было бы намного труднее..

А люди эти, что и говорить, были явно не мечта командира. Конечно, познакомиться с ними со всеми было нереально, тем более когда все рыли траншеи. Но тот же Барнс успел наскоро пообщаться с народом и представил ему краткую характеристику его нового боевого подразделения.. Мда.. Скорее это больше напоминало сборище потенциальных паникёров и упавших духом фаталистов в военный форме чем настоящих солдат. Лица некоторых его подчинённых, каждый раз когда лейтенант их видел, вызывали у него одно-единственное страстное желание.. Подойти и со всей силы ударить по нему, чтобы согнать с него эту тупую обречённость или затаенный страх в глазах! А вместо них разглядеть злость, настоящую боевую злость, когда готов зубами рвать глотку врагу! Да, это было неправильно, такой стиль командования не достоин настоящего британского офицера, но желание упорно не уходило, соблазняя сорваться и наделать глупостей, облегчив внутреннее напряжение.

Вот почему?!! Почему они не могут найти в себе силы сражаться так же как он сам?! Почему мысленно смирились со своей гибелью и похоронили себя? Почему другим уже на всё плевать, лишь бы вернуться домой в Англию и забыть проклятую войну как страшный сон хотя бы на некоторое время?! Ведь ему, Юджину, ничуть не легче чем им, но он ведь держится! Пытается сделать всё что в его силах чтобы не дать немцам помешать эвакуации! Чёртовы трусы! Он, конечно, разбавил эту тухлую массу своими немногочисленными солдатами из остатков взвода, поставив их командирами отделений, но поможет ли это в бою может показать только сам бой..

От этих мыслей настроение, и так не слишком хорошее, упало ещё ниже. Сплюнув со злости Питерс открыл глаза полностью и с усилием встал во весь рост, кривясь из-за затёкших ног. Утренняя свежесть от близкого озера чуть бодрила, помогая справиться с сонливостью. Мельком оглядел свой пулемёт и запасные магазины, лежащие рядом, и снова зевнул, помотав головой.

– Доброе утро, господин лейтенант! – поприветствовал его Барнс, неслышно подошедший к нему.

– Какое, к чёрту, оно доброе, сержант? – мрачно ответил Юджин, пытаясь сдержать новый зевок. Не получилось, и его рот снова издал протяжный звук. – Проклятые немцы так и не дали нормально поспать.. Им бы дрыхнуть как все нормальные люди, но нет! Одно слово – нацисты!

Выразив таким образом своё возмущение Питерс в который раз выглянул из-за бруствера, пытаясь понять есть ли изменения. На первый взгляд их не было. Но внезапно его ухо уловило какую-то неправильность. Потребовалось всего несколько секунд чтобы понять в чём она заключалась.

Немецкая пушка замолчала, а ведь последний выстрел был.. быстрый взгляд на часы показал что прошло уже больше семи минут. Что бы это значило? Устали стрелять четыре часа подряд? Разгадка проявилась быстро. Снова раздался знакомый и даже надоевший свист... только почему-то он стал гораздо громче и сильнее.. О, чёрт!!!

– Ложись!!! – не своим голосом заорал лейтенант, падая на дно траншеи.

Почти одновременно с ним рядом рухнул сообразительный Барнс, закрывая голову не только каской но и руками. А через пару секунд всё вокруг загрохотало и затряслось. Началось настоящее землетрясение.. Лёжа вместе с сержантом в узкой траншее Питерс ощущал себя как маленький камешек в баночке, которую трясёт играющий ребёнок. Его слегка побрасывало вверх, кидало на осыпающиеся стенки укрепления, глушило ударной волной от взрывов.. Он задыхался от запаха сгоревшей взрывчатки и ни о чём не мог думать, все мысли вышвырнуло из головы, оставив там только отчаянную мольбу о том чтобы это всё поскорее закончилось.

Потом на него вдруг свалилась какая-то острая и тяжёлая железка, больно ударив по спине, и он только случайно заметил краем глаза что ею оказался его пулемёт, отброшенный силой близкого разрыва прямо в сторону своего хозяина. Неосознанно, на полном автоматизме, лейтенант подгрёб оружие под себя, опасаясь что оно засорится пылью и землёй, а потом снова сжался на дне качающейся траншеи, отбросив все посторонние мысли..

По его ощущениям этот рукотворный ад продолжался несколько часов, он просто потерял чувство времени. И когда наконец земля перестала дрожать от взрывов то Юджин не сразу смог поверить что остался жив и даже не ранен. Голова была как чугунный горшок, по которому хорошенько вдарили чем-то тяжёлым. Во рту сухо и прогоркло от пыли, неимоверно хотелось пить, чтобы хоть немного промочить горло. Шатаясь, он кое-как утвердился на ногах и обвёл окрестности мутным взглядом. И не сразу поверил в то что увидел.