Текст книги "За тебя, Родина! (СИ)"

Автор книги: Илья83

сообщить о нарушении

Текущая страница: 40 (всего у книги 129 страниц)

Танки бесстрашно шли вперёд даже когда их соседи вспыхивали как свечки, взрывались от детонации боекомплекта или бессильно останавливались на разорванных гусеницах. Казалось, они забыли что такое страх смерти. Всё больше и больше машин выходило из строя, поле заволокло удушливых дымом от горящей техники и иногда Антуану чудилось что в небо устремляются души тех его людей кто принял смерть здесь, на родной земле, в бою за свободу Франции. Их оставалось всё меньше и меньше, тех кто объезжал полыхающие остовы и наступал дальше. Но ни один танк не повернул назад! Ни один!

Стояли на месте только те кто был обездвижен но и они стреляли с места, пытаясь хоть как-то помочь товарищам, отлично понимая что следующий снаряд гуннов может стать последним для них самих. Кое-где в дыму мелькали выжившие, вытаскивая членов экипажа или спешно натягивая гусеницы. Гишар представлял что сейчас творится в боевом отделении почти каждой машины, хоть и не имел возможности связаться с ними. Стоны, ругань, команды, молитвы.. рёв двигателя, лязг орудийного затвора, запах пороховых газов.. Потому что то же самое было и в его танке.

"Somua" Антуана шёл в середине группы средних танков а прямо за ними наступали тяжёлые "B1 bis". Но несмотря на все старания Гишар так и не увидел откуда по ним стреляют смертоносные немецкие орудия. Казалось, снаряды прилетают из ниоткуда. Вот только результаты их попаданий вызывали у него настоящую ярость и щемящую боль. Ведь парни умирали даже не увидев врага! Что может быть хуже для солдата?! Проклятые немцы очень хорошо спрятали свои пушки и теперь танки его дивизии вынуждены были подходить как можно ближе чтобы обнаружить ублюдков. Конечно, они стреляли в подозрительные места но эффекта это не дало. Машины продолжали поражаться с пугающей скоростью, как будто всё летело мимо. Само собой, обзор из танка был не слишком хороший и это теперь стоило жизни множеству его подчинённых. Боже, помоги же нам!!

И помощь последовала мгновенно! Язык огня выстрела крупного противотанкового орудия Гишар заметил отчётливо, словно на картинке, как раз когда дым слегка рассеялся от ветра. Оказывается, длинный ствол был над самой землёй а орудие чуть-чуть возвышалось над ней! В добавок оно было закрыто густо наваленными ветками и маскировочной сетью. И если бы не этот предательский язык огня то он бы и не заметил его! Хитрые твари! Ну ничего, сейчас он разнесёт эту чёртову пушку!

Выстрел! Ещё выстрел! Снова!.. Но почти все снаряды летели выше или взрывались перед орудием, осыпая его щит осколками и землёй, что ничуть не мешало немцам продолжать жечь его танки. Другие машины тоже заметили куда он стреляет и сосредоточили огонь на немецком орудии. Что-то показалось Гишару странным и он, несмотря на опасность для жизни, открыл люк и выглянул наружу с биноклем. Что за?!..

Озарение внезапно настигло его! Ну конечно, как Антуан раньше не догадался?! Генерал, не сдержавшись, выругался, стиснув зубы от злости. Эти грязные "боши" умудрились использовать зенитное орудие в качестве противотанкового! Теперь понятно почему его танки поражались на таком расстоянии с убийственной эффективностью. Знакомый по картинкам верхний силуэт 88-мм орудия зловеще виднелся над земляным укрытием, деловито продолжая стрелять. Откуда оно только взялось? Неужели немцы успели привезти его после воздушной разведки и спрятать от мсье Леру? По всему выходит что так. Что ж, в оригинальности немецкому командиру отказать нельзя. Вот только это ему не поможет!

Нырнув обратно внутрь он приказал усилить огонь. Его танк и несколько других продолжали стрелять по вражескому орудию и через минуту оно замолчало, ствол не двигался. Всё, проклятая зенитка больше не опасна! Гишар видел что часть щита с левой стороны у неё вырвана, значит расчёт выведен из строя. Теперь можно продолжать атаку и ворваться, наконец, в город, тем более что и пехота подошла. Де Робер соизволил поддержать атаку, чёртов аристократ..

Внезапно его танк обогнал другой "Somua" со знакомыми знаками на броне.. Это же машина Поля! Какого чёрта он тут делает?! Антуан же приказал ему остаться! Ну, после боя Гишар ему устроит нагоняй по всем правилам за нарушение приказа! Не утерпел и увязался за ним.. Связаться по радио? Не отвечает, паршивец!

Вдруг тяжёлый танк, тот самый что сделал удачный выстрел и вывел вражескую зенитку из строя, вздрогнул и в нём начали рваться снаряды, вышибив широкий бортовой люк. Выживших не было.. Что?!

Ствол проклятого орудия опять двигался! Как такое может быть? Оно же должно было.. Снова выстрел и танк старого друга, смело устремившегося вперёд, резко остановился, окутываясь дымом. Поль!!! Нет!!! Подавив желание выскочить наружу и побежать к товарищу он ждал что люк откроется и наружу станет вылезать его экипаж. Но из танка никто не показывался.. Неимоверным усилием воли задавив в себе горестный крик Антуан впился взглядом в немецкую зенитку. Давить гусеницами эту длинноствольную тварь! Так чтобы её расчёт умирал медленно под его траками! Опять выстрел.. и один из его лёгких танков, подобравшихся намного ближе чем средние машины, разнесло на куски. Осталась только ходовая часть, ролики и части гусениц, раскиданные рядом с полыхавшим корпусом.

Подав команду идти вперёд Гишар заставил себя не смотреть на танк старого друга, сейчас он ничем не мог ему помочь, нельзя бросать экипаж. Надо сражаться дальше. А лёгкие танки, несмотря на весь свой огонь, так и не смогли никак помешать немецкому зенитному орудию собирать кровавую жатву на поле. Их становилось всё меньше и меньше..

Потеряв выдержку, охваченный яростью генерал приказал механику-водителю подъехать поближе, чтобы выстрелить с оптимального расстояния. Но смертоносный ствол тут же повернулся к нему и опередил. Антуан успел заметить смотревшее прямо на него дуло и сноп огня.. Сильнейший грохот! И Гишар, крича от боли, повалился с сиденья командира на пол боевого отделения. В ушах невообразимо шумело, голова кружилась, не было сил встать.. Неизвестно сколько прошло времени когда, наконец, он немного пришёл в себя, должно быть несколько минут.

Огюст и Шарль, бледные и с мутными глазами, держались за головы. Он осмотрелся, стараясь не двигать резко головой и преодолевая тошноту. Нигде не было ни следа пожара или пробития, двигатель молчал. Неужели броня выдержала с такого близкого расстояния? Настоящее чудо! Похоже, его ангел-хранитель решил что умирать ему пока рано.. Что ж, тогда продолжим!

Осмотр в треснутый от сотрясения прибор наблюдения показал что немецкая зенитка снова выведена из строя. На этот раз окончательно и бесповоротно. Трудно стрелять если ствол уткнулся в землю а сама установка превратилась в груду изуродованного металла. Да, крупповская броня хороша, но и для неё есть предел.

А на поле боя снова творилась бойня. На этот раз среди пехоты. Видимо, пока он с экипажем приходил в себя, подошедшие пехотинцы решились на последний рывок к городу и дорого заплатили за эту смелую попытку. Немецкие пулемёты буквально рубили их цепь на части и атака захлебнулась. Выжившие пытались спрятаться за любые укрытия чтобы спастись от пуль, но не у всех получалось. Что ж, значит снова танки должны проложить им дорогу. А ведь осталось их, вместе с его машиной, совсем немного. Десяток лёгких и несколько средних, причём, судя по знакам на броне, из разных рот и подразделений. Оба обескровленных батальона, наступавших с юга, смешались и теперь атаковали вместе, плечом к плечу.

На его глазах ещё одно немецкое противотанковое орудие откуда-то сбоку сумело поджечь и вывести из строя три "Somua" прежде чем его подчинённые смогли обнаружить и разделаться с ним. И теперь их стало ещё меньше.. Но, похоже, и тевтоны окончательно надорвались и больше ничем не могли ему помешать.

И тут небо показало что его надежды были явно преждевременными! Проклятые немецкие штурмовики появились как раз когда он уже поверил что победа близка. Зловещий вой и сильнейшие взрывы от которых генерал едва не прикусил свой язык. Ещё один тяжёлый "B1 bis", до этого потерявший гусеницу, разбросало по земле от прямого попадания бомбы. Также досталось одному из средних танков и, кажется, лёгким. Нельзя находиться на открытом месте!

– Огюст, быстрее в город! – хрипло приказал он механику-водителю, к этому времени успевшему снова завести двигатель. Тот явно был повреждён, надрывно ревел но работал, вёз танк в бой. – Там они нас не достанут!

Тот молча кивнул и тронул вперёд, показывая пример всем уцелевшим машинам. Антуан стрелял по окопам и всем местам где могут прятаться немцы но те куда-то внезапно пропали. Виднелись только их трупы кое-где. Огюст не сдержался и, подъехав к останкам проклятой зенитки, со скрежетом смял её обломки, попутно раздавив тела двух немецких артиллеристов. Жаль что эти ублюдки уже сдохли! За всё что они сделали с его танкистами Гишар бы не дал им умереть так быстро..

Перевалив через обрушившиеся окопы они, наконец, оказались в черте города, там куда так стремились и за что заплатили огромную цену. Антуан знал что к вечеру он недосчитается многих но даже представить себе не мог насколько мало их останется. В сущности, дивизию надо срочно отправлять на пополнение после боя, в нынешнем состоянии её боеспособность сильно ограничена и она пока не сможет полноценно выполнять боевые задачи.

Полуразрушенные, горящие дома, пустые улицы.. вот что их встретило когда они оказались в городе. Враги исчезли но Гишар уже давно потерял иллюзии что те все погибли или сбежали. Немцы наверняка готовят им новую пакость. Вот только где и когда?

За ним ехали всего два "Somua", последний тяжёлый танк и несколько лёгких.. Всё что осталось от двух почти полнокровных танковых батальонов, начавших наступление.. всего час назад?! Ему казалось что прошло уже много часов но нет, всего час. И этот час решил судьбу его дивизии и оборвал жизни сотен подчинённых. Ещё по бокам двигались пехотинцы, прижимаясь к машинам. Антуан надеялся что те будут выполнять роль прикрытия и разведки, чтобы не влететь в засаду на узких улицах, но солдаты сами явно боялись неизвестности и буквально жались к бронированным машинам. От таких вояк толку мало, хотя после той пулемётной мясорубки их можно понять..

Так, сейчас за углом будет церковь а потом и вся площадь. Надо будет занять её и потом.. Его глаза расширились от ужаса, увидев что ждало их на площади, и он отчаянно заорал, понимая что уже не успеет:

– Назад, Огюст!!! Назад!! Быст..

Грохот, жар, сильнейшая боль в ногах и предательская слабость.. Танк горел. Всё в крови, тело бессильно поникшего Огюста медленно сползло с дымящегося кресла механика-водителя и повалилось на пол. Шарль, коротко что-то прохрипев, вздрогнул и замер, не замечая как его форму охватывает огонь. Ему уже было всё равно.

Пламя всё больше набирало силу, подбираясь к генералу снизу, но Антуан не мог вылезти наружу. Чтобы это сделать надо подтянуться на руках и оттолкнуться ногами, потому что боковой люк перекосило и выбираться придётся сверху. А как это осуществить если твои ноги оторваны ниже колен и представляют собой месиво из костей, кожи и мяса? Никак. Боль, видимо, от шока, нарастала постепенно и Гишар отчётливо понял – сегодня, сейчас он умрёт. Его просто не станет, как не стало и его солдат. А значит, не будет освобождения Вадленкура и Седана. Не будет победного бокала шампанского на площади, как он обещал Юнцеру. Он не пожмёт руку де Голля. Немцы не будут отрезаны от снабжения и продолжат наступать, подминая своими сапогами его прекрасную Родину. Ничего этого не будет, Бог отвернулся от французов и решил помочь захватчикам. Что ж, значит это судьба. И, что самое худшее, все жертвы оказались зря. Всё мужество, смелость, отвага его людей, шедших на смерть за всё то что они считали правильным, оказалось впустую!

Осознание этого было хуже смерти и сильнее физической боли. Закрыв глаза он мысленно попрощался с Николь и детьми. А также попросил Бога о двух вещах.. Не разлучать их с Полем там где они окажутся. И позволить ему умереть быстро, без мучений от заживо горевшего тела. В конце концов, разве он много просит?

Но перед этим надо бы достойно уйти из жизни. И для этого успеть сделать то на что ему не дал времени враг.. Снаряд в стволе уже был и Антуан смог чуть довернуть башню. В прицеле оказалась диковинная машина, похоже, какой-то бронированный тягач, над кабиной которого хищно двигался длинный ствол очень похожий на тот что был у той чёртовой зенитки на окраине. "Колбасники" умудрились сделать мобильную установку, расположив её на тягаче. И она сейчас убила его, генерала Гишара. А он убьёт её и будет в расчёте!

Чувствуя как вот-вот потеряет сознание Антуан с трудом навёл прицел на установку но в момент выстрела дёрнулся от боли в ногах и снаряд ударил чуть ниже, смяв бронированную кабину с прорезями для водителя. Взрыв! И Антуан чуть улыбнулся, несмотря на досаду. Жаль, конечно, что попал немного не туда но зато теперь эта тварь никуда не уедет. Хорошо бы добавить, но сил снова зарядить пушку уже не было и он опять закрыл глаза, чувствуя что боль слабеет а сознание куда-то уплывает..

На этот раз Бог смилостивился и танк взорвался до того как к его телу подобрался огонь. Одно из желаний дивизионного генерала французской армии Антуана Гишара было выполнено. Что же до другого.. Об этом он узнает совсем скоро.

Центр Вадленкура, Франция.

17 мая 1940 года. Вечер.

Гюнтер Шольке.

Как же их осталось мало! Десятка три его эсэсовца, пехотинцы-разведчики, выжившие члены экипажей броневиков и остатки солдат Биссинга в количестве сорока с небольшим человек. В церкви, помимо десятков раненых, собрались все кто уцелел в бойне на окраинах города. Артиллеристы уничтоженных орудий под командованием Классена, ходившего с перевязанной головой, ремонтники Каульбаха, отложившие инструменты и взявшие в руки штатные карабины, да и вообще все кто смог добраться сюда.

К его облегчению все командиры, как ни странно, оказались живы, хоть и ранены. Биссинг держался за правое плечо и не мог стрелять. Неунывающий Классен, несмотря на повязку, деловито распоряжался, расставляя людей у узких окон. Брайтшнайдер прихрамывал на левую ногу, получив рану от твёрдого кома земли при близком разрыве.

Были плохие новости и хорошие.

Оборона рухнула и на юге и на западе, французы ворвались в город и теперь наступали к центру, продвигаясь медленно, опасаясь засад, на которые у немцев просто не было сил. Потеряны все противотанковые орудия, кроме мобильной зенитки, которая до последнего удерживала позиции на западе и уцелела лишь потому что часто меняла позиции, не давая противнику обездвижить себя. К сожалению, бронебойных снарядов у неё тоже почти не осталось, хоть расчёт стрелял экономно, стараясь следовать совету: один снаряд – один танк! Много раненых и отступать некуда, не бросать же их на поживу обозлённому противнику.

В довершение всему во встречных боях с прорвавшимися "Panhard-178" потеряны все броневики, тем более не все они были пушечными. Гюнтер, пока пробирался к церкви со своими людьми, сам видел в двух местах расстрелявшие друг друга в упор немецкие и французские бронемашины. Вся техника уже догорала, возле них лежали никем не убранные трупы экипажей, сумевших вылезти наружу. В одном месте люди, похоже, схватились уже после того как подбили друг друга. Французские разведчики и эсэсовцы стрелялись из пистолетов и в пылу боя резали противника ножами, лежавшими возле них.. Ожесточение боя было настолько велико что никто и не думал сдаваться или брать в плен. Победа или смерть стали девизом для каждой из сторон..

Из хороших.. Выжила, на первый взгляд, большая часть из его людей, несмотря на накал боя. Майснер, Виттман, Ковальски, Ханке, Сосиска.. Все они подошли к нему и явно были рады что их командир выжил. Сама церковь была старая и построена основательно, так что проломить толстые стены из танковых орудий нечего было и пытаться. Как уже сказано, уцелела "Дора", значит, есть чем жечь вражеские жестянки. И в довершение всему над городом по-прежнему кружили штурмовики, пытавшиеся достать на узких улицах французские танки.

– Как вы, командир? – подошёл к нему Брайтшнайдер, бегло оглядев его. – Я рад что "лягушатники" не смогли вас продырявить.

– Да, оберштурмфюрер, мы беспокоились за вас! – усмехнулся Классен, показав рукой на десятки людей с улыбками на лицах отдававших приветствие Гюнтеру.

– Спасибо, парни! – признательно улыбнулся Шольке, пожав им всем руку.. кроме Биссинга, из-за его раны. – Но окраины мы, к сожалению, не удержали. Плохо, но не катастрофа. Отсюда им нас не выкурить.. Что там у вас, Франк, докладывайте!

– А что докладывать? – пожал плечами тот, и поморщился от боли. – Держались как могли, уничтожили большую часть танков но они как с цепи сорвались, лезли как кот на валерьянку! Словно забыли страх смерти или им плевать на потери! Пришлось отступить иначе они бы ворвались с фланга и окружили нас. Чёрт, если бы не "Дора" то нас смяли!

– А где её командир? – спросил Гюнтер, оглядываясь. – Надеюсь, он жив?

– Да, вон он лежит! – показал рукой артиллерист в глубину церкви. – Он тяжело ранен и без сознания но врач сказал что должен выжить.

– Геройский парень! – кивнул головой вступивший в разговор Брайтшнайдер. – Но и наш лейтенант не промах! Когда того ранило а наводчик оказался контужен то он сам заменил его и встал к прицелу. Я видел в бинокль, минимум семь танков на его счету! Может претендовать на "танковую нашивку"!

Классен, что удивительно, умудрился покраснеть от похвалы. Он открыл рот чтобы ответить как вдруг малец Ханке, занявший наблюдательный пост у входа, закричал:

– Танки!!

Тут же раздался знакомый выстрел "Доры" и все с оружием в руках выбежали наружу, стараясь занять места за всеми мало-мальски надёжными укрытиями, наспех сооружёнными рядом с церковью. Кое у кого Гюнтер заметил связки гранат но в основном чисто пехотное оружие, годное чтобы сражаться с живыми людьми а не с техникой.

Так же выбежав наружу Шольке заметил как полыхает на углу неосторожно выехавший на площадь средний "Somua". Хотелось бы думать что он один но рёв моторов за домом говорил что там есть и другие танки. Прямо в лобовой броне вражеского танка была небольшая пробоина и Гюнтер был уверен что он полностью выведен из строя, но прямо на его глазах башня французской машины чуть повернулась и уставилась прямо на зенитную установку. Проклятье!!

– Осторожно!! – только и успел выкрикнуть он, падая в укрытие.

Затем, вроде бы подбитый, танк выстрелил.. И Шольке увидел как кабина тягача и его двигатель были смяты танковым снарядом. Капот и куски брони разбросало перед машиной, двигатель полностью вышел из строя а сама "Дора" чуть просела на лопнувшие и горевшие передние колёса. От сидевшего внутри водителя вряд ли что-то осталось среди обломков. Вот же сволочь! Успел отомстить, сука!

Теперь, даже если установка сможет стрелять то только с места. А это не продлится долго.. Первый же удачный выстрел из-за угла и всё, финита ля комедиа! Временный наводчик, придя в себя, снова выстрелил по недобитку и тот с грохотом взорвался, окончательно уничтоженный. Вот теперь точно выведен из строя!

Франк, сменив парня, сам встал на его место и нацелился на тот угол откуда ревели моторы. Пусть только высунутся "пуалю", живо продырявит! Но те поступили иначе..

Из окон ближайшего дома, около которого полыхал остов "француза", раздались выстрелы и сразу два человека из расчёта "Доры" повалились на землю, сражённые пулями! Классен пригнулся за щитом, начав поворачивать ствол на дом но тут же снова нацелился на угол когда послышался рёв двигателя. Танки только и ждут пока он отвернётся чтобы высунуться и разнести установку! Гюнтер выругался и вместе со всеми открыл огонь по дому. Надо прикрыть лейтенанта, он их единственная защита от вражеской бронетехники!

От двери церкви зарокотали сразу два пулемёта, заставив французских пехотинцев залечь за окнами. Но долго так их сдерживать не получится, надо что-то радикальное.. Но что? Внезапно через всю площадь к зданию тяжело побежал знакомый широкоплечий огнемётчик. Сосиска? Что он задумал? И получил ответ..

Тот, подбежав вплотную, стал щедро поливать огнём первые этажи здания, отчего внутри сразу возник пожар. Ну конечно, как же Гюнтер сразу не догадался? Выкурить этих тараканов из дома! Конечно, может там и мирные жители прячутся но это уже не проблема Гюнтера. Пусть винят в этом своих соотечественников, занявших их жильё под огневые позиции. Если тем их не жалко то почему Шольке должен волноваться? На войне как на войне, часто страдают невинные..

Прошло минут пять и дом полыхал почти весь. Стрельба из него прекратилась но французы, видимо, решились. И из-за угла выехали сразу несколько танков! Сначала три лёгких, стреляя на ходу из пушек и пулемётов, потом тяжёлый "B1 bis" и, наконец, два средних "Somua", прячась за его длинным корпусом. Решили задавить численностью.. Правильное решение, что тут скажешь. "Дора" успела выстрелить всего один раз. Проигнорировав лёгкие машины Классен всадил снаряд в борт тяжелого танка, мгновенно определив его как самого опасного противника. На таком расстоянии тому не помогла бы и вдвое большая броня и машина загорелась, так и не успев выстрелить. Но другие танки отомстили за него..

Франк не был дураком и успел спрыгнуть с установки за пару секунд до того как "Дора" превратилась в горящую кучу металлолома и, пригибаясь, заскочил внутрь церкви. Конечно, Гюнтер был рад что он выжил но теперь ситуация стала критической. Внутрь церкви французские танки не заедут но если встанут у входа и начнут стрелять в упор то это верная смерть. В довершение всех бед на другой стороне площади появились ещё танки. Только почему-то не слишком похожие на прежних..

Да это же?!!.. Не может быть!!! Выстрел! И один из "Somua", повёрнутый к тому боком, вздрагивает от попадания! И начинает дымить.. Такой родной силуэт "тройки", покрашенный в серый цвет! А вот и ещё одна выехала на площадь и выстрелила! Лёгкий танк словно налетел на стену. За ними появилась "четвёрка" с до боли знакомым "окурком" в башне, чуть повернулась и тоже добавила..

Гюнтер и все остальные солдаты, мысленно уже похоронившие себя, не веря глазам смотрели на выезжавшие немецкие танки и не могли сказать ни слова. Просто онемели от радостной неожиданности. Помощь пришла.. Та, на которую уже не надеялись. Как в кино, когда в последний момент приходит спасение. Но это реальность.. Значит, ещё поживём.

Уже все французские танки были подбиты и горели на площади, бой смещался обратно на южные окраины. Десятки своих танков проезжали через площадь не останавливаясь и исчезали за углом, чтобы присоединиться к разгрому противника. А Гюнтер, чувствуя как на него навалилась внезапная слабость, опустился на ступеньки церкви и растянулся прямо на них, чувствуя что всё плывёт перед глазами. Надо было встречать командира прибывших танкистов, позаботиться о раненых, узнать точные потери, докладывать начальству.. И он это обязательно сделает, вот только немного отдохнёт пару минут.. Совсем немного.. А то что-то усталость сильная. Сейчас полежит, встанет и начнёт.. всего минутку..

Там же.

Мсье Леру.

Оторвавшись, наконец, взглядом от забитого сгоревшей техникой поля мужчина молча надел старую шляпу и старческой походкой направился в лес. Там где раньше стояли тылы танковой дивизии этого генерала Гишара теперь слышалась стрельба и гудели моторы танков. Немецких танков. Кое-где уцелевшие пытались сопротивляться или же спасались бегством но это уже ничего не решало. Бой был проигран, дивизия уничтожена и Вадленкур по-прежнему захвачен. А значит ему пора вспомнить былые навыки и снова взять в руки оружие. Да, он уже не молод и руки отвыкли от винтовки но кто защитит изнемогающую страну если такие как он будут смирно сидеть дома и надеяться на армию? Нет, он ещё помнит как стрелять и убивать германцев. И пока они будут на его земле, он станет делать и то и другое! Ну а если погибнет.. Что ж, есть и другие старые солдаты! Есть кому ловить в прицел серые мундиры и партизанить в лесах..

Жаль этого генерала, он ему понравился. Его танкисты шли в бой красиво, не боясь смерти. Увы, этого оказалось мало. Но ничего, он отомстит за них! Жестоко отомстит! Немцы горько пожалеют что опять решили захватить Париж!

С этой мыслью мсье Леру разогнулся и направился дальше уже более бодро. Старческая походка исчезла, на лице появилась угрюмая решимость. Впереди ещё много дел, надо искать других людей, оружие, налаживать связи.. Борьба за свободу Франции продолжается!