Текст книги "Страх и Голод. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Константин Федотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 90 страниц)

– Что это такое? – спросил он у меня, разглядывая инструмент в виде креста.

– Балонник, колесо откручивай! – крикнул ему я, вынимая из багажника тяжелый домкрат.

– Ян, у меня не получается, сильно затянуто. – услышал я голос горе‑напарника, и, при одном взгляде на него, мне открылась картина, как парень руками, упираясь в ключ, пытается открутить гайку, причем давит не в ту сторону.

– Петя! Да итить твою в кювет! Ты серьезно? Ты, сука, колесо даже открутить не можешь? – находясь на грани истерики, спросил у него я.

– А с чего бы мне уметь? Я же водить только вчера научился! – возмущенно ответил он.

– И то верно, с чего вдург я решил, что ты в состоянии открутить несколько гаек? – жалобно простонал я.

– Вот и я о том же! – согласился напарник, не уловив сарказма.

– Вон, зомби приближаются, отстреливай их! С этим‑то ты справишься? – иронично спросил я, забирая балонник из рук напарника.

– За это можешь не переживать! Это я легко! Смотри и учись, работают профессионалы! – гордо задрав окровавленный нос, сказал Петя и зашагал вперед, но запнувшись о болотную кочку, потерял равновесие и рухнул пластом вперед, прямо в черную, вонючую грязевую жижу.

– АААААААААААААА!!!!! – только и смог прокричать я. – Я, сука, обречен на смерть в компании этого идиота! – жалобно простонал я и принялся помогать парню подняться.

С горем пополам Петя, чумазый парень, занял позицию для обороны, а я принялся менять колесо.

Выстрелы один за одним эхом разносились по открытой местности, заставляя меня рефлекторно вздрагивать, раз за разом отвлекая от работы. Гайки, как назло, были сильно затянуты, и мне приходилось увеличивать рычаг, пользуясь специальной трубой, которую я надевал на ключи, а после давил всем весом. Худо‑бедно, но дело шло, гайки со скрипом отворачивались. Ослабив все шесть штук, я принялся домкратить машину. Домкрат тут был необычный, так как машина лифтованная, очень высокая, и гражданской версией тут делать нечего. Разобравшись, как он работает, я подставил его под машину, но вот незадача, вместо того чтобы поднимать транспорт вверх, ножка домкрата погружалась в мягкую землю. Пришлось копаться в кузове и искать что‑то прочное и подходящее, что можно было подложить под домкрат.

Первым вариантом была пластиковая крышка от ящика с инструментами, но она тут же сломалась. Тогда я достал железную канистру с соляркой и, вылив ее содержимое в бак, подложил ее под домкрат. Канистра, конечно, замялась, но не проваливалась, и я смог поднять наш транспорт. Запасок было всего две, одна была под кузовом, вторая в кузове, в самом начале. Колесо большое и тяжелое, так что доставать его нужно вдвоем, но мой напарник сейчас занят сафари на зомби, так что я открутил то, что было внизу, и не без огромных усилий подкатил его к переднему крылу.

Дальше пошло дело техники, открутил до конца старое, затем аккуратно вытащил его и толкнул в сторону, следом полетела пара перчаток. Все же это колесо каталось по останкам зомби, рисковать мне не хотелось. Чудом установив новое колесо на шпильки, я затянул его и опустил домкрат, и уже затянул гайки как положено.

Зомби же все никак не заканчивались, наоборот, их словно становилось все больше и больше, несмотря на методичное отстреливание. Вот что‑что, а стрелял Петя неплохо, видимо, набил руку и метко простреливал тварям черепа.

Закончив с колесом, я взял из кузова чистую футболку, намотал ее на щетку, предназначенную для очистки снега с машины, и, полив из бутылки воды на капот, начал отмывать лобовое стекло. Получалось скверно, но все же слизь отмывалась.

Когда все было готово, в голове у меня сразу промелькнула мысль о том, а не оставить ли мне тут своего горе‑напарника. Скажу, чтобы прикрывал, пока я выезжаю из грязи, а сам на дорогу и подальше отсюда. Идея в целом мне нравилась, Ил же путешествует один и не страдает. Хотя я не Ил, у меня нет его навыков и отваги, что находится на грани безумия. Без напарника я не выживу, а этот хоть и идиот, но это все равно лучше, чем никакого.

– Петя, все готово! – прокричал я.

– Иду! – ответил он.

Парнишка рванул к машине и хотел было в нее садиться, но я его не пустил. Куда в такой одежде? Нам в этом салоне еще есть и спать. Так что я заставил его раздеться до трусов, закинул в салон комплект чистой одежды и полил ему воды на руки и голову из бутылки, и только тогда пустил его в машину. Зомби к этому времени уже были достаточно близко.

Прыгнув за руль, я завел машину и, включив все блокировки, плавно нажал на газ. Машина послушно выехала из вырытой ей самой канавы, и я, набирая скорость, сделал небольшой круг и выскочил на дорогу.

– Смотрю я на тебя, дружище, и вспоминаю одну поговорку. – посмотрев на одевающегося Петю, сказал я.

– Какую же? Подлецу все к лицу? – ухмыльнувшись, спросил он, продемонстрировав армейскую горку.

– Нет, другая, звучит вот как: «Нет противника страшнее, чем союзник – идиот!» – выдавливая из себя ехидную улыбку, сказал я.

Глава 14

Ил

Грузовики, пшикнув воздухом из тормозной системы, остановились за моим пикапом, перекрыв путь к отступлению. Через прикрытые металлические жалюзи на лобовом стекле мне не было видно, кто сидит в салоне, зато я прекрасно видел два пулемета, что, слегка наклонившись, смотрели прямо на меня.

Долго гадать, кто сидит в кабинах, мне не пришлось. У одного из КАМАЗов на крыше открылся люк, и из него показался молодой мальчишка лет пятнадцати. Он ловко поднялся на крышу, но нет, не потянулся за пулеметом, ему подали из салона автомат, и он повесил его на плечо, махнул мне рукой и перешел на КУНГ, а затем, достав из кармана небольшой бинокль, начал осматривать периметр.

Параллельно с этим, издав истошный скрип, открылась водительская дверь, и из машины выбрался среднего роста мужчина преклонных лет, с растрепанными волосами на голове и небольшой неухоженной бородкой черного цвета с проседью. Одет он был в темно‑зеленую футболку, камуфляжные штаны и обут в облегченные берцы. На поясе под правой рукой у него висела стандартная армейская кобура коричневого цвета. Старичок встал на землю и, слегка размявшись, потянулся в кабину, достал из нее автомат, который повесил на ремень.

Двери второго грузовика тоже распахнулись, и с водительского сиденья выпрыгнул куда более молодой мужчина, лет так сорока. Здоровенный амбал, высокий, широкий, как шкаф, такой раз в грызло стукнет, будешь потом ходить с гусями здороваться и в аптеке дверью хлопать. Одет он был под стать старичку, разве что на нем была десантная тельняшка, а старенькая татуировка на плече говорила о том, что эту вещицу он носит по праву, а не для понта. Здоровяк тоже размял затекшую спину и достал из кабины свой автомат, хотя в его руках он смотрелся словно игрушечный пистолетик.

– Ну что там, Макс? – достав из кармана пачку сигарет и зажигалку, обратился старичок к пареньку, что стоял на КУНГе.

На меня же пока никто особо внимания не обращал, словно меня и не было, даже как‑то обидно стало.

– Да вроде все чисто, зомби тут точно нет, ну а люди, если только хорошо спрятались. – ответил парнишка, отпрянув от бинокля.

– Да ясен хрен чисто! Я же тут стою! – возмущенно вклинился я в беседу.

– А ты что у нас тут, гарант безопасности? – ухмыльнувшись, спросил у меня старичок и медленно зашагал в мою сторону, прикуривая на ходу.

– Вроде того. – смутившись, ответил я. – И вообще, осторожность – мое второе имя! – гордо заявил я.

– Ага, видели мы твою осторожность. Если бы не подсобили, зомби бы тебя уже сожрали и переварили, а в качестве клозета использовали кузов твоего пикапа. – сострил здоровяк, от чего старик рассмеялся и подавился табачным дымом.

– Зря вы так, господа, я бы живым не дался, пулю бы себе в лоб пустил на крайняк. – все так же гордо заявил я. – Но за помощь спасибо, без базара, помогли.

– А что толку с твоей пули? Все одно, мертв и мертв. Молодежь, что тут сказать, в голове ветер, в заднице дым, вот и носятся как бешеные, не зная о тормозах. Оттого и мрут как мухи. – посетовав, сказал старый, приближаясь к краю обрушенного моста.

– Ладно тебе, папаша, причитать. – с ухмылкой сказал я и было хотел хлопнуть его по плечу, но дед оказался непростой.

Старик перехватил мою руку в полете и ловко вывернул запястье, а пальцами второй руки тут же схватил меня за кадык. Все произошло за долю мгновения, я и опомниться не успел, как оказался обездвиженным, как говорится, ни вздохнуть, ни воздух испортить. Только и могу хрипеть, глаза таращить и свободной рукой держать руку старика, которой он схватил мой кадык.

– Юноша, я тебе не папаша и никакой не родственник. Неуважения к себе и своим близким не потерплю. Тем более тебя и так сегодня выручили на безвозмездной основе, а ты тут пальцы передо мной гнуть будешь? Поверь мне на слово, я и покруче хлопцев в бараний рог сворачивал. А сейчас все куда проще, шею свернул, чтобы патроны не тратить, и бросил на обочине, даже копать ничего не придется. Уловил мой поток мыслей? – спокойным, размеренным голосом обратился он ко мне.

– Угу. – едва заметно кивнул я, и старик, улыбнувшись, ослабил хватку и отпустил меня.

– То‑то же. – похлопал он меня по плечу. – Учись уважению, ты молодой, у тебя жизнь впереди, а старость нужно уважать. Мы ведь тебя многому научить можем, не всему конечно, но тем не менее. И не забывай представляться. – поучительно добавил он.

Когда старик держал меня в своей мертвой хватке, у меня будто дежавю случилось. Я вспомнил свое детство, когда был маленьким, беззащитным пацаном, а отец, напившись водки, в очередной раз брался учить меня жизни, когда ремнем, когда руками, порой прутом и даже палкой. Я ничего не мог тогда ему сделать. И сейчас произошло то же самое, меня зажали, как маленького котенка, и тыкнули носом в лужу, которую я сам и сделал.

Но при этом я не видел в глазах старика той злобы, как у отца, ненависти или агрессии. Его взгляд был простой, слегка строгий и проницательный, как у учителя. Он не пытался меня унизить, оскорбить или просто сделать больно, он просто донес свою мысль и, по всей видимости, показал, кто тут главный. Мне даже сейчас как‑то не обидно, в любой другой ситуации я бы уже выхватил ствол, но нет, я проникся уважением к нему, вот же интересный дед какой попался.

– Меня это… Ил зовут, точнее Илья. – прочистив горло после хватки, слегка сиплым голосом представился я.

– Ил, Илья, значит. Человек и самолет. – ухмыльнувшись, прокомментировал старик. – Иван Михайлович, можно просто дядя Ваня. – ответил он на рукопожатие.

– Гена. – представился вслед за ним здоровяк и пожал своей медвежьей лапой мою руку.

– Мать честная! Да там же танки валяются! – восторженно сказал дядя Ваня, посмотрев вниз с моста.

– Мда, староват был мостик, не сдюжил. – с ноткой печали в голосе сказал Гена, глядя с высоты в воду.

– А ваши броненосцы случайно реку переехать не смогут? – решил я уточнить на всякий случай. – А то мало ли, они переедут, а потом лебедкой меня смогут перетащить.

Дядя Ваня, услышав меня, перевел вопросительный взгляд на Гену.

– Не, реку‑то, может, и без проблем, лебедки есть на крайний случай, но вот спуски и подъемы слишком резкие, не поднимемся, слишком тяжелые. – констатировал он.

– Тогда давайте‑ка пообедаем, раз у нас такой привал случился, и покумекаем, как дальше быть. – предложил дядя Ваня, и мужчины пошли к КАМАЗам.

– Илья, чего ты замер‑то? Пойдем с нами, мы тут вроде бы как в одной лодке. – позвал меня с собой старик.

– Раз приглашаете… – кивнул я. – Кстати, а вам там по пути колонна никакая не попадалась? Гражданская, большая. – решил я у них уточнить, вспомнив утренние события.

– Да, на дороге стояли, перегородили всё, благо поле было, объехали, там у них еще внедорожник горел. – ответил мне старик и сразу обратил внимание, как я растекся в довольной улыбке. – Ты чтоль им машину спалил? – ухмыльнувшись, уточнил он.

– Ага. – закивал я. – Да скоты, в оборот меня взять хотели, мол, гони половину всего, что есть, или все отберем, вот я им и подогнал гранату в салон через открытый люк. – гордо добавил я.

– А ты молодец, шустрый малый. – рассмеялся старик.

– А у вас они что просили?

– Ничего, взглядом проводили, да и все. – пожав плечами, ответил дядя Ваня. – Ты же видишь, у нас особо не забалуешь, как дадим в четыре ствола, так и все хотелки вмиг отшибет.

– Это точно. – обратив внимание, что на КУНГах стоят Утесы, согласился с ним я.

– Дядь Вань, а можно пальнуть разок? Всегда мечтал с крупного калибра шарахнуть очередью. – скорчив жалобные глаза, аки кот из «Шрека», попросил я.

– Нет, это тебе не аттракцион. – сказал он как отрезал.

Подойдя поближе, я увидел еще троих пассажиров броневиков, это был совсем мелкий пацан, суровая пожилая женщина и тоже не промах. Я уж не знаю, где такая компания собралась, но у меня создалось четкое впечатление, что если Галину Степановну разозлить, то в гневе она даст фору не то что мне и дяде Ване, она и Гену голыми руками на лопатки положит. А еще тут была весьма симпатичная барышня Алина, но едва я пустил на нее слюну, как схлопотал мощный щелбан от Гены, который дал мне ясно понять, что туда лучше не смотреть. А я чего? Я ничего, я же гость, я не выделываюсь.

Вообще, немного освоившись и понаблюдав за этой компанией, я подумал, что все они родственники. Но оказалось, что все не так, они не то что не родственники и даже не знакомые, они вообще люди из разных миров. Ну разве что дядя Ваня был знаком с Галиной Степановной, история вообще колоритная. Но при этом они выглядят очень сплоченными, люди буквально вошли в синергию друг с другом, каждый занимается своим делом и вносит свой вклад. И главное, что мне в них очень импонирует, это то, что никто из себя никого и ничего не строит. Вот я такой, какой я есть, принимайте таким или гоните поганой метлой. Я всю жизнь притворялся нормальным человеком, а тут даже меня с моими тупыми и черными шуточками приняли как родного. Даже про мой опыт с Гусеничкой внимательно послушали, не перебивая и не осуждая. Я сам словно к родственным душам в гости заехал на обед. Никогда не испытывал ничего подобного.

Еще я узнал пару очень важных вещей, эти броненосцы, напоминающие бешеных черепашек, дело рук Гены, и он сказал, что нечто подобное можно смастерить и из моей крошки. А что, броня будет не лишней, вот этот клиновидный отвал вообще вещь на дороге необходимая, чтобы не собирать зомби перед собой аки бульдозер. А главное, он сказал, что на каркас безопасности, который расположен на задней части кабины, можно прикрепить стойку для пулемета, и я теперь ни о чем другом не могу думать.

– Гена, а что нужно для того, чтобы приделать мне на машину отвал и стойку под пулемет? – попивая горячий чай, спросил я у великана.

– Да много чего. – призадумавшись, ответил он. – Листы металлические, швеллеры, инструмент разный, сварка, резаки и самое ценное…

– Газ? Пропан? Бутан? Кислород? Водород? Электроды? Сварочный аппарат? – потеряв самообладание, перебил я его.

– Нет, время, самое ценное сейчас – это время. Ты ведь, как и мы, всегда в дороге, когда всем этим заниматься? – ответил он мне с улыбкой на лице.

– Базаришь. – понимающе ответил я.

– Ладно тебе, паря, не унывай, держись нас, и чего‑нибудь придумаем. – приободрил меня дядя Ваня. – А вообще не о том вы думаете, нам вон реку форсировать нужно, а вы все о железках разговоры ведете.

Убрав пищу со стола, Михалыч притащил откуда‑то карты и разложил их на нем, придавив края кружками с кофе и чаем, чтобы они не загибались от легкого летнего ветра. Гена быстро определил наше местоположение на карте, и мы начали смотреть пути объезда, но пути нам эти не особо нравились. В целом вариантов было много, но ближайший, с одной стороны, требовал сделать крюк длинной почти в триста километров, а с другой стороны, всего сто пятьдесят, но мост располагался в весьма крупном городке, куда соваться не очень‑то и хотелось.

– Илья, у тебя машина как к бездорожью относится? – оторвав взгляд от карты, обратился ко мне дядя Ваня.

– Отлично, она же для него и создана. – гордо заявил я.

– Так чего мы тогда ждем? Гена, если пологий спуск и подъем через реку найдем, сдюжит техника? И Илюшкину игрушку лебедкой перетянуть сможем?

– Да без проблем. – согласился Гена.

– Ну и все тогда. Сейчас прыгаем в твою ласточку и шпарим вдоль берега. Пологий край найдем, а там и переберемся. – озвучил свои мысли дядя Ваня.

– Да не вопрос, считайте, карета подана. – кивнул я.

Других вариантов я пока все равно не видел, так, глядишь, мне и отвал потом сделают, а может и даже пулемет подарят.

– Гена, ты тогда на стороже, а мы с Илюхой поедем осмотримся, если что, ракетницу пущу, ну там как учили, зеленая – выручай, красная – ноги в руки и ходу отсюда. Но давайте там без геройства, а то мало ли что, еще и в пекло полезете. – пригрозил он Гене.

– Так, дядь Вань, ты это давай‑ка там не нагнетай! Красные ракеты, бросайте нас, еще скажите, вызываю огонь на себя. Мы же вдоль речки только прокатиться поедем, прям как на рыбалку, чего плохого может случиться‑то? – слегка напрягшись, спросил я.

– Жизнь штука такая, всякое бывает. – отпив чай из кружки, сказал старик.

– А может это… тогда пулеметик один прихватим с собой? Глядишь, и пригодится? Сами говорите, всякое бывает.

– Вот ты лис хитрый! – рассмеялся дядя Ваня. – Что с него толку? Ты как стрелять с него собрался? Ты же его хрен удержишь! В небо палить начнешь.

– Да ладно вам, у меня силы как у дурака махорки! – возмутился я.

– Тю. – словно от надоедливого комара отмахнулся от меня дядя Ваня. – Вон, Гену на руках побори, я тебе тогда Утес прямо сейчас принесу и в кузов загружу.

– Ага, Гену. – смутившись, сказал я. – А чего на руках‑то? Пусть он тогда на КАМАЗе на меня просто поедет, я его руками тормозить буду. С Геной разве что Кинг‑Конг на руках справится или Годзилла, но уж никак не человек.

– Ладно тебе, не дуйся. – хлопнул меня по плечу великан. – Меньше слов, больше дела. – добавил он.

– Вот‑вот, поехали. – согласился с Геной дядя Ваня.

– Иван Михайлович, а можно я с вами поеду? – предложил свою кандидатуру Макс.

– Нет, будь тут и жди, машину в случае чего вести кто будет, ты самый глазастый, давай дежурь. – тормознул его Михалыч, и парень даже не стал выступать и отстаивать свою позицию, и не потому, что не хотел, а потому, что сразу было видно и слышно, как старик сказал, так и будет.

Разместившись в пикапе, я плавно съехал с трассы, и мы потихоньку поехали вдоль реки. Ландшафт был не самым приятным, земля мягкая, рыхлая, плюс ко всему тут все поросло где камышами, а где зарослями ивы. Но моя красавица была создана для подобного бездорожья и без какого‑либо труда пробивала себе путь.

Два часа спустя мы с дядей Ваней уже начали подумывать о том, что пора бы нам разворачиваться и возвращаться. Берег всюду был либо слишком крутым, либо заросшим деревьями, что тоже нам не подходило. Устраивать тут лесоповал – это и шумно, и долго, и муторно. Для себя мы решили подняться на холмик, что был перед нами, и если с него мы не увидим никаких перспектив, то поедем обратно. Немного притопил педаль в пол, машина приятно заурчала своей в‑образной восьмеркой и начала ускоряться, взбираясь на вершину зеленого холма. Остановил машину в самой высокой точке, и нам открылась шикарная панорама.

Сразу за холмиком мы увидели идеально ровное плато, словно его кто‑то вручную выравнивал. На плато недалеко от речушки стояла небольшая деревенька, домов двадцать‑двадцать пять, плюс хозяйственные постройки. Полным‑полно разной техники, в основном грузовики с прицепами и немного строительной, вроде экскаваторов и фронтальных погрузчиков. Людей в ней было много, все трудились аки муравьишки, и основной сферой деятельности тут была постройка высоченного забора из бревен, которые торчали из земли словно карандаши. Вокруг деревни ходили вооруженные люди, в основном гладкостволом, но были и люди с автоматами. А еще нам показалось странным то, что охраняют они не внешний периметр, а внутренний. Словно ждут побега, а не нападения. Также через реку был расположен мост, вроде бы как деревянный, но усиленный металлическими сваями, да и дорожное полотно тоже сделано из металла. Выглядело это все вполне себе прочным.

– Странное поведение у них. – озвучил я свои мысли.

– Ага, вот тебе и первые рабовладельцы. Как говорится, все новое – это хорошо забытое старое. Феодалы вернулись, ити его мать. – негодуя прокомментировал увиденное Михалыч.

– Я думаю, разговора с ними не получится.

– Ага, нас с ходу попробуют заграбастать. – согласился Михалыч. – Но это, знаешь, смотря как к ним в гости зайти, если сразу шухер поднимем, пару очередей пустим на упреждение, они и не пикнут. Крупного калибра я не вижу у них, так что стоит прорваться, тут ехать‑то всего ничего, если по дороге. Чуть назад вернемся, поворот нужный найдем, а там колея выведет, сам видишь, сколько тут машин. – высказал свое мнение Иван Михайлович.

– Базар‑вокзал. – согласился я с его суждениями и начал разворачивать машину, как вдруг нас все же заметили, и в деревне началась паника.

– Валим‑ка отсюда поскорее. – подогнал меня Михалыч, я, выкрутив руль до упора, поддал газку, развернув машину на месте, и мы начали стремительный спуск с холма. – Держись, дядь Вань, сейчас будет трясти малясь!