Текст книги "Страх и Голод. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Константин Федотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 61 (всего у книги 90 страниц)

– А ну руки в гору! Стоим на месте и дышим носиком! – раздался зловещий голос Ила с балкона, что демонстративно передернул затворную раму автомата, и вылетевший патрон, ударяясь о перила, со звоном полетел на землю.

Услышав напарника, все шестеро быстро забежали за свои машины, заняв позицию для обороны.

– Эй, парень, не гони! Вас тут явно меньше, так что не диктуй нам условия! Но даже при этом мы никому не желаем зла! – отозвался один из мужиков.

– Ну еще бы не желаете! Я так‑то стою за бетонной стеной, а вы за консервными банками прячетесь, думаю, у нас есть все шансы перестрелять вас как куропаток! – парировал он, причем, на мой взгляд, весьма правильно. Но главное, я опять услышала нотки безумия и искренней радости в его голосе, что несколько начало меня напрягать и даже пугать.

– Ты что, кретин? – возмутился мужчина. – Ты где, мать твою, находишься?! Это же, сука, НПЗ, вокруг все пропитано горючкой и ее парами! Один‑два выстрела, и все тут взлетит на воздух!

– И что? Значит, уйдем красиво! Так сказать, с огоньком! – крикнул Ил и выпустил короткую очередь в воздух.

– Эй‑эй‑эй! Паря! Тормози! – истерически закричал мужчина.

Я сейчас по вашим колымагам зажигательными жахну! Если вы, полупокеры, не выйдете с поднятыми руками! – злобно прорычал Ил.

– Все‑все! Мы выходим! Маньяк долбаный! – раздраженно ответил мужчина, видимо, он был обескуражен таким напором парня.

– И не вздумайте чудить, вы на мушке у моего снайпера! Так что шаг влево, шаг вправо – расстрел на месте, прыжок на месте буду расценивать как провокацию! – пригрозил им напарник.

Все шестеро мужчин вышли из своих укрытий и, демонстративно побросав оружие себе под ноги, подняли руки вверх. Ил же тем временем поднял свой взгляд на меня.

– Предлагаю голосование. – вполголоса сказал Ил. – Кто за то, чтобы их грохнуть, поднимите руку или лапу вверх. – улыбнувшись, заявил он и, отпустив цевье автомата, поднял одну руку. – Тузик тоже за. – добавил он, посмотрев в дверной проем.

– Не спеши. – отрицательно покачала я головой. – От них может быть польза. – пояснила я.

– Ну вот опять. – тяжело вздохнул Ил. – Зануда. – недовольным тоном добавил он.

– Господа, а вы вообще кто такие? И что вы тут делаете? – обратилась я к мужчинам, что негодуя смотрели на наши переговоры.

– Мы обычные люди, что пытаются выжить, а сюда приехали за топливом, видимо, как и вы. – ответил за всех тот же мужчина.

– А вы разбираетесь, как тут все работает? – уточнила я.

– Разумеется, мы все тут когда‑то работали. – ответил он.

– Бинго! – аж подпрыгнув на месте, вскрикнул Ил. – Авиационный керосин здесь есть? – уточнил он.

– Есть, конечно, и много. – удивленным тоном ответил мужчина.

– Что ж, господа, тогда у меня для вас появилась работенка, и отказаться от нее вы не сможете! – радостно заявил напарник. – Герда, держи их на мушке, а я пока спущусь вниз, потом ступай за мной.

– Что ты задумал? – уточнила я, явно видя, что Илу в голову взбрела какая‑то идея, и не факт, что она хорошая.

– Все будет файн! – показал он мне большой палец и скрылся в дверном проеме.

Мужчины стояли неподвижно, и на их лицах был виден страх. В целом по ним было видно, что это простые работяги, которые реально хотят жить и стараются хоть как‑то справляться со свалившимися на весь мир сложностями. Но какой ценой они это делают, нам неизвестно. Ведь это сейчас они стоят бедные и несчастные, а возможно, где‑то они весьма сильные и жестокие. Так что не мне их судить и уж точно не мне их жалеть. Но меня сильно интересовало, что же такое взбрело в голову напарнику, что он аж бегом побежал к ним. Главное, чтобы не поубивал их до тех пор, пока мы не узнаем, где хранится керосин и как его налить в бензовозы, но я думаю, он и сам это понимает.

Ил на пару с Тузом выскочили из здания и отогнали шестерку залетных мужичков еще на десять шагов назад, затем он собрал их оружие, закинул на заднее сиденье пикапа и махнул мне рукой, чтобы я спускалась. Я как можно скорее спустилась вниз, переживая за то, что к моменту моего появления напарник их уже перебьет, но, к счастью, все обошлось. Ил держал дистанцию, не опуская свое оружие, и покуривал сигарету, чем вызывал немало переживаний со стороны своих пленников.

– Может, ты не будешь тут курить? – с укором произнесла я.

– А может, ты не будешь мной командовать? – недовольно шикнул он и, бросив окурок себе под ноги, затоптал его берцем.

– Так лучше. – согласно кивнула я. – Чего задумал то?

– Короче, что мы паримся, раз это местные работяги, то пусть они нам наполнят пять бочек и довезут их до нужного места, а там мы их… То есть там посмотрим, как быть дальше, это же сэкономит немало времени. – предложил он.

– Хм… – расплылась я в улыбке. – А ты хорош, это прямо‑таки отличная мысль.

– Вот и ладушки. – закивал в ответ Ил и повернулся к мужчинам. – Господа, значится, делаем следующее, нам нужна помощь, нужно наполнить пять бочек первоклассным керосином и перевезти их в указанное место. – вежливо обратился он к ним.

– А нам что с того? Чем рассчитываться будешь? – недовольно фыркнул с виду самый молодой парень из всех заложников.

– Как насчет твоей жизни? Не продешевлю? – приподняв одну бровь, уточнил Ил. – Цистерн нужно пять, вас тут шестеро, могу одного списать в утиль, желающие есть? – холодным, словно сталь, голосом произнес напарник.

– А где гарантии, что вы нас на месте не прикончите? – задал логичный вопрос их старшой.

– Какой в этом смысл? Сделаете дело и свободны, может, чего вам даже еще подкинем, оружия или припасов. – решила я подсластить пилюлю, хотя и сама не до конца понимала, как лучше с ними поступить, но мужички немного приободрились и дали свое согласие.

Глава 23

Леший

– Здорово, морячок! – поприветствовал меня один из захватчиков, протянув свою мощную руку.

– И вам не хворать. – ответил я и осторожно ответил на рукопожатие.

С виду все четверо были военными, их типаж сразу считывается. Стоят ровно, ноги на ширине плеч, держат корпус, все как на строевом смотре. Смотрят прямо в глаза, оценивая каждое мое движение, а руки в любую секунду готовы схватиться за оружие или вцепиться в мою глотку. То, что меня еще не убили и вообще ведут беседу, еще далеко не означает, что это добрые люди и мне ничего не светит. Возможно, они упиваются силой, демонстрируя свое превосходство. Но как бы там ни было, выделываться мне не стоит, одно слово против, и в лучшем случае забьют руками и ногами, а то и вовсе руки‑ноги сломают и за борт выкинут.

– Как звать тебя, мил человек? – крепко обхватив мою кисть, уточнил мужчина с аккуратной седой бородкой. – Леший? – ухмыльнулся он. – Ну какой же ты леший? – с иронией произнес он. – Скорее водяной, мы все‑таки не в лесу. Кстати, ты один или с тобой, может, за компанию какая русалка, баба‑яга али кикимора болотная путешествует? – добавил он, отчего остальная троица и наблюдатели, что смотрели на нас с катера, рассмеялись.

– Леший и Леший. – слегка недовольным тоном ответил я. – И нет, один я путешествую или путешествовал, это, я так понимаю, от вас теперь зависит. – равнодушным тоном произнес я, глядя вояке прямо в глаза.

– Молодец, зришь в корень. – согласился он и отпустил мою руку. – Парни, осмотритесь тут. – дал он команду троице, и те, кивнув, отправились осматривать яхту. – Почем лодочку брал? Она у тебя красивая, я бы даже сказал изящная, француженка, да?

– Я разве создаю впечатление человека, который может позволить себе яхту? И да, французская, мать ее ети, весь язык сломаешь, пока надписи переведешь. – улыбнувшись, ответил я.

– La liberté commence par l’ironie. – улыбнувшись, произнес он на чистейшем французском, по крайней мере, мне так показалось.

– Чего? – уточнил я, не поняв ни слова.

– Свобода начинается с иронии, это Гюго сказал, в преддверии твоего вопроса, это французский писатель. – пояснил он мне.

– Да‑да, «Человек, который смеется», знаем, читали. – с умным видом развел я руки в стороны.

– Удивил, так удивил, не знал, что у вас в Лукоморье книги читают. – рассмеялся вояка.

– А что там еще делать, только читать и остается, только цепи там не златые, а стальные.

– О‑о‑о, ну ты прям хорош! Потешил старика. – расплылся он в довольной улыбке. – Так откуда кораблик то? – убрав улыбку с лица, уточнил он.

– Ну из моих уст это прозвучит абсурдно или даже банально, но нашел. – честно признался я.

– Это как? Волнами прибило к берегу? И на борту никого не оказалось? – добавив иронии в голос, уточнил он.

– Не совсем так, она была привязана канатом к дереву, а на берегу была парочка, мертвая. Девушка‑зомби и парень, что вышиб себе мозги, и хочу сразу опередить вопрос, я к этому не причастен. – все так же искренне ответил я, вообще, я сразу понял, что это очень умный и грамотный персонаж, так что врать ему не в моих интересах.

– Верю, такое бывает, особенно если это были реальные владельцы яхты. У богатых, знаешь ли, свои причуды, эмоций им не хватает, так как в жизни все есть, и потеря любимой могла послужить поводом для. – согнув пальцы на руке в виде пистолета, он поднес их к виску и сымитировал выстрел.

– Согласен, проходил через подобное, я его не осуждаю, но и не понимаю. – вспомнив свое прошлое, ответил я. – Могу ли я поинтересоваться, какова причина моей остановки? И что будет дальше?

– Причина до банальности проста, посмотреть на тебя, на то, что творится у тебя на борту. Мы не полиция, конечно, но в такое время на что только не успели насмотреться. Вдруг у тебя тут детишки связанные или еще что. А касательно того, что будет дальше, скорее всего, ты отправишься с нами.

– В смысле, с вами? – опешил я от таких слов, хоть морально и был готов к чему‑то подобному. – Добровольно или принудительно? – уточнил я.

– Добровольно‑принудительно! – рассмеялся он в ответ. – Я вижу, что ты неплохой парень, крепкий, грамотный и везучий.

– Ага, везучий. – ухмыльнулся я в ответ, наблюдая за тем, как к нам поднимается троица после осмотра яхты.

Они посмотрели на своего старшего и отрицательно покачали головами, дав ему понять, что у меня все чисто.

– Апокалипсис на дворе уже не первый день, и поверь мне, почти все идиоты, слабаки и полные неудачники погибли. Сейчас выживают сильнейшие, хитрейшие и умнейшие. Вот и ты, я гляжу, парень неплохой, но смотришь волком, весь в татуировках. У тебя на лице написано, что убить человека ради своей выгоды для тебя плевое дело. И я более чем уверен, что ты уже так делал и не раз, и поступишь так заново, если потребуется. Но я тебе не судья, у всех здесь руки по локоть в крови, чего греха таить. И сколько раз мы их еще замочим? Поэтому, дабы уберечь чужие жизни и помочь тебе дальше, поплывешь с нами. – как‑то по‑доброму, словно по‑отечески, произнес он, похлопав меня по плечу.

– А кто сказал, что мне нужна помощь? – Возмущенно ответил я.

– Факты. – развел он руки в стороны. – На какой реке ты находишься? В какое море она впадает? Сколько плыть дальше? Что там впереди? А еще глянь на календарик, осень на носу, а эта речка ведет в холодные земли, оглянуться не успеешь, как за бортом минус будет, а там и лед, а там и картина Репина нарисуется, та, что «Приплыли».

– А к вам кем? Рабом? Псом сторожевым? – сквозь зубы процедил я, пытаясь усмирить поднимающийся во мне гнев.

– Не говори ерунды, да, мы слышали, что в некоторых местах господа самопровозглашенные появились и холопами обзаводятся, но нет, мы не такие. У нас все равны, никаких исключений.

– Ага, все животные равны, но некоторые животные более равны, чем другие. – процитировал я строчки из книги.

– Оруэлл «Скотный двор». Леший, ты поражаешь меня, кличка у тебя только дурацкая, хоть бы тогда «Кот Баюн» что ли. Я понимаю твой скепсис, и да, ты прав, некоторые более равны, чем другие, но вся разница между нами пока, я подмечаю ПОКА, только в том, что я буду с оружием, а ты нет, собственно, и все. Поверь мне, через годик ты подойдешь ко мне и скажешь: «Глеб Михайлович, спасибо вам за то, что забрали меня тогда с яхты».

– Что‑то как‑то не хочется это проверять. – поморщившись, ответил я.

– Друг мой, тогда у тебя один выход, как из подводной лодки, через торпедный отсек. – строгим тоном ответил он.

– Это как? – Сделав пару шагов назад, уточнил я, но тут же уткнулся спиной в солдатика, что незаметно встал за моей спиной.

– Кто не с нами, тот против нас, так понятнее? – глядя мне в глаза, пояснил Глеб Михайлович.

– Теперь понятно. – тяжело вздохнув, ответил я и поднял руки вверх, понимая, что Фортуна снова повернулась ко мне не тем местом.

– Вот и молодец, я же говорю, что ты толковый, от тебя много пользы будет, я надеюсь. – смягчившись, ответил он, доставая из кармана курительную трубку и кисет с табаком, покрытый красивым узором в виде Андреевских флажков. – Парни, Лешего к остальным, яхту на якорь. Парням сообщите, пусть снимут все, что требуется, и к берегу ее пришвартуют. – отдал он распоряжение троице.

– Сделаем, командир. – ответил ему парень, стоящий за моей спиной.

Из армейского катера спустили металлическую лесенку, по которой мы поднялись на борт. Меня провели по весьма оживленной палубе к самому носу и указали на троицу человек, что сидела на надувном диване и безмятежно курила, вглядываясь в береговую линию. Это были мои коллеги, не по ремеслу, а по положению.

– Здорово, бродяги. – поприветствовал я мужчин, и двое, кивнув мне в знак приветствия, сразу поднялись со скрипящего диванчика и пошли по своим делам, а я занял свободное место.

– Бек. – протянул мне руку оставшийся мужчина лет сорока, одетый в потертый камуфляж и обутый в обычные резиновые тапочки.

– Леший. – представился я в ответ и пожал руку, а после полез в карман за сигаретами, но вспомнил, что оставил их на яхте. Видя мою досаду, Бек протянул открытую пачку и коробок спичек.

– От души. – поблагодарил я нового знакомого, прикуривая сигарету.

– Обращайся. – безразличным тоном ответил он.

– Расскажешь, в какую задницу я вляпался на этот раз? – решил уточнить я, окидывая взглядом палубу, на которой было много безоружных гражданских, что занимались наведением порядка, а также масса людей в черной форме, которые пристально следили за всеми.

– А чего тут рассказывать, считай, что попал под крыло морской пехоты. – пожав плечами ответил он.

– Это я уже и так понял, а в роли кого?

– Да я и сам, если честно, пока толком не понял. Относятся к нам нормально, питаемся из одного котла, работаем тоже на равных. Недавно в один речной порт заходили, так бойцы его сначала от зомби зачистили, а потом вместе с нами коробки на баржу таскали. По сути, они даже больше нас работают, вот неделю уже с ними нахожусь и диву даюсь, неужто повезло.

– Хм, звучит как‑то странновато, слишком хорошо. – пожав плечами прокомментировал я. – А куда плывем? Может, нас что‑то интересное будет ждать на финише, как там сказал их командир: «Выход только через торпедный отсек».

– Да не похоже. – потушив окурок в консервной банке ответил он. – Тут слушок прошел, что они вроде бы как хотят в тропики уплыть и застолбить какой‑нибудь необитаемый островок. Если так мозгами пораскинуть, идея здравая, вокруг вода, зомби нет, а тут тебе пальмы и все как в песне: «Бананы‑кокосы, апельсиновый рай». Но чтобы обжиться, люди нужны, вот они всех и собирают.

– Вот оно что. – почесав затылок произнес я. – Тогда ясно, приплывем, базу отдыха им замутим и в расход или рабский ошейник, типа прислуга. Если сразу заковать, то мы без мотивации работать будем, а так типа для себя стараемся.

– Есть такая вероятность. – согласился Бек. – Но что‑то не похожи они на таких людей, вроде по‑человечески поступать пытаются.

– Мммм, по‑человечески? – иронично улыбнулся я. – Либо на борт, либо за борт, хорошая у них человечность.

– Не без этого, они сильны, а значит могут диктовать условия более слабым. – ответил Бек.

– Что‑то ты прям за них сильно переживаешь, ты же вроде бы из наших. – указал я пальцем на его татуировку.

– Наши, ваши, какая теперь разница? Если ты живешь прошлым и до сих пор руководствуешься понятиями и законами, то лучше сразу прыгай за борт. Эти самые наши меня и еще пару пацанов с семьями на верную смерть кинули. А эти парни нас от зомби отбили, причем двух своих потеряли. И чтобы ты понимал, мы не в складе каком‑то прятались, а в маленьком кирпичном домике, то есть у них резона лезть к нам вообще не было, а они полезли. Не знаю, что там дальше будет, то если дети живы останутся, то я и ошейник рабский надену, и так с ним столько лет на зоне оттоптал, так что плевать, хоть какую‑то пользу потомству принесу.

– Понял твою позицию. – тяжело вздохнув произнес я. – Не осуждаю, про понятия и прочее ты, конечно, прав, но и в шестерки я тут тоже не нанимался. А как что тут вообще устроено?

– В целом все просто, работаем по очереди, на погрузки и разгрузки привлекаемся все. Кормежка три раза в день, если работы нет, занимайся чем хочешь. Сразу скажу, будешь бузить, огребешь, попытаешься напасть на кого‑то из вояк, тут разговор короткий: пуля в затылок и за борт раков собирать. Это наказание и к самим воякам применяется, чтобы ты не подумал, что это только в одну сторону работает. Если вздумаешь бежать, делай это с умом, в погоню, скорее всего, не кинутся, но если на прицел попадешь, то пристрелят, ну как‑то так.

– Учту. – переваривая информацию ответил я. – Скажи, а куда вы все грузите‑то? Места‑то тут хрен да маленько.

– Вслед за нами три баржи идет и два пассажирских корабля, плюс боевые катера. На кораблях женщины и дети, как наши, так и военных, на баржи собираем разное: провизию, электронику, одежду, инструменты, разные материалы для стройки и прочее. Мы же что‑то вроде головного дозора, ну и держат нас на катерах, как потенциально проблемных. Тебя еще сегодня вызовут на экое собеседование, для сбора информации.

– Кто, откуда и по какой статье чалился?

– Ага, но их больше интересует, что ты умеешь делать и чем можешь быть полезен обществу. – пояснил мне Бек.

– М‑да уж. – протяжно произнес я, потушив окурок. – Попал так попал.

– Ладно тебе, пока все не так уж и плохо. Не знаю, как жилось тебе до этого дня, но у большинства была полная задница. – поднявшись с дивана подбодрил меня новый знакомый. – Пойдем, каюту тебе покажу. – указал он рукой в сторону лестницы, ведущей вниз.

* * *

– Леший, по‑братски дай закурить. – подбежал ко мне местный шустряк Стасик.

– Слушай, Стасик, ты что‑то зачастил стрелять, всем сигарет дают поровну, а ты все бегаешь попрошайничаешь. – возмущенно ответил я, переводя взгляд с водной глади на молодого несуразного парня.

– Да я это, в карты проигрался. – поморщив лоб ответил он, делая максимально жалобный вид.

– То есть я твои игры спонсировать теперь должен? А ты ничего не попутал? – возмущенно пробасил я.

– Ты же знаешь, карточный долг это святое, отдавать нужно. – продолжал клянчить он.

– Знаешь что, юноша, иди‑ка ты на хрен со своими долгами и разбирайся сам. И вообще совет тебе на будущее, завязывай с этим, а то быстро за борт скинут.

– А за борт за что? – удивленно спросил он.

– За то, что из‑под подушки цепочку золотую у Гриши дернул, ты же знаешь какое к крысам отношение, верни как было, и я забуду на первый раз.

– Я, я это, ты не подумай ничего такого. – начал было оправдаться парень, но я его перебил.

– Зачем мне что‑то думать? Я видел то, что видел и никак иначе, чем воровство это назвать нельзя. Так что, что я сказал, ты услышал, к вечеру не вернешь, об этом узнаю все. – строгим тоном сказал я и оттолкнул его от себя.

Да уж, третьи сутки на борту, а по ощущениям будто словно половину жизни тут провел. Контингент собрался интересный, считай, полстраны, и вояки берут почти всех, кроме явных отморозков разумеется, отбитых на всю голову сразу в расход пускают, чтобы других людей избавить от подобных встреч. Работы пока не особо много и каждого распределяют на определенное направление. Мне от части повезло, так как я в целом неплохой механик и разбираюсь в проводке, меня приставили в машинное отделение, так сказать, оказывать содействие. Там нас получилось пятьдесят на пятьдесят, пять военных и пять гражданских, делим сутки на равные части и дежурим по два человека.

Жизнь тут идет и правда неплохо, отличная кормежка, чистые каюты и человеческое отношение, ну чем ни санаторий? Не без ограничений конечно, алкоголь под запретом как и конфликты, но оно в целом и понятно. Хотя конфликты все равно тут не редкость, разные люди из разных сфер, плюс менталитет. То и дело то там сцепятся, то тут, но я подобного старюсь избегать и вообще сидеть тише воды и ниже травы, чтобы не выделяться из толпы.

Идея с тропическим островом подтвердилась, об этом мне поведал военный моторист. Как только мы доберемся до нужного порта, там всех пересадят на военный корабль и уже на нем мы пойдем поближе к экватору. Все это звучало интересно, я бы с удовольствием погрел свое пузо под тропическим солнышком, лежа на берегу океана и потягивая коктейльчик из цельного кокоса. Но вероятность того, что мы выживем после того как закончим с работой крайне мала. Часть из полезных и особо трудолюбивых точно оставят, а вот остальных скорее всего пустят в расход. И я как бывший уголовник точно нахожусь в зоне риска, а жить‑то хочется.

Остается у меня два варианта, либо выслуживаться по полной, прыгая перед вояками на задних лапках, что в целом для меня не приемлемо. Или же бежать, бежать как можно скорее, пока мы не добрались до того самого корабля. Не знаю, что из этого всего выйдет, но для побега нужен четкий план, иначе я отправлюсь на корм рыбам или же мою плоть обглодают тропические черви.