Текст книги "Страх и Голод. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Константин Федотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 43 (всего у книги 90 страниц)

– Ах ты скотина рогатая! Да я тебя сейчас на колбасу пущу! – громко ругался Великан на пару с Максом.

Ругались они не друг с другом, а на коров, все дело было в том, что их первый удой был опрокинут на землю нетерпеливой коровой, что отошла в сторону и ударила копытом по ведру. Вторая корова во время дойки вообще в него наступила и сломала, вылив все молоко на землю. Наши парни не собирались сдаваться и, обрезав пятилитровую баклажку, начали доить молоко в нее. Очередной корове что‑то не понравилось, она резко отскочила в сторону и сбила Гену с ног прямо на свежие лепешки. В общем, наблюдать за ними было одно удовольствие, как говорится, смех и грех. А сколько раз им по лицу доставалось немытыми хвостами, и даже и не счесть. Но настойчивая парочка все же добилась своего и смогла полноценно подоить двух коров, не пролив молоко. Они сделали из перевязочных бинтов фильтр, чтобы процедить молоко от мусора и мошек, и набрали три полные пятилитровые баклажки. Злые, сверху донизу уделанные грязью и навозом, но довольные, ведь молоко было реально вкусным.

Глава 16

Герда

– «Сидим с бобром за столом! Вдвоем! На ужин точим полено!» Господи! Что за идиотский плейлист с надоедливыми мотивчиками! – выругалась я и с силой вдавила кнопку отключения мультимедиа.

Что вообще за человек этот Ил? Вроде с виду симпатичный парень, адекватный, но только взгляд слегка безрассудный. Манера разговора тоже непонятная, словно ему доставляет дискомфорт общение с другими людьми. Учитывая то, что я девушка и с виду даже беззащитная, он даже и не попытался воспользоваться мной, вроде бы даже помог, хоть это было и не искренне, словно делал это из‑под палки. Хотя, когда он гнался за мной, он все же раскрылся в полной мере, я даже на секунду подумала, что он один из тех, кто гонится за мной. Все же далеко не каждый будет проверять брошенную машину на предмет взрывчатки, а этот взял и проверил. У нас то тут война с зомби, а не с людьми. Но стоило залезть в его багажник, как сразу стало ясно, он кто угодно, но не военный. Все засыпано чипсами, энергетиками, шоколадками и оружием, словно ему четырнадцать лет. Но стоит отдать должное его аптечкам, вот что‑то, но они были собраны на все случаи жизни, все расфасовано и подписано, уж не знаю, кто приложил к этому руку, но спасибо ему. Машина у него шикарная, места много, мощная, быстрая, броня как в танке, для современных реалий сложно придумать что‑то лучше, хоть выспалась в кои‑то веки.

День подходил к концу, солнце уже пряталось за горизонтом, и пора было бы останавливаться на ночлег. Зомби в этом танке не страшны, так что я просто съехала в заросшее травой поле и двинулась к кромке леса, не думаю, что кому‑то захочется поехать по моим следам, а если и поедет, то я встречу его залпом из пулемета. Припарковав машину между деревьев, я сразу же накинула на нее сверху маскировочную сеть, так, чтобы наверняка, и начала доставать припасы для приготовления ужина. Напевая идиотские мотивы не менее идиотских песен из плейлиста Ила, я разложила газовую плитку и поставила кипятиться воду, как вдруг вдалеке послышался звук мотора.

В ту же минуту я схватила бинокль и забралась на дерево. Расположившись на ветке, начала всматриваться на дорогу и увидела, как по ней неспешно едет УАЗ Патриот. Машина была гражданской, и в ней находился всего один человек, что сразу меня успокоило. А то мало ли, вдруг это по мою душу, но наши ребята на таком транспорте не передвигаются. Минимум Тигры и с пулеметами на крыше, а тут никакой брони, и к тому же еще и одиночка. УАЗ вдруг остановился, простояв секунд тридцать, свернул с дороги четко в мой след и начал движение сюда.

– Так‑так‑так! И кто же ты такой? – хищно улыбнулась я, облизнув губы. Кажется, я знаю, кто это, это же будущий покойник. – хохотнула я и, спустившись с дерева, зашла за машину и, достав пистолет, сняла его с предохранителя.

Ил

Информация о том, что Герда проехала мимо и совсем недавно, застала меня врасплох. От вспыхнувшей вспышки ярости у меня даже ноги подкосились. Я было подумал, что эта парочка меня дурит, но откуда им знать, как сейчас выглядит мой милый пикапчик? Ведь в прошлую нашу с Пирожком встречу он был еще совсем обычной машинкой, ну, не совсем обычной, самой лучшей, но без трендовой оболочки.

Пока я соображал, эта парочка воспользовалась моим замешательством и рванула с дороги на обочину, где спряталась за бетонной конструкцией, торчащей из земли. Можно было, конечно, еще побегать, осторожно спуститься вниз и перестрелять их как куропаток, но машина и месть Герде были для меня куда важнее, чем эти отморозки. Поэтому я плюнул на все, и мы с псом, запрыгнув в машину, рванули вперед.

– Пу‑пу‑пу! Если бы я был гадкой змеюкой, куда бы я поехал? – внимательно осматривая каждый поворот и ответвление с трассы, повторял я.

Реально, как ее искать‑то? Куда смотреть? Съездов хоть и немного, но они же есть! Проверять каждый просто нереально. Но я рассудил так: она тоже куда‑то едет и от кого‑то бежит, а раз так, пока светло, нужно отрываться как можно дальше. Ночью ехать крайне рискованно, без света фар далеко не уедешь, а они, в свою очередь, выдают твое местоположение. Когда начало смеркаться, я сбавил скорость и начал приглядывать уже более удобные места для ночевки, как для себя, так и в надежде, что найду съезд, куда могла повернуть Герда.

– БИНГО!!! – закричал я во всю глотку, от чего Туз подскочил с заднего сиденья и смешно ударился головой об стекло.

Дорога в этом месте прилегала к заросшему травой полю, и тут была практически выкошенная полоса, на которой едва приподнимались остатки примятой травы. От обычной машины, как правило, останутся просто две колеи, а моя малышка своим отвалом неплохо поработала в роли косилки, срезая ее и отбрасывая траву в стороны.

Положив автомат на колени, я рванул с места и поехал по следу машины. Идти пешком было бы глупо, как бы не хотелось этого отрицать, но Герда особа неглупая, с ней нужно быть крайне осторожным. Она точно меня уже заметила и ждет, но явно не ожидает, что за рулем сижу именно я. Знай она это, в меня бы уже, скорее всего, полетела очередь из Утеса, а так она попробует провернуть фокус на подобие того, что провернула со мной.

Подъехав к кромке леса, я увидел свою малышку, накрытую маскировочной сетью, от чего мое сердечко начало стучаться еще быстрее. Хотя куда быстрее‑то? Оно и так молотило с бешеной скоростью от вырабатываемого адреналина, как‑никак в любую секунду меня могут грохнуть. Остановив машину, я тут же открыл дверь, схватив автомат, перекатом ушел с линии предполагаемого огня и спрятался за толстым стволом березы.

– Дорогая! Я дома! – громко заявил я о своем появлении.

– Что?! Ты?! Как такое возможно? Как ты меня нашел?! – возмущенно закричала Герда, мое появление явно застало ее врасплох.

– По запаху! – рассмеявшись, ответил я.

– Удивил, так удивил! Что приперся то? Связался бы по рации, я бы тебя дожала где‑нибудь! – язвительно заявила она из глубины леса.

– Ага, как же! Нашла дурака! – хохотнул я. Не знаю почему, но в такой опасной ситуации мне было весело как никогда раньше.

– Малыш, а чего ты прячешься, я тут ужин как раз приготовила, подойди, разделим трапезу. – мило промурлыкала Герда.

– Уже разделили разок! – отказался я от ее предложения. – Будь добра, не принимай меня за идиота, я тут с твоими коллегами общался, они мне поведали о тебе немного, так что я к тебе приближаться не намерен. Говорят, ты дикая как кошка и ядовитая как черная мамба! Поэтому держись от меня подальше, а еще лучше, будь добра, пусти сама себе пулю в лоб!

– Что они тебе наговорили про меня? – строгим командирским голосом спросила у меня Герда. – Хотя плевать, что ты им сказал? Отвечай, или я выбью из тебя все твое дерьмо и показания до кучи! – прошипела она.

– Во‑во! Дикая, облезлая помойная кошка! – хохотнул я, не пугаясь ее угроз.

– Что ты вообще ко мне пристал как банный лист?! Жил бы и жил, раз я тебе позволила! – недовольным тоном прошипела она.

– А нечего было мою машину угонять, тоже мне Аллегрова нашлась!

– Ничего себе! Какие песенки ты знаешь, и кстати, твой плейлист хромает на обе ноги! Особенно песенки про енота и бобра! Собрал там зоопарк, еще синего трактора не хватает! – издевательски ответила девушка.

– Ничего он не хромает, классный музон, и синий трактор там есть, видимо, ты не долистала просто. Это твой вкус на музыку хромает, и кстати, моя машина и моя музыка! Найди себе свою и слушай, что нравится! – с искренней обидой сказал я.

– Нет, мне эта машина по душе пришлась, я ее нашла, и я на ней буду кататься. Она, знаешь ли, мне под цвет глаз больше подходит, чем тебе!

Я тут же напряг память, пытаясь вспомнить ее глаза. Точно, ярко‑голубые, большие красивые глазки.

– Тьфу, блин! – сплюнул я в сторону. – У нас глаза одинакового цвета! Так что не нужно мне тут гнать!

– И что, так и будем стоять и орать друг на друга, пока сюда зомби не стянутся или люди какие‑нибудь? – сменила она тему разговора.

– А почему нет? – пожав плечами, ответил я и услышал, что что‑то упало в траву неподалеку от меня.

Едва что‑то коснулось земли, как перед глазами мелькнула вспышка, словно от профессионального фотоаппарата, только сильнее в разы, а еще очень громкий хлопок, от которого зазвенело в ушах и разболелась голова.

Не прошло и секунды, как я почувствовал удар в грудь и повалился на землю, автомат из моих рук был вырван в ту же секунду. Упав на спину, Герда тут же насела на меня сверху, и я получил два мощных удара по лицу, которые скорее привели меня в чувство, нежели нанесли урон.

– Ну что, мальчик?! Кажется, ты снова проиграл? – неразборчиво послышалось мне, словно я находился под водой.

Указательным пальцем правой руки я поддел рукоять пистолета из расстегнутой тактической кобуры и, схватив рукоять, направил ствол на девушку и вдавил курок.

В темноте раздался выстрел, но Герда в последнюю долю секунды умудрилась отвести ствол в сторону и, ловко вывернув мне запястье, выбила из руки оружие. Пока она была сосредоточена на правой руке, я сделал резкий выпад левой и попытался схватить ее за горло, так, как я провернул с Лешим, но забыл один момент: у девушек нет кадыка, и мои пальцы просто проскользили по загорелой бархатистой коже.

– Ну ты и придурок! – рассмеялась девушка, надавив коленями мне на предплечья, чем обездвижила руки.

– А ты курица общипанная! – злобно прошипел я.

– Пусть так, но ты проиграл! – хищно оскалилась она и вынула из моей разгрузки небольшой, но очень острый нож. – Глотку перерезать? – ехидно спросила она, проведя кончиком лезвия по шее. – Или вонзить в сердце? – добавила она, наставив клинок на левую часть груди.

– В задницу его себе засунь! – заявил я, смачно плюнув ей прямо в лицо, от чего она скуксилась.

– Ах ты! – зашипела она и замахнулась рукой, чтобы ударить меня по лицу.

Но ударить она не успела, в наши разборки вмешался Туз. Пес подскочил к ней сзади и, схватив девушку за воротник куртки, рывками потянул назад. Пес хоть и был исхудавшим, но все равно тяжелым, а силенок у него было немало. Герда, смешно размахивая руками, повалилась на спину, тут уже я воспользовался моментом и перехватил инициативу. Выбив из ее руки нож, я насел на нее сверху.

– Спасибо, братское сердце! Ты вовремя как никогда! – похвалил я пса, что с довольным видом уселся рядом.

– Так нечестно! Двое на одного! – наигранно надув губы, заявила Герда.

– А какая честь? Ты о чем? Я похож на рыцаря? – рассмеялся я ей прямо в лицо.

– И что дальше? Убьешь меня? Поднимется рука ударить девушку? – сделав жалостливую мину, спросила Герда.

– Да как нефиг делать! – прошипел я и от всей души врезал ей кулаком куда‑то в район левой щеки.

Она явно не ожидала, что я так поступлю, но от удара ушла в глубокий нокаут, сначала я подумал, что она притворяется, но тело как‑то правдоподобно расслабилось, и даже рот слегка приоткрылся.

– То‑то же! – добавил я, а после потянулся рукой в сторону, где на примятой траве лежал мой розовый пистолет.

Взяв его в руку, я наставил его девушке прямо в лоб и попытался нажать на курок. Но палец в секунду стал каким‑то тяжелым и словно застыл на месте, как бы я ни старался, он не желал спускать курок. Не понимая, в чем дело, я взял пистолет в другую руку и повторил процедуру, но нет, все то же самое. Словно мое тело восстало против разума.

– Да что за хрень‑то такая?! – возмущенно прошипел я.

Прислушавшись к себе, я понял, что очень сильно хочу ее убить и в то же время совсем не хочу этого делать.

– Это как так вообще? – спросил я у Тузика, на что тот просто лег на землю и отвернулся от меня.

Всем своим видом сказав: «Сам разбирайся, мне эти ваши человеческие мутки ни к чему».

– Зараза! – выругался я, сплюнув на землю, после чего поднялся на ноги и окинул взглядом Герду.

– Ну и что в ней такого? Опасная, сильная, безжалостная, ну симпатичная немного, фигурка тоже ничего такая. Мужиков гасит налево и направо, нахрен кому такая сдалась‑то? – сказал я вслух и еще раз наставил на нее пистолет, но пальцы не слушались меня.

– Вот же черт! – прошипел я и быстрым шагом направился к своему пикапчику.

– Ты же моя радость! – проведя рукой по двери, сказал я, после чего открыл ее и, забравшись в бардачок, открыл его. Там на дне я нашел наручники и вернулся к Герде, которая продолжала лежать на том же месте.

Схватив ее за руку, я бесцеремонно подтащил девушку к дереву и, усадив ее перед ним, обнял его ее руками и сковал запястья металлическими браслетами, а сам с чувством выполненного долга пошел ужинать.

* * *

Тузик радостно уплетал уже третью заслуженную банку тушенки, а я попивал горячий кофеек и покуривал сигарету, разгоняя ее дымом надоедливых комаров. При этом я не спускал глаз со своей пленницы, что продолжала пребывать в отключке. Параллельно думал, как с ней поступить дальше, раз уж так вышло, что по какой‑то неведомой причине мне не хватило духа ее прикончить.

Девушка вдруг встрепенулась, негромко простонала и быстро начала осматриваться по сторонам, пытаясь сообразить, где она находится.

– С добрым утром! – хохотнул я. – Чай, кофе, беляши горячие? – с издевкой добавил я.

– Ты меня прикладом огрел что ли? – поморщив свой милый носик, обратилась ко мне Герда.

– Нет, кулаком, за всю боль так сказать. – хохотнул я.

– Хороший удар. – похвалила она меня. – Почему я еще жива? Решил поиздеваться напоследок? – прямо спросила она.

Причем на этот раз я не слышал притворства в ее голосе. О реальной причине, разумеется, я ей сообщать не собирался, а разузнать кто она такая все же было интересно.

– Как тебя звать‑то? По‑настоящему? – спросил я у нее.

– А не все ли равно? – пожав плечами, ответила она.

– Было бы все равно, не спрашивал бы.

– Вера. – ответила девушка, отведя взгляд в сторону.

– Хорошее имя. – произнес я, покачивая головой. – А скажи‑ка мне, Вера, чего же ты такого сделала воякам? Они за твою голову много ништяков обещают, даже целого Тигра, а это по современным меркам целое состояние.

– Что они тебе напели? – уточнила она у меня.

– Что ты сбежала от них и загасила немало людей напоследок беспричинно. – сделал я акцент на последнем слове.

– Все так и есть. – согласно кивнула она.

– Может и так, но вояка явно врал мне или что‑то недоговаривал, и мне стало интересно. Поведаешь? – добавив любезности в голос, попросил я.

– С какой это стати? – возмутилась девушка.

– Покайся перед смертью.

– Больно надо! Да еще кому? Тебе? Я тебя умоляю, давай заканчивай уже с этим и вали отсюда! – злобно прошипела она.

Я не видел в ее глазах фальши, девушка реально была готова уйти из этого мира, словно ничто ее больше не держит.

– Даже так, а может тебя воякам отдать? – прищурившись, спросил я, от чего девушка вздрогнула.

– Нет! Только не это! Убей, делай что хочешь, но только не им! Пожалуйста!

– Ну тогда просвети меня, и почему Герда? В чем прикол?

– Хорошо. – все же сдалась она, после чего тяжело вздохнула и, окинув меня взглядом, начала рассказывать.

– Особо и говорить нечего, я, как и остальные, попала в одно секретное место, это вроде как супернавороченная подземная лаборатория. Со мной был младший брат, ему было шесть лет. Так сложилось, что я не успела спасти наших родителей, их уже укусили, но его сумела. На базе нас всех проверяли на инфекции, болезни, в общем, делали забор крови, и у брата нашли какое‑то отклонение в результатах анализа. Ученые взяли его в оборот, сказав, что это какая‑то болезнь на ранней стадии, и обещали его вылечить. Но все оказалось не так, это было как‑то связано с зомби‑вирусом, над братом просто стали ставить опыты. По итогу допустили ошибку, а может и не было никакой ошибки, в общем, его инфицировали и превратили в зомби. Они убили его! Моего единственного родного человека! И скрывали это от меня! Я быстро заподозрила неладное и поймала одну медсестру, она мне все и выдала. К сожалению, убить этих «ученых» у меня не получилось, но я дотянулась до военных, что тесно работали с ними и нагло врали мне в лицо. На базе меня ничего больше не держало, и, выждав удобный момент, я прикончила их всех и их кровью написала на стене, что ученые на очереди, а потом сбежала, поэтому за мной и охота. Мой брат очень любил сказку «Снежная королева» и всегда называл меня в шутку Гердой, а я его Кай, поэтому я решила, так сказать, сменить имя. – сказала она, и по ее щекам потекли слезы.

– Понимаю, терять близких это тяжело. – ответил я, понизив голос и тоже тяжело вздохнув. – У меня был младший брат, Димка, ему было восемь. Эх, такой мальчуган веселый, озорной, любил разные вкусняшки, компьютерные игры. Родители рано покинули нас, и я растил его один, поднимал как мог. Порой было тяжко, ругался на него, ремня даже пару раз выписывал. Но все равно души в нем не чаял. – едва сдерживая слезы, сказал я. – Когда все началось, он был в школе, я со всех ног рванул за ним. Там уже творилось полное безумие, зомби, дети, учителя, все залито кровью, до сих пор эта картина стоит перед глазами. Я забежал в его класс, а там мой брат весь в крови лежит на полу, его живот и шея были вспороты, он был на последнем издыхании. В тот миг словно время замерло, я не знал, что делать, я пытался послушать, бьется ли его сердце, но увы, он уже был мертв, а его безжизненные, юные, остекленевшие глаза смотрели в потолок. Но вдруг он зашевелился и потянул ко мне руки, я понял, что это уже не он, и отскочил в сторону. Брат неуклюже поднялся на ноги и пошел на меня, протянув свои окровавленные руки, а его побелевшие глаза были направлены на меня. Тогда я взял в руку первое, что мне попалось, и это была указка, и, закричав во все горло, вонзил ее ему в глаз, упокоив брата окончательно. – вытерев слезы с лица, сказал я, ловя на себе сочувствующий взгляд Герды, что тоже заплакала – Видишь красный кончик на челке? Это не для стиля, тогда я испачкал ее в крови брата и с тех пор поддерживаю цвет, как напоминание о нем. – несколько раз всхлипнув, сказал я и, вытерев слезы, отвернулся от девушки и закурил сигарету.

– Я понимаю, каково тебе. – с сочувствием произнесла девушка. – Тебе нужна поддержка, иди обниму. – добавила она и протянула закованные руки вперед.

– Ага, счас! – рассмеялся я. – Что, повелась?! Не только ты умеешь тут слезливые истории придумывать! Перед зеркалом репетировала небось? Как же, «Снежная королева», так я и повелся. Кстати, как тебе мой образ? Заметь, экспромтом забабахал! – хохотал я во все горло.

Лицо девушки в ту же минуту исказилось в гневной гримасе.

– Ну и урод же ты! Какой же ты козлина! Как можно так вообще говорить?! Я вообще‑то прониклась и была искренна с тобой!

– Ага, как же! Сейчас бы подошел, и ты бы мне доступ к кислороду перекрыла, знаю я тебя, стерва коварная!

Глава 17

Лиза (Докторша)

Едва мы с Арсением Анатольевичем отошли в сторону от мужчины военного, как тот выдохнул с облегчением.

– Позвольте полюбопытствовать, вы не подскажете, что у вас с тем воякой? Напряжение между вами прямо‑таки ножом можно было резать. – посмотрев на коллегу, произнесла я.

– О‑о‑о‑о, Лиза, Лиза. – покачал он головой с загадочной улыбкой на лице и поправил указательным пальцем очки, которые сползли до самого кончика носа. – Вам тоже предстоит подобное, это еще один наш крест, который мы вынуждены тащить на своих плечах. – не менее загадочно добавил он.

– А можно как‑то более конкретно? – ничего не поняв, уточнила я, когда мы встали перед лифтом.

– Да, разумеется, можно. – ответил он и вошел в раскрывшиеся створки лифта, затем он приложил свою прокси‑карту и нажал на кнопку минус девятого этажа. – Военные люди, безусловно, полезные, и мы без них как без рук – это факт. Но они недальновидные и весьма узколобые, а голову включают лишь тогда, когда ей нужно что‑то сломать или положить в нее еду. Мы же, ученые, академики, доктора наук, люди весьма интеллигентные и дальновидные. У нас есть определенные потребности, как‑никак мы тут ни много ни мало спасаем все человечество! А для этого много чего нужно! В то время как эта солдатня противится всему и вся! Нам нужны образцы, нам нужен материал для опытов и многое другое! – повысив тон и покраснев от злости, начал заводиться Арсений.

В этот момент двери открылись, и мы оказались перед узким светлым коридором, по которому ходила масса персонала в белых халатах.

– Кхм, кхм. Прошу пройти в мой кабинет, там я завершу мысль. – прочистив горло и понизив тон, произнес Арсений и пошел вперед.

Внимательно осматривая этаж, я сразу обратила внимание на идеальную чистоту, нигде и пылинки не было. Все двери были плотно закрыты, и без прокси‑карты открыть их было невозможно. Также по коридору ходили двое мужчин и внимательно следили за каждым человеком на этаже.

– Это наши медбратья. – сразу пояснил Арсений. – Их задача – проверять персонал, мало ли кто что прихватит с собой без разрешения, а также следить за тем, чтобы все двери были заперты. Мы тут как‑никак с крайне опасным вирусом работаем. – пояснил он мне.

Мы остановились у большой белой двери, на которой была цифра пять и больше никаких обозначений. Мой провожатый приложил к ней карту, замок со звонким щелчком отворил дверь, и мы вошли в просторный кабинет. Внутри было светло, стояло несколько столов, заваленных кипами бумаг, в углу стоял роскошный диван с кофейным столиком, а с противоположной стороны был расположен кухонный стол с кофемашиной и пиалами, в которых лежали сладости. Вдоль стены стоял высокий под самый потолок стеллаж, полностью забитый всевозможными медицинскими справочниками, а на противоположной стене висел большой телевизор.

– Кофе? – любезно спросил у меня мужчина и указал рукой на диван.

– Не откажусь. – согласно кивнула я и присела на диван. – Продолжите свою мысль?

– Да, конечно. – ответил мужчина, подставляя чашку под сопла кофемашины. – В общем, ситуация проста до безобразия. Мы даем солдатам работу, а она им, видите ли, не нравится. Мол, порой все слишком рискованно! – возмущенно произнес он. – А мы‑то, можно сказать, не рискуем, копаясь в телах зараженных?! Один порез – и все, приплыли! И вообще, быть на передовой и на волосок от гибели – это их работа, а не наша! Они воюют, а мы спасаем! Ну да, порой погибают, а что поделать‑то? Все мы в конце концов смертны! Вот скажите мне, Лиза, как опытный хирург, сколько времени вам понадобилось для того, чтобы почувствовать себя высококвалифицированным специалистом? – подойдя ко мне и поставив чашку с кофе на столик, спросил у меня доктор.

– Ой, ну вы спросили. – улыбнулась я от неожиданности. – Совершенству нет предела, столько лет в профессии, а все равно немного переживаю перед каждой операцией. – честно призналась я.

– Вот и я о том же! Институт, интернатура и все прочее, постоянные повышения квалификации, изучение всего нового, да мы всю жизнь с вами учимся! Такие люди, как мы, сейчас дороже любого золота. А солдаты?

– Что солдаты? – уточнила я.

– Сколько нужно времени для того, чтобы стать неплохим бойцом? Худо‑бедно попадать в цель, неплохо бегать и водить бронемашину? – спросил он у меня.

– Даже знаю. – ответила я, пожав плечами, но в целом уловив направление его мысли.

– Генерал сказал, что за шесть месяцев можно по ускоренному курсу подготовить толкового бойца! Отсюда следует, что солдаты, прости Господи за такие слова. – подняв глаза в потолок, прошептал Арсений. – Расходный материал, не такой уж и ценный! А все их нытье это только из‑за того, что они работать не желают! Поэтому у нас с ними конфликт и вышел! Мы им слово, они нам десять, и все матом, тоже мне, ноль такта, ноль культуры, одним словом, «Быдло»! Вам, скорее всего, неприятно это сейчас слышать, так как ваш мужчина теперь один из них, но вы все сами поймете в скором времени и, думаю, разбежитесь по разные стороны баррикад. – заявил он мне.

– Резковаты вы, Арсений Анатольевич, да и за словом в карман не лезете, это факт. Но давайте относительно моей личной жизни обойдемся без подобного рода прогнозов. Мы люди взрослые, через многое уже успели пройти и сами разберемся. – сразу обозначила я свои границы.

– Как скажете, Елизавета. – кивнул он, но по глазам было видно, мнение на этот счет у него свое, и оно железное.

– А теперь давайте перейдем к делу. Что мне нужно делать и чем именно заниматься? – прямо спросила, взяв чашку с кофе в руку и вдохнула благородный аромат напитка.

– Хочу сказать сразу, так сказать, подготовить к предстоящему. – слегка призадумавшись на секунду, заговорил Арсений. – Вы должны отдавать себе отчет в том, что стоит на кону и в том, с чем мы боремся. Вы как медицинский работник понимаете, что разработка вакцины дело не быстрое, а времени у нас нет. Так что мы вынуждены работать самыми радикальными и не гуманными методами. Так что вам придется отбросить человечность и поступиться клятвой Гиппократа. Вы же понимаете, что вирус работает только на людях? – спросил он у меня.

– Понимаю. – кивнула я.

– Вот тут‑то и оно, приходится жертвовать людьми, без этого никак. Вы, возможно, сейчас будете осуждать, и это ваше право. Я сам не сразу согласился, но тяжелые времена требуют тяжелых решений. – добавил он.

– Вы ставите опыты на обычных людях? – едва сдерживая эмоции, уточнила я.

– Нам их доставляют военные. Среди наших подопытных сплошь убийцы, грабители, насильники и прочий сброд. Вояки сразу дали понять, что если мы начнем экспериментировать над обычными невинными людьми и, не дай бог, детьми, то взорвут эту лабораторию к чертовой бабушке вместе с нами. Это, кстати, еще одна сторона конфликта. Вы как хирург будете проводить разного рода операции и вскрытия, патологоанатомы у нас есть, но их катастрофически не хватает, будете работать в команде, они вас подучат, если есть пробелы в этой сфере, да и вы их немного поднатаскаете в своем направлении. – пояснил он мне.

– Хорошо, я поняла. Когда приступать? – уточнила я.

– Ценю ваш энтузиазм! – рассмеялся мужчина. – Тогда пройдемте за мной, познакомлю вас с командой, а там уже и приступите к работе. – поднялся он с дивана. – И да, Елизавета, вы же понимаете, что все, что происходит в наших лабораториях, должно оставаться в них же? Наша деятельность не должна являться темой для вечерних разговоров с мужем на кухне. – холодным и зловещим голосом произнес он.

– Разумеется. – согласно сказала я, вздрогнув от неожиданности.

Николай

– Теперь на человека хоть стал похож! – окинув меня взглядом с головы до ног, произнес наш старшина Хобот.

– Спасибо, удобная форма. – посмотрев на черный камуфляж, кивнул я.

– А то! Фирма веников не вяжет! – поучительно сказал он. – Теперь к оружию. – добавил он и поманил меня рукой в соседнюю комнату.

– На мой выбор или у вас стандарты какие есть? – уточнил я.

– Ты же пока не спец, так что выбор тебе ни к чему. Поднатаскаем тебя, а там видно будет, с чем тебе рассекать, с пулеметом, с винторезом или с водным пистолетиком. – хохотнул Хобот. – А так вот тебе АКМС, вот тебе Сайга и Стечкин. – начал он подавать мне оружие, один ствол за другим. – Сам понимаешь, Сайга ближний бой против зомби, автомат против людей в основном, а пистолет на всякий случай, хотя он редко кого спасает, но можно вышибить себе мозги, дабы не восстать из мертвых. – пояснил он, приставив указательный палец к виску.

– Понял. – кивнул я.

Вообще водители редко во всем участвуют, твоя работа баранку крутить и машину ровно держать, но у тебя с этим должен быть порядок.

– За это не переживай, но немного для сноровки я бы порулил, ни разу Тигр не водил. – честно признался я.

– Да ничего сложного. – отмахнулся Хобот. – Что‑то среднее между УАЗиком и Шишигой. – заверил он меня.

Обвесив меня снаряжением со всех сторон, словно новогоднюю елку, старшина вернул меня обратно в класс подготовки, где парни продолжали заниматься своими делами, в частности приступили к просмотру «Рэмбо 2». Я же, заняв свободную парту, взял в углу комнаты чистую ветошь, масленку и приступил к чистке оружия.

– Колян, а у тебя позывной то есть? – обратился ко мне парнишка с последней парты, чем привлек всеобщий интерес.

– Не‑а. – отрицательно покачал я головой.

– Это не дело! А как на задание идти то? Вдруг сейчас дернут куда? – возмутился он.

– Может просто по имени? – уточнил я.

– По имени, ну да, ну да, тезка! – хохотнул он и протянул мне руку. – У нас тут так‑то три Коляна вместе с тобой, и как реагировать будем? В горячке боя особенно? – пояснил он.

– И где его брать, этот ваш позывной? – уточнил я.

– Сейчас придумаем! – хрустнув костяшками пальцев, радостно заявил Колян.

– О, он же ГАИшник, пусть будет «Жезл»! – растекся в улыбке Макс, поставив фильм на паузу.

– Нет! Какой еще, на хрен, Жезл?! – возмутился я.

– Да, не звучит. – согласился Коля.

– Колян, а фамилия у тебя какая и откуда ты вообще к нам попал? – уточнил Макс.

– Из Твери, а фамилия у меня Трофимов.

– Прям как у музыканта. – задумчиво произнес Коля.

– Точняк! – аж подпрыгнул со своего места Макс. – Твой позывной Круг! Он же из Твери, фамилия у тебя музыкальная, да и ментом ты был, ну не совсем ментом, но МВД же! – гордо пояснил он.

– Четко придумал, братан! – похвалил Макса Коля и затянул, добавив хрипоты в голос: «Владимирский централ! Ветер северный! Этапом из Твери! Зла немерено!»

– ЛЕЖИТ НА СЕРДЦЕ ТЯЖКИЙ ГРУЗ!!! – уже хором подхватил весь класс.

В этот момент дверь распахнулась, и в нее на всех парах влетел взводный.

– Чего тут распелись? Только не говорите, что бухнули? – строгим голосом спросил он у нас и окинул тяжелым взглядом весь класс.