Текст книги "История Испании. Том I"

Автор книги: Рафаэль Альтамира-и-Кревеа

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 60 страниц)

Преемники Рекареда. За Рекаредом следуют три короля, сами по себе ничем не выдающиеся. Однако способ, с помощью которого они добились власти, наглядно иллюстрирует то состояние хаоса, в котором находилось государство. Действительно, Лиуву II, сына Рекареда и продолжателя политики католической церкви, свергнул Витерих, вождь арианской партии. Но римский элемент спустя короткое время вновь одержал верх. Витерих был свергнут, и на его место был посажен Гундемар.

Воинственная политика Лиувигильда возродилась при Сисебуте и Суинтиле. Уже Гундемар воевал против византийцев, хотя без особого успеха. Сисебут, в стремлении округлить вестготские владения на полуострове, отвоевал у византийцев Восточную провинцию, простиравшуюся от Гибралтара до Сукро (Хукар), оставив им только Западную провинцию (от Гибралтара до Алгарве). Через несколько лет и эту провинцию завоевал Суинтила. Таким образом было осуществлено окончательное покорение Испании. За исключением некоторых незначительных по территории областей на севере (Страна Басков, Арагонские Пиренеи) и, возможно, некоторых других областей в горных местностях, вестготы теперь стали господствовать на всем полуострове, объединив его территории и затратив на это, подобно римлянам, более двух столетий. Суинтила совершил также походы против васконов, разбил их и основал на завоеванной территории опорную базу – крепость Олигитум (по мнению некоторых исследователей, современное Олите).

Внутренняя политика. До Рекареда положение евреев, живших в Испании со времен императора Адриана, было вполне удовлетворительным. Они могли вступать в брак с христианками, занимать общественные должности (они назначались даже на должности наместников провинций – comes) и принимать участие в общественном управлении. Со времени Рекареда их судьба изменилась Евреи утратили свои былые привилегии. Сисебут под страхом изгнания принуждал их креститься.

Ради спасения имущества и жизни многие из них переходили в христианство, сохраняя верность иудейской религии; те же, кто отказывался креститься, подвергались преследованиям, и многие евреи вынуждены были бежать из Испании.

В дальнейшем еврейский вопрос привел к тяжелым осложнениям и вызвал немало смут^[49].

Суинтила попытался разрешить еще одну существенную проблему. Политика Лиувигильда и других королей имела целью укрепить монархический принцип, сломить честолюбивые стремления и анархические тенденции знати и косвенными приемами обеспечить наследственность королевской власти. Суинтила прямолинейно действовал в том же направлении и сделал соправителем одного из своих сыновей; однако вестготская знать воспротивилась этому и в конце концов, опираясь на франков, свергла короля, хотя последний и пользовался симпатиями народа. Борьба на этом не закончилась. Династический вопрос продолжал оставаться в центре внимания, порождая смуты и постоянные столкновения между королями и знатью.

Борьба между монархией и знатью. Действительно, с 631 г., когда был свергнут Суинтила, до 672 г., когда на престол был избран знатный вестгот Вамба, на престоле сменилось много королей, политические планы которых заключались в том, чтобы добиться перехода короны по наследству и слить воедино два народа – победителей и побежденных. Обе эти задачи оказались неразрешимыми, несмотря на то, что королевская власть предпринимала для этого немало усилий и опиралась в своей политике на влиятельную часть духовенства. Так действовали Сисемунд, свергший Суинтилу, Хинтила (Кинтила), Тульга и Хиндасвинт (Киндасвинт). Некоторые из этих королей были низложены, а Хиндасвинту в конце концов пришлось принять против знати очень суровые меры. Многих представителей знати он казнил, а других обратил в рабство, конфисковав их имущество. Некоторым удалось бежать за пределы страны, и там они усиленно готовили новые мятежи. Об этом свидетельствуют постановления VII Толедского собора, созванного Хиндасвинтом, сулившие тяжелые наказания (отлучение от церкви и конфискация имущества) мятежникам и эмигрантам, ищущим на чужбине поддержки против своей родины, хотя бы эти смутьяны и были клириками. Собор обращался к королям других стран с просьбой не разрешать подготовку в их странах заговоров против вестготской монархии.

Эти законодательные мероприятия получили свое завершение в период правления преемника Хиндасвинта – Рецесвинта (Рекцесуинта) на VIII Толедском соборе (653 г.). Рецесвинт вступил на престол, не будучи избранным знатью, и вынужден был бороться с новыми восстаниями. Чтобы покончить с подобным положением вещей, он пошел на уступки, амнистировал восставших и предложил собору принять закон о престолонаследии, в котором фиксировалось, что после смерти короля нового преемника будут избирать прелаты и знать. Рецесвинт дал обязательство охранять католическую религию и преследовать еретиков и евреев; последние в правление Сисемунда вернулись в Испанию.

Слияние народностей. Хиндасвинт и Рецесвинт не только старались разрешить политические проблемы, но уделяли также немалое внимание вопросу слияния вестготской и испано-римской народностей. Унификация законодательства была одним из наиболее действенных методов, которые позволяли разрешить этот вопрос. Каждая народность имела свое особое законодательство, а отношения между ними регулировались по-разному в тех или иных случаях. Хиндасвинт покончил с этими различиями. Как полагают, он распространил единое законодательство на все население полуострова, и эта единая правовая система основана была на испаноримской и вестготской традициях и стремилась примирить интересы обоих народов. Хиндасвинт провел эту работу, основываясь на прежних законодательных актах и кодексах. Он разрешил ранее запрещенные браки между испано-римлянами и германцами. Это не значит, что до реформ Хиндасвинта испано-римляне не могли сочетаться браком с вестготами (ср., например, короля Тевдиса); но раньше государство, за весьма малыми исключениями, не признавало законной силы таких браков. Сын Хиндасвинта Рецесвинт завершил дело своего отца, дважды пересмотрев законы, в стремлении придать им больше единообразия и систематизировать их. Текст кодекса Рецесвинта дошел до нас полностью^[50].

Вамба. Война и внутренние реформы. После смерти Рецесвинта началось соперничество между различными представителями знати, претендовавшими на престол. В конце концов королем был избран человек, по самому складу своего характера призванный быть властелином, – родовитый вестгот Вамба.

Правление Вамбы почти полностью прошло в войнах. Сразу после его избрания началось восстание в Септимании под руководством одного графа, не желавшего признать власть короля. Одновременно и баски, которые еще при Рецесвинте вышли за пределы занимаемой ими области и достигли Сарагосы, отказались платить дань и угрожали новым вторжением. Вамба сам возглавил поход против басков, а в Септиманию направил военачальника Павла. Однако Павел поднял восстание и был провозглашен своим войском королем. Разгромив басков, Вамба сразу же отправился в поход против Павла, разбил его и взял в плен. Таким образом он покончил с восстанием и покорил всю Септиманию.

Спустя некоторое время началась война, носившая совсем иной характер. В этот период северное побережье Африки, принадлежавшее длительное время Византийской империи, перешло к воинственному народу – арабам. Арабы, желая вторгнуться в Испанию, направили большую флотилию к восточному берегу полуострова. Вестготские войска отбили это нападение, и арабы понесли большой урон в людях и кораблях.

Все эти военные предприятия и трудности, с которыми пришлось столкнуться, ясно показали Вамбе, что вестготскому государству угрожает серьезная опасность. Опасность усугублялась еще и тем, что население уклонялось от несения воинской службы, а армия была крайне дезорганизована. Вамба рядом законодательных актов обязал всех обитателей полуострова под страхом суровых наказаний участвовать в войнах и провел ряд мероприятий по внутренней организации армии.

Упадок вестготского государства. Вамба был последним королем, который с блеском правил вестготским государством. Замечательные военные походы и кипучая энергия стяжали Вамбе славу и внушали страх всем его врагам. Но после низложения Вамбы в стране наметились признаки быстрого упадка. И это немудрено – короли боролись со знатью, знать выступала против королей, арианская партия враждовала с католической. Нельзя было закрепить наследственный принцип в престолонаследии и предупредить возникновение бесконечных мятежей и смут; ничто не могло сгладить различия между коренными испанцами и вестготами^[51]. Все это вместе взятое, включая и общее падение нравов, определило неизбежное падение вестготского могущества. Сам Вамба был свергнут с престола, и королем стал один из его родственников – Эрвигий. Эрвигию в свою очередь пришлось подавить несколько восстаний знати, хотя он и ослабил суровый режим Вамбы, неоднократно провозглашая амнистию и проявляя даже известную слабость по отношению к знати. Его преемник Эгика, родственник Вамбы, вернулся к методам последнего; он подверг наказанию врагов Вамбы и покровительствовал его сторонникам, которые подвергались преследованиям в правление Эрвигия. Против Эгики также был организован заговор под руководством епископа Толедского Сисберта. Заговор был раскрыт, его участники – наказаны. Вскоре Эгике пришлось отражать новое нападение арабов.

Как Эрвигий, так и Эгика продолжали работу по унификации законодательства. Они еще раз пересмотрели кодекс Рецесвинта и дополнили его. До нас дошли два кодекса, явившихся результатом пересмотра, проведенного Эрвигием, однако кодекс Эгики не сохранился.

Витица и его сын. О правлении двух непосредственных преемников Эгики до нас дошло очень мало сведений. В начале своего правления Витица амнистировал представителей знати, которых преследовал Эгика. Это произвело на знать очень благоприятное впечатление, но оно быстро рассеялось после того, как король взял в качестве соправителя своего сына Ахилу, которого он хотел сделать своим преемником. Против Витицы было организовано несколько заговоров, своевременно раскрытых последним. При этом Витица жестоко карал заговорщиков. Одного из них, герцога Кордовского Теудефреда, он ослепил, а другого, Пелайо, изгнал. Духовенство неодобрительно относилось к мероприятиям Витицы. Тем не менее ему удалось удержаться на троне. Арабы снова попытались вторгнуться в Испанию, но король отразил их нападение. Вскоре после сражения с арабами Витица умер в Толедо (в 708 или 709 г.)

Его сыну Ахиле, вступившему на престол, пришлось бороться с более значительными трудностями. Знать не признала его королем и подняла восстание. Начался период анархии и смут. Восставшие избрали своим вождем и новым королем герцога Бетики Родериха (Родриго), которому в конечном счете удалось разгромить войска Ахилы и завладеть престолом (710 г.).

Родриго. Арабское вторжение. Герцог Бетики Родриго был последним королем вестготов. Уже отмечалось, что арабы занимали большую часть северо-западного побережья Африки, область, в древности называвшуюся

Мавританией, и что они неоднократно пытались вторгнуться в Испанию. В правление Родриго им удалось осуществить это намерение, получив помощь из самой Испании. Что это была за помощь, точно не известно. Принято считать, что арабам помогал вестготский граф Юлиан, комендант крепости в Сеуте (которую Сисемунд или Суинтила отвоевали у византийцев), движимый стремлением отомстить Родриго за оскорбление, нанесенное его дочери Флоринде; как только арабы оказались в Испании, им помогли также сторонники семьи Витицы (в том числе епископ Оппас), которые перешли со своими воинами на сторону арабов.

Военные действия арабы начали совместно с Юлианом, высадившись в районе Алхесираса (709 г.); вероятно, эта высадка была только рекогносцировкой. Спустя один год они отправили в Испанию другой отряд в 400 пехотинцев и 100 конников под командой Тарифа. Отряд ограничился грабежом плодородной местности между Тарифой и Алхесирасом, не овладев ни одной крепостью. Наконец, в 711 г. более значительное войско арабов, под командованием полководца Тарика и графа Юлиана, овладело Гибралтарской скалой, ныне исчезнувшим городом Картей и Алхесирасом. Таким образом арабы захватили важные опорные пункты и обеспечили себе пути отступления.

Арабское завоевание и конец вестготской монархии. Немедленно арабы отправились к Кордове; однако им оказали сопротивление войска под командованием Венция, племянника короля. Арабы одержали победу, но наступление их замедлилось, благодаря чему удалось известить о вторжении короля, который находился в это время на севере Испании, где он воевал с франками и васконами. Родриго собрал сильное войско и отправился в поход против арабов, которые, однако, получили новые подкрепления из Африки и располагали вспомогательными отрядами вестготов – противников короля. По словам некоторых авторов, арабы собрали около 25 тыс. человек.

Войска противников встретились у берегов озера Ханда, расположенного между Мединой-Сидонией и Вехером де Ла-Фронтера (провинция Кадис). Битва эта ошибочно называется сражением на реке Гвадалете, так как наименование этой реки было спутано с названием реки Барбате, впадающей в озеро Ханда.

Битва началась в воскресенье 19 июля 711 г. Родриго мог бы одержать победу, если бы ему не изменила часть войск, подкупленная друзьями и родственниками Ахилы, в том числе епископом Оппасом и неким Сисбертом. Королю с несколькими военачальниками и горстью воинов удалось бежать.

После этой крупной победы захватчики направились дальше к Кордове, преследуя отступающих. На равнинах близ Севильи произошло другое сражение, также неблагоприятное для вестготов. Затем арабы взяли крепость Эсиху. Тарик вновь стал продвигаться по направлению к Толедо, но в Кордове ему оказано было сопротивление, и гарнизон крепости воспрепятствовал арабам переправиться через Гвадалкивир. Тарик оставил часть войска для осады Кордовы, совершив обходное движение, переправился через Гвадалкивир и двинулся на Толедо. Он взял этот город – столицу вестготского королевства, и продвинулся до Алькала. После двухмесячной осады Кордова была взята арабами.

Между тем Родриго, которому удалось бежать после разгрома у Ханды, укрылся в Мериде и собрал новые войска, угрожая главным силам противника, занявшим Толедо. Тарик, перед лицом этой опасности, обратился за помощью к правителю Мавритании Мусе, своему непосредственному начальнику.

В 712 г. Муса прибыл с сильным войском. Видя, что в данный момент наибольшая опасность грозит со стороны Мериды, он направился к ней; перед этим он взял Севилью и ряд других крепостей. Муса осадил Мериду, которая сопротивлялась в течение года, но затем была взята штурмом.

До падения Мериды арабы встречали незначительное сопротивление, и масса гражданского населения относилась к ним скорее даже с симпатией. Население иногда открывало арабам ворота городов, и завоеватели оставляли незначительные гарнизоны в покоренных местностях. Однако после взятия Мериды положение, по-видимому, изменилось. Во всяком случае известно, что сразу же после взятия Мериды поднялось всеобщее восстание христиан, началом которого было возмущение в Севилье. Муса послал против Севильи своего сына Абд-аль-Азиза, а сам отправился дальше к Сьерра де Франсия (провинция Саламанка), где, по-видимому, находился Родриго, собравший новые силы. Муса и Тарик, прибывший из Толедо, объединились и настигли вестготов у Сегоюэлы (сентябрь 713 г.). В этом сражении, как полагают, вестготский король понес поражение и был убит.

Этой битвой завершилось вестготское господство в Испании. Арабы не намерены были оказывать в дальнейшем покровительство сторонникам Ахилы. Из Сегоюэлы Муса направился в Толедо, где сразу после ухода Тарика началось восстание. Вступив в Толедо, Муса провозгласил халифа государем испанских земель. Так началась эпоха арабского господства.

Социальная и политическая организвция

Состав населения в вестготскую эпоху. С приходом варваров состав населения Испании еще более усложнился. Для периода вестготского господства характерны следующие этнические элементы: германский, представленный различными племенами, вторгшимися на полуостров, римско-латинский, к которому принадлежало большое число жителей полуострова, полностью романизированных или бывших мод влиянием римской цивилизации; а также римско-византийский, который косвенно, через духовенство, оказывал влияние также и на области, не завоеванные византийцами. К этому следует добавить основной элемент, местное население смешанного состава. Из всех перечисленных элементов самыми стойкими были второй и третий. Германцы, а особенно вестготы, прибыли в Испанию, когда их первоначальные представления и обычаи были сильно изменены в ходе долгого и постоянного общения с римлянами. Таким образом, вестготы внесли мало оригинальных черт в жизненный уклад населения страны. Между тем римско-латинский и византийский элементы продолжали оказывать огромное влияние, которое проявлялось, в частности, и в христианизации Испании.

Социальный строй. Социальный строй Испании к моменту прихода вестготов может быть кратко охарактеризован следующим образом: концентрация собственности в немногих руках; развитие крепостничества, колоната и форм полукрепостной зависимости; ограничение личной и экономической свободы путем подчинения индивидуума курии и корпорациям или коллегиям.

Готское вторжение слабо отразилось на социальной структуре и экономическом положении населения Испании^[52]. В сфере семейного уклада с приходом вестготов началась, однако, известная реакция, которая выразилась, в частности, в восстановлении прежних отношений и порядков. Объясняется это тем, что весь общественный строй вестготов построен был на родовых связях. Крепость семейных уз и солидарность родового коллектива связывали, однако, личную свободу члена родовой организации. Все потомки одного общего предка считали себя как бы особой группой, члены которой обязаны оказывать друг другу помощь и принимать участие в гражданской жизни всех членов группы (брак, опека, наследование и т. д.). За обиду, нанесенную одному из членов рода, мстили другие его члены, и закон признавал это право; однако не всегда подобные акты мести связаны были с пролитием крови – обидчик мог получить прощение родственников оскорбленного посредством уплаты выкупа (вергелъда). Солидарность членов рода ослабла в позднейшие времена под влиянием римского права.

Семья. Поскольку считалось, что женщина находится под властью отца (а также матери), равно как братьев или других родственников – мужчин, мужчина, чтобы вступить в брак, должен был покупать жену, т. е. заплатить за право быть ее господином; брак не мог состояться, если жених не давал приданого или если родственники невесты не соглашались выдать ее замуж. С момента заключения брака женщина поступала в подчинение мужа.

Приданое богачей обычно состояло из 10 рабов, 10 рабынь, 20 лошадей и большого количества украшений и драгоценностей, которые муж получал обратно, в случае если его супруга умирала бездетной и не оставляла завещания. Основным условием брака была верность жены. Супружеская измена сурово каралась и служила поводом для развода. Мужчинам разрешалось иметь незаконных жен, или наложниц. Все, что приобретали муж и жена во время брака, составляло общую собственность, которая делилась в случае смерти одного из супругов, обычно пропорционально вкладу каждого из них.

Вестготы пользовались завещанием для передачи семейного имущества, приняв таким образом нормы римского права. Дети наследовали 4/5 имущества, а вдова имела право пользоваться имуществом умершего мужа, пока снова не выходила замуж.

По закону родители не могли пользоваться по отношению к детям старинным правом жизни и смерти, но отец и мать обязаны были заботиться о воспитании детей. За детьми признавалось право иметь особую собственность (пекулий), складывавшуюся из того, что они приобретали своим трудом или получали в дар от короля и других лиц.

Вестготская семья была крепче, чем римская времен упадка империи.

Классы. В сфере общественного уклада вестготы не изменили положения, которое было до их прихода в римских провинциях. Скорее они способствовали тому, что прежние черты определились более четко, а число лиц, находившихся в рабстве и личной зависимости, увеличилось. В вестготском обществе существовало различие между свободными людьми и сервами (siervos), и между лицами этих двух классов были запрещены браки. К свободным принадлежали в первую очередь нобили, представлявшие вначале наследственный и замкнутый класс. После вторжения в Испанию вестготов положение знати изменилось. Принадлежность к этому классу уже перестала быть привилегией членов определенных семей, и теперь в него могли входить все, кто приобрел богатство (земли, предоставленные королем, военная добыча и т. д.) или занимал важные посты при дворе. Поэтому знать утратила в известной мере свое былое значение и стала в определенной степени зависеть от короля; она делала неоднократные попытки разорвать узы этой зависимости, и в этом ее поддерживала сохранившаяся испано-римская аристократия, которая совместно с вестготской знатью вела борьбу за власть и пользовалась наравне с ней плодами, приносимыми административной и политической деятельностью. Впрочем, между вестготской и испано-римской знатью шла ожесточенная борьба в период завоевания Испании.

Нобили готской Испании именовались poientes, optimates и proceres. Законы именуют знатных готов сеньорами, а аристократов испано-римского происхождения – сенаторами, крупных землевладельцев этого же класса называли потенциорами и поссесорами.

Свободные, не принадлежавшие к знати, обычно зависели от нее. Их зависимость имела либо старинную форму колоната и патроциния (для вольноотпущенников), либо выражалась в том, что они были свободными земледельцами и арендаторами земли у знати или же ремесленниками и рабочими в городах. Положение последних категорий улучшилось потому, что вестготы ослабили узы зависимости, которые ранее связывали рабочих и ремесленников с коллегиями и корпорациями. В то же время положение свободных земледельцев постепенно ухудшалось, и в конце концов они превратились в таких же колонов, так как род их занятий стал наследственным, и они были навечно прикреплены к земле.

Для вестготской эпохи характерно появление нового класса, так называемых буцеллариев (bucellarii), которые добровольно шли на службу к могущественным и влиятельным особам, в поисках защиты, как это имело место в древности с так называемыми клиентами. Будучи зависимыми, буцелларий сохраняли все свои личные права и получали от патрона или сенатора, которого они сопровождали на войну, оружие и земельные наделы. Буцелларий имел право в любой момент порвать узы, связывающие его с патроном, и этим он отличался от вольноотпущенника, который был постоянно связан обязательствами патроната. Сеньор не только обязывался помогать буцелларию и защищать его, но он должен был выдавать замуж его дочерей, которые после смерти отца до замужества оставались под властью патрона. Патронат подобного рода и связанные с ним материальные выгоды представлялись буцеллариям настолько привлекательными, что крайне редко они порывали с патронами, хотя на то и имели право. Обычно это случалось, если буцелларий находил нового патрона, связь с которым по каким-либо соображениям казалась более выгодной.

Итак, лишь немногие были в эту эпоху совершенно свободны. Образовался целый ряд промежуточных состояний, вплоть до самых низших – крепостничества или рабства, продолжавшего существовать, как и в прежние времена.

Широкое распространение форм личной зависимости объясняется неуверенностью, которую испытывали многие в эту эпоху войн и смут, и дезорганизацией тех звеньев системы управления, которые могли обеспечить охрану и защиту человеческих прав.

За иностранцами признавались их права и законы, о чем можно судить на основании Liber Judiciorum – кодекса, в котором особо оговорены права иноземных купцов, прибывающих в морские порты или проживающих там.

Распределение земель. При вступлении в Галлию вестготы отобрали две трети земель римских поссесоров и половину их домов на основании закона о размещении войск, существовавшего в Римской империи, поскольку солдаты Атаульфа заняли римские провинции, входившие в Галлию, в качестве вспомогательных войск императора.

В Испании подобный передел, как это достоверно известно, осуществили свевы; несомненно, что после завоеваний Эйриха так же поступали и готы в отношении пахотных земель и частично лесов. Возможно, что то же самое они предприняли и по отношению к жилищам, рабам или servi adscriii, труд которых применялся в сельском хозяйстве, и сельскохозяйственным орудиям. Во всяком случае, в Испании изъятия частной собственности были меньшими, чем в Галлии.

Монархия. В политический порядок вестготы внесли больше изменений, нежели в социальный строй.

В период, предшествующий вторжению в Испанию, монархия вестготов носила смешанный выборно-наследственный характер; король избирался на народных собраниях, по избраны могли быть только лица определенных семей. Главными функциями короля было командование армией и отправление правосудия.

После вторжения вестготов на территорию империи их политический строй подвергался романизации, и к королям перешли экономические и административные функции, а также законодательная власть, причем они прибегали по своему усмотрению к помощи знати. Выборы короля перестали производиться непосредственно народом – это право перешло к аристократическому собранию, которое строго соблюдало наследственный принцип избрания королей. Престол принадлежал династии Балтов до тех пор, пока она не угасла. Затем в течение долгого времени (от Амалариха до Лиувигильда) шла борьба различных фамилий, которые домогались престола. Лиувигильд – первый монарх, ставший титуловать себя королем (rex) и носить все внешние знаки, присущие королевскому достоинству, – установил также подобающий церемониал^[53] и тем самым подчеркнул самодержавный характер королевской власти и соответствие ее власти римских императоров.

Как уже было отмечено, Лиувигильд и другие короли, правившие после него, стремились обеспечить твердый порядок престолонаследия, назначая соправителями своих сыновей. Их поддерживало в этом высшее католическое духовенство, которое полагало, что таким образом можно будет покончить с анархией и гражданскими войнами; однако знать постоянно сопротивлялась подобным нововведениям, защищая принцип выборности короля. Эта тенденция господствовала и в законодательстве.

Имеется ряд распоряжений, предписывающих порядок избрания короля собранием знати и духовенства. Однако фактически имелось несколько случаев перехода трона по наследству. Несмотря на эту борьбу, абсолютистский характер монархии не претерпел изменений.

Система управления. Наряду с королем существовал совет из представителей знати, функции которого были чисто совещательными; король не обязан был руководствоваться мнениями совета в своей законодательной или административной деятельности.

С течением времени было создано другое политическое учреждение, в работе которого принимали участие епископы, вестготская и испано-римская знать. Точно не известно, каково непосредственное происхождение этих учреждений, именовавшихся соборами (concillas); эти соборы не следует смешивать с чисто церковными соборами; возможно, они были созданы по примеру древних провинциальных собраний, и таким образом в их деятельности проявилась древняя традиция в сочетании с новыми требованиями и прежде всего с необходимостью считаться с прелатами и нобилями, руководившими населением римского происхождения. Соборы имели одновременно и совещательный и консультативный характер. Первое достоверное сообщение об этих соборах относится к периоду правления Алариха II (VI в.), который передал на обсуждение подобного собрания для редактирования римский закон. После обращения Рекареда в католичество влияние соборов возрастает и наряду с этим расширяется и круг лиц, которые представительствовали на соборах. Вероятно, именно Рекаред реорганизовал это учреждение, и соборы превратились в центры законодательной деятельности, подчиняясь, однако, воле монарха, который представлял собой верховную власть. Соборы, в которые входили духовенство и знать, часто выражали политические и социальные устремления этих двух сословий. Кроме того, они являлись главными очагами культуры в вестготском государстве. Несмотря на это, короли не подчинялись ни соборам, ни высшему духовенству, которое в них преобладало. Короли проводили независимую политику, издавали законы, а на соборе они обычно искали только признания и одобрения своих действий и намерений и всегда добивались этого. Даже в случаях самой явной узурпации короли использовали таким образом в своих целях представителей знати и духовенства на соборах. При этом делегаты от знати назначались королем; король также назначал епископов, и такой порядок существовал до и после Рекареда. Порой, правда, короли принимали те или иные решения соборов, но так они поступали либо в силу обстоятельств (как это имело место с Рецесвинтом на VIII Толедском соборе), либо в тех случаях, когда их собственные воззрения совпадали со взглядами и мнениями духовенства и знати.

Соборы происходили следующим образом. По призыву короля их члены собирались в церкви св. Леокадии в Толедо. Дата созыва и выбор делегатов соборов зависели исключительно от воли короля. Открывался собор религиозными церемониями. Затем в присутствии короля зачитывались проекты законодательных актов, которые становились законами после утверждения их собором. Сперва, в первые дни, рассматривались церковные дела, в разрешении которых король принимал активное участие как гражданский руководитель церкви. На этих собраниях знать не присутствовала; представители ее являлись на собор лишь для того, чтобы участвовать в обсуждении политических и правовых вопросов, разбиравшихся позже. Однако законодательная инициатива принадлежала только королю и иногда епископам, но не представителям знати. По окончании заседаний двери церкви открывались для публики, принятые решения зачитывались всенародно. Король всегда сохранял право вето относительно решений, принятых не по его предложению. Таким образом, фактически соборы во всем зависели от короля; непосредственное окружение короля составляли зависимые от него лица – леуды (leudas) – своего рода буцелларии монарха, ядро придворной знати.