Текст книги "Энтогенез 3. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Юрий Бурносов

Соавторы: Кирилл Бенедиктов,Сергей Волков,Александр Чубарьян,Юлия Остапенко,Андрей Плеханов,Карина Шаинян,Максим Дубровин,Алексей Лукьянов,Вадим Чекунов,Иван Наумов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 189 (всего у книги 309 страниц)

– Как ты сюда попал, турист? – продолжал спрашивать Куаутемок. – Туристы сюда не попадают.

– А как это вообще называется?

– Каса-дель-Эскория. Жилище Нечисти. Когда-то – государственная тюрьма, сейчас – то, что ты видишь. Хотя есть и государственные тюрьмы, которые ничем не лучше. И как ты сюда попал, русский?

– Нас похитили. Меня и товарища, – Ник показал на клетушку, из которой с интересом и тревогой наблюдал за ними Бад.

– Знакомое дело. Хесус или кто-то для Хесуса?

– Я так понимаю, не сам Хесус. Военные, – Ник не знал, для чего рассказывает улыбающемуся человеку все детали, но тот располагал к себе. Притом Куаутемок мог дать информацию, которой у Ника не было. Вот уже и название всплыло…

– Военные – это плохо, – помрачнел Куаутемок, ухитрившись притом сохранить улыбку на лице. – Военные не работают сами по себе, их кто-то навел.

– Подполковник Магальон. Вам это о чем-то говорит?

– Нет, я не знаю этого человека, – покачал головой Куаутемок. – Мало ли в мексиканской армии подполковников.

«Мало ли в Бразилии донов Педро», – тут же вспомнилась Нику бессмертная цитата.

– Ваши дела плохи, – сказал Куаутемок. – Отсюда не убегают. Хесус – мерзавец и подонок, но хороший руководитель. Вас не отправили на работы, как я вижу?

– Да, Хесус распорядился. Я не знаю почему.

– Рано или поздно отправят, если вы не заплатите. Хотя лучше вам не платить…

– Это я понял, – мрачно сказал Ник. – То есть выхода нет.

– Выход всегда есть, – еще шире улыбнулся мексиканец. – Его просто нужно поискать. Я вот пока не нашел, но не теряю надежды.

– А вы здесь давно? – спросил Ник.

Куаутемок поковырял толстым пальцем в ухе, внимательно рассмотрел то, что добыл в его недрах, и сказал:

– Шестой год.

ГЛАВА 15
FALLOUT

Неизвестно где, неизвестно когда

Лекс смотрел прямо перед собой и не верил своим глазам.

Впрочем, он мог с тем же успехом посмотреть в любую другую сторону. Потому что слева и справа от них были высокие слоистые холмы, покрытые красно-желтой пылью и песком. Сзади – пустыня того же цвета, а за ней – снова холмы. А прямо перед ними, метрах в ста – шоссе и обгоревший остов трехосного междугороднего автобуса на обочине.

Изо всех сил жарило солнце. Пейзаж казался на редкость безжизненным, даже когда по песку с потрясающей скоростью промчалась небольшая ящерка.

Только после этого Андерс выругался так извращенно и сложно, что Лекс понял – это все происходит на самом деле.

Пару секунд назад они под внимательным взглядом странного человека по имени Игнат лезли в какую-то пещеру. Сзади остались вездеход, полуостров Бутия, мороз, снег, ветер, мертвые эскимосы в своем становище и странное существо, которое убивало.

Из всего этого здесь имелся лишь ветер. Горячий, полный мелких пылинок.

Организм слегка запоздало среагировал на огромную разность температур. Под мышками и по спине заструился пот. Лекс решительно расстегнул вжикнувшую молнию и сбросил куртку.

– Что за черт?! – воскликнул Андерс. – Этот ублюдок нам что-то вколол! Это же глюки, Лекс! Не раздевайся, ты замерзнешь!

– Это не глюки, – сказала Лиска рассудительно. – Если мне жарко, значит, мне жарко. Если я вижу песок, значит, это песок. Тем более я могу его потрогать.

В доказательство своих слов она присела на корточки и набрала полную горсть песка. Пропустила его сквозь пальцы, глядя, как он стекает вниз.

– Не, ну что за ерунда?! – Андерс оглядывался по сторонам с видом затравленной фокстерьерами крысы. – Так не может быть!

– Помнишь, Бад рассказывал нам про инопланетные технологии на службе Четвертого Рейха? – спросил Лекс, подставляя лицо солнцу и наслаждаясь теплом его лучей.

– Помню. И что?

– Ты, если не ошибаюсь, вопил, как это круто. Что, если сейчас мы столкнулись с чем-то подобным?!

– Типа? Портал между мирами?

– Например.

– Погоди. Ты хочешь сказать, мы не в нашем мире?! – опешил наемник. Он упал на колени, как и Лиска, набрал полную горсть песка. Поднес к лицу, понюхал зачем-то. – Не понимаю… И это называется «безопасное место»?

– Здесь тепло, – резонно заметил Лекс. – И нет твари, которая хочет разодрать тебе брюхо и отгрызть пальцы. По-моему, уже достаточно для безопасности.

– Зато этот идиот не сказал нам взять сумки! – Андерс злобно отшвырнул песок в сторону. – Мы же оставили их в поселке! Всю жратву! Запасные магазины!

– Он и не знал про наши сумки, – вставила Лиска. – Мы сами про них забыли. Лохи мы, чего уж…

– Мне все-таки кажется, что это наш мир, – сказал Лекс. – Солнце, воздух… Автобус, вон, взгляни. Обычный автобус, рейсовый.

– Вот только выглядит так, словно сгорел года три назад, – язвительно произнес Андерс. – И шоссе наполовину засыпано, его никто не чистит.

– Есть масса подобных мест, – не сдавался Лекс. – Мало ли на Земле пустынь, заброшенных городов и дорог… Свалок, в конце концов.

Андерс не нашелся, что ответить, и стал обшаривать куртку. Потом схватил одежду Лекса, проверил карманы. Лиска подала ему свою.

– Итак, у нас есть пистолеты, четыре обоймы патронов, пять магазинов к винтовкам, – сказал наемник, проведя быструю ревизию. – Все остальное – там… А если эта падаль вылезет через портал вслед за нами?!

«А вот это уже имело смысл», – подумал Лекс. Торчать здесь в любом случае было глупо, надо двигаться. Искать еду и воду, в конце концов. Лекс подобрал свою куртку, свернул и сунул под мышку. Жарко-то оно жарко, но кто знает, что случится дальше. Совсем недавно было холодно… А незадолго до того – Ямайка и Карибское море…

Конечно, их одежда для теперешнего климата не подходила. Толстые штаны, утепленные ботинки… С ботинками ничего не поделаешь, а вот штаны можно хотя бы обрезать, прикинул Лекс, получатся дурацкие шорты. Хотел было остановиться и внести такое предложение, но не стал, потому что Лиска с Андерсом направились к автобусу.

Корпус обгорел сильно, изнутри тоже все выгорело. Лиска поморщилась и показала на обугленные кости, среди которых виднелось несколько человеческих черепов. В самом деле, здесь было нечисто. На свалку останки не выбрасывают, на месте ДТП не оставляют…

Андерс на черепах концентрироваться не стал, так, мазнул по ним взглядом, а вот табличке на борту уделил куда больше внимания. Она тоже была искорежена и обожжена, но под слоем гари из отдельных букв сложились два слова – «Лас-Вегас» и «Уэллс».

– Лас-Вегас… Это Штаты. Невада, – сказал Андерс, почесывая затылок. – Куда нас занесло-то…

– Скажи спасибо, что это не Гоби и не Австралия, – проворчал Лекс, которому не давали покоя черепа в салоне.

– Да, здесь тоже не Арбат, но народу погуще, – согласился наемник. – Вот только странная это Невада. Косточки на дурные мысли наводят. В сочетании с инопланетными технологиями…

Параллельный мир?

И что здесь? Ядерная катастрофа?!

В голову сразу полезли фильмы и книги по данной тематике. По спине пробежали зябкие мурашки – а что, если здесь радиация?! Они сидят и не чувствуют, как частицы впиваются в плоть и убивают все на своем пути?! А через день-два – смерть в страшных муках?!

– Про радиацию подумал? – прищурился Андерс.

Лекс кивнул. Лиска с испугом смотрела то на одного, то на другого.

– Какая еще радиация, ребята?! – жалобно спросила она.

– Да нет, нет никакой радиации, – успокаивая девушку и себя, сказал Лекс. – Нам нужно найти людей, и все объяснится. У страха глаза велики.

– Что-то задолбало уже меня пугаться. В последние дней пять только этим и занимаюсь, – сердито произнес Андерс, пнув ногой обуглившуюся покрышку с болтающимися кусками корда. – Давайте в самом деле поскорее найдем кого-нибудь и окончательно решим, подыхать нам или еще немного подергаться. Я лично голосую за последнее.

Лекс и Лиска промолчали.

Они не представляли, который нынче час. Сориентировались по солнцу и решили двигаться на юг.

Почему?

Потому что они уже двигались на юг, когда шли по канадским островам, а сейчас где-то на юге находился большой город Лас-Вегас.

Лекс подумал, что, если им встретится полиция, придется врать что-то несусветное.

Документов нет, при себе – оружие, это же немедленный арест. Вот только состояние шоссе и в самом деле никак не говорило о том, что здесь ездят патрульные машины полиции штата – да и вообще какие-либо машины. Кое-где полотно было полностью занесено песком и даже перекрыто песчаными барханами, в одном месте частично обрушилось в небольшой овраг.

– Играл в Fallout? – спросил Андерс.

– Как-то недосуг было, – отозвался Лекс, уныло переставляя ноги в пудовых ботинках.

– Сильно напоминает все это, – Андерс пошевелил стволом винтовки. – Так и кажется, что сейчас гули или рад-скорпионы прибегут… А в новой игре, прикинь, вообще тварей до беса. Кротокрысы, пчелы какие-то здоровенные… Она еще не вышла, но я с одним разработчиком в сети трещал, он скрины показывал!

Наемник что-то восторженно продолжал рассказывать про новые возможности игры Fallout 3, но Лекс не слушал.

Он сам ощущал себя в игре. Уже в который раз. Только не игроком, что сидит перед монитором в уютном регулируемом кресле, а персонажем, который по воле игрока бежит вперед, карабкается по горам, стреляет, спасается, выполняет всевозможные задания и…

И погибает.

Правда, у компьютерного персонажа есть важное отличие – он всегда может продолжить игру с сохраненной точки.

В отличие от Лекса.

«Я пришел, чтобы понять, ты управляешь Фрамом или Фрам – тобой».

Однако сейчас Фрам был ни при чем, если он вообще принимал какое-то участие во всей этой нелепой истории. Сейчас в игру вмешались какие-то совершенно посторонние силы. Лекс чувствовал это, хотя объяснить не мог. Чувствовал с того момента – теперь он понимал это, – как в помятую дверцу японского снегохода постучал загадочный Игнат.

И Лексу в первый раз за много-много дней стало совсем неинтересно знать, где же сейчас Ник.

С этими мыслями он подошел вслед за Андерсом к безусловно заброшенной бензозаправке «Шелл». Желтая раковина – фирменный знак компании – нависала над унылым пейзажем словно символ того, что в незапамятные времена здесь плескалось первобытное море.

Одна из заправочных колонок лежала на боку, шланг тянулся по песку.

Одна из витрин магазинчика была выбита, поперек въезда стоял старый «форд-скорпио», изрешеченный пулями.

– Странно, что тут все не взлетело на воздух, – пробормотал Андерс, ощупывая простреленный кузов. – Война, что ли, была… Ой, не нравится мне здесь… Даром что жара. Кстати, может, воды внутри поищем?

Но внутри давно уже поискали до них. Полки и шкафы были пусты, под ногами валялись шуршащие упаковки от шоколадных батончиков – кто-то жрал прямо на ходу.

– Пробоины на тачке старые, тут тоже резвились давно, – заключил наемник.

Заглянул под прилавок, извлек банку с маринованными огурчиками. Целую, но жидкость за стеклом была мутной и неаппетитной. – По-моему, их есть не стоит. К тому же вряд ли это утолит жажду.

– А вот это уже интереснее, – заметил Лекс, поднимая помятый и пожелтевший газетный лист, оборванный по краям.

Это была «Лас Вегас Ревью Джорнэл», а статья называлась «Профессор археологии протаранил школьный автобус».

«Автомобиль «додж-караван» под управлением Курта Делано-Ломакса, бывшего профессора истории и археологии университета Джона Хопкинса, на полной скорости врезался в школьный автобус. Ранены шестеро подростков, двое пострадавших находятся в крайне тяжелом состоянии. Профессор Ломакс погиб», – прочел Лекс вслух. Недоуменно посмотрел на спутников и продолжил: – «Инцидент произошел около 14.00 по местному времени на Фримонт-стрит. Все раненые – учащиеся средних и старших классов.

Представитель полиции Гордон Валентайн заявил, что Курт Ломакс мог находиться под действием наркотических веществ. В данный момент проводится медицинская экспертиза останков.

Сорокалетний Курт Ломакс работал в университете Джона Хопкинса в течение последних восьми лет, однако в начале 2012 года неожиданно уехал. По словам преподавателей университета, причиной неожиданного отъезда их коллеги могли стать крупные карточные долги.

Источник в управлении полиции Лас-Вегаса сообщил, что белый «додж-караван» был арендован в Сан-Антонио неким Игнатом Нефедовым, гражданином России, студентом медицинского факультета Стэнфордского университета. В настоящее время местонахождение Нефедова неизвестно, полиция Лас-Вегаса ведет поиски».

Статья закончилась. Лекс перевернул лист.

– Тут еще про ограбление, и… – начал было он, но Андерс перебил:

– Да нафиг нам эта байда. Ты посмотри на число. За какое число газетенка?

– За…

Лекс замолчал, уставившись на дату. Тогда Андерс бесцеремонно вырвал «Ревью Джорнэл» из его рук и посмотрел сам.

– Твою ж мать… Двадцать первое декабря две тысячи двенадцатого года.

– Это сколько же мне тогда лет?! – расширив глаза, спросила Лиска.

Андерс смял газету в комок и отшвырнул в сторону.

– Да столько же! Этот придурок перебросил нас не только за тысячи километров, но и на четыре года вперед! Точнее, минимум на четыре – сейчас ведь не обязательно двенадцатый! Но мы остались теми же, мы же не прожили эти четыре года – просто переместились из одной временной точки в другую!

– Ты доволен? – осведомился Лекс. – Инопланетные технологии в действии.

– Да черт с ними! – вспылил Андерс. Он заметался по магазинчику, пиная ногами мусор. – Четыре года – это ерунда, вы мне скажите, что тут произошло?! Обгорелые скелеты в автобусе, разграбленный магазин, разруха, все заброшено, ни одной живой души…

– А ты помнишь, что говорил нам Бад?!

– Да ты достал со своим инопланетным хламом! Стоп… – присмирел Андерс. – Ты, что ли, про «Стакс»?!

– Не совсем про «Стакс», но мыслишь верно. Я про заказ Четвертого Рейха.

«Потеряв все, люди выйдут на улицы. Начнутся массовые беспорядки, а армия и полиция не помогут, потому что они тоже перестанут понимать, что происходит.

Децентрализация власти, продовольственные кризисы, отключения электричества, беспорядки, мародерство… Несколько терактов в нужное время в нужных местах – и правительства стран будут, как падающие костяшки домино, один за другим подавать в отставку. А потом появятся ваши друзья с красивыми лозунгами о спасении, равенстве, братстве, возрождении… Они это умеют. А вот когда они придут к власти, а они придут, тогда роман Оруэлла покажется невинной детской сказкой».

Бутылка с остатками минералки на краю стола.

Согнутый палец инфотрейдера, поднесенный к ней.

Тогда Бад отодвинул бутылку в сторону, встал и ушел.

А если кто-то не отодвинул и не ушел?!

«Для модификаций «Стакса» ты лучшая кандидатура, но не единственная. Если ты откажешься, нацисты найдут других программистов. А если те не справятся, то появятся другие. Рано или поздно они добьются своего… У мира сейчас две проблемы, которые привели его на край пропасти: слишком сильная зависимость от компьютеров и дырявая экономика, помноженная на жадность мировых банкиров. Достаточно чуть-чуть подтолкнуть его, и он полетит вниз вместе со всеми нами».

– Умеешь ты успокоить, – покачал головой Андерс и сел на перевернутый набок шкаф-холодильник. – Но тут ведь вообще капец. Где фашики, идущие стройными рядами? Нигде даже свастика не намалевана.

– Может быть, они просто не здесь. А может, все закончилось, но ничего не началось. По какой-то причине у Рейха не вышло. Цивилизация в том виде, в каком мы ее знали, рухнула. С нашей помощью или без. Уж такого дерьма, как программисты, в самом деле всегда хватало. Даже такого дерьма, как хорошие программисты…

Лекс подошел к стене и провел пальцем по рекламному плакату пива «Будвайзер».

Капельки на стакане с ледяным пивом выглядели так заманчиво, что их хотелось лизнуть – несмотря на то что плакат покоробился и выцвел.

– Нам нужно поискать воду. Я не знаю, сколько нам еще идти, и без воды мы не сможем, – сказал он. – Давайте обшарим все подсобки, ящики, мастерскую… Где-то что-то может найтись!

Они старательно приступили к поискам и для начала нашли покойника.

Вернее, висельника.

* * *

Он висел в небольшом помещении – там, видимо, раньше отдыхал продавец. Маленький телевизор, диванчик, несколько книг в мягких обложках – романы Дэна Симмонса, Гришэма и Дэна Брауна – и труп, висящий в петле из синтетического буксировочного троса. Молодой парень, насколько мог судить Лекс.

Чернокожий, в комбинезоне с нашивками «Шелл»…

Тело сильно высохло, практически мумифицировалось. Окна и двери были закрыты – видимо, грабители погнушались лезть к мертвецу, – и потому ни животные, ни насекомые не потрудились над покойником. Лекс тоже не стал его трогать, а вот литровую бутылку с минеральной водой «Поланд Спринг» взял. Крышка была запечатана, и с водой вряд ли что-то могло случиться. Вода – она и есть вода. Источник жизни.

На столике рядом с бутылкой были также сверток с чем-то окаменевшим, такая же каменная пачка печений «Ореос» (полупустая) и баночка из-под «пепси». Последний завтрак. Или обед. Или ужин…

Улов Андерса и Лиски был не лучше. Банка консервированной фасоли с мясом, срок хранения которой истекал в апреле 2014-го, и примерно треть такой же бутылки с водой, как обнаружил Лекс. Эту они выпили сразу, а каменные печенья и фасоль решили оставить на черный день. К тому же они ели концентраты незадолго до появления Игната. Несколько часов назад, по сути. А кажется, целую вечность…

Ну да, улыбнулся Лекс.

Минимум четыре года назад.

И тут улыбка моментально стерлась с его лица. Что-то промелькнуло в голове, что-то неуловимое и в то же время лежащее на поверхности.

– Стойте! – крикнул Лекс уже выходившим из магазинчика спутникам.

Те остановились, Андерс вопросительно уставился на Лекса.

Лекс подобрал смятый газетный комок, расправил.

– «Источник в управлении полиции Лас-Вегаса сообщил, что белый «додж-караван» был арендован в Сан-Антонио неким Игнатом Нефедовым, гражданином России, студентом медицинского факультета Стэнфордского университета», – громко прочел он. – Андерс, ты много в жизни видел людей, которых звали бы Игнат?

– Одного, – с готовностью сказал Андерс. – Совсем недавно.

– Ты думаешь… – Лиска прервалась, но справилась с собой. – Ты думаешь, это он?!

– А ты много в жизни видела людей, которых звали бы Игнат?! – спросил Лекс теперь уже у нее. – К тому же на одном и том же континенте, пусть и с перерывом в четыре года?!

Лиска и Андерс переглянулись.

– С-сука! – с чувством произнес наемник.

– А в чем, собственно, фишка? – недоуменно спросила Лиска. – Ну, арендовал он машину. Со всеми случается, я тоже пару раз арендовала… Ну, совпадение…

– Уж слишком непростое совпадение, – сказал Андерс. – То есть черт с ней, с машиной, но везде, где он вертится, случается беда.

– С нами пока беды не случилось, – возразил Лекс. – Видите, даже воды и то немного нашлось. Двинемся дальше, а там посмотрим.

Дорога получилась безрадостной.

Шоссе виляло между песчаных барханов и холмов. Изредка попадались автомашины – просто брошенные, давно обобранные и обысканные, с раскрытыми дверцами и багажниками, а также перевернутые, сгоревшие, расстрелянные… Что бы тут ни случилось, уж точно ничего такого, в чем хотелось бы поучаствовать.

Машины не осматривали – хватило одного раза, красивого когда-то синего «доджа», в котором обнаружились скелеты женщины и троих детей. Судя по черепам, детей убили выстрелами в голову. Лиске говорить об этом не стали, она сидела на обочине, отдыхала и следила за дорогой, не появится ли кто.

Никто не появлялся. Нет, живность вокруг водилась. В небе кружили птицы, по виду хищные, шоссе перебегали ящерицы и переползали змеи, в пустыне мелькал кто-то покрупнее размером, стараясь держаться подальше. Андерс напряг свои географические познания, но кто здесь обитает, не вспомнил.

– Кажется, койоты, – сказал он, вытирая пот со лба. – И какие-то ядовитые гады, так что лучше их не трогать без нужды.

– А какая может возникнуть нужда, чтобы их трогать? – уточнила Лиска и услышала в ответ:

– Голод.

Банку консервов они по-братски разделили, остановившись на ночь в таком же разгромленном магазинчике-автозаправке. Этот пострадал еще сильнее, угол обгорел, а внутри царил совершеннейший бедлам. Зато не было трупов, и по поводу места ночлега даже не стали спорить.

После ужина, запитого глотком воды на каждого, было решено выставить часового.

Как и в становище эскимосов, Андерс предложил дежурить, только не по два часа, а по три. Поскольку в прошлый раз начинал он, а Лексу помешал это сделать таинственный Игнат, на сей раз первым караулил Лекс.

– Я, пожалуй, залезу на крышу, – придумал он. – Оттуда лучше и дальше видно. А вы закройтесь в подсобке, я постучу, когда время выйдет.

Алюминиевая лесенка, ведущая на плоскую крышу магазинчика, была целой и невредимой. Лекс взобрался по ней, уселся на кожух вентилятора и снял грязную майку. Свежий ночной ветерок приятно обдувал уставшее тело. Уже почти стемнело, вокруг было тихо, лишь выл вдалеке неведомый зверь. Наверное, тот самый койот, о котором говорил Андерс.

Тихо и темно…

В Москве не найдешь такого места, только если специально запереться в комнате, завесить окна, заткнуть уши. Да и в любом крупном городе не найдешь.

И в маленьком, наверное, тоже. Даже ночью там есть привычные шумы – пьяные пройдут, машина проедет, собака залает…

А здесь – абсолютная тишина, как в центре мироздания. Лишь шорох ветра, да побрякивание какой-то железяки.

Лекс поправил на коленях винтовку и задумался.

Возможно, Бад был прав. После истории со «Стаксом» и сожжения базы Рейх не стал грызть локти и рыдать. Эйзентрегер нашел новых исполнителей, которые могли написать новые программы. «Стакс» уникален. Но неповторимым его назвать нельзя. И уж подавно есть головы, придумывающие вещи и круче. Лексу было неприятно это сознавать, но гениев в мире достаточно, главное – уметь их найти и приспособить к делу. Какой-нибудь жирный прыщавый пожиратель шоколадных хлопьев, сидящий за монитором в подвале захолустного дома, в минуту может стать новым Гейтсом или Джобсом. Если к нему придут правильные люди и поставят правильные задачи.

Что случилось за эти четыре года? Точнее, минимум четыре – сейчас с тем же успехом мог быть две тысячи двадцатый. Или две тысячи тридцатый. Как это определить?

Консервы не испортились? Ну, мало ли… Тоже мне, показатель.

Не по звездам же…

Лекс с тоской посмотрел в переливающееся огоньками небо. Он не знал созвездий и не умел по ним ориентироваться. В крайнем случае влез бы в Гугл. Да вот беда, нет под рукой ни Гугла, ни того, с чего в него влезть.

Вполне вероятно, что Гугла уже вообще не существует.

Лекс почувствовал, как на глаза наворачиваются невольные слезы, и поспешил их смахнуть, словно кто-то мог увидеть. Не хватало еще разреветься… Достаточно Лиски, да и та себе редко позволяет такую роскошь.

Еще раз тщательно протерев глаза уголком майки, Лекс встал. Сидя, можно и задремать, а он все же на часах.

И тут же, стоило ему подняться, увидел на шоссе приближающийся с юга свет.

Спустя полминуты стало ясно, что это автомобильные фары.