Текст книги "За тебя, Родина! (СИ)"

Автор книги: Илья83

сообщить о нарушении

Текущая страница: 110 (всего у книги 129 страниц)

– Доброе утро, сэр! – поздоровался старпом, с некоторой завистью посмотрев на курившуюся паром чайную кружку командира корабля. – Хоть оно и промозглое но зато тумана нет, уже хорошо..

– И вам того же, лейтенант-коммандер! – учтиво ответил Филип и, пытаясь не улыбнуться, с чувством отпил большой глоток чая. Но не выдержал и добавил: – Чёрт возьми, Флетчер, хватит смотреть на мою кружку словно вы хотите её отнять! Что вам мешает последовать моему примеру и взбодрить свой организм тем же способом?

– Ничего не мешает, сэр.. – слегка смутился тот, пойманный на своих намерениях. – Пожалуй, я так и сделаю.. чуть позже. Ночная вахта не обнаружила на выходе из рейда ничего подозрительного но мне, почему-то, тревожно. А что говорит ваше предчувствие, сэр? – поинтересовался он, плотнее кутаясь в "канадку".

– Да ничего оно не говорит.. – пробурчал Филип, допив свой чай и отдав пустую кружку вестовому. – Вы же знаете, я не верю во всё это. Мистика это не моё.

Они помолчали, наблюдая за тихоходным тральщиком, неторопливо начавшим свою работу после прохода боновых заграждений.

– Опять нам придётся весь день сопровождать старину-Строуба.. – не выдержал Гас, выдохнув лёгкий пар изо рта. – Честно говоря, мне тоже не нравится сидеть здесь запертым. Куда приятнее вырваться на простор и сопровождать конвои, если уж на то пошло. Хотя парни со мной бы не согласились, ведь на берегу выпивка и девчонки.

И насмешливо фыркнул, обменявшись с ним взглядом. Филип прекрасно его понял и тоже улыбнулся. Они оба были женаты и не нуждались в услугах случайных шлюх. И если жена самого капитана жила далеко то вот Флетчеру повезло намного больше. Его избранница, случайно или специально, служила как раз здесь, в Скапа-Флоу, во вспомогательной службе флота на берегу. Естественно, Гас старался использовать любую возможность чтобы побыть с любимой женой, но Филип был не в претензии, потому что старпом это делал не в ущерб службе. Как-то он даже показал ему фото своей Бриджит. Что сказать, довольно симпатичная особа, и он искренне порадовался за своего старшего офицера.

– Да уж, проклятые "гансы", похоже, послали сюда целую флотилию своих подлодок! – проворчал Филип, оглядывая видневшиеся не так уж далеко по сторонам окрестные скалы пролива. – Лезут и лезут, несмотря на обширные минные банки и регулярные рейды наших эсминцев.

– Кстати, сэр, может вы знаете способ по которому они узнали проход? – внезапно заинтересовался старпом, повернувшись к нему всем корпусом. – Возможно, их шпионы нашли карты минных постановок или захватили какого-то беднягу, знающего где они расположены?

Капитан покачал головой, продолжая осматривать местность. Пока всё спокойно, но в любой момент их гидроакустик может подать сигнал о шуме винтов..

– Не усложняйте, Флетчер, всё гораздо проще! – с сожалением сказал он. – К нам регулярно ходят суда снабжения, их сопровождают наши же эсминцы. Любому немецкому подводнику не составит труда подглядеть из перископа за манёврами кораблей и проложить на карте курс. Но с другой стороны, это работает и в нашу сторону, поскольку мы точно знаем где они НЕ сидят в засаде.

– Полагаете, им выгоднее было бы ждать нас не в проходе а уже на выходе в море? – спросил Гас, вскинув бинокль и тоже принимаясь осматриваться.

– Трудно сказать, Флетчер.. – пожал капитан плечами и взялся за свой бинокль. – В голову пиратам Редера не залезешь, можно только гадать. И в том и в другом варианте для них, как и для нас, есть свои плюсы и минусы. Снаружи гораздо больше места для манёвра и отступления, если атака провалится. Но если командиру одной из их подлодок хватит дерзости притаиться здесь, в проходе, и всадить торпеду в упор прямо в борт крейсеру или линкору, даже ценой своей почти гарантированной гибели.. То в случае затопления "Худа" или какого-нибудь авианосца Скапа-Флоу превратится в мышеловку для флота. Поднять такую тушу или разрезать на части займёт очень много времени, не говоря уже о потерях. Будем надеяться что среди немцев нет таких же потенциальных самоубийц вроде сволочного Прина..

Пока они разговаривали "Bangor" делал свою работу. Пусть Строуб и был иногда тем ещё заносчивым сукиным сыном, которому часто хотелось дать по голове чем-то тяжёлым, но свою службу он знал хорошо. Буквально вчера, крепко выпив на берегу, капитан тральщика громогласно заявил что на эсминцах служат самоуверенные болваны, умеющие только чваниться и изображать из себя настоящих "морских волков", при этом даже близко ими не являясь. Учитывая то что за несколько дней до этого задира-Строуб почти так же отозвался про моряков с крейсеров и линкоров, было даже удивительно что ему не начистили рожу те самые "болваны", явно слышавшие в баре его бессвязный бред. Он обошёл своим вниманием только людей с авианосцев, то ли забыв о них, то ли вообще не считая за моряков.

Их идиллическую и спокойную беседу прервал громкий крик гидроакустика из своей каморки:

– На мостике! Докладывает гидроакустик! Слышу шум продуваемых цистерн, сэр! – завопил молодой вихрастый паренёк, всем экипажем называемый "Маленький Пэдди", видимо, потому что был ирландцем.

Филип разом ощутил как его организм весь сжался от напряжения, но адреналин тут же взбодрил тело:

– Боевая тревога!!! – заорал капитан, видя как его старпом уже бежит на свой боевой пост. И сразу обернулся к "Пэдди" с самым главным вопросом: – Где?!

Тот, уставившись на него отсутствующим взглядом, двумя руками прижимал к голове наушники, пытаясь уловить оттуда малейшие зловещие шорохи от вражеской подводной лодки. Он даже сморщился от усердия:

– Пока не могу сказать.. где-то близко.. Эхо!.. Шум винтов, сэр!.. Она.. ..градусов левого борта! Дистанция восемьсот ярдов! Глубина.. примерно семьдесят футов!

От слов "малыша Пэдди" Филип похолодел, чувствуя что по телу пробежали мурашки. Если гидроакустик не ошибся то получается что какой-то нацистский ублюдок всплывает сейчас прямо у него за кормой, с западо-северо-запада! Видимо, затаился на дне, пропустил над собой тральщик с его эсминцем, а теперь хочет всадить им торпеды сзади! Проход от бухты Скапа-Флоу довольно узок и извилист, Филип не был уверен что именно здесь "Janus" сможет развернуться, оставалось лишь надеяться на дальность бомбомётов и точность "ASDIC".

Решение пришло мгновенно:

– Флетчер! Бомбомёты на указанный курсовой угол, дистанция.. восемьсот ярдов! – приказал он, бросив взгляд на своего старпома. – Залп четырьмя зарядами! Дайте радио на базу о обнаружении вражеской подлодки!

– Есть четырьмя зарядами, сэр! – отрепетовал Гас, то и дело поглядывая назад.

Минный офицер эсминца лейтенант Барлоу уже находился на корме и через несколько секунд оттуда послышались еле слышные хлопки. Бомбомёты на секунду окутало дымом и четыре бочонка по пологой дуге взметнулись в воздух..

– Слышу шум двух торпед, сэр! Курсовой угол тот же, дистанция.. 750 ярдов! – снова завопил гидроакустик, глядя на командира расширенными от возбуждения или страха глазами. – Отставить 750, дистанция 700, быстро сокращается! Глубина.. лодка почти на поверхности, сэр!

Филип едва смог подавить в глотке проклятия. Эти вонючие ублюдки всё-таки успели выпустить свои "сигары"! Он надеялся что опередит командира германской лодки и заряды с бомбомётов помешают ему начать атаку, но не хватило буквально несколько секунд.

Далеко позади эсминца взметнулись вверх гигантские столбы воды от взрывов бочонков но командир эсминца увидел это только краем глаза. Сейчас главной проблемой было увернуться от двух вражеских торпед, а это было далеко не так просто в этой узости, даже несмотря на то что попасть "сигарой" в корму "Janus" тоже нелегко.

Вскинув бинокль, Филип сжал его побелевшими пальцами, высматривая на поверхности за кормой следы торпед, но так ничего и не увидел. Лишь непрерывные доклады "Пэдди" напоминали о том что две безжалостные сучки рвутся к нему под обманчиво спокойной поверхностью воды. 600.. 550.. 500.. Надо было решаться на очень рискованный манёвр, который может как спасти их от смерти так и наоборот.

Проблема была в том что из-за узости фарватера эсминец не мог с середины прохода резко повернуть в безопасную сторону, мешали недалёкие скалы. И неизвестный командир немецкой подлодки, несомненно, тоже это учёл. Хочешь не хочешь но Филип будет вынужден убраться с фарватера и прижаться к его южному краю, чтобы пропустить торпеды вдоль своего левого борта. Правда, за счёт этого потом можно попытаться всё-таки развернуться, может хватит угла поворота? В таких ситуациях капитан ещё не осуществлял подобного манёвра, но если его познания в математике не врут то вдруг получится?

– Рулевой, курс.. ..скорость пятнадцать узлов! – приказал он, не отрываясь от бинокля. Тот добросовестно повторил распоряжение командира но все мысли о предстоящей атаке снова сбил чёртов гидроакустик:

– Сэр, слышу шум ещё двух торпед! Курсовой угол совпадает с прежним! Дистанция 650 ярдов, быстро сокращается! Первые торпеды – 300 ярдов, тоже сокращается!

Да чтоб он провалился в ад, вонючий нацист! Немец выпустил вторую пару торпед, и если он не дурак, а это маловероятно, то следующая двойка "сигар" должна была прижать его не просто ближе к южной стене скал а буквально вплотную к ним! Вдобавок, выпущенные торпеды шли с таким интервалом друг за другом что даже прошмыгнуть между ними не получится! А если Филип попытается то наверняка поймает одну из них прямо в левый борт.

– Сэр, смотрите!! – резкий крик старпома отвлёк его от попыток увидеть торпеды и он повернул голову к нему. Тот, тоже смотревший в бинокль, оторвал его от глаз и прокричал: – Лодка на поверхности! Похоже, она повреждена!

Несмотря на предельно напряжённую ситуацию Филип успел удивиться его словам, и снова навёл бинокль туда где совсем недавно взорвались бочонки бомбомётов. Как оказалось, Флетчер не ошибся, на поверхности пролива действительно покачивалась немецкая лодка! Молнией пронеслась догадка, почему такое могло случится, ведь не по своей же воле командир вражеской посудины вынужден был всплыть и торчать как жирная цель у всех на виду, хотя ему наоборот надо было сейчас затаиться под водой. Скорее всего, близкие взрывы повредили балластные цистерны и она не могла погрузиться в свою привычную среду. Эту догадку подтверждали высыпавшие наружу из люка члены экипажа лодки, бегающие по палубе, видимо, пытаясь как-то починиться. На первый взгляд вражеская подводная лодка была пока не опасна, ведь на то чтобы перезарядить носовые торпедные аппараты у немцев уйдёт несколько минут, несмотря на всю их прыть. Вот только часть "гансов" прямо на глазах Филипа начали возиться рядом с установленным на палубе длинноствольным орудием, явно не меньше чем в три дюйма. Вот же твари.. А это уже могло быть довольно опасно.

– Первая пара торпед.. дистанция 100 ярдов! Вторая пара.. 350 ярдов! – не успокаивался гидроакустик, сжимая побелевшими пальцами наушники от гидрофона. – Первые две идут мимо, пройдут по борту, сэр! Другие.. прямо на нас! – последние слова он произнёс севшим голосом, явно пытаясь перебороть вполне естественный страх.

Реализовывался тот самый худший вариант которого так боялся Филип. Немец буквально заставлял его лезть на скалы, иначе сотни килограмм взрывчатки грозили разорвать ему всю задницу, и это как минимум! Впрочем, есть небольшой шанс избежать обоих неприятностей..

– Флетчер, пусть Барлоу установит точку прицела бомбомётов на траектории движения второй пары торпед! Дистанция 200 ярдов, глубина минимальная, четыре заряда! – заговорил капитан, пытаясь математически просчитать все переменные для своего плана. – Пэдди, докладывай сразу как только вторая пара подойдёт на 250 ярдов! Всем орудиям, которые могут опустить стволы до нужной высоты, открыть огонь!

Он ни разу так не делал, не пытался уничтожить торпеды противолодочными бомбами, но теперь у него не было другого выбора. Приходилось экспериментировать и рисковать, иначе Филип потеряет корабль.

– Первая пара вот-вот пройдёт рядом, сэр.. – снова сказал маленький ирландец, полуприкрыв глаза. – Вторая пара – дистанция.. 250 ярдов!

– Бомбомёты, огонь! – мгновенно крикнул Филип, и через пару секунд на корме снова вспухли облачка дыма.

Тем временем его "Janus", повинуясь воле рулевого, шёл вдоль южной стены прохода, приблизившись к скалам почти на расстоянии сотни ярдов. Кинув на них быстрый взгляд Филип поёжился, мокрые камни выглядели донельзя угрожающе. Вдобавок, впереди, примерно через полмили, проход делал очередной изгиб к северу и, сохрани эсминец тот же курс и скорость, через несколько минут он рисковал смять свой нос или распороть брюхо о прибрежные скалы.

Томительно пролетели несколько секунд, когда он то и дело смотрел на закрывшего глаза маленького ирландца и ждал результата своей затеи. Позади снизившего ход корабля с грохотом вырвались на поверхность четыре белых столба воды и в сердце Филипа забрезжила надежда..

– Слышу шум торпеды, сэр! – крикнул гидроакустик, снова распахнув глаза и с тревогой глядя на него. – Одна торпеда, дистанция 150 ярдов, шум второй пропал!

Проклятье, система "ASDIC" дала не полностью верную информацию по дистанции, бочонки не смогли прикончить обеих сучек! Что ж, идея была неплоха, жаль только что из-за ошибки получилось не идеально. До хруста зубов стиснув челюсти Филип мрачно посмотрел на рулевого и Гаса, а потом отрывисто приказал:

– Курс.. ..восток-юго-восток! Скорость – пять узлов! Рулевой – прижмись к скалам вплотную, так чтобы чуть краску с борта не содрать. Экипаж, приготовиться к столкновению!

Флетчер явственно побледнел, прекрасно понимая что им предстоит. А матрос за штурвалом судорожно сглотнул, то и дело кидая взгляд на скалы, которые приблизились к правому борту настолько что, казалось, можно было докинуть до них камень.

– Первая пара торпед проходит мимо, сэр.. – тихо сказал Пэдди, не отрываясь от него взглядом. – Третья торпеда.. меньше ста ярдов, сэр..

Страшный удар и пронзительный, душераздирающий скрежет ошеломил всех кто находился на мостике. Эсминец словно в бетонную стену воткнулся. Филипа и Флетчера, а также рулевого, штурмана и сигнальщика бросило вперёд и они покатились по полу, образовав бесформенную кучу из голов, рук и ног возле передней стенки мостика. Подчиняясь воле своих машин корабль прополз ещё несколько секунд и начал медленно крениться на левый борт, одновременно задирая нос. Пронзительный визг и скрежет металла, наконец, стих и коммандер с остальными членами своего экипажа медленно поднялся на ноги, хватаясь за что попало. Вроде бы никто ничего не сломал, это уже хорошо.. Но что с эсминцем?

Приблизившись к прибору оповещения Филип случайно бросил взгляд за борт из окна мостика и на несколько секунд оцепенел. Благодаря тому что "Janus" накренился на левый борт то он получил возможность увидеть то что в другой ситуации вряд ли смог. Буквально в паре метров от борта почти на поверхности мимо него зловеще проплыло длинное, округлое тело торпеды, взбаламучивая за своим винтом воду. Промахнувшаяся "сигара" невозмутимо проплыла совсем близко от корабля и ушла вперёд, к видневшимся впереди скалам. В этот же момент чуть севернее раздался взрыв одной из торпед первой пары. У второй, видимо, не сработал взрыватель или ещё что.

– Флетчер, узнайте про повреждения и доложите! – приказал Филип, после того как пришёл в себя от вида смерти, прошедшей совсем рядом. Он попытался обратиться к экипажу сам, но не смог, система связи вышла из строя.

Судя по положению эсминца тот налетел на подводную скалу, задев её правым бортом, и за счёт непогашенной скорости основательно застрял. Наверняка затоплена часть носовых отсеков, особенно справа, но в то же время эта скала не даст кораблю затонуть, держа на поверхности.

Лейтенант-коммандер кивнул и тут же умчался вниз, чтобы вместе с боцманом или главным старшиной оценить ущерб. А Филип, вспомнив о проклятой немецкой лодке, из-за которой его "Janus" оказался в таком дерьме, снова схватил бинокль и поднёс его к своим глазам. Увидел что там делается и сразу закричал:

– Всем на пол!

Увы, не все успели понять причину такого приказа, но через секунду новый удар, хоть и гораздо слабее первого, сотряс повреждённый эсминец. На этот раз Филип не сдержался и разразился руганью, охваченный настоящей яростью. Поскольку он увидел в бинокль как расчёт артиллерийского орудия на немецкой лодке уже успел привести его в боевое положение и открыл огонь, явно собираясь добить неподвижно засевший на скале "Janus". Видимо, "гансы" пока так и не успели залатать балластные цистерны и решили не терять времени зря, воспользовавшись бедственным положением британского эсминца.

Едва успев опомниться от попадания вражеского снаряда Филип снова повалился на пол от удара следующего. Откуда-то снизу послышались крики, но больше всего его неприятно изумило другое. Почему в ответ никто не стреляет по врагу?! Ведь благодаря крену эсминца на корму и левый борт германскую подлодку должны наверняка доставать корабельные 120-мм орудия "4,7/45 QF" главного калибра, расположенные в том числе и на корме! С трудом удержавшись на ногах от попадания уже третьего снаряда капитан добрался до разбитого окна мостика и глянул назад. Полному обзору мешала труба но увиденное лишь добавило ещё больше загадки.

Все орудия, которые только могли навестись на цель, смотрели на немецкую подводную лодку.. и молчали. Какого чёрта там творится?! Вели огонь только вспомогательные 40-мм орудия счетверённой установки "пом-пом", посылая назад целые гроздья снарядов, которые почти не долетали до цели. Ответ принёс запыхавшийся Флетчер, ворвавшись на мостик через пару минут, когда немцы всадили в корабль уже почти десяток снарядов.

– Сэр, плохо дело.. – начал он, присев рядом с Филипом, чтобы не упасть на пол от сотрясения. – Весь нос эсминца смят, отсеки затоплены вплоть до погребов главного калибра! Часть переборок перекосило и вода поступает в другие отсеки! А помпы не работают, повреждены или затоплены динамо-машины, а также генераторы! Мы в полной заднице, сэр!

Теперь всё встало на свои места. Чтобы стрелять из стадвадцатимиллиметровок нужно электричество, а его нет. В сущности, они теперь полностью беззащитны, потому что превратились для немцев в мальчиков для битья. Подобную ситуацию Филип не мог себе даже представить, настолько она была маловероятна, но всё-таки это случилось. Починить динамо-машины или генераторы быстро вряд ли возможно своими силами, да ещё во время боя.. точнее, избиения, если смотреть правде в глаза. И что теперь делать? Приказать экипажу спускать шлюпки и пытаться лезть на отвесные, скользкие скалы? Похоже, только это и остаётся, если он хочет спасти хоть часть людей..

– Флетчер, пусть аварийные партии готовят шлюпки к спуску на воду! – тяжело вздохнул Филип, пережидая очередной удар снаряда. – Как только это сделают то по команде, вместе с выжившими парнями, спускаются в них и отходят к носу, чтобы прикрыться корпусом эсминца от немецкой лодки. Они вот-вот перезарядят торпедные аппараты и просто разнесут нас в клочья, так что не теряйте времени зря..

Оба встали на ноги, чтобы между взрывами добраться до выхода из мостика, который уже покинули штурман, рулевой и сигнальщик, но остановились, глядя на то что происходило менее чем в миле от них..

Густо дымя единственной трубой, убрав параваны и развив всю свою невеликую скорость, мимо севшего на скалы эсминца проходил "Bangor" Строуба! Корпус "старичка" содрогался от работы машин, носовое орудие тральщика то и дело стреляло вперёд, отчего рядом с вражеской лодкой возникали небольшие фонтаны воды от его снарядов. А направив бинокль на мостик Филип с изумлением увидел самого капитана-забияку, лично стоявшего за штурвалом и смотревшего вперёд с кривой ухмылкой на губах!

– Что, чёрт его возьми, он делает?! – ошеломлённо спросил стоявший рядом с ним Гас.

Но Филип не мог ответить, поскольку сам этого не знал. Не собирается же этот кретин Строуб ввязаться в бой против вражеской подводной лодки на своём почти беззащитном тральщике? Это же безумие! Хватит одной торпеды чтобы от судёнышка остались только мелкие обломки на воде!

Как бы то ни было, но одного скандалист Дэви уже добился, немцы перестали уродовать эсминец и перенесли огонь на наиболее опасную, по их мнению, цель. Более того, глядя в бинокль, Филип заметил как нос подлодки начал медленно смещаться к северу, нацеливаясь на "Bangor". Да, вражеский капитан явно подработал машинами, намереваясь разделаться со Строубом торпедами, если успеет перезарядиться. Тем временем, экипаж тральщика, скорее всего, получив приказ своего капитана, одетый в яркие спасательные жилеты, бежал к шлюпкам.

Удивлённый Филип никак не мог понять что задумал Дэви. Хочет спасти свой экипаж? Видимо, да. Но на полном ходу? Может, он спятил?

Неизвестно что думали об этом немцы но они точно осознавали что идущий к ним на полной скорости тральщик явно везёт не подарки, и принимали все возможные меры чтобы избежать встречи. За кормой вражеской лодки забурлила вода и она начала медленно пятиться, продолжая стрелять из орудия. Беспомощному экипажу эсминца и самому Филипу осталось лишь быть наблюдателем в этом бою и надеяться что Строуб знает что делает.

Вот и первое попадание в "Bangor".. На баке взметнулся шар огня, охвативший всё что только может гореть.. и носовое орудие тральщика замолчало. Что не говори но наводчик у немцев отличный, всего за несколько пристрелочных выстрелов с качающейся собственной палубы по движущейся цели попасть прямо в цель. Всё, теперь, не считая лёгкой зенитки и пулемётов, посудина Строуба не представляет угрозы для немцев.

Но сам забияка и любитель поскандалить, похоже, так не считал. Несмотря на попадание в свой кораблик Дэви нисколько не сбавил ход а лишь чуть довернул, корректируя курс из-за сместившейся лодки. Его люди умудрились залезть в одну большую шлюпку и спустились в ней почти до воды, оставив наверху пару человек на шлюп-балках. А потом эти двое резко опустили цепи и шлюпка, едва не зачерпнув носом волну, закачалась на воде! Вся операция произошла настолько быстро и слаженно что Филип почти уверился в том что Строуб уже делал нечто подобное.

Затем всё случилось так неожиданно что командир эсминца мог только смотреть, едва веря своим глазам. Второй снаряд немецких подводников угодил прямо в мостик! Наводчик явно знал куда бить, чтобы поразить наиболее уязвимые места противника. Новая вспышка огня, дождь разлетающихся обломков.. и вместо мостика Филип с внезапной болью увидел охваченную пламенем груду развороченного металла, внутри которой просто не могло быть никого и ничего живого. Всё, старина Строуб погиб, как и следовало ожидать при такой безумной атаке..

Настоящий шок и даже некоторый страх Филип почувствовал когда заметил что "Bangor" продолжает идти вперёд на полном ходу! По его мнению это было абсолютно невозможно, но глаза упрямо показывали иное! Огонь на баке и там где раньше был мостик быстро разгорался, превращая тральщик в ярко пылающий движущийся костёр. Совсем недавно Филип сказал Гасу что не верит в мистику но тут его доселе незыблемое убеждение поколебалось. Казалось, будто призрак Строуба, всё так же криво ухмыляясь, стоит за штурвалом и ведёт свой корабль в последний бой.. Или же сам "Bangor", охваченный пламенем мести за своего погибшего капитана, стремится отомстить убийце.

Лишь через несколько секунд разум в голове выдвинул более здравую версию увиденного.. Да, мостик разрушен и капитан погиб. Но штурвал, видимо, заклинило а машины тральщика не повреждены, вот он и идёт тем курсом куда его направил мёртвый забияка.

Немцы неистовствовали, их орудие стреляло каждые несколько секунд, перейдя на максимальную скорострельность, раскурочивая нос британского корабля. Да тут и целиться не нужно, расстояние между медленно пятившейся подлодкой и стремительно наступающим на неё тральщиком сокращалось с каждой секундой. На глаз Филипа оно составляло уже менее двести ярдов.

И тут, словно Бог помог англичанам, корма немцев окуталась чёрным дымом и подлодка неподвижно застыла на волнах, прекратив пятиться! Судя по беспорядочно бегавшим там немцам, вышли из строя машины, и теперь та была так же неподвижна как и "Janus" самого Филипа.

"Bangor" уже пылал почти весь, его нос был разбит попаданиями в упор, но удивительным образом двигатели так и продолжали толкать судно вперёд, словно он не хотел идти ко дну в одиночку! Случайно или намеренно, но погибающий тральщик намеревался таранить немцев!

Расчёт вражеского орудия, к его чести, продолжал вести огонь до самого конца, всаживая снаряды теперь под самый нос корабля Строуба, стремясь вызвать течь через пробоины. Это дало результаты и "Bangor" начал медленно погружаться на полном ходу, когда между ним и подлодкой осталось меньше ста ярдов.

С кормы тральщика спрыгнули в воду ещё несколько человек в ярких жилетах, и их примеру последовали немцы, горохом высыпавшие на палубу из рубочного люка в уже надетых жилетах. Видимо, капитан подлодки, потеряв надежду погрузиться или быстро починить машины, дал приказ экипажу прыгать в воду, что было вполне логично. Да, они попадут в плен, зато выживут.

Последними прыгнули в воду трое артиллеристов, когда "Bangor" был уже в пятидесяти ярдах от лодки. Яростно гребя руками немцы пытались отдалиться от своей лодки на безопасное расстояние. А потом тральщик, наконец, дошёл до конечного пункта своего курса..

Снизив скорость почти до семи узлов и погрузившись до якорных клюзов он врезался изуродованным и горящим носом в покатый корпус подлодки, вскрыв его как консервный нож. Прорубившись внутрь своего убийцы тральщик, наконец, остановился. И через мгновение на месте столкновения раздался такой сильнейший взрыв что по всем окрестным скалам загуляло эхо! Обломки немецкой лодки и тральщика взлетели высоко в воздух и через несколько секунд начали падать в воду. Некоторые даже почти долетели до эсминца, настолько сильный был взрыв, скорее всего, от одной из "сигар" в носовом торпедном аппарате, которую так и не успели выстрелить немцы..

– Чтоб мне сдохнуть, сэр.. – потрясённо прошептал Флетчер, только сейчас выйдя из ступора, в который он впал вместе с самим капитаном при виде поступка Строуба. – Может, он и правда верил что лучший из нас всех?

Филип только головой покачал, глядя как бурлит вода там где совсем недавно ушли на дно два непримиримых но одинаково храбрых противника..

..Через пять минут в небе над проливом появились вызванные в качестве помощи самолёты, закружившие над местом прошедшего боя. А ещё через десять вдалеке показались сразу три знакомых силуэта эсминцев их флотилии, идущих полным ходом.

Внезапно на Филипа накатила усталость и он уселся на своё место на мостике, хоть теперь в нём было не слишком удобно сидеть из-за крена. Скоро подойдёт помощь и их снимут со скалы, но одно капитан 1-го ранга знал точно: беспримерный поступок Строуба и его жертву ради спасения всего экипажа ненавистного эсминца он не забудет до самой смерти!..