Текст книги "За тебя, Родина! (СИ)"

Автор книги: Илья83

сообщить о нарушении

Текущая страница: 43 (всего у книги 129 страниц)

Эта мысль повергла Гюнтера в ещё большую мрачность. Вот уж не было печали..

– Я подробно сообщу Дитриху о нашем разговоре.. – пообещал Роске, поднимаясь со стула. – Думаю, он обязательно постарается вытащить вас но, вкупе с делом Бахмана, ситуация выглядит довольно безрадостной.

– Постойте, унтершарфюрер! – окликнул его Гюнтер когда тот уже собрался уходить. – Вчера я не успел узнать какие именно у меня потери.. Кто выжил а кто погиб.. Можете ввести меня в курс дела?

Тот замялся и у Шольке засосало под ложечкой. Похоже, его ждут очередные неприятные известия. К удивлению, судьба подчинённых взволновала его куда больше собственной. Похоже, действительно он успел врасти в коллектив и теперь воспринимает своих солдат как.. пусть не младших родственников в семье но как близких товарищей, за которых несёт персональную ответственность.

– Хорошо, расскажу.. – решил Роске и снова уселся на стул, явно чувствуя себя не в своей тарелке. – Но мои данные не полные, поимённо назвать не могу.

– Пусть так! – кивнул Гюнтер, внутренне собравшись и приготовившись.

– Кроме вас и вашего заместителя Брайтшнайдера выжило сорок человек.. – признался помощник Дитриха и Шольке почувствовал как сердце болезненно заныло, заранее ощущая что многих он уже больше не увидит в строю. – На ногах остались семнадцать бойцов СС, ещё двадцать три человека отправлены в наш госпиталь с различными ранениями. Остальные погибли..

Гюнтер закрыл лицо дрогнувшей рукой, погрузившись в свои горькие мысли. Сорок!!! Всего сорок из общего числа почти под сотню человек, если брать всех членов экипажей броневиков и мотопехоту на "Ганомагах"! Это просто кошмар! Меньше половины тех с кем он начинал служить всего две недели назад! А за восемь дней до этого, в день наступления, они были полны жизни радовались каждому мгновению! Всего за неделю его отряд потерял больше половины личного состава! Это очень большие потери! И скоро в его "особом" блокноте список пополнится десятками фамилий тех кого он не смог уберечь от гибели, хотя и пытался как мог.. Слабым утешением служило то что при таком огромном несоответствии его сил и войск противника было вообще чудом что выжили хоть они. По всем правилам военной науки уцелеть под давящим катком целой танковой дивизии противника его отряду было бы невозможно! Даже учитывая неплохие укрепления и ПТО, которые и сделали основную часть работы.

– ..я не знаю поимённо но наибольшие потери, по словам солдат, они понесли когда сражались с прорвавшейся в город группой французских броневиков.. – продолжал рассказывать Роске, видимо, не замечая его состояния. – Эти "Панары" носились по улицам, расстреливая всех наших кто им попадался. Пока ваш посыльный добрался до резерва и передал приказ их уничтожить те успели натворить делов. Сначала бойцы пытались забрасывать их гранатами но получилось плохо.. А потом, когда ваши машины столкнулись с французскими, началась настоящая бойня. Никто не уступал! Броневики расстреливали друг друга в упор, сталкивались в таранах! Те кто выжил и смог вылезти наружу, бросались на противника с ножами, стреляли из пистолетов, били кулаками и душили.. Ни одного пленного из экипажей "Панаров" не было, все погибли в бою с нашими. Но прежде чем последний из них вспыхнул на улицах Вадленкура то и все ваши машины тоже были выведены из строя и сгорели. "Здоровяка" также больше нет.. – уточнил он, наверное, решив что Шольке это было особенно важно.

На самом деле ему был важен не только экипаж его "Здоровяка" но и любой другой. Но Гюнтер промолчал, чувствуя что не может сказать ни слова. Просто не смог найти тех что выразили бы всю его боль в этот момент. А Роске, увлёкшись, продолжал говорить дальше..

– По приказу Зеппа я каждый час пытался связаться с вами и сообщить время прибытия 10-й танковой дивизии, которую Гудериан по просьбе Дитриха послал вам на помощь.. Но вы не отвечали! Мы уже не знали что и думать. Лётчики над городом докладывали что поля под Вадленкуром заставлены сгоревшей и подбитой вражеской бронетехникой, ваши оборонительные позиции на окраинах разрушены и в них нет никакого движения. Где вы и ваши солдаты никто не знал. Сам город весь в дыму и было плохо видно что происходит внизу. Иногда на улицах виднелись танки и тогда штурмовики пикировали чтобы поразить их.. Наш полк ворвался в город через час после танкистов, которые добили прорвавшихся в него французов и контратаковали исходные позиции противника. Дитрих сам нашёл вас лежащим в церкви и храпящим так что стены содрогались.. – усмехнулся Роске, посмотрев на него. – И не велел вас будить, сказал, пусть выспится герой! Занялись ранеными, отправили их в госпиталь. А потом появился этот Бахман и всё завертелось на ночь глядя..

– Значит, весь наш полк ещё здесь? – Гюнтер повернул к нему голову.

– Нет, этим утром он по приказу Дитриха был отправлен вслед за танкистами на юг, в качестве пехотной поддержки, чтобы выйти в тыл сидельцам на линии "Мажино".. – огорчил его унтершарфюрер. – Здесь только Дитрих, я и пара человек из штаба. Весь полк, его штаб и тылы ушли на юг. Кроме вас с Бруно все остальные отдыхают и приходят в себя после этого боя. Ваш друг и медсестра пытались вас навестить но часовой не пустил, так что пришлось им тоже уехать..

– Ясно! – произнёс Шольке, снова вздохнув. – Если возможно, выпустите Бруно, он ни в чём не виноват. Просто выполнял приказ командира, мой приказ. Вся ответственность на мне!

– Я понимаю но это пока невозможно! – с сожалением развёл руками Роске. – Этот Бахман очень зол на то что ваш помощник с ним грубо обращался и угрожал оружием. Поэтому, чтобы тот снова не стал жаловаться отцу, Дитрих лично с ним поговорил и тот, узнав что вы под домашним арестом, добровольно согласился разделить ту же участь. Думаю, ему ничего особенного не грозит, как простому исполнителю приказа и завтра, после суда, если его оправдают, Зепп намерен его отпустить, сославшись на то что вашим выжившим разведчикам нужен временный командир.

Да уж, Бруно там накомандует без присмотра Гюнтера! Опять всеобщий пофигизм и расслабление.. Мда, а ведь похоже, даже если удастся увильнуть от казни то его карьере конец? Что он и озвучил в виде вопроса.

– Боюсь, так и есть.. – подтвердил унтершарфюрер с истинным огорчением. – Единственный кто точно может не только спасти вам жизнь но и оставить командиром разведчиков это сам фюрер. Но до него надо сначала добраться а потом ещё и убедить в вашей правоте что, как вы сами понимаете, невозможно сделать до завтрашнего утра.

Что верно то верно. И даже если это всё удастся сделать, что крайне маловероятно, то реакцию Гитлера вряд ли можно будет назвать положительной. В прошлый раз он вытащил его из-под носа Гиммлера только потому что к Еве успела обратиться Лаура, да и сам фюрер не хотел чтобы его "верный Генрих" начал допытываться насчёт письма. А так он был очень зол за тот случай когда пьяный Шольке избил патрульных, хотевших его задержать. Теперь же другая ситуация, разоблачение и допрос по этой теме ему вряд ли грозят. Да и всю важнейшую информацию которую он мог дать Гитлеру, уже раскрыл, а значит, по идее, больше не интересен.

– Возможно, вы хотите чтобы я кому-нибудь позвонил в Берлине и объяснил ситуацию? – внезапно предложил унтершарфюрер. И в ответ на удивлённый взгляд Гюнтера, доверительно поведал: – Зепп очень заинтересовался тем случаем когда вас вытащили из тюрьмы по приказу самого фюрера и решил что вы имеете весьма влиятельного покровителя в столице. Думаю, если так, то самое время воспользоваться его помощью. Завтра может быть уже поздно!

Вот оно что! Значит о нём наводили справки? В принципе, логично. Дитриху хотелось знать кого он назначил на должность своих "глаз и ушей", вот и задействовал свои контакты в СС. Хм, а ведь идея соблазнительная! Умирать-то не хочется, особенно когда завариваются такие интересные дела в мире! Допустим, он согласится.. Но кому тогда сообщить? Хотя выбор невелик. Ханна или Ева. Первая может повлиять на Геббельса который, в свою очередь, повлияет на Гитлера. А если колченогий не захочет повлиять в пользу Гюнтера? Тогда дело худо.. Ева? Та, будучи очень близкой к фюреру, наверняка сумеет найти ключик к главе Рейха и убедить его что живой Шольке гораздо выгоднее для него чем мёртвый. Смогла же она один раз это сделать, возможно, получится ещё раз? В конце концов, что он теряет в этом случае? Ничего. Что же касается выбора..

– Я был бы вам очень благодарен, Роске, если вы позвоните фрау Грубер из рейхсминистерства просвещения и пропаганды.. – сказал он ожидающему его ответа унтершарфюреру. – Объясните ей всю ситуацию без прикрас и посоветуйте, в случае необходимости, связаться с Евой Браун. Думаю, это всё что я могу вам сообщить. Если у них получится сообщить фюреру эту историю и причины моего поступка то он сможет справедливо рассудить нас. А если нет.. то завтра я в последний раз увижу восход солнца! – грустно усмехнулся Шольке.

– Ева Браун? – неподдельно удивился помощник Дитриха. – Вы знакомы с близкой подругой самого фюрера?

Гюнтер молча кивнул, не собираясь рассказывать как у фюрера растут на голове никому невидимые украшения. Ева теперь его очень близкая подруга, а не Гитлера, но другим пока рано об этом знать.

– Что ж, если так то, возможно, шансы на благоприятный исход вашего дела значительно вырастут.. – удовлетворённо сказал унтершарфюрер и снова встал, собираясь уходить. На этот раз Шольке не собирался его останавливать но тот сам обернулся на пороге.

– И ещё, оберштурмфюрер.. Наш "Папаша" приказал мне передать кое-что вам лично. Цитирую: "Отличная работа, парень! В том что Вадленкур не потерян и мы продолжаем наступление это полностью твоя заслуга! И уж поверь, я буду биться за тебя так же как и за других своих офицеров! Никто не скажет что я неблагодарен к тем кто вырывает для Германии победы зубами, рискуя их лишиться напрочь! Всем твои герои, погибшие и раненые, будут обязательно награждены, даже если мне потребуется лично выбивать этот приказ у нашего "огородника"! Спасибо тебе, Шольке, и благодарю за службу!" – старательно подражая голосу Зеппа произнёс Роске. – Уфф.. Вроде ничего не перепутал! Вот увидите, он обязательно спросит передал ли я вам сообщение.. – усмехнулся он, надевая пилотку.

– Передайте ему что я полностью уверен в его словах и нисколько в них не сомневаюсь! – ответил Шольке, пожимая ему руку и выходя вместе с ним в коридор.

– Это само собой! – сказал унтершарфюрер, остановившись перед дверью на улицу. – Обед вам скоро принесут а я пойду быстрее в штаб, доложить Зеппу и позвонить этой фрау! А вам желаю хорошенько отдохнуть перед завтрашним днём, уверен, душевное спокойствие вам не помешает в любом случае, каким бы не было решение суда! Удачи!

И вышел на крыльцо. А Гюнтер, тоскливо проводив его взглядом, оглядел невозмутимого часового-фельджандарма и вернулся обратно в комнату. Всё что от него зависело, он сделал, осталось лишь ждать результатов..

Берлин.

18 мая 1940 года.

Управляющий Ральф Айзенбергер.

Уже третий день он лежал в клинике Шарите и медленно выздоравливал под неусыпным контролем врачей и прочего медперсонала. Раны болели, но уже не так сильно как раньше, можно было даже не морщиться при неловких движениях. Несмотря на своё довольно плачевное состояние, в целом мужчина был доволен собой.

В преклонном возрасте, давно отвыкнув от молодецкой лихости, которой он так бравировал на фронте, Ральф сумел сделать по-настоящему правильный поступок – спасти ребёнка. Пусть и не от смерти, но всё равно.. В этой ситуации управляющий твёрдо знал что осуществил действие достойное и солдата и просто мужчины – защитил беззащитного. Ну а то что чуть не умер в процессе.. что ж, солдат всегда должен быть готов к гибели от врагов и не бояться этого. Что касается ран то тут тоже ничего необычного. В своё время он уже лежал в госпитале после той Верденской атаки и мог абсолютно точно сказать что сейчас врачебный уход за ним был намного лучший чем тогда, много лет назад. А за это следует обязательно поблагодарить Её милость, баронессу.

Отдельная, светлая палата, личная медсестра, усиленное питание с фруктами.. Ральф даже думать не хотел в какую сумму аристократке обходится каждый день лечения своего управляющего. Каждый раз, захваченный этой мыслью, мужчина обещал сам себе что постарается поскорее выздороветь и вновь приступить к своим обязанностям в усадьбе. Чувство благодарности к баронессе, и до этого бывшее высоким, поднялось ещё выше и он в который раз убедился что правильно сделал, не поддавшись соблазну сменить место службы у Марии фон Мантойфель на другую аристократическую семью. Может, там бы и платили больше но Ральф сильно сомневался что в такой ситуации новые хозяева стали бы тратиться на лечение управляющего. Скорее, уволили бы и взяли нового. Да и сам характер баронессы, её поведение в быту, поступки привлекали его, как человека честного и не любящего фальшь.

Она даже прислала к нему безнадёжно влюблённую Елену! Горничная умудрилась втюриться в него много месяцев назад и упорно старалась скрывать это, не подозревая что почти все в усадьбе заметили её чувства. И теперь всё своё свободное время Елена сидела в его палате, развлекая разговорами или рассказывая новости. Неизвестно почему но её голос оказывал на него какое-то усыпляющее воздействие.. Тембр или ещё что, но стоило ей минут пять поболтать не останавливаясь как Ральф засыпал, причём незаметно для самого себя. Даже если ночью уже хорошо выспался! Сначала та обижалась, думая что ему просто скучно, но когда она вчера в шутливой форме пожаловалась на это доктору тот наоборот успокоил женщину, сказав что это полезно для раненого. Во всяком случае, засыпать под её болтовню Ральфу нравилось больше чем читать газеты или какую-нибудь книгу между перевязками и приёмом лекарств.

Сейчас Елена ещё была на службе, обещая, как обычно, прийти вечером. Вздохнув от скуки мужчина повертел в руках книгу, раздумывая чем бы заняться, когда вдруг дверь палаты тихо открылась и внутрь быстро вошёл какой-то тип.

Ральф с удивлением посмотрел на него. Незнакомца он видел в первый раз и решил что тот ошибся дверью. Но, как оказалось, визитёр был именно к нему.

Среднего роста с обычным лицом, не считая внимательных глаз, непрерывно рыскающих по палате, гость подошёл к его кровати и бесцеремонно уселся на стул.

– Здравствуйте! Вы же Ральф Айзенбергер, верно? Управляющий Марии фон Мантойфель? – спросил он вкрадчивым голосом, от которого мужчина насторожился. Чутьё на неприятности проснулось и теперь еле заметно сигнализировало о проблемах. Вот только каких?

– Баронессы фон Мантойфель! – строго поправил его Ральф, уже начиная испытывать к незнакомцу стойкую антипатию.

– Хорошо, пусть будет баронесса.. – охотно согласился визитёр, не став спорить. – Честно говоря, мне всё равно. Я здесь по делу и у меня мало времени.

– Я тоже не горю желанием долго видеть вас, господин Безымянный! – честно признался мужчина. – И чем быстрее вы выложите это своё дело тем лучше!

– Я не представился? – иронично спросил тот. – Какая досада! Допустим, называйте меня.. Отто! Что же касается дела.. Оно очень простое. Нам нужны те деньги которые мы из-за вас потеряли! Вот и всё!

– Что?! – изумился Ральф, неосознанно пытаясь сесть. Но был ещё слишком слаб и, застонав, снова упал на подушки. – О каких деньгах вы говорите? И кто это "мы"?

Интересно, кто такой этот чудак? Пришёл сюда и требует у него деньги, непостижимая наглость! Эх, будь сейчас он в полной силе то вышвырнул бы этого дурачка пинком из палаты!

– Спокойно, господин Айзенбергер! – слегка отодвинулся тот, бросив взгляд на закрытую дверь. – Не надо так бурно реагировать! Вижу, вы ещё не поняли? Тогда я объясню. Всё дело в том что совсем недавно мой.. начальник должен был получить долг от некоего господина Бломфельда.. Семьдесят тысяч рейхсмарок! Очень даже неплохая сумма, верно? Но благодаря вашим неразумным действиям эта сделка сорвалась. И мы не только не получили денег которые должны были.. Но и потеряли наших людей. А это уже совсем плохо! Одного убили вы, другие двое схвачены. Мой начальник очень недоволен этим и твёрдо намерен не только получить свой долг но и компенсацию за причинённые проблемы! Ещё семьдесят тысяч. Итого – сто сорок тысяч рейхсмарок! Отличная сумма, не правда ли?

Несмотря на услышанное, Ральфа охватило веселье. Неужели эти бандиты собираются ему угрожать? Да ещё стребовать с него кучу денег за то что он спас мальчишку и не дал им нажиться на горе фрау Хаммерштайн? Если это правда то когда мужчина выздоровеет то вплотную займётся этими обнаглевшими преступниками! Нет, каково, а?

С трудом удержав улыбку Ральф спросил:

– Значит, самый главный бандит Ганс Бургхальтер решил чтобы я лично возместил ему потери? Правильно понимаю?

– Да, именно так! – подтвердил Отто, снова глянув на дверь. – Он очень сильный и жестокий человек, я бы вам не советовал злить его ещё раз. В тот раз он уже хотел лично приехать и разобраться с вами, но господин Бургхальтер не какой-то там уличный уголовник или бандит, как вы неправильно выразились, у него есть свои принципы. Именно поэтому он не стал снова пытаться красть того мальчишку или шантажировать его мать хотя, между нами говоря, другие именно на этом варианте и настаивали, так как это было бы безопаснее. Но, как я уже сказал, у него есть принципы, поэтому он желает чтобы вы лично принесли эти деньги! Как и где именно вы их достанете для него не имеет значения. Впрочем, эта ваша баронесса наверняка богатая и если вы сможете украсть из дома что-то ценное.. например, её украшения, и свалить это на другую прислугу то, скорее всего, она даже вас не заподозрит. Хотя, решать вам! Я лишь предложил вариант.

Да, вся компания этого Бургхальтера те ещё мерзавцы.. Ну что ж, похоже, дурные делишки этого толстого Бломфельда аукаются даже после его смерти. Похоже, придётся снова брать в руки оружие и окончательно решать этот вопрос. Естественно, не в нынешнем состоянии..

– Допустим, я соглашусь.. – со смиренным видом вздохнул Ральф. – Вы же видите что я даже с постели встать не могу. Придётся подождать..

– О, это не такая проблема! – махнул рукой Отто. – Он знает что вы тяжело ранены и готов подождать вашего выздоровления. После того как вы выйдете из этой клиники у вас будет неделя чтобы вернуть долг. Мой визит сегодня только для того чтобы получить ваше предварительное согласие. И если вы его не вернёте.. – визитёр философски пожал плечами.. – тогда умрёте! И вряд ли быстро и безболезненно. А долг вместо вас придётся отдавать кому-то другому.. Возможно, баронессе. Но и сумма там уже будет совершенно другой, вы же понимаете? Впрочем, безопасность её дочерей стоит намного дороже, верно говорю? – и неискренне улыбнулся.

Ах ты, сволочь!! Вот, значит, принципы какие! Женщин и детей не трогаем, но если по другому никак то.. трогаем! Очень удобные принципы, нечего сказать.. Ральф прикрыл глаза и заставил кулаки расслабиться. Спокойно, только спокойно! Не надо показывать ему свою ярость, пусть лучше думает что мужчина сломался. Они, наверное, не знают кем он был на войне, раз озвучили такие планы бывшему штурмовику. Что ж, это их огромная ошибка. Можно даже сказать, смертельная ошибка!

– Можете передать господину Бургхальтеру что я согласен! – хрипло сказал Ральф, полностью овладев собой. – Как только вылечусь то сразу займусь вашим делом. Не беспокойтесь, я всегда отдаю свои долги! – он сказал чистую правду, вот только смысл в словах был немного не тот что хотел услышать этот Отто.

– Вот и хорошо что мы договорились! – самодовольно улыбнулся тот, встав со стула. – Я обязательно сообщу подробности нашего разговора господину Бургхальтеру. Уверен, он будет рад услышать что мы поняли друг друга. А вы поскорее вылечивайтесь, это не только в наших но и в ваших интересах! Я ещё навещу вас чуть позже, когда вам станет лучше. А пока, до встречи! Приятно было познакомиться!

Отто напоследок снова улыбнулся и исчез так же тихо как и появился, закрыв за собой дверь. А Ральф, наконец, расслабился на подушках, размышляя о беседе. Ну что ж, Ганс Бургхальтер, если ты не по зубам полиции то это не значит что можешь спокойно спать по ночам! Пора связываться со своими друзьями и, образно выражаясь словами Олда Шаттерхенда, главного героя писателя Карла Мая, "выкапывать топор войны"..