Текст книги "Страх и Голод. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Константин Федотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 90 страниц)

– Дальше отчасти проще, на кабину вырежем металл по размерам и будем навариваться прямо сверху. Окна на дверях тоже заварю, небольшие глазки оставим, чтобы можно было смотреть в зеркала. А на лобовое заготовлю толстые пластины, они будут как ставни открываться и закрываться. Если что, опустил их и поехал дальше, сталь потолще возьму, автомат, пулемет точно не пробьет, но более крупный калибр уже не выдержат, но тут я уже бессилен. Все баки тоже закрою сталью, радиатор и движок, под днищем защиту усилим. КУНГи же в несколько слоев тоже зашьем полностью, пару глазков оставим и все. Также наделаю разных креплений на крыше и бортах, чтобы можно было цеплять дополнительный груз. Выглядеть все это будет не шибко симпатично, зато выживаемость техники повысим в разы. – ответил я.

– А есть люки, ведущие из КУНГа на крышу? – уточнил у меня Михалыч.

– Нет.

– А сможешь сделать?

– Без проблем. – кивнул я.

– Отлично, что если нам сделать дополнительный люк и поставить на крепления для пулемета. Считай, на одной машине две огневые точки. – гордо озвучил он свою идею.

– Хм, умно. – согласился с ним я. – Сделаем, не проблема, но это не быстро. – сразу предупредил я.

– Сколько времени понадобится?

– Если рука завтра сильно беспокоить не будет, то дня два‑три минимум, день на отвалы, день на кабины и день на КУНГи.

– Добро, надеюсь, обойдемся без происшествий, ты главное делай все без суеты, сам понимаешь, от качества будут зависеть наши жизни.

– Сама собой. – согласился я с ним и пошел на склад, так как меня позвала вышедшая на улицу Степановна.

Как только я зашел в здание склада, мне в нос сразу ударил приятный запах оружейного масла, а пройдя мимо стеллажей, я увидел занятную картину. Алина, одетая в камуфляжные штаны и футболку, а также обутая в армейские берцы, стояла у стола, за которым мы обедали. Лицо девушки было испачкано в саже, на лбу была испарина, а руки были черными по самые локти. На столе лежали АКМС, ПМ и СВД, по ним было видно, что они совсем новенькие и только‑только начищенные. За столом сидела недовольная Степановна с советским секундомером в руке.

– Ничего‑ничего, девочка, тяжело в учении – легко в бою. – по‑доброму улыбнувшись, сказала она. – Давай‑ка еще разочек! К неполной разборке‑сборке автомата приступить! – скомандовала она и активировала секундомер, а Алина, схватив автомат, начала резво его разбирать.

– Да у вас тут прям курс молодого бойца! – умилившись, сказал я.

– Гена, хватит бегать, тебе с твоей рукой отдохнуть нужно. Вот, возьми опись всего, что лежит на складе, посмотри, подумай, чего и сколько с собой взять. Ты уже бился с этими тварями, тебе явно должно быть виднее.

– Понял. – согласился я и, взяв потертый журнал в кожаной обложке, отправился с ним на улицу, в курилку.

Склады, на которых мы сейчас находились, были весьма большими, и добра в них было не счесть, но, к сожалению, в целом тут хранилось одно старье. Я было понадеялся, что тут будут АК‑12, мне было очень интересно пощупать их своими руками, ВАЛ, может, еще что интересненькое. Но увы, по сути тут был стандартный набор, старое доброе семейство Калашниковых, АК, ПК, СВД. Плюс тут были АГСы и крупнокалиберные Утесы, ну и РПГ, куда же без них. Еще имелись различные мины, минометы и разная мелочевка, которая нам была не очень‑то и нужна. На мой взгляд, главное – это автоматы и пулеметы, основное, чем мы будем пользоваться, так что этим и запасемся. И главное – побольше патронов, вот чего‑чего, а их много не бывает.

Глава 5

Нижегородская область, Ян.

Я сидел у тлеющего костра и подкидывал в него наломанных Петром досок, чтобы он вновь разгорелся. Угли стали потрескивать, выбрасывая в темноту стайки искр, сопровождаемые едким дымом, от которого слезились глаза.

– Да уж. – прошептал я, глядя на свои ладони, что тряслись, словно у алкоголика с сильного похмелья, но я не пил, все дело в этом отморозке Илье, или, как он себя гордо называет, Иле, тоже мне человек и самолет.

– Как ты? – раздался голос Лизы за моей спиной, и я от неожиданности подскочил на ноги, едва не запищав от ужаса. – Ян, ты в порядке? – с волнением уточнила она.

– Да какой там в порядке?! Как вообще можно быть в порядке, когда рядом это! – указал я пальцем в сторону громадного пикапа, в котором передвигался настоящий психопат.

– Да ты чего? Он же пошутил про руку и ногу. – улыбнувшись, сказала Лиза, присев на импровизированную табуретку из перевернутого ведра.

– У меня от этого типа мурашки по коже. – вздрогнув, сказал я, присев рядом с ней на лавочку.

– Да ладно тебе, он нормальный, со странностями, конечно, но в целом безобидный. – попыталась заверить меня наша «доктороша».

– Ага, ты об этом расскажи парню, которому он сначала лицо об бампер машины расшиб, а потом лом в голову вонзил. А так да, милейший человек, гранаты людям в руки словно конфетки вкладывает. – иронично произнес я.

– Ладно тебе ныть, Ян, соберись уже! Я поняла, как работает мозг этого парня, ему, по сути, на тебя все равно, да ему вообще на всех плевать с высокой колокольни. Но до момента, пока ты ему не навредишь, вот тогда он тобой заинтересуется, и ничем хорошим для тебя это для тебя не закончится. Он псих, настоящий социопат, и я тебе больше скажу, он очень умен, отлично развит физически и шикарно стреляет. Он мне сказал, что очень много лет биатлоном занимался, так что он быстрый, ловкий и меткий. С ним нужно дружить, а не шарахаться от него.

– Вот уж не знаю, как с ним дружить? Все мое нутро при его виде сворачивается в клубочек и требует убежать как можно дальше. – недовольным тоном ответил я, склонив голову.

– Это потому, что ты трус и слабак. А еще тебе обидно, что Ил все подмечает и говорит правду, а она часто ранит. Посмотри правде в глаза, ты бесполезен, я‑то думала, что в тебе хоть твоя жилка проснется, и хоть от нее будет прок. Сегодня на заправке, когда ты предъявил полковнику за налоги и оружие. Мне показалось, что ты сейчас ему как задвинешь историю о том, как он плохо поступает, о том, что люди страдают и тому подобное. Загрузишь его по полной, и он таки даст нам оружие. А ты что‑то там промычал и сразу сдулся. – недовольным и поучительным тоном, глядя мне прямо в глаза, сказала Лиза.

– А ты вообще‑то не забыла, что я тебе жизнь спас? – возмутившись до глубины души, повысил я на нее голос.

– Чего? Ты мне жизнь спас? – рассмеялась она, глядя мне в лицо. – Я тебя умоляю, ты меня просто подобрал, и то ради собственной выгоды! Когда твоя задница в опасности, ты быстро соображать начинаешь и сразу смекнул, кто я и какую ценность представляю. Так что не корчи тут из себя благородного рыцаря. Вот Ил нас спас, а тебе просто повезло проехать мимо. А теперь подумай о моих словах и возьми себя в руки! А то ведешь себя как тряпка! Нам просто везло последние дни, а что будет завтра? Не все люди добрые, а зомби может быть еще больше, вспомни, как нас уже однажды зажали! – сказала она как отрезала и пошла спать в наш пикап.

– Вот же дрянь! – ударив кулаком по лавке, прошипел я.

Хоть это больно и неприятно, но Лиза права, сказала все по факту, я обуза, и с этим срочно нужно что‑то делать, иначе в один из дней меня где‑нибудь бросят, а жить‑то хочется.

* * *

Утром я проснулся от барабанящего по крыше дождя, Лизы в машине уже не было, я даже испугался на секунду, а вдруг меня реально бросили. Но нет, она с Колей и Петей сидела под небольшим навесом, они что‑то готовили на огне. Посмотрев в другую сторону, я вздохнул с облегчением, «Ил» уже уехал, не скрою, это меня очень обрадовало.

Позавтракав макаронами с тушенкой, мы заняли места в машинах и, вернувшись на трассу, поехали дальше. Хоть вчерашние высказывания Лизы меня очень сильно задели, но я таки решил взяться за ум и приносить пользу команде, поэтому начал с малого. Достав с заднего сиденья нашу громадную аптечку, я начал расспрашивать у Лизы, что за лекарства у нас имеются, для чего они нужны и как их применять. Ее порадовал мой энтузиазм, и она с удовольствием описывала мне каждый препарат, объясняя сложные медицинские термины.

Для себя же я решил, что получить профессию медика будет очень даже хорошо. Ведь медики, как правило, не воюют, они сидят в укромном месте и оказывают помощь раненым, как по мне, так в самый раз.

Из‑за сильного дождя видимость сильно ухудшилась, и ехать быстро у нас не получалось, так что далеко проехать нам не удалось. В целом день прошел спокойно и без эксцессов, разве что в одном месте дорога была полностью заблокирована перевернутыми фурами, но мы нашли объезд.

К вечеру дождь прекратился, и мы начали искать очередное безопасное место для ночлега. Коля нашел на карте какой‑то оздоровительный лагерь и предложил заночевать в нем, если там будет свободно.

Свернув с трассы, мы проехали тридцать километров по густому лесу и уткнулись в заброшенное КПП с покосившимися воротами. Без проверки было очевидно, что нога человека сюда уже давненько не ступала, а значит и зомби тут быть не должно. Но бдительность терять было нельзя, и мы настороженно осмотрели каждое помещение, которых тут было немного. Здесь располагалось два одноэтажных корпуса, на подобие армейских казарм, здание столовой и две административных постройки, раньше были и еще, но от них остался только фундамент. Все здания до единого были без окон и дверей, разрисованные граффити, а их стены уже давно пошли трещинами и казалось, что вот‑вот рухнут.

Убедившись, что тут тихо и безопасно, мы разожгли огонь и начали готовить пищу, но на этот раз выставили караулы, то есть я и Петя будем по очереди патрулировать территорию, а то мало ли что.

Первым в караул пошел я, вооружившись стареньким ружьем, это, собственно, все оружие, что имелось у нас с Лизой на двоих. Николай и Петя делиться с нами особо не спешили, видимо боялись, что мы представляем для них угрозу. Хотя моя напарница очень хорошо спелась с Николаем, то и дело воркуют, словно голубки, аж бесит!

Проходя мимо КПП, я услышал звуки приближающейся машины, на улице еще было светло, так что я издалека смог разглядеть силуэт пикапа, выехавшего из‑за поворота.

– Нет! Ну нет же! Как так‑то? На нас маячок, что ли? Это единственное, как я могу объяснить его появление тут! – начал вслух ругаться я, предвкушая новую встречу с Илом. Как вдруг из‑за поворота выехал еще один точно такой же пикап, и они уверенно ехали в нашу сторону. Хотя куда тут еще ехать, дорога‑то одна.

– У нас гости! Тревога! – крикнул я и побежал к своим товарищам.

Парни вскочили со своих мест и, встав за капотом УАЗа, направили оружие в сторону ворот. Сердце в моей груди колотилось просто с бешеной скоростью, словно вот‑вот сломает ребра и выскочит наружу. Но я все же нашел в себе силы и, встав за капотом нашего пикапа по примеру парней, направил ствол ружья на ворота.

Неизвестный транспорт не заставил себя долго ждать и влетел на территорию лагеря. Водитель явно не ожидал такого теплого приема, да и вообще, что тут кто‑то есть, и, заметив нас, сразу ударил по тормозам. Колеса внедорожника заблокировались, машину слегка понесло юзом, и она остановилась в паре сантиметров от УАЗика.

– Ребята, извините, если напугали, мы мирные! – раздался женский голос из первой машины. Вторая машина въехала следом и спокойно остановилась рядом. Увидев нас, они тоже были удивлены и, продемонстрировав пустые руки в лобовое стекло, осторожно вышли на улицу.

– Мы не желаем вам зла, мы не знали, что тут кто‑то есть. И не хотим ссориться, если скажете, уедем искать другое место на ночлег. А если разрешите остаться, то мы бы с радостью угостили вас едой и поделились информацией, которую знаем, ну и вы рассказали бы чего‑нибудь полезного. – доброжелательно обратился к нам парень.

Коля решил пойти с ребятами на контакт, и вот уже спустя полчаса мы сидели у костра и вместе ужинали, слушая рассказы ребят.

Их всего было четверо, как и нас, только у них было два парня и две девушки. Здоровяка, что мчался за рулем первого пикапа, звали Марк, крупный такой детина, накаченный, как Шварценеггер, у него руки в три раза больше, чем ноги, а еще от него сильно разило спиртным. С ним ехала девушка Елена, худенькая, стройная, смазливая и слегка дерганная. За рулем второго пикапа ехал Олег, очень харизматичный парень, доброжелательный, все время улыбался и много говорил. Его напарницу звали Марго, очень хмурая девушка, с красными от недосыпа глазами, молчаливая, а еще она постоянно курила и озиралась по сторонам, словно ждала нападения. Ехали они издалека, аж из самого Приэльбрусья, они вроде журналисты‑блогеры, и у них была задумана туристическая поездка по всем самым красивым местам России. Изначально их было восемь человек, но всем выжить не удалось, первая пара погибла в самом начале, когда еще было неизвестно, что происходит. В итоге их сожрали зомби. А еще двоих они потеряли в районе Минеральных вод, когда увидели разбитый армейский блокпост и решили там вооружиться, так как автоматы и патроны просто валялись на земле. Но зомби появились словно из ниоткуда и напали на них, в итоге двоих парней ранило, и они были обречены. Один из этих парней был старшим братом Марго, оттого она такая дерганная, так как лично пристрелила его, не дав обратиться в зомби.

При взгляде на их машины, у меня зачесались руки, очень бы хотелось такие себе. У Ила все равно пикап выглядел более крупным и мощным, но и эта парочка была весьма и весьма интересная. Это были тюнингованные Ниссан‑Навара. Раньше они были раскрашены в яркие цвета, это было видно, так как сейчас их плохо покрасили из баллончиков в цвет хаки, но местами краска отваливалась кусками. У машин был установлен стальной корпус на верх кузова, увеличивая его вместимость, дополнительный свет, более крупные колеса с внедорожной резиной, кенгурятник спереди и сзади, в общем, в самый раз для зомби‑апокалипсиса.

– Ребят, а вы куда путь‑то держите? – спросил Коля у Олега.

– Да в Сибирь, подальше от людей, будем там искать себе местечко для зимовки. – Как‑то неуверенно ответил Олег, улыбнувшись во все тридцать два зуба. – А вы куда направляетесь?

– Собственно так же, ищем себе место под солнцем, может, где какое убежище организованно. А то, боюсь, дальше будет только хуже. Нам один военный полковник посоветовал найти себе укромное место как можно скорее. Ведь только стоит людям немного прийти в себя и осознать правила нового мира, как всюду начнет твориться настоящий беспредел. – ответил ему Коля.

– Это точно, зачем искать хорошую машину или припасы, когда все можно отобрать у другого. – хохотнув, прокомментировал Марк, открывая очередную баночку с пивом.

– Марк, не налегай ты так, держи себя в руках. – попыталась притормозить его Лена.

– Молчать, женщина! Твой день – Восьмое марта! – рассмеявшись, в шутку ответил ей Марк. – Не видишь, стресс снимаю. – добавил он.

Обстановка в лагере царила умиротворенная и вполне дружественная. После ужина ребята разбили себе палатки, а параллельно с этим мы совместно распили две бутылки дорогого коньяка, так сказать, за знакомство.

Все шло хорошо, пока мне вдруг не захотелось в туалет по большому. Вооружившись рулоном туалетной бумаги, я побежал подальше в кусты, так как туалета в лагере, разумеется, не было. Осмотрев местечко, я присел и приступил к делу, как вдруг услышал шорох в кустах неподалеку. Я было уже испугался, но услышал голоса, оказалось, это были Марго и Олег. Он сопровождал девушку в туалет.

– Как тебе эти ребята? – спросила она у Олега.

– Ну как сказать, Коля и Лиза очень такие толковые, общительные. Петя этот жуткий какой‑то, смотрит, словно маньяк на жертву. Да и Ян странный какой‑то, зашуганный, словно его кто‑то постоянно бьет, странный, в общем. А почему ты спрашиваешь?

– Да я вот подумала, может, нам бы стоило усилия объединить? До бункера еще ехать очень и очень далеко, сам понимаешь, опасно. А места нам там всем бы хватило. Но только я бы этого Петю и Яна не хотела бы с собой брать, какие‑то они ненадежные. Да и Марк тоже не одобрил бы их кандидатуру.

– Согласен с тобой, давай я тихонько Коле предложу, мол, если хочет, пусть с Лизой к нам присоединяется, а эти пусть сами разбираются. – предложил ей Олег.

– Да, давай, звучит как план, жестоко, конечно, но мир он всегда таким был, сейчас просто этого больше никто не скрывает. – согласилась с ним Марго.

Когда я услышал их диалог, мне стало не по себе, особенно, если учесть вчерашние слова Лизы. Ведь Коля еще может как‑то замолвить словечко за Петю, все же он боец, а вот я полностью бестолковый. Закончив свои дела, я, не подавая вида, вернулся в лагерь и подошел к Пете, что обособленно сидел в стороне и чистил свое оружие.

– Петь, привет. – присев перед ним на корточки вполголоса сказал я.

– Здорово, давно не виделись. – ухмыльнувшись ответил он мне.

По его глазам я видел, что он от меня тоже не в восторге.

– Слушай, скажи, а какие у вас отношения с Колей? – прямо спросил я у него.

– Ты что совсем без мозгов? Какие еще отношения?! – голосом полным возмущения спросил он у меня и даже отодвинулся в сторону.

– Тише ты! Что разорался то? – шикнул на него я. – Я не это имею в виду! Я про другое, ты давно знаешь Колю? Уверен в нем? Ну, типа то, что он не кинет тебя или не предаст? – пояснил я парню.

– Как давно, когда все началось, тогда и познакомились. А с чего ему меня кидать или предавать‑то? Ты напился что ли? Или как? Что ты вообще пристал ко мне с расспросами? – брезгливо ответил Петя и отодвинулся от меня еще дальше.

– А то, что эти четверо хотят предложить Коле и Лизе присоединиться к ним, а нас того.

– Чего того? Грохнуть? – округлив глаза от удивления уточнил Петя.

– Да нет, на хрен послать, хотя может и грохнуть, кто их знает, какие у них нравы. Вот я и спрашиваю, ты уверен, что Коля тебя не кинет? – пояснил я этому тугодуму.

Петя немного посидел молча с задумчивым видом, тяжело вздыхая и потирая лицо раскрытыми ладонями.

– Черт, как не вовремя то. – прошипел он и сплюнул на землю, а затем, выудив из нагрудного кармана пачку сигарет, достал одну, зажал ее губами и начал искать зажигалку.

– Держи. – протянул я ему коробок спичек.

Петя заметно занервничал и, сломав две спички, с третьей попытки все же извлек огонь и, глубоко затянувшись, перевел на меня свой взгляд.

– У нас в последние дни отношения слегка натянуты, он пристально следит за мной, словно не доверяет. Так что я даже и не знаю, если они спелись с ними, то вполне себе могут нас кинуть. Тебя‑то точно, от тебя толку как от козла молока, да я тоже не самый крутой воин, к тому же я машину водить не умею. – ответил парень.

– Тогда нужно что‑то делать. – сказал я парню.

– Согласен, но что? Что делать то?! Пойдем и попросим, чтобы они нас не бросали? – возмущенно спросил он.

– Ага, блин, кошка бросила котят, пусть е… хм… играют как хотят. – ухмыльнувшись сказал я. – Нет, это не вариант, нужно действовать более тонко и так, чтобы на нас даже не подумали.

– Ну так давай, предлагай.

– А чего сразу я? У тебя своей головы нет на плечах? – возмущенно спросил я.

– Але, кто из нас двоих еврей? Вы же все хитровыдуманные и изворотливые, так давай прояви свою натуру.

– Что за стереотипы? Ты еще так обидно все извратил!

– Ой, извини. – развел он руки в стороны.

– Может, это мы с тобой их ночью того? – сказал я, проведя по шее ногтем большого пальца. – А сами скажем, что они хотели напасть? – предложил я.

– Нет, это не вариант, уж поверь мне, тем более они должны быть при оружии, а не спать в палатках, тогда нас не только пошлют, но еще и прикончат. Ты же сам сказал, что действовать нужно тонко.

– Ладно, я попробую что‑нибудь придумать, а то от тебя никакого толка, но если что, будь на подхвате. – строго сказал я парнишке.

– Не вопрос, я все‑таки заинтересованное лицо. – согласно кивнул он.

М‑да, ситуация крайне неприятная, и как ее исправить, мыслей пока никаких. А что‑то делать нужно, и это факт.

Глава 6

Неизвестная локация, Ил.

– Белые розы, белые розы – беззащитны шипы. Что с ними сделал снег и морозы, лед витрин голубых? – орал я во всю глотку, едва стоя на ногах.

– Да твою‑то мать! Заткнись уже! Дай мне поспать! Твое пение просто невыносимо! И как вообще можно петь почти шесть часов без перерыва! – влетев в мою камеру, кричал на меня пленитель и вдовесок в очередной раз ударил кулаком по ребрам.

На этот раз удар ему удался, и я бы даже скрючился от боли, если бы руки не висели под потолком.

– Так дай мне воды, и я заткнусь! – морщась от боли, ответил ему я.

– Ага! Сейчас! Если я дам тебе воды, ты будешь орать еще громче!

– Не исключено. – выдавив довольную улыбку и пожимая плечами, ответил я. – Но тогда голос будет более приятным и бархатистым, я тебе тогда даже колыбельную спою, хочешь?

– Какой же ты урод! – скуксившись, прошипел пухляш и вышел из камеры.

– Ложкой снег мешая! Ночь идет большая! Что же ты, глупышка, не спишь! Спят уже соседи! Белые медведи!

– На‑на, подавись! И заткнись! Сука! – ворвался в камеру надзиратель, неся в руках бутылку с минеральной водой, из которой торчала соломинка.

– Когда даешь воду, правильно говорить «захлебнись»! Пожелаешь подавиться, когда кормить меня будешь с ложечки. – хохотнув, прокомментировал я.

– Какой же ты душный! – обреченно прошипел он и поднес горлышко бутылки к моему рту.

– Ты сам меня сюда притащил, так что крепись, дальше будет только хуже. – хохотнув, сказал я и, обхватив соломинку губами, начал жадно пить воду.

– Э‑э‑э, р‑р‑р‑р! Хорошо! – с облегчением сказал я, извергнув из себя мощную отрыжку. – Извини, я тебя не забрызгал?

– Сука, и чего я с тобой вожусь‑то? – злобно прошипел он, глядя мне в глаза.

– Это ты мне скажи.

– Короче так, я пошел спать, а ты жди меня тут, если ты издашь хоть еще один писк, я вот что с тобой сделаю. – злобно произнес толстяк, а затем вынул из ножен, висящих на поясе, здоровенный блестящий нож и провел его лезвием по моей груди, от чего на ней образовался неглубокий порез и обильно потекла кровь. – Я понятно объясняю? – уточнил он.

– Более чем! Иди отдыхай, у тебя явно был тяжелый день. – натянув улыбку на лицо, ответил я.

– Вот и чудненько, люблю послушных мальчиков. – похлопав меня ладонью по щеке, сказал он, а я едва сдержал себя, чтобы не пошутить.

Время шло, ноги и спина уже отваливали, а кисти затекли настолько, что я перестал их чувствовать. Ситуация пугающая, попасть в сети к хейтеру – это вам не шутки, особенно сейчас, когда тормоза уже ни к чему, ведь добрые дяденьки полицейские к нам сюда не придут и не скажут ему: «Ай‑яй‑яй! Ты плохо себя вел, пошли в тюрьму!»

То, что взрослый тип, помешанный на видеоиграх, ведет себя подобным образом, говорит о том, что он не одарен интеллектом. Но как знать, что он для меня приготовил, ведь у него однозначно есть какой‑то план, но какой? Вероятнее всего его реализация закончится для меня плохо, в лучшем случае – смерть, в худшем он отдаст меня на съедение зомби, а то и заразит меня вирусом самостоятельно. Значит, нужно бить его в слабое место – в голову, нужно вынудить его развязать меня и заставить ослабить бдительность. Идейка одна есть, но не уверен, что она подействует.

* * *

– Илюшенька, как ты? Выспался? – ехидным голосом спросил у меня мужичок, смачно откусив от бутерброда с колбасой, обильно одобренного майонезом.

– Какой у тебя план? Что дальше, так и будешь держать меня тут, как пса на привязи? – безэмоционально спросил его я.

– Ой, а чего это ты такой грустный? Где твоя ухмылочка? Где твой норов? Перинка была жесткая? Сломался, бедненький? – ухмыляясь, произнес он.

– Устал чутка. – пожав плечами, ответил я. – Ну что, гений, ты озвучишь свой план? Какая участь меня ждет?

– О да! Я долго думал, как лучше поступить. – гордо заявил толстяк. – В общем, все будет просто: я прострелю тебе руки и ноги, а затем брошу на съедение зомби. Как тебе?

– Мммдяяяяя. Долго думал? – негодуя, покачав головой, спросил я.

– Что не так‑то? Слишком страшно?

– Да нет, ты же понимаешь, что я откинусь еще до того, как ты меня на тачку погрузишь.

– Тогда я тебя в твоем же пикапе и подстрелю. – с гордым видом выкрутился он из ситуации.

– Пикап то тебе что сделал? В Нид фор спиде обогнал? Не губи машину, пули же на вылет пройдут, повредишь салон, все кровью зальешь. А если бак прострелишь или газовый баллон, ты головой вообще думаешь? Да и все равно я сразу отключусь и откину от кровопотери или от этого, как же его там. – вспоминая слова Лизы, нахмурился я. – О, точно! Анафилактического шока!

– Тогда я свяжу тебя стяжками и брошу, так я ничего не испачкаю, и ты будешь в сознании! – радостно заявил мужчина.

– О, это уже звучит как план. – согласился я с его идеей, понимая, что закапываю себя все глубже и глубже. – А тебя это устроит? В ментальном плане?

– В смысле? Разумеется, устроит, я же тебя прикончу, как и всегда мечтал.

– Мне почему‑то показалось, что ты меня хочешь сначала унизить. – скептически произнес я.

– Врать не буду, этого я хотел еще больше. Но перед кем? Кроме зомби этого никто больше не увидит. – с досадой сказал он и облокотился спиной на дверь.

– Лично для себя я почему‑то думал, что ты все это время тренировался, набивал личный скилл в Контре и был готов взять у меня реванш. Наказать меня на моем же поприще, это ли не самое настоящее унижение? Ты сейчас в выгодном положении, у меня вон руки затекли, я уставший, не в форме. Можем сыграть, если хочешь, так сказать, в последний раз. – улыбнувшись, предложил я.

– А что, это идея! Как насчет один на шесть? – расплывшись в улыбке, предложил он.

– Да как хочешь, хоть один на шесть, хоть го, хоть на ножах, хоть на пистолетах, ты тут босс. – согласился я.

– Хмм, а чего это ты такой податливый? Как‑то это подозрительно? – насторожившись, спросил он.

– Да я уже понял, что, аки пташка, попался в твои прочные сети, чего выеживаться то? Сбежать не выйдет, ты продуманный, крепко схватил меня за бубенчики, не вырваться. – с наигранной досадой сказал я.

– То‑то же! – ухмыльнувшись, сказал он. – В общем, жди, я сейчас.

Как я и думал, когда все нормальные люди запасались провизией, этот чудик, скорее всего, обносил магазины с электроникой. Свет здесь горит, еще я отчетливо слышал звук микроволновки, а значит, с электричеством у него порядок. И устоять от соблазна, чтобы обыграть меня в Контру, он просто не мог устоять. Ведь этот шизик несколько лет только и делал, что жил этим.

Через час мой пленитель затащил в камеру два небольших столика с установленными на них ноутбуками, причем один ноут, который он поставил для себя, был игровым и очень дорогим, а второй простой, старенький, ему лет чуть меньше, чем мне. Но на экране каждого уже была запущена игра, и локальная сеть настроена через обычный кабель.

– Так, я хочу тебя обыграть во что бы это ни стало, и, дабы дурные мысли не лезли тебе в голову, я добавлю для тебя утяжелители. – злобно произнес мужчина и, достав из кобуры пистолет, начал в меня стрелять.

Бах! Бах! Бах! Бах! Больно ударяли звуки выстрела по ушным перепонкам. В воздухе сильно запахло порохом и появилась легкая дымка. Каждый хлопок сопровождался для меня жгучей, адской болью. Одна пуля угодила мне в левое плечо, вторая в куда‑то в грудь, третья в правое предплечье, а четвертая чуть выше левого колена.

– ААаррррр! Сука! – прокричал я от боли, но, опустив взгляд на раны, увидел, что он стрелял в меня не из боевого, а из травматического пистолета.

Толстяк осторожно обошел меня по стене и отцепил цепь от крюка, на котором она была зафиксирована. Ноги меня и так не держали, а теперь одна из них еще и ранена, резиновая пуля торчит прямо из нее. Как только он отпустил цепь, я тут же рухнул на землю и, шипя от боли, свернулся в позу эмбриона.

– Нет времени ныть! Давай за дело! – самодовольно произнес толстяк и, присев передо мной на корточки, разрезал веревки, а затем удалился за свой стол, что стоял у самого выхода. – Ты главное не внушай себе глупых идей, у меня шикарная реакция. – предупредил он меня, продемонстрировав два пистолета, что лежали перед ним.

– Как скажешь. – прошептал я в ответ и, собравшись с мыслями, несколько раз глубоко вздохнул и, не в силах стоять, на четвереньках подполз к столу с ноутбуком.

Кисти рук еще были онемевшими, и пальцы почти не слушались, плюс адская боль, что я испытывал, и вишенкой на торте было то, что у меня даже стула не было, и мне пришлось играть на корточках. Но все это часть моего плана, не буквально все, а лишь то, что я сейчас отвязан и продолжаю водить за нос этого урода.

Первую партию я проиграл с разгромным счетом, так как руки пришли в норму только в самом конце игры. Во второй партии я начал оказывать противнику хорошее сопротивление и выиграл его, так как счет мы вели до двух побед. Толстяк очень сильно расстроился из‑за поражения и еще раз выстрелил мне в плечо, резиновая пуля прошла вскользь, едва оцарапав кожу, но я сделал вид, что мне очень больно.

В третьем раунде я оказывал сильное давление на врага, заставив его попотеть, ведя ровный счет по картам. В целом мне стало понятно, почему я сказал, что он полное днище. Ведь даже в таком состоянии я все равно могу с легкостью его обыграть. Но в решающем раунде я проиграл, разумеется, специально. Противник же воспринимал игру всерьез и не понимал, что я поддаюсь, он буквально сильно светился от радости, что я бы мог предположить, что это он играет игру всей своей жизни, а не я. Хоть так и есть, он просто этого еще не знает.

– Да! Да! Да! Да! Да! Получил, сосунок! – вскочил со своего стула толстяк. – Как я тебя, а? – радостно спросил он.

– Красава, признаю, ты хорош! Ты обошел меня. – улыбаясь, произнес я. – Кстати, ты до сих пор так и не назвал своего имени. – продолжая усыплять его бдительность, сказал я, при этом демонстрируя ему, что кое‑как стою на ногах и то за счет того, что опираюсь на стол, да и руками шевелить толком не могу.

– Меня Саня зовут.

– Поздравляю с победой, Саня. – гордо произнес я, сделав вид, что испытываю невероятную боль, чтобы протянуть руку для рукопожатия.

– Спасибо. – слегка забывшись, ответил толстяк, взяв пистолет в руку, он подошел ко мне и попытался пожать ее.

Сейчас счет пошел даже не на секунды, а на доли секунд. Резко убрав руку, я вложил все силы, что у меня остались, и нанес ему прямой удар в челюсть. И так как он пониже меня ростом, удар вышел идеальный. Боров закатил глаза и ушел в глубочайший нокаут, а пистолет выпал из его руки.

– Вот так вот! Урод! Получил, жиртрест! – грозно прошипел я и, попытавшись пнуть его, сам потерял равновесие и упал на пол.