Текст книги "История Испании. Том I"

Автор книги: Рафаэль Альтамира-и-Кревеа

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 60 страниц)

Выше уже отмечалось, что в течение долгого времени вестготы и население римского происхождения пользовались в сфере гражданского права различными законами. Однако одни и те же законы применялись и в области административной. Возможно, что коренное население сохранило кое – где нормы древнего обычного права. Существовало правило, что взаимоотношения между лицами одной и той же народности должны регулироваться согласно правовым нормам, принятым этой народностью. Во взаимоотношениях вестготов с римлянами применялись вестготские законы, не модифицированные в духе римского права. После унификации законодательства Хиндасвинтом эти различия исчезают. По-видимому, для победителей и для побежденных введено было общее законодательство, представленное в кодексе Liber Judiciorum, позже получившем название Fuero Juzgo. Новая правовая система не вытеснила старинных обычаев. Это явление свидетельствует, что в сложном по своей структуре общественном укладе функции властей, ведающих управлением, не могли отправляться достаточно эффективно.

Организация управления. Обосновавшись в древних римских провинциях, вестготы попытались упорядочить систему управления по римскому образцу. Уже отмечалось, что в регентство Теодориха были осуществлены некоторые реформы на манер реформ, уже проведенных в остготском королевстве. В дальнейшем, по мере завоевания новых территорий, вестготские владения были подразделены на большое число провинций. Лиувигильд создал 8 провинций (579 г.); во главе каждой из них находился правитель с титулом герцога, а крупными городами управляли наместники, именовавшиеся графами. В их компетенцию входили военные, административные и судебные дела. В столице королевства пребывали верховные руководители различных административных ведомств. Это были чины дворцовой канцелярии (oficio palaüno), организованной по римскому типу, так называемые comes, ведавшие делами казны, армии и т. д. В городах продолжали существовать муниципалитеты в той форме, которая установилась в период упадка Римской империи, хотя тяготы, лежавшие на куриалах, были облегчены. Сельское население управлялось чиновниками, которые именовались препозитами (prepositos). У населения сельских местностей имелись особые собрания (как у готов, так и у римлян) – convenius publicum vicinoruin, которые разрешали вопросы о правах владения на землю и земельных переделах, скотоводстве, преследовании бежавших колонок и обсуждали другие дела местного значения^[54]. По-прежнему существовала должность защитника городов (defensor civilatis).

Функции правосудия находились в ведении вышеуказанных административных властей и коллегиальных присутствий, как, например, дворцовой канцелярии, судившей за преступления королевских леудов и знать; соборы рассматривали жалобы частных лиц на чиновников, совершивших различные злоупотребления. Функции суда осуществлял также и провинциальный собор. Этот собор состоял из духовных лиц провинции и возглавлялся епископом. Цели этих собраний были такие же, как у всеиспанского собора. Разбор некоторых гражданских и уголовных Дел вели курии в муниципиях; в особых случаях король назначал «чрезвычайных или специальных судей», так называемых «защитников мира» (pads assertores). Епископы от имени короля выполняли функции прокурора или инспектора, наблюдая за правильностью действий судов, и принимали участие в решении некоторых гражданских дел (вопросы опеки, исполнения завещаний и т. д.), равно как и вопросов, связанных с выполнением военных законов.

Вся эта сложная организация существовала только на бумаге. Фактически судебная система была далеко несовершенна. Суды менее всего были озабочены защитой интересов слабых. Напротив, несмотря на множество законодательных распоряжений ограничительного характера, они. злоупотребляли своей властью и чинили произвол.

Самыми строгими видами наказания были смертная казнь (поджигателей сжигали на костре), ослепление, конфискация имущества, бичевание и обращение в рабство. Пытка применялась только по отношению к простому народу.

Государственные финансы пополнялись главным образом за счет налогов, которых в первое время было немного, меньше даже, чем в последний период Римской империи. Наиболее важными были: поземельная подать (functio publica) и так называемый трибутулл (tributull), который вносился либо деньгами, либо натурой, в соответствии с урожаем. Подати платили только испано-римляне.

Войско. Военная служба была у вестготов обязательной; когда вестготы поселились в римских провинциях, они распространили воинскую повинность на римских подданных – знать, плебеев и рабов. Войско делилось на отряды по 100 человек, во главе с сотниками(centenarii). Были более крупные отряды по 1000 человек, так называемые тиуфадии (tiufadii) – тысячи, воинское подразделение германского происхождения. Начальник этой группы, тиуфад (тысячный), осуществлял одновременно функции судьи над своими солдатами в период войны и, как полагают, также и в период мира. Патронируемые (клиенты) составляли отряд под командованием своего патрона или господина. С течением времени обязательства военной службы стали менее суровыми, то ли благодаря смягчению нравов завоевателей, то ли потому, что своевольная знать и враги короны противились их выполнению. Вамба вынужден был обнародовать новые законы, пытаясь восстановить былой порядок отбывания военной службы и реорганизовать армию. Постоянным войском была только королевская гвардия, набиравшаяся из рабов, клиентов и вольноотпущенников короля или же из свободных людей, которым выплачивалось жалование или в награду за службу жаловались земли. Остальные контингенты призывались в случае войны. Войском командовал король или герцог.

Католическая церковь. Католическая церковь сохранила свою организацию и обычаи периода Империи. Епископы по-прежнему собирались на соборы и имели связь с папой, власть которого они признавали. Они неоднократно выступали в качестве посредников во время вторжения вестготов в Испанию и в эпоху борьбы между вестготами, свевами и испано-римлянами. В период господства ариан католические епископы иногда подвергались преследованиям, порой их смещали и не разрешали созывать соборы. Однако со времен Рекареда, когда католическая церковь стала официальной, развитие ее шло нормально. С другой стороны, церковь в значительной степени утратила былую независимость, так как короли (за исключением Рекареда) неоднократно вмешивались в ее внутренние дела и в конечном счете возложили на себя функцию назначения епископов.

Священники пользовались известными привилегиями. По-видимому, до Вамбы они были освобождены от некоторых наказаний и воинской повинности. Однако от уплаты обычных податей (например, от налогов за церковные земли и рабов) священники не освобождались. Священники были> подсудны обычным судам, хотя в то же время признавалось право епископа судить клириков. В вопросах брака, развода и т. п. они приравнивались к гражданским лицам. Церкви имели право предоставлять убежище преследуемым преступникам. Это право именовалось «правом убежища».

Количество монастырей значительно возросло. В эту эпоху был основан ряд монастырей, сыгравших позже большую роль в социальной и политической жизни Испании. Монахи зависели от епископа, который утверждал устав монастыря и назначал аббата. Однако монахи могли подавать апелляции на приговоры церковных трибуналов в гражданский суд.

Католической церкви пришлось в этот период бороться прежде всего с арианской «ересью», которая, будучи национальной религией вестготов, продолжала оказывать значительное влияние и после того, как утратила поддержку королей. Помимо борьбы с арианской «ересью» католическое духовенство искореняло остатки античных верований на полуострове и пережитки языческой религии, достаточно еще стойкие, особенно у сельского населения, удаленного от влияния городов.

Подобную же организацию имела и арианская церковь.

Культура и экономиеск жизнь. Обычаи

Элементы культуры. Как мы уже говорили, вестготы не внесли новых и оригинальных элементов в испано-римскую культуру. Как более отсталый народ, они сами подверглись всестороннему влиянию римской цивилизации и заимствовали у римлян обычаи и нормы, которыми последние руководствовались в сфере торговой деятельности, в организации ремесленного производства, в сельском хозяйстве и т. п.

Но вестготы явились в Испанию, обладая своим собственным языком, своей письменностью и религиозными и правовыми идеями, сложившимися до того, как они пришли в соприкосновение с римлянами. Правда, их древняя религия уступила место арианству. Однако правовые концепции вестготов оказали значительное влияние на законодательство и проявлялись в течение долгого времени.

С уничтожением римской системы управления, существовавшей в провинциях, культура пришла в сильнейший упадок. Официальные школы закрылись, и их функции приняло на себя духовенство. В церквах и монастырях созданы были школы, где изучалось не только богословие, но и гуманитарные науки, причем преподавание велось уже на начальной ступени обучения. В этих школах, под влиянием религиозных принципов, введено было раздельное обучение, точнее говоря, женщины могли получать лишь домашнее образование, и естественно, что в то смутное время они не могли приобрести много знаний таким путем.

Помимо церковных и монастырских школ, в которых, естественно, все было подчинено задачам религиозного воспитания, имелись еще еврейские учебные заведения, в которых применялся особый метод обучения: наставники зачитывали тексты, подлежащие изучению, и комментировали их совместно со своими учениками. Подобная система обучения была усвоена университетами позднейшего периода.

Язык и письменность. Вестготская Испания говорила на трех языках: готском, принесенном завоевателями, но вскоре вышедшем из употребления, латинском – языке римского и романизированного населения, и баскском.

Готский язык располагал так называемым ульфиловым письмом и был средством распространения арианской культуры, как латинский язык – средством распространения культуры католической. С обращением Рекареда в католичество преобладание получил римский элемент и многие арианские книги, написанные на готском языке, были уничтожены. А в связи с этим готская письменность утратила былое значение, хотя ею пользовались еще и в VII в.

В общем пользовании и в официальной переписке готское письмо было заменено латинским в той форме, которую оно приняло в Испании и которую неправильно называют готической. Этот вид письма следовало бы называть толедским.

Вероятно, церкви и арианские епископы имели свои собственные библиотеки. В католических церквах и монастырях действительно были такие библиотеки и перепиской книг занималось немало монахов. Копии в некоторых случаях выполнялись в коммерческих целях, и наиболее популярные книги выходили в рукописных переизданиях. Для продажи книг существовали книжные лавки, подобные римским. Значительные библиотеки собрали некоторые вестготские короли и магнаты.

На юге и востоке полуострова ощущалось и греческое влияние – результат продолжительного господства византийцев и постоянной связи католического духовенства с духовенством Востока. Известно, что многие священники побывали в Константинополе, где они находили убежище во время гонений; там многие из них с успехом занимались науками. Таким образом, греческий язьж и греческая литература того времени были известны всем культурным людям в Испании.

В Испании изучались еврейский и халдейский языки и при этом не только еврейским населением, но и представителями культурных кругов других национальностей. Изучение этих язьжов способствовало восприятию элементов восточной культуры, которой впоследствии суждено было занять столь же видное место, как и греко-романской.

Литература. Писатели. Сочетание всех этих элементов, если и не смогло создать такой же обширной и глубокой культуры, как римская, тем не менее способствовало поддержанию на определенном уровне испанской культуры, основными очагами которой явились кафедральные соборы и монастыри, особенно севильские. В Севилье была создана школа, основанная на традициях классической культуры, под руководством архиепископа Исидора.

Большая часть авторов этой эпохи, естественно, являлась духовными лицами, и в творчестве их преобладали, религиозные и моральные темы. Наибольшей известностью пользовались – Орозий, автор всеобщей истории (Historiarum Librii Vif adversus paganus), написанной в 417 г. по настоянию Августина. Труд Орозия дает возможность ознакомиться с начальным периодом готского вторжения. Драконций, автор поэмы «De Deo» («О боге»); Идаций, составитель «Хроникона», летописи, в которой повествуется о вторжениях германцев; Торибий Асторгский, известный своей полемикой с присциллианами; Монтан, автор писем морального содержания; аббат Донат, который перевел из Африки в Испанию свой монастырь вместе с библиотекой; Масона, один из наиболее выдающихся вестготских епископов; Браулий, автор «Жития св. Миллана» и эпистолярного сборника, его труды представляют интерес для ознакомления с общественным укладом рассматриваемой эпохи; Юлиан, автор «Жития Вамбы», епископ Сарагосский Тахон; Апрингий из Бехи; Ильдефонс Толедский; Зазей из Кордовы, крупный философ; Иоанн Бикларский, автор «Хроники», важного источника для изучения перипетий политической борьбы в вестготском королевстве; Леандр, содействовавший обращению в католичество Герменегильда; и, наконец, ученик Леандра, Исидор, архиепископ Севильский, человек большой эрудиции, автор многих книг, среди которых выделяются по своему историческому интересу «Хроникою» – сокращенная всеобщая история, «История готов, вандалов и свевов», «Жизнь знаменитых мужей», и особенно две работы – «Этимология», подлинная энциклопедия греко-римских знаний, и «Книга изречений» – выдающийся философский труд^[55].

В Испании того времени были и светские писатели. Среди них следует особо выделить королей Рекареда, Хиндасвинта. Рецесвинта и Сисебута (автора «Жития св. Дезидерия» и, возможно, нескольких «Посланий к епископам и патрициям»), герцога Клавдия, сверстника и однокашника Исидора Севильского, графа Булгарана, графа Лаврентия, обладателя богатой библиотеки. Таким образом, нельзя утверждать, что вся готская и испаноримская знать коснела в невежестве. Она выдвинула выдающихся писателей, ревностных приверженцев культуры. Тем не менее духовенство было главным хранителем культурных традиций. Это особенно отчетливо проявляется в сфере юриспруденции. К вестготской эпохе относятся работы, в которых излагаются общие правовые принципы или содержатся рекомендации к их применению на практике, к несчастью далеко не всегда находившие практическое применение. В трудах Исидора Севильского «Этимология» и «Книга изречений» и в других работах теологического характера, вышедших из-под пера различных прелатов, формулируются основные положения испанского церковного права, которые оказали влияние на законодательство и нашли отражение в «Фуэро Хузго»^[56].

В этом кодексе многие юридические нормы комментируются в духе писаний Исидора Севильского. Принципы церковной доктрины, оказавшие влияние на систему правовых отношений, таковы: божественное происхождение власти, обязанность государтсва защищать церковь, подчинение закону, как необходимое условие общественного благосостояния (это положение распространяется и на королей, тиранические действия которых сурово осуждаются), зафиксированное в законодательстве разделение коронной и частной собственности и защита последней от узурпаций со стороны королей, наследственность престола и укрепление королевской власти как предпосылка прекращения усобиц и смут, искоренение ересей и наказание всех совершенных преступлений против религии с помощью государства.

Искусство. В архитектуре вестготы следовали классическим принципам, хотя упадок проявился и в характере строительных материалов, и в типах сооружений, и в особенностях орнаментации. Здания становятся беднее и не столь монументальными, как в римскую эпоху, хотя, судя по дошедшим до нас описаниям церквей в Мериде и Эворе, сооружения того времени были, по крайней мере относительно, довольно величественны. Возможно, вестготы принесли с собой в Испанию элементы восточного и греческого искусства, заимствованные ими в эпоху пребывания на берегах Дуная и Дона. В этом же смысле должно было также сказаться непосредственное общение с византийцами после завоевания ими юго-восточных областей Испании и оживленные культурные сношения между Испанией и Константинополем. В силу этого (а также германских влияний, имевших место, вероятно, в масштабе, который в настоящее время очень трудно себе уяснить) изменилось и латинское искусство, в котором появились некоторые новые черты.

У нас имеются сведения о различных общественных зданиях-дворцах, храмах, построенных в вестготскую эпоху, но немногие из них сохранились настолько, чтобы можно было судить о стиле той эпохи. Господствующей формой церквей является базилика латинского или византийского типа, имеющая в плане вид греческого креста. Церковь в Баньос имеет три нефа, которые разделены аркадами с подковообразными сводами. Эта церковь покрыта двускатной деревянной кровлей. Подковообразная арка, уже известная испано-римлянам, широко использовалась вестготами при постройке абсид и в соединительных арках и даже составляла одну из характерных черт их искусства. Ряд авторов полагает, что к вестготским архитектурным памятникам можно причислить церковь Кристо де Ла-Лус в Толедо и французскую церковь Сен-Жермен де Пре, построенную в 806 г. епископом Теодульфом, испанцем по происхождению. Эта церковь имеет подковообразные арки.

С большей достоверностью вестготам могут быть приписаны характерные капители, найденные в Толедо, Мериде и Кордове, с искажением воспроизводящие греко-римские формы.

К вестготским скульптурам обычно, но без достаточных оснований, относят статую св. Иоанна, найденную в Баньос; имеется множество погребальных плит вестготской эпохи. Изображения на плитах воспроизводят мотивы римской эпохи, но черты упадка проявляются в них явно. Одна из плит, найденная в Эсихе, по-видимому, носит явные следы византийского влияния. На другой, найденной в Мертоле (относящейся к 525 г.) выгравирована подковообразная арка, которая, как мы уже указывали, очень характерна для строений этого периода.

В оборонительных сооружениях по-прежнему сохраняются римские формы. Это можно видеть на примере построек в Эркавике или Кабеса дель Гриего, в Эворе (сооружения Сисебута), в Толедо (древние стены, перестроенные Вамбой) и в Кордове (Западные или Севильские ворота, относящиеся, как полагают, к VII в.).

Украшения из благородных металлов и драгоценных камней, представляющие наиболее богатые остатки вестготского искусства, дошедшие до наших дней, носят явные следы византийского влияния. Это можно видеть на вотивных коронах и крестах, найденных в Гуаррасарете (Толедо), Эльче и Антекере. Золотые монеты, несовершенной чеканки, – не более как копии с латинских и византийских образцов.

По недавно обнаруженным в Севилье монетам удалось установить имена двух королей (не упоминавшихся в найденных до сих пор документах) – Юдилы и Хатиты, которые, как полагают, не были законными монархами. Судя по недавно найденной монете, во времена Рецесвинта и Вамбы был третий, не зафиксированный в хрониках, король Сунифред или Кунифред, также, возможно, узурпатор.

Торговля и ремесло. Вестготы, чьим основным занятием было земледелие и которые к тому же вынуждены были вести постоянные войны, не имели благоприятных возможностей для развития торговли или ремесла. Коммерческая деятельность и ремесла находились в руках испано-римского населения и иностранцев, главным образом греков и евреев. Торговля велась преимущественно с Востоком, частично на испанских судах. Военный флот у вестготов стал внушительной силой. Для товаров, ввозимых из других стран, продолжали существовать таможни.

Сохранились следующие виды ремесла: изготовление шелка, шерсти и пряжи, плавка железа, изготовление оружия. Были мельницы, шахты и верфи для строительства кораблей.

В соответствии с традициями римских корпораций, ремесленники были организованы в замкнутые коллегии, причем в каждой отрасли ремесла имелось две категории – мастера и подмастерья. Лица, не принадлежавшие к этим корпорациям, не могли заниматься ремеслом.

Обычаи. В последний период римского владычества население, как уже было указано, сосредоточивалось в городах; однако после вторжения германцев происходит отлив населения в сельские местности. Этот процесс выражался в том, что испано-римские нобили создавали узлы сопротивления на территории своих владений и коренное население переселялось из городов в местности, где они могли находиться под зашитой укрепленных замков. Вне городов оседало и связанное с землей вестготское население.

При этом вестготские нобили сделались обладателями обширных земельных угодий; они жили в своих поместьях, окруженные многочисленной свитой буцеллариев, колонов и рабов, которые составляли как бы небольшую армию и двор.

В городах жизненный уклад был римским, и, романизируясь, вестготы постепенно приспосабливались к непривычному для них строю жизни – забывались старые скромные и простые обычаи; роскошь и пышность, свойственные римскому быту, прививались в среде вестготской знати.

Вестготы непрерывно вели завоевательные и гражданские войны. Последние происходили между отдельными магнатами или между знатью и королем. Солдаты носили куртку и шлем из кожи, металлический панцырь и щит. Характерной особенностью вестготских солдат, отличающих их от испано-римлян, были очень длинные волосы. Обычай носить длинные волосы стал у вестготов признаком их национальной принадлежности. При этом всякий, кто стриг волосы, лишался права занимать любые должности и не мог быть избран королем. Престол мог занимать только гот.

Видами оружия у вестготов были стрелы, копья, мечи и кинжалы. Военные сигналы подавались с помощью рога.

Обычным видом мужской одежды вестготов были шерстяная или меховая куртка и длинные штаны, подбитые мехом. Следует отметить, что вестготская знать и варвары, проживающие в городах, со временем стали одеваться на римский манер.

Падение нравов в VII ив начале VIII века достигло такой степени, что многие священники, несмотря на запрещение церковными законами браков для духовных лиц, открыто жили с наложницами. Законы сурово карали подобную распущенность. Однако эти нравы сохранялись в течение долгого времени. Суеверия были распространены не только в народе, но и среди представителей высших классов. Судьи часто обращались к гадалкам и колдунам для разрешения тяжб, хотя это и преследовалось законом.

Убийства случались часто; личная безопасность была совершенно не обеспечена, несмотря на то, что короли старались подавлять беспорядки и волнения и искоренять наиболее распространенные пороки.

Одним из самых популярных развлечений эпохи был бой быков, приверженцы которого находились даже среди духовенства.

Второй период

Мавританское господство и реконкиста

Зависимый эмират

Новые завоеватели Испании. Завоевателей, которые прибыли из Африки и вызвали падение вестготского господства, называли обычно арабами, и это название применяется до сих пор. Тем не менее необходимо дать несколько более точное определение этого понятия для уяснения хода последующих событий.

Северо-западная Африка, Мавры. К началу VIII в. арабы уже завоевали всю Северо-западную Африку, принадлежавшую ранее византийской империи. Здесь арабы застали коренное население – берберов, народ иного происхождения, у которого, так же, как и у арабов, существовала племенная организация. Берберы, собственно, и известны под именем мавров. Они отличались от арабов большим фанатизмом, так как ими управлял особый класс священнослужителей («святых»), которых они почитали больше вождей племен – шейхов.

Берберы неохотно приняли арабское господство. Мусульманские войска, вторгшиеся в 711 г. под командованием Тарика в Испанию, как раз и состояли в большинстве своем из берберов. Муса же привел с собой больше арабов, и при этом выходцев из различных враждующих между собой племенных объединений – кайситов и кельбитов. В Испании этих завоевателей стали именовать либо маврами (хотя в узком смысле это название относится только к выходцам из Африки, а не к арабам), либо арабами, что, в свою очередь, не совсем верно, так как к этой этнической группе не относятся берберы.

Укрепление арабского господства в Испании. Спустя год после битвы у Сегоюэлы, ознаменовавшей конец вестготской монархии в Испании, Муса продолжил свой поход, направившись через Гвадалахару к Сарагосе, иногда преодолевая сопротивление вестготских вождей, но порой получая, от них помощь. Так, например, граф Фортуний Тарассонский, подобно многим другим магнатам, которые более всего были озабочены сохранением своего имущества и своей власти, покорился арабам и отрекся от христианской религии, получив за это некоторые привилегии. Впрочем, так поступали не все знатные люди. Некоторые из них энергично сопротивлялись захватчикам, отстаивая свои права и владения. Народ, которому нечего было терять, вел себя иным образом^[57]. До 713 г. война велась сравнительно гуманно. При взятии Мериды Муса оставил на свободе жителей города и сохранил их имущество. Победители конфисковали лишь то, что принадлежало убитым, эмигрантам и церкви. Однако кампания 714 г. была жестокой, так как арабы предавались всякого рода излишествам. Тем не менее они оставили христианам их церкви.

Закончив поход против территорий, лежащих по течению Эбро, Муса и Тарик совместно начали завоевание территории, названной впоследствии Старой Кастилией, и Кантабрии, продвигаясь с востока на запад и с севера на юг. В этом походе арабы встретили сильное сопротивление. Хотя некоторые графы и покорились (причем посредниками при заключении мирных договоров выступали епископы), другие продолжали доблестно сражаться. Муса будто бы дал следующую характеристику испанцам: «Они как львы обороняют свои крепости и подобно орлам кидаются в сечу на боевых конях. Они не упускают ни малейшей возможности, если она для них благоприятна, и, будучи разбиты и рассеяны, они скрываются под защиту неприступных теснин и лесов, чтобы затем с еще большей отвагой ринуться в бой». Таким образом, Муса говорит о том, что жителям полуострова свойственны два способа ведения войны – борьба с врагом в укрепленных поселениях или партизанские действия, подобные тем, что они вели в свое время против римлян.

Для закрепления своих завоеваний арабы создавали в Амане, Асторге и других пунктах военные колонии. В провинции Вальядолид, в крепости Бару, они встретили упорное сопротивление и вынуждены были на некоторое время задержаться здесь. Из этой местности Муса направился к территориям астуров. Совершив нападение на селение Луко, арабы захватили его и овладели также расположенным неподалеку Хихоном. Астуры и готы укрылись в неприступных горах Пикос де Эуропа и, спустя некоторое время, покинув свое убежище, нанесли арабам жестокий удар. Как раз в тот момент, когда Муса собирался проникнуть в Галисию, он получил категорическое предписание халифа^[58] прибыть ко двору и дать отчет о своем поведении в связи с жалобами на действия этого полководца, которые поступили в Дамаск. Мусе пришлось повиноваться, и он вместе с Тариком отправился в Севилью, чтобы сесть там на корабль (714 г.).

Во главе арабских войск остался Абд-аль-Азиз, сын Мусы, который предпринял ряд экспедиций в Португалию и в южную и юго-восточную части Андалусии, захватив Малагу и Гранаду. Вступив на территорию Мурсии, он встретил энергичное сопротивление графа Теодемира, столицей которого была Ориуэла. К выгоде обеих сторон, арабы были немногочисленны, а Теодемир боялся оказаться изолированным (хотя другие графы и оборонялись в различных пунктах, но между ними не было согласия), было заключено соглашение о капитуляции, в результате которого была признана независимость Теодемира и подвластных ему подданных на территории Ориуэлы, Валентенты, Аликанте, Мулы, Бегастро, Анайи и Лорки, причем испанцам было разрешено исповедовать свою религию и сохранить свои храмы. Арабы гарантировали неприкосновенность имущества христиан и обязали их только платить небольшую подать в деньгах и в натуре.

Абд-аль-Азиз был убит, не завершив покорения Испании. Роскошная жизнь, которую он вел вопреки суровым предписаниям своей религии, и то обстоятельство, что он женился на вдове Родриго, Эгилоне, подорвали его престиж у арабских воинов. Дело, начатое им, завершил новый правитель – Аль-Хурр. Аль-Хурр считал, что завоевание полуострова уже закончено и что сопротивление испанцев преодолено в ходе семилетних боев (712–718 гг.). Поэтому он перешел Пиренеи и вторгся в Галлию. Однако Аль-Хурр заблуждался. Именно в это время против арабских завоевателей началась новая и при этом не оборонительная, а наступательная война.

Политика мусульман в период завоевания Испании. Поскольку Испания была завоевана африканскими войсками, ее считали зависимой от африканских владений халифата. Правитель (эмир) Испании назначался африканским наместником, в свою очередь подчинявшимся халифу, резиденция которого находилась в Дамаске, в Сирии. Эта зависимость не помешала Испании стать ареной многочисленных гражданских войн между завоевателями. Не раз Испания вела себя так, как будто бы она была действительно независимой страной.

Арабы в своих завоеваниях вовсе не стремились к обращению покоренных народов в ислам. На поведение арабов, конечно, оказывали влияние такие факторы, как фанатизм того или иного халифа или полководца, командовавшего войсками, но, как правило, они предоставляли народам завоеванных стран право: либо принять ислам, либо платить подушную подать (сверх поземельного налога). Поскольку в соответствии с установленным порядком вновь обращенные платили меньше налогов государству, чем упорствующие приверженцы старой веры, арабы, предпочитая земные выгоды интересам религиозным, считали, что никоим образом не следует силой приобщать к исламу покоренные народы; ведь подобные действия лишали их добавочных податей. Этот мотив наряду с чисто военными соображениями (не всегда легко было успешно вести войны) неоднократно заставлял арабов заключать договоры, подобные соглашению с Теодемиром. При этом они относились с уважением не только к религиозным верованиям, но и ко всему жизненному укладу и обычаям покоренных народов. Таким образом, завоевание, как пишет один испанский историк, «не было делом религиозной пропаганды, а представляло собой более или менее систематический грабеж».