Текст книги "Страх и Голод. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Константин Федотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 90 страниц)

Глава 22

Ил

Наглость – первое счастье, тут без вопросов, но у всего есть границы. А эти люди, что еще несколько часов назад передвигались под конвоем и вкалывали с утра до ночи, преклоняясь перед господином, словно словили массовую амнезию и забыли о том, кто их спас. Мне в целом не нужно от них какой‑либо благодарности или оплаты, но быть настолько наглыми, чтобы попытаться присвоить мои вещи, это уже явный перебор.

– Вы охренели тут что ли совсем? Вы что, стадо? Вы бы такую борзость проявляли перед теми, кто вас в рабство определил! – грозно прорычал я и передвинул автомат с плеча на грудь.

– Ил, не перегибай. Пусть Михалыч с ними общается. – раздался за спиной голос Гены.

– Гена, какой не перегибай?! Ты что, не видишь что ли, что происходит? Я и без Михалыча тут разберусь! – обернулся я к великану.

– В смысле? – нахмурив брови, уточнил он.

– Классика, доброту за слабость приняли! – пояснил я Гене, а после поднялся на сложенные в аккуратную пирамидку бревна, словно на постамент. – В общем так, господа бывшие заложники ситуации. Мне на вас плевать с высокой колокольни! И если бы не обстоятельства, я бы даже внимания на вас не обратил и проехал мимо! Никто намеренно вас спасать не собирался! И не нужно строить ложных иллюзий о том, что мы группа людей‑спасателей и защитников человечности – это не так! А еще мы не оказываем гуманитарной помощи! Каждый сам за себя! А теперь главное, ваши господа встали у нас на пути, и кто мне ответит, где они сейчас? Вашей заслуги в том нет, вы трусы и слабаки! И мне плевать на обстоятельства, что заставили вас склонить головы, факт остается фактом. – окидывая толпу взглядом, прокричал я, от чего почти все присутствующие потупили взгляд и опустили глаза в пол. – Свои вещи и машину я заберу при любом раскладе! Попытаетесь помешать или хоть как‑то воспрепятствовать, я сожгу вашу деревню к чертовой матери! А кто посмеет рыпнуться на меня, пристрелю! Без предупреждений и сожалений, я не добряк и смерть парочки человек не будет мешать мне спать по ночам! – добавил я.

– Юнец, а ты не много на себя берешь‑то? Нас то так то куда больше, чем вас! Числом задавим! – выкрикнул озлобленным тоном худощавый мужчина из толпы.

– Я рад, что ты спросил меня об этом! – с искренней улыбкой на лице ответил я. – Во‑первых, вас и раньше было больше, но что‑то, видимо, не срослось? – рассмеялся я ему в лицо. – А во‑вторых, вы же видели наши славные машинки и орудия на крыше, только дайте повод, и я постреляю вас как куропаток! Не я, так кто‑то другой из наших! Еще вопросы и возражения есть?

Толпа же затихла, по всей видимости, мои угрозы их отрезвили, и жажда крови поутихла, вернув людей с небес на землю и напомнив о суровой реальности.

– Раз так, тогда мы пойдем сами выберем себе дом, и не вздумайте приближаться к нам, сочтем за провокацию, а дальше вы все и сами понимаете. Мы тут всего на пару дней, уедем – живите как хотите! – отмахнулся от них я и, спрыгнув с импровизированной трибуны на землю, пошел на поиски дома, а Гена двинулся следом.

– А у тебя язык хорошо подвешен, ты прямо как политик вещал, хотя скорее как какой‑то кровавый диктатор. – улыбнувшись, прокомментировал увиденное Великан.

– Что есть, то есть. – ответил я. – Я просто сказал все как есть, без прикрас, а то они решили, что мы добряки и никого из них не тронем. Пленителей своих добили, силу почувствовали, вот и решили вести себя по‑скотски, но со мной такой номер не прокатит.

– А ты реально смог бы убить их без угрызения совести? Они ведь вроде как жертвы обстоятельств. – поравнявшись со мной, уточнил Гена.

– Да как два пальца об асфальт. Гена, я в этом вопросе крайне категоричен, мне в целом на людей плевать. Я делю их на категории и отталкиваюсь от этого.

– Это как? Добрые и злые, хорошие и плохие? – уточнил Гена.

– Слушай, добро, зло – это же вещи вообще очень относительные. Вот тебе пример, мы приехали сюда и убили бандитов, в глазах местных мы стали хорошими и добрыми, но сейчас, после моего обращения к ним, мы тут же стали злыми и плохими. Нас добрых хотели кинуть, а теперь будут бояться и обходить стороной. Так, а на самом деле мы добрые или злые? Тут как ни крути, для одного ты молодец, для другого – негодяй, и все может измениться в секунду. Мне все эти ярлыки на хрен не сдались, мне плевать, что за человек стоит передо мной. Он либо полезный, либо бесполезный или же представляющий угрозу, вот и все. С полезными можно работать, бесполезных лучше сторониться, а тех, что представляют угрозу, нужно устранять, вот и вся политика партии, а злые, добрые – все это просто лирика. – высказал я свое мнение.

– Да вы, батенька, философ, это я тебе как полезный человек говорю. – рассмеялся Гена.

– На самом деле, я просто психически нездоров, и многое человеческое мне чуждо, но это хорошо, по крайней мере в данной реальности. Раньше приходилось притворяться нормальным, а теперь я стал собой. – пояснил я.

– Тогда это многое объясняет. – задумчиво ухмыльнулся здоровяк.

* * *

Мы забронировали для себя приличных размеров домик и сразу перегнали к нему свою технику. Дом был просторный и хорошо обставленный, правда, он слегка пострадал от обстрела, но дискомфорта это не доставляло. Все необходимое имелось, а еще тут была шикарная банька, что было очень кстати.

Уповать на то, что местные жители уловили мой посыл, было нельзя, поэтому караул никто не отменял. Каждый по очереди сидел на крыше КАМАЗа рядом с пулеметом и следил за обстановкой вокруг. Местные реально держались от нас подальше и понемногу наводили порядок в своем поселении, убирая трупы с улиц и прочие последствия произошедшей бойни.

Остаток вечера и ночь прошли спокойно, я хорошенько напарился в баньке, в какой‑то момент мне показалось, что Великан забьет меня березовыми вениками до смерти. Но после я наслаждался горячим чаем, сидя в беседке, разве что комары одолевали, но все равно тело отдохнуло после длительной дороги, а Алина еще подправила мне прическу и даже подкрасила челку розовой краской, найденной в доме.

С рассветом закипела работа, я, Гена и Макс как проклятые вкалывали до самого заката, но этот адский труд был полностью оправдан. Гена оказался мастером своего дела, как и Макс, который поднаторел и сам уже уверенно пользовался сварочным аппаратом, а я же просто выполнял функцию принеси‑подай. С железом и многими приспособлениями для проведения работ проблем не было, как‑никак мы были в деревне, и предыдущие владельцы, что скоропостижно скончались, натащили сюда немало строительных материалов, ведь они хотели создать тут неприступную крепость. Местные нехотя делились материалами, но я был весьма убедителен в своих просьбах и не давал им права на отказ.

Перед домом сейчас стояла моя доработанная ласточка. На передней части висел отвал наподобие тех, что были на грузовиках, кабина и моторный отсек теперь прикрыты дополнительными металлическими листами. Стекла также можно закрыть толстым железом, а на лобовом стекле теперь имеются жалюзи, которые способны выдержать пулю, выпущенную из винтовки. Машина, конечно, стала в разы тяжелее, но ее мощности вполне достаточно для комфортной езды. Но главным украшением, конечно же, стал красавчик Утес, который мне с барского плеча подкинул дядя Ваня. Гена сварил для него станок и показал, как его устанавливать, а Степановна провела для меня занятие на тему, как эту махину обслуживать, заряжать ленту и погрузила в прочие тонкости. В общем, в последний раз я был так счастлив, когда узнал, что у меня есть кошелек на котором полным‑полно дорогущих биткоинов.

Все свои вещи мне также удалось вернуть без какого‑либо противодействия со стороны местных, они все мне вернули, вплоть до грязных носков. И были очень рады новости о том, что уже завтра утром мы уедем отсюда в закат.

Вечером мы устроили небольшие посиделки у костра, где новые знакомые начали активно приглашать меня в свою компанию. В целом предложение было заманчивым, все же эти люди почему‑то были мне интересны, но я все же отказался, не мое это – быть в команде, я одиночка по жизни, пусть так и остается. Но я их заверил, что если буду неподалеку и им понадобится помощь, то они могут на меня рассчитывать. Я им благодарен, они мне и жизнь спасли, причем просто так, потому что могли. Не пытались меня как‑то обмануть или использовать, относились по‑доброму, да и Великан мне так тачку прокачал. В общем, я искренне им благодарен, иначе быть просто и не может.

Утром с рассветом мы распрощались, ехать дальше вместе не было смысла, все же я еду на порядок быстрее. Плюс разведаю дорогу, если что, и сообщу им об опасности, радиочастотами мы обменялись. Обнявшись со всеми на прощание, я прыгнул в машину и рванул по узенькому мосту на ту сторону. Я мчался вдаль на улучшенной машине и пытался понять, что со мной не так, внутри меня словно что‑то тянуло, да и с горлом словно было что‑то не то. Вроде не простывал, ангины быть не должно, да и в груди как‑то не так. Видимо, после вчерашней баньки не стоило долго сидеть на улице и попивать прохладную газировку, продуло…

* * *

Позови меня с собой,

Я приду сквозь злые ночи,

Я отправлюсь за тобой,

Что бы путь мне ни пророчил.

Я приду туда, где ты

Нарисуешь в небе солнце,

Где разбитые мечты

Обретают снова силу высоты.

Подвывал я какой‑то очередной ретро песенке, прорываясь сквозь очередную толпу зомби.

Не знаю, что там ждет меня впереди, но дорога просто кишит тварями, но пока я этому только рад, так как испытал свой отвал на практике. Зомби, словно кегли, разлетались в разные стороны под мой зловещий хохот, ведь чем быстрее я ехал, тем дальше они отлетали, а некоторые даже теряли конечности.

На часах было почти два часа дня, я решил передохнуть и плотненько перекусить, так как никогда не знаешь, что ждет тебя дальше, а место тут было подходящее. Ни зомби, ни людей видно не было, пустая, разбитая дорога, а в стороне виднелось небольшое недостроенное бетонное здание, что‑то вроде большого сквозного гаража, к нему‑то я и поехал.

Пробравшись по узенькой колее, я сразу заехал в здание и, осмотревшись по сторонам, убедился, что я тут один, и спокойно вышел из машины.

Размяв спину, я достал из салона свой обед, а именно две пачки лапши быстрого приготовления и баночку тушеной говядины. Затем поставил на газовую плитку котелок с водой и поджег ее. Все было тихо, как вдруг я услышал шорох, за которым последовали шаги, быстрые шаги. Я мгновенно вскочил на ноги и, зайдя за машину, направил пистолет в сторону источника звука.

– Не стреляйте, пожалуйста! – раздался тонкий женский голосок, и в большой проем, сделанный для въезда машин, вошла девушка, что держала пистолет в руке.

На вид ей было двадцать‑двадцать пять лет, голубоглазая блондинка с волосами по плечи. Очень смазливая мордашка, фигуристая. Одета она была в темно‑зеленый комбинезон, поверх которого был накинут легкий полицейский бронежилет черного цвета, за спиной на ремне висел автомат Калашникова. Вид у нее был уставшим, потрепанным, но она меня не боялась, я видел уверенность в ее взгляде.

– Ты кто такая?! Что тебе нужно?! Ствол в сторону убери! – грозно прокричал я, держа ее на мушке.

– Меня зовут Герда, у меня машина сломалась неподалеку, я укрылась тут. Думала, как быть дальше, а тут ты приехал, я за тобой понаблюдала, ты вроде не похож на отморозка или маньяка, вот решила поговорить с тобой. – ответила девушка, положив пистолет и автомат на землю, шагнув от них в сторону.

– Вали отсюда, Герда, мне пассажиры не нужны.

– Да я и не прошу брать меня с собой, я просто хотела попросить еды, уже двое суток ничего не ела. Если жалко еды, прошу хотя бы дать мне попить. – сделав жалобное выражение лица, произнесла девушка.

Все мое нутро так и говорило послать ее, а лучше пристрелить, но чисто из соображений гуманности решил помочь, человек вроде бы как попал в беду и нуждается в помощи. Она не попыталась меня убить, а это уже говорит о многом.

– Ты одна? – уточнил я.

– Угу. – закивала она головой.

Здание, в котором мы находились, по сути, стояло посреди пустого поля, я, держа девушку на дистанции, вышел на улицу и осмотрелся по сторонам, вдруг где‑то сидит ее сообщник или сообщники, но никого видно не было. Здание было разделено на две секции, я прошелся по ним и увидел на пыльном полу массу следов от ее ботинок, других видно не было. Внутри была лестница, ведущая на крышу, я осторожно поднялся наверх, не спуская взгляда с девушки, и был готов к тому, что на меня смогут напасть сверху. Однако на крыше я только увидел сложенную в копну жухлую траву, которую она использовала в качестве подстилки. Ни еды, ни воды там видно не было, видимо, реально девушка попала в переплет.

Все мое нутро было против, но я все же решил ей помочь.

– Ладно, пойдем, накормлю тебя. – спустившись вниз, обратился я к Герде.

– Спасибо тебе большое, я тебе так благодарна! – расплывшись в улыбке, ответила девушка.

Первым делом девушка припала к бутылке с водой, осушив ее почти полностью, к этому времени вода закипела, и я заварил нам лапшу, смачно сдобрив ее консервированным мясом. По девушке было видно, что она была очень голодна, так как с жадностью набросилась на горячую пищу.

О себе она ничего не рассказывала, да и у меня ничего не спрашивала, видимо, поняла, что со мной все эти женские штучки не прокатят, поэтому и не пыталась ничего такого учудить.

– Спасибо тебе большое! – допив бульон из пластикового лотка, произнесла девушка, после чего погладила свой живот и вздохнула с облегчением.

– Да на здоровье. – ухмыльнувшись, ответил я.

После этого я все же решил помочь ей еще немного, так сказать, за хорошее поведение. Я залез в машину, достал оттуда три бутылки с водой, три банки с тушенкой и две пачки крекеров.

– Вот возьми, это немного, но лучше, чем ничего. – протянул я ей целлофановый пакет с припасами.

– Ой, спасибо тебе большое! Ты такой добрый! – расплылась в улыбке девушка и, приблизившись ко мне, крепко обняла меня.

– Так, стоп! Соблюдай дистанцию, я просто тебе помог, мне ничего от тебя не нужно! – оттолкнул я ее от себя.

– Извини, пожалуйста. – отскочив в сторону, ответила девушка, прижав к себе пакет. – Просто ты первый, кто вот так мне помог и не попросил ничего взамен.

– Мир не без добрых людей. – отмахнулся от нее я, чувствуя некую неловкость.

Перед дорогой мне приспичило по малой нужде, и я вышел на улицу, не буду же я справлять ее в присутствии дамы. Зайдя за угол, я приступил к процессу, как вдруг услышал, что дверь машины громко хлопнула, и она тут же завелась, а затем с пробуксовками рванула вперед. Я как стоял, так забежал в здание с расстегнутыми штанами, но только и увидел, что зад моей ласточки, который, поднимая за собой пыль, выехал на улицу.

– Какого черта?! – закричал я, начиная искать по карманам, и обнаружил, что ключа от машины в кармане не оказалось.

Мой пикапчик тем временем по большой дуге пересек поле и выехал на дорогу, пару раз просигналив клаксоном мне на прощание.

– Вот же тварь! Найду и убью! – сжав кулаки и стиснув зубы, прошипел я. Ярость пылала во мне, но на лице появилась улыбка, нет, не от того, что меня обокрали. А от того, что у меня появилась конкретная цель, я теперь не бесцельно буду двигаться вперед, я теперь выхожу на охоту. Правда, режим максимально хардкорный, немного оружия, чуть‑чуть патронов и пакет с припасами, который я собрал для Герды.

Глава 23

Иван Михайлович

Небольшой отдых в деревне позволил мне прийти в себя, как‑никак я уже не молод и быстро восстановиться после того, как меня хорошенько приложили ногами по ребрам и лицу, не получается. Так что, пока Гена с Максом помогали Илье с машиной, я отлеживался на мягкой постели.

Илья оказался на редкость интересным парнем, слегка своеобразный, но при этом отбитый на всю голову. Если бы он пошел по моему пути, то явно в скором времени занял бы очень высокое положение в нашей иерархии, таких обычно ценят. Сильный, уверенный в себе, прямой как доска и верный слову, что еще нужно?

Местные жители были готовы ополчиться на нас, так как их возмутило поведение парнишки и то, что он высказал им правду в лицо. Некоторые даже хотели на нас напасть и готовились к этому. Но, к их счастью, все обошлось, прогуливаясь по улице, случайно услышал беседу заговорщиков и сумел довести до них мысль о том, что если они все же решатся одолеть нас, то Илья камня на камне не оставит. Моя речь вразумила нерадивых мужчин, и они решили не поднимать оружие, а просто дождаться момента, пока мы покинем их территорию. Илье я об инциденте рассказывать не стал от греха подальше, все же он весьма импульсивный малый.

Как бы мне не хотелось, чтобы парень продолжил путь с нами, он отказался, сославшись на то, что в одиночку комфортнее и не любит он, чтобы кто‑то возлагал на него ответственность. Но при этом сказал, что мы можем считать его другом и, если наши пути еще пересекутся, он будет рад нас видеть, а также впишется за нас в любую ситуацию вне зависимости, правы мы или нет.

Попрощавшись с парнем, мы и сами двинулись в путь. Дорога нам еще предстояла очень долгая и опасная, отдохнувшие и выспавшиеся мы продолжили путь.

Вернувшись на исходную трассу, выехав как раз за разрушенным мостом, мы на всех парах мчались вперед. Погода была приятной, слегка пасмурной и ветреной, но в целом дождя не предвиделось. Однако количество зомби на дорогах увеличилось в разы. Не знаю, с чем это связывать, но ухо нужно держать востро.

К трем часам дня мы решили остановиться на привал и, увидев впереди небольшой островок, который раньше служил стоянкой для фур, остановились там. Макс по классике сразу же занял позицию на крыше и держал периметр, мы с Геной осматривали ближайшие кусты и высокие заросли травы на наличие зомби, а девчата вместе с мелким Серегой принялись готовить горячий обед.

– Тревога! – закричал Макс. – Вижу два пикапа, едут сюда! – добавил он.

Услышав команду, мы сразу приготовились, Степановна сгребла Серегу в охапку и забралась с ним в КУНГ, мы с Геной и Алиной взялись за оружие и стали ждать незваных гостей. Как знать, может, это просто выжившие, и они проедут мимо.

Но чуда не случилось, два внедорожника лихо влетели на парковку и, применив аварийное торможение, остановились прямо перед нами с Геной. Что сразу бросилось в глаза, так это то, что у каждого пикапа была высокая антенна, на верхушке которой болтался черный флаг с изображением белого черепа.

– Вот только пиратов нам тут еще не хватало. – улыбнувшись, прокомментировал Гена.

– Не то слово. – согласился я с ним.

Двери машин почти синхронно отворились, и из них на улицу вышло четверо парней в возрасте от двадцати до двадцати пяти лет. Выглядели они слегка экстравагантно, все в банданах, в солнцезащитных очках, один был одет в бронежилет на голое тело, в пляжных резиновых тапочках. Второй в джинсовом комбинезоне и гавайской рубахе и разгрузке поверх, обут же был в здоровенные гриндерсы с металлическими пластинами на носах. Третий в целом выглядел прилично, обычный камуфляж, броник, разгрузка и обут в берцы. А четвертый был в джинсовой жилетке, кожаных штанах и несуразных белых кроссовках на высокой платформе. Вся четверка была очень даже атлетического телосложения, сразу видно, парни точно знают, что такое спортзал, а еще у каждого было полным‑полно цветных татуировок. Вообще, при взгляде на них у меня возникла мысль, что это какая‑то рэп‑группа, что читает про всякую ерунду для подростков. У каждого на плече весело по автомату Калашникова, а у парня, который был только в бронежилете, из джинсов торчала рукоятка пистолета.

– Добрый день, юноши. – поприветствовал я приезжих.

– Здорово, дядь! – сделал два шага вперед парнишка в бронежилете и демонстративно приподнял руки раскрытыми ладонями вперед, давая понять, что не хочет конфликта.

– С чем пожаловали? – спокойно спросил у них я.

– В общем, это, тут такое дело, вы въехали на нашу территорию. – ухмыльнувшись, заявил он.

– На вашу – это на чью? Кто вы такие? – понимая, что ничем хорошим это для нас, скорее всего, не обернется, уточнил я.

– Ну, мы вроде как команда или банда, короче, воспринимай как хочешь, мы захватили тут для себя территорию и держим ее.

– Вчетвером? Тогда это скорее квартет, а не банда. – ухмыльнулся я.

– Не, дядь, не так, нас много, мы хорошо вооружены и очень опасны, так что шутить и играть с нами я не советую. – ухмыльнувшись, заявил он.

– А флаг – это способ распознать свой‑чужой?

– Ага, круто, да? – улыбнувшись, ответил он. – Мы на одной фабрике нашли много таких, вот решили их использовать, типа пираты.

– Понял тебя. – ухмыльнулся я в ответ. – Так с чем пожаловали, «типа пираты»?

– Как зачем? Ты на наших землях, хочешь проехать – плати налог. Подкинь братве еды, патрончиков, оружия, вот девка у тебя симпатичная, можем ее забрать, не обидим, чес слово. – сказал он, окинув Алину похотливым взглядом, от чего остальные трое ехидно засмеялись.

– Я вас понял, юноши. В общем, так не пойдет, патрончиков мы вам, конечно, подкинем, если захотите, только в виде свинца со стальным сердечником и из дула пулемета. Так что езжайте, разводите кого‑то еще, пока еще можете. – предостерег я их.

– Зря ты так, дядь, мы ведь и по‑плохому можем! – отхаркнувшись и сплюнув себе под ноги, заявил парнишка в ответ.

– Вы не в том положении, сейчас я могу по‑плохому! – пригрозил я ему.

– Мы услышали друг друга. – улыбнувшись, ответил он и быстро вернулся в свою машину, остальная троица последовала его примеру, и они, заведя движки, быстро покинули площадку.

– И что это сейчас было? – обратился ко мне Гена, глядя вслед уезжающих машин.

– Ничего хорошего, это факт. – ответила ему Степановна, открыв дверь КУНГа.

– Может, они блефуют по поводу того, что их много? – подключилась к беседе Алина.

– Черт его знает, но не похоже, больно расслабленно себя ведут. Будь их только четверо, были бы поскромнее и осторожнее. А может, и на понт берут, пойми сейчас, что у людей на уме. Но как бы это ни было, обед отменяется, нам нужно срочно покинуть этот район. Если их и много, нельзя дать им скоординироваться и собраться в толпу. – скомандовал я, чувствуя что‑то неладное.

Никто не возражал против моего решения, и мы, заняв свои места, быстро рванули вперед. Мы уверенно мчались по трассе, и, проехав два десятка километров, я уже было выдохнул с облегчением, как вдруг увидел впереди перекрытую дорогу. На трассе стояло три армейских Тигра с пулеметами на крышах, что были направлены в нашу сторону. Они стояли аккурат за двумя гусеничными БМП, также оборудованными пулеметами, и на них вдобавок стояли парни с РПГ, у всех машин были длинные антенны, на которых висели те самые черные флаги.

– Твою мать! – громко выругался я.

Справа от нас было небольшое поле, на котором виднелась еще одна дорога, и она, по всей видимости, не перекрыта.

– Гена, следуй четко за мной! – закричал я в рацию и резко крутанул руль в правую сторону.

КАМАЗ с грохотом спрыгнул с трассы, и мы помчались в сторону, а вслед за нами раздались громкие очереди, что со звоном прошлись по бортам машин. Пираты били из обычных РПК, так что это хоть и опасно, но не так критично, нежели с Утеса.

К тому моменту, как мы пересекли поле, я увидел, что вслед за нами уже мчались те самые Тигры и пикапы, постреливая в нашу сторону. Выскочив на дорогу, я стал выжимать из КАМАЗа все соки, давя педаль в пол. Гена также не отставал, как вдруг земля перед его машиной встала на дыбы, а между нами выскочила одна из БМП и открыла огонь уже по нам.

Гена не растерялся и мастерски успел обогнуть боевую машину пехоты и продолжил ехать следом за мной.

– Дядь Вань, может, я за пулемет встану? – предложил мне Макс.

– С этого толку мало! – ткнул я пальцем в потолок, там со второго бить нужно, но мы едем слишком быстро, да и в КУНГ с крыши не попасть. – остановил я паренька.

Как бы быстро мы ни мчались вперед, Тигры и пикапы, что шли следом за нами, были быстрее и активно сокращали дистанцию. По нам били короткими очередями, но пули в основном летели мимо нас, все же скорость была приличная, а дороги в ужасном состоянии, так что ни о какой прицельной стрельбе не могло быть и речи.

Заехав за крутой поворот, на горизонте я увидел небольшой городок, в котором было много зомби, что толпились на его улочках.

– Едем в город, это наш шанс! – раздался весьма нервный голос Гены из динамиков, я даже удивился, чего это он так взволнован, обычно он всегда спокоен как скала.

Я был полностью согласен с идеей Гены, город – это реально наш шанс, там бы как‑то поудачнее занять позиции, а потом мы из двух пулеметов устроим им теплый прием.

– Жалкая попытка, придурки! Вам же предлагали по‑хорошему! Вы сами выбрали свою судьбу! Мы выросли в этом городе и знаем каждую улочку и каждую тропинку! Вам не скрыться! Мы заберем у вас все! – раздался из динамиков чей‑то высокомерный мужской голос.

– Твою мать! Это как вообще? Частоту перехватили? – спросил я у Макса.

– Нет, он нас точно не слышит, он просто забил эфир обычной радиостанции. – указал он пальцем на радейку, которой пользуются дальнобойщики.

Когда Тигры почти уже настигли нашу технику, мы на всех парах влетели в город, отвалы показали себя наилучшим образом, разбрасывая зомби по сторонам. Зомби тут было навалом, но не так много, чтобы осложнить путь преследователям. Тем не менее, двигаясь дальше, я заметил, что они стали отставать. И тут прямо перед нами в угол двухэтажного многоквартирного дома влетел снаряд от РПГ. Хлопок больно ударил по ушам, а выбитая из стены бетонная крошка и пыль на пару секунд закрыли обзор, благо у нас еще стоят жалюзи на стеклах, иначе бы еще и вспышка взрыва ослепила меня на какое‑то время. Резко вильнув в сторону на инстинктах, я снес отвалом фонарный столб и вернул машину обратно на дорогу.

– Жалкие потуги! Мы сейчас ПТУРами по вам отработаем! Тормозите и сдавайтесь! Мы уже берем вас в кольцо! – раздалось из рации.

– Да твою то мать! – выругался я.

– Михалыч, пусти вперед! У нас тут идея нарисовалась. – раздался ворчливый голос Гены из динамиков.

– Принял! – ответил я и, сбавив скорость, прижался правее.

– Как только остановлюсь, не подпускайте к нам зомби! – добавил Гена.

– Понял! – согласился с ним я, и Макс уже без какой‑либо команды приготовился выскакивать в люк.

Мы продолжали ехать вперед, и я понимал, что город вот‑вот закончится, и наше прикрытие сойдет на нет.

– Работаем! – раздался голос Гены, и его КАМАЗ резко затормозил, прижавшись к небольшому двухэтажному зданию ресторана.

Зомби тут было не много, но пострелять было куда, а я все не мог понять, что они такое придумали. Макс молниеносно раскрыл люк и, схватившись за пулемет, принялся крошить зомби. Так же из КАМАЗа Гены на крышу выскочила Алина и стала помогать подниматься забраться наверх Степановне, вот только я заметил, что Алина вся в крови.

Тем временем Гена выскочил на улицу и, оббежав машину, забрался в КУНГ, а после люк в нем открылся, и я увидел, что он достает из него коробы с патронами для Утеса, затем станок, Утес и два РПГ. Понимая, что стрелять по зомби больше не нужно, я одернул Макса и, поравнявшись с КАМАЗом, сам выбрался через люк, невзирая на острую боль в ребрах, и перепрыгнул к ним.

Первое, что я услышал, так это истерический плач Сережи в кабине, а затем посмотрел на Степановну, что была бледная как мука, а ее китель в районе живота весь был мокрый и бордового цвета.

– Вы что удумали? Степановна, что с тобой? – закричал я.

– Да ты уже все понял. – ухмыльнулась старушенция. – Прилетело мне, я все, долго не протяну, больнички‑то нет. – поморщившись от боли, сказала она.

– Не‑не‑не! Так не пойдет! – начал отнекиваться я. – Прорвемся, старая! Куда мы без тебя! Ты не вздумай, давай! Ты там кричала, что меня переживешь! – возмутился я.

– Как видишь, ошиблась. – ответила она, а затем повернулась к зареванной Алине, которая дрожащими руками открыла маленькую пластиковую оранжевую коробочку и, достав из нее прозрачный тюбик, сняла зубами колпачок, обнажив металлическую иглу, и вонзила ее Степановне в живот, от чего старушке сразу полегчало.

– Девочка моя, держись вместе с Геной, и Сереженьку вырастите как своего сына, да и этого старого слушайте, он хоть и тот еще прохвост, но дело свое знает. – улыбнувшись, сказала Степановна и пошла занимать позицию на большой террасе, что была на втором этаже.

– Бляха‑муха! Степановна, но как же так? – только и смог сказать я, пребывая в полной растерянности.

– Что тут поделать, бывает, Вань. Знаешь, я рада, что на старости лет почувствовала себя молодой и уйду на тот свет не как чахлая старуха в деменции, а настоящий солдат! А теперь убирайтесь отсюда, пока они вас не зажали, да и пока я вся кровью не изошла! Гоните, гоните, гоните! – крикнула она, вытерев окровавленной рукой слезу со щеки. – Береги их! – улыбнувшись напоследок, сказала она Максу, подмигнув ему, и парень, не скрывая слез, покатившихся по его щекам, согласно кивнул.

– Спасибо тебе, старая ты карга! Мне будет тебя не хватать! – приобнял я ее на прощание.

– Научи ребят, как жить среди волков, уж ты‑то в этом понимаешь, мы свое уже отжили, а им еще жить и жить. – прошептала она мне вполголоса.

Гена разложил все на террасе, установил Утес на станок, вид у него был мрачнее тучи, весь левый рукав, да и сама рука у него была в крови, но он не обращал на это никакого внимания.

– Бегом по машинам! – гаркнул он, словно могучий медведь гризли, и мы поспешили занимать места. – Спасибо вам, Галина Степановна, за науку, за помощь, за все, мне жаль, что так вышло. – пододвинув поближе к ней РПГ, сказал Гена и отправился в кабину.

Едва КАМАЗ Гены тронулся с места, как нам наперерез выскочил Тигр с бойцом, что стоял за пулеметом. Но тут в дело вступила Степановна, и Утес начал свою работу, стрелка сложило сразу же, а затем в стеклах машины начали появляться отверстия с исходящими от них трещинами. Вражескую машину шпиговали свинцом, а мы двинулись дальше под канонаду выстрелов.

Место, в котором Степановна заняла позицию, было грамотным, тут в одном месте сходились три улицы в одну, ведущую к выезду из города. А у нее со всех сторон отличный обзор, и в плотную к ней не подобраться, а если и сунуться, в дело пойдут РПГ, а они знатно работают против вражеских машин.

Вырвавшись из города, мы помчались дальше, постоянно оглядываясь, а нет ли за нами погони, но нет, никто за нами не ехал. На душе словно кошки скребли, кто же знал, что жизнь снова сведет меня с этой отбитой на всю голову женщиной и то, что я буду искренне ей благодарен. И она права, ушла как настоящий воин, хоть я от этого и далек, но на ее месте, скорее всего, поступил бы так же.