Текст книги "Энтогенез 3. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Юрий Бурносов

Главная столица империи Цзинь пала после недельной осады. Чингисхан поручил взять ее Мухали. К этому моменту толстый нойон собрал в своем войске «левого крыла» много осадных машин и людей, умевших с ними обращаться.

Ворвавшись в город, монголы устроили там жуткую резню, убивая даже домашних животных. Подожженный императорский дворец горел больше месяца и по тому, как ветер отклонял дым от пожарища, шаманы предсказывали погоду.

Множество жителей Чжунду, и слуги императора в их числе, бежали в окрестные холмы и нагорья, не дожидаясь штурма. Сводящий с ума страх перед монголами сломал их волю, и никто не помышлял о сопротивлении. Мухали направил целый тумен всадников на розыск беглецов.

– Ловите тех, кто облачен в богатые одежды, – сказал он. – Всех пленных везите к нашему повелителю.

…Захваченных цзиньцев ввели в походную юрту Чингисхана. Пленников было пятеро. Четверо – пожилые, дородные сановники, облаченные в коричневые шелковые халаты, расшитые золотом. На квадратных нагрудных и наспинных буфанах – изображения птиц, животных и солнца. Животы вельмож перетянуты широкими поясами, украшенными серебряными бляшками.

Увидев кипу белых войлоков, на которых возлежал владыка монголов, сановники бросились на землю и уткнулись лицами в ладони. Пятый пленник, одетый в неброский синий кафтан, молодой человек, почти юноша, чье лицо украшала короткая бородка, тоже опустился на колени и поклонился Чингисхану, но сделал это не спеша, с подчеркнутым достоинством.

– Ты! – толстый палец Потрясателя Вселенной указал на молодого человека. – Подойди!

Нукеры тут же подхватили чиновника под мышки и подтащили к войлочному трону.

– Подними голову! – рыкнул Чингисхан. – Я хочу говорить с тобой.

Послушно посмотрев в глаза завоевателю, молодой человек не выдержал и отвел взгляд.

– Боишься, – удовлетворенно произнес Чингисхан и засмеялся. – Все вы, цзинь, меня боитесь.

– Да будет угодно повелителю услышать правду? – тихо, но твердо спросил чиновник.

– Какую еще правду?

– Я – не цзинь, хотя и состоял на службе у императора. По рождению я – кидань.

– Вот как? Кидани оказали нам хорошую услугу, укусив руку Алтан-хана, которую лизали много лет. Как тебя зовут?

– Елюй Чу-сай, если угодно господину.

– Что ты умеешь делать?

– Я изучал труды Конфуция и даосских мудрецов, – ответил пленник. – Кроме того, я знаю грамоту и счет, умею подсчитывать налоговые сборы, и обучен государственному управлению…

Чингисхан тяжело засопел, сел, широко расставив толстые ноги, обутые в мягкие кожаные сапоги.

– Что проку в этих умениях?

– Если господину угодно, я отвечу, – все так же тихо произнес кидань. – Мало завоевать новые земли. Ими нужно управлять, чтобы они приносили доход, чтобы новые подданные жили в мире и благополучии.

– В мире… – пробормотал владыка монголов, закатив глаза. – В мире… Хм… И что же, ты сможешь научить меня этому?

– Я – лишь ничтожный сухой лист, принесенный ветрами перемен к твоим ногам, господин. Чему может научить лист?

Твоя армия совершила невозможное – сокрушила империю Цзинь. Не тебе у меня, а мне надобно учиться у тебя.

– Ха, – лицо Чингисхана расплылось в довольной улыбке. – Что ж, кидань, не иначе как само Вечное Синее небо послало тебя мне. Кто твой отец?

Этот вопрос, обычный для монголов, заставил молодого человека побледнеть. Но, переборов замешательство, он ответил:

– Его звали Ила Люй, он был чиновником по особым поручениям при дворе императора, мой господин и учитель.

– И что же за поручения выполнял этот человек? – незамедлительно спросил Чингисхан.

– Он… Он ездил в монгольские степи… Там его знали под именем… Звездочет.

Молодой кидань умолк. Потрясатель Вселенной закрыл лицо ладонями. В тишине, наполнившей юрту, стало слышно, как потрескивают фитили масляных ламп да украдкой ворочаются на полу у входа четверо цзиньских сановников.

– Звездочет, – тихо произнес наконец сквозь пальцы Чингисхан. – Вот как сплелся ковер судьбы…

Отняв руки, он грозно взглянул на Елюй Чу-сая.

– Ты знаешь, что натворил твой отец?

– Знаю, господин мой и учитель.

– И ты не боишься говорить мне об этом?

– Нет.

– Почему?

– Наша жизнь – всего лишь краткий миг между двумя пределами великого ничто. Из ничего я вышел, в ничто и отправлюсь, чтобы возродиться для новой жизни.

– Не торопись, – со значением сказал Чингисхан. – Раз так угодно Тенгри, ты послужишь мне, ученый человек Елюй Чу-сай. Назначаю тебя моим советником.

– Милость учителя не знает границ, – кидань низко поклонился.

– А остальных… – Потрясатель Вселенной зыркнул на коленопреклоненных сановников и резко чиркнул себя большим пальцем по шее. – К праотцам!

Понимаю – это последняя попытка коня вернуть меня на истинный, в его понимании, путь. Он показал мне, как мой предок стал слугой и советником Чингисхана. Но я – не Елюй Чу-сай. И я не стану прислуживать тому, кто пролил реки крови в прошлом и наверняка не меньше прольет в будущем. Хватит, я наелся этого всего досыта. Осталось совсем чуть– чуть, и кошмар закончится.

…Верхушки сосен я замечаю случайно. Темно-зеленые облака хвои, прошитые медными жилками ветвей, они качаются над тростниковыми метелками, вселяя в мое сердце надежду. Сосны растут на песке, предпочитая сухие, возвышенные места. Значит, через несколько минут я смогу выбраться на твердь земную и отдохнуть.

Тяжелый рюкзак давит на плечи. Одежда промокла насквозь. В довершение всех бед пасмурное небо разразилось дождем, и теперь вода повсюду – и сверху, и снизу.

Ворочаясь, как медведь в малиннике, выбираюсь из тростников и вижу песчаный берег. Он в пяти шагах от меня. Сосны высятся чуть подальше. Серые небеса надо мной неожиданно прорезает ослепительно-белая полоса. Мощный рев заставляет меня пригнуться. Рев усиливается. Я задираю голову и вижу над сосняком сияющее пятно, окруженное языками пламени.

Секунду спустя пятно трансформируется в гигантский яйцеобразный аппарат, опускающийся вниз на огненных столбах. Поднимается сильный горячий ветер. Он вздымает в воздух песок, гнет сосны, укладывает на воду тростник. Я, все также по колено в воде, поднимаю руку, чтобы прикрыть глаза. И тут пламя гаснет, рев смолкает. Стальное яйцо раскалывается на четыре отливающие сталью дольки, которые еще в воздухе претерпевают удивительные изменения. Гладкие поверхности прорезают тонкие линии, каждая долька начинает дробиться, мелкие сегменты двигаются, срастаются, вытягиваются или, наоборот, утолщаются, и вот уже в нижней части долек я вижу по две опоры, а по бокам – нечто напоминающее огромные руки. Четыре человекообразные металлические фигуры, не меньше пяти метров в высоту каждая, мягко опускаются на песок. Их руки-манипуляторы заканчиваются устрашающего вида стволами, а из открывшихся на головогруди люков появляются зловещие острые головки ракет.

«Надо сваливать!», – запоздало думаю я.

Бежать и в самом деле поздно – вооруженные до зубов боевые шагающие машины, роботы, или чем там являются эти монстры? – находятся совсем близко. То есть они меня видят. Чувствуют. Осязают локаторами. И немедленно берут на прицел.

Такое вот будущее…

Один из четырех гигантов, издавая металлический шелест, начинает двигаться в мою сторону. Остальные занимают позиции на берегу.

– Черт! – машинально произношу я и поднимаю руки, показывая, что не имею никаких дурных намерений.

А что еще остается делать?

От холода и волнения у меня зуб на зуб не попадает. Монстр подходит совсем близко. Он нависает надо мной, как Голиаф над Давидом. Вот только у Давида была смертоносная праща, а у меня – только пистолет Нефедова. Он годится лишь на то, чтобы застрелиться.

Гигант останавливается. Надо что-то делать.

– Я пришел с миром! – кричу изо всех сил и поднимаю руки выше, мол, смотрите, у меня ничего нет.

Неожиданно выпуклые сегменты брони на груди монстра раздвигаются, и я вижу внутри человека. Настоящего человека будущего. Он облачен в серый комбинезон, перехваченный в нескольких местах металлическими полосками; на голове – шлем с прозрачным забралом.

Воспринимаю все увиденное спокойно. Похоже, я просто разучился удивляться.

С тонким скрипом на песок ложится пандус и человек спускается, покидая свою боевую машину. Я рассматриваю его лицо, худощавое, усталое, с тонкими, плотно сжатыми губами. Глубоко посаженные глаза смотрят на меня с интересом, но в них я замечаю еще что-то… Удивление? Недоумение? Да, пожалуй, именно недоумение, словно хозяин стального титана не ожидал меня встретить.

Или ожидал, но не меня?

Он делает шаг, другой, поднимает забрало и негромко спрашивает:

– С кем имею честь?

Спрашивает по-русски!

Замечаю у него на груди, там, где сердце, белый кружок, а в нем греческую букву β.

– Артем Новиков, – отвечаю, как во время представления на соревнованиях, и добавляю зачем-то: – Город Казань, Советский Союз.

Человек улыбается, приветливо машет рукой – выходи, мол, чего стоять в воде. Опускаю руки, выбираюсь на берег, сбрасываю мокрый рюкзак.

– Меня зовут Иван Ильич, товарищ Артем, – говорит человек. – Я так понимаю, вы – посланник?

– Т-товарищ? – у меня в голове творится черт знает что.

– Ну, естественно, – он продолжает улыбаться, хотя улыбка становится какой-то резиновой, ненастоящей.

– Вы давно в пути? – интересуется Иван Ильич, внимательно разглядывая меня.

– Очень давно, – искренне отвечаю я.

– Быть может, поднимемся на борт, – он кивает куда-то вверх. – Отдохнете, пройдете курс восстановления…

– Увы, – развожу руками, – дел много.

– Да, дела, дела… – туманно произносит Иван Ильич. – А почему он сам не пришел?

Кто такой «он» – я, конечно же, не знаю. И чтобы не попасть впросак, неопределенно пожимаю плечами.

– Но у вас есть что-то для меня? – опять очень неопределенно спрашивает он.

«Что у меня должно быть? – я чувствую себя неуютно. – Похоже, этот Иван Ильич принимает меня за другого. Вот откуда это радушие! Сейчас все вскроется, выяснится, и он отдаст приказ своим бойцам размолотить меня в пыль».

И тут я вижу шеврон на рукаве. Темно-синий круг, вверху – красная звезда, в центре – черный волк на фоне полной Луны, а внизу две буквы: АП.

Мои последние сомнения рассеиваются. Эмблема почти такая же, как у нашего отряда «Црвены Вукови». Все верно, все правильно! Будущее наступило. И в нем победили наши. Поэтому я отвечаю на последний вопрос моего визави утвердительно:

– Да, есть. Вот, возьмите.

Иван Ильич озадачен. Иван Ильич даже напуган. Он неуверенно протягиваю руку, словно второй кожей облитую серой металлизированной тканью.

Я снимаю с шеи коня и вкладываю фигурку в его ладонь.

Вот и все. Так просто, так буднично. Не ощущаю ни головокружения, ни ментальных воплей из прошлого, ни холода, ни жара.

Ни-че-го.

Конь проиграл. А я? Я выиграл? Впрочем, сейчас раздумывать над этим вопросом нет времени. Потому что Иван Ильич спрашивает:

– Это он направил вас?

Опять загадочный «он»! Но надо что-то отвечать и я говорю чистую правду:

– Я должен передать… вам. В вашем времени. Для ученых. Это очень важно.

– И все? – глаза Ивана Ильича буквально впиваются в меня.

Я смотрю на него, и с удивлением замечают, что радужки этого человека меняются. По ним расползаются от зрачков разноцветные волны. А, ну да, он же теперь имеет предмет! Однако быстро, у меня, помнится, глаза поменяли цвет чуть ли не через неделю после того, как я открыл шкатулку и взял коня в руки.

– Все.

– Ну, спасибо вам, – Иван Ильич перекладывает фигурку в левую руку и протягивает правую.

И тут где-то глубоко в душе у меня начинает шевелиться червячок сомнения.

– Я живу в конце двадцатого века.

– Добро пожаловать в будущее! – он улыбается.

– У вас уже коммунизм?

– Практически да, – улыбка становится шире.

– А зачем тогда все это? – я киваю на шагающую машину. – Разве в двадцать пятом веке воюют?

Он бросает на меня быстрый взгляд.

– Нет, конечно. Это для защиты.

– От кого?

– От диких зверей. Тут… – Иван Ильич обводит окрестности, – давным-давно поселились люди, решившие уйти от цивилизации. Неформальное движение «Назад к природе», не слышали?

– У нас такого, кажется, еще нет.

– Ну, это дело наживное, – продолжает улыбаться он. – Так вот, мы защищаем общину этих чудаков, следим, чтобы они не пострадали от зубов и когтей своей матери…

– Матери?

– Природы.

Я окончательно успокаиваюсь, тоже улыбаюсь. Господи, хорошо-то как! Конь больше не давит мне на грудь, я не чувствую его обжигающе-ледяных прикосновений.

– Давайте прощаться? – спрашивает Иван Ильич. – До свидания, товарищ Новиков!

– До свидания, товарищ!

Мы наконец жмем друг другу руки. Он идет к своей жуткой машине, я смотрю ему вслед…

Иван Ильич вместе со своими бойцами улетают в дыму и пламени. Возносятся за пределы зримого мира, как говорили в старину. Я провожаю глазами их удивительный боевой корабль до тех пор, пока он не исчезает за облаками.

Поворачиваюсь и бреду через тростники обратно к линзе. Бурление вод, запахи, вязкая топь под ногами… И несмотря на это, на душе у меня царит полное умиротворение. Я сумел победить, пересилить мощь коня – и Чингисхана.

Я – свободен! Теперь уже окончательно и абсолютно. И отныне никто и никогда не сумеет навязать мне свою волю. Что там Нефедов говорил про беспредметников? Может, это и есть мой дар?

Что же касается коня… Люди будущего, я убежден в этом, сумеют разобраться с предметом. Они изучат его, они применят его силу на пользу всему человечеству.

И уж точно они не дадут Чингисхану начать новую войну. Просто потому, что войн тут нет. Хотя… если нет войн, для чего тогда боевые шагающие машины? А, ну да, Иван Ильич же говорил – для защиты одичавших неформалов от местной фауны.

Конечно, есть какое-то несоответствие между вооружением стальных гигантов и степенью опасности обитающих на болотах животных. Но мне сейчас не до этого.

Я теперь – странник. Чужой среди чужих. У меня есть карты Нефедова и пистолет. И меня ждет линза. Ждут аномальные зоны. Ждут пустынные демоны. Ждет спящий у костра Нефедов. Он сразу все поймет, едва увидит мои глаза. Поймет – и взбесится. Мне на все это плевать.

Потому что где-то там, среди призрачного лабиринта аномалий, среди пространства и времени меня ждет Телли…

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…

СЕРГЕЙ ВОЛКОВ

Российским читателям Сергей Волков знаком по фантастическим романам «Пасынок судьбы. Искатели» и «Пасынок судьбы. Расплата», «Твой демон зла. Ошибка» и «Твой демон зла. Поединок», по романам цикла «Пастыри»: «Последнее желание», «Четвертый поход», «Черные бабочки» и «Огненный дул».

В 2008 году вышел роман «Объект «Зеро»», повествующий о героической робинзонаде наших далеких потомков на загадочной планете Медея, в 2009 – мистический боевик «Стража последнего рубежа».

В настоящее время писатель живет в Москве, занимается журналистикой и литературным трудом. Женат, воспитывает двух дочерей и сибирскую кошку. Увлекается чтением исторической литературы, поэзией, любит хоккей и жареное мясо.

1. История Артема Новикова закончилась?

Я бы так не сказал. Наоборот, он – двадцатилетний парень, стоит, можно сказать, на пороге жизни. Правда, к этому возрасту Артем уже набрался такого жизненного опыта, что ни дай бог никому. И тем не менее я уверен, что мы еще не раз встретимся с Новиковым на страницах книг сериала «Этногенез».

2. Кто такой Иван Ильич из будущего?

Ответ на это вопрос ищите в книге «Сомнамбула 3». Иван Ильич – оперативный псевдоним одного из главных героев этой серии. Могу еще добавить, что все персонажи проекта «Этногенез» – неслучайные люди, все они так или иначе работают на основной сюжет и являются микрочастичками нашей огромной мозаики.

3. Чем занимаются странники? Что они ищут в аномальных зонах?

Со странниками вопрос сложный. Мне всегда казалось, что слово «странник» произошло не столько от «странствовать», сколько от «странный». Вот эти люди, живущие внутри аномальных зон, как раз и отличаются от других своей «странностью». Им интересно там, где нормальный человек не проживет и дня. Их притягивает этот экстрим. Ну, а ищут они, конечно же, в первую очередь новые знания. Хотя кто-то – и материальную выгоду.

4. Описанная в романе «Чингисхан 3» история падения Сербской Краины – это правда или авторский вымысел?

Все главы, связанные с этой трагической страницей современной истории – чистая правда, все эпизоды основаны на реальных событиях. Вымышленными являются только герои, бойцы сербского сопротивления. И операция «Буря», проведенная хорватами при поддержке войск НАТО, и приведшая к падению Сербской Краины – тоже исторический факт.

5. Елюй Чу-сай действительно сын Звездочета, убившего отца Чингисхана?

Историки считают отцом Елюй Чу-сая киданьского князя Ила Люя. Он занимал высокие посты при дворе императора Цзинь, делал переводы китайских книг на чжурчженьский и киданьский языки. Кроме того, Ила Люй выполнял секретные поручения императора в соседних землях, и умер при невыясненных обстоятельствах в 1191 году, когда маленькому Елюй Чу-саю было всего два года. Добавлю еще, что Ила Люй был известным астрологом и предсказателем.

6. Артем найдет Телли?

Судя по характеру Артема, он никогда не отступает от задуманного. Если решил найти – найдет обязательно. Конечно, для этого ему придется стать странником, но с другой стороны разве деятельная и решительная натура Новикова будет противиться этому, тем более если речь идет о любимой девушке?

7. Соломон Рувимович – один из самых загадочных персонажей серии. Кто он?

Наблюдатель. Человек, который знает истинную историю человечества и все, что связано с предметами, но никогда никуда не вмешивается, предпочитая скромную жизнь книжного торговца. Единственное исключение Соломон Рувимович делает для Артема, хотя не исключено, что он тоже ведет свою игру.

8. Нефедов – это Нестор? На чьей он стороне, какие цели преследует?

Нефедов – авторитетный странник, один из немногих людей, кому удалось познать механизм пространственно-временных связей, образованных линзами. Он может путешествовать в разные эпохи, менять свой возраст. И, конечно же, вполне может оказаться знакомым нам Нестором. А вот какие у него цели?.. Доподлинно известно только, что он охотится за предметами. Сказать что-то больше сложно – Нефедов неуловим и его история далека от завершения.

9. Как вы теперь, написав три книги, относитесь к личности Чингисхана?

Неоднозначно. И в процессе изучения исторических материалов мое отношение к Чингисхану менялось. С одной стороны это величайший завоеватель, крупный политический деятель, «Человек тысячелетия», оставивший огромный след в мировой истории. С другой – жестокий, коварный и безжалостный тиран, по одному слову которого истреблялись целые народы. Личность яркая, одаренная, но пугающая, не зря один из его титулов звучал как «Потрясатель Вселенной».

10. Но Чингисхан еще появится на страницах проекта «Этногенез»?

Возможно, но не как действующий герой. Мне кажется, что наш мир пережил достаточно потрясений. Так что пусть спит спокойно в ледяной пещере под горой Хан-Тенгри.

Кирилл Бенедиктов
Эльдорадо. Книга 1
Золото и кокаин

Пролог

Все это случилось очень давно.

Я прожил долгую жизнь и не жалею ни об одной минуте из тех девяноста трех лет, что подарила мне судьба. Если бы мне предложили начать жизнь заново, я бы, наверное, отказался.

Но вот если бы кто-то – добрый волшебник, ангел или сам Бог – позволил мне прожить еще столько же, я бы согласился, не раздумывая. Потому что я, видевший на своем веку немало удивительнейших, чудесных вещей, побывавший в местах, где, как принято говорить, не ступала нога человека, встречавшийся с людьми, о которых когда-нибудь напишут в учебниках истории, – нисколько не утратил интереса к миру. В глубине души я все тот же любознательный юноша, который семьдесят лет назад отчаянно и безрассудно пустился на поиски приключений.

С тех пор изменилось многое. Мир стал другим, более спокойным и комфортным. Сегодня почти невозможно представить, что в годы моей молодости почти вся планета была испещрена очагами локальных вооруженных конфликтов. Сомали, Босния, Косово, Афганистан, Ирак, Ливия, Сирия, Индонезия. И, конечно, Колумбия – территория необъявленной войны между правительственными войсками и отрядами революционных повстанцев. Повстанцев, одним из которых я когда-то был.

За моими плечами – три войны и две революции. Сейчас, глядя на себя в зеркало, я и сам не верю, что этот тощий, как жердь, лысый старикан считался одним из самых опасных полевых командиров на западных склонах колумбийских Анд. Впрочем, шрамы, которые остались от тех славных времен, убеждают меня, что это действительно так. У каждого из этих шрамов своя история, и каждую я помню в мельчайших подробностях. Годы оказались добры ко мне – разменяв десятый десяток, я сохранил трезвый ум и ясную память. А может быть, нужно благодарить не годы, а современную науку – во времена моей молодости болезнь Альцгеймера была настоящим бичом пожилых людей, а теперь о ней нет ни слуху ни духу.

Не беспокойтесь, я не собираюсь злоупотреблять этим даром. Старость говорлива, иногда чересчур, а молодости всегда не хватает терпения. Отдавая себе в этом отчет, я не стану утомлять вас воспоминаниями, имеющими ценность лишь для меня одного.

Но одну историю я все же хочу рассказать. Просто потому, что больше это сделать некому. Все, прикоснувшиеся к древней тайне, – мертвы. Все, кроме меня. И если я промолчу, тайна Золотого Человека, тайна Эльдорадо уйдет в небытие вместе со мной. А мне бы этого не хотелось – слишком дорогую цену я заплатил, чтобы узнать, что скрывается в глубине непроходимой южноамериканской сельвы, что спрятано на дне пещерных колодцев, куда никогда не проникает солнечный свет. Вероятно, шесть веков назад нечто подобное испытывал благородный испанский идальго Диего Гарсия де Алькорон, чья удивительная история так тесно переплелась с моей. Он сумел поведать о своей жизни и приключениях потомкам, описав их в толстенной – восемьсот с лишним страниц – рукописи, которую позже назвали «Манускриптом Лансон». Лансон, то есть наконечник копья, украшал родовой герб семьи Алькорон, изображение которого Диего поместил на кожаный переплет своей книги. В тот день, когда я впервые открыл этот тяжелый, пахнущий пылью и временем том, брошенное из глубины веков копье попало в цель. Послание давно умершего конкистадора нашло своего адресата, и мне оставалось лишь следовать за путеводной нитью, уводящей далеко за пределы привычной для нас реальности. Но я, кажется, забегаю вперед.

Сначала я думал начать свой рассказ именно с того момента, когда я обнаружил «Манускрипт Лансон» в библиотеке старинного доминиканского монастыря у подножия белоснежного вулкана Пураче. Но я никогда не попал бы туда, если бы не скрывался от наемных убийц человека по имени Эстебан Рамирес, одного из самых жестоких и безжалостных наркобаронов Южной Америки. А Рамирес, в свою очередь, не пустил бы по моему следу своих гангстеров, если бы не зеленоглазая красавица Амаранта Гарсия Оливеро, которую он считал своей собственностью и которую так и не смог простить. Наша же встреча с Амарантой произошла благодаря командиру экипажа «Кита» по кличке Кэп, с которым я познакомился в январе 1995 года в Венесуэле. А в Венесуэлу я попал из заснеженной декабрьской Москвы, и вот там-то, пожалуй, и находится истинная точка отсчета. Дорога в тысячу ли начинается с первого шага, говорят китайцы, но перед тем, как сделать этот шаг, человек всегда делает выбор. Пойти ему налево или направо; выбрать короткий и опасный путь или же длинный, но не сулящий неприятных неожиданностей. Семьдесят лет назад я выбрал свою дорогу, и теперь, оглядываясь назад, вижу, что выбрал ее правильно.

Хотя бы потому, что мне повезло дойти до самых врат Эльдорадо – и вернуться живым.

Тому, кто захочет повторить мой путь, я советую перечитать старинное стихотворение Эдгара По, которое так и называется – «Эльдорадо»:

 
Gaily bedight,
A gallant knight,
In sunshine and in shadow,
Had journeyed long,
Singing a song,
In search of Eldorado.
But he grew old —
This knight so bold —
And o`er his heart a shadow
Fell as he found
No spot of ground
That looked like Eldorado.
And, as his strength
Failed him at length,
He met a pilgrim shadow —
«Shadow,» said he,
«Where can it be —
This land of Eldorado?»
«Over the Mountains
Of the Moon,
Down the Valley of the Shadow,
Ride, boldly ride,»
The shade replied, —
«If you seek for Eldorado!»
 

Есть несколько переводов этого стихотворения, но я, как ни странно, лучше всего помню далеко не самый изящный по стилю и довольно далекий от первоисточника вариант. Может быть, все дело в последней строфе. Вот этот перевод:

 
«Прощай, жена! —
И в стремена. —
Прощайте, малы чада!
Как бог, богат
Вернусь назад
Из царства Эльдорадо!»
В лесах, в степи —
Терпи, терпи, —
Среди песка и чада.
Туман, мираж.
Куда ж, куда ж
Девалось Эльдорадо?
И наконец,
Полумертвец,
Он Скверны встретил Чадо.
«О Чадо Зла,
Зачем лгала
Мечта об Эльдорадо?»
«Ха! В царстве Смерти,
Средь химер,
Те спят земные чада,
Кому по гроб
Хватило троп
В пещеры Эльдорадо!»
 

Каждый раз, повторяя про себя эти стихи, я ясно представляю, что увидел искавший свое Эльдорадо рыцарь. И каждый раз меня бросает в дрожь. Впрочем, надо признать, что судьба оказалась благосклонна ко мне. Только поэтому вы и читаете сейчас эти строки.

Что ж, всему свое время. Время прокладывать пути в неизведанное, продираясь сквозь джунгли и горные ущелья, и время вспоминать об этом, сидя у камина и кутаясь в теплый плед-шотландку. Дымить трубкой, греть озябшие ладони о стакан с горячим грогом и вести неторопливый рассказ о былых приключениях. Грог пахнет пряностями – а пряности были второй, после золота, причиной, гнавшей отважных испанских конкистадоров в гиблые дождевые леса на восточных склонах Анд. Этот аромат неизменно будит во мне воспоминания о тех жестоких и прекрасных годах, которые я провел среди партизан и контрабандистов, наркобаронов и торговцев оружием, индейцев и креолов, ловцов жемчуга и грабителей могил. Это аромат моего прошлого.

Если вам все еще хочется пройти вместе со мной по «тропам в пещеры Эльдорадо» – прошу вас, садитесь в кресло, наливайте себе горячего, пахнущего корицей напитка и слушайте.

Итак, все это случилось очень давно…