Текст книги "Бумажная империя. Гепталогия (СИ)"

Автор книги: Сергей Жуков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 107 страниц)

– Даниил Александрович, добрый день, – впервые со мной разговаривал непосредственно человек, к которому я обращался.

– Добрый день, Леонид Борисович, благодарю, что лично перезвонили, – тут же приободрился я.

Леонид Борисович Гомельский был представителем младшей ветви рода Гомельских и занимался лесозаготовкой. Во время нашего знакомства он мне сразу понравился своей открытостью и прямотой, столь редкой в высшем обществе.

– Даниил, не буду ходить вокруг да около и тратить наше с вами время. Вы и ваши идеи понравились мне ещё при нашем знакомстве. После мероприятия я попросил своих людей оценить перспективы сотрудничества и они дали зелёный свет, – аристократ говорил то, что я хотел сейчас услышать больше всего, но что‑то в его голосе меня настораживало.

В трубке повисла пауза, а затем Гомельский сказал то, что заставило мои плечи опуститься в бессильном отчаянии:

– Но я не смогу вам помочь, Даниил. Дело в том, что князь Юсупов очень тонко дал всем понять, что не следует каким‑либо образом вмешиваться в его бизнес. Весь высший свет города теперь знает, что лично Павел Алексеевич взялся за вас, чтобы показать каждому, что нельзя посягать на его территорию. Вы для него красная тряпка, кость в горле, называйте как хотите. Но горькая правда в том, что он недвусмысленно дал понять, что помогая вам, я стану его врагом.

В трубке повисла пауза.

– Благодарю вас за честность, Леонид Борисович, – спокойным голосом произнёс я и медленно положил трубку.

Понятно. Значит я не ошибся и лично Юсупов выступил в открытую против меня. Это соперник куда выше уровнем, чем Виктор Григорьевич. Все просто напросто боятся испортить отношения с ним.

Мой телефон то и дело продолжал звонить. Это перезванивали помощники и секретари тех аристократов, что не захотели отказывать мне лично. Каждый звонок с неизвестного номера был словно дурной копией предыдущего:

– Даниил Александрович, к сожалению господин не готов к сотрудничеству в данный момент, но с радостью рассмотрит вопрос инвестирования в вашу фирму в будущем.

С каждым отказом пустота внутри меня росла как снежный ком. Это было не отчаяние, не признание поражение, нет. Просто разочарование в мире, где статус значит куда больше, чем ум, знание, смелость.

Я не сдавался, но впервые у меня не было ни одной идеи как выкрутиться из этой ситуации. До окончания нашего спора оставалось меньше суток. Меньше суток до моего поражения.

Нет, это вовсе не означает конец. Впереди меня ждёт обучение в престижнейшем университете, которым наградил меня граф Никитин. Наш цветочный наконец‑то восстановлен и скоро я смогу заняться развитием франшизы.

А ещё у меня есть идея моей народной газеты. Я не просто так делал анонсы и активно рекламировал её через Заневский вестник, при этом никому не рассказывая всех деталей. Это был мой запасной аэродром, мой золотой парашют. Понимая, что нельзя отдавать такой бриллиант в ведение издания, которое ещё не принадлежит мне, я оттягивал запуск. И возможно не зря.

Но всё‑таки пустота в душе не покидала. Я ведь справился, смог вытащить эту мелкую газетёнку на новый уровень, поднять её со дна. Работал не покладая рук, рисковал собой, ночевал в типографии, отбивал от бандитов, тайно подменял статьи.

Вспоминая это, мне становилось грустно, что всё это стало перечёркнуто одним словом Юсуповых. Меня вдруг проняла такая злость. На них, на ситуацию, на мир, на себя самого.

Я стану ещё сильнее и обязательно отомщу. Стану тем, с кем им придётся считаться, раз другие боятся показать носа. Я изменю правила игры и заставлю всех принять их.

В этот момент телефон в очередной раз зазвонил. Взглянув на незнакомый номер, я вздохнул и вежливо ответил:

– Даниил Уваров, я вас слушаю.

Глава 16

Я сидел в переговорке, осознавая, что скоро мой спор с Хвалынским будет проигран. Ответив на звонок, я предвещал очередной вежливый отказ чьего‑нибудь секретаря, но в трубке прозвучал знакомый голос.

– Даниил, я ведь так и не поблагодарил вас за то, что защитили мою дочь в поместье Васнецовых, – обратился ко мне Распутин.

– Это был мой долг, Сергей Олегович, – вежливо ответил я.

– Бросьте, Даниил. Мне прекрасно известен дурной нрав Алисы и то, как она повела себя с вами. Тем ценнее, что не смотря на это, вы рискнули жизнью, чтобы спасти её, – твёрдо говорил князь. – Я в долгу перед вами.

Я не перебивал аристократа. Мне было очень ценно слышать такое. Эти слова пролились бальзамом на мою израненную подставой Юсуповых душу.

– Кстати, из‑за всех этих событий я забыл поблагодарить вас за оперативное выполнение моей просьбы с игровым полем для той настольной игры, – внезапно сменил тему князь. – До меня дошли слухи, что Юсуповы обращались к вашим людям, также желая изменить расстановку сил в той самой игре. Мне это крайне неприятно и я решил принять ваше предложение по выкупу прав на неё.

А затем его голос приобрёл заговорщицкий тон:

– Но поскольку заниматься такой мелочью мне не с руки, то я просто выкуплю долю в вашем бизнесе и инвестирую хорошую сумму в производство, чтобы каждый человек мог купить себе эту игру и знать, чьи предприятия самые крупные и влиятельные.

Я не верил своим ушам. Неужели это оно? Неужели вселенная возвращает мне всё, что задолжала?

– Напомните, какая фирма занимается производством этих игр? – продолжал Распутин. – Кажется, Заневский вестник? Я поручу своим людям немедленно заняться оформлением. Думаю, до завтра они должны управиться.

Это не вселенная. Это Распутин возвращает мне долг. Долг за спасение своей дочери.

– Сергей Олегович, зачем вы это делаете? Вы ведь понимаете, что вступаете в открытый конфликт с Юсуповыми? – спросил я, не веря происходящему.

– Вы спасли мою дочь, Даниил, – подтвердил он мои догадки. – А Юсуповы… Павел сам создал себе могущественного врага, когда поддержал выход статей, порочащих имя моей дочери. Он решил, что может плести свои интриги у меня за спиной. А я, в отличие от многих, не боюсь вступить в противостояние с ним.

Закончив разговор, я так и остался сидеть в пустой переговорке.

У меня не осталось сил на радость. Эмоции покинули меня, я был опустошён. И тут внезапно я рассмеялся. Напряжение последних дней покидало моё тело.

– Что случилось? – зашёл в переговорку встревоженный Станислав.

С трудом успокоившись, я коротко ответил:

– Мы победили!

Следующий день пролетел как один миг. Едва открылась биржа и наши акции начали расти как на дрожжах. Новость о том, что в нас поверил такой человек как Распутин, быстро распространилась в финансовых кругах.

– Хвалынский уже ничего не сможет сделать, – ликовала Аня, сбросив с себя маску строгой бизнес‑леди.

– Давайте дождёмся вечера, – опасливо предлагал Дима, помня как начал радоваться раньше времени вчера.

– Сейчас уже можно, Дим, – не сдерживал я эмоций. – Любые предпринятые им действия в лучшем случае отразятся на акциях только завтра. Так что можно выдохнуть.

Рыжий парень робко улыбнулся:

– Тогда я зову вас всех в ресторан. Мне давно уже надо было проставиться.

* * *

Ресторан «Гранд‑Метрополь»

Хвалынский был не похож сам на себя. Ему было прекрасно известно, что ожидает его на назначенной встрече. Проходя сквозь зал роскошного ресторана к дальнему столику, где его ждало неминуемое унижение, он думал лишь о том, что скажет Павлу Юсупову.

– Ну что, Виктор Григорьевич, я уже готов принимать поздравления и свой выигрыш, – вместо приветствия хохотнул сидящий за столом Васнецов.

Было решительно невозможно не заметить самодовольство и ликование на лице купца. Он был словно кот, объевшийся сметаны.

– Я выполню перевод на ваш счет, Иван Васильевич, завтра утром, – вежливо ответил уже бывший владелец газеты «Заневский вестник».

Васнецов пальцами пододвинул к собеседнику заранее приготовленный стакан с виски.

– Ладно тебе, Виктор, не вешай нос. Это всего‑лишь деньги, причём не очень большие, – ободряюще сказал Иван Васильевич. – Зато какой это был месяц! Я не чувствовал себя таким живым уже давно. Согласись, это было весело.

– Да, местами было интересно, – на лице Хвалынского проступила робкая улыбка и он взял напиток со стола.

Раздался звон бокалов и Васнецов произнёс тост:

– За то, чтобы нам было о чём мечтать и мы были уверены, что достигнем этого.

Они сделали по глотку. Приятное тепло разлилось по телу Виктора и он расслабился. Иван Васильевич не издевался, не унижал. Он оставался всё таким же, как и был раньше. Добрым другом, знающий Виктора ещё с детства.

– Юсупов вам этого не простит. И мне тоже, – уже без сожаления заметил он.

– К чёрту Павла, – махнул рукой разгорячённый купец. – Он надменный сноб. Не понимаю зачем ты связался с ним, твой отец никогда бы не одобрил того, что ты ходишь у него на поводке.

– Мой отец растерял половину состояния семьи, – грустно заметил Хвалынский. – Так что он не лучший пример для подражания.

– Он был честным и справедливым человеком, а это не менее ценно. А ты между прочим смог остановить финансовое падение вашего рода. Ты умный и грамотный руководитель, Витя. А сейчас какой‑то пацан умудрился обойти тебя, – по‑отечески негодовал Иван Васильевич.

– Даниил оказался блестящим управленцем, – парировал его собеседник. – Он ставит всё на карту и идёт до конца, не обращая внимания на препятствия и не считаясь ни с чем.

– Завидуешь? – хитро улыбнулся купец. – Думаешь, что если бы мог также, то послал бы всех к чёрту и стал бы футболистом?

Услышав это, Хвалынский вздрогнул, а его лицо осунулось. Иван Васильевич, находясь в приподнятом настроении, позволил себе рубить правду матку рядом с давним другом.

– Вижу, что прав, – посмотрев на погрустневшего мужчину, хмыкнул Васнецов. – А что тебе мешает поступить как Даниил?

– Всмысле? – непонимающе посмотрел Виктор.

– Да наплюй на чужое мнение, купи себе футбольную команду! – стукнул кулаком по столу глава рода. – Знаешь что? Не нужны мне твои полмиллиона. Пускай это будет мой вклад в твою мечту, Витя. В конце концов, это ты тогда убедил меня послушать того пацана в костюме официанта, так что я тебе должен.

– Но футбольный клуб это неликвидный, рисковый актив с очень низкой доходностью, – начал было Хвалынский, но сам же умолк.

– Вот! Правильно! К чёрту всё, бери и делай! – довольно улыбнулся его собеседник.

Выходя из ресторана, на лице Виктора Хвалынского была нескрываемая улыбка. Сегодня он потерял газету, но приобрёл нечто куда более ценное.

* * *

Большой компанией мы поехали в один из дорогих ресторанов, чтобы отпраздновать долгожданную победу.

Весёлые и шумные мы подошли к дверям роскошного заведения, у которых стоял вышколенный лакей.

– А нам такое по‑карману? – нахмурившись, спросил Стас, оценивая одежду лакея, что стоила явно дороже машины главреда.

– Я угощаю, – довольно хмыкнул Дима. – Точнее князь Распутин.

– Простите, господа, но вы не сможете отдохнуть в нашем заведении, – надменно произнёс стоящий у входа работник. – Тут строгий дресс‑код и я могу пропустить только господина и даму в костюмах.

Он указал на меня и Аню, наградив остальных презрительным взглядом.

Такое неприкрытое унижение тут же испортило настроение всем присутствующим.

Я уже открыл рот, чтобы ответить на столь дерзкое поведение работника, возомнившим, что он имеет право так разговаривать с потенциальными клиентами, но внезапно двери за спиной лакея открылись и вышедший оттуда человек застал меня врасплох.

– Добрый вечер, Виктор Григорьевич, – настороженно протянул я.

Вокруг повисла гробовая тишина. Напряжение, повисшее в воздухе было таким, что можно было заряжать батарейки. Мне показалось, что я слышал, как бешено стучало сердце Стаса, стоящего рядом.

– А чего такие тихие? – вдруг бодро спросил Хвалынский. – Вы победили, надо радоваться и веселиться!

Он улыбнулся и крепко хлопнул меня по плечу. Мужчина явно был расслаблен после посиделок и находился в прекрасном настроении.

– Как раз и планируем отпраздновать, – ответил я, пока остальные так и стояли в оцепенении.

– Вот и правильно! Только зачем вам это скучная дыра для старых снобов? – посмотрел он на стоящего рядом лакея, изображающего статую. – Вы молоды и полны энергии, вам надо куда‑то, где жизнь бьёт ключом.

Он задумался, а затем воскликнул:

– Караоке!

Сзади раздалось пару смешков, но внезапно Дима со Стасом охотно поддержали эту идею.

– Может с нами пойдёте? – робко предложила Аня у Хвалынского.

– Простите, я бы с радостью вспомнил молодость, но сегодня у меня появились неотложные дела, а вы идите и как следует повеселитесь, – без тени негатива ответил он.

Думаю не я один пребывал в шоке от увиденного. Перед нами стоял совершенно другой человек. Он будто сбросил с души тяжкий крест и наконец‑то вздохнул полной грудью.

Кто‑то тут же сказал, что знает отличный караоке‑бар у нас в районе и все двинулись туда. Дождавшись, когда все отойдут, я подошёл к аристократу:

– Виктор Григорьевич, у вас всё хорошо?

– У меня? – удивлённо спросил он. – Я богат и у меня наконец‑то есть мечта, да я счастливый как никто! Моя фамилия ещё прогремит на всю империю!

В его глазах я видел искренность, приправленную парочкой бокалов виски.

– Ты победил абсолютно заслуженно, Даниил, – уже серьёзным тоном добавил он, положив руку мне на плечо. – Но будь осторожен. Я вижу, что ты метишь на самый верх. Действуя не так, как люди привыкли, ты перечёркиваешь вековые устои этого мира. Это очень смелый и сложный путь и вокруг всегда будет множество людей, что всеми силами будут пытаться тебя остановить.

Он говорил строго, не угрожая, а словно пытаясь меня предупредить, защитить.

– Сегодня ты победил нас, их… – задумчиво добавил он. – Но завтра начнётся новая битва и против тебя уже не будут церемониться. Ты разозлил Юсупова и он сделает всё, чтобы уничтожить тебя и твою газету.

– Спасибо Виктор Григорьевич, я буду начеку, – кивнул я моему бывшему сопернику.

Попрощавшись, я нагнал ожидавших меня коллег.

– Что он хотел? – настороженно спросила Аня.

– Просил посвятить ему песню, – улыбнулся я.

* * *

Караоке‑клуб «В гостях у Шаляпина»

– Ну как тебе новый статус, господин владелец газеты? – хитро спросила подошедшая ко мне Вика.

– Не жмёт, – усмехнулся я.

На самом деле, для меня ничего не изменилось. Своя газета это конечно же очень здорово, но это всего‑лишь первая ступень. Инструмент, с помощью которого я смогу воплотить свои новые, более глобальные идеи. Ведь мои планы простираются куда дальше и выше.

– Зарплату поднимешь верным слугам? – тут же рассмеялась она, при этом посмотрев мне прямо в глаза.

– Я дам возможность очень хорошо заработать тем, кто будет со мной рядом, – уклончиво ответил я девушке.

Она сделала шаг в мою сторону:

– Достаточно рядом?

– Ты меня поняла, Вик, – вежливо улыбнулся я и отошёл к бару.

Что это сейчас было? Размышляя над этим, стоя у барной стойки, я стал невольным свидетелем очень странной сцены. Две очень симпатичные девушки в дорогой и стильной одежде зашли в заведение и сразу же направились к бару.

Но они не сели у стойки, а лишь невзначай поприветствовали бармена и что‑то спросили у него. Сквозь шум и звучащую песню я смог разобрать лишь слово «Платит». Молодой парень, не стесняясь, кивнул в сторону поющего Димы.

Этот диалог показался мне очень странным, но дальше ничего необычного не произошло и я убедил себя, что надумал лишнего.

Веселье продолжалось ещё несколько часов. Постепенно многие начали уходить домой, оставляя самых весёлых и певучих. И вот, обсуждая со Стасом и Викой следующий номер, я краем глаза заметил странную картину: две привлекательные девушки, те самые, чей разговор с барменом насторожил меня пару часов назад, мило беседовали с Димой, буквально взяв его в клещи.

Моя чуйка не унималась. Я внимательно наблюдал за происходящим за Диминым столиком, уже практически не обращая внимания на тревоги Стаса относительно работы доставки.

– Даниил, ты меня слушаешь вообще? Наши доставщики могут не справиться с возросшей нагрузкой. После первого номера с доставкой, новость об этом разлетелась быстрее ветра и у нас кратно увеличилось число читателей, оформивших подписку! – объяснял мне главред.

– Поговори с Кириллом, он руководитель этой сферы, – не спуская глаз с Димы, ответил я.

– Блин, спасать надо Диму, – вернулась к нам Лиза из уборной. – Я сейчас случайно подслушала разговор этих змеюк. Это похоже клофелинщицы.

Дима наш друг и отличный парень. А эти девки сидят, вытягивают из него деньги, обманывают и дурят его. Да ещё и ограбить хотят? Подумав об этом я тут же вскипел. Какими же друзьями для него мы будем, если останемся стоять и смотреть на это⁈

В это время рыжий парень, под очаровательный хохот девушек над какой‑то брошенной им шуткой, встал и направился к бару. Он что‑то объяснил бармену, видимо делая заказ для себя и его спутниц, и принялся ждать, наслаждаясь вечером и собой.

– Дим, будь осторожен с ними, – тут же возник я рядом с другом. – Они явно нацелились на твои деньги.

Но в ответ на мои предупреждения, он лишь бросил злобный взгляд в мою сторону.

– Они видят, что ты платишь за всех и мы слышали как… – я не успел объяснить, парень недовольно бросил:

– Да ты просто завидуешь! В кои то веки симпатичные девушки обратили внимание не на тебя. Вот ты и бесишься.

Забрав два ярких коктейля, приготовленные барменом, он отвернулся и направился обратно к столику под фальшивые девичьи возгласы восхищения.

Да и хрен бы с тобой, – сказал бы кто‑то другой на моём месте. Но я не брошу Диму и открою ему глаза, хоть эта правда и ранит его.

Ну всё. Этих мошенниц пора наказать. Сейчас разыграем небольшой спектакль.

– Стас, мне нужна твоя помощь, – обратился я к стоящему рядом главреду.

Спустя пару минут он активно мотал головой, отказываясь устроить небольшое шоу:

– Нет, Даниил, я не буду это делать!

– Ради Димы, ему надо помочь, – твёрдо посмотрел я на главреда, не давая ему шансов отказаться.

Он вздохнул и я вложил в его руку ключ от своей машины, на котором красовался огромный логотип премиального бренда, а также пачку денег, что мы плотно набили в его кошелёк.

– Давай! Помни, главное – уверенность! – подбодрил его я и наш начинающий актёр выдвинулся в сторону столика Димы.

Подойдя к ним, Стас уверенным, слегка небрежным голосом громко сказал:

– Ну что, Дим, ещё не все запасы потратил? Я уезжаю, завтра смотри не опаздывай.

А затем, не дожидаясь ответа опешившего парня, главред обратился к девушкам:

– А что у тебя тут за очаровательные спутницы? Меня зовут Станислав, я начальник этого юноши, надеюсь он не наскучил вам?

Смотря на это представление, мы с Лизой молча аплодировали. Скромный, стеснительный мужчина вёл себя дерзко, раскованно и даже слегка нагловато.

Небрежно бросив набитый деньгами кошелёк и ключи от дорогой машины, Стас взял руку девушки и элегантно поцеловал, а затем произнёс коронную фразу:

– А может вы со мной, девчонки?

Сидящие рядом с ничего не понимающим Димой переглянулись между собой и, не произнеся ни слова, синхронно поднялись со своих мест и подошли к Стасу.

– А как же ваш спутник? – спросил у них он.

– Ой, он нам наскучил, Станислав, а вы такой интересный мужчина, – милым голосом прощебетала из них.

Стас хитро улыбнулся:

– Дим, гони этих жадных мошенниц в шею. Ты отличный парень, а они дурят тебя, да ещё и ограбить похоже хотят.

Он отошёл от шокированных девиц, замерших на месте.

– Уходите, мы всё слышали! Сейчас полицию вызовем вообще! – с угрозой повысила голос Лиза, вступаясь за коллегу.

– Да пошли вы! Ещё пожалеете об этом, – брызнули ядом клофелинщицы и спешно ушли.

Дима так и сидел, понуро опустив плечи. Я подсел к нему рядом:

– Слушай, не бери в голову. Гнилых людей вокруг полным полно. Будь сильнее этого.

Он посмотрел на меня и во взгляде этом я увидел обиду и зависть. Похоже мой выросший статус принёс не только положительные эмоции.

Весёлое и праздничное настроение как испарилось. Пора было расходиться, тем более что большинство из наших уже давно ушли домой.

– В тебе пропадает талант актёра, – хихикая, говорила Елизавета своему парню, собирая вещи, а затем игриво посмотрела на него и добавила: – Есть у меня для тебя пару ролей на пробу.

Грустный Дима, тяжело отреагировавший на произошедшую ситуацию, тихо ждал в стороне, пока все соберутся. Очень хотелось что‑то сказать, помочь, взбодрить, но лучшим решением сейчас было просто не трогать его и дать время, чтобы забыть пережитое унижение.

Мы двинулись к выходу, когда дверь внезапно открылась и в заведение зашло трое крепких парней.

Хорошо, что мы уже уходим, – подумал я, смотря на их лица. Парни явно пришли сюда с целью найти приключений, нежели мирно попеть песни.

Я уже хотел выйти наружу, когда дверь снова открылась и передо мной появились две обидчицы нашего друга.

– Это они! – противным голосом воскликнула блондинка и указала на нас пальцем.