Текст книги "Бумажная империя. Гепталогия (СИ)"
Автор книги: Сергей Жуков
сообщить о нарушении
Текущая страница: 83 (всего у книги 107 страниц)
И тут ночной воздух разрезал рокочущий звук лопастей вертолёта. В небе зажёгся прожектор, практически ослепивший меня.
– Всем оставаться на месте. Любые действия будут расцениваться как попытка нападения, – объявил знакомый голос Меньшикова в громкоговоритель.
Ну конечно же. Он успел как раз вовремя. Вовремя для того, чтобы лично провести задержание уже пойманного преступника.
Едва вертолёт приземлился на заснеженной дороге, как оттуда мгновенно выскочило шесть тренированных гвардейцев и окружили нас. Следом за ними появился Меньшиков и одарив нас надменным взглядом, прошёл сразу к машине с Долгопрудным.
Стоило ему только посмотреть на лежащий на боку седан, как рядом возникло несколько гвардейцев, которые тут же вернули машину на четыре колеса.
– Именем его императорского величества, я приказываю вам сложить оружие и сдаться, – прогремел голос светлейшего князя в ночной тишине.
Покорёженная дверь машины скрипнула и открылась. Двое гвардейцев заломали руки перепуганному водителю и оттащили его в сторону.
– Я не собираюсь повторять дважды, – грозно крикнул Меньшиков и кивком головы приказал своим людям открыть заднюю дверь, где прятался Долгопрудный.
Держа дверь под прицелом, двое человек подошли и распахнули её.
– Ну что, доигрался? – злобно прорычал Меньшиков, а затем повернулся и посмотрел на меня. – Ты задержан.
Ко мне подскочили несколько гвардейцев и попытались схватить. Гончий тут же бросился им наперерез, но я коротко скомандовал:
– Не вмешивайся.
– Но… – попытался возразить он, но я тихо добавил:
– Он победил.
Я смотрел на открытую дверь седана Долгопрудного и не мог поверить своим глазам. В салоне было пусто. Он опять переиграл нас и скрылся.
* * *
Аэропорт Пулково
– Мы готовы к взлёту, пристегнитесь пожалуйста, – нежный голос стюардессы выхватил Юрия Долгопрудного из собственных мыслей. Он щёлкнул ремнём и вновь посмотрел на здание аэропорта.
Прошло уже больше тридцати лет с тех пор, когда он вот так же смотрел на него, зная, что покидает этот город навсегда.
За окном послышался нарастающий гул турбин и по корпусу прошла мелкая дрожь. Самолёт плавно тронулся и покатился к взлётной полосе.
– Ещё несколько часов и ты будешь свободен, Юра, – тихо прошептал он.
Два года неустанной работы ради одной цели. Ради рыцарского титула английской короны, ради чистого листа, с которого начнётся история его собственного рода под протекторатом самой королевы. Если бы ему, сопливому студенту сказали об этом тогда, тридцать лет назад, то он бы даже не поверил.
Жалкий, мелкий род Долгопрудных никогда не претендовал на что‑то значимое. У них был шанс возвыситься, стать великим родом, но к несчастью его родителей, первым из утробы матери появился его никчёмный и трусливый брат Игорь. Всего десяток секунд отделил Юру от статуса старшего наследника, от будущего процветания их рода с ним во главе. Но случилось то, что случилось и этот шрам на лбу, что оставили в тот самый миг его родители, будет вечным напоминанием об этом.
– Прощай, нелюбимый город, – сказал Юрий, когда самолёт начал набирать скорость.
Взмыв в небо, он махнул крылом ночному Петербургу и повернул правее, кратчайшим путём к границе.
Посмотрев вниз, на тонкую полоску огней вдоль приморского шоссе, Юрий усмехнулся и подумал что где‑то там Меньшиков и его люди гоняются за его пустой машиной, пока самолёт уносит Юрия далеко. Туда, где его никто и никогда не достанет.
Глава 12
– Почему мы снижаемся? – схватил Юрий за руку проходящую мимо стюардессу.
Она поморщилась от боли, но постаралась ответить как можно вежливее:
– Не переживайте. У нас плановая посадка в Финляндском княжестве на дозаправку.
Долгопрудный выпустил её руку и посмотрел в иллюминатор. В свете луны виднелись бескрайние леса и озёра. Узнав классический финский рельеф он успокоился и расслабленно откинулся в спинке кресла.
– Юра, ты стал параноиком, – неодобрительно покачал он головой. – Придётся провести пару месяцев на Фолклендских островах, чтобы поправить нервы после этой командировки.
Чем ближе приближались кроны сосен и елей, тем ему становилось приятнее. На мгновение, он поймал себя на мысли, что даже воздух здесь ощущается другим: чистым и свободным.
Самолёт плавно коснулся взлётной полосы, а вот дальнейшая остановка была не из приятных.
– Им стоит привести в порядок аэропорт, – выругался Долгопрудный.
Он понимал, что это какой‑то мелкий аэропорт в глубинке, но всё‑таки Финляндское княжество давно находится под протекторатом Пруссии и европейской стране не пристало иметь подобные аэропорты. Уж лучше вовсе закрыть его, чем так позориться.
Наконец тряска закончилась. Самолёт остановился.
– Прошу прощения, дозаправка продлится около получаса и если вы желаете, то можете выйти покурить, – милым голосом произнесла стюардесса.
– Если я пожелаю, то буду курить там, где захочу. Хоть на месте пилота. И мне плевать на ваши правила и запреты, – процедил он.
Девушка испуганно отстранилась, отошла к своему месту и, достав пачку тонких сигарет, накинула шубку и направилась к передней двери.
Задумавшись, он посмотрел в иллюминатор и внезапно заметил, что посадочные огни потухли.
– Эй, что там происходит? – спросил он, но стюардесса не ответила.
Курит, гадина, – подумал он и, накинув пальто, пошёл к выходу.
Спустившись на заснеженный асфальт, он посмотрел по сторонам и нигде не увидел стюардессу. Он вообще ничего не увидел. Вокруг было темно, хоть глаз выколи.
– Да что за херня, – сплюнул он и машинально достал свой телефон.
Взглянув на экран, Юрий сначала нахмурился, а затем его глаза округлились и он бросился к самолёту, уронив телефон на асфальт. Но было поздно. Сзади раздался характерный стрёкот, а затем небо озарилось синей вспышкой и Долгопрудный рухнул как подкошенный, не чувствуя рук и ног.
– Твари, вы меня предали, – кричал он.
– Кажется, вы обронили, Игорь Ларионович, – раздался над ним холодный как зимний асфальт голос Распутина. – Или правильнее называть вас Юрием?
Он бросил рядом с ним телефон, на экране которого до сих пор виднелся логотип сотового оператора «Россеть».
Юрий лежал парализованный, сжигаемый собственной ненавистью и злобой. Они смогли. Смогли обыграть его.
– Как? – только и спросил он.
– Очень просто, – ответил Распутин и посмотрел на самолёт из которого вышел пилот.
Подойдя к ним он снял фуражку и глаза Долгопрудного расширились. Перед ним стоял Чкалов собственной персоной.
* * *
Следственный изолятор в здании Управления следователями особого отдела
Я лежал на весьма комфортной кровати и просто наслаждался тишиной и спокойствием. Двое последних суток прошли без сна и организм нуждался в восстановлении.
Но покой мне только снился. Хотя, даже не снился, потому что поспать мне тоже не дали. Замок двери щёлкнул и в помещение вошёл Меньшиков.
– Ты должен понимать, что просто не мог не оказаться здесь, – тихо произнёс он.
– Это никак не связано ни с Долгопрудным, ни с вами, – спокойно заметил я, не поднимаясь с кровати. – Мне лишь интересно почему.
– Я не могу ответить на этот вопрос, – безэмоционально произнёс Меньшиков, сев на кресло, стоящее в углу камеры.
– Почему Император считает меня сочувствующим? – спросил я, добавив конкретики.
Бровь Меньшикова чуть дёрнулась вверх. Он явно был удивлен тем, что мне известно кто стоит за моим надуманным арестом.
– Мне это неизвестно, – спокойно ответил он.
– Тогда устройте мне с ним встречу, – повернулся я и посмотрел ему в глаза.
– Это невозможно, – заметил Меньшиков.
– Вам? Очень сомневаюсь, – усмехнулся я.
В этот момент в дверь нервно постучали и сразу же вошли.
– Я занят, – рявкнул Меньшиков, но на пороге стоял генерал‑командующий особым отделом. Он коротко кивнул мне и выпалил:
– Григорий Александрович, необходимо ваше присутствие. Немедленно.
– Что там? – недовольно повернулся к нему светлейший.
– Юсупов, – коротко отрезал генерал и Меньшиков отмахнулся, как от назойливой мухи:
– Подождёт, ему не назначено.
– Григорий Александрович, вы не поняли. Он не здесь, он на телевидении, – попытался объяснить тот, но запутал лишь сильнее. – Прошу, немедленно пройдёмте. Это напрямую касается… кхм…
Генерал замялся и бросил короткий взгляд на меня.
* * *
Заброшенный Аэродром «Вещево»
Не успели защёлкнуться наручники за спиной у Долгопрудного, как в воздухе показался вертолёт. А за ним ещё несколько. Небольшая старая взлётка посреди леса озарилась ярким светом прожекторов и из приземлившегося первого вертолёта вышел Павел Алексеевич Юсупов.
– Что он здесь делает? – удивлённо спросил Чкалов, поправляя волосы при виде множества операторов с камерами.
– Это я позвал его, – сухо ответил Распутин, выходя навстречу медиамагнату.
Их рукопожатие было не просто приветствием. Это была битва двух могущественных людей, искренне ненавидящих друг друга.
– Полагаю это и есть ваш эксклюзив? – кивнул Юсупов в сторону Долгопрудного.
– Да, – коротко ответил Распутин и добавил: – Мои условия повторять нет необходимости?
– У меня хорошая память, – скривился Павел. – И поэтому я прекрасно помню, как вы подставили меня перед Меньшиковым в прошлый раз.
– Можете считать, что это моё извинение за то недоразумение, – усмехнулся Распутин, но Юсупов покачал головой и пошёл к задержанному.
– Ваше имя Юрий? – властно спросил он у Долгопрудного, но тот лишь презрительно посмотрел на стоящего перед ним медиамагната.
– Вы – завербованный агент английских спецслужб? – задал следующий вопрос Юсупов.
– Думаешь, что я буду отвечать на твои вопросы, чтобы ты убедился? Не дождёшься, – сплюнул на асфальт Долгопрудный.
– Нет, в этом нет больше никакой необходимости. Мне всё ясно, – невозмутимо ответил Павел и, повернувшись отдал приказ: – Расчехляйтесь, работаем.
* * *
Отдел следователей особого назначения
– Мы с вами, дорогие зрители, в прямом эфире наблюдаем за уникальной спецоперацией по задержанию опаснейшего преступника, – с придыханием говорила самая популярная ведущая страны, ведя репортаж на фоне частного самолёта, стоящего на заброшенной взлётной полосе посреди ночного леса. – Юрий Долгопрудный, долгое время скрывавшийся в Англии, обманом выманил своего брата‑близнеца, живущего в столице нашей империи и, украдя его личность, два года вёл подрывную деятельность, направленную на дестабилизацию обстановки в Российской империи.
– Какого хрена там творится? – орал Меньшиков на своих людей. – Почему я узнаю об этом из новостей?
Но те лишь непонимающе разводили руками.
– Масштабная операция по поимке Юрия Долгопрудного готовилась несколько месяцев. Наши спецслужбы работали в тесном контакте с представителями аристократии, по крупицам собирая доказательства, – продолжала ведущая. – А теперь, с личным обращением выступит владелец нашего канала – Павел Алексеевич Юсупов.
– Это прямое включение транслируют по всем каналам, – тихо добавил генерал‑командующий. – Даже по тем, где ночью непотребства всякие показывают…
На экране появился Павел. На фоне снежного неба его массивная фигура была подобна атланту, вырезанному из гранита.
– В этот непростой для нашей страны час, мы забыли о разногласиях и объединили усилия против общего врага. От имени аристократии и всех жителей нашей страны, я хочу выразить благодарность великим родам Мечниковых, Распутиных, Никитиных и Меньшиковых за их вклад в это расследование, – голос Юсупова был твёрд и спокоен, несмотря на снег и мороз. – А также, отдельно хочу упомянуть о главном действующем лице в этом деле. Барон Уваров уже второй раз доказал нам всем, что его титул – не простой звук. Молодой аристократ всем сердцем радеет за нашу страну и я горд тем, что имею честь быть с ним знакомым.
Трансляция вновь вернулась к ведущей, которая начала в красках рассказывать о всех преступлениях Долгопрудного.
Меньшиков выключил звук и устало потёр виски.
– Григорий Александрович, это ведь прекрасные новости, – робко сказал один из подчинённых. – Долгопрудный пойман и ответит за все свои преступления.
– Да, прекрасные… – процедил он, прекрасно понимая, что с минуты на минуту ему поступит звонок напрямую из Зимнего и разговор будет не из приятных.
– А как быть с Уваровым? – робко уточнил генерал‑командующий.
– А как с ним прикажете быть? Вручите медаль очередную и пусть проваливает, – злобно отмахнулся Меньшиков.
Он закрыл глаза. Нервотрёпка последних дней оставила его совсем без сил. Но опытный аристократ прекрасно понимал, что это только начало…
* * *
– И всё‑таки я не понимаю, зачем ты отдал этот материал Юсупову, – покачал головой Распутин, когда я сел в его машину.
Только я вышел из здания Управления, как к крыльцу подъехал князь.
– Ту вражду действительно пора заканчивать и этот жест – лучший показатель того, что я готов зарыть топор войны, пожал я плечами. – К тому же, без такой широкой огласки неизвестно, чем бы для меня закончилась вся эта история.
Когда мы попрощались с Алисой, то я попросил не только приглядеть за моей собакой но и ещё кое о чём. Я оставил сообщение для её отца, в котором просил сообщить Юсупову, если им удастся задержать Долгопрудного. Ответным условием было личное обращение Павла Алексеевича с упоминанием фамилий причастных. Мне нужна была широкая огласка, а Юсупову – громкий эксклюзив, чтобы восстановить свою пошатнувшуюся репутацию.
– Лучше вы мне расскажите как смогли заставить сказать Павла что он горд быть знакомым со мной, – рассмеялся я. – Этого ведь не предполагалось?
– Ну, мне просто хотелось увидеть его лицо в тот момент, когда он будет произносить эту фразу, – позволил себе улыбнуться обычно спокойный Распутин.
По пути в поместье Распутиных, князь наконец‑то рассказал мне, что на самом деле произошло и как именно ему удалось схватить Долгопрудного:
– От его слуг я узнал про Юрия и сразу же всё понял. И связался с Чкаловым. Мы установили контроль за всеми вылетающими частными рейсами. Ну а дальше сразу же заметили подозрительный борт. Чкалов лично сел за штурвал и несколько часов петлял над Карельским перешейком, пока я и мои люди готовили заброшенную взлётку в лесу к их посадке.
– И что, неужели Юрий ни о чём не догадался? – удивился я.
– Подозревал. Стюардесса, а по совместительству одна из моих лучших шпионок, сказала что он понял неладное, но легенда с посадкой посреди Финского княжества сработала словно успокоительное, – усмехнулся Распутин.
– Могу лишь поаплодировать, – кивнул я.
– Долгопрудный был уверен, что ты уже мёртв. Настолько, что даже я на секунду поверил, – тихо произнёс сидящий рядом князь.
– Успели расстроиться? – подмигнул я, на что он лишь пожал плечами и ответил: – Не хотел твою собаку у себя оставлять, не люблю животных.
– А вот это сейчас обидно было, между прочим, – рассмеялся я и в этот момент машина остановилась у дверей их поместья.
Распутин повернул голову и посмотрел на меня:
– Зайдёшь?
– Думаю не стоит, заберу Акали и поеду домой, – покачал я головой и открыл дверь.
Не успели мы пройти и пары метров, как парадная дверь поместья с грохотом распахнулась и оттуда вылетела Алиса.
– Ты вернулся! – завопила она и бросилась к идущему навстречу Распутину.
Я заметил улыбку, сверкнувшую у него на лице. Но она быстро оттуда исчезла, потому что девушка пролетела мимо него и набросилась на меня, едва не свалив с ног.
Но это было не всё. Через мгновение из распахнутой двери вылетела Акали и, сделав два могучих прыжка, полетела также на меня. И вот тут у меня не было шансов устоять. Поваленный двумя дамами, я лежал в снегу, пока одна пыталась меня целовать, а вторая – лизать.
– Полагаю, тебе всё‑таки придётся зайти, – холодно произнёс Распутин и поднялся на крыльцо.
* * *
Лондон, Англия
– Сэр, с нами связался агент из Петербурга. Его раскрыли и он уже летит в Лондон, – зашёл в кабинет министра иностранных дел лорд Кейлиш, что курировал подобные неофициальные операции.
– Двойник? – уточнил министр, жестом приглашая лорда присаживаться у камина.
– Да, – кивнул тот. – Он успешно скрывался более двух лет. Это был наш лучший человек в Российской империи.
– Ничего страшного, он провёл прекрасную работу. Нам удалось сорвать мирные договорённости России и Австрии, а также разжиться новейшими образцами артефактного вооружения напрямую с российского завода, – невозмутимо произнёс министр, наливая виски в два бокала. – А агент… найдём нового. В Российской империи ещё достаточно предателей, только и ждущих, когда мы бросим им кость.
– К сожалению мы не успели переправить последнюю партию артефактов и вооружения, канал поставки накрыли чуть раньше, чем товар ушёл, – огорчённо покачал головой Кейлиш.
– Сколько там было? – уточнил министр.
– Всё, что удалось собрать за последние полгода, – аккуратно произнёс лорд, в ожидании реакции.
Министр молча крутил бокал в руках, а затем тихо произнёс:
– Как подобное допустили? Впрочем, это уже не важно. В любом случае, результат операции сугубо положительный. Я отмечу перед королевой ваши заслуги в этом.
– Благодарю, сэр, – кивнул посетитель, а затем аккуратно добавил: – Агент через несколько часов прибудет в Лондон и полагаю, будет ожидать обещанный рыцарский титул и новую фамилию.
Министр посмотрел на сидящего рядом лорда и злобно произнёс:
– Это даже не обсуждается.
– Но мы ведь обещали ему это за его службу, – удивился Кейлиш, на что министр злобно прорычал:
– Мне плевать на это. Ни один русский варвар не будет удостоен чести носить английский титул. Если он будет недоволен – просто устраните его.
Сидящий рядом лорд нервно сглотнул, а затем чуть улыбнулся. В глубине души он был рад подобному решению.
– Сэр, ещё один момент, – уточнил Кейлиш. – Что будем делать с русским аристократом? Мы не можем вечно удерживать его, тем более, с учетом того что наш агент раскрыт. Это ведь международный скандал.
– Какой такой русский аристократ? Её величеству ничего об этом неизвестно, – надменно усмехнулся министр и взял в руки сигару. – В нашей тюрьме содержится лишь неизвестный нарушитель государственной границы без каких‑либо документов. А что до того, что он разговаривает на варварском языке… ну мало ли какой очередной русский захотел попытать счастья в нашей прекрасной стране.
Лорд Кейлиш чуть ухмыльнулся, понимая куда клонит министр. У Российской империи нет никаких доказательств того, что Англия незаконно удерживает одного из её подданных.
– А что до раскрытого шпиона… – продолжил министр. – То мы надежно спрячем его у нас. Русские не смогут никому ничего доказать. Нам останется только всё отрицать.
В этот момент в дверь аккуратно постучали.
– Прошу прощения, к вам посол Австрийской империи, – откланялся вошедший слуга.
– Вы уверены? – поднял бровь министр.
– Абсолютно, сэр, – кивнул тот.
– Тогда прошу, пригласите его немедля, – распорядился министр иностранных дел и взглянул на лорда Кейлиша: – Что привело его в столь поздний час?
– Никак не могу знать, быть может, опять будут просить продать им вооружение, – выпустил дым из своей сигары лорд.
– Или начнёт молить вступить в войну на их стороне, – предположил министр и мужчины рассмеялись.
– Что же, тогда прошу вас сообщить мне утром, чья версия была верна, – поднялся со своего места Кейлиш и направился к выходу.
Как только он подошёл к двери, она резко распахнулась, едва не сбив его с ног.
– Прошу прощения, лорд, – буркнул австрийский посол и, не останавливаясь, направился к министру. – Сэр, мой Император распорядился вручить вам этот документ.
Глава 13
Квартира Даниила Уварова
Я проснулся от раннего телефонного звонка. Хотя нет, вовсе не раннего. Часы показывали половину одиннадцатого. Последние дни мой организм активно восстанавливал силы и я ему не препятствовал.
– Даниил, мои юристы подготовили документы о создании холдинга, – сообщил мне Распутин. – Я подъеду к вам в офис и мы подпишем бумаги.
– Это отличные новости, буду там через пару часов, – ответил я.
– И ещё один момент, – спросил Распутин, когда я уже собирался повесить трубку. – Ты не знаешь, куда пропала Алиса? Её телефон недоступен.
– Может быть она уже в офисе? – предположил я, на что он лишь хмыкнул и сказал:
– Ладно, если увидишь её, передай чтобы немедленно со мной связалась.
Повесив трубку, я зевнул и потянулся. Надо восстанавливать режим и перестать ложиться спать под утро.
– Хватит притворяться спящей, – легонько шлёпнул я по одеялу рядом с собой. – И хватит прятаться от отца, он же волнуется.
– Если бы он действительно не знал где я и волновался, то над городом бы уже кружил десяток вертолётов, а все загородные шоссе перекрыты, – раздался приглушённый голос Алисы из‑под одеяла.
– Тем более к чему эти игры с побегами? – удивился я.
– А может мне нравится прятаться? – игриво спросила она, высунув голову.
– Ну тогда и дальше прячься, а я займу душ, – усмехнулся я и, накрыв её одеялом, вскочил с кровати.
– Эй, чур я первая! – слышались приглушённые возгласы возмущения, когда я уже заходил в ванную.
Закончив умываться, я зашёл в кухню, где обнаружил Алису, до сих пор завёрнутую в одеяло. Она стояла, словно загипнотизированная и смотрела телевизор.
– Что, гороскоп показывают? – усмехнулся я, но она никак не отреагировала на мой подкол, чем привлекла внимание ещё сильнее. Взяв пульт, я прибавил громкость.
– Напоминаем только что подключившимся телезрителям, что мы ведём экстренное включение из Зимнего дворца, где считанные минуты назад, Император Александр Пятый подписал долгожданный мирный договор с Австрийской империей, – сбивчиво рассказывала ведущая. – По непроверенной информации, это стало возможным, благодаря недавней поимке английского шпиона, который вскрыл многолетний заговор Соединённого королевства, направленный против обеих наших стран.
Из рук Алисы выскочила керамическая кружка, но я, заворожённо слушая выпуск новостей, даже не шелохнулся.
– От имени нашего канала, мы ещё раз хотим поздравить всех жителей страны с окончанием многолетней войны. По сообщениям пресс‑службы его Величества, в ближайшие дни будут подписаны договоры о взаимном ненападении и разделе территорий. Австрия согласна уступить восточные территории в обмен на гарантии России по невмешательству в будущие военные кампании австрийцев на северо‑западном направлении, – сообщала ведущая, стоя на фоне Зимнего.
– Северо‑Западном? – наконец отмерла Алиса и посмотрела на меня. – Неужели они…
– Ага, – улыбнувшись, кивнул я. – Похоже, они собираются выбить англичан с континента и вернуть северные территории Франции, захваченные теми полвека назад.
А затем взял телефон и набрал Гагарина:
– Илья Андреевич, уже видели? Срочно ищите в штат политолога и военного обозревателя.
* * *
– А как же «мне нравится прятаться»? – усмехнулся я, когда Алиса уверенно пошла к моей машине.
– Разблокируй двери, шутник, – фыркнула она, дёргая за ручку.
У меня аж глаз начал дёргаться при виде того, как она намеренно ломает мою машину.
– Блин, а ты видел что нас заблокировали? – воскликнула она, обратив внимания, что выезд перегородил новенький красный кабриолет с откидной крышей. – Что за невоспитанные пижоны у вас тут живут?
Я ничего не ответил, заведя двигатель, чтобы прогреть его после морозной ночи.
– Смотрите‑ка, номер под стеклом оставили, – саркастически сказала она. – Ну что же, сейчас я им объясню, почему так не стоит делать.
Она начала набираться цифры, написанные на лежащей на торпедо бумажке.
– С кем можно постоянно разговаривать? Вечно занято, – возмутилась она, сев на пассажирское сидение, а затем с горящими глазами повернулась ко мне: – Давай их протараним!
– Девушка, с вами всё в порядке? – опешил я.
– Нет, ну а что они себе позволяют? – разгневанно указала она на блокирующий проезд машину. – Небось блондинка какая‑то. Права купила, а ездить не купила.
– Почему не рыженькая например? – усмехнулся я, за что был награждён уничижительным взглядом.
Алиса выхватила мой телефон, лежащий на центральной консоле и набрала написанный на бумажке номер, который видимо уже запомнила. И как только нажала на кнопку вызова, то номер на экране сменился надписью «Сумасшедшая».
– О! У тебя номер этой клуши записан как сумасшедшая! – выкрикнула она. – Это что, соседка?
И в этот момент произошла кульминация этой ситуации. Телефон в кармане Алисы завибрировал, она недовольно достала его.
– Чего‑о‑о? – нахмурилась она и убрала мой телефон от уха.
На экране её мобильника красовалось имя звонящего: «Даниил Уваров».
Девушка непонимающе переводила взгляд с одного телефона на другой, пытаясь понять что происходит, а затем медленно повернулась ко мне, её ноздри расширились и она воскликнула:
– Это я‑то сумасшедшая⁈
Не в силах больше держать серьёзное лицо, я рассмеялся до слёз.
– Что хохочешь, гад? – начала она лупить меня двумя ладонями. – А ну говори быстро!
Я же не мог этого сделать, потому что у меня никак не получалось унять смех. Именно поэтому, буквально со слезами на глазах, я достал из кармана ключи положил ей на колени.
– Что это? – так и замерла она с занесённой рукой.
– Твоя новая машина, – с трудом успокоившись, сказал я.
– Моя машина? – повернулась она и медленно вышла на улицу.
Я же остался сидеть за рулём, наблюдая как Алиса медленно и осторожно ходила вокруг её новой игрушки. Она походила на кошку, которая обнаружила огурец и осторожно обнюхивала его. Наконец, она нажала кнопку на ключе и машина, два раза моргнув аварийкой, приветственно расправила сложенные зеркала заднего вида. В этот момент лицо Алисы просияло. Это было лицо ребёнка, что получил игрушку, о которой даже не мечтал.
– Нравится? – спросил я, садясь на пассажирское сиденье.
– Ещё бы! – улыбнулась она, не сводя взгляда с руля, на котором красовался логотип с бегущей пумой. – Но что это?
– Твоя новая машина, – пожал я плечами. – Колька ненароком сжёг твою, а я отвечаю за него, как глава рода, где он будет служить. Да и признаться, тебе давно надо было пересесть на что‑нибудь более элегантное.
Она благодарно посмотрела на меня, а затем хитро спросила:
– Но если эта не будет также рычать как та…
– О‑о‑о, поверь, ещё как будет, – усмехнулся я, пристёгиваясь.
В её глазах сверкнул огонь, она завела могучий мотор и добавила:
– Смотри не испачкай мой новый салон. И свои штаны.
С этими словами Алиса поставила свой идеальный сапожок на педаль газа и от души нажала на неё. На улице раздались раскаты грома, из выхлопной трубы послышались прострелы и все машины вокруг заорали сигналками.
– О‑о‑о, пробирает до мурашек, – с придыханием сказала Алиса.
– А теперь гони быстрее отсюда, пока Нестор Павлович не вышел, – рассмеялся я.
Алиса тоже улыбнулась и хихикнула, но я обернулся и с тревогой взглянул на двери парадной:
– Я вообще‑то не шучу, надо быстрее уезжать!
Мы мчали к зданию, которое через несколько часов официально перейдёт под мой контроль, когда я подумал о том, что забыл кое‑что сделать.
– Останови у киоска, – попросил я Алису, но она так была увлечена новой машиной, что даже не обратила внимания на мои слова.
Тогда я повторил уже громче:
– Девушка, на остановочке тормозните пожалуйста.
– А? Что? Ага, сейчас, – спохватилась она и прижалась к обочине.
Я улыбнулся от мысли, что в другом мире она могла быть водителем маршрутки.
– Чего смешного? – буркнула она.
– А можешь сказать: «Передаём за проезд»? – не удержался я.
– Уваров, ты совсем дурак? – фыркнула она.
Едва я вышел из машины и подошёл к газетному киоску, как Алиса с пробуксовкой рванула с места. Пожав плечами, я невозмутимо подошёл к окошку и попросил свежий номер журнала Голубая кровь.
Продавщица, передавая его, очень пристально разглядывала меня, а потом не выдержала и спросила:
– А вы не тот самый барон Уваров?
– Ой, нет, что вы! – рассмеялся я. – Мне вообще синий цвет не идёт.
Схватив журнал, я поспешил уйти, потому что продавщица завопила, словно сирена:
– Это точно вы! Господи, это же сам Даниил Уваров! Зинка с соседней улицы лопнет от зависти!
Я быстрым шагом пошёл вдоль по улице, где через сто метров стояла на аварийке красная машина Алисы.
– Даня, она сломалась, – испуганно сказала она, когда я сел внутрь.
– Бросить меня вздумала? – строго посмотрел я на неё, а затем достал из кармана небольшую пластиковую коробочку, чуть меньше флешки и положил на центральную консоль. – Заводи.
– Но она заглохла и не заводится… – растерянно повторила Алиса.
Ничего не объясняя, я положил руку на её левое колено и нажал. Она ойкнула и подала ногу вперёд, нажав на тормоз, после чего я нажал кнопку запуска двигателя. По кузову пробежала вибрация и мотор услужливо заурчал.
– Как? – округлились её глаза.
– Не пытайся обмануть фокусника, – щёлкнул я её по носу и добавил: – Поехали, а то твой отец будет там раньше нас.
Надо будет объяснить ей что такое иммобилайзер и для чего он нужен.
* * *
Офис агентства Уваров и Распутина
– Дань, а что в том журнале написано? – шепотом спросила меня Алиса, замечая множество устремлённых на нас глаз, едва мы вошли в офис.
– Про поместье, – спокойно ответил я. – На приёме один из официантов был ряженым журналистом.
– Кошмар… – выдохнула она, прикрыв лицо руками.
– Почему же? Вовсе нет, Леонид написал ровно то, что я и хотел, – пожал я плечами, ставя две фарфоровые чашки перед кофемашиной.
– Это ты его пригласил⁈ – расширились её глаза.
Кивнув, я объяснил ей зачем там был нужен журналист жёлтой прессы, упустив момент про то, что мой недоброжелатель – сам Император, а причиной конфликта скорее всего является именно Алиса.
– А почему тогда все так на нас смотрят? – покосилась она на сотрудников и подошла к кнопке, чтобы затемнить стеклянные стены и избавиться от назойливых взглядов.
Но я остановил её:
– Не рекомендую. Это вызовет лишь больше слухов.
– Слухов? – удивилась она.
– Мы вчера ушли, а сегодня пришли вместе, – объяснил я. – И ты впервые появилась в той же самой одежде, что и накануне.
Алиса посмотрела на сотрудников, изображающих активную работу, на свою юбку, а затем её лицо покраснело, она схватила кофе и спешно ушла в свой кабинет.
– Даниил Александрович, к вам посетитель без предварительной записи, – зашла в мой кабинет девушка с ресепшн.
Я взглянул на часы. До прихода Распутина было полчаса. В целом, этого времени должно было хватить, чтобы выслушать человека, но мне было очень важно, чтобы подписание документов с князем не сорвалось, поэтому я аккуратно спросил у девушки:
– По шкале от одного до ста, насколько оцениваешь клиента?
– Определённо тысяча, не меньше, – выпалила она и услышала единственный ответ, который можно было дать в этой ситуации:
– Пригласи его.
Вскоре в мой кабинет зашёл кряжистый мужичок. Такого можно встретить в продуктовом или в трамвае, выдавал его разве что костюм. Идеально сшитый чёрный костюм‑тройка. Опытный взгляд мгновенно уловил в нём работу превосходного мастера.
