Текст книги "Страх и Голод. Гексалогия (СИ)"

Автор книги: Константин Федотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 90 страниц)

– Нет, не пойду. В единстве, говоришь, сила, но в нем же и слабость, особенно когда вас так много. Одна паршивая овца, и вы все мертвы, так что я сам по себе, так надежнее. – высказал я свое мнение.

– Не согласен, все понимают, что на кону и какая ответственность у них перед остальными. – не согласился он со мной.

– Это до момента, пока тебя не укусят или на кон не встанет твоя жизнь. – скептически произнес я.

– Ты циник, ты в курсе? – ухмыльнувшись, спросил полковник.

– Может и так, но ведь рациональное зерно в моих словах есть? Ты ведь бывалый военный, наверное, многое видел.

– Многое, согласен, и было бы глупо отрицать правдивость твоих слов. Но и один, знаешь ли, тоже в поле не воин, особенно сейчас. Хотя бы спину, но кто-то должен прикрывать. – начал рассуждать он.

– Это да, одному непросто, зато в случае чего я буду уверен, что если удар в спину и пропущу, он будет от врага, а не от человека, которому я ее доверил.

Мы начали философствовать на эту тему и болтали почти до самого города. На улице тем временем уже начало темнеть, и по рации сообщили о том, что совсем скоро прибудем к точке стоянки.

Ночью ехать в город было бы глупо, так как из-за света фар на колонну, словно светлячки, будут стекаться все зомби с округи. А видимость все равно будет плохая, и можно попасть в серьезный переплет. Поэтому командование решило встать на ночлег на большой парковке, предназначенной для фур.

Вот за что я люблю вояк, так за их организованность. На площадку выехали БТРы и растолкали весь транспорт и прицепы, затем бойцы зачистили всю округу от зомби. Бронированный транспорт занял удобные позиции для ведения огня, внешним периметром на площадке встали грузовики с КУНГами, образовывая большой квадрат, а внутрь загнали автобусы и тентованные машины. На землю уложили дощатые настилы, чтобы никто не наступал на останки зомби и битое стекло. Затем тут же выставили прожекторы, завели дизельные генераторы, выставили посты и приступили к приготовлению пищи. Все это было сделано примерно за час.

Как только с организацией было покончено, полковник подвел меня к тентованному КАМАЗу и познакомил с прапорщиком Малыко, ой, какой же это хитровыдуманный жук, да еще и навозный. Полкан распорядился выдать мне два «Калаша», пять цинков патронов для них, дополнительно два десятка магазинов, «ВАЛ» и две тысячи патронов для него. Еще я пытался выпросить СВД, но тут он был непреклонен. Но хотя бы дал еще две разгрузки, броник, каску, два комплекта формы и берцы. Малыко сразу же взял быка за рога, приказ ему дали, и он обязан его выполнить, но как ему его выполнять, это уже его личное дело. Он сразу протянул мне мятую, ржавую каску.

– Эй, дядя, ты где немца-то нашел? – злобно спросил у него я, разглядывая девайс.

– Какого еще немца? – нахмурившись, спросил он.

– Как какого? С которого ты ее снял! – возмутился я.

– Что тебе не нравится-то? – начал возмущаться он в ответ. – Это же каска? Каска, вот и забирай ее!

Честно говоря, в этот момент мне очень сильно хотелось выхватить пистолет и выпустить ему пару пуль в его жадную харю. Но тут он хозяин положения, буду бузить, меня просто вышвырнут отсюда или пристрелят по законам военного времени.

– Так, я понял тебя, прапорюга! Стой тут и никуда не уходи! – сказал ему я и быстрым шагом отправился к машине.

Откинув борт багажника, я почти по пояс залез в кузов и, нашарив там две картонных коробки, подтянул их к себе. Из одной я достал две бутылки хорошего виски, а из второй две бутылки водки. Прапоры они и в Африке прапоры, и стереотипы они на то и стереотипы. Они просто не могут сделать так, как надо, без собственной выгоды, уж так их воспитали.

– Вот, тебе просили передать! – сказал я, подойдя к КАМАЗу и расправив свою куртку, продемонстрировал вальяжно курящему прапору стеклотару.

– Вот, совсем другой разговор. – улыбнувшись, ответил он и, забравшись в кузов, забрал бутылки.

Дело теперь пошло в нужном русле, и каска кевларовая нашлась, даже фонарик к ней шел в комплекте, форма, берцы по размеру, и даже наколенники с налокотниками добавились. Разгрузка, броник, ремни, балаклава и даже плащ-палатка.

С оружием все тоже по высшему разряду, все новенькое прямо при мне из ящиков доставал, мне оставалось только таскать все это в кузов.

– Слышь, командор, а СВД с оптикой, глушителем и пульками есть вариант получить? – тихонечко спросил я у него.

– Не знаю, вроде бы как команды-то не было. – шепотом ответил он, отведя взгляд в сторону.

– Ну так что, сколько? – задал я резонный вопрос.

– Ящик коньяка. – ответил он мне.

– Поимей совесть, и нет столько, максимум три бутылки и водки две, больше нет. Давай еще блок «Мальборо» сверху. – предложил ему я.

– «Мальборо» красный? – уточнил он.

– Ага. – согласно кивнул я.

– Хрен с тобой, неси. – согласился он.

Сказано – сделано, и вот я уже довольный собой прячу СВД в кузове машины. Прапор очень попросил не светиться с ней в колонне, так как за подобное ему влетит. Ну еще бы, коррупция процветает у начальства под носом, да его расстреляют, наверное, если узнают, да и меня, наверное, тоже. Черт с ним, день был весьма насыщенным и тяжелым, но продуктивным! Ох и по кайфу мне этот конец света!

Глава 21

22 июля. Военная колонна, трасса Е-50. Сварщик пятого разряда Петров Геннадий Павлович.

Силы мои уже заканчивались, более суток на ногах, безумная жара, стресс, расшатанные нервы, бесконечный скрежет бронетехники, запах выхлопных газов и, разумеется, грохот выстрелов. Все это в совокупности забирало много энергии, и если бы у меня была возможность, я уснул бы прямо сейчас, здесь, на броне, свернувшись в клубок, словно котенок. Но нет, так нельзя, наше дело правое, людей защищать, и с этой задачей мы обязаны справиться. Так что, попивая трофейные энергетики, которые, кстати, никак не помогали, с красными от усталости глазами мы смотрели по сторонам и отстреливали зомби.

Аэродром показался издалека, мы были на небольшой возвышенности, откуда открылся замечательный вид на взлетную полосу и стоящие ровными рядами самолеты. Единственный отрицательный момент – он взят в кольцо из живых мертвецов, что бьются о бетонные стены. Нас тут уже ждали, так как начальство еще в Минеральных водах связалось с ними, и люди, преисполненные надеждой на спасение, удерживали территорию как могли.

Колонна, рыча моторами, под канонаду из выстрелов подъехала к КПП, у которого стояли два БМП, и, судя по количеству убитых зомби в округе и количеству отстрелянных гильз, парни тут потрудились на славу.

Нас сразу запустили без лишних разговоров, а в рации тут же посыпались приказы и распоряжения. Эти туда, эти сюда, усилить оборону, командирам расставить посты, технику, назначить рабочие команды и все в таком духе.

Меня, Пашку и Димку сразу отправили в самый дальний угол аэродрома на свободную вышку и даже выделили нам целый Урал, чтобы мы быстро доехали, а по команде вернулись обратно. Мы же в армии, так что: сказано – сделано, закинули в кузов оружие, десять цинков с патронами, еще парни взяли ящик с гранатами и ВОГами. Про себя мы тоже подумали, так что прихватили три сухих пайка, воду и сигареты, а после рванули к караульной вышке. Пашка попытался уточнить, через сколько времени планируется вылет, но ответа на этот вопрос получить не смог, мол, ждите, без вас не улетят.

Все-таки самолет – это тебе не машина, заправил бак и поехал, тут все гораздо сложнее, помимо керосина нужно еще заправлять кислород и досконально проверить каждый механизм. Опять же, сломается машина – ты остановишься, а в небе такой функции нет, одна ошибка – и все люди погибнут, вероятность на выживание еще ниже, чем сейчас оказаться с голым задом на дороге.

Я прыгнул за руль и, разгоняя машину до максимальной скорости, мчался вперед по взлетной полосе.

– Эй, гонщик на второй полосе! Обороты сбавь! Тебе тут не гоночный трек! – раздался раздраженный крик из рации, установленной под потолком.

– Виноват. – ответил я, зажав тангенту, и, сбросив скорость, прижался к краю полосы, а потом и вовсе съехал к вышке.

Вышка, конечно, своим видом доверия не внушала. Старая, проржавевшая, металлическая конструкция, возвышающаяся над землей на пять метров. На самом верху был небольшой навес, создающий тень, а пол выстелен старыми деревянными досками, и в том, что они нас выдержат, я вообще не был уверен. Но Димка сразу забрался наверх, походил по ней назад-вперед и даже попрыгал.

– Не ссыте, мужики! Она куда крепче, чем кажется! – радостно заявил он.

– Ну раз так, тогда пошли. – кивнул Пашка и начал обходить машину.

Откинув задний борт, мы начали поднимать наверх все пожитки, а после забрались и сами. Вид, конечно, отсюда открывался хороший. Огромное, бескрайнее пшеничное поле, уходящее в горизонт, светло-голубое небо. Позади нас аэродром виднелся как на ладони, люди суетливо бегали вокруг стареньких ИЛ-76. А вот зомби на нашем направлении видно не было, и это очень радовало.

– Блин, парни, а вы летали когда-нибудь? – обратился к нам Димка.

– Я нет. – ответил Пашка, разрывая сухой паек.

– Я летал и не раз, а с такого даже прыгал. – похвастался я, указав пальцем на «Илюшку».

– И как? Страшно? – уточнил у меня Димка.

– Летать – нет, первые пару раз даже прикольно. А вот прыгать жутковато, в первый раз я толком-то и понять ничего не успел, вроде вот стоишь, рампа открылась, лампочка загорелась, и пошли по одному. Только выпал, парашют расправился, и вот уже земля, я приземлился тогда неудачно, коленом нос себе разбил. Во второй раз было страшно, но товарищи помогли, вытолкнули, и я полетел аки Арёль. – поведал я парням о своем опыте.

– А в третий раз уже сам прыгнул? – уточнил Димка.

– Третьего не было, хотел на гражданке попрыгать, но что-то то некогда, то негде, в общем, так и забросил эту идею. – ответил я.

На улице быстро стемнело, и мы сидели на досках, по очереди глядя на горизонт через Пашкин прицел. У нас все так же было тихо, но это только у нас, на других направлениях стрельба почти не прекращалась. Речи о полетах пока не было, технари в своих синих спецовках кружились вокруг самолетов, залезая в разные лючки в фюзеляже и копошась там часами. В общем, что-то делали, а их еще даже не заправляли, значит, раньше утра точно не улетим.

Пока у нас все было тихо, я предложил парням по очереди поспать хотя бы по тридцать минут, так как силы уже покидали меня. Они поддержали мою идею, и я на правах старшего лег первым. Так мы дремали по очереди до самого рассвета, отдых, конечно, так себе, но это куда лучше, чем вообще без него.

– Парни, смотрите! – оторвавшись от оптики, произнес Пашка, привлекая наше внимание и указав пальцем в горизонт.

– Етить-колотить! – сказал я, глядя на то, как золотое поле прямо на глазах становится черным.

– Сколько же их там? – задал риторический вопрос Димка.

Пашка сразу схватился за рацию и начал докладывать об увиденном. Но, как оказалось, подобная толпа двигалась на аэродром и с другой стороны. Самолеты все стояли на своих местах, а командиры о вылете даже не думали, и даже еще не давали команды заправлять, топливозаправщики как вчера подъехали к ним, так и стояли нетронутые.

Недалеко от нас вплотную к забору подъехали и припарковались два КАМАЗа с КУНГами, из них повыскакивали парни и установили на крышах два АГСа и два «Утеса».

– Ну так еще куда не шло. – сказал я, глядя на крупный калибр, и принялся с парнями вкручивать запалы в гранаты.

Хотя толку-то от этих гранат, это все же не кино, где кидают гранату и через три секунды происходит взрыв, словно от противотанковой мины. Чего там, просто бах – и все, как средняя петарда. Да и осколки не факт, что даже ранят, вот в замкнутом пространстве это да, и по ушам ударит, и осколки рикошетом могут залететь куда угодно. А в поле, да еще в такой толпе для зомби это ерунда, ведь они даже боли не чувствуют, так, если сухожилия перебьет и они не смогут двигаться, что мозг им повредит – шансов мало, но попытка не пытка, как минимум, они без брони, а это уже большой плюс.

Зомби медленно, но верно приближались, и как только они вошли в зону прицельного огня, дело пошло. «Утесы» наших соседей выбивали целые просеки в толпе своим мощным калибром, я же старался работать по первым рядам, экономя боезапас. АГС тоже хорошо справлялся своими осколочными ВОГами, по сути, те же гранаты, но их много, и оттого эффект был очень результативным. Но как бы мы ни старались, все направление такой компанией удержать никак не получилось бы. Оружие не может стрелять беспрерывно, так как имеет свойство нагреваться. Да и лент у меня не бесконечное количество, а их еще и набивать нужно.

Мы истребляли зомби пачками, но они все равно дошли до стен и начали упираться в них, тут-то в дело уже пошли и гранаты, и парни начали стрелять из подствольных гранатометов, что были прикреплены к их автоматам. Зомби взяли аэродром в очень плотное кольцо и все прибывали и прибывали. Они давили на стены с неимоверной силой, отчего некоторые секции бетонных плит начали раскачиваться. Пашка докладывал о критичности ситуации, но толку не было. У главного входа вообще творилось что-то страшное. Мы прекрасно слышали, как бил крупный калибр и даже грохот ЗУшек, а патроны тем временем заканчивались. Наши соседи с «Утесами» уже отстреляли все, что у них было, и перешли на автоматы, но результата нужного от этого не было совсем.

Синюшные трупы в грязной одежде смотрели на нас безжизненными и голодными глазами, они громко шипели, пускали слюни и тянули к нам свои скрюченные пальцы. Стены шатались и вот-вот готовы были начать заваливаться, открывая проход мертвецам. И тут раздался громкий визг, что перебивал даже грохот оружия. Обернувшись, мы увидели бегущих по территории людей, а за ними следом бежали зомби.

– Какого хрена? – закричал я.

– Походу, прорыв! – ответил Пашка и начал вызывать начальника на связь, но тот молчал.

В этот момент обвалилась первая секция бетонного забора, она плавно отошла в сторону, натягивая колючую проволоку, что витками шла по верху, до состояния струны, а затем она оборвалась, и большой бетонный квадрат плавно лег на землю, открывая проход для зомби. Поток зомби сразу хлынул на территорию, они тут же кинулись к КАМАЗам, так как группа бойцов была к ним ближе. Мы поддерживали их огнем, чтобы парни залезли в машину и отъехали. И те успели, трое забрались в кабину, еще трое в КУНГ, почему-то вместо того, чтобы поехать вглубь аэродрома, они решили через эту самую секцию поваленной плиты выскочить за забор. Но что-то пошло не так, КАМАЗ не смог продавить всю ту, идущую на территорию, толпу и остановился на месте, шлифуя колесами по земле, а потом он начал заметно отползать назад под давлением мертвецов. Парни поняли, что их затея провалилась, и начали сдавать назад, водитель, по всей видимости, перенервничал и, включив заднюю передачу, выжал газ в пол, а еще вдобавок выкрутил руль в сторону до упора. Место там было под уклоном, и как итог машину понесло на скользкой траве, по которой еще и размазывало зомби. А КУНГ был высоким и тяжелым, машина в моменте сильно накренилась и плавно завалилась на бок.

– Вот же дебилы! – выругался я. – Пошли! Тут ловить больше нечего! – крикнул я и бросился к нашему «Уралу», пока зомби не добрались до нас.

Мы быстро залезли в машину, и я рванул с места, и словно синхронно с движением машины прямо перед нашей высокой одновременно завалились две плиты, давая новым особям ворваться к нам.

Я хотел помочь горе-беглецам, подъехав задом к перевернутой машине, но увы, от удара о землю лобовое стекло КАМАЗа разбилось и отлетело в сторону, а задние дверцы КУНГа распахнулись, как итог парней сейчас буквально рвали на части, вгрызаясь в их плоть.

– Давай к колонне! – предложил Пашка, указывая пальцем на строй машин, с которых все сейчас активно вели стрельбу.

Там же показалась и тяжелая техника, что палила по зомби из своих орудий. Ситуация была патовая, мне, да и не только, уже стало очевидно то, что наша затея полностью провалилась, и нужно покидать аэродром. Мы встали к колонне, и Димка, вручив мне свой автомат, побежал за патронами, так как они уже были на исходе. Я стоял на капоте машины и с упора стоя вел стрельбу длинными очередями.

БМП, поливая из своей башни, резко крутанулась на месте, и длинная очередь пробила цистерны топливозаправщиков, что стояли в сотне метров от нас. Керосин с напором хлынул из бочек, но, к счастью, ни взрыва, ни возгорания не произошло. Я уже было выдохнул, как вдруг кто-то ударил в толпу зомби из РПГ. Керосин, что с напором лился во все стороны, уже успел ручейком добежать до этого места и сразу же вспыхнул. Земля под ногами у зомби загорелась, керосин продолжал литься, а зомби стали пылать. Я подумал, что все это было сделано не случайно, все это продуманный план, но как бы не так.

Огонь сначала добрался до первой бочки и объял ее пламенем, а затем и до второй, вторая бочка взорвалась. Взрыв был очень громким и весьма мощным, всех нас обдало раскаленным воздухом, но огонь до нас не дошел, так как путь ему перекрыла первая цистерна, но она опрокинулась, ее верхние лючки раскрылись, и керосин рекой полился в нашу сторону, а следом по нему отправилось пламя. С этого момента все посыпалось окончательно. Машины были заведены, водители тут же заняли свои места и начали выводить машины из-под пламени. Я начал искать взглядом Димку, так как его долго не было, и увидел, как он бежал между машин, держа в руках два цинка с патронами. Но КАМАЗ, позади которого он был, резко сдал назад и буквально впечатал парня в бампер другой машины, превратив его грудную клетку в фарш, я видел, как мой, не побоюсь этого слова, боевой товарищ выплюнул изо рта часть своих легких и язык.

– Черт! Димон, сука, но как же так! – прорычал я, глядя на КАМАЗ, который вывернул в сторону и, как ни в чем не бывало, поехал дальше. А Димка плавно сполз с бампера и повалился на землю, не подавая признаков жизни.

– Убью суку! – зарычал Пашка, прыгая в салон с подножки, судя по его разъяренному лицу, он тоже видел, что произошло.

– Согласен! – кивнул я и тронулся с места.

Я понятия не имел, куда ехать, но отсюда нужно было вырываться. Зомби были повсюду, а еще огонь, от которого поднимался черный дым, закрывал обзор. Я просто ехал за остальными, так как первые машины пробивали себе путь сквозь зомби, принимая удар на себя. Мы петляли между аэродромных построек и ангаров, и заехав в относительно спокойное место, я вдруг увидел Зину, что в панике просила о помощи и, увидев нас, начала махать руками.

– Живучая же сучка! – ухмыльнувшись, сказал я и, честно говоря, хотел поехать дальше.

– Братан, ты куда? – тормознул меня Павел. – Давай заберем?

– На кой-хрен? – возмутился я. – От нее одни проблемы.

– Не будь уродом! Людям нужно помогать, их и так мало осталось! – надавил он на меня.

– Хрен с тобой! – сдался я и повернул в сторону девушки.

Едва мы к ней подъехали, как из-за ее спины появилась толпа зомби, выбежавшая из-за угла.

– Давай, бегом! – закричал я, встав на подножку и начав стрелять за ее спину, а она от такого испуганно упала на землю. – Давай сюда! Чего ты там разлеглась! – добавил я, видя, что зомби настигают ее.

– Ген, прикрой! – крикнул мне Пашок и, бросив автомат на сиденье, рванул за ней.

Я старался стрелять одиночными и очень прицельно, так как патронов почти не осталось. Пашка же подбежал к Зине, поднял ее на руки и потащил к кабине. Быстро подбежав к двери, он загрузил Зину в салон и вдруг вскрикнул, отскочив назад, вынул пистолет из кобуры и начал стрелять под машину.

– Что такое? – спросил я у товарища.

– Кажется, я все. – ответил он и продемонстрировал мне разорванную штанину с раной на ноге, из которой обильно шла кровь.

– Сука! – ударил я со всей силы кулаком по рулю, от чего с него слетела оплетка. – Как же так, браток?! – истошно спросил я. – Я же сказал, что от нее одни проблемы. – добавил я, зыркнув на Зину, что сидела вся бледная и, трясясь от страха, пыталась прикурить сигарету, вот только никак не могла справиться с зажигалкой.

– Дерьмо случается. – тяжело вздохнув, а затем улыбнувшись, сказал он и начал быстро скидывать с себя снарягу, кидая ее на пол салона прямо под ноги девушки. – Ты же мне поможешь? – спросил он у меня.

– Чем?

– Не стать таким, как они. – кивнул он в сторону убитых зомби. – А то самому вроде бы как грех, я, конечно, не верующий, но сейчас такой момент, что даже и не знаю. – улыбнувшись, добавил Пашка.

– Хорошо, думаю, ты бы сделал для меня то же самое. – согласился я и достал пистолет из кобуры.

– Рад был знакомству, хороший ты мужик, Гена, жаль, что все так закончилось, и Димку жалко. – сказал боец.

– Взаимно, братское сердце. – сказал я и, стиснув зубы, вскинул пистолет, а после спустил курок, выстрелив товарищу прямо в голову. – ААААаааррррр! Сука, что за гребаный мир! – еще раз ударив по рулю, крикнул я, включив передачу, рванул вперед.

Проехав между двух зданий, я едва сдержал мат, вся территория была усеяна зомби, некоторые КАМАЗы были перевернуты, огонь распространялся повсюду, уже и самолеты во всю пылали, а черный едкий дым затруднял дыхание. Выстрелы сошли на нет, у меня сложилось такое впечатление, что из живых тут остались только мы с Зиной. Быстро проанализировав ситуацию, я решил, что к КПП лучше не соваться, так как там может быть затор из машин. А лучший способ покинуть территорию аэродрома – это выехать через поваленные секции забора, так как основная масса зомби уже прошла.

– Товарищи, к сожалению, наш план полностью провалился, мы не были готовы к такому нападению. Всем, кто смог вырваться, я передаю координаты убежища, запишите их: 62.755269 градусов северной широты и 130.796315 градусов восточной долготы. Это республика Саха (Якутия), бункер находится между селом Кептени и селом Хомустах. Удачи вам, товарищи! – раздался голос в рации, и как только речь закончилась, прозвучал выстрел.

Я тут же остановил машину и, чтобы не забыть, начал повторять цифры вслух. Между водительским солнцезащитным козырьком и крышей был зажат путевой лист и ручка. Я схватил их и, облокотившись на стекло в двери, на память записал все важные данные, правда, название второго села вылетело у меня из головы.

– Как называлось второе село? – строгим тоном спросил я у Зины, от чего она аж вздрогнула.

– Я не слушала и не запоминала. – пожав плечами, ответила она.

– Бестолочь. – покачав головой, сказал я и, свернув листок, аккуратно сложил его в нагрудный карман.

Не набирая скорость, я плавно плыл по морю мертвецов и очень злился на случившееся, а еще меня раздражал тот факт, что ничего не смог сделать и не заметил зомби под машиной. Ну как не заметил, я туда даже не смотрел, и на месте Пашки вообще мог оказаться и я сам. Вот тебе и новое правило: всегда смотри под машину, на опыте таких вот людей, как Пашка, в свое время и писался армейский устав. Жаль, что почти все строки в нем написаны кровью, но они помогли спасти немало жизней. Закурив сигарету, я продолжал молча ехать вперед, не обращая внимания на Зину, которая до сих пор тряслась от переизбытка адреналина в крови и курила одну сигарету за другой.

Доехав до края аэродрома, я приметил две поваленные секции, через которые уже никто не заходил. «Урал», рыча мотором, плавно уперся передними колесами в плиты, а затем я поддал газу, и тот, выплюнув несколько клубов дыма, забрался на них, а затем и задними, и вот мы уже выехали с территории, после чего выехали на полевую дорогу и помчались по прямой, я даже понятия не имел, куда еду, если честно, просто подальше отсюда.

– Спланирована. – вдруг произнесла Зина, спустя полчаса поездки по пустой полевой дороге.

– Чего? – переспросил я.

– Атака зомби была хорошо спланирована и организована. – пояснила она.

– Что за бред? С чего ты взяла? – возмутился я.

– Я подслушала разговор того полковника-командира и Григория, так вот, сказал, что зомби всю ночь наступали малыми группами и не шли напролом, как обычно, а прятались в зданиях и за транспортом, изматывая бойцов и заставляя тратить лишние боеприпасы. А потом согласованно и одновременно напали с двух сторон, причем очень большим количеством. Либо это просто невероятное совпадение, чего быть не может, либо ими кто-то управлял. – пояснила она.

– Вот же, блин, час от часу не легче! – обреченно сказал я, останавливая машину на обочине.

– Что они еще говорили? – уточнил я.

– Да ничего такого. – пожав плечами, сказала она. – Мы с Гришей вообще мало разговаривали, если ты понимаешь, о чем я. – ехидно улыбнулась она.

– Кто о чем. – сказал я, выходя из машины.

– Ну чего ты так сразу. – надувшись, сказала она. – Гена, мне уже начинает казаться, что это судьба, опять мы с тобой вдвоем выбрались из передряги. И я опять с подвернутой ногой, а она только заживать начала. Так что правду говорят: любовь зла, и я, по всей видимости, твоя половинка. – рассмеявшись, сказала Зина.

– Ты не половинка, а обуза! – ответил ей я, осматриваясь по сторонам и заглядывая под машину.

– Зачем ты так? – возмутилась она. – Мне нужно в туалет, помоги мне выйти, пожалуйста.

– Сама вылезай. – отмахнулся я от нее.

– Тогда я сделаю это в салоне, мне правда очень надо! – с нажимом сказала она.

– Твою-то мать, ну за что мне все это? Где же я так нагрешить-то успел? – глядя в небо, обреченно произнес я и пошел к кабине. Заглянув в салон, строгим тоном обратился к девушке. – Будешь много болтать, я тебя тут оставлю!

– Не оставишь! – ехидно ответила она.

– Чего это? – уточнил я у нее, облокотившись рукой на дверной проем.

– Все просто, ты сам по себе добряк, совесть не позволит. А еще, если ты так поступишь, то получается, что твой корешок погиб зря. Чего он зря собой рисковал, такую красавицу спасал? – высказалась она.

– Да, тут ты права. – согласился я с ее железными аргументами и обошел машину с другой стороны.

Открыв пассажирскую дверь, я подтянул девушку к себе и случайно коснулся лба, который был очень горячим, а затем, когда вытаскивал, то прижал ее к себе, от чего она резко дернулась и зашипела от боли.

– Ты в порядке? – уточнил у нее я.

– Да, в порядке, отвернись. – отмахнулась она от меня, расстегивая свои армейские штаны.

И тут до меня дошло, китель на ней опять с погонами, но только они капитанские, и он явно ей был не по размеру, уж больно великоват. А еще у нее горячий лоб и как-то странно дернулась она, когда я взял ее на руки, ноги-то я не касался.

– Все, засовывай меня обратно! – подала мне команду Зина.

– Сними китель! – скомандовал я.

– Ты чего? Гена, ну не тут же. – слегка смутившись, ответила она.

– Я не шучу! – добавив в голос стали, пригрозил ей я.

– Тебе надо, ты и снимай. – ответила она.

Я подошел к ней и, схватив китель за воротник, рванул его в стороны, отрывая пуговицы.

– Полегче, ковбой! – ухмыльнулась девушка и попыталась поцеловать меня, но я тут же ее оттолкнул от себя и сдернул с нее китель.

На плече у Зины я заметил коряво забинтованную рану, видно, что бинтовала сама одной рукой. Я схватил ее за руку и начал разматывать бинт.

– Осторожнее, мне больно! – фыркнула она.

Но я не обращал внимания на ее ворчание, и как только убрал бинт, моему вниманию открылся слегка кровоточащий след от укуса.

– Твою-то мать! – крикнул я. – Ну ты и мразь, конечно! Не зря, говоришь, Пашка рисковал? – прорычал я, словно раненый зверь, и впервые в жизни отвесил женщине пощечину, сильную, прямо от души.

Зина крутанулась на месте и упала на землю.

– Гена! Гена! Геночка, миленький! Ты все не так понял! – запричитала она, отползая от меня в сторону.

– Как не так? Тебя укусил зомби, и ты все равно искала себе помощи! Из-за тебя человек погиб! Какая же ты тварь! – прокричал я ей в ответ.

– Ну укусил и чего? Это же не значит, что я точно обращусь?

– Значит! – прервал я ее. – Сука, уже в который раз пожалел о том, что спас тебя тогда! Ненавижу тебя, тварь! – продолжил кричать я и потянулся за пистолетом.

– Постой, дай хоть последнюю сигарету выкурить! Последнее желание, так сказать! – попросила она, вытирая проступившие слезы.

– Обойдешься!

– Пожалуйста! Умоляю, хочешь на колени перед тобой встану или чего другого сделаю? Ты ведь хотел этого тела? – снимая с себя футболку, тем самым обнажая свою грудь, стараясь казаться сексуальней, произнесла она. Но у нее это не особо получалось, так как на половине ее лица красовался отпечаток моей ладони.

– Хрен с тобой, кури. – ответил я и, дав ей сигарету, поднес к ней зажигалку.

Едва моя рука оказалась перед ее лицом, как она тут же выплюнула сигарету и, словно бешенная собака, вцепилась зубами мне в плечо. Только в том месте у меня был карман, в котором я хранил стандартную армейскую аптечку. Понимая, что эта сука хочет утащить меня следом за собой, я схватил ее за шею и оттолкнул от себя.

– Какая же ты все-таки тварь! – тяжело вздохнув, сказал я.

Я уже перестал на нее злиться, она же хуже любого зомби, Зине плевать на всех, лишь бы ей было хорошо, а если не будет, то сделает так, чтобы все страдали. Зина сидела, опустив голову, и плакала, а я с отвращением посмотрел на нее и, закурив сигарету, кинул ей под ноги.

– Ненавидишь меня? – не поднимая взгляда, спросила она.

– Нет. – ответил я, закуривая вторую сигарету, но уже для себя.

– Это не справедливо. Почему я? Почему я должна превратиться в зомби, а такой урод и козел, как ты, жить дальше? – серьезным голосом спросила она.

– Потому, что я сам могу за себя постоять и обеспечить всем необходимым. А ты не можешь ничего, вот и все. – высказал я свои мысли.

– И что с того? Я сделаю любого мужчину счастливым! Буду радовать его своей красотой и согревать в постели, разве этого мало? – гордо заявила она.

– Не знаю, кому-то, может, и достаточно, но в текущих реалиях куклы и украшения никому не нужны. Себя бы защитить, а еще о другом беспокоиться, ты должна прикрывать спину, но ты уже не раз показала, как ты готова вонзить в нее нож. – безразличным тоном произнес я, глядя на тлеющую сигарету. А затем перевел взгляд на зажатый в моей руке ПМ и, сняв предохранитель, наставил ствол на Зину.

– Прощай. – спокойно сказал я и спустил курок.

На удивление пуля не прошла на вылет, и девушка с дырой в районе виска повалилась на бок. Из пулевого отверстия обильно потекла кровь, а остекленевшие глаза смотрели вдаль. Солнце стремилось к зениту, согревая своим южным теплом, позади нас над аэродромом поднимался в небо огромный черный столб дыма, вокруг же была тишина и полный штиль. Я немного потоптался на месте, а после забрался в кабину и, заведя машину, поехал вперед, пока и сюда не набежало полчище зомби.