Текст книги "Бумажная империя. Гепталогия (СИ)"

Автор книги: Сергей Жуков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 51 (всего у книги 107 страниц)

Владимир заливисто расхохотался, а потом, резко оборвав смех, пристально посмотрел на меня:

– А что, если бы я тебе сказал, что лопата и мешки были у меня дома?

– Тогда я бы стал сильнее опасаться за Нестора Павловича, – подмигнул я, чем вызвал у него новый взрыв смеха.

Дождавшись, когда сосед отсмеётся, я провёл ему «экскурсию» по своей квартире, попутно оценивая ущерб.

– А с этими что делать‑то? – задал он вопрос, который витал в воздухе.

– С ними вопрос решённый, – сухо сказал я, достал из кармана один из защитных артефактов, снятых с нападавших, и кинул его Вове.

– Ого! Спасибо огромное! Эта штука кучу денег стоит! – присвистнул он.

Ага, вот только артефактный кинжал, что разрезает бетон, словно бумагу, думаю куда ценнее.

В дверь опять постучали. Это бы начало уже раздражать, если бы это не был стук человека, которого я позвал сам.

– Даниил, это просто… – Мечников не смог подобрать культурных слов, чтобы выразить эмоции от увиденного. – Что здесь произошло⁈

– Мне бы самому хотелось это выяснить, – пожал я плечами. – И думаю вы единственный, кто способен мне в этом помочь.

Рассказав про замеченную слежку, отвлекающий манёвр Владимира, прикинувшегося мной и устроенную в квартире бойню, я спросил то, ради чего собственно позвал Мечникова:

– Кто это может быть? А самое главное, кто их прислал?

Внимательно осмотрев нападавших, он недобро посмотрел на меня и произнёс:

– Ты перешёл дорогу кому‑то очень, очень могущественному. Этот кинжал я не спутаю ни с чем. Такой стоит на вооружение только одной структуры в мире – тайной канцелярии английской королевы.

– Чего⁈ – раздался возглас Вовы, стоящего у меня за спиной. – Причём тут Англия?

Его удивление можно было понять. Вот кого тут точно не хватало, так это англичан! Во все времена, во всех мирах их появление не сулило ничего хорошего.

– Даниил, с кем ты что‑то не поделил в этот раз? – пристально посмотрел на меня Мечников.

– Понятия не имею, – не соврал я.

Мне действительно было неизвестно имя человека, приславшего ко мне этих наёмников с редчайшим артефактным оружием. Зато я знал что им было нужно. А ещё… я знал про это таинственного человека такое, что способно засадить его в тюрьму на долгие десятилетия.

– Получается, это ценная и редкая штука? – с азартом повертел я кинжал в руках.

– Очень. Настолько, что я сделаю тебе огромное одолжение, забрав его, – сухо сказал лекарь. – Подобное оружие состоит в перечне запрещённых артефактов и его владение уголовно наказуемо.

Вот ведь блин. Это сейчас было обидно!

– Что с нападавшими будем делать? – спросил Владимир, всё ещё находящийся в квартире.

– Я вызову пару бригад скорой помощи и мы вынесем этих троих под видом больных. Дальше я постараюсь их разговорить и сообщу, если будет что‑то интересное, – объяснил Всеволод, а затем обратился ко мне и строго добавил: – Ещё что‑то, что мне нужно знать?

Его взгляд прожигал меня насквозь. Не удивлюсь, что сейчас он применял свой дар, чтобы понять, изменится ли моё сердцебиение. Лекарь хотел знал, скрываю ли я что‑либо.

А скрывать мне было что. Например человека‑невидимку у себя в кухне. Но говорить о нём Мечникову я передумал. Быстро оценив ситуацию, я пришёл к выводу, что скорее всего невидимость – не родовой дар, а действие особого артефакта. И скорее всего – также запретного. Отдавать подобное Мечникову я не собирался, уж слишком ценная это вещь. Да и полного доверия к Всеволоду Игоревичу у меня как не было, так и нет. В том числе поэтому я хотел оставить себе одного «языка», чтобы разговорить его с помощью моего дара.

– Это всё, – контролируя свои эмоции, ответил я на заданный лекарем вопрос. – Спасибо вам за помощь, очень надеюсь, что у вас получится что‑то узнать про нападение.

– Хорошо, – недоверчиво произнёс Мечников и достал телефон, чтобы вызвать пару карет скорых из своей клиники.

Через пятнадцать минут я наконец‑то остался один в своей разгромленной квартире. Сразу же бросившись на кухню, я подбежал в казалось бы пустой угол. Но я знал, что он вовсе не пуст. Ощупывая невидимые карманы, я пытался найти то, что могло быть артефактом невидимости.

Если бы это был родовой дар, то после потери сознания эффект наверняка бы спал, – думал я, лишь убеждаясь в своих предположениях.

Поиски затянулись и я почти отчаялся, пока наконец не нащупал крошечное кольцо на пальце. Сдернув его, передо мной проявился лежащий без сознания мужчина средних лет в чёрной военной форме.

– Бинго! – обрадовался я, осматривая небольшой кольцо.

Мне ещё предстояло разобраться, что это за устройство и как оно работает, а пока нужно было допросить этого живчика.

Найдя в аптечке нашатырный спирт, я открыл баночку и едкий запах заполнил пространство кухни. Поднеся ватку и заготовленный текст приказа к лицу неизвестного мужчины, я приготовился к допросу.

Но его ответы меня крайне разочаровали. Это была пешка, исполнитель, не имеющий ни малейшего понятия кто их нанял. Ворвавшиеся ко мне люди были представителями частной «охранной» организации, а если говорить проще то высококвалифицированными наёмниками. Причём международного уровня. Этим видимо объяснялось наличие английского кинжала.

Когда я понял, что ничего путного от мужика я не узнаю, то я отдал приказ забыть обо всём произошедшем сегодня и идти пешком до ближайшего леса. Пускай проветрит голову, прогулки ещё никому не вредили.

Едва я выпроводил его из моей квартиры, как снова раздался стук в мою дверь.

– Да вы точно издеваетесь! – чуть нервно улыбнулся я, идя к двери.

Заглянув в глазок, я глубоко выдохнул и открыл дверь:

– Привет. Что ты здесь делаешь?

Глава 8

На пороге стояла Алиса Распутина. Взгляд её был полон огня, а тонкие пальцы сжаты в кулаки.

– Хватит косить под дурачка, ты слишком умён, чтобы я в это поверила, – фыркнула девушка, бесцеремонно заходя в мою квартиру.

Но сделав шаг, она замерла, мигом позабыв о том, что хотела сказать.

– Что. Здесь. Произошло? – медленно произнесла она, шокированная представшей перед ней картиной.

– Ремонт затеял, – отшутился я.

Она осторожно ступала между деревяшками, что сутки назад были комодом, и разбитыми часами с кукушкой.

– Ну хоть что‑то хорошее, – указала она на часы. – Они были отвратительные, не вздумай покупать такие же.

Я не сдержал улыбки от этого комментария.

– Чего улыбаешься? – насупилась она, а затем ехидно добавила: – Что тут произошло‑то? Приглашал своих друзей‑простолюдинов?

– Нет, – отрицательно покачал я головой. – Ко мне проникли неизвестные и устроили тут обыск.

На её лице тут же промелькнул страх:

– Что⁈

– Сказали, что ищут розовую зубную щётку, принадлежащую их госпоже, – сохраняя невозмутимость на лице, сказал я.

Алиса не сразу поняла, а затем догадалась, о чём я говорю и её лицо залилось пунцом.

– Это чистейшая случайность! – топнула она ногой, при этом машинально теребя рукой прядь огненных волос. – Просто мы, аристократы, в отличие от всяких там простолюдинов, тщательно следим за чистотой своих зубов в любой ситуации!

– Согласен, гигиена полости рта очень важна, – с улыбкой кивнул я.

– Ой, да чего я вообще перед тобой оправдываюсь⁈ – отмахнулась она и тут же поспешила сменить тему: – Ты зачем к моему отцу приезжал?

Понятно, значит Марина донесла хозяйке о моём визите и теперь Алиса не может понять, рассказал ли я про её визит ко мне и знает ли Распутин о том, что дочь предупредила меня о его заговоре.

Рассказывать ей о том, что всё это изначально было спланировано я конечно же не буду. А вот обрадовать девушку одной новостью, о которой она ещё не знает, пожалуй стоит.

– Мы с твоим отцом пообщались и он пришёл к выводу, что заговор против меня был плохой идеей, а ещё я убедил его, что Роман Юсупов – не лучшая партия для тебя.

Алиса на секунду застыла, осознавая услышанное, а затем бросилась мне на шею.

– Ты уже в третий раз спасаешь мне жизнь! – с тёплой благодарностью произнесла она, так и не разжимая объятий на моей шее.

Её волосы струились по моему лицу. А в носу стоял лишь запах её лавандовых духов. Даже сквозь одежду я ощущал, как сердце аристократки стало биться сильнее.

Наконец, после невероятно долгих объятий, она оторвала голову от моего плеча, пронзительно посмотрела мне в глаза, а потом подалась вперёд и поцеловала в щёку.

– Спасибо тебе, – тихо добавила девушка, отступая назад и пряча смущённый взгляд в густых рыжих волосах.

– Алис, ты зачем приехала‑то? И вправду за зубной щёткой? – решил я разбавить напряжение в воздухе. – Или про отца спросить? Сомневаюсь что‑то.

– Дурак, – стукнула она меня. – Вообще‑то я приехала устроить тебе взбучку, за то, что оскорбил меня сегодня.

– Оскорбил? – переспросил я, удивившись.

– А как ещё мне назвать твой поступок, когда я хотела сесть к тебе в машину, чтобы поговорить, а ты заблокировал дверь и уехал, едва не сбив меня! – скрестила на груди руки девушка.

Вова! – пронеслось у меня в голове. Похоже, что ему не посчастливилось пересечься с Алисой. Вот ведь совпадение, и что только она делала в нашем районе?

– Прости, видимо обознался, – изобразил я виноватую улыбку.

– Даниил, хватит уже! – топнула она.

– Ладно‑ладно, – поднял я руки вверх. – Каюсь, виноват. Но сама теперь понимаешь, почему я так спешил и не взял тебя с собой.

Она ещё раз окинула взглядом тотальный разгром и понимающе кивнула головой:

– Тебе есть где переночевать?

– Что за намёки, Распутина? – рассмеялся я. – Твой отец не оценит такого гостеприимства.

– Да ну тебя блин! – вновь стукнула она меня, но на этот раз уже с улыбкой.

– Так, у меня остался только один целый стул на кухне, – сказал я. – Поехали в Жан‑Жак, угощу тебя хорошим кофе и заодно обсудим дела.

* * *

Цветочная лавка Уваровых

Сколько раз я не приезжал в наш магазинчик после ремонта, никак не могу насладиться тем преображением, что произошло с этим местом. Вот только сегодня цветочный почему‑то оказался закрыт.

Поднявшись в квартиру над лавкой, я обнаружил там маму с телефонной трубкой в руках.

– Привет! – улыбнувшись, зашёл я в свой старый дом. – Пустишь блудного сына?

Она обрадованно помахала мне и мы тепло обнялись. Всё‑таки мои визиты сюда не такие и частые, так что мы каждый раз успеваем как следует соскучиться.

– Ты чего с сумкой? – чуть приподнялись её брови.

– Да вот решил ремонт наконец‑то затеять, пустишь ненадолго обратно? – хохотнул я.

Она расплылась в улыбке и отмахнулась.

– Да ну тебя, Дань. Как же я могу такого известного и уважаемого человека не пустить? – подмигнула она мне. – И к тому же это здание всё ещё тебе принадлежит, не забывай.

Закинув сумку к себе в комнату, я налил чаю и сел за стол:

– А почему цветочный закрыт?

– Поставщики опять плохие цветы прислали, мне совесть не позволяет такими торговать, вот пытаюсь до них дозвониться, чтобы оформить новый заказ, – отмахнулась она.

– Опять? – мне резануло слух это слово. – Это не в первый раз происходит?

– Да, что‑то у них проблемы какие‑то в последнее время, – покачала головой мама, отложив телефон, где уже несколько минут безуспешно продолжался дозвон.

– В последнее это в какое? Сколько поставок они запороли? – тут же включился в работу я.

Чутьё опытного управленца мигом распознало, что здесь творится что‑то неладное.

– Да вот недели две как у них владелец сменился. Они ничего не нарушают, всё вовремя привозят, просто цепочки поставок нарушились, времена непростые и из Голландии маршруты стали длиннее и дольше, – объясняла она.

Но я понимал, что говорит она не своими словами, а стандартными отговорками нерадивого поставщика. Вовремя я решил заехать в гости, как говорится.

– Так, – строго сказал я, сбрасывая вызов на её телефоне. – Неси мне договор с ними, акты приёма‑передачи и претензии, что ты отправляла на их имя. Ты ведь отправляла претензии каждый раз, когда они срывали поставку, как я тебя учил?

Мама закивала головой, словно послушная ученица и через пару минут на столе передо мной уже лежали все необходимые бумаги.

– Что ты собираешься делать? – теребя чашку в руках, спросила она.

– Планирую немного потренироваться, а то что‑то давно не разминался, – хищно сказал я, сложил бумаги в кожаную сумку и вышел из дома.

* * *

Поместье Юсуповых

– Владельцы завода по производству полиграфических красок наотрез отказываются продаваться, – сообщила Кристина отцу, едва заметно вжав плечи и ссутулившись.

Она прекрасно понимала что сейчас будет и Павел не разочаровал её:

– Да как они смеют отказывать моему представителю⁈ Это немыслимо! – вскочил он из‑за своего кресла.

Его нервы уже были на пределе. Аристократ, привыкший контролировать свои эмоции и всегда трезво смотреть на вещи, нынче закипал от малейшей плохой новости. Точнее он закипал от любой негативной новости, связанной с газетой Уварова.

И то, что обе фабрики, которые были ему необходимы, чтобы расправиться с газетой Уварова, отказывались идти на его условия страшно его бесило.

– Значит и этим придётся заткнуть рот деньгами. Начинай срочный выкуп их акций. Нам необходимо срочно взять эти производства под контроль, – словно полководец, отдавал он распоряжения своей дочери.

– Но мы переплачиваем, – попыталась возразить Кристина, видя, что ярость и желание мести не дают её отцу трезво оценивать ситуацию. – За фабрику, где производят бумагу мы переплатили почти вдвое, чтобы собрать контрольный пакет акций.

– Это мои деньги! – рявкнул на неё Павел. – Не смей указывать мне как их тратить! Иди и выполни свою работу, завтра к закрытию торгов мы должны контролировать поставку бумаги и краски для газеты Уварова. Это не обсуждается.

– Хорошо, отец, – поджав губы, выдавила из себя Кристина Юсупова,

Она уже много раз пожалела, что вообще привела в их дом эту ревнивую девицу, что шпионила для них под боком у Даниила Уварова. Нет, предложенный девушкой план был действительно хорош и по своему гениален. Новая газета городского уровня требовала кратного увеличения необходимых расходных материалов и благодаря шпионке, они узнали с какими фабриками заключил контракты Заневский вестник и выкупили контрольные пакеты акций этих фирм.

На этом месте многие бы просто отказались поставлять материалы для этой газетёнки, но тогда Уваров бы просто разместил заказ в другом месте. И тут мстительная девушка смогла удивить Кристину и Павла Юсуповых. Она предложила им выполнить поставку по договору, вот только сделать это некачественно. Изменить рецептуру чернил и бумаги. Испортить их таким образом, чтобы они разом вывели из строя всё оборудование в типографиях Заневского вестника. Воистину женское коварство во всей красе. Такое могла придумать лишь обиженная и брошенная девушка.

Но этот план стал обходиться для Юсуповых слишком дорого и Кристина это понимала, вот только её отец был ослеплён жаждой уничтожить бизнес Уварова и не хотел её слушать. Они покупали неликвидные, крупные фабрики и платили за них двойную цену. Даже в хорошие времена, они столько не стоили и не было никаких шансов отбить эти деньги. Но в данном случае им приходилось переплачивать, ведь контракт у Заневского вестника был заключен именно с этими фирмами.

Что же, значит такова цена победы и мы её заплатим, – выдохнула Кристина Юсупова, звоня своему брокеру.

* * *

Центральный офис фирмы «Склады и перевозки Шишкина»

Подробно изучив все документы, что мне предоставила мама, а также съездив к знакомому юристу, я перешагнул порог фирмы, занимающейся поставкой цветов в нашу лавку, неся в руках пачку подготовленных документов и непоколебимую уверенность в том, что сегодня они пожалеют о том, что решили обидеть мою маму.

– Это ты! Это точно ты! – вскочил со своего места и ткнул в меня пальцем один из работников в офисе, едва я зашёл в помещение.

По правде говоря я уже стал привыкать к подобным ситуациям и внезапно навалившейся известности. Но в этот раз в голосе парня было скорее не восхищение, и даже не удивление. Злость. Вот какую эмоцию я почувствовал в его словах.

– Серый! Вот мы и встретились, предатель! – крупный парень уверенно шёл по узкому проходу между столами других сотрудников.

Его движения был резки и размашисты и он то и дело сбивал лежащие на краях вещи под неодобрительные выкрики коллег. Но парня это не заботило, он шёл ко мне на всех парах и в его глазах я не видел для себя ничего хорошего.

– Дружище, ты меня с кем‑то путаешь, – спокойно сказал я.

– О‑о‑о нет, дружище, – процедил он. – Я тебя, Серёга, очень хорошо запомнил.

– Меня вовсе не так зовут, – не робея, сделал я шаг вперёд, оказавшись лицом к лицу с агрессором.

Без предисловий и объявления войны, он попытался ударить меня, но я был к этому готов и, перехватив его руку, вывернул её ему за спину и прошипел на ухо:

– А ну быстро успокойся, а то сломаю и не поморщусь.

Мой ледяной голос был полон решимости выполнить свою угрозу и парень это почувствовал.

– Ладно, ладно. Всё, отпусти, не трону я тебя, – произнёс странный сотрудник и его плечи понуро опустились.

Разжав хватку на его руке, я одновременно оттолкнул парня, не полагаясь на его честность. Но он не соврал и больше не пытался подойти ко мне.

– Меня зовут Даниил Уваров и ни о каком Сергее я понятия не имею, – вновь повторил я, но парень лишь язвительно хмыкнул:

– Ну‑ну, рассказывай. У меня на лица отличная память, а на лица тех, кто мне жизнь попортил – особенно.

Я промолчал, ожидая пояснений. Впрочем как и навострившие уши сотрудники, сидящие рядом.

– Склады Григорьевских мануфактур. Ты ещё сказал что работаешь недавно и напортачил. Я помог тебе найти потерянные документы, от Михалыча прикрыл, – объяснял мне странный парень, но понятнее не становилось. – А оказалось, что ты вор и обманщик. По камерам тогда посмотрели, что я тебе помогал и меня как соучастника выперли с волчьим билетом.

Шестерёнки в голове шевелились, пытаясь понять о чём он говорит, и память начала подбрасывать какие‑то обрывки воспоминаний.

– Евгений, а ну пошёл вон отсюда! – прогремел на всё пространство зычный голос.

Буквально влетевший в офис мужчина средних лет схватил парня передо мной, словно нашкодившего ребёнка, и силком потащил к выходу. И вот когда мужчина назвал имя агрессора, лампочка в моей голове наконец‑то зажглась, освещая уже забытые события.

Это был тот самый парень Евгений, что помог мне на складе строительных материалов, где я искал улики против мошенника‑строителя, статью о котором мы тогда писали. Действительно. Я ведь тогда прикинулся простым работягой Серёгой, который напортачил с документами. Получается, что этого бедолагу тогда уволили из‑за меня.

От осознания этого стало неуютно, ведь этот Евгений просто захотел помочь своему коллеге, а вон оно как по итогу обернулось…

– Простите великодушно, – раздался голос вернувшегося мужчины. – Этого остолопа вы больше не увидите. Ещё раз приношу свои самые глубочайшие сожаления от лица нашей фирмы.

Он лебезил и расплывался передо мной в любезностях, потому что видел перед собой солидного и богатого мужчину в дорогой одежде. И от этого рыл себе ещё более глубокую яму, показывая что говорить так со мной вынуждает мой высокий статус. Будь я обычным его клиентом, то висел бы по полчаса на телефоне, в ожидании дежурного ответа.

– Сегодня вам придётся очень много сожалеть и извиняться, – ледяным тоном произнёс я и предложил пройти в его кабинет.

Уже через десять минут «переговоров» человек, отвечающий за поставку цветов в мамину лавку, сидел передо мной красный как рак. В его глазах было сожаление от того, что он выгнал Евгения и не дал тому набить мне морду. Впрочем, тем действием он спас скорее своего сотрудника, нежели меня.

– Это просто смешно! Мы выполняем все свои обязательства точно и в срок! – уже не мог сдерживать эмоций он. – Ни о каких проблемах с качеством речи не шло, нет ни одного документа…

– Вы получали письменные претензии каждый раз, – тихим и спокойным голосом говорил я.

Моё спокойствие ещё сильнее выводило из себя мужчину.

– Не знаю ни о каких претензиях, – отмахнулся он, но я подался вперёд и продолжил:

– Я уже провёл независимую экспертизу качества вашей последней поставки, у меня есть копии каждой претензии, отправленной вам. В соответствии с договором, мы имеем право отказываться в приёмке товара при наличии претензий к качеству с требованием проведения независимой экспертизы, – давил я.

Подкреплённый знаниями и советами опытного юриста, я сыпал фактами, законами и последствиями. Словно лев, я вгрызся в глотку своей жертвы и не отпускал, пока он наконец не произнёс:

– Хорошо, что вы хотите, чтобы загладить это недоразумение?

И тут я откинулся на спинку кресла и хищно улыбнулся:

– Вы будете поставлять самые лучшие цветы, что возможно доставить в нашу империю. Я хочу, чтобы сначала цветы шли в нашу лавку, и только потом в императорский дворец. И, само собой, ближайшие поставки будут выполнены за ваш счёт, чтобы покрыть сорванные отгрузки и связанные с этим потери нашего цветочного.

– Вы с ума сошли! – стукнул он ладонью по столу.

Но я уже поднялся со своего места и выходил из его кабинета, давая понять: торговаться я не намерен и он должен поступить именно так, как я сказал.

– Я сообщу всё своему господину! Он уважаемый торговец и мигом поставит вас на место! Вы ещё пожалеете, что решили нам угрожать! – взорвался мужчина.

– Передайте своему хозяину, чтобы лучше следил за своими животными, а то не ровен день, когда они принесут в его дом такую кость, что станет ему поперёк горла, – задержавшись в дверях, я с нескрываемой угрозой в голосе ответил ему.

Выйдя из кабинета, я подошёл в ближайшему столу и спросил у сидящей там сотрудницы:

– Прошу прощения, а где рабочее место Евгения?

Она вздрогнула и покорно указала на один из столов, расположенных у окна.

– Большое спасибо, – очаровательно улыбнулся я и пошёл к указанному месту.

Взяв лежащую у стола сумку, я сгрёб туда все вещи Евгения и вышел из офиса под изумлённые взгляды окружающих.

– Поехали, ты тут больше не работаешь, – сказал я курящему у входа в здание парню, кидая ему сумку.

– Чего⁈ Что ты наплёл Шишкину? Он что, меня реально уволил? За что ты так со мной? – глаза парня расширились, а из пальцев упала недокуренная сигарета.

– Ты сам уволился, – коротко отрезал я, подходя к своей роскошной машине. – Не мусори, выкини окурок в урну и поехали.

– Куда? – спросил Евгений, покорно выполняя мой приказ.

– В мою фирму. Ты теперь работаешь на меня, – сказал я и кивнул на пассажирскую дверь.

* * *

Редакция газеты Невский Вестник

Благо хоть в редакции и типографии всё было спокойно и шло по плану.

– Даниил, ты как чувствуешь! Пришла новая поставка чернил и бобин с бумагой, – тут же подскочил ко мне Дима, едва мы с ошалевшим от всего происходящего Евгением зашли в помещение нашей второй типографии. – Ты просил предупредить тебя, когда они наконец‑то приедут.

– Супер, спасибо что не забыл, – поприветствовал я начальника моей типографии. – Вы ведь ещё не распечатали заводские упаковки?

– Нет, ты говорил, чтобы мы их не трогали без твоего распоряжения, – нахмурил лоб Дима, явно не понимая, что происходит.

Великолепно. Как же приятно работать с грамотными и исполнительными людьми.

– Знакомься, это Евгений. Он поступает в твоё полное распоряжение. Будет помощником начальника типографии. Тебя давно пора разгрузить, а работы впереди будет только больше, – представил я новичка.

– Помощником? – спросили они синхронно.

– Вот видите, уже спелись, – рассмеялся я. – Вообщем Евгений талантливый и ответственный работник, уверен быстро научится всему необходимому.

– С‑спасибо, – робко произнёс мой новые работник, не веря своему счастью.

Новая должность была куда лучше той, где он работал ещё сегодня утром. Однажды он был добр и помог мне. Помог просто так, а доброту я не забываю, так что сегодня я побуду кармой и сполна верну Евгению за его хорошие дела.

– И тогда вот тебе первое задание, – сказал я, надевая пальто. – Бери наш фургон для развозки, надо кое‑куда прокатиться. Дим, ты тоже давай с нами, будет много работы.

– На фургоне? Куда это? – удивился Дима.

– Ко мне домой, – ответил я, увлекая парней за собой.

– Ты переезжаешь? У тебя ремонт что‑ли? – поинтересовался начальник типографии, когда мы уже спускались по лестнице на первый этаж.

– А? Да, ремонт, – улыбнулся я его проницательности. – И вы поможете мне кое‑что перевезти.

* * *

Траттория «У Луиджи»

Разобравшись со всеми делами за пару часов, в восемь часов вечера я приехал в уютное итальянское кафе, где далёкие несколько месяцев назад Аня «вербовала» меня в Заневский вестник. Тут должна была состояться одна особенная встреча и я сразу же подошёл к небольшому столику, расположенному в дальнем конце помещения. Там одиноко сидела девушка. При моём внезапном появлении она чуть вздрогнула.

– Я всё знаю про тебя. Зачем ты пыталась это скрыть? Знаешь же, что рано или поздно я бы об этом узнал, – строго посмотрел я на Аню, которая водила меня за нос всё последнее время.

Она посмотрела мне в глаза и ослепительно улыбнулась:

– Мне просто хотелось посмотреть на твоё лицо, когда ты догадаешься.

Я не успел ничего ответить, потому что к нам подошёл Евгений Осипов – студент, нынче работающий у меня юрист‑консультантом и помогавший со всеми договорами в последнее время.

Но вместо того, чтобы пожать мне руку, он отнюдь не под дружески поцеловал стоящую рядом Аню, а затем уже повернулся ко мне:

– Я так полагаю, больше нет нужды скрывать наш секрет.